Светкин дар
Часть 1
Ольга Токарева

Редактор Юлия Рудышина

Дизайнер обложки Галина Скоркина

© Ольга Токарева, 2024

© Галина Скоркина, дизайн обложки, 2024

ISBN 978-5-0055-2790-5 (т. 1)

ISBN 978-5-0055-2791-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Часть 1. Светкин дар

Глава 1. Дар

Светка потянулась, просыпаться совсем не хотелось. Как хорошо в выходной понежиться в теплой кровати! Если бы не одно «но» – ее кошка Филька, принесшая очередных пятерых котят. Банда быстро подросла и теперь носилась друг за другом с раннего утра, топая лапами по полу, словно стадо бизонов. Ладно если бы только носились, так нет, набегавшись, они забирались к ней на кровать и устраивали целую бойню, воюя друг с другом и кусаясь.

Светка натянула одеяло на голову, и тут же по ней промчалась очередная пара котят.

– Все, достали!

Откинув одеяло, она встала. Филька, как будто этого только и ждала, жалобно и хрипловато промяукала и потерлась о ее ногу.

– Слушай, ты – ошибка природы! – зло крикнула Светка, нахмурив брови и смотря на кошку. Постоянный недосып сказывался на всем, а особенно на и так взрывном характере. – Только корми тебя, а ты в благодарность – на тебе, хозяйка, котят, причем каждые четыре месяца. Бери, радуйся счастью! Есть же у других кошки, раз в год принесут одного котенка и целый год отдыхают, а я с тобой и твоим потомством как в дурдоме живу! Стерилизовать бы тебя, так ведь еще этих котят не раздала, а ты уже опять брюхатая!

Кошка в ответ опять жалобно замяукала.

– Да неужели! – передразнила Светка кошку, коверкая ее жалостное мяуканье. – Смотрите, кишки свело от голода! И какой только придурок подкинул тебя к нам. Как у людей совести хватает. Берут котят, наиграются с ними, пока маленькие, а потом – и кому же такую хорошенькую кошечку отдать?! Да как кому?! Вон, в деревнях кошек совершенно нет! Там деревенские все исстрадались без этих милых пушистых комочков. Вручим бесплатно!

И везут, бросают – и что Светке оставалось делать, когда пришлая кошка родила ей на чердаке котят. А что родила, стало понятно по ее безумно голодным глазам и прилипшему к ребрам животу. Пришлось кормить, но в дом не забрала, муж орал дуриком.

– Опять прикормила! Развела здесь кошатник!

– Не прикормила, а просто кушать давала, она же следом бежит и орет. Мать ведь. Как не покормить.

– Дура!

– Да пошел ты – туда, где Макар телят не пас!

Светка вспомнила очередную перепалку с мужем из-за кошки. Филька стала их третьей кошкой. До этого была Маруся, хорошая была, жаль, прожила совсем немного. Идя утром на работу, Светка увидела на асфальте сбитое животное, от страха сразу отвела глаза и пошла на автобусную остановку.

У нее всегда замирала душа от страха, если она видела мертвое тело, и совершенно не было разницы – человек это или животное. Идя с работы, женщина опять постаралась не смотреть на страшное зрелище. Кошка не пришла ни в тот день, ни в последующие. Иногда мелькала страшная мысль, что там, на дороге, их кошка, но Светка быстро отбрасывала ее и все ждала. Бывало, Маруська не приходила домой и до трех дней. Через несколько дней пустынных вечеров без мурлыканья пришлось подчиниться внутреннему чутью, шепнувшему в очередной раз: «Это она, твоя кошка, и все, что от нее осталось за эти дни – одна только шкурка».

