mr. Орман Граф
Теневой наместник

Глава 1

«Нора» или «Берлога» как ее между собой называли посетители данного заведения, своим внутренним убранством напоминало дрянную забегаловку. Отличием были три ряда столов по пять в каждом, на приличном (около двух метров) расстоянии друг от друга. Это объяснялось бывавшей здесь публикой и характером их встреч. Своего рода перекресток, где сходилось множество кривых жизненных дорожек. В целом любой, кто желал конфиденциальности и знал куда идти, мог быть посетителем «Берлоги». Но так как обсуждения «тайных дел» почти всегда равнялось делам за гранью законности, то и аудитория была соответствующая. Воры, карманники, мошенники обсуждали здесь дела, если нужна была встреча, на нейтральной территории и можно было, не боятся быть подслушанными. Все благодаря артефакту, который находился в центре круглого стола и обеспечивал завесу тайны, с поэтическим названием «вуаль тишины». Им могло быть, что угодно, любой предмет, наделенный нужными свойствами, но благодаря своему названию, очень часто он встречался в виде небольшой, гипсовой статуэтки молодой девушки, лицо которой было скрыто вуалью. Подобные «норы» и «берлоги» были почти в каждом крупном городе, любой страны. Сарном не был исключением.

С лева за дальним столиком сидел мужчина с недовольным выражением лица. Он не любил это место. Но клиент, а вернее клиентка, которая уже на полчаса опаздывала, настаивала, как ему передали, на особой приватности беседы. Так что приходилось терпеть. «Как же здесь душно» подумал он, в очередной раз, вытирая пот со лба. «Нора» находилась в отгороженной части овощного склада, куда по не знанию просто так не забредешь. Так что к духоте добавлялся еще и запах гнилых овощей. Мужчина поднял глаза наверх и с надеждой посмотрел на не большое, узкое окошко под самым потолком. Отчаянно хотелось свежего воздуха. Но окно было лишь чуть-чуть приоткрыто и утренний, осенний воздух, с трудом протискивался в эту щелку. А все из-за хозяина заведения, старика Конроя, который все время мерз, даже в летнюю жару. Завсегдатае шутили, что он и в аду одеяло попросит. Людей почти не было, кроме троих парней ближе ко входу. Они лениво перебрасывались в карты, ставя на кон по медяку.

Наконец открылась дверь, и привратник пропустил внутрь женщину. Черное платье в пол, с длинными рукавами, кружевными манжетами и высоким воротником. Среднего роста, худая. Волосы убраны под аккуратную шляпку из под которой на лицо спадала вуаль. Она так походила на ожившую статуэтку, стоявшую на каждом из столов, что ожидавший ее мужчина несколько лишних раз моргнул. Так на всякий случай. Но она не исчезла, осмотревшись, направилась к дальнему столику. Внешний вид указывал на то, что она носит траур. И при приближении стало понятно, что она не молода.

– Мистер Акутус? – Подойдя, спросила она. – Прошу прощение за опоздание. Еле нашла это место.

Мужчина кивнул и указал на стул напротив. Присев, женщина не спешила начинать разговор, лишь нервно потирала руки. Собираясь с мыслями, она попутно осматривала собеседника. По ее меркам молодой, лет тридцать пять или около. Грива густых, темно русых, давно не стриженых волос, по виду ни когда не знала гребня. Недельная щетина и одежда что знавала лучшие времена.

– Если бы просто встретила вас на улице, ни когда , ни подумала что…

– Вы бы меня не заметили. Предпочли отвести взгляд. В этом и смысл. Но если можно, давайте перейдем к делу.

– Да, конечно. Я по поводу смерти моего мужа. Его звали Иохим Густавсон и его убили. Возможно, вы ни чего про это не слышали, мне сказали вы не местный…

– Убийство портного. Чья голова, по слухам, разлетелась мелкими осколками по всей улице. Уж простите. – При упоминании подробностей, женщина вздрогнула.

– Ни чего. Вы все правильно описали. – Она старалась держаться, но голос ее дрожал.

– Я вам соболезную. Но что вас привело ко мне?

– Я хочу, что бы вы нашли убийцу моего мужа.

– А разве этим делом не занимается сыскное управление?

– Угу. Занимается. – Скривилась она. – Только не понятно чем. Вопиющая жестокость, с которой убили Иохима, не на шутку всколыхнула весь город. Я искренне верила, что все силы будут брошены на поиск убийцы. Но проходила неделя, другая и вот я узнаю, что делом занимается некто лейтенант Мальтус.

Акутусу ни чего не говорило это имя.

– Ни чего не имею против него как человека, но у меня большие сомнения по поводу его профессионализма. Очень уж он молод. Совсем мальчишка. В его годы ни ума, ни опыта. Куда ему убийц искать? А капитан у них вообще. – Она просто махнула рукой. – Клиенты у моего мужа хоть и не высшая знать, но не последние люди в городе. Но кого бы я ни просила, сколько бы не докучала лордам в ратуше, ни чего не меняется. Отчаявшись, я пошла к мистеру Беллу. Он наш постоянный клиент и давний друг. Я знала, что он имеет знакомства с людьми по иную сторону морали. Я прожила честную жизнь, мистер Акутус. И ни когда бы не подумала, что стану искать правды там, но я уже и к черту была готова обратится. Я так и сказала мистеру Беллу. Он ответил, что знает человека, который и черта за хвост притащит, если потребуется. Два месяца я не знаю покоя. Не знаю, сколько я еще выдержу. Возможно вы моя последняя надежда.

Акутус в задумчивости барабанил пальцами по столу. Взвешивая за и против. С одной стороны сыскное дело ни то что бы его конек. Одно дело искать, когда знаешь кого. Хотя бы имя или приметы. Есть с чем работать. А затевать расследование с ноля… С другой стороны интересно, да и без дела он уже не один месяц мается. С одной стороны, если он расследует дело, которое Управление, скорее всего, похерило, то привлечет к себе их внимание. А с другой, давненько они за ним не гонялись. Расслабились, поди, не порядок. К тому же не обязательно сразу нырять в дерьмо по темечко. Можно аккуратно по задавать вопросы, от него не убудет.

– Предположим, я соглашусь. И даже преуспею. Найду убийцу. Что дальше?

– Мистер Белл намекнул, что вы можете кардинально решить вопрос. – Она вновь стала нервно потирать руки.

– Не знаю, что он вам сказал, но я не занимаюсь заказными убийствами. За этим идете в гильдию убийц, могу свести вас с нужными людьми.

– Мы с мужем познакомились сорок лет назад. Я тогда только переехала с Сарном. – Сказала она, после паузы.

–«Ох, сейчас будет история» – Подумал Акутус, едва сдержавшись, что бы не закатить глаза.

– Денег не было и я, что бы как-то свести концы с концами нанялась на подработку в цветочную лавку. Однажды в день влюбленных, в лавку вошел молодой красивый юноша. Он купил самый дорогой букет и неожиданно подарил его мне. Как оказалось, я давно приглянулась ему. Но он долго не осмеливался подойти. И как выяснилось позже, на тот букет он потратил все свои деньги. С тех пор он каждую неделю дарил мне цветы, все сорок лет. В тот вечер, когда его убили, он, как всегда нес их мне. Поэтому не вините меня, за желание, что бы тот, кто это с ним сделал, сначала долго страдал, прежде чем здохнуть. Возможно, я воспользуюсь вашим предложением, мистер Акутус, но вначале эту мразь, нужно найти. Хотя бы за это вы возьметесь?

Акутус вновь забарабанил пальцами по столу, все еще раздумывая, стоит ли влезать в это дело. Он конечно разными вещами занимался и за деньги и в качестве «помощи населению». И навыки имелись. Даже для основного желания вдовы. Он привык доверять интуиции, давно сформировав систему условных сигналов. От звона малого корабельного колокола – дело здесь не чисто, до тревожного боя в набат – опасность. Сейчас в его голове тихонечко позвякивал маленький карманный колокольчик.

– Давайте так, я немного поразнюхиваю и посмотрю, что из этого выйдет. Если решу взяться, я вам сообщу. И давайте сразу проясним, услуги мои не дешевые. Если речь об опасном преступнике, то мой гонорар двадцать золотых, плюс надбавка за расходы. В вашем случае, если я, конечно же, возьмусь, есть утешительный момент. Часто преступники не желают быть пойманными, и слишком рьяно сопротивляясь, не доживают до суда. Но, ни чего не обещаю.

– Я дам сорок. Сразу. А в случае рьяного сопротивления, утрою сумму. – Сказала вдова, видя, как удивляется собеседник. – Мой муж оставил мне много денег. Детей у нас нет, а мне до конца жизни столько не потратить.

– В любом случае, меня здесь не было, вы меня не знаете, я вас не видел. – Этой фразой Акутус всегда заканчивал разговор с клиентами. – Напоследок, у вашего мужа были враги? Может вы на кого- то думаете?

– Мой муж, за сорок лет ни разу не повысил голос, и мухи не обидел. Я знаю, звучит не правдоподобно, но такой уж он был. – Ее голос снова задрожал.

– Еще раз соболезную.

– Мистер Акутус! – Спохватилась вдова, когда он уже поднялся, что бы уйти. – Чуть не забыла. Вчера дома я обнаружила конверт с припиской, что это я должна отдать вам. – Она вынула из перчатки маленький сверток из тонкой полоски бумаги, обмотанный обычной белой ниткой. Акутус развернул его и прочел, слегка приподняв бровь. Затем подошел к свечам, горящим в противоположном углу, и поджег записку. Убедившись, что та полностью сгорела, он поспешил покинуть «Берлогу»

Оказавшись снаружи, он поспешил прочь из переулка и вообще из района, который соседствовал с кожевенными мастерскими. Уже, будучи в отдалении, наконец, смог остановится и глубоко, вдохнуть. Прохладный осенний воздух приятно растекся по легким, остудил голову. Нужно было решить, куда идти и что делать в первую очередь. По-хорошему, узнать бы, что про это убийство, слышно на улицах. Потом про того лейтенанта, что ведет дело. Берет ли взятки? Если нет найти того кто берет и выяснить, что успели накопать сыскари. Но еще его беспокоил Белл. Сводник криминального мира. Выступал посредником в незаконных делах, где стороны не доверяли друг другу. Находил покупателей для продавцов редких товаров и на оборот. За скромный процент разумеется. Везде вхож. Все знает, слышит, запоминает. Не самая крупная рыба, но и не малек. Акутус был готов поверить во что угодно, кроме того что Беллу ни чего не известно об убийстве собственного портного. Настораживало его поведение. Однажды избавив Белла от неприятной процедуры четвертования, Акутус иногда обращался к нему за услугой или информацией. Не часто, но бывало. Иногда Белл приводил к нему людей, которым нужна была помощь. Как бы там ни было, они всегда встречались лично. Но в этот раз Белл через посыльного передал записку с датой и местом встречи, и что помощь нужна одной женщине. И приписка «очень надеюсь, что ты возьмешься».

– «А ведь мог бы, сволочь, и намекнуть о чем пойдет речь». – Подумал Акутус, но больше его насторожила, другая записка, которую ему только что передала вдова. Лишь одна фраза: «волчье логово, срочно». Акутус даже не сразу поверил, что он это читает. Лишь пару мгновений спустя вспомнил, что так Белл указывает, что он в своем секретном схроне, на случай опасности.

– «Если сейчас пойти к нему, по пути будет место происшествия. А там и до Управления не далеко. Чем ни план?».

Южная окраина города, то еще место для пеших прогулок. Даже в погожие дни здесь было мрачно. Но извозчика здесь не поймать. Из глубины складов, конюшен и примыкающих к ним разного рода зданий без окон, Акутус вышел в трущобы. Нагромождение деревянных домов, в два, три этажа. Поделенные на множество «курятников» маленьких, тесных комнатушек, в каждой из которых жили целыми семьями. Всегда поражало, в таких районах количество беспризорной детворы. Абсолютно в любом городе. В солидных кварталах такого нет. Казалось, здешние женщины только то и делали что рожали, не отвлекаясь на еду и сон. Каким-то странным образом окружающая грязь, обшарпанные стены, запах нечистот в купе с тотальной нищетой, действовали лучше любых тотемов плодородия. Лишь малая часть этих детей, в итоге, освоит профессию. Остальные либо умрут еще до двадцати, либо примкнут к бандитским шайкам, что в прочем тоже сильно век не продлевает. Любому кто хоть немного ценит жизнь, лучше держатся от трущоб подальше и тем более не идти сквозь местные дворы. Заблудится в них раз плюнуть, а у местных дорогу лучше не спрашивать. Проходя мимо очередной группы скучающей шпаны, Акутус краем глаза уловил как один из них, заведя руку за спину и оглядевшись, направился было к нему. Но тут же получил затрещину от другого, по старше, явно главного среди них. Донеслись слова: – Жить надоело?

Его здесь знали. В поисках короткой дороги через трущобы, Акутус исходил здесь все. И несколько раз к нему подходили с настойчивым предложением пожертвовать все, что у него есть, включая одежду, нуждающимся. После нескольких смертей, вопросов ему больше ни кто не задавал, и предложений не поступало.

Короткий путь, бодрым шагом, занял пятнадцать минут и вывел в ремесленный квартал. Кузнецы, гончары, стеклодувы и прочие мастеровые, жили и работали здесь. Солнце уже час как взошло, и рабочий люд трудился вовсю. Повозки, с товарами и сырьем, снующие туда-сюда посыльные и приказчики. Шум производства, гомон множества голосов, ржание лошадей, толкущиеся люди, суета. Все «прелести» больших городов, за которые их Акутус терпеть не мог. В отличие от складов и трущоб, здесь уже встречались патрули стражи. И чем ближе к центру города, где мещан сменяли купеческие кварталы и дальше на север, где обитала знать, патрули встречались все чаще. Один из таких как раз шел ему на встречу. Не то что бы он был самым разыскиваемым преступником, но рамки закона переступал часто, и не задумываясь. Кое-где и за пределами империи за него даже награду давали, правда, все ни как выдать не могли, не возвращались те, кто пытался ее добыть. С патрульной стражей, дела обстояли проще. Стражник – «зверь» ленивый, лишний раз двигаться не привыкший, в особенности за то жалование, которое им платили. Так что просто не попадаться на глаза было достаточно.

Не суетясь, дабы не привлекать внимание, он перешел на противоположную сторону улицы и пристроился к группе рабочих. В своей поношенной одежде он гармонично вписался. Это были строители, идущие на храмовую площадь, где уже пять лет шла стройка Академии. Где ученые мужи будут чем-то мудреным заниматься. Подобная уже есть в Арбордайне, столице империи, правда там она под эгидой гильдии магов. Здесь же, в Сарноме, это должно было стать независимым учреждением, что поведет империю в новый век, по крайней мере, так ее представлял совет лордов, так о ней говорили на каждом углу. Так ли это, обсуждали даже строители, среди которых он шел, и чем это, поможет им простым людям. Отделившись от рабочих, которые свернули на перекрестке, Акутус прошел до следующего, где и произошло убийство. Вся информация, которой владел Акутус, сплошь слухи да рассказы, услышанные краем уха. Всполошило тогда весь город. Стража совместно с сыскарями, стали проявлять бурную деятельность, а следуя негласному правилу их взаимоотношений, Акутус предпочел в городе не появляться. Он облокотился о фонарный столб, принялся набивать трубку. Прошло два месяца, ни о каких физических следах, речи идти не могло. Но он решил хотя бы осмотреться. Вдруг будет полезно. Почти центр города. Через дорогу парк. Дома в округе прибавили в этажности. Все сплошь кирпич да камень. Зафиксировав для себя еще пару деталей требующих уточнения, он еще раз подумал, куда же пойти в первую очередь. Все же решив вначале выяснить, что же тут в точности произошло. Ему нужно было взглянуть на материалы расследования и к счастью он знал нескольких людей из Управления, сильно не довольных своей зарплатой.

Глава 2

Лейтенант Эдриан Мальтус опаздывал на службу. Опять. Не так он представлял свою жизнь год назад. Будучи зачисленным в Золотой корпус, элитные императорские войска, будущее, ему, казалось безоблачным. Прямой путь в личную охрану первых лиц или на военную должность. А если учесть, что империя уже больше века ни с кем не воевала, то не жизнь, а мёд, малина, сахар. Но как назло, для него нашлось особое задание. Секретное. Под благовидным предлогом, якобы все козырные места были заняты, и чтобы он без дела не болтался в Арбардайне, его (не без нажима на местных чиновников) определили на как раз пустующую должность лейтенанта, в сыскной отдел, Управления правопорядка города Сарном. Впрочем, и он и тогда не унывал. Вначале. Он наивно полагал, что сейчас как приедет, как возьмется, как все выяснит и как победно вернется в Арбордайн. Как он ошибался. Местное управление, Мальтусу представилось – гнилым болотом, наполненным злющими топляками и чертями. Злыми на него. Во первых, раз его назначили, то вместо кого-то. Во вторых, сыскарям, чей средний возраст сорок лет, сильно не нравилось, что теперь им отчитываться перед двадцати двух летним прыщем, да еще и из столицы. А очень сложно, что-то узнать, когда тебя все ненавидят и толком с тобой не разговаривают. Но главным недоброжелателем, если не сказать врагом, был его начальник капитан Роско. Жирный, вечно потеющий боров. Вонял как тонна навоза и весил примерно столько же. Он сразу невзлюбил навязанного ему лейтенанта. Про капитана шутили, что неугодных подчиненных он не увольняет, а съедает и если его вспороть, то непременно, выпадет пара, тройка сержантов. Хотя Мальтус не удивился бы, окажись это правдой. И вот он опять проспал. Шестой раз за три недели. И ведь ни кому не объяснишь, что хронический недосып у него из-за слежки, за сотрудниками Управления, особенно за стражей, которая осуществлялась преимущественно по ночам. По началу, двух, трёх часовой сон, ни как на нем не сказывался. Организм молодой, энтузиазм из всех щелей. Но шли недели, месяцы, а результатов не было. Рвения поубавилось, накопилась усталость. Он, конечно, выявил факты повальной коррупции и неправомерного применения силы к задержанным, но столицу это не интересовало. Там хотели ответа на другой вопрос, но Мальтус все, ни как не мог к нему подобраться. Первоначальное воодушевление, сменилось унынием и самобичеванием. Осознание собственной никчемности переросло в злость на тех, кто послал его сюда. Он отменно владел, мечем, но, ни когда не учился на сыщика. Он солдат, которого послали делать то, о чем он понятия не имеет, хоть его и снабдили литературой на тему. Потом убили портного. Случай тут же окрестили самым громким делом за последнее десятилетие. Мальтус, вновь воспрял духом. Вот тут-то он себя проявит. Но те несколько книг, что он прочел, естественно не сделали из него эксперта. Убийцу он не нашел. Не нашел он и объяснения почему голова портного, вдруг превратилась в кучу брызг на тротуаре. В итоге Роско потребовал, либо предъяви результат, либо сдай дело в архив, до лучших времен.

Он шел быстрым шагом, едва не срываясь на бег, ловко лавируя между прохожими. Уже почти на пороге Управления, обгоняя очередную медленно бредущую даму, он все же столкнулся с идущим на встречу мужчиной.

– Прошу прощения, я вас не заметил. – Сказал Мальтус, быстро оглядев неопрятного оборванца.

– Не страшно. Бывает. – Буркнул тот и, пошатываясь, направился дальше.

Почти войдя в здание, лейтенант вдруг спохватился, а на месте ли его кошель. Он знал, что после подобных столкновений, люди потом оставались без денег. Тем более, что количество подобных заявлений, в последние время, заметно выросло. Но кошель Мальтуса был на месте. Успокоившись, он вошел внутрь.

Здание управления, одно из самых высоких, среди себе подобных. Если точнее второе. Четыре этажа, на один меньше чем в столичном управлении. Из рассказов местных, Мальтус узнал, что это единственное здание старой эпохи, построенное за пару десятков лет до похода валадийцев на соседние, тогда еще королевства. Это было фортификационное здание, сложенное из грубо отесанного, серого камня, что объясняло узкие окна бойницы. Оно примыкало к стене, которая в то время проходила здесь, так как город был в разы меньше. В один, не очень прекрасный год, в Сарноме случился пожар и так как все здания в то время были деревянные, от города ни чего не осталось, кроме пепла. Что бы успеть отстроится, к приближающимся холодам, люди в отчаянье стали разбирать городскую стену. Так вышло, что это событие совпало с военными действиями и многие историки до сих пор спорят, был ли тот пожар случайностью. Ведь когда к городу подошли валадийцы, от стен уже практически ни чего не осталось и недавние погорельцы не стали оказывать сопротивление. Их не только не тронули, но и помогли в восстановлении города. С тех пор Сарном считается, чуть ли ни первым городом, добровольно вошедшим с состав империи. А здание из темно серого камня, до которого просто не успели добраться, пережило те события и последующие три века, и было не только самым старым, но и самым уродливым зданием в городе. На фоне окружавших его домов, с цветными черепичными крышами, резными ставнями и прочим, даже в самый погожий денек, управление выглядело как огромное надгробие.

Мальтус, ненавидел это здание всей душой, и каждый раз глубоко вдыхал пред входом, и резко выдыхал, заходя внутрь. Это было не только для морального настроя, но и ради глотка свежего воздуха. Последнего, на не определенное время. Внутри все тот же серый камень со следами плесени по углам. Не высокие потолки, узкие двери и окна. Тусклые магические шары, давали не достаточно света и у многих на столах, чадили свечи и масляные лампы. Лейтенант «влетел» на второй этаж, где были его стол и рабочее место. По званию ему полагалось отдельное, место для работы, но капитан усадил его в общем помещении, среди еще восьми сыскарей.

