# Элла. Специальное переиздание

Stas Writer

…Америка в 30-х годах ХХ века.Семья Эллы была вынуждена бежать из Ричмонда в поисках лучшей жизни в Кэпитал-Сити.…Великая депрессия забрала у неё всё, что она любила: родной дом, город, в котором родилась и выросла, друзей. «Обречённая жить в одиночестве»… Пока в её жизни не появился Сэм, который обещал любить и сбежать с ней из Кэпитал-Сити.Содержит ли Сэм своё обещание? Найдет ли Элла своё счастье?Ведь все зависит только от неё одной.

Анна Сергеевна Клярская Редактор

Анна Сергеевна Клярская Корректор

Stas Writer Дизайнер обложки

© Stas Writer, 2022

© Stas Writer, дизайн обложки, 2022

ISBN 978-5-0055-3151-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


## ПРОЛОГ

Элла – воспитанная в либеральной семье девушка, привыкшая жить по стандартам своего времени.

Как и большинство населения США, умом она не блистала. Отнюдь не любила учёбу, а рассчитывала на то, что удачно выйдет замуж.

Она была довольно красивой: голубые глаза были, как фиалки на её бледном лице, каштановые локоны спускались вдоль спины.

Любимым платьем было пышное атласное голубое с розовыми цветами.

Главным её атрибутом была фетровая шляпка с бутонами чайной розы.

На Бэрри-стрит находился маленький двухэтажный кирпичный домик, в котором жила Элла.

Он был одним из красивейших домиков Ричмонда, вокруг которого росли кусты чайных роз; в маленьком уютном дворике располагалась виноградная арка. Вечером дом Эллы приобретал иной вид: вокруг двора были раскинуты маленькие газовые лампочки, которые давали не слишком яркое освещение.

Комната Эллы находилась на втором этаже с балкончиком и видом на причал. Уютные розовые обои украшали её стены, а в центре красовался белый коврик.

Маленькая кровать располагалась возле окон; Элла часто любила наблюдать из своего окна за жизнью маленького портового городка.

Одной из её подруг была Терри Бланш, её семья приобрела домик возле пристани на Гроув – стрит.

Терри не была красавицей: маленькое бледное личико было словно облачко, её низко посаженные глаза и маленькие брови выделялись на нём. Тонкие бледно-розовые губы она красила, чтобы их было заметно. Свои редкие каштановые пряди она прятала под шляпкой.

Элла привыкла смотреть на всех свысока. За ней бегали мальчики со всей округи.

Подруг у неё было довольно мало, так как все её считали эгоисткой. И никто из девочек не желал быть в её тени.

## 1

…

Отец Эллы, Руперт, был выходцем из Англии.

Ещё его дед в 1886 году, покинув Англию со своей семьёй, построил дом в Ричмонде.

Тогда были суровые времена- в это время Ричмонд был просто рыбацкой деревушкой, а уже потом, в 1907 году, открылся порт, и город встал на ноги. Руперту на то время было лишь десять лет, и он уже знал, что будет работать в порту вместе со своим отцом.

Когда ему исполнилось четырнадцать, его мать тяжело заболела, врачи не могли поставить диагноз и назначить лечение. Вскоре она скончалась.

А после похорон Руперт поехал на учёбу в университет, где проучился четыре года.

На первом курсе университета он познакомился с Хелен.

Она была из довольно богатой семьи, её отец работал преподавателем философии в университете, а мать преподавала французский и немецкий языки.

Выросла Хэллен на западном побережье Калифорнии. Ещё в детстве она увлекалась гуманитарными науками, в возрасте тринадцати лет она решила, что станет учителем.

Хотя сама в школу не ходила- мать её обучала дома.

На дворе был сентябрь 1914 года. Хелен поступила в университет на факультет немецкой филологии.

Однажды она стояла возле библиотеки, ожидая свою подругу, пока та возьмет нужные ей книги.

