Илья Ермаков
Розовые единороги будут убивать

Мало кто находит выход, некоторые не видят его, даже если найдут, а многие даже не ищут

Не грусти. Рано или поздно все станет понятно, все станет на свои места и выстроится в единую красивую схему, как кружева. Станет понятно, зачем все было нужно, потому что все будет правильно

Как она ни пыталась, она не могла найти тут ни тени смысла, хотя все слова были ей совершенно понятны

Льюис Кэрролл, «Алиса в Стране Чудес. Алиса в Зазеркалье (сборник)»

Пролог

Рельсы.

Обросшие густой травой, они устремляются вдаль, утопая в мрачном лесу, окутанном ночной тьмой.

Рельсы, рельсы, рельсы…

Лес, лес, лес…

И тьма…

Тьма, тьма, тьма.

Вдали виднеется розовое пятно.

По мере приближения, пятно увеличивается в размерах – оно становится большим и обретает все более отчетливые неприятные формы.

Длинная шея.

Кривые ноги.

Вытянутое туловище.

Жуткая морда.

Хвост.

И… один рог.

Розовая лошадь с рогом.

Розовая лошадь, у которой вспорото брюхо.

Красное месиво вываливается изнутри и петлями стекает вниз. Вокруг летает рой мух. Чувствуется смердящее зловоние. Трупный запах. Розовая кожа покрыта алыми грязными пятнами. Наружу проступает скелет – у лошади видны ребра и часть черепа. Хвост – облезлый шмоток испачканных серебристых нитей. Зубы… кривые, желтые, черные. Фиолетовый язык. А на нем копошатся черви, белые личинки и пауки. Копыта в крови. Серая грива измазана потом и кровью. И всепоглощающие глаза-пустоты.

Лошадь стоит.

Она ждет.

И ее рог…

Ее серебряный длинный рог с алым наконечником.

Вперед, вперед, вперед.

Лошадь не двигается с места.

Рельсы, рельсы…

Трава, трава и лес!

Ближе… ближе…

Розовое существо уже рядом… совсем рядом!

Единорог встает на дыбы, извергает адское ржание и мчится вперед.

Глава первая, в которой Мо и Лассо знакомятся с Сорой и Чак-Чаком

– А как у тебя с капустой?

Ангел-хиппи по имени Мо обошел велосипед стороной и взглянул на Лассо, надевающего упавшую цепь.

– Порядок, а что?

– Да так… путь долгий. Монетка тебе пригодится.

– Все есть. Не переживай.

Мо – худощавый ангел с длинными седыми волосами по пояс. Оранжевая футболка испачкана зелеными кляксами. На шее висят золотые цепочки с надписями «Paradise» и «Big Brother». Светлые джинсы-клеш с потертостями. И белые медицинские сабо. На голых худых руках навешана масса четок и браслетов. На голову повязан разноцветный платок, а на носу сидят блестящие на солнце зеленые очки. За спиной Мо плащом опускаются белые бархатистые массивные ангельские крылья.

– Ты уверен, что хочешь отправиться именно туда?

– А есть какие-то сомнения?

– Нет, просто…

– Так, ты со мной или нет?

– А куда я, по-твоему, денусь?

– Хах… ну да…

Лассо наконец прицепил упавшую цепь и починил свой двухколесный синий велосипед. Он открыл сумку, что висела у него через плечо, и достал бутылочку с маслом.

– Смазать хочешь?

– Чтобы не скрипело.

– Мм… давай-давай!

Мо потянулся на носках, слегка расправил крылья, но не раскрыл их полностью. Осмотревшись вокруг, он поймал взглядом примечательное местечко.

– Эй, Лассо!

– Чего?

– А ты, случаем, не проголодался?

– Так вот, зачем ты про капусту спрашивал!

– Оу, не пали горячку! Это было еще до того…

– «До того» что?

– До того, как я увидел тот кафетерий!

Лассо, закончив капать масло на цепь, поднялся, разогнул спину и взглянул в сторону, в которой находилось небольшое милое бетонное здание с яркой вывеской «Пальма». Рядом с надписью красовался стакан, наполненный желтым коктейлем, с розовым зонтиком и зеленым кусочком лайма.

– Что-то южное? – нахмурился Лассо.

– А какая разница?! – фыркнул Мо. – Давай проверим! За одно и похаваешь на дорогу!

– А ты только о еде и думаешь?

– Ля! Ну, давай! Пойдем!

Лассо почесал в затылке. В последнее время там чесалось все чаще. Он подозревал, что все дело в поте. Лассо провел слишком много времени, гоняя на велосипеде. Обычно он быстро начинал потеть. Пот затекал в волосы и вызывал подобное колющее раздражение.

Сейчас он отдал бы все, чтобы как следует помыться.

Лассо взял велосипед за руль и ловким движением ноги убрал подножку.

– Так ты согласен? – Мо весь сиял от радости.

– Эх! Пойдем, бедолага! Пойдем! Что же мне с тобой делать!

– Вах! Вот кайфово! Спасибо, Лассо! Я тебя просто обожаю! Полный отпад!

– И потом сразу в путь!

– Конечно, конечно! Быстренько похаваем и в путь. Ни минуты лишней больше не задержимся!

– Вот! Ловлю тебя на слове, Мо!

Лассо, вцепившись в руль велосипеда, покатил свой любимый транспорт через дорогу по пешеходному переходу. Все дороги пусты. В городе никого нет. И быть не могло.

Лассо уже перевалило за двадцать пять, а рыжая копна волос так и осталась непослушно-кудрявой. Лассо носил свою голубую рубашку с принтом черных перьев, как вторую кожу. Уж очень она ему нравилась! В отличии от ангела Мо, он предпочитал темные джинсы и белые кеды. Лицо Лассо украшала безумная россыпь веснушек, а глаза сверкали, как два изумруда.

Перейдя проезжую часть, они добрались до кафетерия Пальма.

– Вах! Кайф! Давай, пошли, пошли!

Лассо закатил глаза, оставил велосипед у дверей и отправился в кафетерий «Пальма» следом за Мо.

– И кой черт меня надоумил взять его с собой? – пробубнил он под нос.

«Пальма» больше напоминала гавайскую вечеринку. Все вокруг обустроено в стиле «тики-бара». Плетеная мебель, пальмы, бамбук, лодки и, конечно, атмосфера вечного праздника на берегу океана. Только сейчас праздника-то и не было.

Причина? Утро.

Вокруг сидело несколько горожан без лиц. Они вели немые беседы друг с другом. На них Лассо и Мо не обращали никакого внимания.

– Кайф, правда же? – Мо весь сиял.

– Ну, наверное…

Лассо напрягала подобная атмосфера. Ему по душе больше легкости и свободы. Сейчас же «тики-бар» еще не проснулся.

– Лассо.

– Чего тебе?

– Глянь туда!

Лассо повернул голову.

– Видишь ее?

– Ну… и?

– Давай познакомимся?

– Думаешь, это хорошая идея?

– Отпадная! С кайфом!

– Не знаю…

– Да, брось ты, Лас! Классная гёрл! Надо знакомиться!

За столиком сидела молодая девушка с завязанными в хост светлыми волосами. На ней была летняя белая блузка и светлые обтягивающие джинсы. На ногах она носила сандалии молочного цвета. На ее столике – стакан с розовым ягодным смузи и ноутбук. Она не сводила взгляда с экрана монитора и усердно стучала по клавишам. В ногах сидела довольная белая морда – снежный мопс.

– И песель у нее отпадный! Пошли, Лас! Давай! Я же вижу, что ты этого хочешь! От меня тебе ничего не скрыть!

– Эх… Ладно, все! Идем к ней. Как скажешь, Мо!

– Улет!

Ангел-хиппи подпрыгнул в воздух, согнув ноги в коленях.

– Шикарнейше!

Мо уверенной походкой направился к столику, за которым сидела милая девушка. Лассо же последовал за ним крайне неуверенно, ощущая неловкость и стеснительность.

– Добрейший денечек, – обратился к девушке Мо, – разрешите вас потревожить, прекрасная особа?

Девушка оторвала взгляд от экрана и пристально, с прищуром, изучила Мо и Лассо.

– Простите моего приятеля, если он был слишком прямолинеен с вами, – вмешался Лассо, – мы хотели познакомиться.

Девушка сначала молчала, но потом протянула руку вперед и предложила незнакомцам присесть.

– Буду рада. Меня зовут Сора.

Мопс энергично запрыгал, радуясь прибытию собеседников.

– Какой хороший песель! – заулыбался Мо.

– Чак-Чак.

– Чак-Чак? – переспросил Лассо. – Ты его так назвала?

– Да, а что?

– Ничего, просто… необычно.

– А твой друг еще более странный, я бы сказала.

– Ах, он даже не то что бы… в общем, ладно! Меня зовут Лассо, а это Мо – мой ангел-хранитель. И да, он – хиппи.

– Ого! Очень рада познакомиться!

Лассо и Мо заняли места напротив Соры. А ангел не отрывался от Чак-Чака, почесывая мопса за ухом.

– Мы тебя не сильно потревожили? – озадачился Лассо.

– Нисколько. Я уже закончила главу. Сейчас сохраню… вот так! И готово!

Сора щелкнула несколько кнопок на клавиатуре и захлопнула крышку ноутбука.

– Будете что-нибудь пить? – поинтересовалась она. – Здесь очень вкусные ягодные коктейли.

– Ах, да! – Мо вскочил с места. – Пойду проверю бар. Лас, ты со мной?

– Иди сам. Возьми, что посчитаешь нужным.

– Ты так уверен во мне?

– Я и не сомневался в тебе никогда!

– Вот кайф! Прошу меня простить за столь скорое исчезновение, но я еще вернусь! Обязательно и непременно!

– Ничего страшного, – ответила Сора вежливой улыбкой.

Мо покинул столик и довольной походкой отправился в сторону бара за коктейлями для себя и Лассо.

– Так… ты – писательница? – любопытство в край одолело Лассо.

– Да, угадал! – энергично ответила Сора.

– И что пишешь?

– Про непростую жизнь простых женщин в современном мире.

– Ого!

– Да, рассказываю про все проблемы, с которыми может столкнуться современная девушка, выйдя в общество. Сейчас слишком много двойных стандартов. Ну, знаешь… ты слишком худая! Нет, ты располнела! Похудей! Слишком много макияжа, смой, мы за естественность! Почему ты не следишь за собой и ходишь, как серая мышь? Будь общительной, весели людей! Ты слишком много болтаешь, будь скромней! Одевай более открытую одежду, показывай достоинства своей внешности! Нет, это уже перебор – не выгляди пошло! Привлекай мужчин, умей с ними налаживать контакт, нравься им! Не будь девушкой легкого поведения, они это не любят! Учись, строй карьеру, ты должна быть независима! Ты должна сидеть дома с детьми и быть хорошей матерью! Радуй своего любимого человека, делай ему подарки! Не обеспечивай его, не надо! Иначе вырастишь альфонса! Понимаешь, о чем я, Лассо?

На самом деле он мало понимал хотя бы потому, что никогда не был в женском теле.

– О, да! Это очень интересно!

– Ничего, что я с тобой на «ты»?

– Все отлично! Так и надо.

– Хорошо. И у меня есть своя особенность.

– Правда? Какая же?

– Я пишу под мужским псевдонимом.

– Ого!

– Иностранным!

Сора гордо улыбнулась сама себе.

– И как же зовут «автора»?

– Селестино фон Грегори. Он работал в модном издании. У него было три жены. Есть четверо детей. А сам он всегда окружен одними женщинами. Правда, крутая легенда?