– За тобой гнались? – Спросил Готлиб. Его стол находился рядом и это был, пожалуй, единственный человек, кто разговаривал с Мальтусом без презрения или открытой враждебности.

– Типа того.

– Жирдяй уже дважды о тебе спрашивал. Злой.

– Не припомню, что бы видел его в ином состоянии.

– Мальтус! – Донесся крик из-за двери в конце зала, ведущей в кабинет капитана.

– Прощай. – Готлиб скорчил скорбную мину. Не удостоив его ответом, лейтенант направился на ставшую ежедневным ритуалом выволочку.

– Явился? – Лысеющая гора жира с глазами, привычно расплылась в своем кресле. – Ты знаешь, где я сегодня был?

– Не могу знать.

– В архиве.

От этих слов Мальтус немного вспотел. Учитывая, что архив находился на последнем этаже, для него это не значило ни чего хорошего.

– А знаешь, чего я там не обнаружил? Дело Иохима Густавсона, которое ты должен был, туда передать! Ты тупой? Или глухой? Потому что я ясно выразился, дело сдать! Значит так, либо ты исполняешь приказ, либо собираешь манатки и валишь в ту дыру, из которой выполз! И плевать мне на то кто ты и на того кто тебя сюда пристроил! Ты все понял?!

– Так точно. Разрешите идти?

– Котись!

Лейтенант, выйдя из кабинета, наконец, смог поглубже дышать. Ужаснее Роско была лишь вонь в его кабинете. Оглядевшись, он поймал на себе насмешливые взгляды присутствующих, которые естественно все слышали.

– Сегодня он орал громче обычного. – Сказал Готлиб.

– Он, правда, поднимался в архив?

– Смеешься? Здесь для этого хватает шестерок. – Готлиб и не подумал, сбавить голос. Он был старше Мальтуса, но по младше остальных и лейтенант подозревал, что, по крайней мере, часть того неуважения с которым он сталкивается каждый день, когда-то перепала и Готлибу.

– Ну, так, что продолжишь претворяться великим сыщиком или сдашься, наконец?

– Не думаю, что теперь у меня есть выбор. Тянул, сколько мог. К тому же надо признать, у меня ни улик, ни идей, ни зацепок. – Разочаровано произнес Мальтус, сев за стол. Он снял с шеи ключ, открыв ящик стола, замер.

– А где дело?

– Ты про что?

– Документы по делу, где они? – Мальтус старался, что при этом его голос звучал ровно. – Они были здесь, в ящике стола, примерно с десяток подшитых листов. Где они? Ели это чья-то тупая шутка, то она не смешная! – Лейтенант стал заводиться. Он встал и окинул взглядом присутствующих, те лишь переглядывались, пожимая плечами.

– Тихо, не горячись. – Попытался успокоить его Готлиб. – Возможно, ты где-то его оставил. Ты же везде таскал его с собой, не удивлюсь, если и спал с ним. Вот где-нибудь и оставил. Найдется.

– Я четко помню, что оставлял его в столе. Могу поклясться. Оно не могло пропасть, его украли. – Мальтус судорожно вытряхивал, все из стола, в тщетной надежде обнаружить пропажу.

– Да кому оно надо? Да не суетись ты так. Потерял и потерял. Заведи новое.

– Что?

– Послушай. – На сей раз Готлиб понизил голос. – Сколько там того дела? Пара тройка показаний «ни чего не знаю, ни чего не видел» Опись места, да показания рыдающей вдовы. Заведи новое, восстанови по памяти. К тому же ты все важное помечал у себя в блокноте. – Он чуть приблизился. – Я так сто раз делал.

– Бардак! – Мальтус бессильно откинулся на спинку стула. Он отлично помнил, как положил документы в стол, но теперь его уверенность стала таять. Неужели он действительно его где-то оставил, изо всех этих недосыпов став настолько не внимательным? И если так, то ему, видимо, придется сделать, как сказал Готлиб. Роско был настроен серьезно, а лейтенанту пока нельзя было терять свое место. Как бы ему не хотелось обратного. Мысленно выругавшись, он сунул руку во внутренний карман кителя и испытал еще один шок. Второй за это утро. Он стал обыскивать все карманы, но блокнота, нигде не было.

– Роско точно тебя сожрет. – Сказал наблюдавший за всем этим Готлиб.

Бешено колотилось сердце, эхом отдавая в висках. У лейтенанта аж лицо покрылось красными пятнами. «Как же так?» Он не расставался с блокнотом. Выйдя из дому, даже проверил, не забыл ли. Да и потерять он его не мог. Дорога не дальняя, он не бежал, не падал… Его, вдруг поразила догадка «Это тот тип!» Он вспомнил, как столкнулся с ним возле управления. Он еще проверил на месте ли деньги. Ему и в голову не пришло, что кому то понадобится его блокнот. – «Но зачем, там, ни чего интересного, разве что…» Вторая догадка заинтересовала Мальтуса. Ведь получалось, что и документы мог украсть тот же человек. Вопрос «как ему это удалось?» у Мальтуса не возник. Ведь он знал, что в управлении, происходили пропажи и по серьезнее.

– Эй! Ты живой? – Лейтенант вернулся в реальность, от того что Готлиб махал рукой у него перед лицом. – Ты несколько минут смотрел в одну точку не моргая. Я уже начал думать, что у тебя приступ.

– Мальтус, – к ним подошел Колби, одна из шестерок Роско, – вчера приходила миссис Битни и капитан, вновь, поручает это важнейшее дело, своему лучшему человеку – тебе. – Колби гаденько ухмылялся во весь рот. Еще несколько человек, поддержали его смешками. Старая маразматичка, стабильно пару раз в месяц, приходила и жаловалась, что в ее окна, на четвертом этаже, кто-то заглядывает. Поручая Мальтусу, подобные дела, капитан думал, что унижает его. По началу, лейтенанта это и, правда, задевало, но потом он радовался любой возможности свалить из управления.

– Передай капитану, займусь всенепременно.

– Лейтенант, – окликнул Готлиб, когда Мальтус уже собирался уйти, – ты сегодня страннее обычного. У тебя все нормально?

– Не знаю. – Честно ответил тот. – Но собираюсь это выяснить.

Глава 3

Сидя в одной из забегаловок, около рыночной площади, Акутус в очередной раз перелистывал документы по делу об убийстве. Добыть их не составило труда. Писарь при управлении, получал мало, жил плохо, семью зачем-то завел, в общем, при виде звонких монет был готов на что угодно. Акутус уже пару раз добывал через него информацию, в прошлом. В этот раз думал, что будет труднее его уговорить, все-таки кража документов. Но нет. Дал деньги, получил документы. Как будто хлеб купил. Но, правда, теперь жалел потраченных денег. Полезного в деле, было ровным счетом ни чего. За исключением, разве что пары странностей. Первая отсутствие свидетелей. Случись подобное в трущобах, около складов да даже в ремесленном квартале, вопрос бы отпал. Но стоя пару часов назад на том месте, Акутус, насчитал восемнадцать окон, в двух домах, из которых все должно было быть видно. Да дело было после девяти вечера, в это время уже темно. Но в десяти шагах вход в парк. За ним университет. Ив парке всегда полно молодежи, которая засиживается там глубоко за полночь. – С учетом района, добавляем фонари и патрули. – Себе под нос пробубнил Акутус, не понимая как в подобных условиях совершить такое. Он перевернул страницу. Там между листами был рисунок. Черно белый, выполненный карандашом и при этом довольно подробный. Акутусу и ранее приходилось заглядывать в подобные документы, но впервые он увидел, что бы к ним был подшит рисунок. Казалось бы, такой логичный и правильный ход, которым, почему-то не пользовались. – «Молодец, лейтенант!» – Подумал Акутус. В том, что это его рук дело, он не сомневался, так как точно такой же рисунок, только меньше был и в блокноте. Странность номер два была на следующей странице. Дежурный маг, на службе при управлении, не обнаружил следов магического воздействия, а так же «фантомных отпечатков, указывающих, на присутствие кого либо, рядом с жертвой, в момент смерти». Из всего выходило, что голова Густавсона, лопнула сама по себе. Но так не бывает.

За дополнительную монету, у своего информатора, Акутус поинтересовался о лейтенанте. Кто такой? Чем дышит? Где живет? Писарь мало о нем знал, но подчеркнул, что вряд ли в управлении кто-то знает больше.

– Очень молод, может по этому в плохом, пока, не замечен. На презрительное отношение к себе, отвечает тем же. Не смотря на свой возраст уже лейтенант. От куда в управлении такое счастье? На сей счет есть лишь слухи. Самые популярные, что он отпрыск кого-то из лордов. Возможно даже бастард самого князя. Еще у него там какая-то, толи награда, толи медаль. Я в них не разбираюсь.

Получив довольно скудную характеристику и адрес, Акутус решил сам глянуть на человека, с которым возможно, придется пересечься по ходу дела. Он, исходя из описаний, понимал, что Мальтусу до тридцати, но что на столько… Правда ростом и шириной плеч, не уступал Акутусу. Поджарый. По манере держаться, короткой стрижке (что была не в моде у его сверстников), походке можно было судить о военной выправке. В пользу этого, свидетельствовал и форменный китель, в который тот был одет. Сыщикам, носить форму было не обязательно, а значит, Мальтусу в нем было привычнее. В целом версия о знатном отце, имела под собой основание. Богатые лорды, частенько приставляли к своим чадам, отставных военных, для воспитания. Наблюдая по одаль, Акутус ждал, когда тот уйдет и можно будет спокойно, обыскать жилье да бы узнать побольше. Но Мальтус, сделав пару шагов, остановился. Достал из внутреннего кармана, блокнот и лишь удостоверившись, что тот на месте продолжил путь. Акутусу пришлось импровизировать. Он бегом направился по параллельной улице, и успеть завладеть личными записями, в которых могло быть что-то чего нет в официальных. Остальное дело техники. Он сработал чисто, хоть и давно этого не делал, паренек ни чего и не понял. Акутус решил вернуться к изначальной затее. Рассудив так: дача взятки – было, кража – была, а значит без проникновения с взломом, это утро не будет полным.

Простой дом в три этажа на границе, так называемого, купеческого квартала и ремесленного. Не большая, съемная комнатка на втором этаже, не очень укладывалась в версию о богатом родителе. Проникнуть внутрь не составило труда. Навесной замок на двери, был настолько стар, что казалось, мог открыться от громкого чиха. Внутри все просто и аскетично. Ни чего примечательного, если бы не одно но. На стене рядом с кроватью, в рамке, висел наградной лист, который гласил: «Указом императора! Эдриан Мальтус посвящается в рыцари! За победу на «Арене» от ныне зачисляется в Золотой Корпус, личную гвардию императора.»

То что ранее писарь назвал «то ли наградой, то ли медалью» оказалось почетное звание «Золотой клинок» . Нет символическую медаль, конечно давали. Но упустить такую подробность, Акутус твердо решил больше за информацией к нему не обращаться.

– Вот так сюрприз. – Акутус присел на угол кровати. Обнаруженная им находка, в корне меняла дело. Золотой клинок звание не просто рыцарское, а элитное. Лучшие из лучших. В далекие времена, зачастую, добывалось в реальном бою. Но так как империя уже более ста лет живет мирно, был придуман турнир, проводимый дважды в год. В столицу съезжались лучшие бойцы империи или считавшие себя таковыми. Правило одно – победить. Сражались на мечах, топорах, копьях, булавах, и разновидностях перечисленного. Особо экзотическое и стрелковое вооружение не допускалось (для последнего были отдельные турниры). Наличие или отсутствие доспеха – на усмотрение участника. Еще одно условие, оружие должно быть боевое (не затупленное), а потому, хоть победа и не означала обязательную смерть соперника, летальные исходы, были обычным делом. По этой причине, молодые люди, хоть, сколько-нибудь знатные и уверенные в завтрашнем дне, участие в турнире принимали крайне редко. А значит о наличии родословной у Мальтуса, можно было забыть. Последние лет двадцать, на арене сражались исключительно выпускники, так называемых школ меча, а все они круглые сироты. Рекрутеры из подобных школ, объезжали приюты и забирали сильных и выносливых мальчиков, внося официальное пожертвование данному заведению. Торговля людьми была запрещена и каралась смертью, но если на благо империи то можно. Ведь по окончании таких школ, кроме как сражаться, молодые люди ни чего не умели, а потому шли в армию, иногда на вольные хлеба, реже в элитную охрану, не такую как золотой корпус, но все же. Так как Мальтус в столь юном возрасте одержал победу на арене, владению оружием его обучали, что называется «с младых ногтей».

Акутус закрыл блокнот и папку с документами. Сложил их в один из, специально, расшитых внутренних карманов. Из жилища лейтенанта, он прямиком направился в район рынка. Колокола его интуиции звенели все громче, и ему нужно было тихое место, что бы подумать. Злачных мест здесь хватало. На любой вкус и кошелек. Он выбрал маленькую, неприметную, с давно некрашеной дверью. Но не из-за разливаемого здесь пива, которое оказалось кислющим, аж слезы наворачивались, а что, бы проверить, нет ли за ним «топтунов». Не большое помещение, всего на четыре небольших столика. Барная стойка, за ней вход на кухню. Человек за стойкой, пристально, изучающе рассмотрел Акутуса. Контингент подобных заведений, в основном сложившийся и на все новые лица, хозяин, а скорее всего это был он, будет смотреть так же. Акутусу это было на руку. Ведь на остальных «нездешних», он будет смотреть так же. К тому же из грязного окна неплохо просматривалась улица. Раз уж Белл в «волчьем логове» как он сам называл свое свой схрон, привести к нему «хвост» для Акутуса, было бы ударом по репутации. Потом стыда не оберешься. Он еще раз мысленно вернулся к персоне лейтенанта. И если всем остальным скормили историю о том он здесь по распределению, то Акутус точно знал, что Мальтуса не для работы сыщиком сюда назначили. В городе происходило или происходит, что-то еще. « Связанно это с тем, что Белл ушел в подполье? А с Густавсоном? А ведь еще даже не полдень». Акутус вздохнул и вновь отхлебнул пиво, и вновь пожалел об этом. Когда прошла оскома, он вновь окинул взглядом улицу. За те полчаса, что он здесь, ни чего подозрительного им замечено не было. Пришло время заглянуть к Беллу, а потом уже решать, настолько ли ему скучно, что бы влезать. Взяв это за план, он положил три медяка на барную стойку и решил все же выйти через черный ход. Так на всякий случай. Поскольку плата за ту мочу, что здесь пивом называли, была более чем щедрой, хозяин и бровью не повел, когда Акутус направился на кухню. Преодолев ее в несколько шагов, как впрочем, и задний дворик, он ловко перепрыгнул через двух метровый забор и направился на указанное Беллом место встречи.

Городская библиотека Сарнома была одна из первых в империи, что стала доступна для всех желающих. Полвека назад, отец нынешнего императора, инициировал обязательное, базовое обучение, где людей учили писать, читать, считать. Через двадцать лет, его сын, тогда еще подросток, что сам, с упоением, постигал различные науки, решил нести свет знаний в массы, обязал каждый крупный город, построить библиотеки. На крики не довольных отвечал «мы научили людей читать, теперь нужно дать им что читать». Это мало кого удовлетворило. Но в Сарноме идея прижилась, по тому, как привелегированый, быстро растущий город, не желал отставать от столицы. Вообще между этими городами, было не гласное соревнование. Как только, некое новшество появлялось в Арбардайне, оно тут же вводилось в Сарноме. И на оборот. Так за тридцать лет появились институт, библиотека и вот-вот достроят Академию.

Здание библиотеки имело два этажа. С высокими потолками и большими окнами, пропускающими много света. По периметру, ограда из витых, остроконечных прутиков. За ней лужайки с двумя рядами не высоких, декоративных деревьев, чьи широкие листья, сейчас, разноцветным ковром, лежали на земле. Со стороны, с которой шел Акутус, бокового входа не было. Он отмел желание махнуть, через ограду, так как существовал риск порвать и без того неприглядное одеяние. Пришлось идти к главному входу. Широкая дорожка из серой, восьмиугольной плитки начиналась у ворот, что запирались только на ночь, упиралась в ступени библиотеки. По бокам, на постаментах, восседали каменные птицы. С лева филин, справа ворон. А может быть ворона, и может быть сова. Кто знает? Под каменные перья им, в конце концов, ни кто не заглядывал. Тем ни менее, именно им, с чьей-то, легкой, руки, выпала честь, на своих крыльях, нести знания к людям. Акутусу они сильно напоминали орочьи тотемы. И приводило к мысли, что, не смотря на все обретенные знания и просвещенность, которыми, нынче, многие кичились, подсознательное желание задобрить, неких, духов, ни куда не делась.

На вершине, восьми степеней, четыре узкие колонны, поддерживали не большой карниз, возвышавшийся над входом, и были скорее украшательством, нежели необходимостью. Как впрочем, и дверь, высотою в два человеческих роста. Это было сделано, потому что в религиозных храмах, входные двери были исключительно огромными, а так как «библиотека – храм, где хранятся знания» то и вход должен соответствовать. Само здание построено из камня, но внутри, все сплошь выполнено из дерева. Первым, что встречало посетителя это запах бумаги и чернил. На полу зеленые с бордовыми полями, ковровые дорожки, скрывающие звуки шагов. Что бы ни нарушать, царящую здесь тишину, наполненную, разве что, мерным поскрипыванием перьев, в руках библиотекарей, что-то пишущих, за круглой стойкой, не далеко от входа. Акутус подошел к самому старшему, который внешне напоминал, ворона у входа.

– Чем могу вам помочь? – На удивление голос его был без «каркающих» ноток, а тихий, ровный и спокойный. Акутус поморщился, вспоминая, что же, там, надо сказать.

– Не поверите, с самого утра дикое желание почитать «Большой ботанический справочник», «Эльфийское право», все, что у вас есть про типы и разновидности бытовых ритуалов южных островов.

– Это все?

– Ах, да. Ещё учебник по философии.

– Какой?

– Любой.

– Пойдемте, я провожу вас.

Список литературы, перечисленный Акутусом, своеобразный пароль. Каждая книга страшнейшая нудятина, и запросить их все вместе, разом, случайным образом, не представлялось реальным. Библиотекарь повел его по коридору, что делил ряды стеллажей с книгами. В самом конце, в секции свитков, они свернули налево, и пошли в самый тупик. У стены, оглядевшись, провожатый в особом порядке стал нажимать на деревянные панели. Акутус терпеливо ждал, хотя знал, что это все представление. Он еще, будучи здесь, в прошлый раз, заметил, что совершая отвлекающие движения руками, библиотекарь, носком туфли, незаметно (как он думал) нажимал на специальное место, на плинтусе. Наконец официальная часть была окончена и часть стены ушла в сторону. Следуя приглашающему жесту, благодарно кивнув, Акутус вошел внутрь и стена позади него, встала на место. Пара мгновений в темноте и плита, на которой он стоял, стала медленно двигаться вниз. Причем, ни она, ни стена, ни механизмы за все это отвечавшие, не издавали ни звука. Опускался он не долго. Проход, в котором он оказался, был с двумя изгибами, в длину метров десять. Темный, отделанный камнем и с тремя опускающимися решетками, и не известным количеством ловушек. Белл был страшным параноиком, хотя Акутус не считал это недостатком. В конце прохода, призванного, сдержать любой штурм, была массивная металлическая дверь, у которой стояли два мордоворота. Наверняка у дверей, было чуть пошире, иначе они бы там не поместились.

– Пропустить! – Услышал Акутус, едва подойдя. Один из охранников, отворил дверь в то, что и было «волчьим логовом».

Протиснувшись внутрь, где царил полумрак, и было сильно накурено, он почувствовал, что в помещении есть, кто-то еще. Инстинктивно напрягшись, он уже был готов потянутся к метательным ножам, которые всегда носил с собой на поясе. Заметив это, человек в темно серых одеждах, сделал шаг по ближе к тусклому огоньку масляной лампы, горевшей на столе. Голова и лицо, замотаны длинной полосой ткани, того же цвета, оставляя лишь щелку для глаз. Серый человек, слегка поклонился и отступил обратно во мрак. По мимо него в комнате, было еще четверо таких же. «Квинт смерти» – отряд особого назначения из гильдии убийц. Те из них кто, по слухам (отнюдь не беспочвенным) знали тысячу способов умерщвления и довели до совершенства, каждый. В далекие времена, такие пятерки, нанимали для бескровного захвата крепостей. Бескровного для захватчиков. Они убивали стражу, отворяли ворота, ликвидировали полководцев, генералов, лордов, в любой, самой защищенной крепости. Все кто пытался им в этом помешать, тут же отправлялись на тот свет. Именно в противовес им, в свое время был организован золотой корпус, для охраны императорской семьи и ключевых людей в государстве. У людей, чья репутация не вызывала вопросов у гильдии убийц, была возможность нанять «квинт» в охрану. Правда, стоило это баснословных денег.

Акутус поклонился в ответ и расслабился. Ему бояться было не чего. За клубами сигарного дыма, обнаружился и сам Нейтан Белл. Про таких как он говорят коренастый, плотный, сбитый. Некогда чемпион подпольных, кулачных боев, сейчас, когда ему перевалило за сорок, в силу возраста и сытой жизни, по бокам немного поднабрал. Он сидел за массивным дубовым столом, занимающим почти половину пространства, и откинувшись в черном кожаном кресле, с интересом наблюдал за происходящим.

– Скажи мне кто твой друг, и я скажу кто ты. Что можно сказать о человеке, у которого в друзьях, вся гильдия убийц? – Спросил Белл.

