Мэри Лэй
На ощупь

Пролог

Ее глаза скрывала шелковая повязка черного цвета. Выбирая между оттенком черный графит и угольно-черный, я остановился на втором. Наверное, многие скажут, что цвет повязки не играет роли, но она является единственным атрибутом на обнаженном теле моей партнерши. Все остальную одежду мы оставили за пределами комнаты, там же, где хранилась скованность и зажатость.

Гребанный эстет во мне ликовал, разглядывая, как ее точеная фигура, ее бархатная кожа и убранные волосы сочетаются с этой самой повязкой, позволяющей оставаться в восприятии девушки абсолютным инкогнито. Она до сих пор не знает, как я выгляжу, не знает моего характера и сферы деятельности. Зато, могу поклясться, губы и мое орудие теперь отлично от многих, потому что принесло немало наслаждений.

Сейчас она сидит неподвижно, на коленях, ожидая приказа или приближения ласк. Я намеренно оттягивал минуты, когда окажусь внутри ее сладостного бутона, чтобы сполна насладиться красотой невинной наготы, полностью принадлежащей мне. Вдруг взор упал на зеркало, уходящее в пол почти с самого потолка. Там предстало наше отражение: я, склонившийся над своей жертвой, словно охотник, прикидывающий, как поступить с пойманной дичью, и она – такая покладистая и кружащая голову.

Перестав сдерживаться, я сел сзади, плотно прижимаясь к ее спине. Губы уже принялись целовать шею, а руки ласкать грудь, мять соски, прокручивать ореолы и заставлять ее учащенно дышать. Эти неподдельные сигналы приближающегося возбуждения влияли не только на спутницу, но и на мой член. Рядом с ней приходилось терять контроль за считанные секунды, но сейчас все происходило еще быстрее.

От бархатистой кожи девушки исходил дурман, пленяющий своим запахом любого, благо сейчас этот клад достался мне. Все еще хотелось узнать формулу этого аромата, он являлся чем-то знакомым и в то же мгновение отдавал новизной. Необычное сочетание лаванды, мускатного ореха и ванили… Я мог ошибаться, но именно эти ингредиенты вертелись в голове, и уже на губах, потому что, не переставая целовал ее плечи, изменяя любимой шее и ключицам.

Я вновь словил себя на мысли, что уже не смогу без нее, но попытался унять тревогу и переключиться на секс. Приподняв попку моей обольстительнице, слегка раздвинул ноги и вошел в ту зону, о которой мечтал все утро. Мы продолжали стоять перед зеркалом и двигаться в такт отражающимся двойникам. Вкушая плоды преимущества, я усиливал эффект наслаждения, ведь мог видеть все не только своими глазами, но и со стороны.

Из горла девушки вырвался стон: он призвал усилить темп и перейти в наступление. Не собираясь менять позу, с уверенностью рассчитывал на оргазм без лишних манипуляций. Все еще наращивая толчки, я не выпускал из рук ее грудь, другой решил помассировать небольшой бугорок, служивавший для моей девочки чем-то вроде ахиллесовой пяты.

Еще один сдавленный крик, и сто баллов получает Эдриан Кроуфорд! Я вел счет с самим собой, полностью увлекшись игрой наших тел. Для нее я навсегда останусь загадочной фигурой с глупым псевдонимом «Мистер Коллинз». Меня тошнило от всей этой лжи, но в то же время, я охотно манипулировал своим величием. Все девушки мира готовы отдаться за деньги, но, как только получают меня, забывают о награде, считая, что сорвали куш, попав в игру «На ощупь».

Больше полугода завязываю красавицам глаза и вовлекаю в мир наслаждений и секса. Условия просты: они живут в моем особняке, перемещаясь по нему абсолютно голыми. Мне достается исполнение каждого похотливого желания, а им – огромное вознаграждение. Только одна особа подорвала привычную рутину моей интимной жизни. Ее зовут Доминика, и прямо сейчас я довожу ее до оргазма, а она меня – до сумасшествия.

Глава 1

За два года до начала игры

Черт, пробка украла уже полчаса, а я не должен опоздать. Спектакль начнется в шесть, у меня осталось двадцать минут в запасе, а вялая шеренга машин еле двигается. С отцом мы договорились встретиться за полчаса до начала, чтобы поприветствовать высокопоставленных представителей общества, поздороваться с которыми входит в мои обязанности, как директора семейной корпорации Кроуфорд. Мне претила эта работа, но уже настолько свыкся с ролью наследника, что заглушал внутренние протесты, призывающие не бросать творчество. Живопись когда-то была смыслом моего существования, но теперь я редко брал в руки кисть: деловые вопросы отнимали слишком времени.

Оглушительный автомобильный гудок вырвал меня из размышлений. Не люблю пробки еще и из-за возникновения навязчивых мыслей. Лучше совсем ни о чем не думать, чтобы не грызть себя изнутри рефлексией о жизни. Обычно за рулем сидит Грег, мой личный водитель, но сегодня я отпустил парня по личным обстоятельствам. Я не стал лезть к сотруднику с подробными вопросами, но чаще всего его дела касались походов на семейные праздники. Его живот стал уже таких размеров, что приходилось отодвигать автомобильное кресло, но, кажется, Грег не собирался останавливаться на достигнутом. Тем более, обычно в машине сидел я один и занимал место с другой стороны. Наверное, водитель даже не предполагал, что может создавать неудобства.

На весь салон заверещал телефон, отец звонил уже несколько раз, но я не брал трубку. Какой смысл сейчас выслушивать оскорбления Арчибальда, если, появившись в театре, получу их снова. Поливать меня грязью и отчитывать – его любимые увлечения, но у меня уже образовался иммунитет к его излияниям, и во время криков отца, просто отключал слух. Мне требовалась финансовая независимость, чтобы исключить Арчибальда из своей жизни, и пора бы уже начать работу над этим.

Проклятая пробка! Она заставляет заняться анализом. Я ненавидел отца, его скотское отношение ко мне, но при этом терпел все это, не в силах оставить Арчибальда одного. Чувствовал неоправданную дебильную вину за то, что мать бросила семью, и я не мог поступить так же. Уход матери усугубил диктаторский характер мужчины, и с этими последствиями приходилось мириться мне. Я ненавидел Арчибальда, но мать я ненавидел сильнее. Она оставила меня с этим чудовищем, сбежав в счастливую французскую сказку, и ни разу после этого не объявилась. Такова женская сущность, эгоистичная и вероломная.

Приехать в театр вовремя не удалось, и мне пришлось на цыпочках пробираться через ряды, чтобы занять место в зале. Смерив меня презрительным взглядом, Арчибальд уставился на сцену, делая вид, что хоть что-то смыслит в балете. Я знал, отец далек от искусства и ходит на подобные мероприятия только ради связей с представителями светской элиты. Мне же подобные зрелища нравились, особенно зачастил я на спектакли с Кассандрой Салливан в главной роли. Эта балерина перемещалась по сцене с такой легкостью, словно была соткана из ветра. Меня, как художника в душе, очаровывали точеные изгибы фигуры, пластичное тело, хотелось запечатлеть его на холсте. Любуясь грациозными движениями, на время выпадал из реальности, забывал о проблемах и, как загипнотизированный, смотрел на изящное действо.

Я не знал, на какой спектакль отец купил билеты, но был рад увидеть на сцене Кассандру. Мы сидели на первом ряду, поэтому мог наслаждаться балетом сполна. Однако смотрел я только на приму, и на мгновение мне даже показалось, что и она на меня взглянула. Голубизна ее глаз была подчеркнута яркостью макияжа, и эти два морских топаза коснулись самого моего сердца.

– Я не собираюсь устраивать здесь разборки, но мы обязательно поговорим о твоем опоздании в офисе, – сурово сказал Арчибальд.

Я уже давно не трепетал перед его угрозами, как в детстве, и просто отвернулся, рассматривая гостей. Балет закончился, и зрители стали потихоньку выплывать из зала, но не торопились расходиться по домам. Уйти со светского мероприятия без полезных связей, значит, впустую потратить время.

– Арчибальд Кроуфорд, добрый вечер! Давно хотел познакомиться с вами, – послышался мужской голос. Перед нами появился незнакомец, ровесник моего отца, на его лице замерла фальшивая дежурная улыбка.

– Очень приятно это слышать. С кем имею честь? – тоже выдавил улыбку Арчибальд.

– Меня зовут Чарли, в одно время был очень заинтересован одним проектом вашей компании.

Я не стал прислушиваться к поверхностному разговору, а просто стоял рядом и вежливо улыбался.

– Как вам спектакль? – наконец, сменил тему Чарли.

– О, он был прекрасен! – притворно восхитился мой отец, я видел, что он немного растерялся, не зная, что еще сказать. Во мне проснулась какая-то забота, и решил поддержать Арчибальда в затруднительном положении.

– Вольная, но очень любопытная интерпретация мифа о Ясоне и Медее, – сказал я.

– Это любимая легенда моей дочери! Она мечтала о роли в этом балете, – поделился Чарли.

– Она была сегодня не сцене? – поинтересовался я.

– Да, и прекрасно справилась. А вот и она! – воскликнул Чарли, указав рукой в определенном направлении.