– Потрясающе! И как называется новый роман?

Сора изменилась в лице. Ее взгляд заметно помрачнел.

– Я…

Лассо дождался ответа.

– Еще не придумала.

– Ой! Уверен, что название придет само собой! Как вдохновение!

– Да. Я тоже хочу в это верить.

На этой ноте к ним вернулся Мо с парой ярких напитков в стаканах с зонтиками.

– Как вы тут без меня?

– Представляешь, Мо, Сора – писательница! Она пишет под псевднимом Селестино фон Грегори про проблемы современных женщин и двойные стандарты, которое диктует им общество!

– Вау! Полный улет! Как же это все кайфово! Держи, Лас. Это тебе – банановый смузи. А себе я взял с ананасом и апельсином.

– Благодарю, Мо. Монетка нужна?

– Мне хватило. Тут улетные цены. Шикарнейше просто!

– Отлично.

Чак-Чак дважды издал звонкий лай. Он радостно вилял хвостом и кружился на месте, выпучив свои большие безумные глаза.

– Какой же Чак-Чак потрясный! Я просто не могу с него! – посмеялся Мо.

Сора убрала ноутбук в сумку и взялась за свой смузи.

– А вы, куда направляетесь, ребята? – поинтересовалась она.

– А как ты… поняла, что мы куда-то направляемся? – удивился Лассо.

– Вижу ваш велосипед через окно.

Лассо и Мо синхронно оглянулись – у окна стоял одинокий синий велосипед, который ждал своего часа, что на нем испытали смазанную цепь.

– Точно, Лассо! – внезапно воскликнул Мо.

– Что еще такое?

Ангел-хиппи смотрел на товарища, не скрывая всю гамму эмоций. Он буквально пылал от восторга, впав в невероятный экстаз от собственной идеи.

– Давай возьмем Сору и Чак-Чака с собой?! Вот это будет феерическое приключение! Я же вижу все, Лас! Эта гёрл – наша душа! Наша! Понимаешь? Пускай она поедет с нами! Будет полный улет!

– О чем это он, Лассо? – напряглась Сора.

На Лассо повесили принятие непростого решения.

Сначала он мялся в нерешительности. Потом… он взглянул на Сору уже совсем по-другому. И он понял, о чем ему толковал ангел. Сора – его душа. Это правда.

Было в ее взгляде что-то… родное, свое.

– Мы с Мо отправляемся на Остров Поющих Кошек. Хочешь с нами?

Сора застыла в недоумении.

Мо хищно допивал свой ананасово-апельсиновый коктейль, обсасывая трубочкой дно стакана.

– Эм…

Сора сглотнула.

– Что? Прости…

– Остров Поющих Кошек. Это за Проливом Китов. Доедем до порта на великах, а потом отправимся в плавание. Тебе там очень понравится! Невероятная красота! – разъяснил все Лассо.

Чак-Чак радостно подбежал к хозяйке и потерся своей влажной мордочкой о ее ногу.

– Подожди, Чак-Чак! Дай-ка мне подумать. Что? Ты тоже хочешь на Остров Поющих Кошек? Но ты же – пес! Все равно хочешь? Не будешь обижать Поющих Кошек?

Сора весело посмеялась.

– Ну, ладно! Ладно!

Мо и Лассо радостно переглянулись. Они были уверены, что уже получили то, чего добивались.

– Думаю, такое приключение поможет мне придумать название для новой книги и подарит много других идей и ярких эмоций, – размышляла Сора вслух.

– Конечно! – Мо отставил от себя пустой стакан. – Это будет очень занятно и увлекательно! Только тебе нужен велосипед! У тебя такой имеется?

– Да, дома стоит, – кивнула Сора, – а что еще взять с собой?

– Можно хавчика немножко. Я всегда голодный.

Чак-Чак издал звучный лай.

– И ему тоже прихвати кормежки. Сгодится.

Чак-Чак зарезвился, забегав вокруг столика.

Сора весело засмеялась.

– У тебя такой забавный ангел, Лассо! Я не могу! Ах, ладно, я тогда быстро заскочу домой, возьму велосипед, оставлю ноутбук и прихвачу свой блокнот для записей. И еды… как я могла забыть?! Я рядом живу. Подождете меня здесь, ладно? Это быстро.

– Разумеется!

– О, да! Даже можем присмотреть за Чак-Чаком! Сейчас мы повторим ананасовый коктейль. Да, Чак-Чак?

– Ах, было бы замечательно! С ним будет больше возни!

Сора встала из-за столика, взяла свою сумку с ноутбуком и заправила непослушный локон волос за ухо.

– Значит, подождете?

– Да, мы будем здесь, Сора, – ответил Лассо, – можешь спокойно все подготовить к походу.

– Отлично! Тогда я скоро вернусь! Веди себя послушно, Чак-Чак!

Сора быстро помахала Мо и Лассо рукой, отправила мопсу воздушный поцелуй и мигом выбежала из «Пальмы».

– Славная гёрл! С ней мы точно не соскучимся.

– Я думаю, ты прав, Мо. Это была хорошая идея. Никогда не поздно заводить новых друзей, верно?

– Еще как! Да, Чак-Чак? Будешь моим другом?

И мопс радостно запрыгнул прямо на колени к Мо.

– О, май дарлинг! Как же я его обожаю! Лас, сходи к бару, пока мы ждем!

Лассо посмеялся, увидев, как Мо играется с Чак-Чаком. Вся эта ситуация его смогла взбодрить после усталости из-за долгой дороги до города. Даже чесотка в затылке прошла.

Он встал из-за столика и направился к бару за напитками.

Чак-Чак предвкушал начало путешествия на Остров Поющих Кошек.

Глава вторая, в которой Сора покидает сеанс психотерапевта

– Что вас тревожит?

Сора наконец открыла глаза, и перед ней появился темно-зеленый потолок, освещенный рыжим светом ламп.

– Я не знаю…

– Подумайте.

– Не знаю правильно ли я…

Она еще раз осмотрела кабинет психиатра-психотерапевта: приглушенные темно-зеленые тона, черная кожаная кушетка, расписной дорогой ковер, привезенный в Лондон из Китая. Вся мебель из темного дерева. Вдоль стен тянулись стеллажи, заставленные книгами.

– …поступила.

Раздалось быстрое шуршание ручки – Лиана Дарлинг, ее психотерапевт, что-то записывала в свою тетрадь в толстой прочной обложке.

– Расскажите об этом подробнее, Сора. Что именно вас смущает?

– Я отправилась в путешествие.

– И куда оно вас приведет?

– Не знаю.

– А куда бы вы хотели попасть?

Сора промолчала.

Она почувствовала неприятную боль в висках. Голова слегка кружилась.

Сейчас на ней надета полосатая кофточка, а сверху – темно-серое платье-комбинезон. Черные туфельки с низким каблуком стояли у кушетки.

Сора поправила под собой подушку и постаралась лечь удобнее.

– Туда, где я не буду чувствовать боли.

Доктор Дарлинг все записала.

– Как их звали?

– Я же вам уже говорила.

– Повторите их имена еще раз. Вслух.

Сора обреченно вдохнула и послушалась команды доктора:

– Лассо и Мо.

– Вам знаком кто-то с этими именами?

– Нет. Совсем.

– Подумайте еще.

– Я же сказала, что нет!

Раздался тяжелый вздох Лианы. Женщина сняла свои очки в черной толстой оправе и подалась вперед.

– Порой наши сны говорят о нашей настоящей жизни больше, чем мы можем подумать.

– Мои сны… это всего лишь сны…

– Вы так думаете, Сора?

– Да.

– Но ведь… вы живете там, не так ли? Это ваша иная реальность, в которую вы вправе свободно входить. И, соответственно, выходить из нее. Не так ли?

Сора промолчала.

Она повернула голову налево и рассмотрела своего доктора еще раз.

Лиана Дарлинг – женщина, которой уже давно перевалило за сорок, но каким-то образом она старается сохранить свою молодость и выглядит на тридцать пять. Черное узкое платье до колен, темные туфли на каблуках, зеленый пиджак с большими пуговицами, белым воротником и краями закатанных рукавов. Пиджак подчеркивал ее узкую талию. Возраст психиатра выдавала тонкая шея и пальцы. Темно-красные волосы собраны в большой пучок, отпускающий челку на лоб. Изящный разрез зеленых глаз, алые губы и заметная родинка над правым карем верхней губы. На левой руке – одно кольцо, а на правой – два. Кольца большие, заметные, с множеством драгоценных камней. И жемчужины-сережки.

Она сидела, сложив ногу на ногу. На коленях Лиана держала свою записную книжку.

– Сора?

– Что вы от меня хотите?

– Я хочу помочь… разобраться во всем.

– И что дальше? К чему мы придем, если все поймем?

– Мы сможем вытащить вас.

– Откуда?

– Из тьмы, которая поглощает вас с каждым днем.

– Тьмы?

Лиана Дарлинг отложила записную книжку и ручку на свой рабочий стол. Она встала, снова надела очки и прошла к столу, выдвинув верхний ящик.

Доктор достала зеркало и подошла к кушетке.

– Держите, Сора.

– Зачем?

– Посмотрите на себя внимательно. Мне кажется… вы не понимаете, что с вами происходит.

– О чем вы?

Лиана молча протягивала ей зеркало.

Соре ничего не оставалось, как послушаться доктора и взять зеркало в руки. Она взглянула на себя и…

Увидела нечто…

– Теперь вы видите?

Худое лицо, тонкие щеки, крупные мешки под глазами, пустые глаза, мертвенно бледная кожа, черные волосы по плечи.

Сора словно увидела себя… на пороге смерти.

– И что дальше?

Лиана выгнула бровь.

– А вы… не видите сами?

– Что я должна увидеть?

Лиана молчала.

Сора выдохнула и положила зеркало на живот.

Доктор вернулась на свое место.

– Я нахожу ваше состояние критическим. Наши с вами беседы уже не несут в себе того объема помощи, какой был раньше. Что-то… изменилось, Сора. Я хочу это понять, чтобы все исправить…

– Ничего не изменилось!

– Боюсь, я буду вынуждена перейти к более радикальному лечению, чтобы… спасти вас.

– Нет, доктор. Давайте закончим на этом?! Я слишком долго здесь лежала. Мне нужен свежий воздух.

Сора оперлась слабыми руками о кушетку и поднялась. Она села, и голова заболела еще сильнее. Кровь буквально хлынула к мозгу.

– С вами точно все в порядке, Сора? – обеспокоилась Лиана Дарлинг.

– Порядок. Я в норме. Нужно просто погулять.

– Мне бы хотелось видеть вас чаще в своем кабинете.

– Не сомневаюсь.

– Сора, это важно. Я вижу, что вы на грани. Вы ходите по тонкому льду. Я бы сказала, по краю лезвия.

– Это моя жизнь, доктор Дарлинг.

Психотерапевт печально улыбнулась.

– Ваши сны должны помочь вам найти все ответы. Я уверена, что в своем путешествии вы их обязательно отыщите.

– Уверены? Прямо так?!

– Да, Сора, уверена. Вы правильно сделали, что согласились отправиться на Остров Поющих Кошек. Там вас ждут ответы на все вопросы. Уверена, вы столкнетесь с тьмой, которая завладевает вами все больше и больше с каждым днем. Но вы победите ее.

– До сих пор не понимаю, о какой тьме вы говорите.

А потом…

Сора сделала неверное движение рукой и столкнула зеркало на пол. Раздался треск.

– Об этой, – добавила Лиана Дарлинг.

Обе они некоторое время не сводили взгляда с разбитого зеркала, в которой Сора видела свое отражение – девушки, шагающей во мрак.