– Что не стоит попусту тратить его время.

– Старый, добрый Акутус. – Засмеялся Белл, указывая гостю на кресло напротив. – Может, все же расскажешь, чем заслужил такую дружбу? – Он был явно пьян о чем, по мимо характерной речи, свидетельствовала и почти пустая бутылка коньяка.

– Давай лучше ты расскажешь, зачем звал.

– Выпьешь?

– Ты же знаешь, что да.

Белл радостно заулыбался и полез в сейф, откуда и достал бутылку, дорогущего коньяка.

– Вот, за что тебя люблю, ты в этом плане, надежный человек. Я вон этим, уже неделю предлагаю и хоть бы тебе что. – Белл достал из стола еще один стакан, и наполнил оба до краев.

– Кстати, не перебор? – Акутус указал на людей в сером.

– Даже мало. – Враз посерьезнел Белл. – Поэтому ты здесь.

– Это как-то связано со смертью Густавсона? Кого ты так боишься?

– Ты мне не поверишь. – Белл залпом махнул стакан и тут же вновь его наполнил. Пустую бутылку бросил в корзину под столом, где та громко звякнула, столкнувшись с еще несколькими. – Мне кажется, нет, я уверен, что «Теневой наместник» подписал мне смертный приговор.

Акутус ждал, что Белл вот-вот рассмеется, вследствие сказанной им же самим глупости. Но шли секунды, а этого не происходило. Акутус даже помахал рукой, разгоняя дым, что бы лучше увидеть лицо собеседника и проверить не уснул ли тот. Но он был в сознании. Пьян, но серьезен.

– Умоляю, скажи, что ты шутишь.

– Я же сказал, не поверишь.

– Так, и что, он бабайку, за тобой послал? А рассказал тебе об этом лепрекон? Если ты за этим меня позвал, то зря. У меня много талантов, но психозы из-за злоупотребления алкоголем, я не излечиваю. Обратись к доктору.

«Теневой наместник» – городская легенда. Яко бы городом управляет некий человек, который влияет на все процессы в городе. Тайно, разумеется. От контроля мелких шаек, до подчинения стражи. От становления матерых, преступных элементов, до назначений местных лордов на ключевые посты. И все это в угоду собственным интересам, и путем умелых манипуляций, действуя чужими руками сам всегда оставаясь в тени. И если перейти ему дорогу или не угодить, даже не намеренно, то за тобой обязательно придут. Ночью, тени, что служат наместнику, утащат тебя во тьму и не важно, карманник ты, или матерый, или даже лорд. Не спастись ни кому. Свой «наместник» был в каждом городе, что лишний раз подтверждало, абсолютную фольклорность данного персонажа. События и процессы, предписываемые наместнику, конечно же, имели место быть. Но на поверку, оказывалось, что они естественного характера. Разборки банд, заговоры тайных организаций, политическая ситуация и даже деятельность различных сект, возникающих время от времени, были им причиной. Но это все сложно. В это надо вникать, разбираться. Намного проще живется, когда есть единое зло и оно во всем виновато. И на это можно списывать, что угодно. Были и такие, кто утверждал, что они служат наместнику напрямую и с ними лучше не связываться. За редким исключением, это были бандиты до шестнадцати, впервые познакомившиеся с сивухой. Тем страннее было Акутусу, что Белл говорил об этом, на полном серьезе.

– Какой, на хрен, «теневой наместник»? Ты же, вроде умный мужик? Кончай бухать Нейтан, и проветри помещение. Вместе с затхлым воздухом уйдут все страхи.

– Я давно живу на свете. Знаю, что звучу как дряхлый старик, но я только в Сарноме двадцать три года.

– Только не говори мне, что сейчас будет история. – Скривился Акутус

– Я сбежал из глухой деревеньки, – не обращая внимания, продолжал Белл, – довольно рано осознав, что сбор брюквы от зари до заката, это не то чем я хочу заниматься в жизни. Здесь, я начинал с низов. Кулачные бои за деньги, мелкие кражи. Однажды чуть в банду не вступил, но они нарвались на засаду и стража их всех перебила. Я понял, что и этот путь мне не подходит. Из общей массы, таких же парней без будущего, меня выделяло то, что я старался не принимать сторон и был общителен. В любой таверне, я мог подсесть к кому угодно и тут же влезть ему в душу и уже через пять минут мы были друзьями. Часто бывало, я начинал пить с одной бандой, а заканчивал с их конкурентами, и везде меня считали за своего. Умение договориться с каждым, это и определило мое дальнейшее развитие. Общение с людьми, штука полезная. Ты бы тоже как ни будь попробовал.

– Фу.

– В общем, я считаю, что достиг вершины в этом умении, раз уж и с тобой у меня общаться получается.– Белл подкурил очередную сигару. – Так о чем это я?

– Понятия не имею. – Акутус достал карманные часы и посмотрел на время. – Но у тебя минут пятнадцать. Потом я уйду. В не зависимости придешь ты к какой-то мысли или нет.

– А! Общаясь со многими, я много чего слышал, много узнавал. Я тоже, не баба базарная, слухи не шибко жалую. Но за эти двадцать три года… Ты слышал про Молотка или, например Костлявого?

– Нет.

– Вот! А еще лет пятнадцать назад о них знали, не только в Сарноме, но и окрестностях. Лютые, были типы. Ни боялись, ни богов, ни демонов. А их боялись все. А банды насчитывали до полусотни человек. Но в один момент, больше, ни кто про них не слышал. И почти ни кто уже не помнит. Их просто не стало. А их место заняли совсем другие люди и интересы, аппетиты и численность банд становилась существенно скромнее.

– Этому могло быть множество причин. От внутреннего переворота, до заказа со стороны, например нашим товарищам. – Он кивнул в сторону неподвижно стоящих убийц.

– Могло. Вот только такое случалось не раз и не только с бандитами. Через чур, ретивые законники, так же исчезали. Каждый раз одно и то же. Появляются люди, всегда разные, с ненавязчивыми расспросами. Впоследствии интерес проявляется, более активно. Если у человека есть какие-то дела, они непременно идут коту под хвост, а потом и о человеке уже ни кто не слышал. Месяц назад, такие вопросы стали задавать обо мне. Вначале я тоже не придал этому особого значения. Мало ли кто и зачем мной интересуется. За все годы я привык и к конкуренции и недовольным клиентам. При всей моей открытости у меня даже были враги. Но всегда было понятно, с кем я имею дело, и какого хрена им от меня надо. В этот раз, все попытки выяснить кому я понадобился, приводили к тому, что моих людей находили мертвыми, за городом или не находили вовсе. Потом начали срываться сделки. Я человек уважаемый, в своих кругах, но со мной, вдруг, перестали вести дела. Один из матерых, я сделал его богатым, устроив пару выгодных встреч, шепнул мне, что за мое местонахождение дают хорошие деньги, что с каждым днем сумма растет и будь он моложе и беднее, то и сам бы покусился на награду. Сказал он мне это перед тем как покинуть Сарном навсегда.

– Один из преступных главарей, уехал из города на совсем?

– Скорее сбежал. И не только он. Я знаю еще о троих. О чем тебе это говорит?

– Крысы бегут с корабля?

– Самые жирные, зубастые и опасные крысы, собирают манатки и уезжают. Кому как не теневому наместнику, это под силу?

– И чем же ты так не угодил ему, раз всем дали уехать, а тебя ищут? – Акутус решил подыграть.

– Вопрос на сто двадцать четыре золотые монеты. Такой была награда, когда я последний раз узнавал.

– Солидно. Допустим, всего на мгновение, что я тебе поверил. Я все же, не очень понимаю, как во всю эту страшилку о теневом наместнике, вписывается Густавсон?

– Может и ни как. А может он ключ ко всему. – Белл встал за очередной бутылкой.

– А можно по конкретней?

– Когда все стало усугубляться, несколько моих укрытий, подверглись нападениям, и я спрятался здесь, мне стало трудно получать информацию извне. Я тогда, не без труда, свел тебя со вдовой. Еще сложнее, оказалось, передать через нее послание. Но последнее о чем я слышал, что тобой так, же интересуются.

– Мной, всегда кто ни будь интересуется. – Акутус вырвал бутылку из рук Балла. – И ты теряешь нить разговора.

– А вот и нет! – Он вернул себе коньяк. – То есть про тебя и раньше спрашивали, но сейчас все может быть иначе. Когда убили Иохима, я расстроился. Мы не то что бы дружили, скорее приятельствовали. Я помогал ему достать редкие ткани, ввезенные в обход, этих хапуг из таможни. Иногда мы выпивали, по праздникам. Однажды, его разморило сильнее обычного, и он обмолвился, кое о чем. Подозреваю, даже, что впервые в жизни. Коротко брошенный намек, на неплохую осведомленность в неком деле, в котором его было трудно заподозрить. Другой бы не заметил этого, но я вначале посчитал это странным, а потом, будучи, от природы, любознательным, я стал интересоваться стариной Иохимом, тщательней. В конечном итоге это привело меня к очень занимательной, с моей точки зрения, тайне, которую тот хранил всю жизнь. Что б ты понимал, это мне очень больших взяток стоило.

– Что б я понимал? Я пока, ни хрена не понимаю. А ты тратишь мое время. Вернее свое. – Он вновь взглянул на часы. – Осталось у тебя три минуты. Есть, что сказать? Выкладывай. Говоришь, у портного была тайна? Я весь внимание.

– По отдельности, смерть Густавсона, охота на меня, интерес к тебе, который, поверь моему слову, ничем хорошим ни кончится, это разные истории. Но зная то, что знаю я, и не много пораскинув мозгами, можно проследить связь между нами.

– Я не забываю людей, Белл. И абсолютно уверен, что твоего портного, знать не знал. О какой связи речь?

– Я расскажу. Но, ни сейчас и не здесь, а как только буду максимально далеко от Сарнома.

– Ты издеваешься?

– Пытаюсь выжить. Ты ведь тоже, не глупый человек. Наверняка уже понял, почему гильдия убийц, согласилась предоставить мне «квинт».

– На тебя не было заказа. Если бы был, согласно их кодексу, тебе не помогли бы все деньги мира.

– И о чем это тебе говорит?

– Кто бы ни желал тебе смерти, ему важно это сделать самому.

– Вот именно. И я сильно сомневаюсь, что мои преследователи, остановятся за городской чертой. По этому, мне нужно, не просто покинуть Сарном, а оказаться как можно дальше и как можно быстрее. И вот с этим, мне поможешь именно ты.

– И каким же образом?

– Я ведь и о тебе информацию собирал. С нашего знакомства, десять лет назад. Ни когда еще не встречал, человека, на которого так много информации и так мало одновременно. Ох, и наследил ты по миру! Что меня всегда восхищало, где бы ты ни появлялся, впоследствии оставалась история об этом. Одна из тех, что рассказывают после третей бутылки и только шепотом. Каких, только небылиц я не слышал! Ты страшилка, похлеще теневого наместника. Но признаюсь, ход гениальный! Когда о тебе рассказывают кучу вымысла, очень трудно определить, что же, в самом деле, происходило. Но систематизировав все истории, я вычленил один, часто повторяющийся миф, на который я натыкался раз за разом. О том, как ты утром, будучи в одном месте, к полудню оказывался за сотни километров от туда, а к вечеру, так и вовсе на другом континенте. Даже если это, правда, лишь от части, мне бы сейчас пригодилось, твое умение.

– То есть ты решил, сразу во все сказки поверить? – Акутус тяжело вздохнул. – Хоть время на эту встречу вышло, напоследок я отвечу. Вещь довольно очевидную, для тех, кто не вылакал, бочонок коньяка. Я не маг! А лишь они способны на подобное, да и то не все. Нужна телепортация? Обратись в соответствующую гильдию, а я, пожалуй, пойду.

– Погоди! Постой. Я заплачу! Сколько ты хочешь?

– Белл, ты вообще меня слышал? Я не знаю, что там тебе рассказывали после третей бутылки, шепотом, но это чушь собачья.

– Ладно. Забыли. Тогда другое предложение. Проведи меня через лес, в Крогант.

– Протрезвей! – Акутус поднялся и собрался уходить.

– Я серьезно! Это ты точно можешь.

– Мы ведь сейчас про один и тот же лес говорим? Который Лес Оживших Кошмаров? Даже с твоей охраной, это плохая идея.

– Да, но если нас будет сопровождать человек, который там живет… Не знаю как тебе это удается, но если кто и может провести меня через чащу, то это ты.

– Причина, по которой меня там ни кто не сожрал: я не шатаюсь лишний раз по лесу. Там за каждым деревом, каждым кустом или корягой, таится опасность, и не всегда можно определить, что же оборвало жизнь, тех идиотов, что заходят дальше опушки. К тому же, даже будь ты в форме, при хорошем темпе, путь займет несколько дней. Не лучшая перспектива, когда каждая секунда может стать последней. А мне еще потом назад идти. Ну и на кой оно мне?

– Потому, что мы друзья.

– Это, с каких пор? У тебя есть лишь деловые партнеры или полезные, тебе люди. У меня так и вовсе друзей нет, и ни когда не было.

– Я буду тебе должен.

– Ты мне и так должен.

– Значит, буду должен в двойне! Черт тебя дери, Акутус! Мне нужно покинуть город, а еще лучше империю. И я уже называл тебе цену.

– Какая-то тайна портного, что возможно может связывать нас троих? Оно того не стоит. К тому же если ты смог её узнать, то и я смогу.

– Сможешь. Ты же великий и ужасный Акутус! Вот только я тоже ни хрен с горы! – Белл разозлился не на шутку. – Я кое, что понимаю в этой жизни, и в этом городе. Если я говорю, что о тебе, далеко, не праздный интерес, значит, так оно и есть! На выяснение, этой тайны ты потратишь кучу времени. Это наверняка, будет ужасная растрата, для человека, что сидит, мне тут минуты считает! И попомни мои слова, когда окажется, что я был прав, и за тебя возьмутся всерьез, может получиться, так что ты и носа не сможешь высунуть из своего леса. А все потому, что поздно узнал, то, что могло тебе помочь! – Белл кричал и махал руками, но Акутус видел, что это отчаяние, а не ярость.

– Хорошо. Я сопровожу. Но я не могу гарантировать твою безопасность. По этому, ты расскажешь мне все, что знаешь и о чем догадываешься, как только мы войдем в лес. Я же даю слово, что доведу тебя до Кроганта. А ты знаешь, что слово я держу. Так же ты назовешь мне всех, кто по твоему мнению, может быть виновником твоей паранойи. Это лучшее, что могу предложить. Соглашайся или добирайся своим ходом.

Белл, откинувшись в кресле, зло сопел и глядел исподлобья, размышляя над предложением.

– Согласен. – Буркнул он. – Но уходим этой, же ночью.

– Как думаешь выбираться из города?

– Красиво и с комфортом. В закрытой, богато украшенной карете. На воротах, подумают, что это кто-то из знати и не станут досматривать. Так же это объяснит наличие охраны. Разумеется, придется приплатить. И ты поедешь со мной. Пять убийц в охране – хорошо, но шесть всяко лучше. Выезжаем в три часа ночи, так что будь на полчаса раньше.

– Есть еще одно условие. – Сказал Акутус, стоя уже у двери. – Ты должен быть трезвым. – Дождавшись пока Белл, спрячет бутылку обратно в сейф, он покинул «волчье логово». До отъезда, ему предстояло многое успеть.

Глава 4

Мальтус был как на иголках. Человек, что выкрал материалы дела и его личные записи, мог что-то знать об убийстве, или быть причастным. Что если, это и есть та самая ошибка преступника, о которой писали в книгах по сыскному делу? « Идеальных преступлений не бывает. Даже все, продумав и идеально исполнив, преступник под грузом вины за совершенное, занервничав, непременно ошибется и выдаст себя, словом или делом. Потому сыщику надлежит быть, терпеливым и упорным, идти до конца». Так было написано в одной из книг. Мальтусу почему-то, особенно, запомнился этот отрывок. Что если, так и произошло? Что если всё упорство, бессонные ночи и приближающийся нервный срыв, наконец, будут вознаграждены? Нужно было, лишь найти этого человека. К своему стыду, Мальтус не представлял, как это сделать. Как лейтенанту сыскного отдела, ему полагалось это знать, он и об этом что-то читал, но сейчас мало что приходило в голову. Подавив в себе желание, просто бегать по улицам и искать, полагаясь на удачу, он решил вначале подумать. Это довольно часто советовали делать, в тех же книгах. Он еще раз вспомнил утреннею встречу, но, ни каких особых примет, не припомнил. Кроме разве, что внешнего вида в целом. Неопрятный, старая поношенная одежда, вкупе с тем как чисто он отработал у лейтенанта блокнот, всё указывало на то, что этот человек из трущоб. Городское дно изобиловало подобными людьми. Но Мальтус, лишь дважды был там и совершенно не ориентировался в том районе.

Он спустился на первый этаж. Повернув налево, направился по широкому коридору, ведущему в казармы. Внутри было пусто и тихо. Вся стража уже выведена в патрули. В здании остались лишь дежурные.

– Есть кто старший? – Спросил Мальтус у одного из них. Дежурный, молча, указал на дверь, дальше по коридору. Постучав и не дождавшись ответа, он толкнул дверь. Внутри было пять человек. Они сидели за небольшим, самодельным столиком и играли в карты. Вошедшего они едва удостоили взгляда, продолжив играть.

– Я ищу, кого ни будь старшего по званию.

– Поздравляю, ты его нашел. – Сказал, человек сидящий спиной, ко входу. – Сержант Ален. Чем обязаны?

– Я лейтенант Мальтус. Из сыскного. Я надеялся застать кого-то из офицеров. – Услышав это, все сидящие за столом усмехнулись.

– Ты в Управлении уже где-то год? Ты точно должен был слышать про нашего капитана. Если солнце больше часа над горизонтом, то капитан уже, что называется, «в сопли». А лейтенантов у нас отродясь не было. Так что если есть к нам дело, выкладывай.

– Мне нужно разузнать об одном человеке. Предположительно, может появляться в трущобах или живет там. Надеялся узнать у стражи, с кем из местных можно пообщаться. – Услышав это, сидящий спиной человек, наконец, повернулся. Сержанту Алену, на вид лет тридцать. Короткие темные волосы, стрижены на армейский манер, как и у Мальтуса. Взгляд с прищуром. На округлом лице красовались пышные, расходящиеся в стороны, усы, явная гордость владельца. Он внимательно посмотрел на лейтенанта, за тем повернулся к сидящим за столом.

– У нас внизу кто-то есть? – Спросил он. На что присутствующие отрицательно покачали головами. – Извиняй лейтенант. Ничем помочь не могу. Рейд был две недели назад. Всех кого тогда замели, уже или осудили, или выпустили. Следующий будет перед праздниками. Тогда и приходи.

– Я не могу ждать так долго.

– Мы не ходим туда каждый день. Это вредно для здоровья.

– Да наплевать мне, куда вы ходите, а куда нет. Хоть я и мог бы приказать, отрывать жопу от табуретки, тебя ни кто не просит! Назови имена тех, кто может что-то знать и где их найти, а дальше я сам все сделаю.

– Ох, ты! Сам в трущобы? Тогда оставь нам пару монет, если есть, мы с парнями выпьем за твой упокой. – Сказал сержант, но Мальтус продолжал зло сверлить его взглядом, дожидаясь ответа. – Нет у них имен. Там у всех одни клички. Я их не запоминаю, не обязан. Хочешь их найти? Иди тогда и погуляй там в своем мундире. Минут через пятнадцать, тебя сами найдут, но за жизнь твою я и медяка не дам. Что ни будь еще?!

Мальтус несколько секунд раздумывал, разбить усатому лицо или нет? Решив не тратить на это время, просто развернулся и ушел.

– Так, на чем мы остановились? Ага, я хожу. – Сказал Ален, вновь беря в руки карты.

– Сержант, если его там убьют, мы от туда потом месяц не вылезем. – Сказал один из сидящих за столом. Ален раздраженно, посмотрел на него, нервно шевеля усами.

– Тьфу ты! – Бросил он карты на стол. – Демон задери, этих молодых сыскарей! Вечно им неймется. Ну что сидим? Собирайтесь! Лейтенант! – Ален выглянул коридор. – Обожди не много, с тобой пойдем.

Они шли, чеканя шаг, всполошив ремесленный квартал. Он шел в сопровождении пятерых до зубов вооруженных стражников, у двоих даже были арбалеты. От чего Мальтусу даже было немного неловко. Народ испуганно расступался перед ними, судорожно перебирая в голове, что они могли натворить, и не за ними ли идут.

– Вы как будто на войну собрались. – Сказал Мальтус, как только они вышли из Управления.

– За то ты, будто на свидание. – Огрызнулся Ален. – Хоть бы меч взял.

– У меня есть кинжал. – Ответил Мальтус. На что сержант, пробурчал себе в усы, все, что он об этом думает.

– Ну, мы же, в самом деле не во вражеский стан собрались.

– Лучше, бы туда. Там хотя бы понятно, вот ты вон враг. В трущобах, тебе могут мило улыбаться, делать вид что сотрудничают, а зазеваешься – чик по горлу и в канаву. Я знаю, о чем говорю.

– А как вышло, что у вас лейтенанты не прижились? – Спросил Мальтус, что бы прервать затянувшееся молчание.