Я посмотрел в ту сторону, и при виде его дочери у меня сбилось дыхание. К нам шествовала девушка, чьей красотой и грацией я любовался последние три часа. Балетное одеяние Кассандра сменила на длинное синее платье с разрезом по правой ноге. Даже не на сцене она парила, мягко ступая по полу на высоких каблуках. Я привык видеть ее с собранной прической, сейчас, распущенные темные волосы показались особенно пленительными, словно улицезрел то, что было запретно. Будто мусульманская женщина сняла платок и явила миру свою красоту.

– Господа, познакомьтесь с моей дочерью Кассандрой, которая блистала на сцене, подобно звезде в небе, – представил девушку Чарли, она смущенно улыбнулась и ласково коснулась руки отца. Каждое движение красавицы было наполнено утонченностью, и пленило не меньше балета. Она сама являла собой изысканный спектакль.

– Папа, перестань меня нахваливать, – обратилась Кассандра к Чарли, потом повернулась к нам с извиняющейся улыбкой, – для отцов их дети всегда самые лучшие. Ох уж эта родительская слепота!

У меня были веские основания поспорить с этим утверждение и, в другом случае, если бы передо мной не стояло чудесное видение, я бы осуждающе взглянул на Арчибальда, но сейчас мог смотреть только на Кассандру.

– Вы прекрасно сыграли! Я только на вас и смотрел, – расплылся в комплиментах Арчибальд.

– Спасибо большое, надеюсь, вам и правда понравилось, – улыбнулась Кассандра, затем перевела любопытствующий взгляд на меня, – а что вы скажете? Вам понравился балет?

В ее интонации одновременно присутствовала робость и властность. Она словно призывала к честному ответу, но в то же время показывала, что готова принять лишь восхищение собой.

– Да, мне нравятся все ваши спектакли, – вырвалось у меня, и я немного стушевался. Слава Богу, не умел краснеть, иначе выдал бы себя с потрохами!

– Вы видели все мои спектакли? – лукаво вздернула бровью Кассандра и заинтересованно наклонила голову набок.

– Я люблю балет, – постарался спокойно ответить я, не позволяя ей глумиться надо мной.

– Что ж, приятно поговорить с человеком, кто в этом разбирается. Истолкование мифа о Медее не показалось вам чересчур фривольным?

Я и не заметил, как наши отцы уже ушли вперед, оставив нас одних. Мы неспешно направились к выходу, ведя увлекательное рассуждение о литературе Древней Греции и искусстве.

***

Вернемся в реальность. Уже больше полугода мы живем с Кассандрой в особняке, который подарил мне отец. Арчибальд не делал благодеяний просто так, за все нужно было платить свою цену. Так вышло и с особняком. Мало того, что папочка приставил своих слуг, днем и ночью докладывающих ему о моем распорядке дня, еще и завел привычку приезжать без приглашения и расхаживать по дому, словно герцог.

– Аманда, будь так любезна, оповести моего отца, что я занят работой и не желаю принимать его внеплановые визиты, – обратился я к служанке.

Эта горничная как раз шла в подарок с особняком. Зрелая женщина в возрасте с темно-русыми волосами, всегда собранными в пучок, и глубокими глазами, содержащими тайну. Больше двадцати лет она проработала в доме Арчибальда, а теперь перебралась в мой. Аманда не делала ничего плохого, скорее, наоборот, была излишне терпелива ко мне и к капризным повадкам Кассандры. В ее движениях сквозила воспитанность, но неподдельная преданность Арчибальду выводила меня из равновесия.

– Мистер Кроуфорд, если я не ошибаюсь, вы идете в свою мастерскую? – нарочито небрежно ответила горничная.

Она, как и отец, а, впоследствии, и Кассандра, не потворствовали моему увлечению живописью. Папа в свое время даже запретил поступать в школу искусств, грозясь переписать наследство. Всему виной побег моей матери во Францию с уличным художником. Арчибальд не смог отпустить эту ситуацию, как и пересилить неприязнь к любому виду искусства.

Не могу точно сказать: страсть к краскам и холсту являлась протестом или моим истинным желанием, но я нещадно проводил все свободные часы за сотворением картин. После творческого перерыва длиною в несколько лет делал это с особой одержимостью.

– Эдриан, ты забыл, что у нас сегодня планы? – не успел намочить кисти, как в мастерскую влетела Кассандра.

– Во-первых, я не разрешал сюда входить , а, во-вторых, мероприятие в шесть вечера, сейчас только три, – холодно отозвался я, пытаясь быть сдержанным.

– Я знаю, чем заканчиваются твои занятия живописью…

– И чем же? – перебил возлюбленную.

– Ты впадешь в задумчивое настроение, а на приеме будешь скучающим занудой! – взорвалась Кассандра, раздувая скандал из воздуха.

Я никогда не препятствовал ее увлечениям, но она была не способна отплатить тем же. При всей моей любви к этой девушке, осознавал, что Кассандра желает оставаться в центре внимания, не стыдясь конкурировать даже с искусством.

– Твой отец предупреждал, что не стоит либеральничать с этим глупым хобби, – добавила разъяренная брюнетка, за одну секунду заведя и меня.

– Вот только не надо объединяться с Арчибальдом! – уже и я перешел на крик, едва мы коснулись больной темы.

Кассандра что-то фыркнула себе под нос и удалилась из мастерской, по всей видимости, опасаясь разгоревшегося конфликта. В ярости я был разрушителен не только для себя, но и для окружающих. Вернувшись на место, уже не мог спокойно творить. Если только искусством нельзя назвать примитивные мазки по холсту черной краской.

В кого мы превратились? Еще полгода назад от нашей влюбленности щебетали птицы, а сейчас дохнут мухи, едва коснувшись отталкивающей ауры нашей пары.

Оказалось, Кассандра покинула особняк, играя неприступность. Я был благодарен, что так она непроизвольно освободила меня от посещения мероприятия для снобов. Пообещав вернуться к холсту, когда остыну, уселся за приставку.

– К вам мистер Кроуфорд, – оповестила Аманда о приходе моего назойливого папаши.

– Я же попросил не впускать его! – крикнул в ответ, но он не долетел до прислуги, потому что женщина успела шмыгнуть за дверь.

– Тоже рад тебя видеть, Эдриан, – ухмыляясь, произнес Арчибальд, наслаждаясь моей неприязнью к нему, – почему еще не собран? Кассандра рассказала о твоем нежелании идти в свет. И, вообще, разве можно так общаться со своей девушкой? – добавил папаша, не осознавая, к какому гневу подводит своего сына.

– Пришел почитать мне морали? С каких это пор вы с Кассандрой спелись?

– Я просто забочусь о репутации нашей семьи, а она – о тебе, – невинно проговорил отец, не вызывая доверия.

– Мне не требовалась твоя забота раньше, а сейчас, тем более.

– Эдриан, хватит вести себя как капризный ребенок. Тебе следовало бы ценить Кассандру и сегодня же извиниться.

Я не стал противоречить Арчибальду, потому что искренне хотел избавиться от его персоны, и поскорее. Глупец не понимал, как портит восприятие от Кассандры, пытаясь создать с ней в тандем. Моя любовь к этой девушке слишком велика, чтобы мы перестали существовать из-за какого-то пустяка. Странно, что отец так над этим трясется.

– К вам еще один посетитель, – объявила Аманда.

– Проклятье! Кто еще сегодня притащился потрепать мне нервы?

Ответа, как всегда, не последовало, зато в комнату вошел Дональд, мой верный помощник и правая рука. Его тревога просочилась и в меня, поэтому потребовал объяснений.

– Я знаю, вы не разрешили мне копаться в прошлом Кассандры, но…

Дональд выжидал, не понимая, нужна мне найденная информация или нет.

– Говори, – дал зеленый свет, ожидая худшего.

– Я не рылся в ее биографии, скорее, вспыли факты про Чарли Салливана.

– Что не так с отцом Кассандры? – терпению приходил конец.

– Они дружили с университета с Арчибальдом, – выпалил Дональд.

– Значит, их встреча в театре не была первой? К чему вся этот фальшь?

– Я думаю, это связано с вашим знакомством с Кассандрой: она не была случайна.

Глава 2

На светском мероприятии я так и не появился, и по возвращению Кассандры домой пришлось в полной мере принять ее гнев. Обычно девушка начинала выпускать пар на окружающем интерьере и прислуге: она громко хлопала дверцами шкафов, роняла предметы и кричала на бедную Аманду и нашего швейцара.

Я уже привык к эмоциональным всплескам Кассандры и спокойно пережидал бурю в нашей спальне. Закончив свой спектакль, бестия поднялась наверх и заглянула в комнату: я прикинулся спящим, и показательно выругавшись, девушка ушла спать в гостевую.

К собственному стыду, я не испытывал вины за содеянное и даже считал, что Кассандра не права. Меня раздражала ее одержимость и зацикленность на общественном мнении, вся эта светская мишура. Конечно, если бы это был балет, в котором она играла, я бы ни за что его не пропустил. Но эти однотипные вечеринки, видел всю юность, потому что меня таскал отец, заставляя быть вежливым и счастливым, а теперь и возлюбленная, выводили из себя.