– Это плохая примета, верно? – поинтересовалась Сора.

– Вы не из тех девушек, которые верят в приметы. Я угадала?

– Разумеется.

Сора встала и посмотрела на часы. Время перевалило за обед.

– Мне пора, доктор Дарлинг.

– Возвращайтесь сразу после прогулки, Сора. Я буду ждать вас здесь.

– Простите, доктор Дарлинг, но пока я не могу сказать точно, когда вернусь к вам.

– Подумайте об этом, Сора. Я чувствую, что мы встали на верный путь. Нужно продолжать. Сдаваться… уже поздно.

Сора не ответила.

Она молча кивнула, решая не затягивать и без того длительный сеанс психотерапии, и направилась к двери.

– А собака…

Сора остановилась у двери, а ее рука, потянувшаяся к ручке, повисла в воздухе.

– Какая собака? – спросила она, не оборачиваясь.

– У вас когда-нибудь была собака, Сора?

Она задумалась.

Была…

Кажется, у нее была собака…

– Не помню.

Пауза.

– Ладно, Сора, ступайте. Я не смею вас больше задерживать.

– До свидания, доктор Дарлинг.

И Сора вышла за дверь, переступив порог.

Выйдя из кабинета, она прижалась спиной к деревянной стене. Соре требовалось время, чтобы взять себя в руки и собраться с мыслями. Сеансы с доктором Дарлинг давались ей все сложнее. Доктор копала глубже и глубже. Но по какой-то причине Сора не хотела пускать ее в потайные залы своего сознания. Она понимала, что Дарлинг сможет туда пробраться и сама, если захочет. Только дай ей возможность… самую малую.

Но почему она, Сора, сопротивляется?

Что с ней не так?

Почему она не хочет скорее избавиться от этого кошмара?

Или ей так комфортно…

Раздались тихие шажки. По ступенькам поднимался мальчик лет одиннадцати. Поношенные штаны, испачканная майка, дырявые ботиночки. Рыжий и с веснушками…

Рыжий и веснушками?!

– Ла…

Ее перебили:

– Ты закончила?

Сора тупо смотрела на мальчугана.

– Эй?!

Ей пришлось вернуть дыхание, ведь этот паренек напоминал ей о…

– Миссис Дарлинг свободна?

Наконец Сора взяла себя в руки и дала внятный ответ:

– Да, можешь идти.

– Угу…

Он прошел мимо нее в кабинет доктора Дарлинг и захлопнул за собой дверь.

Сора постаралась выбросить образ этого мальчугана из головы. Она несколько раз моргнула, протерла лицо кулачками и направилась вниз по лестнице.

Воздух, воздух…

Ей нужен свежий воздух!

Она больше так не выдержит!

Воздух…

Чистый и…

Сора вышла на улицу.

Она покинула больницу и…

Воздух в Викторианском Лондоне не мог быть чистым.

Лондон девятнадцатого века был не самым прекрасным местом в мире. Далеко не прекрасным…

Уголь.

Слишком много угля, подвергающийся сожжению.

Из-за этих черных дымов, поднимающихся в небо, весь Лондон погрузился в смог. Бесконечные фабрики, заводы, домашние печи – все требовало угля. И все пожирало этот уголь. Лондон – промышленный титан, одной ногой, стоявший в средневековье, а второй – в современном промышленном мире. Столько стыков противоречий, сколько было на тот момент в Лондоне, больше не было нигде в мире.

И вонь.

Великое зловоние, возникающие в результате того, что все сточные воды стекали прямо в Темзу. Лондонская канализация еще не отстроена должным образом, а потому холера, эпидемии инфекционных болезней, смерти – все это терроризирует улицы Лондона.

Дым и вонь.

Вот, что царствует в этом городе.

И Сора находилась в самом жутком районе Лондона – трущобы Сент-Джайлс, славившиеся проститутками, магазинами с джином, секретными улочками, где могли спрятаться преступники, и ужасно переполненными многоквартирными домами.

Все здесь кишело бедностью, мраком, смертью и крайней мерой запущенности.

Лечебница для душевнобольных как раз находилась на самой границе трущоб.

Самое опасное и безбожное место Викторианского Лондона.

Рыхлые каменные узкие дорожки. Повсюду шныряют бродяги, нищие, проститутки и пьяницы. На стенах – сорванные объявления о розыске самых опасных преступников. Полиции на весь район трущоб катастрофически не хватает, но и сейчас можно было встретить малые патрули, работы которым здесь хватало предостаточно.

И все в черноте дымов… и в зловонии грязных стоков…

Помои под ногами.

Грязных луж так много, что ноге некуда ступить!

И крысы.

Дохлые крысы…

И Сора шла по трущобам, не привлекая внимания местных бедолаг. Все они о чем-то болтали, ругались и дрались друг с другом.

Воистину покинутое Богом место.

Сора завернула за угол, где увидела на дороге лежачего первого пьяницу, босые ноги которого обкусали огромные крысы.

– Фу! Какая же гадость!

Вонь, кровь, трупное зловоние… все смешалось!

– Ужас!

И Сора побежала.

Она свернула в другое место – там вонючие джентльмены уже приставали к проституткам, ожидающих их на дороге. Они смеялись, распивали джин и занимались крайне непристойными вещами на глазах у прохожих.

И всем друг на друга глубоко плевать.

– Ох…

Сора развернулась и побежала дальше, прочь от всего!

Прочь от этого ужаса и кошмара!

Сора спряталась в темном переулке, увешанном плакатами розыска. Прижавшись к холодной влажной каменной стене, она отдышалась, придя в себя после увиденного.

А потом… перед ней появился пес.

Мопс.

Белый мопс.

– Чаки?

Мопс подбежал к ней и понюхал ее обувь.

– Чаки… что ты здесь делаешь?

Мопс весело завилял хвостом, покружился, издал приглушенный лай и побежал прочь.

– Чаки! Постой! Подожди!

Сора, не раздумывая, сорвалась с места и побежала за ним.

Мопс вывел ее из переулка. Пес побежал среди торговых лавок. Тухлая рыба, тухлые овощи, тухлое спиртное и рваные ткани…

– Чаки!

Сора, не обращая внимания на то, что ее окружало, бежала за мопсом.

– Чаки, постой!

Пес…

Ее пес!

Или не ее?..

Мопс покинул торговую линейку и свернул за угол, Сора – за ним. Здесь оказалось до жути пусто.

Ни души вокруг.

Мопс бежал по узкому темному переулку, заваленному мусором.

– Чаки! Не так быстро!

Сора бежала дальше, пока Чаки не вывел ее к закрытой площади, огражденной стенами четырех домов. Здесь никого и ничего не было. Лишь голые каменные стены вокруг и под ногами.

– Чаки! Ты меня напугал!

Мопс остановился в самом центре замкнутой площадке, сел на землю и развернулся к Соре.

– Как ты здесь оказался?

Сора подбежала к мопсу, присела рядом с ним на корточки и погладила пса по спинке.

Чаки довольно глядел на нее.

– Что-то здесь подозрительно тихо, тебе не кажется? Давай-ка пойдем отсюда? Что скажешь?

Но Чаки молчал.

Пока… молчал…

– Сора?

Она услышала мужской голос.

Он показался ей знакомым, но ассоциировался с чем-то жутким и неприятным.

Она не могла понять, что все это значит!

– Интересное имя.

Голос словно разносился со спины.

Уверенный… мужской тон…

И от этого голоса все внутри Соры сжалось.

– Я слышал имя Сара. А Сора – что-то новенькое.

И Сора обернулась…

Никого.

– Пронесло, – сказала она вслух, чтобы успокоиться.

А потом… она повернула голову к Чаки и…

Перед ней появилось лицо.

Лицо того самого человека, которому принадлежал этого голос.

Красивое лицо страшного человека…

Она увидела его большие голубые выразительные глаза и…

Ее с головой накрыла тьма.

Сора ощутила сильный толчок, упав на каменную землю. И в голове слышался лишь жуткий лай свирепой собаки.

Глава третья, в которой происходит знакомство на вечеринке

Темный лес.

Рельсы убегают вдаль.

Слышен шум поезда.

Рельсы, рельсы, рельсы…

Поезд, поезд, поезд…

Трава растет все выше и выше.

Она становится подобной деревьям.

Железная дорога утопает во мраке ночи, в тени зарослей.

Поезд мчится где-то вдалеке.

И раздается лай собаки!

Такой громкий, оглушительный, пугающий и всепоглощающий…

Рельсы, рельсы, рельсы…

И страшный лай собаки.

* * *

– Как тебе ужин?

– И ты еще спрашиваешь?!

Марта разбрасывала свои вещи на кровати.

– Если бы там не было соуса терияки и креветок, то я бы осталась голодной!

Сара весело посмеялась в ответ.

– Чем тебя так не устраивает кухня с морепродуктами? По мне, мидии были очень вкусными. Особенно с лапшой.

– Лапшой, которая буквально пропитана этими морепродуктами! Меня чуть не стошнило! Это был самый ужасный ужин за все наше пребывание здесь.

– На твое счастье, кухня на ужин меняется каждый день.

– О, да! И это просто шикарно! Еще одного вечера в компании головоногих в своей тарелке я просто не переживу!

Сара уже заканчивала наводить макияж. А Марта все никак не могла выбрать, в чем ей пойти на вечеринку.

– У нас осталось еще четыре дня отдыха, так?

Сара взглянула на календарь на телефоне и ответила подруге твердым кивком.

– Верно!

Марта сложила руки на груди и изучила все свои вечерние платья.

– В этом меня уже все видели сотню раз. Это я надевала дважды. То голубое носила в среду. То красное было вчера. И что остается? Либо это желтое! Либо это зеленое!

Сара переключила все свое внимание на гардероб подруги. Марта вечно устраивала конкурсные программы своей одежде перед каждым выходом из отеля. Сначала это утренние блузки, потом купальники, а вечером – платья.

– Возьми зеленое. Я вижу, что ты на него чаще смотришь, чем на желтое.

– Сегодня на ужине было очень много желтого цвета. Они как сговорились! Но у меня ведь… совсем другой оттенок!

– Ой, Марта! Бери зеленое – не прогадаешь.

– Думаешь?

– Угу, осталось всего четыре вечера, и мы улетаем.

– Вот именно! И я хочу, чтобы они видели меня последние дни в самом лучшем!

– «Самое лучшее» ты надела сотню раз и постоянно его надевала, когда мы приехали в Турцию.

– Да! Да! Знаю… черт! Ну, вот опять! Надо было начинать с желтого! А потом хорошеть и хорошеть!

– Ты хотела произвести незабываемое первое впечатление. Поэтому пошла с козырей!

– А теперь у меня одни шестерки! Фу!

Сара тяжело вздохнула. Она пересела на кровать Марты и изучила ее наряды еще раз.

– Тогда надень голубое.

– Ой, нет! – выпалила Марта, стукнув ногой. – Я тогда так сильно напилась, что они точно запомнили… теперь наверняка забыть не смогут! Все-таки…

– Зеленое?

– Да, придется надеть его.

– Вот и отлично! Я уже слышу музыку. Пора выходить, а то опять повеселиться не успеем, как следует.

– Да, да, я сейчас! Идем!

Марта начала в ускоренном режиме надевать зеленое платье и делать скорую прическу на голове.

Сара была не самой большой любительницей пышных вечерних нарядов. Пусть это были самые обыкновенные летние платья, она выбирала для себя белый топ и расклешенные широкие летние бежевые брюки. На ногах – светлые сандалии. В таком образе она чувствовала себя легко и свободно.

– Ты готова?