Взяв лопату, Светка пошла на дорогу и отскребла от асфальта останки Маруськи. Обошла двор, вырыла яму и положила туда шкурку кошки. Комья земли прятали под собой останки, хоронили воспоминания, оставляя шрамы на и так израненной от потерь женской душе. Пока Светка делала аккуратный холмик, слезы заволакивали глаза, и она шмыгала носом, едва проглотила подкатившийся к горлу комок, пытаясь удержаться. Доделав последние штрихи на могилке, выпрямила спину и осталась стоять, постепенно погружаясь в воспоминания. Они закручивали ее в водоворот событий, опускаясь на самое дно, с самой первой встречи с Маруськой.

Правда, тогда она не была Маруськой, а была простой, обыкновенной кошкой, прибежавшей к их двери. Жалобно мяукая, она выпрашивала еду. Светка вспомнила, как разозлилась и погнала кошку прочь.

Муж на нее всегда орал из-за того, что она подкармливала всех соседских кошек. Ссоры в семье ей были не нужны, покорми один раз – и будут ошиваться у дома, а ты потом выслушивай оскорбления и маты.

Светка разозлилась на себя, на свою никчемную жизнь, подняла камень и бросила вдогонку убегающей кошке.

Кошка оглянулась. На Светку смотрели глаза, наполненные болью, страхом и диким голодом, сводящим желудок животного, заставляющим бродить по чужим домам, выпрашивая еду. Вмиг пробрал озноб от этого взгляда, слезы заволокли глаза, на душе стало погано и муторно: «Что я, тварь какая-то, она ведь всего-то еды попросила, голодная, видно, сильно».

Кошка вернулась, может, голод гнал ее, а может, видят они нутро человеческое, и как бы Светка не кричала и не топала ногами, душа у нее была доброй. И поэтому, увидев кошку на следующий день, Светлана бросилась к холодильнику, отрезала несколько ломтиков колбасы и вынесла их полосатому созданию. Ей было очень стыдно за свой вчерашний поступок, все это время душа была не на месте. Перед глазами постоянно стояла убегающая кошка и ее глаза, наполненные глубокой болью и страхом.

Положив еду у порога, Светка отошла немного в сторону, а кошка только того и ожидала – сразу с жадностью набросилась на еду. Откусывая большие куски и, не разжевывая, давилась, пытаясь их проглотить.

– Сколько дней ты не ела, бедная, – со щемящей тоской и жалостью в голосе проговорила женщина. Вновь вернулась в дом, отрезала еще колбасы, налила в пластмассовую миску молока и вынесла кошке.

Та вначале отскочила, наверное, помнила, как еще недавно этот самый человек гонял её. Поэтому верила и не верила, боялась, смотря на Светку, но запах колбасы был сильней, и кошка вновь набросилась на еду. Съев все до капельки, понюхала поставленную миску и стала лакать молоко. Наевшись, взглянула на Светку добрым сытым взглядом и убежала.

А на следующий день, когда Светка пришла вечером с работы, кошка сидела у дома.

– Так ведь и знала, что этим все закончится! – проворчала она, глядя на кошку, и вошла в дом. Муж тоже был дома, и тогда пришлось выслушать, все, что он о ней думает. В ответ Светка молчала, знала, что мужчина должен сказать свое слово.

– Чего молчишь?

Муж не любил, когда жена огрызалась, но и терпеть не мог, когда настырно замолкала. А что она умеет молчать, он прекрасно знал, но в данной ситуации молчать нельзя, и Светка ответила.

– Тебе надо, ты и гоняй! Что я тебе, цербер какой. Хочешь в рай попасть за чужой счет.

Она знала, сейчас он наорется и успокоится, по натуре мужик добрый. Угораздило же ее выйти замуж за мужчину, рожденного по гороскопу в год Тигра, да еще в придачу Тельца.