Порой мне было тяжело с Кассандрой, но я восхищался этой девушкой, ее целеустремленностью и четким понимаем, чего она хочет. У меня определенных жизненных ориентиров не было, наверное, поэтому это так восторгало меня в других.

Хоть я и не чувствовал себя виноватым, просить прощения все равно придется. Кассандра была до исступления гордой и никогда не шла на уступки, первый шаг всегда выпадал мне. Конечно, это злило, но я слишком ценил наши отношения, чтобы так же играть в гордеца и пребывать в паршивом настроении.

Кассандру обнаружил в ее кабинете. Когда мы занимались планировкой особняка, девушка заявила, чтобы и ей оборудовали рабочее место. Желание было исполнено, но девушка редко проводила здесь время, только скрывалась во время ссор.

Красавица сидела на кожаном белом диване и что-то читала. Кабинет выглядел претенциозно, намного респектабельнее моего, хотя свой я использовал чаще. Кассандра любила напыщенную роскошь и старалась обеспечивать себе кричащую обстановку. Признаюсь, я тоже предпочитал дорогие материалы и вещи, но больше из-за качества, а не ради самоутверждения.

      Девушка услышала, как я вошел, но даже не взглянула в мою сторону. В скольких бы спектакль она не танцевала, ее любимой ролью в жизни всегда оставалась Снежная Королева. Бледная кожа и холодные глаза создавали идеальный образ.

– Ты уже завтракала? – спросил я, осторожно приближаясь к подобию человеческого изваяния. Кассандре отменно удавалось принимать облик неподвижной статуи.

Ответа я, конечно, не получил. Неспешными шагами приблизился и опустился на пол. Мне было известно секретное оружие для того, чтобы растопить эту ледяную леди.

Кассандра сидела, перекинув ногу на ногу, и я бережно коснулся ее лодыжки. Девушки была в туфлях на шпильках, она ходила в обуви даже дома, разуваясь только перед сном. Моим ласкам возлюбленная не сопротивлялась, хотя взгляд продолжала устремлять в книгу. Это был добрый знак.

Я начал покрывать ноги красавицы поцелуями, продвигаясь выше. Целуя колено, осторожно расцепил узел переплетения, призывая Кассандру раздвинуть ноги. Только когда ласки дошли до внутренней стороны паха, девушка отложила книгу в сторону и, наконец, заострила внимание на осуществляемом мной процессе. Мне нравилось доставлять ей удовольствие: в этот момент она становилась почти мягкой, на время исчезал надменный лоск.

Отодвинув кружева трусиков, увлажнял и без того мокрую зону поцелуями, используя язык. Кассандра начала негромко постанывать, для меня эти звуки служили признанием поражения.

Запустив пальцы внутрь разгоряченного лона, надавливал на возбужденную область, одновременно посасывая взбухший клитор. Подобные манипуляции всегда вели к успеху. Как бы зла Кассандра не была, не могла отказать себе в искушении насладиться запретным плодом.

Возбудившись не на шутку, девушка вцепилась в мои волосы и начала надавливать на макушку, управляя моими действиями. Это я ненавидел больше всего! Даже при куннилингусе она умудрялась активировать доминирующие замашки. Возможно, это происходило под действием похотливых инстинктов и желания получить оргазм, как можно быстрее. Может, и я бы вел себя подобным образом при минете, но сказать с уверенностью не мог: пока что мы занимались оральным сексом только со мной в ведущей роли.

Кассандра уже не сдерживала криков и извивалась под моими губами так же пластично, как и на сцене. Полученный оргазм заставил ее лениво прислониться к спинке дивана и даже вызвал удовлетворенную улыбку. Я ликовал в такие моменты, наслаждаясь своей силой.

– Белый флаг? – довольно усмехнулся я.

– Ты знаешь мои слабые стороны, Эдди, и умело их используешь, – неохотно улыбнулась Кассандра, смиряясь со своим поражением, – но этого недостаточно. Сегодня будет презентация одной скучнейшей книги, которую я пытаюсь читать, – девушка бросила презрительный взгляд на отложенный экземпляр, – и ты должен меня сопроводить.

– У меня есть условие: мы пойдем, только если ты, правда, прочитаешь книгу.

– Тебе известно, что я могу читать только пьесы!

– Условия не оспариваются, – помотал я головой.

– Ты толкаешь меня на неописуемые муки.

– Не одному же мне страдать, – бескомпромиссно пожал я плечами.

Пока Кассандра была занята муторным чтивом, я решил отправиться на конную прогулку. Моя семья содержала несколько конюшен, но мне с детства импонировала та, что находилась в глуши и предоставляла ее обитателям видимость свободы. Я не пожалел времени, чтобы добраться до туда, тем более, что за рулем сегодня был мой верный помощник Дональд, заменяющий Грега.

– У него опять несварение. Мистер Кроуфорд, не понимаю, по какой причине этот человек все еще на вас работает? – спросил Дональд, когда я только уселся в машину представительского класса.

– Если бы я увольнял каждого из-за частых проблем с желудком, остался бы без обслуги, – рявкнул на помощника, сомневающегося в правильности моих решений.

Я, правда, до последнего давал шансы своим работникам. Не имея полноценной семьи, умудрялся привязываться к людям, что окружали меня ежедневно и проявляли заботу, пусть даже за деньги.

– Вы рассмотрели документы, что я принес накануне? – сменил тему Дональд, умело управляя рулем и поглядывая в зеркало заднего вида.

Понадобилось несколько часов, чтобы я смог переварить информацию, найденную помощником. Наши с Кассандрой отцы давно знали друг друга, но по какой-то причине решили это скрыть.

– Да. Думаешь у Арчибальда есть выгодный мотив свести меня с Кассандрой? – спросил я у единственного человека, кому мог доверять.

– Или же у Чарли Салливана, отца вашей возлюбленной, – предположил Дональд.

– При первой встрече он упоминал, что заинтересовался каким-то проектом отца. Может, в этом все дело? Попробуй найти еще данных.

Я не желал обсуждать нервирующую меня тему, особенно сейчас, когда еду к животным, которые чувствуют особую связь с наездником и могут повести себя опрометчиво. Признаться, честно: в глубине души боялся, что разочарований мне избежать. Уже наша идеальная картинка первой встречи с Кассандрой, наша случайная увлеченность друг другом начали казаться сценами дешевой мелодрамой.

– Здравствуйте, мистер Кроуфорд! Зевс будет рад вас видеть, – обратился встречающий меня юноша мексиканских кровей.

– Ты подготовил его? – спросил конюха, которого звали Джулиан.

Он несколько лет работал в этом месте, заботливо обхаживая лошадей и прибывающих гостей.

– Конечно! Правда, конь сегодня беспокойный, – ответил молодой человек.

– Значит, он разделяет мои чувства, – усмехнулся я, демонстрируя бесстрашие.

Зевс, на самом деле, выглядел иначе. Его грациозный стан сегодня ходил ходуном, конь то и дело переступал с одной ноги на другую и нервно бил себя хвостом. Мне без особого труда удалось оседлать любимого воспитанника, а потом погнать его галопом до ближайшего ручья. Тут-то и случилась беда: копыто коня наткнулось на камень, он испуганно заржал и попытался сбросить меня. Извиваясь, словно на родео, я высвободил ноги и безболезненно спрыгнул, отходя при этом на безопасное расстояние от обезумевшего животного.

Уже приготовившись усмирить Зевса хлыстом, я не ожидал, что конь просто успокоится и ляжет на землю. Увиденное сильно кольнуло душу: мой подопечный никогда еще не выглядел так болезненно и жалко. Все это было чревато дурными последствиями, и я поспешил вернуться на конюшню и позвать Джулиана.

– Похоже, образовался ламинит копыта, – заключил конюх. Он пояснил, что это ревматическое воспаление из-за больших нагрузок на ноги лошади.

– Каким образом оно могло образоваться, если я езжу на нем раз в неделю? – возмутился, при этом не контролируя голос и перейдя на крик.

– Вы не один ездите на Зевсе, – робко проговорил Джулиан, – ваш отец тоже частенько берет именно этого коня, – добавил молодой человек.

– Какого черта Арчибальду вдруг понадобился мой жеребец? Мало других особей?

– Я предлагал ему лучших, но ваш отец всегда выбирает только Зевса.

Услышав ответ Джулиана, вскочил с земли, где мы сидели и осматривали копыта коня. Я уже не мог сдержать скопившийся гнев и вдарил по тому самому камню, о который споткнулся мой воспитанник.

– Простите, мистер Кроуфорд. Я недавно потерял отца и не думал, что ваш может преследовать какие-то плохие намерения. Мне казалось, он таким образом поддерживает с вами связь, – зачем-то решил оправдаться Джулиан.

Я не злился на молодого конюха, а вот Арчибальда мечтал, чтобы растоптал целый табун лошадей.

– К сожалению, у тебя неверное представление о нашей семье. Не все семьи счастливые, есть и те, что уничтожают друг друга изнутри, – прозвучало из моих уст поучение, которым я не собирался грузить Джулиана, но пришлось.