Сара уже взяла ключи от номера, выключила кондиционер и свет в ванной комнате.

Марта застряла в комнате перед зеркалом, подчеркивая помадой верхнюю губу.

– Все, все… идем, идем!

Марта наконец удовлетворилась своим образом окончательно, убрала помаду в косметичку, поправила волосы на голове, стараясь добиться более пышного эффекта, взяла сумочку и присоединилась к подруге.

– Отлично!

Сара выключила свет в номере, они вышли в коридор, и она закрыла дверь.

– Идем!

Бодрой походкой, две подруги прошли по коридорам отеля «One Luxury Beach Hotel» и вышли на свежий воздух.

– Как думаешь, сегодня тебе удастся с кем-нибудь познакомиться? – подмигнула подруге Марта.

– Опять ты за свое!

– Осталось четыре дня, милая, а ты все еще не завела свой курортный роман.

– Ты тоже в этом не сильно преуспела, хочу заметить.

– Да ты только взгляни на них! Они все уже какие-то… того…

– А от меня ты чего хочешь?

– Мм… ты права. Нам повезет, если сегодня в отель приехали новые красавчики. Давай это проверим?

– Только одно условие, Марта.

– И какое же?

– Ты сегодня не пьешь!

– Чего?!

Марта согнулась пополам от смеха.

– Вот же шутница!

– Ты же помнишь, как плохо тебе стало в прошлый раз?!

– Помню? Эмм… ты ошибаешься. Парочка «Голубой Лагуны» нам явно с тобой не навредит.

В этом Сара, определенно, сомневалась.

Они прошли мимо большого бассейна, подсвеченного разноцветными подводными огнями. На улице уже гремела современная музыка из самых разных стран. Турки-официанты бегали туда-сюда, обслуживая постояльцев отеля. Бар, когда туда явились подруги, оказался переполнен. Под потолком светилась разноцветная подсветка, освещая танцпол. Неугомонные молодые туристы уже пустились в пляс. Это был молодежный отель, где не было семейных коллективов и шумных детей, а также пенсионеров. Только молодые люди, приехавшие в Турцию пить, купаться, танцевать, веселиться и заводить курортные романы с такими же, как они.

В некотором отдалении от танцпола располагались круглые столики, вечно занятые компаниями друзей. Многие уже начинали курить кальяны, а другие забавлялись с коктейлями.

– Займешь нам место, а я в бар за напитками? – спросила у Сары Марта.

– О, нет! В бар я тебя больше не пущу, Марта!

– Брось! Ты чего?

– Вот уж нет! Сегодня я буду тверда, Марта. Пришло время меняться ролями.

– «Ролями»?

– Именно! Ты ищи нам место, а я пойду в бар.

– И возьми мне…

Но Сара ее мигом опешила жестким тоном:

– Я сама решу, что ты сегодня будешь пить.

Марта тут же поникла. Состроив недовольное, почти детское выражение лица, она отправилась на поиски свободного столика.

Проводив подругу взглядом, Сара направилась в сторону бара. К счастью, к ее приходу, очередь стала гораздо меньше. Прождав четырех человек, она оказалась у стойки.

– Two «Blue Lagoon» please and two whiskey with «Cola» please.

Турецкий бармен понимающе кивнул и приступил к изготовлению коктейлей.

Сара села на высокий стул и осмотрела танцевальную площадку. Молодое поколение «отжигало» что есть мочи.

– Если бы не простое построение фраз, я бы принял вас за иностранку. Вы произносите слова с потрясающим акцентом.

Этот приятный нежный мужской голос ворвался в ее жизнь так внезапно, что Сара сначала не поверила в то, что она слышит его собственными ушами. Он будто разносился внутри ее головы.

Но Сара не была сумасшедшая.

Голос принадлежал симпатичному парню лет тридцати. Светлые короткие волосы, строгие ровные черты лица, большие голубые глаза, выступающее «адамово яблоко» и большие руки с венами на кистях. Одетый в голубую рубашку и джинсы, он присел за соседнее место.

– У меня очень скудный разговорный английский, – вступила с ним в разговор Сара, – но мой учитель в школе настаивала на грамотном произношении. Вот и появился такой акцент, если это вообще можно назвать акцентом!

– О! Еще как можно! У тебя потрясающая речь. Давно здесь отдыхаешь?

– Четыре дня осталось. Приехала с подругой расслабиться. На работе совсем замучили.

– И что за работа?

– Сценарист. Пишу сценарий для сериала в атмосфере Викторианского Лондона.

– Ого! Весьма интересно!

Он подался вперед, положив локоть на барную стойку.

– И как успехи?

– Дошла пока до второй серии. Я была очень рада, когда получила этот проект. Это было именно то, что я хотела. Но мне пришлось собрать чертовски много информации! Это меня и утомило, если честно. Решила проветрить голову, взяла Марту с собой, и мы умчались в Турцию.

– И это прекрасно! Я приехал только вчера. Если у тебя осталось четыре дня, то мы могли бы поближе познакомиться. Время еще есть. Я тоже утомился на работе и приехал отдохнуть. Оставил заместителей заниматься компанией.

– Компанией?

– Да. Производим поставки самых разных материалов для строительства дорог.

– Так, вот, кто стоит за всеми российскими дорогами! – Сара пыталась пошутить.

– О, нет! Не выйдет! Я отвечаю за качественный товар, а вот строители уже делают на свою совесть, если она у них есть!

– Ага… вот, значит, как ты выкрутился!

Бармен поставил на стойку перед Сарой два коктейля с голубым содержимым и кубиками льда, а также два стакана виски с «Кока-Колой».

– И как же зовут директора компании?

Молодой человек приятно улыбнулся. Сара отметила удивительную белизну его зубов. Кожа щек идеально выбрита.

– Стас. Рад знакомству. А как мне стоит обращаться к обладательнице столь удивительного иностранного акцента?

И Сара замешкалась.

По какой-то причине ей не хотелось раскрывать своего имени. Она и сама сомневалась в том, что Стас ей рассказал всю правду. Это отдых в Турции. Здесь каждый может быть тем, кем захочет. К счастью, работа у нее весьма интересная, поэтому в этом плане ей врать не пришлось.

А вот имя…

Что-то ее дернуло приукрасить свое имя:

– Сора.

И она сделала маленький глоток «Голубой Лагуны».

– Сора? Интересное имя. Я слышал имя Сара. А Сора – что-то новенькое.

И Сара залилась краской.

И стоило ей так «врать»?

Если вдруг прибежит Марта, то…

– Сара!

О, черт!

– Сара, ты куда пропала?

Из толпы к ним вышла Марта.

– Ой!

Девушка тут же застыла, увидев свою подругу рядом с таким красивым молодым мужчиной за барной стойкой.

– Это она так шутит, – бросила Сара в Стаса, заметив на его лице замешательство, – Марта всегда называет меня Сара, потому что… это такая наша шутка. Правда, Марта?

Марта тупо смотрела на свою подругу. Запоздало, но она подыграла Саре:

– Амм… да! Женские глупые шутки! Я тебя обыскалась. Свободных столиков совсем нет. Ты взяла попить? О! Класс!

Марта тут же схватила свой коктейль и виски с «Колой».

– Так у вас проблема со столиком? – полюбопытствовал Стас.

– Ага, тут вечно все занято! – пожаловалась Марта, состроив жалобную гримасу.

– Тогда пойдемте со мой? Я как раз занял место.

– Отличная идея!

Сара уже хотела взять свои напитки, но Стас ее опередил:

– Давай понесу.

Она остолбенела.

Признаться, Сара совершенно не представляла, как реагировать на подобные ухаживания. Проблема заключалась в том, что у нее прежде никогда не было отношений. Ей всего двадцать два года. Она только-только закончила университет и получила отличную работу. О каких отношениях с мужчинами могла идти речь?

– Да, конечно.

Стас взял ее напитки и повел двоих подруг за свой свободный столик, который находился, к удивлению Сары, максимально далеко от танцпола и общего шума и веселья.

– Вот и пришли. Располагайтесь.

– Вот спасибо большое! – обрадовалась Марта и радостно уселась за столик. – И как же зовут нашего спасителя?

– Стас, – ответила Сара.

– Ого!

– А у вашей подруги весьма интересное имя. Никогда такого не слышал.

– Правда?

Марта, выгнув бровь, взглянула на Сару.

Сара поняла, что пришло ее время посвятить Марту в ситуацию и поведать ей о своем «интересном имени».

– Сора – довольное редкое имя. Особенно в русскоязычных странах! Ума не приложу, чем родители думали.

При этом, ее братьев звали вполне обычно: Слава и Миша.

– Они подобрали замечательное имя для замечательной дочери.

Сара вновь залилась краской.

– Марта – тоже редкое имя. У меня та же история. Вечно в школе «американкой» называли.

– Это ужасно, – подметил Стас, – и почему дети так остро реагируют на необычные имена?

– Завидуют!

После этого Марта забавно икнула и залилась бурным смехом.

– Ты работаешь вместе с подругой? – шепнул Стас на ухо Саре.

– Да, но Марта в соседнем отделе бухгалтерии. Так вот случилось: отдел сценаристов и отдел бухгалтерии сдружились. Кто бы мог подумать?!

Марта закончила смеяться над собственной нелепостью и поспешила извиниться:

– Ой, простите меня! Простите! Под ночь у меня слишком сильно разыгрывается шутливое настроение! А вы чего сидите-то? Могли бы уже пойти танцевать!

Сара уже сомневалась в том, что Марта, оставшись без ее присмотра, ничего не выпила и не украла какой-нибудь алкогольный шейк с чужого столика. Марта сделала всего пару глотков «Лагуны», а уже оказалась веселее всех присутствующих.

– Идея неплохая, мне нравится.

Стас посмотрел на Сару, приглашая ее этим взглядом на танцпол.

– Марта знает, что я ужасно танцую, а потому хочет посмотреть на мой космический позор, – среагировала Сара, – это ее тактика. Старый трюк.

– Я б сказала тебе, моя хорошая, какая у меня на твой счет тактика, но не будем сквернословить при таком замечательном молодом человеке, который предоставил нам с тобой столик по доброте своей душевной. А что касается тебя, Сора!

Марта выделила ее искаженное имя особенной интонацией.

– За весь отдых ты так ни разу и не потанцевала, как следует. Так что… Стас, я разрешаю тебе украсть у меня Сору. Идите и оторвитесь хорошенько!

– Ага! – возмутилась Сара. – И оставить тебе все напитки?!

Марта ехидно улыбнулась в ответ.

– А ты, чертовка, раскусила меня…

Тогда Сара без промедления взяла стакан с виски и «Колой» и осушила его в несколько глотков.

– Эй! – брызнула Марта.

– Так-то! – подмигнула ей Сара в ответ.

Вместе с алкоголем в ее организм проникла смелость и решительность. Сара перевела свой «новый смелый взгляд» на Стаса и взяла его за руку:

– Я готова танцевать. А ты?

Стас с трудом сдержал смех.

Сара и сама видела, насколько нелепой и забавной оказалась ситуация.

– Вперед! Я приглашаю вас на танцпол.

Раздался ликующий возглас Марты. Она радостно зааплодировала и проводила Сару гордым взглядом.

Сара, держа Стаса за руку, направилась в самую гущу танцпола. Здесь громко играла музыка вечеринок. Мерцали разноцветные огни. И извивались потные тела молодых парней и девушек в бурном танце.

– Я предупреждала, что плохо танцую, – напомнила Стасу Сара.

– Это мы сейчас еще проверим!

Он взяла ее за вторую руку, и они начали совершать нелепые танцевальные движения в такт музыке.