Проходя мимо библиотеки, Руперт не мог не заметить столь прекрасную леди. Она стояла в зелёном атласном платьице, на её груди красовалась золотая брошь в виде розы. Её золотые локоны были красиво собраны в пучок, а маленькая розовая шляпка, слегка сдвинутая набок, подчёркивала её красоту.

Увидев её, он сразу понял, с кем хочет прожить до конца своих дней.

Вечером того же дня он пригласил её погулять вдоль аллеи.

Они проходили мимо кустов роз и множества декоративных растений, газовые лампочки слегка светились, создавая романтическую атмосферу.

В это вечер Руперт подарил ей маленькое серебряное колечко с розовым аметистом. Хелен долго смотрела ему в глаза и было слышно лишь пение цикад и сверчков.

Он нежно прижал её к себе и поцеловал- это был её первый поцелуй. Проводив её, Руперт в молчании ещё раз прошёл вдоль аллеи и отправился домой.

А через четыре года, по окончании университета, Хелен родила девочку, которую мать назвала Эллой в честь своей матери.

Вскоре Руперт привез их в Ричмонд, где его ждала неприятная новость: соседи сказали, что в прошлом месяце скончался его отец.

Прошёл год как Хелен и Руперт поженились, у них не было пышной свадьбы.

Жили они в том же доме, где вырос Руперт.

Хелен вокруг дома посадила кусты чайной розы, Руперт установил виноградную арку, позже построил альтанку и вокруг дворика раскинул маленькие газовые лампочки.

Это было идеальное место, чтобы жить и растить ребёнка.

Когда Элла подросла, Хелен пошла работать в местную школу учителем немецкого языка, а Руперт удачно занял место своего отца в порту.

Эллу отдали в местную среднюю школу. Её подругой была тихая и скромная Терри Бланш.

Элла внешностью пошла в мать, а характером в отца: такая же упрямая, как и он.

## 2

…

Утром зазвонил будильник. Элла проснулась не сразу.

– Наконец-то. Тебя, наверное, нужно церковным колоколом будить, – возмутилась Хелен.

– Иду я, – сонным голосом произнесла Элла, тихо спускаясь по ступенькам, чтобы не нарушить тишину.

– Как твои успехи в школе? – спросила мать.

– А это так важно? Сейчас можно устроиться и без образования.

– Замуж? – с ухмылкой спросила Хелен.

– Ладно, я пойду. Пока!

Элла не любила свою школу и неохотно туда ходила. Шла она так медленно, что даже черепаха обогнала бы её.

Она всегда приходила последней в класс, могла и опоздать на двадцать – двадцать пять минут. Её нелюбимым предметом была математика, любила она литературу и иностранные языки.

Урок за уроком – вот и закончился учебный день. Собрав свои вещи, она вышла из класса и отправилась домой.

По дороге домой она наблюдала за тем, как рабочих выгоняли из порта.

Неизвестные разбили витрину в магазине. Прибежав домой, Элла увидела отца:

– Что-то случилось, почему ты не на работе? – с испугом спросила она.

– Закрыли…

– Что?

– Порт закрыли из-за кризиса, всех выгнали, – тихо ответил отец.

– Я видела, как неизвестные разбивали витрины в магазине.

– Нет товаров, кассы пустые, повсюду мародерство, – сказал отец.

Элла долго не могла понять, что происходит.

Что могло такое произойти, чтобы не было денег для содержания порта и зачем грабить пустые магазины?

Посмотрев в окно, она не могла в этом хаосе узнать свой родной городок, как будто все посходили с ума.

Минут десять в доме стояла тишина. Элла сказала:

– Нужно дождаться маму, она придумает, что делать.

– Эх, мама всегда знает, что делать, – с ухмылкой сказал отец.

Уже темнело, а Хелен ещё не было. Домочадцы начали волноваться и решили пойти ей на встречу. Сквозь темноту можно было увидеть силуэт Хелен. Элла побежала к ней.

– Мне пришлось немного задержаться в школе, нам сократили зарплату и не будут выплачивать до конца года.

– Пойдем домой, – сказал Руперт.