– Я не смогу отказать мистеру Кроуфорду старшему, если он вновь попросит оседлать Зевса. Но, предупреждаю, чувствуя, как конь вам не безразличен: сейчас ему нужен особый уход и отсутствие нагрузок.

Я заметил, что Джулиану тоже важно состояние моего воспитанника, поэтому предложил ему выгодную сделку:

– Если ты готов оставить эту конюшню и работать только на меня, я арендую другое место.

– Вы будете платить мне только за уход за Зевсом? – засомневался юноша.

– Нет. Мне нужен еще один водитель. Как ты смотришь на официальный оклад, а лошади пусть останутся приятным хобби для нас обоих?

– Почему вы так добры к малознакомому человеку? – все еще не верил Джулиан.

– Мне нужны люди, которым я смогу доверить свою жизнь. Что-то подсказывает, что ты можешь войти в их число.

Тогда я еще не знал, к чему приведет данное предположение и как Джулиан повлияет на мою судьбу, умудрившись угробить ту самую жизнь, что я по глупости ему доверил.

Глава 3

Мучения светскими приемами продолжались. Если раньше бороться за свою свободу приходилось только с отцом, теперь они делали это вместе с моей девушкой. Будь Арчибальд моложе, они бы с Кассандрой составили гармоничную пару.

Очередной благотворительный вечер заставил меня раньше закончить работу. Почти удалось договориться с инвесторами, но теперь придется все начинать заново. Меня жутко злило, что пришлось менять свои планы, но мы недавно помирились с Кассандрой, и подкидывать новый повод для ссоры совсем не хотелось. Пока мой энергетический сосуд не успел наполниться достаточно для очередной схватки с обольстительной танцовщицей.

В роскошный отель, где происходил прием, Кассандру было велено довести Джулиану, я же поехал туда из рабочего офиса. Едва встретился с возлюбленной, пришлось испытать ее испепеляющий взгляд. Я знал причину недовольства девушки и заранее приготовился к ярости.

– Эдриан, что на тебе за галстук? – потребовала объяснений красавица. Облегающее бардовое платье идеально подчеркивало ее точеную фигуру.

– Прости, я не успел дойти до портного, было слишком много дел, – соврал я.

Несколько дней назад Кассандра вручила мне обрез ткани, из которого было сшито ее платье, чтобы в ателье я заказал галстук в тон. У меня был свой портной, и я предпочитал не пользоваться услугами других мастеров. Это задание совершенно вылетело из моей головы, и вспомнилось только сегодня. Уже вечером побежал в магазин в поисках галстука и постарался подобрать наиболее подходящий, но Кассандра все равно уловила отличия.

– Иногда мне кажется, что ты все делаешь мне назло, – прошипела девушка, но все же взяла меня под руку, чтобы вместе появиться в зале.

Начались привычные формальные процедуры с приветствиями всех подряд и пустыми разговорами. Кассандра была очаровательна и вызывала восторг всех, с кем начинала болтовню. Иногда мне хотелось спустить мечтателей на землю и уверить, что в бытовой жизни эта красавица не такой ангел, каким кажется. Я и сам был в числе воздыхателей ледяной леди, но теперь узнал ее ближе. Не скажу, что у меня случилось отторжение, просто осознал, что первоначальное впечатление может быть обманчиво. Но от этого я не любил Кассандру меньше, она все так же восхищала меня и дурманила разум своей красотой и сильным духом.

К нам подошел Арчибальд. Первым делом он бросил брезгливый взгляд на мой галстук. Уж не знаю, успела ли ему пожаловаться Кассандра, или же отец был таким же снобом в вопросах моды и соответствия цветов.

– Господа, я вас оставлю ненадолго, мне нужно поздороваться с режиссером моей новой постановки, – сладостным голосом пропела Кассандра, одновременно коснувшись предплечий нас обоих.

– Великолепная девушка, тебе очень с ней повезло, – сказал Арчибальд, когда мы остались наедине, – та встреча в театре была настоящим подарком судьбы.

Слова отца пробудили во мне недавние воспоминания, когда Дональд сообщил о связи Арчибальда с Чарли Салливаном. Внутри моментально закипела злость, хотелось схватить лжеца за грудки и оттащить куда подальше, чтобы призвать к ответу.

– Обстоятельства, подстроенные другими людьми, сложно назвать судьбой, – заявил я.

– Что за завуалированные речи, Эдриан? Если тебе есть, что мне сказать, говори прямо.

Арчибальд говорил уверенно: нельзя было точно определить, старается он оборониться или искренне не понимает, о чем речь.

– Вы вместе учились в университете и вдруг встретились, как в первый раз? – перешел я к сути.

– С кем? – разыграл непонимание отец.

– С Чарли Салливаном, отцом Кассандры.

– Чарли учился в Гарварде? – притворно поразился Арчибальд.

– Из тебя не самый удачный актер.

– Ты хоть представляешь, со сколькими людьми я общался во время учебы? Кого-то мог и забыть, прошло уже столько лет. Если хочешь открыть тайны Вселенной, изучи другую область, а не студенческие годы своего отца.

Скормив мне очередную ложь, Арчибальд отправился на поиски собеседников, которые будут перед ним благоговеть, а не докучать обвинениями. У меня же давно сложилось убеждение, что отец не сказал мне ни одного правдивого слова за всю мою жизнь. Поэтому в этот раз я нисколько не удивился.

Оркестр исполнял классическую музыку в современной аранжировке. На одной медленной композиции Кассандра незаметно оказалась около меня и предложила потанцевать. Мне нравилось обнимать ее, прижимать хрупкую фигуру к себе, чувствовать телесную близость. Девушка положила свою голову мне на плечо, и я наслаждался ее сладким ароматом с примесью нотки специй. Это так походило на ее противоречивый, капризный характер, где все должны играть по ее правилам, но согласны делать это по собственному желанию.

По дороге домой Кассандра была молчалива. Она печально смотрела в окно и отстраненно реагировала на мои вопросы. Я не понимал, что происходит, и в таком неведении девушка продержала меня еще с час. Неизвестность всегда навевала у меня тревогу. Кассандра прекрасно это знала и использовала, но каждый раз заставляла меня волноваться, прежде чем заговорить.

– Твой отец сказал, ты считаешь, что мы с папой подстроили нашу встречу, – начала Кассандра, когда мы оказались уже в особняке.

– Я такого не говорил! Отец, как всегда, врет, – от возмущения я даже брызнул слюной и поспешил вытереть мокрые губы.

Кассандра горделиво подошла ближе и встала у окна, скрестив руки, обхватив свои локти. С минуту она смотрела на гладкую поверхность стекла, затем не спеша повернулась ко мне. Мое сердце уже выпрыгивало от смятения. Мне хотелось кричать, пытаясь донести до девушки свою правду, но я терпеливо ждал, позволив возлюбленной мучить меня. Хоть я и не говорил тех слов, почему–то испытывал стыд, словно и в самом деле такое происходило.

– Знаешь, сколько мужчин хотят быть со мной? – задала Кассандра риторический вопрос. Ответ был мне известен: красавица всегда находилась в центре внимания, влюбленных дурачков не останавливал даже занятой статус предмета их обожания, – Но я выбрала тебя, потому что увидела в тебе честного, благородного человека. Мои поклонники имеют высокий статус и материальное положение, но для меня это никогда не играло никакой роли. Я всегда хотела встретить глубокого мужчину, который способен видеть в людях большее, чем другие. Мне казалось, моя мечта осуществилась, но, возможно, я ошиблась.

Мне хотелось вскочить с кресла, подбежать к любимой и встряхнуть ее за плечи, чтобы прогнать эти сомнения. Меня пленила ее красота, но уважение вызвали наши интересные беседы, интеллектуальные споры. Я влюбился в ее строгий характер, в то, с каким достоинством она несла свою привлекательность, не опошляя ее, а возводя к ранг недостижимого и божественного. Конечно, мне было известно о толпах ее поклонников, и ее благосклонность к моим ухаживаниям сделали меня самым счастливым человеком.

– Кассандра, я и в мыслях не имел обвинять тебя в чем-то, – негромко произнес я, стараясь не разозлить красавицу еще больше, – мне стало известно, что наши отцы были знакомы в студенчестве, и я решил спросить об этом Арчибальда.

– Да, они дружили, – неожиданно сказала Кассандра.

– Ты знала? – поразился я.

– После нашего знакомства в театре папа рассказал, что они с Арчибальдом много времени проводили вместе, и отец считал его другом. Однако после учебы их связь оборвалась. Однажды, спустя много лет, папа встретил Арчибальда на улице и поздоровался, но тот не узнал его или сделал вид. Поэтому тогда в театре папа не стал напоминать об университетской дружбе, раз твой отец предпочел стереть эти воспоминания.

Мне стало жаль Чарли, подобное поведение было совершенно в духе моего отца. Зачем ему в друзьях люди, от которого он не может получить выгоду? А отец Кассандры был ученым, и Арчибальд, видимо, не увидел в приятеле полезных для себя перспектив.

– Это похоже на отца, – вздохнул я.

– Я понимаю, что вы с Арчибальдом никогда не сможете поставить нас на один уровень с собой, но тогда и не нужно обнадеживать людей, вызывая их доверие.