Это сейчас щелкнул по компьютеру, пробежал пальчиками по клавиатуре, и на тебе – полное описание твоего характера. А если скучно на досуге, можешь почитать, с кем у тебя удачливый брак. В молодые годы, когда Светка жила еще в Советском Союзе, мало кто соображал в этих делах. Бывало, конечно, кто-то доставал переписанные от руки гороскопы. Взяв трепетно «шедевр», с волнением вчитывались в каждое слово. Но особой веры не было во всю эту муть, мало ли что напишут. И только оглядываясь назад, чешешь свою голову и отчетливо понимаешь, что во всем виноваты гребанные гороскопы.

Союз Тельца и Овна – сложный брак, с одной стороны, баран стоит в стойле и мекает, спокойный такой, добрый, а с другой – лучше не проверять его гнев. И Светка была тихой долгое время, пока не вышла замуж. Она старалась навести уют в доме, приготовить поесть, всяко ублажить мужа. Долго думала, что так и должно быть в каждой семье. В ответ получала издевки, насмешки и обзывания, скопившаяся обида ударяла по душе болью и, не вытерпев, женщина обычно убегала к себе в спальню реветь. А муж, ухмыляясь, начинал ее передразнивать, зло так, всхлипывая и коверкая свою рожу.

Сначала был шок от этого – она смотрела на него и не верила своим глазам. Практически все мужчины не переносят женских слез, откуда в нем такая жестокость? Теперь, конечно, Светка понимала, отчего и почему. Все дело в том, под какой звездой ты родился. Сейчас уже не вспомнить, когда она первый раз огрызнулась. Мало того, если что было не по ней, могла и в рожу когтями вцепиться. Взрывной характер Овна все чаще выползал наружу. И в молодые годы ходил ее муж с поцарапанным лицом. С возрастом просто поворачивался и подставлял свою широкую спину. Конечно, захотел бы он ее ударить, то летела бы она как пушинка в другой конец комнаты, но он не бил, а иногда просто смеялся, все больше стараясь вывести ее из себя.

– Вампир! – кричала она в гневе. – Не подходи ко мне, скотина, а то пришибу тебя чем-нибудь!

И здесь уже выходил наружу скопившейся гнев, а к нему добавлялся яд змеи, в год которой она родилась. В одном гороскопе Светка прочитала совет Тигру: «Не будите в ней зверя, в гневе она питон». Только Светка была питоном, что носит капюшон и встал в боевую стойку, терпеливо выжидая момент, когда можно броситься в атаку. Вот тогда ее муж был бедным, Светка орала так, что тряслись стены в доме, в мужчину начинало лететь все, что попадалось ей под руки, в придачу вспоминались все его уже совершенные и будущие прегрешения.

Так было и в этот раз, наоравшись, она крикнула мужу, уходя в спальню:

– Возьми ружье и пристрели, чтоб не бегала и есть не просила!

Последние слова подействовали на мужа как ушат холодной воды. Он пришел к ней в комнату через некоторое время, ласковый и совершенно спокойный.

– Она ж тебе котят принесет, что ты с ними делать будешь?

– Да отвали ты от меня, вот когда окотится, тогда и решу!

А сама про себя думала: «Вот гадина, страшно стало, когда представил, как из ружья по кошке палишь, вот и залебезил».

Кошку назвали Маруськой, она была неприятного крысиного окраса, чем еще больше раздражала мужа, так как крыс он просто не переваривал. Правда, мордочка у нее была красивой, на лбу проходили ярко выраженные черные полосы буквой «М». В дополнение к ним три черные полосы как ожерелье обрамляли ее шею, кончик хвоста тоже был черным. Больше всего в кошке Светку поражали глаза – желтые, яркие, меняющие выражение в зависимости от обстоятельств, и казалось – все с полуслова понимающие. Хотя человеческую речь кошки не могут понимать, это доказали ученые. Но, с другой стороны, кошки ведь им об этом не сказали, тогда и верить незачем всем этим ученым.

Еще одним открытием было, что кошка оказалась полудикой. Светка сначала была даже ошарашена таким открытием.