Это была бессонная ночь. Элла проснулась от криков людей и света огня, тихо спустившись на кухню, села за стол и не могла поверить, что за день маленький городок нырнул с головой в хаос.

Решив выйти на улицу, увидела, как мимо неё пронеслась толпа… Куда все они бежали в такое позднее время?

Через некоторое время Элла услышала взрыв, она огляделась по сторонам и увидела, как штурмуют здание банка.

## 3

Элла так и не могла уснуть: огненные протесты утихли только под утро. В этот день она решила не идти в школу, так как уроки не проводились. Из-за сокращения зарплаты учителя отказывались проводить уроки, некоторые увольнялись, и, пока была возможность, уезжали в Кэпитал-Сити.

Только она уснула, как её разбудила мать и сказала:

– Я собрала твои вещи, они внизу, одевайся и пошли.

– Куда? А как же наш дом? Мы не можем это всё просто так покинуть и уехать, – взволнованно сказала Элла.

– Давай быстрее, мы опаздываем на поезд, твой отец нашел работу в Кэпитал-Сити.

Элла, недолго думая, собралась и вышла из дома. Они отправились в долгий путь.

Она не хотела уезжать, она очень любила свой дом, уютный дворик с альтанкой, где они с Хелен сидели вечерами за чашкой чая. Ведь ей пришлось покинуть не только дом, а также своих друзей и школу.

По пути на вокзал они встречали многих знакомых и соседей, пострадавших от огненных протестов – видимо, врачи не сильно спешили им на помощь…

Хелен несколько раз проверила, не забыли ли они взять с собой билеты?

– Ещё немного, и мы будем на месте. А вот и наш поезд, – сказала Хелен.

Все шли молча, только оглядывались назад.

На перроне проводник проверил их билеты, и они вошли в вагон.

Элла долгое время не могла найти себе места. На ней было её пышное платье с розовыми цветами и маленькая фетровая шляпка с бутонами чайной розы.

Из вагона поезда можно было услышать крики протестующих: уже совсем скоро они окажутся в Кэпитал-сити, в огромном мегаполисе. Они ехали полтора часа, и за это время никто из присутствующих не произнёс ни слова. Элла молча смотрела в окно и наблюдала за тем, как быстро они проезжали мимо множества посёлков.

И тут она поняла, что не один Ричмонд в огне, а вся Америка. Поезд резко остановился. Она услышала крики, гул машин, отец сказал:

– Мы на месте.

Медленно выходя из вагона, Элла увидела Центральный железнодорожный вокзал и была удивлена количеству людей. Поезда с беженцами и рабочими всё прибывали и прибывали. Их количество невозможно было сосчитать.…

Вагон был на невысокой платформе, и Элла, решив, что спустится сама, зацепилась и порвала своё любимое платье. В ужасе, что кто-то увидит её нижнюю юбку, она побежала к Хелен.

Денег у них было немного, но этого все равно не хватило бы, чтобы сдать платье в починку. Сев в такси, они отправились на окраину города, где её отцу выделили квартиру в двухэтажном доме.

## 4

Кэпитал-Сити показался Элле довольно серым, такого количества домов она ещё не видела. Они не были, как в Ричмонде, с отдельными двориками, а стояли впритык друг к другу.

Была глубокая осень. Несмотря на то, что они находились в Виргинии, в городе было довольно холодно. Ежедневные дожди и сильные ветры – вот что получила Элла, переехав в Кэпитал—сити.

В такси было довольно тепло. Машина тут же помчалась по адресу.

Через окно такси Элла наблюдала за жизнью мегаполиса: ей в глаза бросались заторы на дорогах, куча народа, множество магазинчиков и ресторанов.

«… Да! Это не то, что Ричмонд», – думала она.

И вот, когда вокзал остался позади, они подъехали к центру города, где располагалась огромная площадь, здесь её называли «Рынковой», а вокруг неё было множество различных зданий: жилые дома, кафе, рестораны, магазины и многое другое. Элле чуть голову не вскружило от такого разнообразия. Сразу после центра шёл район, который местные называли «Маленький Кентукки» – такое название ему досталось из-за его маленьких одноэтажных домиков с маленькими двориками и огородами, как в деревнях. Он вообще не вписывался в пейзаж Кэпитал-сити. Это как большое пятно на покрывале.