– Мы с отцом совершенно разные, и ты это прекрасно знаешь, Кассандра! – повысил я голос. Моим самым большим кошмаром было обнаружить хоть малейшую схожесть с Кроуфордом старшим, – Арчибальд умело переиначил мои слова, чтобы поссорить нас. Мы будем последними идиотами, если поддадимся его манипуляциям.

– Я просто хочу, чтобы между нами было доверие, – девушка сделала шаг ко мне и тронула мою руку, – если ты относишься к нашим отношениям менее серьезно, то скажи мне об этом.

– Я люблю тебя, Кассандра, и буду делать все, чтобы ты не сомневалась во мне.

На следующий же день я принял решение, что разберусь во всем основательно. Отец намеренно подсел на уши моей наивной возлюбленной. Арчибальд выставил ситуацию так, словно я подозреваю Кассандру и ее отца в тайном сговоре, на деле все обвинения касаются только моего папаши. Он умело манипулировал задетой гордостью Кассандры, заведомо понимая, что та оскорбиться и будет давить на мое чувство вины. Браво, отец! Первый раунд ты выиграл, но второй останется за мной.

– Аманда, я нигде не могу найти Джулиана, – обратился к служанке.

Женщина занималась уборкой кухонных шкафов и давала наставление молоденькой помощнице: та робко, словно олененок Бэмби, смотрела на меня, стараясь очаровать кроткой улыбкой. К счастью, меня не интересовали представительницы женского пола: все внимание было приковано к одной, что сейчас так же пропала с радара, как и новый водитель.

– Он повез мисс Салливан по магазинам, – сообщила Аманда, но я будто уже знал ответ заранее.

Джулиан работал у нас чуть больше недели, но почти полностью принадлежал Кассандре. Жаль Дональд занят делами компании, так я предпочел бы его всем остальным. Тем более сейчас, когда мне требовалась помощь рыскать в грязном белье отца.

Острое любопытство помогло навести справки и тщательно изучить университетскую жизнь Арчибальда. Их пересечения с отцом Кассандры ни где не фиксировались: ни одного совместного фото, ни одного общего знакомого. Если отец забыл об этой дружбе, какой резон сватать нас с дочерью Салливана? Все сводилось к моему безумию и нежеланию принять действительность.

– Мистер Кроуфорд, вы искали меня? – в кабинет заглянул Джулиан.

– Да, если ты освободился от поручений Кассандры, будь добр послужить и мне, – рявкнул я, спустив на бедного парня всю усталость минувших дней.

– Простите, я не знал, что не могу отвозить мисс Салливан, – промямлил водитель.

– Конечно, можешь, но в приоритете должны стоять мои дела, а не бессмысленный шоппинг!

На этот раз Джулиан промолчал, и мы последовали в машину для исполнения назревших планов. По словам молодого человека, Кассандра осталась в городе для какой-то встречи, поэтому есть пара часов, чтобы спокойно проследить за Арчибальдом и подловить проходимца на очередной лжи.

Сначала мы сорок минут проторчали у офиса, потом у банка, а после отправились, подобно эскорту, в любимый ресторан отца.

– Извините, но что мы делаем? – пискнул Джулиан, до сих пор не понимая, зачем мы преследуем какого-то напыщенного старикашку.

– Это мой отец, и я хочу знать его намерения… – я осекся, не понимая, могу доверять новоиспеченному водителю или же его лучшей работой был уход за лошадьми.

Джулиан не потребовал продолжения фразы: он поерзал на сидении, усаживаясь поудобнее для долгосрочной слежки.

Отец никогда не обедал в одиночестве: он предпочитал тратить это время на общение с деловыми партнерами в располагающей и непринужденной обстановке. К моему великому удивлению, сегодняшним гостем для совместной трапезы стал Чарли Салливан. Он подъехал на стареньком шевроле лачетти и уверенным шагов устремился вглубь ресторана.

Какого черта здесь происходит? Сначала эти двое прикидываются, что не знают друг друга, потом оказываются забытыми друзьями, а сейчас и вовсе за нашими спинами встречаются за обедом. Я зря отбрасывал отца Кассандры, считая, что виноват во всем лишь мой пронырливый старик.       Пока новый альянс находился внутри, взглянул на телефон. На экране высветилось несколько пропущенных от Кассандры и один от Арчибальда. Перезвоню позже, сейчас главным желанием было осуществить облаву, иначе мой хитрый и изворотливый отец придумает новую отмазку и повод для их странной встречи.

Джулиан занервничал, постоянно поглядывая во все имеющиеся зеркала. Это не помешало моему настрою, и я уже собирался вылезти из машины, как дверь сзади отворилась и на сиденье присела Кассандра.

– Что ты здесь делаешь, Эдриан? – она говорила сдержанно, но не упускала возможности бросить осуждающий взгляд.

– Я хотел спросить тебя то же самое, – на этот раз я не намеревался давать слабину.

Кассандра переглянулась с Джулианом, им хватило ровно секунды, чтобы я понял, по чьей вине моя возлюбленная устроила рейд.

– Ты не ответил, – настаивала Кассандра.

– Я здесь ради того, чтобы доказать нечистые помыслы моего отца. Оказалось, твой тоже не святой, раз сгруппировался с самим дьяволом! – моих эмоций уже было не удержать внутри, но, чем больше я говорил, тем сильнее на лице моей девушки распространялось разочарование.

– Эдриан, я попросила наших родителей встретиться, чтобы они, наконец, разрешили свой университетский конфликт. Посмотри на телефон, я оставила массу голосовых сообщений, чтобы ты тоже пришел на обед, и мы их помирили, – объяснения Кассандры выглядели так же логично, как и слова Арчибальда. Если это все не тайный замысел, то я полный кретин, который рушит все на своем пути.

– Дорогая, прости меня. Я настолько не верю в возможность счастья, что нахожу любые лазейки лишь бы его разрушить, – мои извинения звучали искренне, потому что таковыми и являлись.

Я устал преследовать призраков прошлого и теперь окончательно намеревался забросить эту историю и жить настоящим.

– Я больше так не могу, Эдди, – ее глаза больше не смотрели на меня, мои же пытались просверлить дыру, лишь бы вновь уловить голубую ясность неба в любимом взоре.

– Пойдем в ресторан, еще не поздно присоединиться к нашим отцам, – я пересилил себя, предлагая это.

Кассандра оставалась неприступной и немногословной.

– Я сделаю это не ради тебя, а для примирения отцов. Остальное мы обсудим дома, – сказала девушка, открывая двери, я же немного медлил, – Идешь?

– Да, я сейчас, – кивнул я, лишь бы остудить ее обиду на мое безумство.

Подождав пока любимая выйдет, я задержался на минуту, чтобы сказать пару слов предателю:

– Если я еще хоть раз узнаю, что ты сливаешь информацию моей девушке или втайне с ней общаешься, то вернешься туда, откуда я тебя подобрал, – в богом забытую конюшню. Ясно?

– Да, сэр. Извините, – промямлил щенок, начиная доказывать об еще одной моей ошибке – взять его на работу.

Глава 4

Мне казалось, наш конфликт с Кассандрой исчерпан, и мы помирились, но утром Аманда сообщила, что моя девушка ни свет, ни заря покинула дом с багажной сумкой. Я не понимал, почему любимая поступил так лицемерно: вечером убедила меня, что все в порядке, а утром сбежала, даже не поговорив. Чувствовал себя обманутым, но понимал, что сам спровоцировал скверную ситуацию.

Первым делом отправился к Чарли, надеясь застать его дочку там. Старик сообщил, что с Кассандрой в последний раз он разговаривал пару часов назад, но понятия не имеет, где она находится сейчас. В интонации мужчины уловил фальшь, но не стал цепляться, все еще испытывая вину за Арчибальда, который не признал университетского друга.

Подруг у Кассандры не имелось из-за ее сложного характера, поэтому ни с чем вернулся в особняк, не представляя, где искать девушку. Я понимал: она специально скрывается, играет со мной, наказывая за провинность. Снова набрал ее номер, но телефон оставался выключенным. Даже осознавая, что это женская уловка, не находил себе места. Мне хотелось доказать Кассандре, что она опрометчиво поверила Арчибальду, словно забыла, какое он чудовище. Хотя, после моего поступка, чудовищем мог казаться и я.

Кассандра не объявилась и на следующий день, тогда я попросил Дональда определить ее местонахождение. Этот мужчина раньше работал в Федеральном бюро расследований и мог найти кого угодно. Мой помощник выяснил, что Кассандра арендовала квартиру на окраине города и никуда не выезжала, кроме медицинского центра. Услышав это, почувствовал, как сердце забилось в тревоге. Узнать о тяжелой болезни близкого страшнее, чем о своей.

– Есть кое-что еще, босс, – неуверенно сказал Дональд и замялся.

– Что такое? – нахмурился я, догадываясь, что это будут неприятные новости.

– В медицинский центр ее возит не кто иной, как Джулиан, – сообщил мужчина.