«Как же так, ведь сидела у дома и есть просила, и незаметно было, чтобы дикая была. Голод отодвинул страх перед человеком, а когда она его немного утолила, страх вновь стал первоочередным».

И Светке потребовалось немало труда и внимания, чтобы приручить кошку к дому. Постепенно, все лето, любовью и ласковым словом она приучала животное. Сначала миску ставила у порога, затем заносила ее в дом, а дверь оставляла открытой. Маруська с опаской вбегала, быстро съедала содержимое и убегала, если же дверь закрывали, дико мяукала от страха. Но все-таки доброта победила, и вскоре кошка стала оставаться на ночь.

Муж быстро привык к кошке, он оказался большим кошатником. Сидя за столом, отдавал Маруське самые лакомые кусочки, и та за его заботу давала себя погладить и устраивалась спать рядом с ним на диване. Но она не оставалась у них жить постоянно, бывало, пропадала на сутки, затем вновь появлялась, и все время оглядывалась по сторонам и вздрагивала при любом шуме. Маруська была очень ласковой кошкой, терлась мордочкой о руку, чтобы ее гладили, и при этом распевала свои песни, сильно урча. Вскоре животик у Маруськи округлился.

– Вот, дождалась, – ворчал муж.

– Ты чего переживаешь! – в ответ огрызнулась Светка. Сжав зубы от злости, зная, что сейчас опять сцепится с мужем, развернулась, ушла в свою спальню смотреть телевизор.

Муж пришел следом, он еще не закончил разговор.

– Чего ты в телевизор впялилась, я ведь спросил, что будешь делать с котятами?

Светка насупилась, ее ноздри то и дело широко раздувались от кипевшего внутри возмущения. Но она старалась успокоиться, не отрывая глаз от телевизора, молчала. Только понимала, что от мужа не так просто отвязаться.

– Отвали ты от меня, когда родит, тогда и решу, что делать! Чего ты за мной ходишь как надзиратель? Иди ей скажи, чтобы не гуляла и не рожала! – Светка стала переходить на крик.

Видя, что жена кипит от гнева, муж, как ни в чем не бывало, крикнул, уходя:

– Дура страшенная!

– Сам ты пять лет не умывался! – зло выкрикнула она вдогонку, сжав руки в кулаки от гнева.

Кошка в скором времени окотилась, правда, неизвестно где. И котят своих она не кормила, это было видно по ее необсосанным соскам.

– Где ж твои котятки? – с тоской в голосе приговаривала Светка, гладя Маруську по шерстке. Та ласково терлась об ее ноги и мурлыкала, но в глазах ее застыли печаль и боль. Теперь стали понятны частые отсутствия кошки, ее боязнь людей. Просто их Маруська жила еще в одном доме, и хозяин, видать, был на редкость жестокий человек.

– Маленькая, тебе, наверное, больно, – продолжая гладить кошку, Светка размышляла.

«Разве можно залезть в сознание животного и понять, что оно чувствует, потеряв своих детей. Вот только мучилась, котянилась, и все – тут же их нет. Некого облизывать, любить, некого кормить своим молоком, которое все прибывает и прибывает, распирая и без того набухшие сосцы».

Женщина даже слышала, что кошки сходили с ума, когда у них сразу забирали новорожденных котят. Нам кажется, что животные ничего не понимают, и мы бездушно забираем у них детей. А может, людям все равно, их не волнуют душевные терзания братьев меньших. Мы слишком умные, большие и сильные.

Светка никого не винила, в ее жизни тоже бывали моменты проявления жестокости с ее стороны, и она со стыдом и горечью в сердце иногда вспоминала об этом.

Все это всплыло из прошлого, пока она смотрела на маленький холмик черной земли, и горячие слезы текли по Светкиным щекам. Не так легко расстаться с существом, подарившим тебе столько душевного тепла и ласки. Растерев рукой слезы по щекам, женщина тяжко вздохнула.

– Спи спокойно, Маруська.