Проезжая Рей-Гроув, Элла заметила девушку, стоящую возле уличного фонаря. Она была невысокого роста, с довольно длинными волосами рыжего цвета, её зелёные глаза были, как пуговки на рубашке, довольно несимметричные брови, маленький нос и не очень большие губы. Одета она была в платье бордового цвета с глубоким декольте. На ней красовалась шаль черного цвета, на ногах были капроновые чулки и туфли на высоких каблуках. «По ней не скажешь что она леди», – Элле стало очень интересно, кто она такая и, недолго думая, Элла решила спросить у таксиста :

– Извините, мистер, вы не знаете, кто эта «леди»?

После услышанного таксист залился смехом:

– Леди? Да вы что, она из этих блудниц.

– Блудниц? – удивлённо спросила Элла.

Она не понимала, кто эта девушка, и чем она занимается. И тут он сказал :

– Работа такая у них, обхаживать богатых стариков в публичных домах, что на Пёрл-Роад.

На этом разговор был окончен. В такси воцарилась тишина.

Проезжая Глэм-Парк, Элла выглянула в окно и заметила, что уже начинает смеркаться, а они ещё даже не добрались к новому дому.

Их дом находился в районе Холм-стрид, а это почти окраина города. Этот район не был похож на остальные, даже «Маленький Кентукки» казался не таким мрачным.

В основном это были неопрятные многоэтажки и большие усадьбы, и не было понятно, то ли они находились в городе, то ли в деревне. Со всех сторон район окружали заводы. Летом здесь стоял густой смог, из-за которого было тяжело дышать. В осеннюю пору смога практически не было из-за дождей, которые смывали всё на своем пути как в воздухе, так и на земле…

Такси резко остановилось и шофер сказал :

– Вот ваша остановка.

Уже была глубокая ночь, и сквозь тьму было трудно что-либо рассмотреть. На улице шёл дождь и оставлял после себя большие лужи, которые были везде, вся дорога была укрыта ими.

Элла прищурилась, чтобы хоть что-то разглядеть, и пошла во двор их дома очень осторожно, чтобы не ступить в лужу.

На улице было так темно, что даже при лунном свете нельзя было что-то разглядеть. Руперт зажег газовый фонарь. Элла увидела огромный дом с довольно хорошим освещением. На его территории был сад, альтанки и арка. В доме было два этажа, на каждом этаже по квартире. Им же досталось жилье на втором этаже.

Войдя в дом, сразу можно было заметить большую лестницу, которая вела на второй этаж. К ним вышла молодая женщина:

– Здравствуйте, я Анна, а вы, наверное, новые соседи, – с улыбкой сказала она.

– Приятно познакомиться, я Хелен, а это мой муж Руперт и дочь Элла.

– Давайте я вас проведу к вашей квартире, всё расскажу и покажу.

– С радостью, – ответил Руперт.

– Тогда идите за мной, – сказала Анна.

Они поднялись по лестнице за Анной.

Элла смотрела на длинные коридоры; она никогда не думала, что когда-нибудь окажется в таком месте. Ей казалось, что она проживёт всю жизнь в маленьком уютном домике в Ричмонде на Бэрри-стрит.

Пройдя весь коридор, Анна сказала:

– Вот ваша дверь, сейчас откроем её.

Они вошли и прошлись по большой квартире, а Анна всё продолжала рассказывать:

– Вот здесь спальня, рядом ещё одна, там кухня, ванная, а это гостиная, также есть свой балкон. Я думаю, что вы всё поняли. Я пойду домой, а вы обустраивайтесь, – она тихо вышла из квартиры, спустилась вниз.