Я опешил: этот человек снова пошатнул мое доверие. Хотя, он мог даже не знать, что помогает беглянке. Его водительские обязанности распространялись не только на меня, но и на Кассандру: она просто могла приказать отвезти ее по делам, не уточняя, что в это время потенциальный начальник Джулиана ее ищет.

В любом случае мне требовался ответ, и я вызвал Джулиана в свой кабинет. Молодой человек выглядел растерянным и старался не смотреть мне в глаза. Было ясно: он что-то скрывает.

– Джулиан, расскажи-ка мне, приятель, не пересекался ли ты с Кассандрой в последние дни? – спросил я. Старался говорить спокойно, чтобы не спугнуть работника.

– Я сразу сказал ей, что не умею хранить секреты, – сразу же сдался водитель.

– Что еще за секреты? – обеспокоенно спросил я, не забывая о месте, куда ездила Кассандра, – Она больна?

– Я не знаю, считается ли это болезнью, – неуверенно проговорил Джулиан.

– Говори же! Что ты мямлишь! – не выдержал я.

– Кассандра беременна. Я ненароком заглянул в ее медицинскую карту, когда она выходила и оставила сумку в машине. Мне не следовало этого делать, но мне показалось странным, что она просит забрать себя с непонятного адреса и ездит в больницу. Я понял, Кассандра что-то скрывает, и оказался прав.

На время я потерял дар речи. У меня застучало в висках от получения неожиданной информации. Мне даже не пришла мысль о беременности, потому что Кассандра говорила, что пьет противозачаточные. Время от времени я думал о ребенке, но в ближайшем будущем мы его не планировали. Сначала хотелось, как полагается, сыграть свадьбу.

– Почему она не рассказала? – прошептал я мысленный вопрос, Джулиан же воспринял его как реальный и поспешил ответить:

– Кассандра поняла, что я заглянул в карту, и попросила молчать. Сказала, что сама с этим разберется.

Мне стало трудно дышать: я понял, каким способом Кассандра вздумала решить эту проблему. В эту же секунду приказал Джулиану отвезти меня по известному ему адресу.

Я боялся, что Кассандра не пустит даже на порог, но она все же открыла дверь. Выглядела возлюбленная болезненно, и без того светлая кожа отливала белизной.

– Джулиан тебе сказал, – догадалась девушка, пропуская меня внутрь.

Остановившись в гостиной, я замер на месте, не зная, продолжать стоять или присесть на диван. Все же предпочел остаться на ногах и повернулся к Кассандре.

– Он еще здесь? – полушепотом спросил я.

– Кто? – не поняла девушка.

– Наш ребенок. Он еще в тебе?

– Да, я не смогла сделать это, – проговорила Кассандра, присев на кресло и спрятала лицо в ладонях.

Я опустился на пол рядом с ней и взял ее за руку. Всю дорогу меня терзал страх, что возлюбленная скажет, что сделала аборт. И теперь от осознания, что плод нашей любви рядом, меня наполнила неописуемая радость.

– Он будет самым счастливым малышом на свете. Я все сделаю для этого, Кассандра! – не смог сдержать я эмоций.

– Я очень испугалась, Эдди! Наши отношения сейчас переживают не лучший период, а тут такая новость.

– Все будет хорошо. Мы поженимся и создадим счастливую семью, – убеждал я Кассандру и сам верил своим словам.

Обещание, данное Кассандре, было легко сдержать: я любил ее и в душе всегда мечтал о большой семье, которой меня лишили. Нерешенные вопросы так ими и остались, мы просто абстрагировались от недавних проблем и погрузились в иной мир.

– Почему я не должна рассказывать близким о беременности? – не понимала Кассандра.

Мы лежали на нашей огромной кровати, я положил голову на ее живот и пытался почувствовать связь с маленькой горошиной внутри любимой.

– Просто хочу побыть в этом трепетном чувстве как можно дольше, – ответил я, а затем поцеловал гладкий животик Кассандры.

– Трепет исчезнет, если мой отец узнает?

– Скорее, мой. А раз они теперь снова общаются, Арчибальд не упустит возможности посоревноваться в игре «Кто лучший дедушка», – прояснил свои опасения я.

– Думаешь, твой папа захочет контролировать не только нас, но и нашего малыша? – Кассандра зачем-то зарождала во мне ураган эмоций.

– Конечно, мы все должны будем соответствовать идеальной картинке и не портить род Кроуфорд.

– Кассандра Кроуфорд! Мне кажется, прекрасно звучит, – сменила тему возлюбленная, широко улыбаясь.

Я не удержался и поцеловал эту красавицу. Мы сошлись на том, что объявить о помолвке будет куда рациональнее, чем вывалить обществу о ребенке вне брака. Кассандра тут же загорелась идеей, как развернет глобальную вечеринку во дворе нашего дома, чтобы весь бомонд завидовал не только новообразовавшейся семье, но и достатку совместного имущества.

Жизнь шла по заведенному порядку. Мне резко захотелось творить и воплотить всю свою окрыленность на холсте. Аккуратными мазками я рисовал беременную женщину, имеющую округлый живот и пышные формы.

– Не мог дождаться, когда я тебе попозирую? – журила Кассандра, но я чувствовал ее поддержку.

На момент беременности в ней словно не осталось былого едкого настроя к живописи, скорее, всем своим видом Кассандра выказывала поддержку и заинтересованность. Мы долгое время находились в гармонии со своими чувствами, но в один прекрасный день на любимом лице промелькнула тень грусти.

Я попытался выпытать, в чем дело, но Кассандра не собиралась делиться, словно считала, что игра в экстрасенса возбудит меня на какие-то действа. Джулиан, злоупотребляя своим положением, что посвящен в нашу тайну, осмелился раздавать мне советы:

– Кассандра хочет, чтобы вы сделали для нее приятное, – неоднозначно произнес щенок.

– Она сама тебе это сказала? – разозлился я, всегда остро реагируя на непрошенные поучения.

– Нет, я слышал, как она разговаривала по телефону.

Не желая уточнять детали подслушанного диалога, решил взять все в свои руки и, на самом деле, устроить для возлюбленной что-то грандиозное. Воспользовавшись ее отсутствием, смастерил на заднем дворе качели. Я невольно представил, как буду катать на них нашего ребенка. Надеюсь, это будет девочка – папина дочка!

Кассандра вернулась рано и не дала возможность презентовать сюрприз как-то по-особенному. Девушка застала меня за подвешиванием конструкции.

– Эдриан, и этим ты занимался весь день? – без особого энтузиазма обратилась ко мне возлюбленная.

– Да, качели универсальные. Можешь попробовать как ты, так и наш малыш в будущем, – я подошел ближе, протягивая руки к животику.

Кассандра одернула меня, не погрузившись в романтическую атмосферу.

– Я думал, ты хотела, чтобы я сделал что-то приятное, – поразился подобной реакции.

Сложилось такое впечатление, что Кассандра не собиралась планировать будущее, когда ее не устраивало настоящее.

– Да, я хотела услышать от тебя предложение руки и сердца! Официально ты не подарил мне ни кольца, ни задал тот самый вопрос! – первый раз я заметил в глазах девушки отчаяние.

Неужели ей все еще требовалось подтверждение моих чувств и скорейшее узаконивание? Конечно, я и сам болван, что не догадался подарить кольцо с бриллиантом, но в чем моя вина, если разум затуманила весть о ребенке?

– Все будет! Почему ты так переживаешь? – спокойно поинтересовался я, пытаясь выдать за действительность, что все держу под контролем.

Кассандра не нашлась с ответом, а просто повисла на моей шее и поцеловала в губы.

– Прости, наверное, всему виной гормоны, – прошептала девушка, испытывая чувство стыда.

Мы договорились забыть об очередном конфликте, и я даже покачать Кассандру на недооцененных в начале качелях.

Глава 5

– Дональд, остановись, пожалуйста, – попросил я мужчину, тронув за плечо.

Машина проезжала мимо детского магазина, огромный медведь Teddy призывал всех заглянуть внутрь. Мне тоже захотелось принять приглашение уважаемой плюшевой персоны.

Оказавшись в торговом зале, немного растерялся: редко бывал в таких магазинах, даже в детстве. Обычно отец давал мне каталог, чтобы я выбрал понравившиеся игрушки, и их доставлял курьер. У Арчибальда не было времени на совместные походы по детским центрам.

Теперь среди всех этих роботов, мягких зверей, игрушечных пистолетов снова почувствовал себя ребенком. Взглянув на велосипед, оживил неприятное детское воспоминание. Стоял погожий весенний денек, суббота, я очень ждал этого дня, потому что Арчибальд обещал помочь мне научиться кататься на велосипеде. На самом деле я всю неделю тренировался самостоятельно, чтобы не упасть в лужу лицом перед отцом. Он не давал поблажек и права на ошибку, поэтому я хотел быть подготовленным для первого урока.

Весь день я сидел у окна, ожидая возвращения отца. Аманда с жалостью на меня посматривала, предлагая какао и печенье. В конце концов, солнце скрылось за горизонтом, наступил вечер. Обида давила изнутри. Хоть я и был парнем, не смог удержаться от слез. Чтобы никто не видел минуты позора, убежал в свою комнату, но, кажется, домработница успела меня заметить.