«Только чему тут спать – одна шкурка осталась», – подумала Светка, с тоской кинув последний взгляд на черный холмик земли.

Взяв лопату, почти развернулась, чтобы уйти, и тут увидела, как ее кошка Маруська вылезла из земли. Конечно, не телесная оболочка, а фантом. Или душа, если она есть у животных. «Кошка» ласково смотрела на Светку, виляя хвостом.

Маруська была похожа на тень, но только с ярким очертанием тела и глазами, в которых выражались мольба, лукавство и радость.

Увидеть такое Светка никак не ожидала. Волосы на голове у нее зашевелились от жути, колкие мурашки страха прокатились волной по телу. Она попятилась, споткнулась и чуть не упала – этого просто не может быть!

«Кошка» спустилась с холмика, вновь села и завиляла хвостом.

Ураган жутких мыслей, картины страшных сюжетов о привидениях, которые видела когда-то Светка, всплыли в памяти.

«Маруська собирается идти со мной. Ей до сих пор кажется, что она живая».

Представив, как по дому ходит не пойми что, Светлана испытала еще больший трепет. От макушки до самых пят опять прошел колючий озноб, наполнив все тело холодом и отчаяньем.

Как остановить то, что в принципе не должно существовать? Но ты ведь видишь то, чего никто не видит?

Смотря на фантом кошки, женщина от отчаянья прошептала:

– Тебе со мной нельзя, никак нельзя, понимаешь? Оставайся здесь! Я не могу взять тебя с собой.

Ноги налились тяжелым свинцом, когда Светка увидела грустный взгляд пустых глазниц. Неужели «кошка» все понимает?

«Это просто невозможно! Кошки не могут понимать человеческую речь и так смотреть. Но это ведь не живая, а мертвая кошка. Тем более, как может быть разумна энергетическая оболочка мертвого существа?»

Фантом кошки сел, излучая грусть смерти и одиночества.

Не в состоянии больше все это видеть, Светка развернулась и пошла домой, спиной чувствуя взгляд мертвого существа.

«Этого просто не может быть, – в очередной раз говорила она себе, – скажи кому, сразу в дурку отправят. Не может этого быть! Маруська ведь ясно понимает мою речь. Да что там речь, она видит меня. Но она ведь мертвая!»

С головы до ног Светку вновь окатило колким холодом, тело покрылось острыми мурашками. Между лопаток появился зуд, так бывает, когда на тебя смотрят колючим недобрым взглядом. Не вытерпев, она повернулась. «Кошка» одиноко сидела возле холмика и смотрела на нее глазами, полными осуждения и тоски.

– Не могу я тебя забрать, слышишь, не могу!

Не в силах больше выносить это, Светка разревелась и побежала домой, голова горела огнем, разум отказывался воспринимать увиденное.

Мужу говорить о том, что только с ней произошло, не стала, в штаны наложит от страха или у виска покрутит.

Придя домой, Светка залезла под одеяло, ее всю колотило от холода и страха, перед глазами так и стояла «кошка».

«Боженька, родненький, что же это такое?» – прошептала она. Лежа в постели, стала вспоминать все, что когда-то читала или слышала про привидения.

«Некоторым даже удавалось сфоткать бесформенную массу. Говорят, маленькие дети видят многое: ангелов, призраков, домовых. В это, конечно, можно поверить, но с другой стороны, где доказательства?»

Все переворошив в своей памяти, Светка так и не могла ничего вспомнить про привидения животных. Хотя привидения белые, а это был темный сгусток энергии, с четко выраженными очертаниями тела. А еще и повадки! И даже черные глаза так реально выражали боль и грусть… Может, этот сгусток энергии черный из-за того, что кошку сбили? Что она пережила в тот момент? Что чувствовала? Один миг, разделяющий жизнь от смерти. Может, Маруська и не поняла, что умерла?