– Одного убили, давно еще. Один сам ушел. Вроде как переехал куда-то. Потом, долгое время ни кого не назначали, по разным причинам, в основном, конечно, из-за пьянства нашего капитана, все тормозилось. И как-то так оказалось, что и на наших сержантских плечах, все держится. Да и потом, все важные указания, всё равно с вашего этажа приходят. Как ни крути, а в Управлении, Роско главный. К тому же, на денежку, мы не жалуемся, а чем меньше звание, тем меньше ответственности. Вот взять хотя бы тебя. Ты лейтенант. И что тебе легче от этого? – В ответ Мальтус не произвольно, тяжело вздохнул. – То-то же! Так что ты подумай, если в следаках надоест, переходи к нам. – Вполне серьезным тоном сказал усач. – Мы приближаемся. Кого ты, кстати, там искать собрался?

– Не знаю. Могу лишь описать, внешне. Но он, кое, что украл у меня.

– Случайно не деньги?

– Нет.

– Жаль. Я бы тебе, со своих вернул, лишь бы не ходить туда. Да не смотри ты на меня так! У меня от туда два товарища не вернулись. И мне разок камнем по голове прилетело. Кто-то бросил с окна. Если бы не шлем, сейчас бы с тобой не разговаривал. Так, что ты не только внимательно по сторонам смотри, но и наверх поглядывай.

Ремесленный квартал, с его шумом, пылью, копотью и различными отходами производства, так же нельзя было назвать благополучным. И с заходом солнца здесь происходило всякое. Но даже он, отгораживался от трущоб стеной. Хлипкая и невысокая, из кирпича поросшего мхом, была не преградой, а скорее, символической границей, за которой заканчивались закон, порядок и право на жизнь. Так же, по мимо прочего, здесь заканчивались, любые намеки на брусчатку и тротуар. Как заметил Ален, хорошо, что давно не было дождя, иначе они бы, завязли как в болоте, на здешних улочках. Об их приходе, сразу же стало известно всему району. Люди выглядывали из окон, кто-то боязливо, кто-то, высунувшись по пояс. В каждом дворе, что обычно, образовывали по три дома, была своя группка, молодых, крепких парней. Они поигрывали стилетами, нагло смотря в сторону стражников, складывали пальцы в не приличные знаки, плевали в их сторону и выкрикивали ругательства.

– Как будем действовать сержант? – Спросил Мальтус, глядя на все это.

– Выбирай любого. Кто больше нравится или не нравится. Можно двух. Подходим, обыскиваем, находим запрещенное, ведем в Управление, допрашиваем.

– Что просто так, что ли?

– Все формальности, будут соблюдены. – Отмахнулся Ален.

– Ну, я даже не знаю…

– Послушай. Это тебе нужно или нам? Ладно, идем вон к тем, с ножичками. Уж больно они смелые.

По мере того как стража приближалась к парням, с молодчиками стали происходить метаморфозы. Сначала исчез злобный оскал. Потом сползли улыбки и, в конечном счете, переглянувшись, они бросились в рассыпную. Стража, громыхая латами, бросилась за одним из убегавших. Мальтус решив, увеличить шансы погнался за другим из четырех беглецов. У него были все шансы уйти, ведь он местный, знает здесь каждый дом, дерево и камень. Он петлял, постоянно меняя направление. Нырял то в один двор, то другой, пытаясь запутать преследователя, в этом хаотическом нагромождении строений. Но Мальтус не отставал. Он быстро бегал, не сбивая дыхание, а главное, безошибочно, за долю секунды, предугадывал, куда юркнет беглец. Как итог, когда тот в очередной раз пытался совершить маневр, Мальтус уже был там и сбил его с ног. Они оба покатились по земле. Преследоваемый, попытался, было, достать лейтенанта ножом, но Мальтус, перехватив запястье, больно заломил ему руку за спиной.

– А! Больно! Пусти!

– Не дергайся и не будет больно. – Мальтус огляделся по сторонам. В этой погоне он теперь не очень понимал, где находится. Каждый двор, здесь практически не отличался от другого. – Так, нам кажется сюда. – Лейтенант повел задержанного, обратно. Тот предпринял пару попыток вырваться, но Мальтус, держал его запястье таким образом, что при малейшем давлении, тот испытывал сильную боль. Ведя его вдоль длинного, по местным меркам, строения, лейтенант услышал топот бегущих впереди людей.

– Эй, сюда! – Крикнул парень, которого он вел. Мальтус зажал ему рот, но было поздно. Его услышали. Но к великому разочарованию кричавшего, из-за угла выбежали стражники, тяжело дыша и с пунцовыми лицами.

– Фух! Слава богам, нашли. – Сказал Ален пытаясь, отдышатся. – Догнал таки? Хорошо. А мы своего упустили. – Мальтус подумал, что не мудрено, в полном доспехе не побегаешь.

– Свяжите ему руки. Выводи нас, Ален. Я, признаться, слегка заблудился.

– Да, что вам нужно-то? – Запричитал задержанный.

– Сейчас, узнаешь. – Сказал Ален. – Пойдем сюда, пожалуй. А то мы тут всю округу переполошили. Боюсь, тем же путем, выйти будет сложно.

Он повел их в стороне от домов, пришлось даже продираться сквозь кустарник. В зарослях, неожиданно, для Мальтуса, обнаружилась тропинка. Чуть поодаль, был слышан шум воды. Можно было подумать, что там река, но запах, доносимый ветром, указывал на то, что это городской коллектор.

– Я хорошо знаю эти места. – Сказал Ален. – Пять, шесть раз в год, здесь кого ни будь вылавливаем. Хоть раз видел, раздутый труп, плавающий в луже дерьма, собранного со всего города? То еще зрелище! Каждый раз блюю. Ни как не привыкну.

Тропинка уводила вниз к самому коллектору. Ален взял влево. Пришлось вновь продираться через кусты, но уже вскоре они вышли на небольшой пустырь. На нем были развалены некого здания, назначение которого не угадывалось. Не большое, кирпичное, одноэтажное, сейчас с обваленным потолком, и провалами двери и окон. Полностью покрыто копотью.

– Несколько лет назад, что бы более трупы, не вылавливать, решили здесь, что-то типа сторожки сделать и дежурных посадить. Через полторы недели, сгорела, на хрен. Хорошо еще парни на обходе были.

Заведя упирающегося парня внутрь, сержант толкнул его к провалу в полу, слева от входа. Заглянув, туда Мальтус увидел, что это не просто провал, а ход, вниз вела ржавая лестница.

– Расклад такой. Если нас будут искать, то найдут минут через двадцать, а мне не упало, воевать тут с населением. – Сказал Ален. – Так, что если я услышу, что кто-то идет, просто запру тебя в каморке, внизу. Ты ведь наверняка, тут все облазил, знаешь, о чем я говорю. А вернусь, через пару дней или даже неделю, когда все поутихнет. Либо, ответь на вопросы, что задаст тебе лейтенант, и мы тебя отпустим.

– Спрашивайте. – Буркнул парень, позыркав из под лба и оценив ситуацию.

– Я ищу кое-кого. – Начал Мальтус. – Рост и комплекция, плюс минус, как у меня. Но лет на десять, пятнадцать меня старше. Волосы темно русые, скорее давно не стрижены, чем длинные. Недельная щетина. Темно коричневая кожаная куртка, сильно поношена. Небольшой шрам над левой бровей. Возможно живет здесь или ошивается. Хорошо развиты навыки карманника. Мне нужно имя и где его можно найти.

– Навыки карманника? – Усмехнулся задержанный. – Если он у кого, что украл, то передайте, что б забыли.

– Я смотрю, ты знаешь о ком я. Если честно, не ожидал. Украл он у меня, и мне нужно его найти. – Мальтус слегка напрягся, когда заметил, как парень поглядывает вниз, где во мраке тонула ржавая лестница, всерьез подумывая, а не согласится ли на предложение сержанта.

– Ладно. – Наконец сказал он. – Но только по тому, что у меня сегодня свиданка. Мне ни как нельзя не насколько дней пропадать. Вот только знаю я не много. А знаю лишь то, что от других слышал.

– Ну?

– Если это тот о ком я думаю, то зовут его Акутус. Опасный тип. Хлопцы из «семерок» на него нарвались. Один потом рассказывал, мол, видят среди ночи, забулдыга какой-то идет. Ну, они не ради наживы, а так что б не скучать, решили подойти «поздороваться». Все как всегда, в впятером окружили, то сё. В общем, понять ни чего не успели, как уже все пятеро на земле лежат. Трое так с нее и не встали. Поговаривают, двоим из «псов» так же не повезло, но точно не скажу, живых там не осталось. «Псы» с «семерками» хотели мстить, но их матерые им запретили. Почему? Не знаю. Наверно как то договорился.

– Найти его где?

– Его пару раз в «норе» видели. А так, он ходит, где захочет.

– А живет он где? Где-то же он спит? – Спросил Мальтус. Парень не уверенно замялся.

– По слухам, в Лесу Оживших Кошмаров. – Сказал Ален. Лейтенант удивленно посмотрел на него. Потом на остальных, но больше, ни кто не удивился услышанному и не засмеялся. И вообще, было, похоже, что только Мальтус впервые слышал об этом человеке.

– Это шутка?

– Тшш. – Сержант поднял указательный палец, к чему-то прислушиваясь. – Нам пора лейтенант. – Мальтус хотел было возразить, но Ален уже достав нож, разрезал веревки на руках задержанного. За тем, коротко кивнул и стражники, по команде стали избивать парня.

– Вы что творите! – Возмутился Мальтус. – А ну прекратить! – Стражники остановились, по кивку сержанта.

– До свиданки, вряд ли, – сказал Ален, придирчиво осматривая избитого, – но до свадьбы, точно заживет. Все, уходим. – Он хлопнул лейтенанта по плечу и вместе со стражниками, покинул развалины.

Они шли цепочкой. Довольно спешно. Ален вел их, петляя меж сухим, редким кустарником, вперемешку с кучами мусора. И они быстро вышли к складам. Такая же грязная, серая и обшарпанная часть города, как и трущобы. С одной лишь разницей, людей здесь почти не было. Лишь пробежали мимо две тощие собаки. За ровными рядами складов, метрах в двухстах, высилась городская стена. Двое стражников с арбалетами лениво прогуливались по ней. Увидев внезапно появившуюся группу вооруженных людей, они, было напряглись, но Ален приветливо махнул им, и признав его по пышным усам, стража продолжила прогулку.

– Зачем вы избили парня? – Дорога стала шире, и Мальтус смог, наконец, приблизится к сержанту.

– Для его же блага. – Не принужденно ответил тот. – Многие видели, как мы его увели. Вернись он целый и невредимый, ему бы предъявили сотрудничество с нами. А мне не хочется возвращаться туда и вылавливать его из дерьма. А так, если он не дурак, то придумает правдоподобную историю, зачем мы это сделали.

– А что ты там говорил про лес?

– Я думал, мы действительно ворюгу какого-то будем искать. Но ты не ищешь легких путей? А лейтенант? – Ален внимательно посмотрел на него. – Про Акутуса твоего, всякое рассказывают. В том числе, что живет он в этом страшном лесу. А раз так, то он один из тех кошмаров, что там обитают. Ну, или колдун, какой. Я в это не сильно верю, но справедливости ради, надо сказать, не понятно как он в город попадает. Его ни разу не засекли, ни на одних воротах. Ни на вход, ни на выход. Чем живет и занимается не понятно. Кто-то говорит, что он наемник, кто-то что убийца. Из тех самых. – Добавил он шепотом. – Что от себя могу сказать, каких-то разбойников на тракте порешил. Заметь в одиночку. Иногда награду за него объявляют. Со всей империи охотники за головами, приезжают, интересуются. А бывает из-за кордона. Вот недавно случай был, он какого-то графенка из окна второго этажа выкинул. В «Полумесяце» дело было. Так по новой началось. Вот только за наградой еще ни кто, ни разу не вернулся. Если есть желание, зайди в одну из забегаловок на рыночной площади. Налей завсегдатаям и готовь уши. А еще лучше скачи в Железный Яр. Там народ ото всюду стекается. Баек больше знают. Вот только правды там капля. Так, что вот такой он: бандитов истребляет, господ по роже бьет и из окон вышвыривает. Народу нравится. Бывает, нам разнарядку на него дадут. И тогда мы сильно бдим! Но буду с тобой честен. Если я его на узкой тропке повстречаю, то уступлю дорогу. Чего и тебе советую.

– А что на счет той «норы», в которой его видели?

– И думать забудь. Это место неприкасаемо. Помимо всякой швали, там и серьезные дяденьки, дела решают. К тому же тебе известна особенность, этого заведения?

– Вуаль тишины?

– Вот-вот. Так что даже при всем желании, тебе ни чего не расскажут.

– А «Полумесяц», это бордель?

– Вот ты неуемный! Да. При том элитный. Если живешь на одну заплату, тебе не светит там побывать. К тому же…

– Дай, угадаю. Это место тоже неприкасаемо?

– Схватываешь на лету! Мой тебе совет: брось и забудь.

Больше Мальтус ни о чем не спрашивал. И они какое-то время просто шли молча. Позади послышался стук копыт. Обернувшись, они увидели возницу. Старая, пегая кобылка, тянула телегу с деревянным брусом. Мальтус помахал руками, останавливая.

– Не подбросишь?

– От чего же нет? Залезайте.

– А вы? – Спросил лейтенант, забравшись в телегу, от которой приятно пахло, свежеспиленной сосной.

– Мы прогуляемся. – Ответил ему сержант.

Ехали они медленно, а потому у Мальтуса было время подумать. Как этот, толи колдун, толи наемник, толи убийца, связан с Густавсоном? Он убийца? Но, лейтенант и близко не был к его персоне. Если бы не пропавшие дело и украденный блокнот, он бы вообще не узнал о его существовании. Тогда зачем оно ему? Вопреки совету сержанта, Мальтус не собирался отходить в сторону. Ему нужно было знать больше, но не из трактирных баек. Добравшись, наконец, домой, он быстро вбежал по ступеням. Оказавшись в квартире и заперев дверь, лейтенант подошел к стене, где висел наградной лист. Сняв его, он принялся колупать краешек. Долго промучившись и психуя, ему все же удалось подцепить и отделить тоненький, почти прозрачный пергамент. Достав из тумбочки баночку с чернилами и кисточку, он аккуратно вывел несколько предложений. Затем он поджег пергамент. Тот сгорел без остатка, не оставив после себя ни дым, ни пепел. Оставалось ждать. Но это точно не сегодня. Он посмотрел на часы. Время было уже далеко за полдень. Скоро на город опустятся сумерки. В Управление возвращаться, не было ни какого желания, и делать ему было не чего. И он твердо решил выспаться, в коем-то веке. «Все завтра» подумал Мальтус и уснул еще за мгновение до того, как голова коснулась подушки.

Ему снились неприятности. Это один из тех снов, когда содержание не помнишь, но гадостное, тревожное ощущение, потом сохраняется весь день. Он резко проснулся и первые мгновения не мог понять, где он и кто. Вокруг было темно. Кто-то громко барабанил в дверь. Стучали не в первый раз. Сквозь сон он уже несколько раз слышал стук. Поднявшись, он нащупал и зажег масляную лампу. Громкий стук повторился.

– Да иду я! – Крикнул Мальтус. – Надеюсь, мы как минимум горим. – Пробормотал он, пытаясь понять, где же его одежда. Вскоре выяснив, что она на нем, что он так и уснул, в чем был, он пошел открывать дверь. По ту сторону оказалось трое стражников.

– Лейтенант Мальтус? – Спросил один из них.

– Да. – Удивленно ответил он.

– Вы должны пройти с нами.

– А что случилось?

– Убийство. – Сказал все тот же стражник. – И не одно.

Остатки сна как ветром сдуло. Наскоро умывшись и приведя себя в порядок, он выбежал на улицу. Там уже ждал конный экипаж.

– Университетский переулок. – Сказал стражник вознице, забираясь внутрь следом за Мальтусом.

Пока они ехали, лейтенант обдумывал услышанное. Университетский переулок, это с другой стороны парка, где убили портного, метров пятьсот. «Это связано или совпадение? Способ убийства тот же? Убийца один или несколько?» Вопросы, вопросы! И главный: неужели в единственный вечер, когда Мальтус решил отдохнуть, убийца напал? Неожиданно для себя, он чувствовал невероятное нервное возбуждение и подъем сил. Приехав на место, Мальтус выскочил из экипажа и быстрым шагом направился к переулку. Но неожиданно столкнулся с препятствием.

– Который час? – Спросил он у стражника, что ехал с ним.

– Десять минут пополуночи. – Ответил тот.

Не смотря на позднее время и холодную ночь, здесь собралось довольно много зевак. Лейтенанту пришлось с трудом пробираться сквозь них. Так же люди были и в самом переулке, а это уже совсем ни куда не годилось. Наконец протиснувшись, он увидел стражников, что должны были стоять в оцеплении. Они чуть в стороне блевали, согнувшись пополам. Рядом стоял еще один, и недовольно покачивая головой, взирал на это. В глубине переулка, который в отличие от главных улиц не освещался, стояло еще пять стражников, видимо с более крепкими желудками и держали лампы, и факелы. Там же Мальтус заметил Готлиба. Рядом суетились дежурный доктор и маг. Подойдя к отдельно стоящему стражнику, Мальтус признал в нем сержанта Алена.

– Лейтенант? Сегодняшний день преподносит нам всё новые сюрпризы.

– Вроде бы, уже десять минут как день новый начался.

– Боюсь представить, чем тогда он кончится.

– Твои? – Мальтус кивнул на извергающих содержимое желудков.

– Нет. Мои, вон светят, стоят. Это из новобранцев. Но я их не виню.

– Так плохо?

– Сам посмотри.

– Как раз собираюсь. А ты сделай милость, бери вот этих троих, приводите в чувство тех бедолаг и гоните всех зевак на хрен от сюда. Что б вплоть до парка ни кого, кто не из Управления, тут не было.

– Будет сделано. Так, лейтенанта все слышали? Приказано прийти в себя!

Мальтус направился, непосредственно к месту происшествия. Ему на встречу уже шел Готлиб.

– Надеюсь, ты не ужинал. – Сказал он.

– Даже не обедал. И толком не завтракал. Рассказывай.

– Тут вначале видеть надо.

На пути сюда, он понимал, что тут какая-то жесть и несколько убитых. Но чем ближе он подходил, мерцающий на ветру свет, являл все больше тел и страшных подробностей. – Шесть?! – Спросил, Мальтус. Готлиб кивнул. Все они были буквально переломаны. Руки и ноги под неестественными углами, с торчащими костями. Некоторые конечности, лежали отдельно от хозяев. И повсюду кровь.

– Доктор, вам слово. – Сказал, наконец, Мальтус, когда первый шок прошел.

– Все, что могу сказать с уверенностью, причина смерти – не отравление. – Сказал доктор Мартин. Пожилой, коренастый мужчина с пышными бакенбардами. Внешне он больше походил на трактирщика. – Множественные переломы, увечья, травмы внутренних органов. – Он присел рядом с одним из тел и легонько надавил на грудную клетку. Там что-то хрустнуло и хлюпнуло. – Месиво. – Резюмировал доктор. – И это не смотря на нагрудник.

– Нагрудник? – Удивился Мальтус

– Да, у всех под одеждой, легкий доспех.

– Еще мы нашли вот это. – Готлиб кивнул одному из стражников, что держал факел. Тот отошел на несколько шагов и высветил деревянный ящик, стоявший неподалеку. Мальтус присел на корточки и не сразу понял, на что он смотрит. Порывшись в груде металлолома, он стал угадывать в нем обломки оружия. Сломанные клинки коротких мечей, множество металлических осколков, что, судя по отдельно лежавшим эфесам, ранее было кинжалами. Но один предмет его особо заинтересовал.

– Ух, ты! – Он достал покореженный наруч, с выкидным лезвием. – Экзотика. Притом, похоже, дорогая. Не у каждого оружейника такое купишь.

– Я не знал, как скоро тебя разыщут, поэтому начал работать сразу, как приехал. Сказал Готлиб. – Оно валялось тут по всюду. Я распорядился собрать, что бы доктор Мартин и Дикон, могли работать, не боясь наступить, и поранится.

– Здесь, что был бой? – Мальтус удивленно оглядел присутствующих.

– Я бы даже сказал сражение. – Сказал доктор. – Ни чего подобного, в своей практике я не встречал. Это похоже… Не берусь утверждать, но подобный характер повреждений, мне напоминает записки полевых врачей, в которых они описывали последствия встречи пехоты с тяжелой конницей.

Мальтус поднялся, посмотрел в один конец переулка, за тем в другой, потом на Готлиба, который проделал то же самое.

– Да ну на хрен! Какая конница, в центре города? Тем более в переулке. Тут две лошади едва разъедутся. Но с кем-то или чем-то они явно дрались.

– Я думаю, вам будет интересно еще кое-что. У одного из погибших, наблюдается декапитация. – Сказал доктор.

– Что вы сейчас сказали? – Мальтуса на секунду бросило в жар. Он уже слышал этот термин, от этого же человека, двумя месяцами ранее, за пятьсот метров отсюда.

– Обезглавливание. – Привычно пояснил доктор. – Точнее скажу позже. Но на первый взгляд, очень похоже на то, что произошло с портным. Думаю это вот на стене, – он указал пальцем, – и вон там внизу это и есть его голова. Была ею.

– Значит, это тот же убийца!

– Или несколько. – Сказал Готлиб. – Портной это одно, а вот положить в одиночку вооруженный отряд, да еще и таким образом, это совсем другое.

– Дикон, – лейтенант обратился к штатному магу, – говори, что видишь. – Мальтусу вспомнилось, как утром, сержант рассказывал, что Акутус в одиночку, каких-то разбойников зарубил. Что если? И если да, то он не мог не оставить следов.