Алкоголь брал власть над телом и сознанием Сары все сильнее.

Громкая музыка и ослепительные огни вводили ее в состояние транса.

Прикосновения к телу Стаса начинали сводить ее с ума.

С Сарой никогда в жизни не происходило ничего подобного!

Через несколько минут она забыла про существование Марты. Еще позже она вообще забыла, где находится и что с ней происходит.

Она видела перед собой только большие голубые глаза и красивое лицо мужчины, который обратил на нее внимание. А она… так облажалась! Сначала с фальшивым именем, потом с алкоголем, теперь с танцами.

Сара винила себя за каждый свой нелепый шаг.

Но было поздно…

Совсем скоро она шагнет во тьму, держа Стаса за руку.

Глава четвертая, в которой Сора выпускает чернушек

– Чак-Чак, не отставай!

Мопс весело подпрыгивал, поспевая следом за двумя велосипедами и парящим над ними ангелом-хиппи.

– Давай, дружок, догоняй! – веселился ангел Мо.

Сора крепко держалась за руль велосипеда. В глаза ей бил свежий прохладный воздух. Лицо освещали солнечные яркие лучи. Под колесами шелестела короткая зеленая травка луга. Вокруг – бесконечное поле и бесконечный лес за бесконечным полем! Над головой – голубая синева. Бездонная и безграничная – такая же, как бесконечное зеленое поле и бесконечный лес вокруг.

– Вау! – Сора впервые насладилась моментом.

Это было нечто совершенно новое для нее. Забытое детство.

Велосипед. Скорость. Просторы. Ветер.

И никаких забот!

Она бросила все и отправилась на Остров Поющих Кошек в компании нового друга Лассо и его ангела-хранителя Мо.

Что еще может быть лучше?

– Тебе нравится? – повернулся к ней Лассо.

– Еще бы! – ответила она, не скрывая своего голоса. – Это потрясающе!

Мо размахивал широкими белыми ангельскими крыльями, делал виражи в воздухе, вращения и «мертвые петли».

Он воистину наслаждался свободным полетом.

– О, май гад! – воскликнул Мо. – Это просто бьютифул! Как же это шикарно! Какой же кайф!

Сору рассмешил диалект, на котором разговаривал ангел-хиппи.

– Он всегда так говорит?

– О, да, ты скоро привыкнешь к его речи. Так Мо выражает свои чувства.

– И у него получается!

Раздался звонкий лай Чак-Чака.

Мопс, запыхавшись, остановился. Ему нужно было срочно перевести дыхание. Городское питомец явно не привык к такой активности на свежем воздухе.

– Эй! Притормозите, «Шумахеры»! – крикнул двоим велосипедистам вслед Мо.

– Чего там? – оглянулся Лассо.

– Чак-Чак совсем устал.

Мо подлетел к мопсу и приземлился ногами на землю.

– Ты как, дружок?

Мопс, высунув язык, часто дышал.

– Он не привык так много бегать.

Сора слезла с велосипеда и подошла к Мо и Чак-Чаку.

– И какие будут предложения? – озадачился Лассо. – Мы не можем задерживаться. Я рассчитывал попасть в порт до наступления темноты.

Тогда Сора и Мо загадочно переглянулись. Их обоих посетила воистину безумная идея, которая обоим пришлась по душе.

И вот остальную часть дороги Мо держал мопса на руках прямо в полете! Чак-Чак, выпучив глаза и раскрыв пасть, смотрел по сторонам с довольным выражением лица. Мопс полностью доверял ангелу, который нес его по воздуху. Чак-Чак даже не сопротивлялся и не дергал лапами, а целиком отдался свободному полету, которым его так щедро наградили.

– Это так смешно!

Сора взглянула наверх – над ней парил ангел-хиппи с мопсом в руках.

– О, май дарлинг! – воскликнул Мо. – Как же я обожаю этого дога! Он шикарен! Кайф!

Сора смеялась.

Лассо смотрел то на нее, то на ангела с мопсом. С появлением Соры в их компании его жизнь словно наполнилась каким-то новым смыслом. Она стала насыщеннее, ярче и еще более беззаботной.

С Сорой Лассо ощущал небывалую легкость, будто она была частью его самого.

– Эй, ребята! – воскликнул Мо.

– Что такое? – спросил Лассо.

– Вы видите это вдалеке?

Сора и Лассо внимательно посмотрели прямо перед собой.

– Что там? Мы еще не видим!

– Там дом. Одинокий дом на холме. Деревянный. Два этажа. Никакого ограждения. Дом слегка наклонен в правый бок. Ступеньки покрашены в желтый цвет. А вокруг садик с тыквами.

– А сам дом какого цвета?

– Коричневый. Коричневый дом с желтыми ступеньками!

Они проехали еще немного вперед, и из-за зеленого холма показалась острая крыша деревянного покосившегося двухэтажного дома.

– Мы видим!

Мопс чихнул.

– Зайдем в гости? – поинтересовался у двоих спутников Лассо.

– Давайте проверим, что там, – предложила Сора.

Они проехали еще немного вперед. Вот странный дом возник перед ними в полный рост. Мо облетел его стороной и вернулся к двоим спутникам, сползавшим с велосипедов.

– Что там, Мо? – спросил Лассо.

– Вы не поверите, но…

Мо приземлился на луг и выпустил Чак-Чака из рук. Мопс, почувствовав под лапами твердую землю, тут же разлегся.

– Что такое? – забеспокоилась Сора.

На лице ангела появилась странная озорная улыбка.

– На заднем дворе стоит ванна.

– «Ванна»? – Лассо выгнул рыжую бровь.

Сора и Лассо озадаченно переглянулись друг с другом.

– То есть как… ванна? – помотала в недоумении головой Сора.

– В самом прямом смысле! Ванна и шланг для душа с лейкой.

– Вот так? Прямо… на улице?

– Ага! Абсолютли! Никогда ничего подобного не видел!

Сора оставила велосипед на траве, поманила за собой Чак-Чака и направилась в сторону коричневого деревянного покосившегося дома с желтыми ступеньками.

– Чак-Чак, за мной!

Мопс, нехотя, поднялся на лапы и поковылял за хозяйкой.

– Этот дом… какой-то странный, вам не кажется?

– Думаешь, здесь кто-то живет? – почесал Лассо в затылке.

– Он не выглядит заброшенным. Но и слишком ухоженным его не назовешь. Но кто-то же выращивает эти тыквы? Смотри! Растения тянутся прямо по перилам и стене дома.

Сора только сейчас обратила на это внимание. Периметр дома обрастал тыквами, а зеленые стебли тянулись по деревянным стенам.

– Мо, это могут быть дикие тыквы? – поинтересовался Лассо у ангела.

– «Дикие тыквы»? – переспросил тот. – Не знаю, мой дорогой приятель, не знаю! Не буду врать, а потому не скажу наверняка! Если эти тыквы – дикие, то зачем им расти прямо у дома?

Лассо почувствовал явную слабину такого аргумента Мо, но возражать не стал. Эти тыквы у дома озадачили и его самого.

– Чего рассуждать – давайте лучше постучим и проверим? – предложила Сора.

И она первая направилась на крыльцо по желтым ступенькам. Чак-Чак охотно последовал за ней.

– Она дело говорит, – согласился Мо.

Лассо, закатив глаза, пошел за Сорой.

Сора уже стояла перед дверью и направляла к ней свой кулак.

– Стучи, смелее, – подбодрил ее Лассо.

Сора собралась с духом и трижды постучала в дверь.

– Никого? – поинтересовался Мо.

Ответом послужила тишина.

Сора повторила стук.

– И…

Никого.

Тогда Лассо положил свою ладонь на дверь и толкнул ее вперед посильнее. Дверь без стеснения поддалась и открылась.

– Пойдем?

Сора кивнула в ответ.

Оказавшись на пороге дома, Сору сковало странное чувство. Поначалу она не могла понять, с чем это связано. У внутренностей дома оказалось сразу несколько особенностей. Первая – отсутствие всякого намека на мебель. В принципе! Никаких столов, тумбочек, шкафов, стульев, стеллажей – ничего вообще! Второе – все стены, пол и потолок покрыты… бумагой. Исписанной бумагой: газеты, плакаты, листы книги, пергамент, карты, папирусы, свитки. Все из бумаги! Словно необычные современные обои, но это не обои, а именно бумага разного сорта, беспорядочно и хаотично наклеенная друг на друга. И третья особенность – книги. Миллионы книг! Стопки книг! Горы книг!

Книги, книги, книги, книги…

Они повсюду! Они занимают все пространство вокруг!

Они стоят башенками вдоль стен, занимают все пространство на полу, стоят на ступеньках широкой лестницы, словно перилла, громоздятся кучами в углах и в проходах!

Книги, книги, книги…

Их здесь было слишком много.

– Ничего себе бумажный домик! – удивился Мо.

– Странное это место… – задумался Лассо.

Чак-Чак не решался пройти вперед. Напротив, мопс вплотную прижался к ноге хозяйки, не двигаясь с места.

– И кто здесь живет? Книжный червь? – пошутил Мо.

И вдруг…

Чувство беспокойства, смешанного со страхом, сковало Сору. Теперь она поняла, что это было… испуг. Маленький страх.

Мопс тут же издал хищный лай, совершенно не свойственный ему.

От ног Соры по полу поползли черные хлипкие нити, испускающие пугающее темно-синее свечение.

– Оу, черт! – вскрикнул Мо, отпрыгнув от Соры, – Что это такое?

Сора, пристыженная, закрыла лицо руками.

Лассо, не побоявшись жуткого свечения, исходившего из ног Соры, подошел к ней и положил ладонь на ей плечо.

– Что это такое, Сора? – спокойно спросил он.

Сора убрала руки с лица, взглянула в глаза Лассо и призналась:

– Чернушки.

И вдруг… лай мопса стал интенсивнее, а черное свечение, растекающееся по полу, начало собираться в круглые шарики – маленькие кучки. Темные комочки покрылись шерстью и словно ожили.

Странные существа, выглядевшие, как лохматые комочки тьмы, разбежались от Соры врассыпную.

– О! Что это? Что это? – Мо взмахнул крыльями и взлетел под потолок.

Лассо попятился назад от Соры.

– Это чернушки, – ответила она, – они появляются, когда я напугана или сержусь. Они безобидные. Их нужно просто давить. Давите их ногами!

Чак-Чак первый пустился в атаку и прыгнул на одну чернушку – темный комочек мгновенно обратился под его лапой в кляксу чернил.

Мопс издал победный лай.

– Отличная работа! – воскликнул Лассо. – Давайте топтать их! Топчем! Топчем! Топчем чернушки!

Лассо принялся прыгать с одной ноги на другу, придавливая ботинком чернушек. Они забавно лопались под ногой, обращаясь в темную жидкую кляксу. Сора помогала ему. Она начала прыгать, придавливая чернушек, выползающих из темного свечения, которые пускали ее ноги по полу.

Мо, увидев дружную битву с чернушками, спустился с потолка на пол и присоединился к товарищам.

– Ух, ты! Как же это весело!

Размахивая крыльями, ангел прыгал из стороны в сторону по всему первому этажу, придавливая чернушек ногами.

– Давим! Давим их! Давим чернушек!

Чак-Чак задорно помогал хозяйке расправляться с чернушками.

В какой-то момент Соре стало весело, и черное сияние исчезло. Новые чернушки перестали появляться. Лассо и Мо одолели последних чернушек.

После битвы весь первый этаж оказался покрыт пятнами чернил, оставшихся от расплющенных чернушек.