Спустя час в коридоре послышались шаги: я сразу узнал тяжелую поступь Арчибальда. Спрыгнул с кровати, чтобы успеть вытереть слезы и засесть за непринужденное занятие, не желая показывать отцу свою слабость.

– Эдриан, неужели ты уже лег спасть? Еще детское время! – послышался голос папы, когда дверь открылась.

– Нет, я делаю уроки, – соврал я, благодаря высшие силы, чтобы успел открыть учебник.

Арчибальд прошел дальше, я чувствовал его скептический взгляд. Несмотря на то, что успел вытереть мокрое лицо, оно оставалось красным, а глаза опухшими.

– Аманда сказала, что ты ждал меня, – холодный тон отца заставил мое тело вздрогнуть, и слезы снова стали рваться наружу. Из-за попыток сдержаться от рыданий меня трясло.

– Давай прекращай эти нюни и пошли на улицу, – приказал Арчибальд, и я послушно встал со стула.

На улице уже потемнело, дорожки освещал лишь тусклый свет фонаря. Я достал велосипед из гаража и осторожно катил, боясь повредить. Каждый подарок отца старался беречь, прежде всего, дорожа им, но и получить от Арчибальда нагоняй тоже не хотелось.

– Что ты как улитка? Можешь скорее? – в нетерпении крикнул мужчина. Он стоял в деловом костюме, даже не раздевшись, и всем видом показывал, что у меня ограниченное количество времени.

Каждый день я катался по несколько часов и был уверен в своих силах. Даже представлял, как удивится отец, что его непутевый сын так быстро освоил навык. Сначала я, конечно, сделаю вид, что не умею, чтобы Арчибальд мог поделиться знаниями, а потом проеду хорошо. После нужно быстро обернуться, чтобы увидеть восторженное лицо.

– Что ты стоишь? Садись! Видел, чтобы кто-то ездил стоя? – поторапливал меня отец.

Я оседлал велосипед и боязливо взглянул на отца, ожидая дальнейших указаний.

– К чему эта робость? Аманда доложила, что ты катался в мое отсутствие. У тебя было немало времени, чтобы научиться, теперь покажи результат, – приказал мужчина.

Мои щеки налились румянцем. Хорошо, что не успел разыграть спектакль, что не умею кататься, Арчибальд быстро бы проучил меня за притворство. И почему эта противная Аманда вечно все ему рассказывает?

Страх обуял все мои конечности, руки и ноги дрожали, но я заставил себя начать крутить педали. Уже спустя секунду потерял равновесие и упал. Боясь недовольства папы, вскочил и поехал дальше, но снова ждала неудача. После третьего падения Арчибальд не выдержал.

– Учиться целую неделю и падать на каждом шагу? И на это я должен был полюбоваться? – цокнул он.

Я не решался повернуться, чтобы не встретиться с его разочарованием. Чувствовал, как разбитые колени кровоточат, а руки больно саднило. В конце концов, услышал удаляющиеся шаги. Отец даже не подошел ко мне, не поинтересовался, не поранился ли я. Все же перед ним был ребенок, который всего лишь хотел его впечатлить, получить немного внимания.

– Советую покупать нейтральные цвета, – голос Дональда развеял воспоминания.

– Что ты говоришь? – переспросил я.

– Выбирайте желтый, белый или что-то в таком духе, пока не знаете пол ребенка, – уточнил помощник, – и вряд ли младенцу понадобится велосипед. Стоит посетить отдел для новорожденных.

Здравый совет Дональда заставил меня, наконец, покинуть отдел с игрушками. Но для себя я решил, что у моего ребенка будет все самое лучшее, и мы будем вместе выбирать. Ему не потребуется зачеркивать дни в ожидании отца, искать достижения, думая, чтобы любовь нужно заслужить. Я никогда не буду таким жестоким, как Арчибальд, и буду гордиться своим ребенком при любых обстоятельствах.

Пока думал, как буду отличаться от своего отца, реальность брала вверх и преподносила сюрпризы.

– На следующей неделе тебе нужно поехать в Вашингтон, заключить сделку с партнерами, – поставил перед фактом диктатор, вторгаясь в мою жизнь.

– Езжай сам, у меня другие планы, – отметил я, возлагая призрачные надежды, что отец отвяжется.

– Эдриан, хватит мне перечить! Хочешь сорвать сделку и вылететь из компании?

Когда отец включал такой тон, я вновь проваливался в детские воспоминания, где это было нормой. Казалось, Арчибальд не знает другой манеры общения, потому что в любой ситуации я получал нагоняй. Зависимость от него делала меня последним слабаком на земле, но я все еще надеялся, что бизнес сплотит нас и зародит в скупом старике уважение к моей персоне.

Арчибальд повесил трубку, так и не узнав о моих планах, ради которых я не хотел соглашаться на командировку в другой штат. Я старался сохранить хотя бы внешнее спокойствие.

– А как же ваша идея с предложением руки и сердца? – спросил Дональд. Он сидел за рулем машины и слышал весь разговор.

Он единственный знал о моих намерениях и заботливо помогал в любых начинаниях. Так мы и придумали вывезти Кассандру за черту города на заброшенный пляж. Нас бы ждал накрытый стол, шампанское, лепестки роз и свечи.

– Придется отложить, – буркнул я, словно Дональд в чем-то виноват.

– Мисс Салливан это не понравится, – усмехнулся помощник, понимая, почему мое настроение испортилось вдвойне.

– Может, успеем все сделать сегодня? – не теряя надежды, продолжал Дональд.

Заряжаясь его энтузиазмом, я пошел на риск и все же попытался организовать задуманное в кратчайшие сроки. Кассандра весь день готовилась к выступлению, разучивая новую программу постановки. Я не собирался отрывать ее, но после хотел украсть в то самое место, где встану на одно колено.

– Эдриан, ты сегодня такой загадочный! – кокетливо лепетала возлюбленная.

Я был за рулем, не собираясь делить важное событие с Джулианом или даже безобидным Грегом.

– Потерпи немного, – попросил я, поцеловав руку Кассандры.

До пляжа был всего час езды, но мне это время показалось бесконечным. В страхе начать все анализировать, прибавил скорость. Мне не хотелось думать, что принимаю поспешные решения из-за навалившихся событий. Расследование связи наших отцов, беременность, теперь это…

Раздавшийся телефонный звонок сбил с дурацких мысленных дилемм.

– Мистер Кроуфорд…Эдриан! Вы уже там? – сбивчиво произнес Дональд в трубке.

– Нет, что-то пошло не по плану? – я испугался его растерянности.

– Можно сказать и так. Я откопал кое-что еще про связь Арчибальда и Чарли Салливана. Вам это не понравится.

– Говори!

– У вашего отца и матери Кассандры был роман.

Услышанное не могло оставить меня равнодушным. Неужели это и есть тот самый конфликт, из-за которого мужчины так долго не общались?

– Это точная информация? – спросил я, все еще отказываясь верить в услышанное.

– Да. Есть еще кое-что…

– Ты так и будешь говорить все с медлительностью черепахи? – выругался я, не замечая присутствия Кассандры.

– Вы интересовались, что случилось с матерью вашей возлюбленной? – не замечая мой гнев, спросил Дональд.

– Нет, как-то не приходилось, – фильтруя разговор, чтобы Кассандра не поняла, проговорил в трубку.

– Она погибла в пожаре отеля «Балтимор», который принадлежал вашему отцу.

Последняя информация окончательно сбила настрой делать предложение этим вечером. Я резко развернул машину, даже не опасаясь, что мне за это будет от Кассандры.

Глава 6

– Эдриан, почему мы изменили маршрут? – удивление Кассандры передавалось через содрогающиеся интонации.

– Появились некоторые проблемы, – бросил я, вдавливая педаль газа, чтобы быстрее оказаться не наедине с ней, да еще и в удушливой машине.

Собранная Дональдом информация встала комом в горле. Окружающие меня люди постоянно лгали или скрывали какую-то часть своей жизни, при этом выставляя за последнего дурака. Кассандра тоже теряла самообладание и задавала все больше вопросов о смене моего настроения. Благо, мы не так далеко уехали от дома, и вернуться оказалось гораздо быстрее, чем приехать на тот чертов пляж.

– Эдриан, я требую объяснений! Мне нельзя волноваться. Хочешь, чтобы мы потеряли ребенка? – с беременностью Кассандра обрела еще один рычаг манипуляции и умело пускала его в ход.

– Ты никогда не рассказывала мне о своей матери! – я выпалил, не подумав, вновь поразив собеседницу сменой темы.

– Что ты хочешь знать? И к чему вообще эти вопросы?

– Ты знала, что у моего отца был с ней роман? – не знал, правильно ли было вываливать всю эту информацию вот так, но не мог больше держать нервы в узде.

– Конечно, нет! Откуда мне было такое знать? –

Кассандра выглядела оторопевшей: либо она искусно играла, либо мы оба оказались частью чьей-то постановки.

– Даже если у них был роман, почему это так тебя задело? – спросила возлюбленная, как только вновь обрела дар речи.