– Боюсь, что все как в прошлый раз, лейтенант. Ни следов магии, ни астральных отпечатков постороннего присутствия. Ни чего.

Иерархия гильдии магов, состояла из магистрата (десяти высших магов), малого круга (около сотни высших магов, из которых выбирался магистрат), и большого круга, куда входили сильные, одаренные маги с потенциалом развития. Отдельную группу составляли алхимики. Но были и те, кого боги надели даром, а вот силы дать забыли. Официально они именовались как «маги первичного профиля». Но среди своих, да и в обществе их называли не иначе как «низшие». Способные плести, лишь, базовые заклинания, они что называется, уходили в народ. Так называемые погодники, целители очень ценились, особенно в малых селениях. Так же «низшие» заколдовывали доспехи, оружие и.т.д. При сыскных управлениях по всей империи, так же были представители первичного профиля. Обычно, они даже здорово помогали, видя астральные отпечатки преступников, могли сказать женщина или мужчина, рост, что конкретно делал, что трогал. А если было известно имя преступника, и имелась его вещь, то в нахождении они были куда лучше собаки. Местный маг, Дикон, был, пожалуй, единственным, кто раздражал Мальтуса, больше, чем его коллеги сыскари. Длинный, худой, с вечно сальными не мытыми волосами, перепуганным взглядом впалых глаз и гнусавым голосом. Он кутался в темно серый балахон, на много больше него. Впрочем, Мальтус, честно, старался не обращать на все это особого внимания и даже готов был терпеть дуратскую привычку, мага, закатывать глаза, во время разговора, на половину прикрывая веки. Если бы тот давал результат. Но он вновь беспомощно разводил руками, а это лейтенанта, уже начинало злить.

– То есть ни чего? – Как можно более спокойно спросил Мальтус. – Да ты оглянись. У нас шесть трупов. Разбросанные части тел, кругом кровища. Не каждая скотобойня таким похвастает. А у тебя ни чего? Они, что по-твоему друг друга перебили?

– Исключено. – Сказал доктор. – Если это их оружие в ящике, то использовали они его против кого-то другого. На телах, колото-резаных ран я не обнаружил.

– Я смотрю на их ауры в момент смерти и не вижу по близости ни человека, ни любого из представителей разумных рас. Не вижу я и животных, демонов или нежить. Ни чего.

– Не видишь, значит. Хорошо, а вот это ты видишь? – Мальтус указывал пальцем куда-то вверх, позади мага. – Это видна башня твоей гильдии. Сходи туда и приведи мне того, кто в состоянии будет, что ни будь увидеть. – Мальтус чувствовал, как начинал злиться.

– Но я ведь…

– Бегом, я сказал! Это приказ! – Почти кричал лейтенант. Было видно, как помрачнел и насупился маг. Но смолчал. Лишь коротко кивнул и засеменил в сторону площади.

– Жестко, ты с ним. – Сказал Готлиб. – Нервишки шалят?

– Будешь тут спокойным. Так, ладно. Что мы знаем? О жертвах в первую очередь. Кто они?

– Выделяется один человек, тот, что обезглавлен. Но не только этим. Еще одеждой. – Готлиб взял лампу у стражника и стал ходить от тела к телу. – Вот эти пятеро одеты одинаково, правда странная одежда и лица замотаны. А вот этот в дорогом хорошем костюме и перстни на пальцах.

– Вывод это охрана и их наниматель. Вопрос, он всегда так ходил или нанял их потому, что знал об опасности? А, что на счет их одеяний, не узнаешь?

– Ни когда не видел, что бы кто-то так ходил. Возможно какая-то элитарная охрана, наподобие «черных плащей». А может они вообще не местные. Имеется виду не из империи.

– Этого нам только не хватало. Убийство иностранного богача или даже аристократа, не приведи боги. Да что ж это такое! – Мальтус смотрел, как через оцепление проехал конный экипаж. – Ален! Я же сказал ни кого не пускать! – Но сержант лишь развел руками. – Доведут, сам убью, кого ни будь! – Пробурчал Мальтус, идя навстречу экипажу, что остановился боком, прямо у входа в переулок. Он уже заготовил пару не лестных фраз, но по мере приближения, его пыл по угас, когда он разглядел фигуру, сидящую в карете. Это мог быть только один человек – капитан Роско, так как в одиночку занимал двухместный экипаж. Мальтус надеялся как можно дольше избегать встречи с ним. А если придется, то хотя бы имея на руках результаты. Но теперь было не отвертеться.

– Капитан. – Поприветствовал его Мальтус, чуть поклонившись, и встал в ожидании порции брани, без которой не обходился, ни один их разговор.

– Докладывайте, лейтенант. – Вместо всего этого спокойным тоном произнес Роско. Мальтус даже, на мгновение опешил, настолько не привычно это было. Докладывать ему было не чего, так что он просто и коротко рассказал, что знал на данную минуту.

– Работайте. – Покивав головой, сказал капитан. – О результатах доложите, завтра. – Лейтенанту показалось, что на последней фразе, тот слегка занервничал. – Домой! – Крикнул, Роско, кучеру и тот, понукая коней, направил экипаж, прочь от переулка.

– Это был капитан? – Спросил подошедший к Мальтусу Готлиб.

– Угу. – Все ещё пребывая в легком недоумении, ответил тот.

– Что сказал?

– Спрашивал, как наши дела. Я в Управлении недавно. Как часто, Роско выезжает, на место преступления?

– За те семь лет, что я работаю, не припомню такого случая.

– Странно.

– Ну, а с другой стороны и убийств таких не было. По крайней мере, в цивилизованной части города.

– Не просто цивилизованной. Центральный парк, университет. До ратуши и центральной улицы рукой подать. Вон храмовая площадь. Там же маги, со дня на день Академию достроят. Это дело, уже замять, не получиться. Я так понимаю, они не соизволили умереть с документами в кармане? – Это Мальтус уже обращался к доктору. Колкий взгляд, поверх очков, ясно давал понять, что «нет». – И под ногами сплошь камень. – Лейтенант постучал каблуком об брусчатку. – И свидетелей, дай угадаю, ни одного?

– Мы еще не опрашивали. Может и повезет? – С оптимизмом сказал Готлиб. На что Мальтус, придирчиво осмотрел, наглухо зашторенные темные окна, и с сомнением покачал головой.

– Знаю я эти: «не видел», «не слышал», «меня дома не было».

– Да уж от, куда вы взялись, на наши головы? – Приглаживая волосы, сказал Готлиб.

– Доктор? – Мальтуса вдруг поразила догадка. – А не могли их сбросить с крыши?

– Могли. – Ответил тот. – Так, у нас тут четыре этажа? Разов по пять, если каждого кидали, то все сходится. – Доктор явно издевался.

– Понятно. Но, что они здесь делали? Когда их убили?

– Примерно час полтора назад. Когда я прибыл, а это было незадолго до вас, тела были еще теплые. – Ответил доктор Мартин.

– Что могло им понадобиться в столь поздний час в этом переулке?

– Он ведет на площадь. Так короче. Даже подводы, что на стройку материал возят, когда пустые, назад идут, здесь срезают. Я думаю, на площадь они шли. – Сказал Готлиб.

– Шли, говоришь? – Задумчиво произнес Мальтус, вспоминая визит капитана. – Вот это меня и смущает.

– Ты о чем?

– Человек с охраной, либо знатен, либо богат, или же всё вместе. Такие как он пешком не ходят. Где его транспорт? А если охрана у него не по статусу, а по необходимости? Можно нанять бронированную карету. Там толщина метала, арбалет не возьмет. И если тебе грозит опасность, каких мест ты будешь избегать?

– Всех.

– А в первую очередь? – Мальтус повел головой, разведя руки в стороны.

– Темных, не освещенных переулков? Давай пока не забегать вперед. Мы не знаем, угрожали ему или нет. Мы ведь, напомню, даже не знаем кто это.

– В любом, случае, раз они сюда пришли, то значит не издалека. Нужно найти, от куда начался их последний путь. Придется опросить, не только эти дома, но и все в округе. Нужно будить всю стражу. Пойду, обрадую Алена. Когда прибудет подкрепление, возьмешь группу и стучись во все двери. Не ждите утра.

– Есть! – Козырнул Готлиб. – Разрешите выполнять?

– Иди уже. – Беззлобно ответил Мальтус. Вместе с этим его сердце, часто забилось, в предвкушении возможных ответов, на мучавшие его вопросы.

Обход начали часа через два, когда, наконец, подошло подкрепление и сонным, и недовольным стражам, разъяснили их задачи. Все это время Готлиб и Ален, с той горсткой людей, что были в наличии, опрашивали людей на улице, количество, которых, все росло. Подавляющее большинство зевак, были не из этого района. Возвращавшиеся со смены строители, праздные гуляки, студенты, просто прохожие. Предчувствуя, не плохую выгоду, вновь открылись заведения вблизи парка. От забегаловок до ресторанов, им пришлось работать сверхурочно, так как в холодную осеннюю ночь горячие и горячительные напитки, расходились на ура. Особенно в связи с последними, чем дольше это всё затягивалось, тем реальнее был риск, что опрос очевидцев закончиться народными гуляниями, либо митингом. Мальтус, не сильно уповая, на полученные от толпы сведения, решил заняться, как он считал, более полезным делом. Достав новый блокнот, взамен утраченного, и грифель, стал зарисовывать место преступления. Рисовал он не плохо, хоть ни когда, этому специально не учился. Иногда, он размышлял, что не угоди он в школу меча, возможно, был бы художником. Но видимо у высших сил, на него были другие планы. И теперь, будучи мастером меча, он применял врожденный дар, которым и не думал, когда-либо пользоваться, в деле, которым не предполагал, что будет заниматься. Боги, те ещё затейники. Впервые, ему в голову, пришла эта идея, на месте убийства Густавсона. Он снабдил все свои отчеты подробными рисунками. Даже предложил капитану, нанять несколько рисовальщиков, что бы те зарисовывали каждое место преступления. Но Роско, в очередной раз лишь наорал и выгнал из кабинета.

Вскоре подъехала телега, на которую погрузили трупы, и в сопровождении доктора Мартина, повезли в прозекторскую. Едва телега, скрылась за поворотом, прибыла дополнительная стража.

– Докладывайте мне или Готлибу. – Вкратце описав сержантам ситуацию, сказал Мальтус. Возглавив одну из групп, он с энтузиазмом отправился портить людям сон. Правда, на поверку, сделать это оказалось не так просто. В почти каждую дверь, приходилось стучать подолгу. Как выяснилось из-за строительства академии и шума, что последнее время не прекращался даже ночью, люди приняли меры. Кто-то пил сонное зелье, кто-то коньяк. Большинство же пользовалось простыми ушными затычками. Как следствие ни кто ни чего не слышал, а если и слышал, то не обратил внимание. Сроки строительства затягивались и рабочие трудились в две смены. Так что шум, грохот, крики, доносящиеся со стороны площади, здесь привычное дело. Люди в этом районе, далеко ни бедные и не последние в обществе, но даже им приходилось, лишь, роптать и молиться, что бы это побыстрей закончилось. В общем, опрос жильцов, превратился в сбор жалоб от населения. То же докладывали Готлиб и другие сержанты. Мальтус был зол. Хотелось кричать и что ни будь ударить. Но вокруг, все было либо твердое, либо острое, либо подчиненные, которые в данном, конкретном случае, были не виноваты.

– Что дальше? – Спросил Готлиб. – Есть идеи? Если нет, предлагаю…

– Лейтенант! – Окрикнул Мальтуса, спешащий к ним стражник.

– Что у вас?

– Сержант Малек, сэр. Вам нужно это увидеть.

Готлиб и Мальтус переглянулись и направились вслед за сержантом, едва поспевая за ним, так же взяв с собой отряды их сопровождавшие. Они обогнули университет и, взяв в лево, прошли по алее, между учебным и жилыми корпусами. Пройдя насквозь, они вышли на улочку между университетом и библиотекой. На той стороне виднелся слабый огонек масляной лампы, который едва высвечивал двух стражников у забора.

– Фонари не горят. – Сказал Мальтус оглядевшись. Это было не обычно. В отличие от трущоб, за исключением переулков и пары частных дворов, все улицы в центре Сарнома, были хорошо освещены. Даже в ремесленном квартале горели фонари. Один через два, но горели. Но не это хотел показать им сержант Малек. У отрядов, что пришли с лейтенантом и Готлибом, были ручные фонари и два факела. Когда они приблизились, то увидели ожидавших их стражников, рядом с внушительным проломом в заборе. Железные прутья были выломаны и валялись по всей улице, вместе с крошевом каменной кладки, в которой ранее находились. Оставшиеся прутья, по краям пролома, выгибались наружу, к улице. Создавалось впечатление, будто огромный, дикий зверь, вырвался от туда.

– Это еще не все. – Сказал сержант.

Они направились дальше, по лужайке, к зданию библиотеки, где обнаружились ещё одни следы разрушений: одно из арочных окон, с боковой стороны, отсутствовало, как и часть стены под ним.

– Вы входили внутрь? – Спросил Мальтус.

– Ни как нет. Сразу же пошел за вами.

– Старшие по званию вперед. – Сказал Готлиб, нервно улыбнувшись. Мальтус зыркнул на него, но, ни чего не ответил. Отобрав у стражника фонарь, он сделал аккуратный шаг в темный провал. Под ногами хрустели осколки стекла и камня. Лейтенант старался ступать осторожно, дабы не вогнать себе, что ни будь в ногу. Света от его фонаря было не много, и он махнул рукой, призывая остальных следовать за ним. В следующее мгновение, Мальтус, чуть было не упал, больно ударившись об угол лежавшего книжного стеллажа. Здесь таких было много. Целые ряды. Некоторые просто повалились друг на друга, как упавшие костяшки домино. Иные же были разнесены в щепки. Повсюду валялись книги, свитки, отдельные страницы. Пробираясь через эти завалы, стараясь выбирать более проходимый путь, делая очередной шаг, лейтенант, наступил но что-то мягкое. Отпрянув и едва удержав равновесие, он все же поднес фонарь к тому месту, уже догадываясь, что это может быть. Он откинул пару книг, под которыми было похоронено тело, и увидел голову бедолаги. Широко открытые глаза, а на лице гримаса ужаса.

– Здесь тело.– Сказал Мальтус

– Здесь тоже. – Малек был шагах в пяти, слева. Из-за завалов, напрямую было не пройти и лейтенант, вернулся по своим следам. Пройдя вдоль стены, под террасой, где располагались читальные места. Кое-как, протиснувшись между перевернутой мебелью, он подошел к Малеку, став у края террасы, взирая на мертвого парня, примерно своего возраста. Лицо его было залито кровью. И тут плеча лейтенанта, что-то коснулось. Он резко развернулся, но, ни кого не увидел. Уже подумал, что показалось, но нечто вновь его коснулось, чуть ниже затылка и стало медленно ползти вниз по шее. Он отпрянул, машинально пытаясь это стряхнуть. Почувствовав на пальцах что-то липкое и присмотревшись, он понял, что это кровь. Она густыми вязкими каплями, падала вниз с террасы.

– Наверху! – Крикнул Мальтус. Один из стражников, тот, что с факелом, бегом взобрался на поваленный стеллаж, но оступившись, чуть не упал. Благо рядом был Готлиб и поддержал его, взобравшись следом.

– Там двое. Лицом вниз, в луже крови. Плохо видно, но угадываются пятна на стене позади них. Такое впечатление, что их швырнули об стену. Ставлю золотой, что состояние их тел окажется таким же как у людей в переулке. – Готлиб спрыгну вниз. – У меня предложение. Продолжить утром. Рассвет через несколько часов. Ведь одно неловкое движение, – он глянул на стражника с факелом, – и тут так полыхнет, мало не покажется.

– Здраво. – Выдержав несколько секунд паузы, сказал Мальтус. Его аж подбрасывало, так хотелось быстрее все осмотреть и найти уже, наконец зацепку. Но он был вынужден согласиться. – Давайте все на улицу. Малек выставь охрану по периметру. И что б ни одна мышь, ни туда, ни от сюда. И пошли, кого ни будь за доктором Мартином. – Мальтус передернул плечами. Капля крови все же затекла, за воротник и добралась до спины.

– Думаю можно смело утверждать, что эти места преступлений связаны. – Сказал Готлиб, когда они вышли наружу. – Вот только какое из них было первым?

– Хороший вопрос. А вот еще. Как можно без магии нанести подобные травмы? Или как можно снести стену, хоть и с окном, и забор из камня и метала? И зачем вообще, кому-то нападать на библиотеку?

– Да, но до рассвета, придется ждать.

– Найди еще сыскарей.

– Что ты уже придумал?

– Если не можем работать внутри, будем работать снаружи. Поищем следы.

– Но все равно днем это лучше будет сделать. – Взмолился Готлиб

– Днем еще раз пересмотрим. А сейчас, каждому фонарь по ярче и вперед. Время дорого. И пусть кто ни будь разберется, что с уличным освещением.

Глава 5

Выйдя из мрака «волчьего логова» на свежий воздух, с каждым его глотком, мысль о «теневом наместнике», вновь казалась менее реалистичной. А ведь Беллу почти удалось убедить Акутуса, что он существует. Почти. Но, вне прокуренного схрона, яркое солнце «выжигало» мрачные тени. «Беллу, тоже бы не помешало, проветриться» – Подумал Акутус. Но вместе с этим он понимал, что просто так, Белл, не стал бы параноить. Не тот человек. За ним определенно кто-то охотится. Странным казалось, что Белл попросил помочь бежать, скрыться. А ведь мог хитростью, деньгой, и увещеваниями, натравить Акутуса на своих преследователей. «Или он уже сделал, это?» Мизерный шанс, что Белл прав, будоражил ту часть сознания, что ответственна за поиск, на жопу приключений. Он еще и поманил «морковкой», виде непонятной связи между почившим портным и ими двумя. И что угроза у них общая. В конце концов, давненько у Акутуса, не было интересных противников. Все какие-то полупрофессиональные охотники за головами, доходяги охочие до денег, но так и не удосужившиеся, хотя бы сносно овладеть оружием. Скука. А последние пол года вообще штиль. «Что ж хитрый лис, считай это за счет заведения». Как человек, за которого, большую часть жизни, назначена награда, Акутус знал, что делать. Вдруг повезет, и он устранит угрозу, уже сегодня. Ему до жути не хотелось, тащиться с Беллом, через лес. Он, безусловно, попросит, кое-кого о небольшой помощи в пути, но дня три, для приличия, полазить придется. Можно и быстрее, но Акутус не собирался раскрывать, свои козыри. Пару часов пришлось побродить по пивным, да корчевням, где совмещая приятное с полезным, за бокалом и рюмочкой, не навязываясь, но неизменно заводя беседу, с кем ни будь из местных, осторожно, походя, вскользь, намекал на местонахождение сводника Сарнома. Каждый раз, называл разные места. Все ему не охватить. Он будет ждать в одном из них, но ему не надо, что б туда приперлось, полгорода. Для засады, выбрав заброшенную кузницу, на краю района. В свое время, Акутус купил ее у старого кузнеца, что в силу возраста уже не мог конкурировать, с другими мастеровыми, ремесленного квартала. Купил и забыл, до сего дня он ни разу там не был, но вот пригодилось. Внутри, царили пыль и запустение. Темный провал, давно остывшего горнила, несколько треснувших форм для литья, ветхая мебель да пара ржавых инструментов. Был там еще и стеллаж, почти по самый потолок, его Акутус и выбрал в качестве укрытия. Места там было маловато, и скрипел он нещадно, но других мест в пустой кузне не было. Кое-как, умостившись и стараясь не шевелиться, дабы не издавать скрип, он принялся ждать.

Ждать пришлось долго. Все тело затекло и замерзло. На город медленно опускалась ночь. Постепенно затихал и ремесленный квартал. Акутус начал побаиваться, а не переборщил ли он, с полунамеками. Выпивохи народ не шибко умный, может, надо было четко называть адрес? Сомневаясь в собственной затее, он все же решил, подождать еще немного. И что бы хоть как то отвлечься, стал внимательно вслушиваться в происходящее в округе. Вот проехала повозка, скрипя колесами. На соседней улице горланила, пьяна компания, не то пели они, не то спорили, несвязной речью. Вот в их сторону, направились трое, ступая в ногу. Сейчас стража проявит всю свою доблесть, арестовывая пьяных работяг. Если у тех не осталось монет, то ночь они проведут в каземате. На долгое время все стихло. А за тем, послышался шорох. Едва уловимый, но такой знакомый. Акутус открыл глаза и приготовился. Он вскрыл не один замок и этот звук не спутает ни с чем. Но тот, кто орудовал, по ту сторону двери, все, ни как не мог справиться с простеньким механизмом. Акутус даже матом, мысленно, завыл, впервые в жизни мечтая, что бы на него скорей напали. Наконец, послышался заветный щелчок. Дверь распахнулась, и в помещение ввалились четверо крепких парней, с оружием в руках. Если можно так сказать. У двоих были большие мясницкие ножи, без гарды. У третьего топор, а четвертый вообще не заморачивался и пришел с обыкновенной дубиной. «Что за клоуны?» – Подумал Акутус. Лиц он не видел, но пролежав долгое время в темноте, слабого уличного света, хватало, что бы разглядеть подробности. И они его не впечатлили. Он ожидал убийц, военизированный отряд наемников, стражу на худой конец, но никак не уличную шпану. «Если это их боится Белл, то совсем у него с башкой плохо». Кроме основного помещения, в кузне, была еще кладовая. Они быстро все обыскали и ни кого не найдя, стали почесывая затылки.

