Владимир Шулятиков
«Бродячая Русь» (Памяти С. В. Максимова)

Около тридцати лет тому назад полубеллетристические-полуэтнографические очерки С.В.Максимова[1] знакомили русскую интеллигенцию с миром бродяг и босяков. Правда, Максимов в своих очерках не открывал совершенно нового мира: бродяги и раньше весьма часто останавливали на себе внимание русских писателей. Бродяги фигурировали, например, в качестве эффектных героев романтических поэм и повестей; бродяг идеализировали, «личность» бродяг защищали «люди сороковых и пятидесятых годов»[2]; о «лютом бродяжьем горе» скорбели прогрессисты-народники. Но Максимов первый в многосторонней картине изобразил «бродяжье» царство, первый заглянул пристально в его глубину, первый широко рассмотрел вопрос об его истинных экономических и социальных устоях, первый сделал некоторые общие выводы о духовном и нравственном облике его обитателей.

Он имел перед своими глазами бродячую Русь, живущую традициями седой старины, поставленную далеко не в те суровые условия существования, какие выпали на долю современного босячества. Его бродяги – «голь настоящая, сгорбленная и оборванная, очень растрепанная и неумытая» – не являются обреченными на немедленную гибель пасынками того общественного и хозяйственного строя, на лоне которого они потерпели крушение. Лишившись звания и положения полноправных членов этого строя, они, тем не менее, продолжают сохранять некоторые родственные связи с этим строем, находятся под его покровительством, пользуются строго определенной помощью с его стороны, живут на его иждивении.

Крестьяне-общинники и патриархальная буржуазия, подавая милостыню, платят им «обычную, неизбывную подать, давно заусловленную и всегда обязательную».

Обязательная уплата подобной «подати» в известной степени спасает «нищенствующую братию» от опасности умереть голодной смертью. «Ежедневно прикармливаясь от деревенских соседей по их непривычке к отказу, имея даже свои праздники и обедные дни, по древним народным законам, с тех древних времен, когда у московских царей при дворе содержались даже придворные «штатные» нищие на случай известных церковных обрядов (вроде омовения ног) – деревенское нищенство далеко от опасностей голодной смерти». «Для нищего на Руси, на проторенных дорогах», в течение всего круглого года имеется «готовая помощь и пища с древнейших времен».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Максимов, Сергей Васильевич (1831–1901) – этнограф, фольклорист, путешественник, писатель, мемуарист. Литературную деятельность начал в 1850-х гг., сблизившись в Москве с кружком молодой редакции «Москвитянина» во главе с А.Островским. По совету М.Л. Михайлова в 1854 г. публикует первый художественно-этнографический очерк «Крестьянские посиделки в Костромской губернии», который имел большой успех. По совету И.Тургенева, отметившего его талант и наблюдательность, Максимов весной 1855 г. совершил пешую литературно-этнографическую экскурсию по Владимирской, Нижегородской и Вятской губерниям, результатом которой стал двухтомник рассказов «Лесная глушь. Картины народного быта» (1871), написанных в традиции «физиологических очерков» 40–50-х гг. Но в отличие от «физиологической традиции» Максимов изображал крестьянский мир целостным: в рассказах отражены не только сиюминутные наблюдения за крестьянской жизнью, дан не только ее узкосоциальный срез, но также показана народная историческая память, выраженная в фольклоре, фольклорном мироощущении. Рассказы получили положительную оценку. В 1856 г. Максимов в составе организованной Военно-Морским министерством экспедиции исследовал Русский Север, побывал в Олонецком крае, на Белом море, добрался до Ледовитого океана и Печоры. По итогам экспедиции появилась книга «Год на севере» (1859), а Максимов был награжден золотой медалью Русского Географического Общества. В 1858 г. путешествовал по Южнорусским губерниям, позже изложив свои впечатления в книге «Куль хлеба и его похождения» (1873), а в 1860–1861 гг. совершил путешествие на Дальний Восток и в Приамурье (этой экспедиции посвящена книга «На Востоке, поездка на Амур в 1860–1861 гг., дорожные заметки и воспоминания», 1864). Изучал сибирские тюрьмы и жизнь ссыльных, которым впоследствии посвятил книгу под названием «Тюрьма и ссыльные» (издана «секретно» Военно-Морским министерством в Петербурге в 1862 г., всего в пятистах экземплярах, для широкого читателя была опубликована в 1871 г. под заглавием «Сибирь и каторга»). В 1862–1863 гг. совершил поездку на юго-восток, на берега Каспийского моря и на Урал, уделив большое внимание жизни казаков, местных старообрядцев и сектантов («Иргизские старцы», «Духоборы», «Молокане» и др.). Свои размышления над причинами раскола изложил в книге «Рассказы из истории старообрядчества по раскольничьим рукописям» (1861), назвав главным фактором демократическую оппозицию народа по отношению к официальной власти, за что в 1864 г. был привлечен по «делу 32-х» и обвинен в связях с В.И. Кельсиевым, но вскоре освобожден от суда. В 1865 г. принял участие в редактировании и составлении книжек для народа, издававшихся книгоиздательством «Общественная польза», а также сам писал подобные сочинения, раскрывающие страницы отечественной истории и приобщающие простого читателя к духовным устоям России («Край крещеного света», 1865–66; «О русской земле» в 2-х частях, 1865; «Как и чему учил Петр Великий народ свой», 1972; «Соловецкий монастырь», 1872 и др.). Последнюю экспедицию в 1868 г. посвятил изучению Северо-Западного края, посетил Смоленскую, Могилевскую, Витебскую, Минскую и другие губернии. Итогом поездки стала книга «Бродячая Русь Христа-ради» (1877), где Максимов вывел и описал различные формы и разновидности нищенства со всеми их культурно-историческими, этнографическими и фольклорными особенностями, показав тысячелетние исторические корни российского попрошайничества, на которые не в последнюю очередь оказала православная «нищелюбская» традиция. Большое значение в истории отечественной мемуаристики оставили воспоминания Максимова о русских писателях и общественных деятелях («Один из наших народников (Воспоминания о П.И. Якушкине)», 1883; «Н.А. Бестужев (По его письмам)», 1883; «За А.Ф. Писемского (По литературным воспоминаниям)», 1889; «А.Н. Островский (По моим воспоминаниям)», 1889 и др.). После смерти Максимова вышел большой том его сочинения «Нечистая, неведомая и крестная сила» (1903), представляющая собой описание народных верований на основании его собственных наблюдений и материалов, собранных по поручению князя Тенишева.

Вернуться

2

Представители западнического и славянофильского направлений в русской общественной мысли и литературе, которых первоначально связывал общий интерес к немецкой идеалистической философии. К первому относились В.Г. Белинский, И.И. Панаев, И.С. Тургенев, Н.А. Некрасов, П.В. Анненков и др., выразителями второго были А.С.Хомяков, К.С. и И.С. Аксаковы, Ю.Ф.Самарин, Н.М. Языков и др. В своих размышлениях, несмотря на последующие разногласия в «программах», касались вопросов положения крестьянства, преобразования политической, экономической и социальной организации государства, отношения с западноевропейской цивилизацией.

Вернуться