Светка накинула одеяло на голову, ее всю колотило, ноги и руки были ледяными. Свернувшись калачиком, она поднесла руки к губам и дула на них, пытаясь согреться горячим дыханием.

Лежа под одеялом, она еще не догадывалась, что увиденный ею фантом мертвой кошки – всего лишь первый признак пробуждения в ней дара. Тот, кто решил наградить ее этим даром, решил показать лишь маленькую часть мира, скрывающегося от обычного человека. А пока Светлана тряслась от холода и молилась, успокаивая себя.

В комнату вошел Генка, оглядел закрывшуюся с головой жену, толкнул ее рукой.

– Ты чего?

Светка высунула голову из-под одеяла, увидела нахмуренные брови, встревоженный взгляд мужа,

– Маруську похоронила.

– Ты уверена, что это она?

– А кто еще, пять дней уже нет! Перебегала дорогу, машины носятся как ошалелые, сбили и дальше поехали.

Генка вздохнул и помрачнел еще больше.

Светка понимала, что для мужа это большая трагедия. Спали с ним уже давно врозь, она в спальне на кровати, а муж на диване. И вторую половину дивана занимала Маруся. И теперь он потерял любимое существо, которое каждую ночь пело ему песни, ласкалось головой об руку, и подставляло носик для поцелуя, выражая тем самым свою любовь. Светка увидела блеснувшую в глазах мужа слезу, но чтобы не показывать свою слабость, он отвернулся и, выходя из комнаты, спросил:

– А ты чего в постель залезла?

– Плохо себя чувствую.

– Может, чаю сделать?

– Лучше кофе с молоком и медом.

Она слушала, как муж гремит на кухне чайником, что-то уронил.

«Переживает, а может, даже и плачет, только не показывает. Только что я могу сделать? Знаю ведь, что он органически не переваривает, когда я болею».

В молодые годы, когда иногда болела, он вытаскивал ее из постели и заставлял готовить. Вспоминала сейчас, как кричала ему со слезами на глазах: «Тебе самому не приготовить?! Я ведь еле живая!» Только все зря, муж был непреступен как скала, конечно, лучше крутить педали на тренажере, чем стоять у плиты.

Муж следил за своим здоровьем, каждый день у него начинался с тренажера. Затем бежал в душ и обливался холодной водой, а Светка в это время еще смотрела сны. Спорт органически не переваривала, а насчет холодных обливаний лучше было даже не соваться. Потому что от холода ее тело становилось синеватого оттенка. Она считала, что сон – лучшее лекарство, и лично ей он помогает.

Через некоторое время муж принес кружку с кофе, расстелил полотенце на тумбочке и поставил блюдце с бутербродом. Он погладил Светку по голове, жалея, затем поцеловал.

– Я люблю тебя, а ты?

Светка в ответ молчала, любовь ушла давно, она исчезла, растворилась от боли и несправедливости. И это тоже было давно, как говорят, в одну реку дважды не входят, а они вошли, но из этого ничего не вышло, так и жили под одной крышей, как поется в одной песне – «Нелюбимые с нелюбимыми». Просто Светка знала, что он ее не любит, не может человек, который любит, унижать другого и оскорблять. Поэтому с грустью ответила:

– Спасибо.

И принялась молча есть да смотреть телевизор. Еда ее успокоила, но в мыслях она вновь и вновь возвращалась к земляному холмику.

«А что, если Маруська все-таки пошла за мной и сейчас сидит где-нибудь на кухне и смотрит на мужа, ждет, когда он ее покормит. А, может, легла уже к нему на диван? Или трется своей мордочкой о его ноги?»

Холодные мурашки вновь пробежали по телу. Светка поежилась, встала с постели, пошла на кухню – отнести кружку и заодно посмотреть «кошку». Внимательно просмотрела все закуточки.

– Что ты тут шаркаешься, мешаешь телевизор смотреть! – недовольно прокричал муж.

– Лежи молча, не твоего ума дело, – тотчас ответила она.