– Ты уверен, что место правильное?

– Да.

– По ходу, обманули тебя.

– Может быть, но надо убедиться. Может тут подвал, какой, есть или еще чего? За голову этого Белла, столько дают, что всю жизнь пей, гуляй, и еще останется.

Они принялись простукивать пол и стены. Даже заглядывали в горн, но так как, ни кто из них, не удосужился обзавестись, хоть каким, ни будь источником света, что они там хотели увидеть, для Акутуса осталось загадкой. Он бы уже давно напал, но уж больно потешно это все выглядело. Наконец, один из них, проходя мимо стеллажа, поднял голову вверх, и это стало последним, что он сделал в своей жизни. Акутус действовал молниеносно. Держа в руке кинжал, с длинным, тонким лезвием, он камнем рухнул вниз, вонзая его, по самую рукоять, в глаз первого бандита. Оставив свой клинок там, он перехватил у убитого, мясницкий нож и, сделав быстрый шаг, к ближайшему противнику, стоявшему возле горна, он одним движением, перерезал ему горло. Следующий уже не был застигнут врасплох, и Акутусу пришлось уворачиваться от мощного удара дубины. Но удар не достиг цели и увалень, вполне закономерно, подался вперед, где и получил нож в сердце. Четвертый и последний, метнул в Акутуса свой топор. Но было это в темноте и со страху, а потому промахнулся на добрые полметра. Он тут же бросился к двери, спасаясь бегством. Акутус подобрав дубину, швырнул ему под ноги. Тот споткнулся и повалился на пол, смачно ударившись лбом. Опасаясь, не убил ли, Акутус подошел и потрогал пульс на шее. Почувствовав биение, он удовлетворенно кивнул. Взяв из кладовки стул и веревки, он усадил его, привязав руки к подлокотникам и замахнувшись, дал сильную пощечину, приводя того в чувства. Придя в себя, тот ошалело, замотал головой, пытаясь понять, где он и что. Когда же осознание, пришло, он, что было сил, задергался, пытаясь высвободиться. Старенький стул, под ним, зашатался и застонал, и Акутус, дал ему еще одну пощечину, уже не сильно, так для привлечения внимания.

– Ты… Ты кто? Что тебе нужно?

– Я тот, кто решает, доживешь ты до утра или составишь компанию своим подельникам. А все что мне нужно это ответы на вопросы, которые я задам.

– Я ни чего не знаю. – Быстро выпалил тот.

– Тебя как звать?

– Чего?

– Звать тебя как?

– Кнутом, все кличут.

– Ну, допустим. На кого работаешь, Кнут? Кто вас сюда прислал?

– Ни на кого я не работаю. И вообще, мы просто мимо проходили. Решили заглянуть.

Акутус, подобрал с пола, кузнечные клещи. Он заприметил их еще засветло. Старые, ржавые, но еще вполне годились для задуманного. Он подошел и зажал ими Кнуту нос.

– Чуешь, чем пахнет?

– Пошел, ты!

Акутус с силой сжал клещи. Послышался хруст. Кнут вновь задергался и заорал, пришлось зажать ему рот, на время.

– Ублюдок! Ты сломал мне нос! – Сплевывая текущую кровь, прогнусавил Кнут.

– То ли еще будет! – Акутус прихватил клещами большой палец на правой руке. – Забегая чуть вперед, скажу, что когда закончатся пальцы на руках, я перейду ниже. И я сейчас не про ноги. Понимаешь о чем, я? – Акутус нажал на клещи.

– Ладно! Ладно! Я скажу.

– На кого работаешь? Кто послал?

– Шершень.

– Кто?!

– Шершень. – Повторил, тот. Акутус знал, мало мальски значимых представителей криминала, хоть и не всех лично. Имена или клички были на слуху. Но эту он слышал впервые.

– Что еще за Шершень?

– Ну, это насекомое такое…

– Кнут, не беси меня. – Он вновь надавил на клещи.

– Погоняло, такое! Я не знаю имени! У него эта букашка на шее набита! – Заголосил Кнут.

– Как найти его?

– Не знаю. Ааа! – Послышался хруст. Это был большой палец. Акутус зажал клещами указательный.

– За каждый мною повторенный вопрос, ты теряешь палец! Схема ясна? Как его найти?

– Мы в «норе» встречались. Он сказал, тема есть. За лоха одного, серьезные люди много золота дают. Назвал это место.

– То есть ты, хочешь сказать, что встретился с ним, не зная, кто он и что? – Акутус поудобней перехватил клещи.

– С ним, Жмых имел дела раньше. – Он указал на здоровяка с перерезанным горлом. – Он рассказывал, что у того, вроде, питейная есть, в трущобах. Бражник, что-то там…

– Веселый Бражник?

– Кажись, да. Клянусь, это все, что я знаю!

– Ну, смотри Кнут! Если соврал, я вернусь. – Сказав это, он зашел сзади и стукнул Кнута по затылку, от чего тот потерял сознание.

Однажды «прогуливаясь», по своим делам, в трущобах, Акутус, краем глаза видел этого «бражника». Это очередная тошниловка, с дешевым пойлом и еще более дешевыми девками. Обычно, такие заведения появлялись и исчезали, не продержавшись и года. Но эта по слухам процветала и даже обзавелась названием, и вывеской. Проблема, заключалась в том, что Акутус, помнил лишь примерно, где это находиться. Ориентироваться в трущобах могли лишь люди и идеальной памятью и чувством направления. Либо здесь нужно родиться. Но, ни первое, ни последние не гарантировало успех. Так как, сплошь деревянные постройки, плюс пьющие люди, плюс холодные зимы, равно постоянные пожары. Дома выгорали в пыль. Отстраивались на скорую руку, но лишь за тем, что бы вспыхнуть вновь. Такая «традиция» прижилась, ни без поддержки городского совета лордов, которые под предлогом реконструкции, присваивали себе значительную часть, выделенной но это суммы. Одной рукой строя деревянные коробки для бедных, другой они возводили себе усадьбы и гостевые домики, в два этажа. Естественно из отборного камня. Возводимое жилье в трущобах, из-за нехватки бюджета, было делом рук местных умельцев. «Рукастых» мужиков здесь, конечно хватало, но о каком либо планировании или зодчестве, ни кто не слышал. Все это привело к тому, что дома стояли как попало, под разными углами по отношению друг к другу, и через год, два этот хаотично нагроможденный лабиринт менял свои формы, и очертания. Так что ни привычных улиц, ни нумерации домов здесь не было и Акутусу пришлось изрядно побродить. Внутренне возрадовавшись, отыскав нужное здание, он уверенным, почти победным шагом, направился ко входу. Но тут путь ему преградил мордоворот, стоящий на входе. Он был головы на две выше Акутуса и раза в два шире.

– Кто такой? Чего надо? – Низким басом спроси здоровяк.

– Я к Шершню. Дело к нему есть.

– Нет тут таких. Пшел вон от сюда!

– Меня Кнут прислал.

– Не знаю такого. Катись, давай, пока целый. Считаю до трёх.

– А ты умеешь?

Мордоворот угрожающе зарычал и двинулся на Акутуса, но тот с силой ударил его, стопой в колено. Послышался хруст. Здоровяк закричал бы, но следующий удар, Акутус нанес костяшками пальцев в шею, ломая кадык. Вместо крика, тот захрипел, валясь на землю, хватаясь руками за горло. Минута и он затих.

– Я пытался по-хорошему. – Развел руками Акутус. Он направился ко входу. Взбежал по ступенькам, как вдруг, дверь стала открываться, и Акутус едва успел уйти в сторону, спрятавшись за ней. На крыльцо вышел второй охранник, благо не такой рослый, явно слышав, как первый кого-то прогонял. Наверно решил узнать как тут дела. Увидев своего коллегу на земле, он схватился за рукоять короткого меча, висевшего на поясе. Но Акутус не дал ему это сделать. Он зашел сзади и свернул тому шею. Забрав меч себе, нырнул внутрь, и на пару мгновений задержался, прислушиваясь. Из прихожей вела дверь, вполне обычная, и звуки доносились хорошо. Стандартный набор пьяных разговоров, ругани, окриков. Потасовки снаружи ни кто не слышал. А значит, можно было вновь воспользоваться эффектом неожиданности. Подхватив стоящий рядом табурет, он, рывком отворив дверь, ворвался внутрь. На вид увесистый и крепкий, табурет, быстро сдался, рассыпавшись уже после первого удара о спину ближайшего от входа. Правда, ножка, оставшаяся в руке, прослужила дольше, размозжив еще насколько голов. «Веселый Бражник» располагался в типовом бараке. Его зал представлял собою несколько бывших, жилых комнат, между которыми убрали перестенки. В образовавшемся помещении, было пять столов с лавками, и подобие барной стойки. В этот вечер заведение было битком. Около тридцати человек повскакивали с лавок. Эффектно появившись и сходу убрав четверых, Акутус, не ожидая такого аншлага, решил приостановить свое продвижение вглубь зала. Предпочтя, в сложившейся обстановке, держать выход за спиной, он, держа в одной руке меч, в другую взял кинжал и приготовился к рубке. Будучи твердо убежден, что в бандитских притонах, невинных не бывает, угрызениями совести, он бы потом не мучился. Повисла неловкая пауза. После которой, оценив возможные варианты: бей и возможно умри, или беги и выживи, большинство присутствующих решило ретироваться, через запасной выход. Большинство, но не все. Сквозь бегущих людей, ругаясь и толкаясь, в сторону Акутуса двинулось шестеро. Определив угрозу, он решил сменить тактику. Воткнув меч и кинжал, в столешницу рядом, он, отдернув полы куртки, привычно провел пальцами по метальным ножам, у себя на поясе. Шесть выверенных движений, шесть точных попаданий, пять трупов. Все внезапно стихло. Образовавшуюся тишину, нарушали лишь стоны шестого, которому Акутус поцелил в ногу. Человеку с приметной татуировкой на шее. Акутус не спеша прошелся и собрал свои ножи. При этом разглядывая, уже считай, бывшего хозяина «Веселого Бражника» и ни как не мог понять. Худой, не высокого роста, с редкими, гнилыми зубами, явно употребляющий, всякую дрянь, о чем свидетельствовали запавшие глаза, обрамленные темными кругами. Не может быть, что бы он охотился на Белла. Акутус надеялся выйти на крупного хищника, а перед ним был, в лучшем случае, мелкий падальщик. Доставая очередной нож, он краем глаза уловил движение слева. Резко развернувшись и уже почти метнув нож, в последнюю секунду остановился. Из полумрака, спрятавшись за ящиками со спиртным, на него смотрели четыре пары глаз, полных ужаса. Это были местные девицы легкого поведения и тяжелой судьбы, в замызганных ночных рубашках.

– Брысь! – Сказал Акутус, опуская занесенную для броска руку, кивнув в сторону двери. До них медленно доходило, что убивать их не будут. Взявшись за руки, они осторожными шажками дошли до середины комнаты, а за тем бросились от туда во весь дух. Он подошел и рывком поставил раненного на ноги, прижав к стене рукой.

– Ты ведь, Акутус, да? Я слышал про тебя. И теперь вижу, что не врали. Но я вроде не переходил тебя дорогу. Зачем ты здесь? – Тот, кого звали Шершнем, пытался говорить уверенно, но голос его дрожал.

– Пришел понять, почему малек вроде тебя, решил замахнуться, на такую крупную рыбу как Нейтан Белл?

– Так ты, что же работаешь на Белла? Ауу! – Акутус ударил его в живот.

– Все время забываю, что вначале нужно пояснять. Я – спрашиваю, ты – отвечаешь. Не наоборот. Если ты не даешь ответа или мне кажется, что ты врешь, я делаю тебе больно, и с каждым разом, боль будет лишь усиливаться. Ну, что попробуем? На кого ты работаешь? Кто дал заказ?

– Никто. Я сам решил его убрать. – С гонором ответил Шершень. Акутус кивнул и ударил его по ребрам. Стараясь на первый раз бить не слишком сильно, он все же, судя по всему, парочку сломал.

– У тебя слишком хрупкие кости, что бы так выделываться.

– А с чего ты взял, что я на кого-то работаю? Парень я самостоятельный.

– Воля ваша. – На сей раз, двумя ударами, Акутус сломал ребра, с другой стороны. Для симметрии. – Ты мелкая сошка. Владелец клоповника – вот твой потолок. К тому же, некто Кнут, обмолвился, что ты связался с серьёзными людьми. И я склонен ему верить.

– Кнут… Гнида… – Пробормотал, Шершень.

– В его защиту, скажу, что я не оставил ему выбора. Впрочем, как нет его и у тебя. – Не желая, проторчать, тут всю ночь, Акутус взял метательный нож и вонзил его рядом с тем, что уже был в ноге Шершня, стараясь не задеть крупных артерий. И немножко провернул.

– Если скажу, я труп! – Закончив орать от боли, прокричал Шершень.

– Ты труп, в любом случае. Судя по твоему виду, осталось тебе год, два. Это при условии, что ты переживешь сегодняшнюю ночь. Ну же, Шершень. Не лишай себя этих двух лет. – Шершень стонал и морщился, от боли, но Акутус видел, что он сейчас мучим дилеммой: страдать и умереть сейчас или потом. Но сомнений не было, что тот выберет. Люди, а особенно людишки, всегда выбирали второе.

– Лады. Я расскажу, с кем дела имею. Очень надеюсь, что вы поубиваете друг друга. Он пришел сюда месяца три назад. На первый, беглый взгляд – богатенький фраер, средних лет. Очень хорошо одет, как говорят с иголочки. С ним охрана, на вид армейская, или бывшие. Он подсел ко мне за стол, платок под жопу постелил. Любого другого, я бы высмеял, избил и обобрал бы до нитки, радуясь, что фраерок так удачно заблудился. Вот только, как-то сразу стало понятно, что надо сидеть ровно и без резких движений. В трущобах быстро чуйка на опасность развивается. Иначе не выжить. Так вот от него ею, прямо, веяло. А взгляд… Чем-то похож на твой. Буд-то сама костлявая, на тебя смотрит. И не заблудился он. Ко мне пришел. Сказал, что есть у него желание, кое-какими делами в городе заняться, и что для части из них ему нужны молодые, злые и голодные парни. А это один в один мои хлопцы. Много денег обещал. Я сказал, что это заманчиво, но все дела в городе уже давно поделены местными матерыми, и лезть в них вредно для жизни. Он ответил, что бы я не беспокоился на счет старых пердунов, что давно уже не настоящими делами заняты, а какими-то мутными торговыми схемами, на которых жируют. А прибыль делят с чинушами из ратуши, пока честный бандит вынужден довольствоваться мелочью из карманов. В общем, озвучил всё то, что давно крутилось у нас в головах.

– А имя у этого благодетеля есть?

– Он не представился. Я потом спросил, но он не ответил. Больше я этот вопрос не задавал.

– Где живет? Где бывает?

– Я тоже хотел знать. Как только мы поручкались, отправил за ним двоих хлопцев, что б глянули что, да как. Утром следующего дня, на пороге стояла коробочка, а в ней четыре глаза. И что странно, тела тех двоих, так нигде и не нашлись. И типа я этого больше не видел. От него только человек приходил, один из вояк. Давал наводки. Встретить контрабандистов и позабирать у них все не честно нажитое, несколько складов «накрыли», какие-то конторы брали с сейфами. На счет последних, было четкое указание всех убрать, кого там встретим. Со всего добытого треть мы отдавали, остальное себе. Потом я выяснил, что это были места и люди Белла. Человек он в городе уважаемый и я все ждал, когда же мне за него предъявят, но, как и сказал тот мужик, беспокоиться было не о чем. Матерые стали исчезать, кто-то добровольно, кто-то навсегда. Даже не знаю, остался из них кто в городе или нет. А месяц назад за Белла награду назначили. Мои, город перетряхнули, но найти не смогли. Сегодня слух пошел, да не один. Сразу три места называли, где он сидеть может. Я людей разделил, послал проверить. А это ты слух пустил? Умно. Убьешь меня теперь?

– Только если продолжишь не договаривать.

– Я не…

– Брось. Это не первый, подобный, разговор, в моей жизни. Люди всегда, не договаривают. Одни это лучше скрывают, другие хуже. Ты, вот даже не старался. Так, что давай выкладывай. И можешь ковылять от сюда на все стороны. – Сказал Акутус, но по взгляду, было видно, то Шершень ему не верит. – Мне не нужна твоя жизнь.

– А их, нужна была? – Он кивком указал на своих мертвых людей.

– Да. Они умерли, что бы мы поговорили. Без этого ты бы не стал. Так, что отмалчиваясь, ты в первую очередь, проявляешь не уважение к ним.

– Ты так легко говоришь, об этом… А ведь раньше я считал себя, плохим человеком. – Шершень ошеломленно смотрел на Акутуса. – Человек, который тебе нужен – беглый каторжанин.

– С чего ты взял?

– Во время нашей встречи, я предложил выпить. У меня есть не только пойло. От хорошего вина он не отказался. Когда он поднимал бокал, чуть выше запястья, я заметил у него метку. Такую всем каторжникам, каленым железом ставят.

– Может просто шрам?

– Нет. Я такую метку, хорошо знаю. Мой папаша, тоже как то сбегал, правда, ненадолго. Каторжанин он, зуб даю.

– А вот это уже интересно. Но мне нужно его найти. Или его людей. Рано или поздно они узнают, что я был здесь. В твоих же интересах, что бы я нашел их первым.

– Я не знаю где искать. Я уже сказал, те кого я посылал узнать, вернулись лишь частично. Но возможно, есть человек, которому известно больше.

– Почему возможно?

– У меня есть человек, что торгует, нашим самогоном. Работает в парке. Студенты – золотая жила. Но грешит тем, что периодически и сам употребляет наш продукт. Он был здесь, когда каторжанин приходил. Так вот он клянется, что видел его, в одной карете с жирным капитаном.

– Роско? – Удивился Акутус.

– Да. Это все, что я знаю, хоть на ремни режь.

– Кожа у тебя тонкая и в каких-то язвах. Ремни говеные получатся. – Сказал Акутус и достал из ноги Шершня, первый нож, и вытер об рукав, его же рубашки. Потянулся за вторым и… На ура сработали, годами оттачиваемые рефлексы. Тело отреагировало раньше, чем пришло понимание. Акутус, перехватив руку Шершня, и лишь через мгновение, осознал, что смотрит на кончик острого, металлического шипа, подрагивающего в сантиметре от лица. Странное оружие, на вид как игла переросток, длиною сантиметров двадцать, тем ни менее, отлично таилось в рукаве, у Шершня, все это время. Если бы не отменная реакция, лежать бы сейчас Акутусу с дырой в голове. Он мысленно отругал себя за потерю бдительности. «Расслабился? Идиот». А ведь он всегда и всем повторял: «имея дело с противником, расслабился – умер». И сам чуть не стол наглядным подтверждением, своих слов. Шершень кричал и трясся от натуги, стараясь довершить начатое. Но с его физической формой и сломанными ребрами, у него не было, ни шанса. Акутус держал крепко.

– Ох, зря. И главное, зачем? Я ведь и вправду собирался тебя отпустить.

– За моих людей! – Зло зашипел Шершень.

– Понимаю. – Акутус, вывернул руку Шершня так, что острие «смотрело» теперь, в его солнечное сплетение, и навалился всем весом. Не имея, даже, подобие гарды, стальная игла, вошла в тело полностью. Тот задергался, но сил бороться уже не было.

– Забыл сказать. – Прохрипел Шершень. – Тебя он тоже ищет. – Кривая ухмылка появилась на его лице. – Надеюсь, найдет. Перед тем как ты появился, незадолго, прошел слух, что за Белла убрали награду. Ты знаешь, что это значит. Ты следующий. – Сказав это, он обмяк, но так и остался стоять, пришпиленный к стене.