– Спасибо! Спасибо вам большое, друзья! – обрадовалась Сора и обняла Лассо и Мо, поздравив их с победой.

Чак-Чак, весь довольный и гордый, подбежал к ее ноге и начал тереться мордочкой, выпрашивая свою благодарность за победу.

Сора не обделила любимца и погладила его по спинке и почесала в складках шеи.

– Что это было? – запыхался Мо.

– Это чернушки, – ответила Сора еще раз, – они появлялись с самого моего детства. Когда я испытываю страх или злость… они появлялись и не исчезали, пока эти чувства не пройдут. Сначала я их сама боялась, а потому их становилось только больше! Но потом я уже привыкла и стала лучше справляться с собой.

– Значит, ты сейчас испугалась? – сделал вывод Лассо.

– Не знаю, – Сора пожала плечами, – наверное… на меня нахлынуло странное чувство, когда мы оказались в этом доме. Наверное, это и был страх. Да. Я не буду этого отрицать. Все здесь очень… странное.

– Ты права! Все обклеено бумагой, повсюду разбросаны книги. Давайте осмотримся? Возможно, мы найдем здесь что-то полезное.

– Начинаем исследование! – бодро всплеснул руками Мо.

Сора позвала за собой Чак-Чака и направилась по большой широкой лестнице на второй этаж.

– Ребята! Здесь столько комнат!

Она осмотрела два коридора с левой и с правой сторон: на всем их протяжении тянулись двери, ведущие в другие комнаты.

– Не удивлюсь, если они все забиты книгами! – ответил ей Мо.

– Но в этих книгах должно быть хоть что-то полезное, верно? – задумался Лассо.

Сора решила начать с левого крыла. Она прошла в коридор и заглянула в одну из комнат: от пола до потолка тянулись высоченные столбы книг. Как и во всех помещениях стены завешаны исписанной и исчерченной бумагой. А все остальное – книги… книги, книги, книги, книги!

И ничего кроме книг.

– Это какой-то книжный дом, – произнесла вслух сама себе Сора, – интересно, кто же тут может жить?

Вдруг раздался голос с первого этажа:

– Сора! Ты что-нибудь нашла?

Это Лассо.

– Только книги!

– А… и я тоже!

И кто бы мог в этом усомниться?

Оставив комнату, заполненную книгами до самого отвала, Сора вернулась на первый этаж, на котором Мо уже устроился в кресле из книг! И читал… книгу!

– И что читаешь?

– Путеводитель.

– Мм… и зачем?

– Открою тебе секрет, Сора.

Мо поманил ее к себе жестом руки. Сора наклонилась к ангелу. Тот бросил краткий взгляд на Лассо, расхаживающего по второму этажу.

Мо шепнул на ухо Соре:

– Лассо понятия не имеет, где находится порт.

Сора тут же выпрямилась.

– Что?! Как это так?!

– Тише! Тише!

Чак-Чак прыгнул к Мо на коленки.

– И как он собирался плыть на Остров Поющих Кошек? – спросила у Мо Сора шепотом.

– Сначала он хочет найти карту, – Мо тихо посмеялся, – вот ходит, ищет.

Сора подняла глаза наверх: там Лассо расхаживал от комнаты к комнате.

– Вы правы!

Он появился у парадной лестницы.

– Там одни книги! Ничего полезного!

И Лассо устало присел на небольшую стопку из книг.

– Какие будут предложения, май дарлинг? – обратился к Лассо Мо.

Мо поглаживал Чак-Чака, наслаждавшегося обществом ангела.

– Пока не знаю, – вздохнул Лассо.

Сора уже хотела вступить в разговор и затронуть тему «У нас нет карты до порта!», но не тут-то было!

Внезапно послышался грохот. Что-то случилось на втором этаже. Мо и Лассо тут же вскочили с мест.

– Что это было? – ужаснулся Лассо.

Грохот (словно упали все стопки книг разом) затих и послышался женский голос:

– Ну, вот опять! Мидори, тебе надо еще потренироваться с посадкой! Вечно эта метла не слушается! Ох… как же все болит у Мидори!

Лассо, Мо и Сора мгновенно затихли. Сора подала знак Чак-Чаку, призывая мопса к гробовому молчанию.

Сначала в доме воцарилась тишина, но ненадолго.

Голос со второго этажа сказал:

– Пока Мидори летала, к ней уже пришли гости! Надо бы их встретить…

Глава пятая, в которой Сора защищает бродяг

Рельсы.

Рельсы бегут вперед.

Они мчатся во тьму, из которой уже никогда не выбраться.

Воет ветер.

Но рельсы быстрее…

Они быстрее ветра, звезд и Луны…

Нет ничего и никого быстрее этих рельс.

Быстро, быстро, быстро!

И шум.

Шум поездов.

Свет вдалеке.

Тьма разрывается.

Вспыхивает белый огонь.

И поглощает все.

Рельсы, рельсы, рельсы…

Поезд, поезд, поезд…

А вдали…

Вдали ее ждут розовые единороги…

Они уже близко.

* * *

Сора проснулась от того, что ощутила жуткую острую боль на кончиках пальцев правой руки. Совсем скоро такая же боль настигла пальцы левой руки.

Она приоткрыла глаза: весь мир плыл.

Что же случилось?

Сора посмотрела вправо – крысы.

Вонючие лондонские крысы грызут ее пальцы…

– О, черт!

Она тут же одернула руки.

– Прочь!

Крысы запищали и разбежались в разные стороны.

– О, боже…

Сора взглянула на свои руки – кончики пальцев кровоточили от укусов. Крысы могли занести ей какую-нибудь заразу. Черт!

Сора задумалась о том, что может в скором времени умереть от чумы или чего похуже.

– Грязные крысы…

Сора принялась вытирать кровь о платье. Под ней оказалась холодная каменная влажная брусчатка. Она все еще здесь – в трущобах, лежит на улице у какого-то дома.

Мимо нее проходят люди, и лишь некоторые изредка поглядывают на нее. Вдали стоят проститутки и общаются с мужчинами. Где-то торгуют гнилой рыбой. В воздухе стоит запах машинного масла и угля.

– Мерзкий город…

Сора не успела буркнуть себе это под нос, как вдруг на нее обрушилась ледяная вода, окатившая ее с головы до ног.

– А…

Сора так и сидела на земле, вся мокрая. Она заметила на своей одежде помои – остатки еды и рыбьи кости.

– Какого…

Она подняла голову и увидела в окне толстую грязную женскую голову. По обе стороны от головы росли уродливые мясистые руки, которые держали опустевшее жестяное вонючее ведро.

– Ты совсем рехнулась?! – рявкнула Сора наверх.

– Смотреть надо, куда ложишься, грязная бродяжка! – фыркнула на нее мерзкая голова.

– Ну, погоди! Я до тебя…

И ставни захлопнулись.

– Тварь! Поганая…

Сора выругалась про себя еще несколько десятков раз, а потом стряхнула с себя помои, наконец поднялась на ноги и попыталась прийти в себя.

Ужас: вся ее одежда промокла насквозь. Платье, обувь, носки… нижнее белье в этой вонючей помойной воде, в которую, наверняка, эта толстая мразь справляла нужду.

– Срань!

Сора с силой топнула ногой по каменной дорожке, чем привлекла к себе всеобщее внимание.

Двое прохожих мужиков с мешками, трое джентльменов и четыре проститутки, старая бабка, сидящая на ведре и старик, задремавший в луже помоев – все отвлеклись от своих «дел» и взглянули на Сору.

Выдержав эту россыпь взглядов, Сора направилась прочь.

Она не думала, куда идет. Она просто шла подальше от всего, что ее окружало.

И как так вышло, что она опять потеряла сознание на улице?

Во всем виноват этот Чаки!

Где только носит этого глупого мопса?

– Ох, найду я тебя Чаки! Мало не покажется!

Но сперва Сора хотела бы избавиться от мокрой одежде. Ей бы не помешало принять горячую ванную. Но…

Это чертовы трущобы Лондона!

Откуда здесь взяться горячей ванне?

Глупости!

Ей до конца дня ходить в этих вонючих обносках и ждать, пока они высохнут, а запах немного сойдет, испарившись вместе с влагой.

– Какой же мерзкий город! – Сора окончательно пришла в ярость. – И люди здесь все мерзкие! Ненавижу!

Где-то в стороне, в темном переулке, послышался писк крысиной стаи. Сора демонстративно развернулась к проходу и завизжала:

– Что б вы все сдохли! Сдохните к чертовой матери! Ненавижу!

Сора снова взглянула на свои пальцы и чуть не заплакала. Четыре ногтя – три на правой и один на левой руке – сломаны. Подушечки пальцев покрыты многочисленными укусами. Из пальцев продолжает вытекать алая кровь и стекать на брусчатку под ногами.

Так она и шла по улице…

Вся мокрая, обвитая зловониями помоем, покусанная крысами, истекающая кровью и дико злая…

Но Сора понимала, что до края ее еще не довели.

Она может пойти дальше…

Намного дальше!

– Вы даже представить себе не можете, как далеко я могу зайти, чтобы не оставить от этого сраного города камня на камне!

Это был крик ее души, который привлек не только внимание обычных безобидных жителей трущоб, но и личностей куда более опасных.

– Эй, потише там! – кто-то крикнул в несколько десятков метров от нее.

– Забудь о ней! – шикнули тому в ответ.

Сора развернулась к источнику голосов, и увидела двоих рослых мужиков в поношенных костюмах. Первый оказался толстым, бритым с рыхлым носом, а второй – худощавый и в шляпе с острым подбородком и козлиной бородкой.

Двое мужчин в черном склонялись над тремя… детьми. Это были две девочки-сиротки, одетые в дырявые поношенные серые мокрые платья. Обоим лет по пять или шесть. И рыжий парнишка лет одиннадцати…

Тот самый!

Тот самый рыжий мальчик, которого Сора встретила, когда вышла из кабинета доктора Дарлинг!

Это точно он!

Трое детей, прижатые к каменной стенке, прятали в карманах монетки, которые смогли собрать, бродя по туманным кварталам и ползая в сточных канавах. Выпрашивая монетки у прохожих, эти несчастные бродяжки едва ли могли накопить на буханку хлеба.

И теперь это двое… двое взрослых разодетых… явно криминальных элемента низшего сорта… вымогают у них эти деньги!

– Свиньи! – бросила Сора.

Она направилась к двоим бесстыдным преступникам скорым шагом.

– Эй, глянь, Джеймс, – буркнул толстый, повернувшись к Соре, – она идет к нам.

– Она с ума что ли сошла? – выгнул бровь худой. – Не позволь этим детям убежать, Том. Я видел, как эта девчонку без сознания волокли по улице и сбросили в канаву, где ее грызли крысы. Она может быть больна и заразна. Так что будь осторожен. Следи за мелкими, я сказал!

– Да, да… Джеймс!

Том развернулся к троим детям и пригрозил:

– Стойке смирно, иначе у вас будут проблемы. Переломы костей заживают очень долго. Вам будет сложно бегать и собирать монетки, если мы сломаем вам ноги, так?

Сора, услышав угрозу толстяка, разогналась.

– Ты куда мчишься, грязная мышка?

Джеймс усмехнулся.

Сора настигла двоих вымогателей. Она уже хотела толкнуть Джеймса в живот, но тот махнул рукой, и… Сора получила мощную оплеуху.

От сильного удара она повалилась спиной на землю.

Ее тело пронзила острая боль. Она стерла ладони в камнях.

Сора злостно смотрела на двоих обидчиков.

– Посмотри-ка, Том! Местная сумасшедшая! И на что ты рассчитывала? Видел я тебя, крыска. Носишься по трущобам, как безумная. И чего тебе в изоляторе не сидится, а?