– Если полегчало, может, сексом займемся? – быстро поменял тему муж.

– Отвали от меня со своим сексом, я не в том настроении, чтобы тебя ублажать, лежи, смотри свою политику!

Удостоверившись, что привидения Маруськи нигде нет, Светлана быстро шмыгнула в свою комнату.

– Вот зараза, кто о чем, а этот только об одном думает, а я тут едва от страха не кричу.

Выключив свет, она легла на кровать и вскоре уснула.

В течение месяца Светке пришлось похоронить рядом с Маруськой еще двух котов, сбитых машинами. К ее счастью, никаких фантомов или призраков животных она больше не видела. Одного мертвого кота она нашла у себя в огороде под забором. Второго – прямо на дорожке, ведущей к дому. Одиноко и скучно было ее кошке, вот и собрала себе компанию.

Когда Светка рыла могилку для третей кошки, то вдруг подумала:

«А если бы я не увидела тогда фантом Маруськи, и она бы прошмыгнула за мной в дом, кто знает, что бы с нами было».

Представив картины одну страшней другой, Светка на всякий случай перекрестила холмики и заспешила домой, не оглядываясь.

***

На следующий год Светка пошла развешивать белье под навес и с чердака сарая спрыгнула кошка – белая с черными пятнами. Она жалобно мяукала, выпрашивая еду.

– Тебя мне только не хватало, и откуда вы только беретесь на мою голову?! – зло крикнула Светка на кошку, но та, не обращая внимания на недовольство в голосе стоящего перед ней человека, опять хрипло замяукала.

Светка не стала кормить кошку, думая, что та уйдет и поищет себе более дружелюбный дом. Но не тут-то было, кошка никуда уходить не собиралась, и к середине лета Светка заметила у нее округлившийся живот.

Муж метал молнии от злобы, а Светка не понимала, за что ей все это. Ведь, по правде сказать, она совершенно ровно дышала на братьев меньших, то есть огромной любви к ним не питала. Могла погладить, но вот спать, как муж, в обнимку и сюсюкаться – это было не в ее стиле. Вскоре кошка окотилась. Светлана представила, как через год по чердаку сарая бегают пять или шесть диких кошек, и ей стало дурно. Быстро отправила сына на чердак, тот нашел в огромной сумке котят. Они переложили четверых котят в большую коробку, но кошка тотчас прыгнула туда, заслонив их собой, громко замяукала.

– Не бойся, не заберу.

Светка рассмотрела котят, они оказались все дымчатого цвета.

– И где ты только такого кота раздобыла?

– А какая у нее кличка? – спросил сын.

– Никакая, ничего придумать не могу, да и кошка ведь не наша.

Сын наклонился, погладил кошку со словами:

– Фита, красивая.

Кошка, на удивление, с первого раза приняла свою кличку. Так у них появилась еще одна кошка, но не сразу муж разрешил взять ее домой. Через два месяца Светка раздала всех котят, свозив их в город.

Второй выводок котят кошка принесла осенью, на том же самом чердаке. Ночью температура опускалась до минус пяти, и Светка, лежа в постели, представляла, как Фита в такой холод согревает своих малышей. Самым страшным было смотреть, как она ест, быстро хватала еду, не пережевывая, и убегала к своим котятам. Не вытерпев, Светлана пошла в наступление, она насупилась и изрекла, со злостью смотря на мужа:

– Мороз ночью до минус десяти, они там все замерзнут.

– И чего ты предлагаешь?

– Давай домой занесем.

Карие глаза блеснули гневом.

– Да задолбала ты со своими котятами! – заорал он. – Говорил тебе, не прикармливай!

Светку понесло.

– Что я ей, по-твоему, могу сказать – проваливай отсюда! Она что, человеческий язык понимает?! В сарае лучше бы дырки заделал, чтобы коты не лазали!