Сердце забилось чаще. Не от страха, а от волнения, даже скорее обеспокоенности. Его переиграли. Он пока не знал кто, как именно и как им это удалось, но теперь придется отыгрываться. Выяснить еще бы, что за игра. Слишком много мыслей в голове, вызвали тупую боль в затылке. Если Шершень не соврал, то отмена награды означало, лишь одно – Белла нашли. И возможно ликвидировали. Или же это происходит прямо сейчас. Но его два месяца не могли найти, и совпадение ли то, что это произошло, после их встречи, вечером того же дня? Акутусу надеяться не приходилось. Ржавым гвоздем, ковыряла мозг мысль, о том, что это он привел к Беллу, его преследователей. Позабирав свои ножи, он вихрем метнулся к выходу. Акутус отказывался в это верить. «Не возможно» из раза в раз звучало в его голове. Как и рефлексы, спасшие ему жизнь минуту назад, «глаза на затылке» он в возвел в абсолют. И это не раз спасало ему жизнь. А сегодня, он не просто поглядывал, он специально смотрел, проверял и перепроверил. «Как же им это удалось?» Он уже сбежал со ступенек, как вдруг застыл пораженный простым ответом – «ни как». Из этого был лишь один вывод: они давно знали где Белл и ждали, лишь что бы там появился Акутус. «Но тогда получается..?» Он вернулся движимый догадкой. Нужно было, что бы его присутствие в этом месте, в это время запомнило, как можно больше людей. Нужно дать им яркие воспоминания. Он подошел к стене, на которой тускло горела масляная лампа и сняв ее разбил об пол. Видимо ее давно не заправляли, так как из нее вытекла маленькая лужица, с парой крохотных рыжих язычков, робко танцующих на поверхности. Буд-то вот-вот погаснет. Но огонь, сначала не уверенно, слегка лизнув для пробы деревянный пол и распознав, на конец, любимое лакомство, обильно сдобренное пролитым алкоголем, радостно заплясал, ширясь и распространяясь. Немного подождав и удовлетворенный результатом, он покинул «Веселый Бражник». А тот вспыхнул, будто бумага. На встречу Акутусу, уже бежали люди из соседних домов с криками «пожар», но ведра с водой несли лишь единицы. Его видели, он своего добился. Теперь нужно было спешить. Какими бы опасными не были враги Белла, охраняет его квинт смерти, а это не плохое подспорье, для того что бы выжить. У Акутуса еще был шанс успеть. И он побежал. Настолько быстро, насколько мог. При этом обострив внимательность. Хотя смотреть по сторонам, было почти бесполезно. В трущобах, светло сейчас было, только в одном месте и Акутус от него отдалялся. Уже у границы района, он услышал быстро приближающийся стук копыт. Улочки, ну или то, что здесь за них выдавалось, были узенькие. Нужно было срочно искать укрытие и не найдя ни чего лучше, он просто нырнул за лежащие около дома бревно, которым пользовались вместо лавки. Мимо, хлеща вожжами, двух взмыленных коней, пронеслась пожарная бригада, сидящая по бокам от бочки, которая то и дела выплескивала воду. Местный расчет самый опытный в городе и можно было смело надеяться, что пожар не перекинется на жилые дома. Он продолжил бег. Направляясь наиболее кротчайшим путем, он не избегал хорошо освещенных улиц. И хоть бегущий человек, максимально подозрителен, сейчас ему было плевать на стражу. Во первых: хрен они его догонят, а во вторых: он надеялся поймать по дороге экипаж. Но на всем пути не встретил, ни одних, ни второго. Будучи неподалеку, он все же решил на всякий случай, еще раз перестраховаться и идти не через парк, кротчайшим путем, а сделать крюк через площадь. Там он был как на ладони, но и если за ним «хвост», который он до сих пор не увидел, то оставаться не замеченными, следящим, будет трудно.

Храмовая площадь, как ни трудно догадаться, получила свое название, благодаря стоящему там храму Бога и Богини, Венгора и Мелории, божественной пары, чья любовь породила жизнь в мире, дотоле наполненном, лишь, ужасом и смертью. Храмовый комплекс, был первой постройкой как на самой площади так и в Сарноме, который отстраивался уже при Валадийской империи. Позднее здесь же, на тот момент, новоиспеченная гильдия магов, возвела одну из своих цилиндрических башен, что массивным, пятидесяти метровым, обсидиановым фаллосом, возвышалась над городом, окруженная крепостной стеной. Третьей, большой, постройкой были казармы, в которых находилось войско тогдашних властителей. И площадь переименовали в «триединую» где: жрецы, маги и армия, выступали символами могущества империи. Хотя в народе это название не прижилось. Когда во время народных волнений и становления Сарнома как города вольностей, князь Родерик, не желая кровавых подавлений, передал власть совету лордов, а сам с войском перебрался в родовой замок, в шестнадцати километрах от города, казармы долгое время пустовали. Нынче, на их месте вот-вот достроят Академию, как новый символ империи. Как символ того, что грядет новое, просвещенное время.

Акутус быстрым шагом пересек площадь. Все время, смотря по сторонам, он даже на время присел за бортиком не работающего, сейчас, фонтана яко бы что-то поправляя. Светло было как днем. Ни храм, ни гильдия, ни даже городская власть, света не жалели, а потому просматривалось все, и вокруг. Ни души, что объяснялось поздним временем, и довольно прохладными ночами. Он продолжил движение. Пройдя площадь насквозь, мимо Академии, единственного места, где кипела жизнь, он остановился на углу дома. Рабочие, ползающие по строительным лесам, трудясь по несколько смен, подгоняемые сроками и визжащим начальством, не обратили на Акутуса ни какого внимания. Он, выждав, примерно минуту, несколько раз, быстро, краем глаза, взглянул на площадь. Не было за ним «хвоста», хоть тресни!

На территорию библиотеки, помимо главных ворот, вела и маленькая калитка. Со стороны университета. Когда, из Арбордайна, были выделены часть средств, на постройку библиотеки, они (естественно!) по назначению пошли не все, прилипнув по дороге к жирным ручонкам, жадных чиновников. Белл, будучи человеком предприимчивым, увидел в этом возможность, став тайным меценатом, с определенной выгодой для себя. Снабдив библиотеку всем нужным, а так же учредив солидную прибавку для библиотекарей. Так собственно и появилось «волчье логово». Как и боковой вход, что бы в случае чего, Белл мог приходить и уходить, не привлекая лишнего внимания. Калитка выходила на узенькую улочку между библиотекой и университетом, и ее наличие объяснялось, отдельным входом для студентов. Идя по внутренней территории университета, не дойдя шагов тридцать, Акутус остановился. Где-то внутри, в медный колокол звонила интуиция. Настороженно всматриваясь в темноту, он пытался понять, что же не так. «Темнота. Впереди не должно быть темно». Ни уличного освещения, ни фонари, что висели на каждом углу библиотеки, ни чего не горело. Темнота, давний союзник Акутуса, но в своих связях она не разборчива, и прямо сейчас, с ней мог заключить союз кто-то еще, поджидая его впереди. Он сунул руку во внутренний карман и достал, несколько камней на цепочках. Выбрал нужный, гладкий, без оправы, слегка заостренный, словно капля. Амулеты. Акутус, хоть и признавал их полезность, особенно в критических ситуациях, но ненавидел ими пользоваться. Заключенная в них магия, проникая в тело обычного человека, не будучи для него родной энергией, отравляла организм. Вдобавок еще и высасывая все «соки». Обмотав тонкой цепочкой запястье, и зажав в руке камень, приготовился. Ожидаемо закружилась голова. В висках заломило, а к горлу подкатила тошнота. Через пару секунд все прошло, а мир, вокруг, стал черно белым. Нужно было торопиться. Неприятные ощущения, испытанные им вначале, вскоре вернуться с удвоенной силой. И чем дольше использовать амулет, тем хуже и сильнее будет новый приступ. Он медленно пошел вперед, окидывая цепким взглядом, все вокруг, даже крыши. Но, ни каких лучников, там не было. Как и притаившихся убийц, за низким кустарником у библиотеки. И вскоре стало понятно почему. Увидев выломанную секцию забора, он понял: все что могло, здесь уже случилось. За проломом он присел, рассматривая следы на земле. Но сухая, подмерзшая земля, четких следов не сохранила. Да и новый приступ, заставил поторапливаться. Иди дальше к зданию библиотеки, все еще настороженно, он старался сильно не таращиться по сторонам, кидая короткие взгляды. Еще одно последствие применения амулета ночного зрения: радужка глаз будто бы наливалась жидким серебром. Глаза, конечно, не светились, но в полной темноте, внимательный противник, мог это заметить. Подходя к углу здания, отметил, что главные ворота нараспашку. Повернув, увидел пролом в стене. Но не успел толком удивится увиденному, в висках заломило так, что, аж зубы свело. Решив, что анализировать будет после, сейчас важно все максимально рассмотреть и запомнить, он ринулся внутрь. Вскарабкавшись на груду стеллажей, огляделся: разруха, кровь, два трупа, похожи на библиотекарей. Пошатываясь, он стал перебираться на другую сторону, благо знал куда. Фальш-стена была открыта, а педаль, замаскированная под плинтус, вдавлена, так что вокруг расходилась сеть трещин. Став на плиту, что прошлый раз доставила его вниз, он стал думать, как бы привести ее в движение. Но уже через пару мгновений, она, под его весом, сама плавно стала опускаться.

Коридор «волчьего логова» – поле боя. Все три опускаемые решетки, расположенные через два метра друг от друга, разломаны и погнуты, лежали на полу. На стенах множество царапин и выщерблин. Будто нечто большое, двигалось, обдирая камни. Но так, же это могли быть следы активированных ловушек. Акутусу было сложно, об этом судить, так как он не знал какие именно ловушки, понаставил здесь Белл. Он подобрал, железный прут и шел дальше, махая им перед собой, на случай если какая-то из них все еще активна. Его шатало и тошнило, но кроме этого он преодолел коридор без неприятностей. В его конце обнаружились охранники, что стояли у двери. Вернее это были две впечатанных в стену отбивные и мокрый, липкий пол от их кишок и крови. Невероятными усилиями, борясь с усталостью и рвотными позывами, он вошел внутрь «логова». Здесь же обнаружилась и дверь. Являясь куском толстенного метала она лежала смятая по полам. Насколько Акутус мог судить, мощный удар в цент двери, сорвал ее с петель и привел в такой вид. «Да кто или что могло такое сотворить? Белл не иначе нарвался на сильного мага». Это единственное логическое объяснение, которое приходило ему в голову. Боль в голове, была настолько сильной, что там не поместилась и разлилась по всему телу. «Все выводы потом» – Напомнил он себя. Внутри ни тел, ни останков, ни следов крови не было. Беллу все же удалось сбежать. «Такой жирный крыс, не загнал бы себя в ловушку, из которой не выбраться». Акутус стал осматривать не большое помещение. Отодвинув секретер, он не удивился, обнаружив лаз. Простой подкоп в земле, правда с опорными балками, но уже без ловушек и такого прочего. А еще низкий. И так в плохом состоянии, Акутусу пришлось идти по нему, согнувшись пополам. В конце сложенное из каменных блоков, подобие ступеней. Наверху поворотная ручка. Трижды прокрутив ее трясущейся рукой, он услышал щелчок. Наконец плита, над его головой, с едва слышным скрежетом, ушла в сторону, и он выбрался наверх. Из последних сил осмотревшись, он рухнул на землю рядом с тем местом от куда вылез и сорвал с себя амулет, мгновенно погрузившись во тьму. Он не потерял сознание. И рад бы был, но нет. Просто глазам требовалось время, что бы снова видеть обычным, человеческим зрением. Минут через десять, пятнадцать он уже сможет различать силуэты в темноте. А вот «магическое похмелье» еще долго будет давать о себе знать. Лежа на твердой земле, ощущал он себя словно на хлипком плоту, посреди шторма. В голове плескался раскаленный свинец, а сердце изо всех сил старалось пробить грудную клетку. Единственное, что хоть немного давало облегчение, это холодный осенний воздух. Он лежал возле университета, в паре метрах от торца здания. По периметру, через каждые два метра, стояли каменные клумбы. Одна из них отъезжала в сторону, открывая подземный ход, из которого он вылез. Это было последнее, что он видел, прежде чем оборвать связь с амулетом. Сейчас он слышал, как та самая клумба становиться на место. Ему подумалось, что сегодня и вот только сейчас, у всех его врагов, реальных и мнимых, прошлых, настоящих и будущих, есть уникальная возможность покончить с ним. Ведь он сейчас беспомощней котенка. Эта мысль почему-то его позабавила. Когда мир вновь обрел очертания, а главное стал статичен, он смог подняться на ноги. Перво-наперво он отругал себя за то, что передержал амулет. Глупо получилось. Сейчас шансом ни кто не воспользовался, но так можно и довыделываться. «Ай да Белл! Ну, сукин сын!» – Решив отвесить себе пару оплеух, позднее, Акутус сосредоточился на делах насущных. В очередной раз, подивившись хитростью Белла и количеством затраченных средств на оборудование «волчьего логова». Но было очевидно, что это оправдало себя. Кто бы ни пришел за ним, он все же смог выбраться. На вопрос «Кто?» в голове была каша из предположений. На поверхности плавало слово «маг». Врядли из гильдии. Скорее отщепенец, такие редко, но встречались. Если это так и он придет за Акутусом, то ему следует подготовиться. Запастись артефактами и амулетами. При мысли об этом, ему снова поплохело. – «Нужно будет, связаться с гильдией убийц. Пусть их квинт подробно расскажет, что видели и слышали. А сейчас домой. На сегодня хватит». – Подумал Акутус. Еще оставался Белл, со своим секретом, но после нападения на логово, квинт будет постоянно перемещать его, в течении нескольких дней и не дадут с ним связаться. Да и не факт, что тот захочет рассказывать. – «Что ж, как всегда все придется, узнавать самому». Невдалеке послышался звон. Похожий на колокольный, но звучало несколько иначе. И на сей раз это не сигналы внутренней интуиции. Это не так давно выстроенные, башенные часы, недостроенной академии, их еще называли «Башня Лагрота» по имени инженера, который их спроектировал и построил. Они возвещали о том, что сейчас полночь. Что само по себе Акутус считал, невероятной глупостью. Ну не хочет спящий человек, знать о том, что сейчас полночь. Как впрочем, о предыдущих ночных часах, так и о последующих. Он поплотнее запахнувшись и подняв ворот куртки, вышел с территории университета, раздумывая как бы ему пройти к СВОЕМУ выходу из города. Логичным было бы вернуться и пойти по улочке между университетом и библиотекой, но туда почему-то не хотелось. Пойти вправо и сделав большой крюк, выйти к рынку? Или наплевать и пойти по хорошо освещенной улице, без финтов и не таясь? Глянув в ту сторону, слева от себя, на углу парка, он заметил столпотворение. С учетом времени и температуры ему показалось это странным. Ноги сами пошли в ту сторону. По мере приближения, стало понятно, что собравшиеся люди, чем-то встревожены, если не сказать напуганы. Народ перешептывался, кто-то охал, хватался за голову. Одна дама потеряла сознание. Подойдя вплотную, Акутус прислушался, вычленив фразы про горы трупов, реки крови и все в таком духе. На секунду даже мелькнула мысль, а не о его ли походе в «Веселый бражник» идет речь, но он быстро ее отбросил. Ведь с чего бы людям здесь, о таком беспокоиться? К тому же подойдя ближе, он увидел в глубине переулка стражников с факелами и еще нескольких старающихся не подпускать людей сильно близко. Надо сказать безуспешно, так как несколько смельчаков, все же пробрались подальше. Акутус уже и сам собирался, улучив момент проскользнуть и посмотреть, что же там такое. Но тут подъехал экипаж, из которого вышел его утренний знакомый лейтенант Мальтус, и почти бегом направился к переулку. Акутусу пришлось ретироваться и «нырнуть» обратно в толпу, которая постепенно разрасталась. Его предчувствие не стало ограничиваться тревожными сигналами, а четким внутренним голосом заявило – не к добру это. Акутусу позарез нужно было туда, что бы подтвердить или опровергнуть мысль, которую он в данный момент, усиленно гнал прочь. Оценив перспективы и возможности, он пришел к выводу, что вид сверху это лучшие на что он может сейчас рассчитывать. Много людей было на улице, но были и те, кто прочно обосновался в окнах, наблюдая за происходящим. Пришлось идти в начало улицы, подальше от любопытных глаз. Он свернул в подворотню и еще раз огляделся. Вроде бы ни кого. И стал взбираться, на крышу, по шатающейся, водосточной трубе. Времени это заняло не много, а вот сил он потратил, больше чем рассчитывал. Использование амулета давало о себе знать. Хорошим было то, что крыши зданий, по которым ему предстояло идти, были плоскими, с невысокими бортиками по краям. Не нужно тратить силы на карабканье вверх и лавирование на черепице, опасаясь, как бы какая не треснула, или не упала. Да и расстояние между домами было не велико. Так что он с легкостью перепрыгнул с одной крыши на другую, за тем на третью и тут же скользнул в сторону, спрятавшись за ближайшим дымарем. Акутус готов был поклясться, что заметил кого-то следовавшего за ним, по крышам соседних домов, справа от него. Он аккуратно, выглянул из укрытия. Затем немного выждал и снова осмотрелся. Пусто. Он выпрямился, все еще оставаясь за дымоходом, а за тем сделав два быстрых шага, перепрыгнул на следующий дом. Он прильнул к крыше, ни на секунду не упуская из виду, то место, где он заметил движение. Но, ни чего. Уличное освещение и практически сияющая Храмовая площадь, давали достаточно света, что бы разглядеть преследователя, будь он там. И Акутус засомневался. Он краем глаза уловил лишь тень, силуэт, всего на мгновение. Из труб над крышами, плыл дым, по ночам уже топили, Акутус вполне мог принять его завихрения, за человека. Вкупе с нервами, усталостью, уже давно не затыкающимся плохим предчувствием и взвинченными рефлексами. «Вполне» – Подумал он. В любом случае, он уже был на здании, примыкающем к переулку. Оставаясь на чеку, он осторожно подошел к краю и присев, выглянул из-за бортика.

– … четыре, пять, шесть. – Сосчитал он количество тел. Последние сомнения, были отброшены. Сверху ему было не все видно, но одеяния и оружие, все указывало на квинт смерти. Еще одно тело в дорогом костюме, хоть и без головы, с высокой долей вероятности – Белл. Но смотря и видя, Акутус не мог поверить глазам. Внизу, лейтенант отчитывал какого-то нелепого типа в балахоне. Акутус догадывался, кто это мог быть. «Нелепый» разводил руками, а потом ушел, понурив голову.

– Хрена с два, тут обошлось без магии. – Прошептал себе под нос Акутус, уловив обрывки фраз. – Мало кто в целом мире, может разделаться с элитой гильдии убийц, да еще и вот так. Хотя… – Он перевел взгляд на лейтенанта. – Золотые клинки могли бы. Если их в городе еще с десяток. – Он на секунду задумался. Версия Белла о «теневом наместнике» казалась абсурдной, но то что за захолустным дельцом, по меркам Арбордайна, прислали золотой корпус… Они подчинялись напрямую императору и только ему. – «Хотя с таким начальством и мага не сложно организовать» – На секунду, ему все показалось логичным. И могущественный враг, что может привлечь ресурсы, способные сотворить и те разрушения, и эти увечья. Но лишь на секунду. Быстро возведенная башенка из предположений стала так же быстро осыпаться. – «Причем, здесь портной? Чем Белл, мог так разозлить императора? Зачем нужно было все делать, так скрытно и так кроваво? Это не их стиль. Тайная поимка, а потом публичная кровавая казнь, вот это больше бы подходило. Каким боком, здесь каторжанин? И…» От вороха новых вопросов в его голове, Акутуса отвлекло появление экипажа. К нему направился Мальтус. Акутус почти ползком, перебрался на угол здания, поближе, в надежде увидеть или услышать, внезапного гостя, так легко преодолевшего оцепление стражи. Лица разглядеть не удалось, как и расслышать слова, да и говорили они не долго, но фигура, развалившаяся в экипаже, могла принадлежать, только одному человеку. – Роско. – Акутус вспомнил слова Шершня, о том, что капитана видели с каторжанином. Он и так собирался на днях нанести ему визит, а тут на ловца и зверь. Возница легонько хлестнул вожжами и бедное животное, потащило непомерный груз. Акутусу пришлось выбирать, ведь в связи с возникшими догадками, хоть и на первый взгляд абсурдными, он хотел и лейтенанту задать пару тройку вопросов. Экипаж удалялся и Акутус решил начать по старшинству. Во первых Мальтус мог застрять здесь на долго, а во вторых, что бы допросить золотого клинка, нужно быть в лучшей физической форме, чем сегодня.

Он проследил взглядом за экипажем, насколько это было возможно. Проехав до конца улицы, тот взял вправо, а значит, выехал на монетный проспект. Прыгать дальше по крышам, не представлялось возможным, расстояние до следующей было приличным. Решив не рисковать, Акутус бегом направился, назад спустившись тем же путем, что и поднялся. Мысленно выругавшись, он побежал. Преодолевая площадь на максимально возможной скорости, он прикидывал, где сейчас капитан. Бедная кобылка, что тянула экипаж, при всем желании, не поскачет быстро, но нужно было не потерять их из виду, ведь Акутус лишь примерно знал, где обитает Роско. Обогнув фонтан, и чуть не столкнувшись с телегой увозящей мусор со стройки, он направился вдоль стены гильдии к монетному проспекту. Свое название он получил из-за сосредоточения большого количества денег. На протяжении всего проспекта были расположены пара банков, ювелирные и доходные дома, кондитерские, рестораны. И везде без приличной горсти золотых монет, делать не чего. В народе же, проспект назывался иначе. Не будучи идеально прямым, делая изгиб в угоду Храмовой площади, если смотреть с высоты, ну или скажем на карту, широкий проспект, немного извиваясь, с сетью примыкающих к нему улиц, напоминал гигантскую многоножку.

Приближаясь, Акутус замедлился, приводя дыхание в порядок. Но вот с его внешним видом этого сделать было не возможно. Сегодняшний визит в Сарном, как и большинство подобных визитов, не предполагал посещение богатых районов. По эту сторону «многоножки» его внешний вид – идеальная маскировка. Сейчас же он приближался к месту, где каждое здание – произведение архитектурного искусства. Где все настолько чисто, дорого-богато, что люди, к примеру, из ремесленного квартала, или не приведи боги, из трущоб, по мнению местного контингента – пачкали сам воздух. Здесь он выделялся как орк среди эльфийских дев. И все его преследование – до первого патруля. Оставалось, лишь надеяться, что стражу максимально стянут к местам происшествий, если конечно разрушения в библиотеке были обнаружены.