– Потому что вокруг наших семей слишком много случайностей! И одна из них, что твоя мать погибла в пожаре! Ты никогда не рассказывала подробности…

Я не успел договорить, как заметил на щеках Кассандры поток слез. Она гневно смотрела на меня заплаканными глазами, а затем куда-то ринулась. Уже через минуту девушка вернулась с какими-то старыми вырезками из газет, где огромные заголовки говорили о страшном пожаре в отеле «Балтимор».

– Что ты хотел услышать? Что я потеряла мать в пять лет? Или что я своими глазами видела, как здание полыхало, а голос матери был слышен всей округе? Она горела заживо! И никто не мог ее спасти! – всхлипы Кассандры заставили почувствовать себя подонком.

Я не мог отвести взгляд от пожелтевшей бумаги со статьей и фотографией маленькой Кассандры, оказавшейся в агонии происшествия. Бедная маленькая девочка. Сколько ей пришлось пережить, а я бережу раны, выворачивая все наизнанку.

– Прости…– я извинялся не за то, что не бросил расследование, а за слепое недоверие и мысли об участии во всем этом Кассандры.

– Ты хотел сделать мне предложение сегодня? – немного успокоившись, спросила возлюбленная.

Я кивнул: отрицать данный факт казалось бессмысленным.

– Как ты мог снова уйти в паранойю и передумать! – в миг из тихой девушки Кассандра превратилась в фурию.

Она начала в своей привычной манере швырять все попадающиеся под руку предметы. Одна граненая статуэтка задела меня, разрезав щеку и пролив кровь на ворот белоснежной рубашки.

Воцарилась тишина. Мы оба сильно обидели друг друга и теперь непонятно, за кем стоял первый шаг.

– Боже, Эдриан, я не хотела! – Кассандра сдалась, подлетев ко мне уже без грамма враждебности.

Она начала вытирать платком кровь и целовать мою раненую щеку. Я перехватил ее губы и завладел ими, полностью растворяя в поцелуе всю бурю эмоций сегодняшнего дня. Кассандра не остановила меня, а, наоборот, впившись в волосы, попыталась перенять доминирование и оставить за собой право владеть мной.

Мы слились воедино, все еще плескаясь в коктейле наших чувств. Секс помог сгладить все неровности и неоднозначности выбора. Я любил эту женщину и больше не собирался в ней сомневаться.

– Дональд, я хочу, чтобы ты прекратил расследование, – набрав номер помощника, я даже не вылез из объятий Кассандры, а наоборот, еще плотнее в них укутался.

– Но мистер Кроуфорд, мы только нашли зацепку, – возразил собеседник.

– Я принял решение, и ты выполнишь мой приказ.

После сказанного повесил трубку и поцеловал будущую супругу.

– Эдриан, если ты делаешь это ради моего спокойствия, но все еще продолжаешь сомневаться во мне…

– Я никогда в тебе не сомневался, глупышка. Все провокации были направлены на отца, – перебил Кассандру для уточнения.

– Но разве сейчас ты доверился ему?

– Нет, но я хочу наслаждаться нашим миром и нашей семьей, а не рыться в чужом прошлом, – на этих словах мы поставили точку и попрощались с моими навязчивыми мыслями.

Оставался только один нерешенный момент – моя командировка, которая напрочь сбивала все планы. Кассандра еще не была в курсе, и, честно говоря, после недавнего конфликта я не хотел наблюдать ее второй акт гнева.

– Эдриан, я был удивлен, когда получил приглашение на обед. Обычно ты не жалуешь меня в своем доме, – журил Арчибальд, еще не успев переступить порог.

– Говори тише, Кассандра спит. Я позвал тебя для разговора, а не для трапезы.

– О, а это что? Надо быть аккуратнее, когда бреешься, или тебя никто не научил? – продолжал надсмехаться отец, увидев рану на щеке.

– Как мне помнится, ты меня не учил даже ходить, а уж бриться и подавно, – парировал я, намеренно возрадовавшись, что папа принял порез, оставленный Кассандрой, за неумелое обращение со станком.

– О чем ты хотел поговорить? – сменил тему Арчибальд, когда не получилось придумать достойный ответ на мой вызов.

– Есть возможность отложить поездку в Вашингтон?

– Нет, – твердо рявкнул отец.

– Мне нужно решить кое-какие дела с Кассандрой, это важно…

– Думаешь, мне не плевать? – удивился отец.

– Тебе же было не плевать на их семью. Думал, я не узнаю о твоей связи с ее матерью?

– И что? Была небольшая интрижка, мы с Чарли уже все утрясли. Тебе не подкопаться ко мне, Эдриан.

Прямо сейчас я подавлял желание вмазать этому напыщенному ублюдку.

– Надеюсь, ты изменишь решение, когда узнаешь о причинах моего нежелания лететь в командировку. Ты скоро станешь дедушкой! – это был последний козырь в моем арсенале, и он сгорел с треском.

– Молодец, хоть на что-то ты способен. Не переживай, я позабочусь о Кассандре в момент твоего отсутствия, – ухмылка не сходила с лица подонка, а у меня возник приступ тошноты, представляя, как Арчибальд «заботится» о моей возлюбленной.

Недельная командировка принесла больше пользы, чем вреда, зря я так бушевал. Вдалеке от Кассандры, наконец, угомонил воспаленные мысли и трезво взглянул на все происходящее.

Я стану отцом… Оставшись в одиночестве, взглянул более реалистично на эту перспективу, перестав витать в облаках. Воспитание ребенка – это не только игрушки и качели, но и огромная ответственность. Мне нужно быть более сдержанным с Арчибальдом, ведь он не только мой отец, но и директор, а потерять работу я не могу. Сейчас не время для протестов и грандиозных творческих планов, на которые хотел сделать упор ранее. Ради своей маленькой семьи должен пожертвовать личными амбициями, пока не составлю более удачный и продуманный план независимости.

К моему удивлению, дома меня встречала не только невеста, но и наш «доблестный» покровитель. Арчибальд по-хозяйски расхаживал по особняку, раздавая приказы несчастным слугам. Одна Аманда сияла пуще рождественской елки, с удовольствием выполняя любую прихоть своего господина.

– Давно мой отец здесь? – спросил новенькую горничную Лилу. Видимо, Арчибальд специально подгадал, чтобы приехать к моему возвращению и сразу же испортить день.

– Мистер Кроуфорд старший жил здесь всю неделю. Как только вы уехали, он попросил подготовить для него гостевую комнату, – рассказала девушка.

Услышанное заставило насторожиться. Что за игру снова затевает Арчибальд, хозяйничая в доме в мое отсутствие? В голову полезли грязные мысли, но я знал, что Кассандра слишком себя уважает, чтобы лечь в постель со стариком. Хоть отец и пытался распространить на нас свою власть, все же нам удавалось сохранять гордость.

Мне стало противно, что подобные догадки вообще пришли на ум. Это все Арчибальд Кроуфорд, он, как опасная болезнь: едва оказавшись рядом, заражал и разрушал все вокруг.

– Эдриан! Добро пожаловать домой, сынок! – с насмешливой улыбкой поприветствовал старик.

– Мне доложили, что ты всю неделю здесь торчишь. Разве нет других дел? – сквозь зубы проговорил я, но сразу осекся, напоминая, что нахожусь в зависимом от него положении.

– Как я мог оставить свою будущую сноху одну. Тем более, когда она носит Кроуфорда третьего.

– Может, родится девочка, – развеял я тщеславные грезы Арчибальда. Он гордился своей фамилией и хотел, чтобы род Кроуфорд существовал вечно.

– Тогда вам придется постараться еще раз, чтобы у фамилии был наследник. Если ты не справишься, я подсоблю.

Я испытывал отвращение к этому человеку. Какой нормальный отец позволит себе такие мерзкие шуточки в адрес своего сына? И самое скверное, что не мог выставить его за дверь, оставаясь в долгу.

В холл спустилась Кассандра и бросилась обнимать меня, словно мы не виделись месяцы, а не неделю. Скорее всего, она искала во мне спасение от Арчибальда. Представляю, какая тяжелая у нее выдалась неделя, ибо она так же, как я, понимала, что отец имеет полное право находиться в этом доме.

– Кассандра, ты не против: я внес в список гостей еще троих человек, новеньких акционеров? – доброжелательный тон отца меня удивил, но я не подал вида.

– Конечно, я не против, мистер Кроуфорд. Вечеринка будет на заднем дворе, а там достаточно просторно, – с улыбкой ответила Кассандра и, кажется, ее нисколько не коробило давление Арчибальда.

– Аманда! Ты не видишь, твоя госпожа спустилась. Быстро принеси ей чай! – приказал отец служанке, и она со всех ног понеслась на кухню.

Когда мы с Кассандрой остались одни, она усадила меня на кресло, подошла сзади и начала массировать мои плечи. Я догадался, что это отвлекающий маневр, и не собирался поддаваться ее уловкам.

– Что еще за вечеринка? – строго спросил я.

– Милый, ты, что забыл? Мы еще в том месяце планировали этот домашний прием, – сладким голосом пролепетала Кассандра.

– Прием в честь помолвки, – напоминал я, – а, насколько помню, предложение я еще не сделал. Или этот момент уже никого не волнует и все решено без меня?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.