Сора даже не собиралась разговаривать с этими ублюдками.

Ее психологические проблемы их вообще не должны волновать!

Сора прощупала брусчатку за спиной и нащупала камень. Схватив его, Сора бросила его в Джеймса, рассчитывая на эффект, неожиданности.

И получилось!

Камень залетел прямо в лоб Джеймса. Тот согнулся, прикрыв рукой лицо.

– Грязная уличная крыса! Что ты натворила?!

На лицо Джеймса потекла алая струйка.

Сора бросила быстрый взгляд на рыжего мальчугана. Он тоже ее узнал.

Сора воспользовалась моментом и поднялась на ноги.

Пока Том бросился на помощь товарищу с дикими воплями, рыжий пацан уже схватил обломок металлической кочерги, что валялась совсем неподалеку и замахнулся над головой Тома.

– Джеймс! Ты как? Что там? Покажи!

Том помогал Джеймсу встать на ноги.

– Уйди от меня! – рявкнул Джеймс. – Не дай детям…

Бац!

Рыжий парнишка обрушил всю свою силу на Тома. Он ударил железной палкой по голове толстяка так сильно, что послышался треск черепа.

– Убегайте! – скомандовала Сора бродяжкам. – Сейчас же! Быстро! Убегайте! Я его задержу!

Джеймс взревел:

– Нет! Какого черта…

А потом его взгляд упал на товарища – Том уже лежал на земле, а под ним растекалась лужа крови.

– Это… все…

Джеймс злостно посмотрел на Сору.

И завопил:

– Ты!

В следующее мгновение в руке Джеймса сверкнуло блестящее лезвие.

Нож.

К великому счастью Соры, у него не оказалось с собой заряженного револьвера!

– Я тебя расчленю, грязная ты потаскуха! А потом продам твое мясо, как говядину на рынке! Сдохни, сумасшедшая мразь! Сдохни!

Вытерев с лица тыльной стороной ладони кровь, размазав ее по всей щеке, Джеймс собрался с силами и бросился бежать с ножом в руке.

Сора не растерялась. Она убедилась в том, что трое детей уже скрылись из виду. Пришло и ее время спасаться от Джеймса бегством.

– Не догонишь!

С издевкой плюнув в его сторону, Сора бросилась бежать прочь со всех ног. Джеймс, яростно размахивая ножом, гнался за ней.

Сора хорошо знала все эти улочки, переулки и темные закоулки трущоб Сент-Джайлс, а потому верила в свои силы и в шанс на спасение от безумного преступника.

Ее тешила мысль, что ей удалось спасти тех троих ребят. У них еще остались их монетки. Возможно, рыжий парень вернется к трупу Тома и осмотрит его карманы. Пусть берут все, что нужно. Сора чувствовала, что этот парнишка не так прост, как кажется. Он смышленый и смелый. Она поняла это, посмотрев в его большие зеленые глаза.

Глаза, которые ей напоминали о…

– Тебе все равно не убежать от меня, лондонская крыса!

Дикие вопли Джеймса эхом разносились за ее спиной.

Сора не сбавляла темп. Сейчас именно от скорости зависела ее жизнь.

И от того… вспомнит ли она короткий путь в безопасное место, где Джеймс ее не найдет.

Или лучше… отправиться в самое оживленное место?

Сора свернула.

Джеймс за ней.

– Ты сдохнешь в таком же переулке, в котором твоя мать тебя выблевала, гадина!

Сора не слушала его. Все его слова – пустое место для нее.

Она бежала.

Она концентрировалась на беге и на дыхании.

– Сюда…

Появился мопс.

Чаки.

Белый мопс.

И нежный голос…

Он звал ее!

Сора свернула снова, побежав за Чаки!

Где же этот мопс теперь?

– Беги сюда…

Чаки снова появился на углу.

Нужно бежать за мопсом – Сора это чувствовала.

– Ты куда вообще бежишь, сумасшедшая?!

Джеймс ничего не понимал.

Он бездумно гнался за Сорой, сбивая дыхание.

Мопс вел ее.

Вот Чаки уже бежит впереди Соры, уводя ее прочь из темных улочек. Вдали виднелись огни. Шум воды. Порт. Рыбацкие судна качаются на волнах.

– Сюда…

Чаки нырнул за поворот, Сора – за ним, а там…

Люди.

Много людей.

Много рыбаков, общающихся друг с другом на тему рыбалки. Они обсуждают улов, снасти и рыболовное снаряжение.

– Простите, простите, простите…

Вот бы здесь оказался патруль полиции!

Сора бы очень хотела, чтобы они увидели Джеймса с ножом и задержали его.

Но полиции рядом не оказалось.

Где же мопс?

– Чаки!

Это Сора прокричала вслух.

И увидела пса на ступеньках одного из домов. Двери открыты. Изнутри валил теплый свет. На пороге стояли нарядные женщины.

– Сюда…

С женщинами на пороге дома общались рыбаки. Сора промелькнула мимо них и забежала внутрь.

А Джеймс?

Сора остановилась в холле.

С улицы послышался шум – крики и стоны.

– Эй, мужик?

– Ты куда собрался?

– Нож убери!

– Ты чего это?

– Пустите меня! Я убью ее! Пустите!

Его пытались остановить, но…

Джеймс прорывался внутрь.

Одна полная дама взяла Сору за руку и сказала быстро:

– Иди за мной.

Сора осмотрелась: где же Чаки?

Белый мопс исчез.

И только тогда, когда Сора взглянула на даму, решившую спасти ей жизнь, она поняла, где оказалась.

Дом терпимости.

– Сядь здесь. Прячься за креслом.

Сора сделала так, как ей велели. Она села на пол. От окружающих ее защищало большое бархатное розовое кресло.

Джеймс прорвался внутрь борделя.

– Где она?

Он отчаянно размахивал ножом.

– Куда вы ее спрятали?

Несколько женщин попытались его успокоить, но тот выставил на них нож.

– Она убила моего друга! Отдайте уличную мышку! Где она?

Потом вперед вышла та самая полная дама, которая дала Соре укрытие за креслом.

– Милый… о чем ты? Не стоит приходить сюда с ножом, согласен? Мои девочки и так все сделают… без угроз. То время уже прошло!

Она ехидно посмеялась.

– Кто привел тебя сюда? Мы можем ее поискать вместе…

Джеймса медленно окружило несколько женщин, положив свои руки ему плечи.

– Не вы мне нужны!

Джеймс взмахнул клинком, и женщины отпрянули.

– А она! Где она?!

И тут на порог вошел здоровенный рыбак. Он был на две головы выше Джеймса. Джеймс, словно слабый щенок, развернулся к тому лицом и выронил нож из рук.

– Эй, приятель. Давай-ка выйдем на улицу. И ты нам расскажешь, кого потерял. Мы поможем… найти его…

– Нет! Не трогай…

Но Джеймс не успел – огромная рука рыбака схватила его за шею раньше.

– Он вам не сильно докучал, милые дамы?

Полная мадам ответила:

– Ох, нет! Но спасибо большое. Мы вам благодарны за содействие.

– Обращайтесь. Я за этим и здесь.

И рыбак вывел Джеймса прочь из борделя, сжимая его тонкую шею.

Убедившись, что преступник пойман местным жителем, Сора встала и выглянула из-за кресла.

Полная дама уже направлялась к ней:

– Идем со мной, милая. Тебе нужно принять горячую ванну.

Никакие другие слова не могли сделать Сору в тот момент счастливой.

Неужели, мечты сбываются даже здесь, в гнилых трущобах Сент-Джайлс?

Глава шестая, в которой Лассо танцует, а Сора принимает ванну

Мидори, так звали ту жительницу книжного дома, Мо прозвал «Большой Женщиной». Дамочка в возрасте, действительно, занимала необычайно много места в помещении благодаря своей пышной и всеобъятной фигуре. Объемные габариты нисколько не мешали Мидори протискиваться в проемы дверей, словно она обладала свойством желе. Ее вес так же не мешал Мидори быстро передвигаться по лестницам и даже подпрыгивать, гоняясь за непослушной летающей метелкой.

Одетая в пышное розовое платье, ее белые седые волосы заплетены в крупный пучок. Большие синие глаза и пухлые алые губки. Дамочка, встретив гостей в своем доме, поспешила угостить их чаем и предложить горячую ванну на улице, от которой Сора не отказалась.

– И как вам летается? – поинтересовался Мо за чаепитием.

– В последнее время Метелочка Манюня плохо слушается Мидори! – хозяйка дома обладала несколько писклявым голоском, хотя при встрече она продемонстрировала свои невероятные таланты оперного пения. – Вечно косит на лево. Мидори приходится ее направлять по нужной траектории.

Мо, Лассо и Сора, разумеется, извинились за столь «незаконное вторжение» в частную собственность Мидори, но жительница книжного особняка не держала на них зла. Напротив, она была очень рада незваным гостям.

– И куда вы летаете? – задал свой новый вопрос Мо.

– На моря, голубчик, на моря. Мидори летает на моря. Куда ж еще?

И «Большая Женщина» залилась звонким смехом.

– Вам дать еще клубничной пастилы? Мидори привезла из Турции. Очень вкусно!

Сначала Сора почувствовала неприятное жжение в груди, когда услышала слово «Турция», но все быстро прошло, когда она взглянула на довольное лицо Лассо.

Лассо больше всех переживал за то, что хозяин дома окажется враждебно настроен к ним. Но все обошлось самым расчудесным образом!

– Я бы не отказался, – ответил Лассо, – вы правы, Мидори, очень вкусно!

Полная дама подпрыгнула, подлетела под потолок и ловким движением открыла дверцу шкафчика. Достав коробочку пастилы, Мидори вернулась за стол.

– Угощайтесь, мои дороги! Угощайтесь! Сейчас покушаете, и Мидори наберет для юной миледи ванну. Не переживайте за свой комфорт! Мидори оградит вас ширмами, если захотите. Сама Мидори, конечно, предпочитает полную свободу! Ничего не стесняется! Да и некому тут на нее глазеть…

Ванна на улице Соре до сих пор казалась странным, но интересным решением. Ничего подобного она прежде не видела.

Чак-Чак все чаепитие гонял по кругу летающую Метелочку Манюню.

– Чак-Чак, а ну сидеть! – приказала Сора питомцу. – Хватит! Дай Метелочке отдохнуть!

– Ой, ничего, пусть ее проучит хорошенько! – посмеялась Мидори. – Может, станет менее капризной. Надеюсь, ваш мопсик сможет укротить строптивую щетку!

Манюня, убегая от Чак-Чака замерла и словно «уставилась» на хозяйку, услышав оскорбление в свой адрес.

– Да, Манюня! А ты как хотела, чтобы Мидори тебя звала? Щетка ты и есть щетка! Пока не начнешь снова слушаться!

На это Манюня демонстративно вылетела из комнаты, а Чак-Чак погнался за ней.

Мидори это только рассмешило.

– Как Мидори понимет, мои дорогие, вам что-то нужно, верно?

На этой ноте Лассо обменялся с ангелом напряженным взглядом. На самом деле Лассо не хотел выдавать Соре тайну того, что он понятия не имеет, где находится ближайший порт. Но Сора уже все знала. Мо – большой любитель разболтать секреты своего подопечного.

Сора с жарким интересом наблюдала за багровым лицом Лассо.

– Слушайте, а вы, случаем, не знаете, далеко ли ехать до ближайшего порта?

Инициативу взял на себя Мо.

– Порт?

Мидори сделала еще один глоток ежевичного чая.