Несмотря на позднее время по проспекту курсировало несколько извозчиков. Осмотревшись, он выбрал самого грустно едущего, к тому же свернувшего в нужном направлении, на улицу Янтарную. Акутус быстрым шагом преодолел проспект. От идеи, так же взять экипаж, он сразу отказался. Беседа с Роско «по душам» исход могла иметь, самый разный и ему не нужны были лишние свидетели. Дальнейший путь, к облегчению Акутуса можно было проделать быстрым шагом, держа транспорт с капитаном метрах в тридцати впереди себя. Смущало отсутствие, какой либо тени, что могла бы служить укрытием в случае чего. Казалось, свет здесь горел под каждым камнем, ни каких подворотней. Дома словно срослись друг с другом, кусты и деревья, даже будь на них листва, были маленькие, тоненькие, декоративные. Из ресторанов, по пути, звучала музыка и смех. Ночью здесь предпочитали не спать, но на улицах было пусто. Один раз, мимо, проехал четырех местный, открытый, экипаж, где шестеро молодых, дорого одетых господ, под завязку накаченных элитными напитками, распевали похабные песни. Кончалась улица кольцевым разъездом. Влево уходила дорога к поместьям аристократов, где на площади равной трущобам, складам и ремесленному кварталу, проживало, всего с десяток, знатных семей. Экипаж взял вправо в так называемый район садов. Около трех десятков аккуратных, одноэтажных домиков, с небольшими земельными участками, где преимущественно, росли плодовые деревья. Район для людей с достатком. На капитанское жалование дом, здесь, не купить. Как впрочем, и на судейское, чей дом был где-то здесь же. И на жалование клерка из ратуши и еще нескольких чинуш. Так что цвели и пахли здесь не столько яблони и груши, а в первую очередь коррупция. Впрочем, данные обстоятельства, по необъяснимым, с точки зрения здравого смысла, причинам, вопросов ни у кого не вызывало.

На въезде, Роско вышел, что-то сказав вознице. Тот, отъехав чуть по дальше, встал и закурил трубку. Капитан пошел пешком, чем немало удивил Акутуса. Такой как Роско должен просить подвезти не то, что под дом, а прям в гостиную. В любом случае, тот факт, что он не отпустил экипаж, означал, что домой он лишь заехал, и может сразу вернутся в Управление. А значит, у Акутуса на разговор, было не так много времени. Пока извозчик не хватится. Район садов, был расчерчен, чем-то вроде узких улочек, на квадраты, по пять дворов в каждом. Да бы не попасться вознице на глаза, Акутус решил обойти один из таких квадратов, тем более, что там света уже не было и можно оставаться не замеченным. Оббежав пять дворов, он свернул на одну из улочек, шириною метра два. Почти пройдя, ее он резко остановился, услышав тяжелую поступь. Быстро оглядевшись, он не придумал, ни чего лучше, чем присев, максимально вжаться в ближайший забор. Капитан прошагал мимо, не заметив его. Подождав немного, Акутус поднялся и выглянув из-за угла увидел, как Роско дойдя до очередного прохода между участками, повернул на лево. Предполагая, что раз уж капитан решил пройтись, то вряд ли далеко и поспешил за ним, так как не знал точного дома. Пройдя до конца, Роско оглядевшись, вновь свернул на лево, на параллельную главной, улицу. Там, пройдя в обратном направлении, он, вновь осмотревшись, свернул вправо.

– Заблудился он, что ли? – Акутус недоумевая, следовал за ним. Лишь когда ситуация повторилась, до него стало доходить: Роско так путает след, осматриваясь, не идет ли кто за ним. Даже не поверив сам себе, он вскоре вновь получил очередное подтверждение. Ни чего не оставалось, как следовать за ним. Капитан еще трижды, обходя участки, сворачивал в разные стороны. Акутус пытался, но так и не смог припомнить более убогой попытки «сбросить хвост». Как впрочем, и более скучного преследования. На столько скучного, что он, в какой-то момент, чуть было не закурил, вовремя опомнившись. Наконец, Роско перестал петлять, и выйдя вновь, на главную улицу прошел ее до конца, покинув район в котором жил. По ту сторону, была широкая грунтовая дорога, что отделяла район садов от старого городского кладбища, что шло аж до городской стены. Последнее захоронение там было лет сто назад, но суеверные люди, чьи участки выходили на эту сторону, предпочитали по ночам огней не зажигать. Это якобы могло привлечь мертвецов к их жилищам. О том, что там, вдруг, оживать то толком не чему, ни кто не задумывался. Суеверный страх – штука сильная. Полная, кромешная темнота, была Акутусу на руку. Он мог спокойно, ни за что, не прячась, следовать чуть поодаль, не боясь быть замеченным. А Роско так шумно дышал и топал, что можно было не опасаться его потерять. Судя по направлению, дорога, по которой они шли, должна была вывести к поместьям аристократов. Ну, или где-то около. Если конечно Роско, вновь не вздумается попетлять. Акутус был там лишь единожды, исключительно в ознакомительных целях, но не в этой части, так, что куда именно идет капитан, пока оставалось загадкой. Но уже хотя бы становилось интересно. Дважды выглядывал полумесяц, давая немного света, и Акутусу приходилось приотставать, замедляя шаг в и так самом медленном преследовании в истории. Он, конечно, не проверял, но был уверен, что даже улитки быстрее трахаются. Зато было время немного подумать. Хоть выводы было делать рано, но если Роско идет на встречу с кем-то из аристократов, то кажущаяся невероятной версия о причастности специальных сил из Арбордайна, вполне могла стать явью. В конце концов, он давненько не имел с ними дел. Что если ум, честь, совесть, принципы добра, в столице нынче понимаются иначе? И если это так, ему нужно будет крепко подумать, разматывать ли этот клубок. Ведь если нить приведет в императорский дворец, то вполне вероятно, что даже он, Акутус, развяжет себе пупок.

Спустя около получаса, вновь выглянувший лунный серп, ненадолго высветил особняк впереди. Дорога не упиралась в него, а уходила влево. Акутус вздохнул с облегчением, когда Роско взяв правее, направился к воротам. И вновь Акутуса выручили рефлексы. Ведь когда капитан приблизился, за железными прутьями, ворот блеснули четыре серебряных огонька. Пришлось нырнуть в низкий кустарник, росший вдоль дороги. Уж кто-кто, а он точно знал, что так выглядят глаза, при использовании амулета ночного зрения. Одна пара огоньков, вместе с капитаном, направилась вглубь территории. Другая пара, осмотревшись по сторонам, через мгновение погасла. В этот момент, Акутус резко и стремительно встав на ноги, метнулся влево от ворот, пока глаза, стоящего там человека, не привыкли к темноте.

– Что за ночь сюрпризов! – Подумал Акутус. Вместо того, что бы проникнуть в дом капитана и спустя двадцать, тридцать, не самых приятных для Роско минут, владея нужной информацией, убраться восвояси. Не говоря уже, что первоначальные планы пошли в одно место. Теперь же он стоял у четырех метровой, кирпичной стены, окружавшей поместье, вершина которой ощетинилась, множеством осколков стекла. Препятствие не то что бы непреодолимое, но сложность в том, что бы проникнуть тихо, быстро и не заметно. Охрана на воротах снабжена амулетами. Это не сторожа, какие ни будь. Нельзя было исключать, что и периметр патрулируется. Возможно даже золотыми клинками. Он оббежал забор, но так и не нашел удобной точки входа. Всюду одно и то же – кирпич и стекло. Ни каких высоких деревьев с ветками над стеной, в качестве подарка судьбы, тоже не росло. Время уходило, и нужно было, что-то решать. В запасе у Акутуса была пара трюков. В конце концов, он жил в Лесу Оживших Кошмаров, а там лучше, что бы они у тебя были, иначе ты труп. Возможный способ проникновения пришел ему в голову, но как, же ему этого не хотелось! Ведь, то, что он собирался сделать, еще сильнее ослабит его. Но другого решения стоящей перед ним задачи, он на данный момент не видел. В метре от стены, росли кипарисы. Не большие деревца, не выше человеческого роста, высаженные у дороги. Подойдя к одному из них, Акутус, присев на корточки, достал нож и резанул себе ладонь левой руки. Глубоко вдохнув, он обхватил тонкий ствол, у самого основания, и зашептал слова. Текст особого воззвания, на языке, что был мертв ни одну тысячу лет. Воззвание сработало. Он почувствовал, как из него, энергия, вместе с кровью, потекла в деревце. Через мгновение, у самой стены, из земли появилось множество тонких, но крепких корней. Они поползли вверх, сплетаясь между собой, образуя живую лестницу. Дойдя до верха, корни, аккуратно оплели острые осколки, а после скрыли их, под собой, не потревожив. И перебравшись через край, устремились вниз. Когда дело было сделано, Акутус разжал ладонь. Как следствие, невероятная усталость, обрушилась на него. На каждое плечо, будто положили по два тюка с камнями. В животе заурчало от сильного голода, а перед глазами плыли красные круги. Собрав всю волю и немного силы, в кулак, стараясь дышать глубоко и размеренно, он полез вверх по корням. Забравшись, он замер. Внизу, в нескольких метрах от стены, особо не таясь, прошел часовой, шурша пожухлой травой, под ногами. Акутус потянулся за метательным ножом, на случай, если тот заметит, внезапно, обросшую корнями стену. Но, тот видимо накидывая, уже не первый круг, прошел, скучающей походкой мимо. Оказавшись по ту сторону, он услышал, как закрылась входная дверь в поместье, довольно массивная, судя по звуку. Как ни старались ее придерживать, звуки в ночной тиши, всегда отчетливее. И это стало его новой проблемой. Вокруг была сухая трава, высотою, чуть ниже колена. Идти через нее, тоже, что просто крикнуть «я здесь». Он подождал пока часовой отойдет достаточно далеко, и сделав два широких шага, аккуратно, на цыпочках, выбрался на протоптанную, часовым, тропинку. Прислушиваясь, нет ли следом второго караульного, и на всякий случай, копируя манеру ходьбы первого, Акутус двинулся следом. Вскоре вытоптанная дорожка пересеклась с вымощенной плиткой, ведущей в сторону дома. Территория вокруг поместья, была не ухоженной. Нескошенная трава, через которую он только что шел, сама по себе ни о чем не говорила, но вот композиционно посаженный кустарник, так обожаемый всеми, без исключения аристократами, судя по хаотично разросшимся побегам, торчавшим во все стороны, давно не знал руки садовника. Но Акутус не жаловался, так как это помогло ему, крадучись и пригибаясь, подобраться ближе к дому. Часовой скрылся за зданием по левую руку от Акутуса. Справа у главного входа, едва слышно, двое обменивались короткими фразами. Больше ни кого слышно не было. Серебристого отблеска глаз так же не наблюдалось. Был соблазн активировать свой амулет, секунд на пять, быстро осмотреться, и придумать, как пробраться в дом, но Акутус не стал. Ведь неизвестно, что еще припрятала в рукаве эта ночь и чем она закончиться. К тому же, он кое-что заметил. Здание поместья – три этажа, плюс высокий треугольник крыши со слуховыми окнами. Во всем доме тишина и темнота, как и в окрестности. Все окна плотно закрыты ставнями. Но сквозя щелку ставен, одного из слуховых окон, пробивалась узкая полоска света. – Опять лезть наверх! – С досадой подумал Акутус. Еще раз, оглядевшись и прислушавшись, он принялся карабкаться. Даже для не особо подготовлено человека, на первый взгляд, забраться наверх ни чего не стоило. Наружные резные наличники, обрамляющие окна, межэтажные карнизы и прочие элементы декора, сильно упрощали задачу. И пару часов назад, Акутус, в два счета был бы на крыше. Но предшествующие события измотали его сильнее, чем он ожидал. При подъеме тряслись руки, и не смотря на холодную осеннюю ночь, со лба и по спине, ручьями тек пот. Все же, на конец, взобравшись, он подпол к нужному слуховому окну и пытаясь унять шум пульсирующей крови в голове, что ни будь расслышать.

– Демоны вас задери! – Это был Роско. – Какая нужда была, так далеко забираться? – Он тяжело дышал, и было слышно, как рухнул в кресло, от чего оно сильно заскрипело. – И чем плохо было бы поговорить на первом этаже?

– Конспирация, месье, Роско. Вам знакомо это слово? У этого дома давно уже нет хозяев, здесь тихо и уединенно, а в городе, сейчас, не спокойно и на данном этапе, будет лучше, что бы вместе нас не видели. К тому же, прогулки вам полезны. – В отличии от визгливого голоска капитана, у его собеседника был хриплый но сильный голос, с жесткой интонацией.

– Не спокойно?! И кто же, мать вашу, в этом виноват? – Завизжал Роско.

– Выпейте воды, капитан и успокойтесь. И прежде чем мы начнем… – Было слышно, как собеседник прошел по комнате и… все стихло. Ни единого звука. Ни голосов, ни скрипа половиц или кресла, в котором ерзал Роско, ни его надсадного дыхания. Судорожно соображая, что же могло произойти, Акутус пришел к неутешительному выводу, что это «вуаль тишины». И данное обстоятельство не сулило ему ни чего хорошего. Имелась у него контрмера, на такой случай, но использование третьего козыря за одну ночь, уже граничило с суицидом. Но выбора не было. Не для того он сюда пробирался, что бы просто развернуться и уйти. Подняв голову к небу, он одними губами, беззвучно, но смачно выругался. Затем достав из кармана связку амулетов, на ощупь, выбрал нужный. На одном конце длинной цепочки – кристалл активатор, на другой – тонкий, металлический конус, с закрученной спиралью резьбы. Он, намотав цепочку на руку, зажав в ладони кристалл, вкрутил конус в подоконник слухового окна. Через мгновение, его тело, словно пронзили сотни раскаленных игл. Он сжал зубы, изо всех сил стараясь не закричать. Но цель была достигнута. Он снова слышал происходящее в комнате.

– … и теперь шесть трупов, свалились на мою голову. Одно дело, когда я по тихому обеспечиваю… Как вы это называете? Поставку сырья? И совсем другое, массовое убийство в центре города! Это уже не замять. Утром, весь совет лордов сядет мне нашею, в обед от князя по лысине прилетит, а к вечеру из столицы начнут угрожать спецгруппой. А нам ведь сыскарей из Арбордайна, здесь ой как не хватает! Я ведь только этого пронырливого, сосунка, лейтенанта усмирил, и тут на тебе.

– На руднике, где мне не посчастливилось побывать, был там главный охраны, звали Пирий. Злобный ублюдок! Но с выдумкой. Он часть периметра оставлял без охраны. А когда оказываешься в подобном месте, все чего ты хочешь, это оказаться как можно дальше от него. Не удивительно, что многие не преминули воспользоваться, таким шансом. Вот только ни какого шанса не было. Чуть поодаль, в засаде, беглецов ждала охрана. Когда беглецов возвращали, их жестоко пытали, некоторых даже увечили, отрезая им носы, уши и еще кое-что. Делали это долго и смакуя. Остальных заставляли смотреть. Затем еле живых и обезумевших от боли, их вели на второй уровень шахты, где у края глубокой, темной каверны давали выбор: жизнь, но тогда пытка продлиться еще какое-то время или освобождение, для этого требовалось сделать лишь шаг. Очень многие делали этот шаг. К чему это я? Хотите освободиться, раньше срока, месье Роско? Это можно устроить. – Было слышно, как капитан нервно заерзал.

– Я лишь хочу сказать, что наш хозяин действует безрассудно. Желая быть незамеченным, он привлекает слишком много внимания.

– Если быть откровенным я с вами, от части, согласен. Но на, то были свои резоны. Но ваш ХОЗЯИН, и мой НАНЕМАТЕЛЬ, – каторжанин, а Акутус не сомневался, что это был именно он, особенно подчеркнул, эти два слова, – платит вам не за мнение, а за умелую манипуляцию нюансами следственного процесса, и НУЖНУЮ интерпретацию произошедшего. Думаю излишне переводить на простой язык. Вы вроде умный человек, опытный.

– Да я так и делал, но потом появился этот лейтенант… До сих пор не могу разобраться, он просто придурок, или придурок засланный? В один день смотрю на него и кажется, что в Арбордайне, все знают. В другой, что ну ни могла тайная канцелярия, прислать вот это.

– Что касается, мистера Мальтуса, полчаса назад, мой наниматель приказал убрать его.

– Так же как и…

– Нет, это сделают мои люди. Приказ я уже отдал, это случиться, как только он будет дома.

– Вы ведь в курсе, что он золотой клинок? И даже если, он здесь не по наши души, высоких покровителей в столице у него наверняка хватает. Его смерть это дополнительное, не желательное внимание.

– А вот тут, мой вам личный подарок. Его тело найдут на границе леса, со следами героической смерти в бою. Вам лишь останется, найти надежных свидетелей, которые поведают о том, что лейтенант, справедливо заподозрив, некого Акутуса, в совершенных убийствах, выйдя на его след, погнался за ним до леса где, и по всей видимости, погиб. Так же надо будет, сунуть нужные улики, в нужные места. Но не мне вас учить, как это делается. Потом почетные похороны, посмертная медаль, памятная табличка у входа в Управление. А по поводу его умений… От метко пущенной стрелы, ни кто не застрахован.

– Этот Акутус, вроде как весь из себя опасный. Мне не очень хочется, потом остаток жизни оглядываться.

– Вам и не придется. Ему будет ни до этого. Если я не найду его раньше, то за убийство своего за ним будет охотиться весь золотой корпус, что так же меня устроит. На этом, пожалуй, все. Первая часть завершиться в ближайшие несколько дней. О второй, голова уже будет болеть у вашего приемника, который к слову уже найден и одобрен. Правда, я пока не знаю кто. А вы, если все сделаете правильно, не далее чем через месяц, получив финальный расчет, будете, где ни будь в тепле, у моря, каждый день с новой шлюхой.

– Скорее бы! Я не задаю лишних вопросов, но просто интересно, что за вторая часть плана?

– Этого я тоже не знаю. Мне поручено «расчистить поле», об остальном можно лишь догадываться.

Акутус выдернул острый конус из подоконника, не в силах более терпеть пытку амулетом. Кожа была, будто в огне, с глаз не произвольно текли слезы. Жутко ломило суставы, и он так сильно, сжимал, все это время, челюсти, что теперь ныли все зубы. А в голове молоты и наковальни, решили устроить между собой войну. Утешало, что все не зря. Вопросов, хоть и оставалось, с три черта, кое-что он для себя прояснил. Он аккуратно подвигал головой, разминая шею. Затем плечи, руги, ноги. Боль и скованность, стали понемногу отступать. Из слухового окна, за его спиной, вновь стали доноситься звуки. Судя по шагам и скрипу, Роско открыл дверь, выходя из комнаты.

– Странно. Очень, странно. – Задумчиво проговорил каторжанин.

– Что? В чем дело? – Спросил капитан.

– Артефакт, горячий. Такого раньше не было.

«Так, мне пора!» – Подумал Акутус. Он с трудом, превозмогая боль, сначала сел на корточки. Затем держась за край крыши, свесился вниз, ища ногами опору. Чувствуя себя котом, который забрался на дерево и теперь не знает, как спуститься, он с горем пополам, двигался вниз. На уровне между первым и вторым этажами, его измученное тело, на пару кратких мгновений, отказалось делать, то что нужно, и как следствие, он сорвался и упал, больно ударившись правым боком. Сверху распахнулись ставни, и в оконном проеме показалась, чья-то голова. Будучи уже на ногах, Акутус метнул нож, но промазал, по той же причине, по которой свалился мгновением ранее. Нож застрял в оконной раме, всего в паре сантиметров, от того, кто смотрел вниз, но Акутус не стал просить отдать его обратно, а что было сил, сильно прихрамывая, побежал прочь.

– Вы, что там, уснули все? – Прозвучало, за его спиной. – На территории, посторонний! Живым или мертвым!

Он мчался через сад, петляя и пригибаясь. Рядом с ним, то и дело звучали хлопки и взрывы. Землю и кусты выворачивало. Стреляли из арбалетов с заговоренными стрелами. Пара таких прожужжали мимо, уйдя вперед попав в деревья и те, разлетелись в клочья. Вот и, у неожиданно обнаруженной, одиноко стоящей, статуи полуголой девицы, за которой он спрятался, напрочь снесло верхнюю половину. Арбалетный болт, сам по себе смертоносный, и Акутуса всегда удивляло: «На кой ляд, их еще и заговаривать?!» Но у четверки, заходящей справа и у тройки, заходящих слева, было не спросить. Не ответят. Он слегка выглянул из-за постамента. У всех противников, радужка глаз, блестела серебром, а значит, темнота ему не поможет. Но у преимущества, ночного зрения, был и недостаток, помимо магического отходняка. Запустив руку, в один из многочисленных, внутренних карманов, он нащупал пузырек, с бесцветной жидкостью. Возблагодарив богов, за то что он не разбился при падении, Акутус взболтнул его, и внутри пробежала пара искорок. Когда пара очередных болтов, взорвались, обжигающе близко, он швырнул пузырек, аккурат между группами наступающих, и зажмурился. Вспышка ярче солнца, на пару мгновений, озарила все вокруг. Люди, заорав от боли, выронили арбалеты, закрывая лицо руками. Они, теперь вряд ли, когда ни будь смогут видеть. Акутус стрелой метнулся к тому месту, где его стараниями, проросла живая лестница. Он был уже на верху, когда совсем рядом в забор, попал очередной болт, пробив внушительную дыру. Его чуть было не отнесло в сторону. Какими-то остатками сил, он вцепился в корни, удержавшись. Правда, лицо сильно посекло кирпичными осколками. Но глаза были целы, а это главное. Оказавшись внизу, как и повелось этой ночью – он побежал. И это жутко ему надоело. К тому же туда, куда он собирался было далековато. Если не петлять, как это делал Роско, то до кругового разъезда, где капитана ждал экипаж, было не далеко. Надеясь, что эти полоумные, с заговоренными арбалетами, по жилому кварталу стрелять не станут, он даже срезал несколькими дворами, где заборы были пониже, и уже вскоре был на месте, где на козлах, повесив голову, дремал кучер. Заскочив на полной скорости, Акутус приставил нож к его горлу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.