Элла сразу ушла во вторую спальню. Это была довольно большая комната, которая вызывала чувство пустоты. Элла заметила выход на крышу. В комнате стояла кровать, которая занимала большую частьпространства, шкаф, стол и две тумбочки. Она совсем не была похожа на комнату в Ричмонде, её стены были окрашены в бежевый цвет.

Достав белье, она застелила кровать, переоделась в свою белую длинную ночную сорочку и легла в постель.

Элла долго не могла уснуть, она всё смотрела в потолок…

## 5

…

Вскоре она уснула крепким сном.

И что же могло ему помешать?

На улице понемногу начинался дождь, с каждой минутой он становился всё сильнее, холодные брызги от козырька крыши летели в её открытое окно.

Почувствовав холод на своём теле, она вздрогнула. Резко проснувшись, долго не могла понять, что происходит. От шума дождя у неё в голове гудело.

Она тихо встала с кровати и подошла к большому окну, которое было наполовину стены; блеклый свет падал на лицо, а непослушный океанский ветер развивал длинную ночную сорочку.

Из её окна можно было увидеть Кэпитал-сити как на ладони. Элла смотрела вдаль и наблюдала за тем, как постепенно начинает светлеть. В некоторых районах понемногу выключали уличные фонари; кто-то в это время встает на работу, кто-то ещё спит.

Закрыв окно, она тихо вернулась в постель и томным взглядом смотрела в потолок. Из соседней комнаты раздавался шум – это ее отец собирается на работу. Дождь до сих пор не прекращался, но постепенно стихал, а через некоторое время вовсе перестал идти. Элла уснула, ей было так хорошо в уютной тёплой постели. А за окном был холодный октябрь…

…

Шёл час за часом, она всё ёще спала, теперь её сну ничего не грозило. Хелен же было не до сна: встав в шесть утра, она отправилась на кухню готовить завтрак Руперту. Помимо завтрака у неё было ещё много работы.

За это время она успела приготовить завтрак себе и Элле, убраться на кухне и в спальне. Она молча наблюдала за тем, как спит её дочь. Посмотрев на часы, Хелен увидела, что уже восемь утра и пора будить Эллу. Она тихо вошла в её спальню и прошептала:

– Пора просыпаться, завтрак на кухне стынет.

Проснувшись, Элла сразу пошла на кухню завтракать.…

На столе стоял крепкий кофе, она взяла чашку и вышла на балкон – город покрывал густой туман.

Кэпитал-сити в буквальном смысле утопал в нем; она ощущала порыв холодного ветра, который шёл с Атлантического океана.

Сахар перебивал вкус горького кофе; Элла не была любителем кофе, она предпочитала ароматный зелёный чай с ромашкой. В этот день не было слышно гула машин и проходивших мимо людей, только тихие звуки завода. Кто-то сейчас на работе, а кто-то сидит в теплых домах за свежим выпуском газеты или чтением толстых книг. В городе с работой было туго, особенно в это время.

Большой кризис с каждым днём все больше рос. Закрывались школы, магазины, рестораны; количество бездомных на улицах Кэпитал-сити выросло вдвое. Вокзал никогда не пустовал: каждый день прибывало множество поездов с беженцами и рабочими, их селили на окраине города в районах заводов.

Элла всё также сидела на балконе, допивая свой кофе. Ветер понемногу стихал, и туман рассеялся. Перед ней встали гиганты-заводы и множество жилых домов. Это был не очень опрятный район, дорог практически не было. Где-то там вдали можно было увидеть побережье.

Его окружала цепочка из заводов, которые издавали не очень приятные звуки. Даже кофе по сравнению с ним не был таким ужасным, как могло показаться на первый взгляд.

Сидя на балконе, она всё больше скучала по Ричмонду; ей нравился их маленький уютный домик с двориком, она любила этот город, но теперь вынуждена привыкать к иной среде.…

## 6

…

Элла уже собиралась идти в свою спальню, как вдруг пришла Хелен с вестями.

В школе на Драйв-Роад не хватало учителей, и она согласилась пойти работать. Она не хотела сидеть сложа руки, а её дочь уже долгое время не ходила в школу.