– Да, мы просто… поинтересоваться…

– Ах, порт! Так вы хотите плыть по океану? Замечательно! Мидори тоже туда полетит, но только завтра. Сейчас Мидори нужно отдохнуть и выспаться. И Манюне не помешает отдых, как бы плохо она себя ни вела. А что касается порта, то…

Мидори звонко щелкнула пухлыми пальцами, и в руке у нее моментально появился свиток пергамента.

– В домике Мидори очень много книг и бумаг. И карт тоже очень много! На все точки мира! Держите, эта карта укажет вам на путь к порту. Доберетесь уже к вечеру, если выедите после обеда.

И Мидори передала свиток Мо.

– Благодарим вас за помощь! – Лассо облегченно выдохнул.

Сора сделала вид, что не заострила на этой ситуации никакого внимания.

Мо развернул пергамент и изучил карту.

– Вау! Как все четко! Кайф!

Мидори звонко посмеялась.

– У Мидори все карты высшего качества! Можете не сомневаться! В огне не горит, в воде не тонет!

И ее смех стал еще громче.

– Премного вам благодарны! – обрадовался Мо, свернул карту и передал ее Лассо.

Сора как раз допила свой чай.

– Ах, милая! Ты готова принять ванную?

– Да, очень хотелось бы.

– Тогда Мидори немедленно все подготовит!

Мидори уже встала из-за стола, как вдруг Лассо ее остановил:

– Простите!

– Да? Слушаю!

– А у вас не найдется музыки?

– «Музыки»?

– Да, радио или проигрыватель. Что-нибудь!

– У Мидори есть магнитофон и кассеты. Но там только джаз!

– Ох, то, что нужно! Подойдет!

– Отлично! Тогда Мидори немедленно принесет!

И на этих словах Мидори легкой походкой выбежала из кухни, оставив гостей наедине.

– А зачем нужна музыка? – Сора наклонилась к Мо и шепнула ему на ухо.

Мо допил свой чай. Сделал глубокий выдох и шепнул в ответ:

– Лассо умрет, если не будет танцевать каждый день.

* * *

Через несколько минут они вышли на улицу. Чак-Чак гонялся за Метелочкой по всей территории тыквенного поля. Мидори на заднем дворе заполняла ванную горячей водой и расставляла ширмы. На крыльцо Мо поставил магнитофон и вставил кассету.

Сора сидела на траве, а Лассо ждал, когда же включится музыка.

– Ты готов, Лассо? – спросил у него Мо.

– О, да! Зажигай!

Мо нажал на «пуск» – включилась приятная легкая расслабляющая джазовая мелодия. Нечто похожее крутили в кафетерии «Пальма», где они все познакомились.

Мо махнул крыльями и за один прыжок оказался рядом с Сорой, опустившись на свежую траву.

Услышав приятную мелодию, Метелочка Манюня и мопс Чак-Чак прекратили гоняться друг за другом. Они стали танцевать – каждый в своей манере: мопс, покачиваясь, словно пьяный, расхаживал от тыквы до тыквы, а Манюня закружилась в воздухе.

Лассо начал танцевать.

Сора никогда не видела ничего подобного!

Лассо закрыл глаза и полностью погрузился в прекрасную мелодию. Ловкие и неординарные движения рук и ног. В каждом взмахе чувствовалась невероятная пластика. Его тело извивалось в такт музыке. Лассо чувствовал ритм каждой ноты саксофона.

Сору озадачили слова Мо, и она решила докопаться до истины.

– Это проклятие такое у него? – шепнула она ангелу-хиппи на ухо.

– Можно сказать и так…

– Я не понимаю.

– Ты же можешь призывать чернушек, когда тебе страшно? Или, когда ты злишься? Или чем-то расстроена?

– Да… Но это ведь…

– Нечто похожее!

– Ты можешь как-то объяснить появление своих чернушек?

– Нет, не могу. Я понятия не имею, что со мной!

– И он тоже не может.

Сора смотрела на Лассо – тот танцевал так, будто это его последний танец в жизни.

– А что с Лассо?

– Он должен танцевать, – сказал твердо Мо, – каждый день. Обязательно. Иначе смерть. Только танец связывает его душу и тело с миром живых. Музыка. Движения тела. Все это – необходимый ритуал, который помогает поддерживать в нем жизнь и заставляет биться сердце.

– Это значит…

– Если Лассо не станцует хотя бы один день – его сердце остановится. Да, как бы это ни было печально. В движении – жизнь. В танце. В музыке. Танцуй и будешь жить. Танцуй и познаешь счастье. Танцуй и не останавливайся. Просто танцуй и делай это каждый день. Танцуй и расслабляйся. Танцуй и слушай свое тело. Танцуй и слушай свою душу. Танцуй и будешь свободен.

– В этом его жизненная сила?

– Именно. В танце жизнь. В танце свобода. Это его сущность, Сора. Сущность его жизни. Сущность Лассо – танец.

И этот танец завораживал.

Сора не могла отвести взгляда от Лассо. Она никогда бы не подумала, что человек может так эстетично и эффектно двигаться! Она ощущала силу каждого его движения, каждого прыжка, каждой перестановки ног. Движение пальцев… мелкие детали – она все это видела.

Его тело дышало свободой.

Лассо дышал самой жизнью.

– А в чем твоя сущность, Мо?

Этот вопрос напросился сам собой.

– Моя? Сущность?

– Да. Ты сказал, что сущность Лассо – танец. А в чем твоя жизненная сила?

Мо задумался.

Он отправил свой взгляд в сторону Лассо, но мыслями он искал ответ на вопрос Соры.

– Полет.

Мо наконец ответил.

– Полет? – Сора выгнула бровь.

– Я – ангел, Сора. А ангелы должны летать. Крылья – в них моя жизнь. Я летаю, и я живу. А Лассо танцует.

– Но… что тогда со мной?

Соре стало не по себе.

Она только сейчас не поняла, что так мало знает о себе!

– Ты о чем, Сора?

– Мо! В чем моя жизненная сила?

Сора ждала получить ответ, который она может узнать только сама.

– Здесь я тебе не помощник, Сора. Прости.

Она так и знала, что он это скажет!

– Я поняла… я должна сама все понять.

– Да, и когда ты это поймешь – начнешь чувствовать жизнь.

– Чувствовать жизнь? Но ведь я и так живу!

– Но ты не знаешь, почему ты живешь. Благодаря… чему ты живешь. Почему твое сердце еще бьется, Сора? Вот, на какие вопросы тебе нужно искать ответы в этом путешествии.

И от этих слов у нее по щеках пробежала дрожь.

Мо прав.

Ангел-хиппи прав!

– Я постараюсь найти эти ответы. Спасибо, что помог Мо.

– Всегда пожалуйста! Обращайся!

И Мо радостно зааплодировал.

Сора не заметила, как музыка закончилась, и Лассо замер в удивительной позе, завершив танец своей души.

Лассо наконец открыл глаза и с теплой улыбкой посмотрел на Сору и Мо.

– Браво! – Мо рукоплескал. – Браво, дружище! Брави брависими! Молодец! Лучший! Блестящий! Потрясающий! Великолепнейший! Шикарнейший!

Чак-Чак радостно закружился на месте, высунув язык. Метелочка приземлилась на землю и подлетела к мопсу, приобняв его соломой.

– Это было великолепно, Лассо! Прекрасно, феерично, грациозно, чудесно, шедеврально! Эврика! Брави брависими, Лассо! От нас от всех!

Лассо театрально одарил своих зрителей тремя поклонами.

В скором времени к ним вышла Мидори и обратилась к Соре:

– Ванна готова, дорогая. Мидори оставила чистые сухие полотенца и оградила ванну ширмами. Можешь идти, милая.

– Благодарю!

Сора прошла на задний двор книжного дома Мидори, где увидела аккуратный квадрат из четырех белых высоких ширм. Она прошла внутрь, прикрыла одну ширму. Внутри она увидела столик с чистыми сложенными белыми полотенцами, а также с новыми средствами для купания: гелями для душа и шампунями. Ванна была наполнена приятной теплой водой и усыпана лепестками роз. Сора могла в любой момент вынуть затычку и использовать душ, который здесь также имелся.

– Невероятно.

Сора взглянула наверх: над ней – чистое голубое небо и солнечный диск.

Она разделась и помяла свежую траву босыми пальцами ног. Затем она шагнула в ванную, легла и погрузилась в воду по шею.

Сора начала фантазировать, как Мидори моется здесь без всяких ширм, наслаждаясь природой и покоем.

Тишина…

И никого вокруг.

Только она, горячая вода и бесконечное блаженство на свежем воздухе.

Сора впервые в жизни испытала такое необычное удовольствие. Никогда ничего подобного с ней не происходило.

Здесь она была предоставлена сама себе. Никто ничем не отвлекает. Никаких забот. Она может насладиться собственным внутренним покоем.

Лицо обдувал приятный теплый ветер. В воздухе витал приятный аромат лепестков роз.

Сора закрыла глаза и отдалась в объятия долгожданного блаженства.

* * *

После принятия ванны, Сора оделась и вернулась к книжному дому. Там ее уже ждали Лассо и Мо, готовые отправиться в путь.

– Я смазал твой велосипед, Сора, – сказал ей сходу Лассо, – теперь будет ехать еще легче и быстрее.

– Спасибо, Лассо.

– И еще одна новая модернизация! Я приделал к рулю твоего велосипеда корзинку. Теперь можешь посадить туда Чак-Чака, чтобы он ехал с тобой.

– Ох, это замечательное новаторство, Лассо!

Рыжий парень залился багровой краской. Мо ехидно ему подмигнул.

– Как ванная, милая? – полюбопытствовала Мидори.

– Это было… замечательно! Я бы хотела оставить все эмоции и мысли об этом опыте при себе. Пусть это будет что-то личное.

– Ох, как скажешь, дорогая! Так будет даже лучше! У каждой женщины должна быть своя маленькая тайна.

На этой ноте Лассо и Мо озадаченно переглянулись, обменявшись многозначительными взглядами.

Потом к ноге Соры подбежал Чак-Чак и стал тереться о нее свой мордашкой.

– Ах! И я рада видеть тебя, Чак-Чак! Ты готов отправиться в путь? Да? Вижу, что очень готов!

Метелочка Манюня сделала несколько виражей в воздухе и подлетела к своей хозяйке.

– Что ты, Манюня, больше не будешь капризничать? – заговорила с ней Мидори. – Будешь теперь слушаться, да? Вот и умница! Сейчас мы проводим гостей и пойдем отдохнем. Завтра нас ждет полет на океан! О, да! Обязательно полетим, Манюня! Готовься!

Метелочка уже не сопротивлялась Мидори. У нее наконец поднялось настроение. По всей видимости, Чак-Чак на нее как-то повлиял.

– Ты готова, Сора? – обратился к ней Лассо. – Все твои вещи мы взяли.

Мо передал Соре ее рюкзак.

– Да, Лассо, погнали. Я готова.

– Отлично!

Мо радостно взмахнул крыльями и взлетел в воздух.

– Давай, Чак-Чак, запрыгивай в корзинку!

Сора подняла велосипед и помогла Чак-Чаку устроиться удобнее в корзинке на руле.

– Ты и подушку сюда пристроил? – удивилась она.

– Чтобы было мягче! – кивнул Лассо.

– Вообще-то эту идею подала мадам Мидори! – вставил Мо.

– Эй! Обязательно было говорить?

Мидори и Сора весело засмеялись в ответ.

– Твой Чак-Чак достоин самого лучшего. Да, Чак-Чак? Конечно, с подушечкой ему будет удобнее.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.