Широкие дугообразные брови мужа взлетели на лоб.

– Опять я виноват.

– А кто еще, я что ли?!

Светлана отвернулась, едва сдерживая улыбку.

«Все равно будет по-моему».

Геннадий, матерясь, взял лестницу, подставил к сараю и полез на чердак.

Светка стояла внизу и внимательно наблюдала. Котята были в большом скрученном рулоне. Муж осторожно доставал их и передавал ей. Она быстро перекладывала их в корзину, прикрывала тряпкой, чтобы не простудились. Котят оказалось четверо и все разного окраса. Передав последнего, муж слез с лестницы и забрал корзину. Светлана взяла кошку и всю дорогу крепко держала ее, потому что та пыталась вырваться. Дома они положили котят в коробку, кошка тотчас стала их облизывать. Она не вылезала из коробки всю ночь и целый день. Светка чувствовала, как кошка отогревается в тепле.

***

Через два месяца, к Новому году, Светлана, положив котят в переноску, повезла их в город на старое место. Встав в подземном переходе к метро Купчино, достала котят, пристроила их у себя на руке и стала смотреть на проходящих мимо людей с надеждой, вдруг к Новому году кто захочет сделать себе или кому-то подарок.

И правда, первой подошла девушка, она погладила кошечку трехцветку.

– Я заберу вот этого котенка.

– Говорят, трехцветки приносят счастье! С наступающим Новым годом!

Улыбаясь, Светлана передала кошечку девушке.

Та взяла кошечку, засунула ее за пазуху и пошла счастливая.

Второго котенка забрала мать с ребенком. Такого же окраса был третий котёнок, только чёрного цвета. Его забрала семейная пара с мальчишкой.

– Вы продаете? – спросила девушка и погладила котенка.

– Нет, я отдаю в добрые руки.

– А это котик или кошечка?

– Это котик.

Мальчишка держал обоих родителей за руки и переводил свой взгляд то на одного, то на другого.

– Мам, давай возьмем котеночка.

Девушка смотрела на мужа и улыбалась.

– Что ты на меня так смотришь? – смотря на нее, произнес он.

Девушка продолжала молча смотреть.

Мальчишка перевел свой взгляд на отца, и жалобно попросил:

– Пап, давай возьмем котенка.

Видя, что родители не особо хотят брать котенка, Светлана решила отговорить мальчишку.

– За котенком нужен уход, кормить, лотки убирать.

Мужчина продолжал счастливо улыбаться, не отрывая своего взора от жены.

– У кого на шерсть аллергия?

Девушка сияла, улыбаясь, продолжая молча смотреть на мужа.

И тут Светка поняла – между этими молодыми людьми большая любовь, светлая и чистая. Девушка с любовью смотрела в глаза своему любимому, а он таял, наслаждался и растворялся в ее любви. Светлана переводила свой взгляд с парня на девушку и не верила своим глазам.

– Коты еще мебель дерут, – промямлила Светка, – правда, у нас дома не дерут.

– Да я знаю, как их приучать, – ответил парень, все так же не сводя влюблённых глаз с жены. – Ну что с вами делать, берем! – произнес он, и его губы расползлись в счастливой улыбке.

– Ура! Ура! – закричал мальчишка и запрыгал от радости.

Светка никак не ожидала такого поворота событий, протянула котенка мальчишке. Тот, счастливый, аккуратно взял его и прижал к своей куртке. Молодая пара ушла, оставив след счастья и любви.

У Светланы на душе было радостно, тепло и светло.

«Любовь, как она восхитительна, аж дух захватывает и внутри сияет солнце, наполняет все клеточки счастьем и красотой. Надо же, побывала в их ауре любви и стою, наверное, как дура, с мечтательной улыбкой на лице».

Но ее мысли прервал мужчина.

– Почем котенок?

Светлана держала на руке последнюю кошечку, она была самая маленькая и самая любимая, чем-то похожа на первую, только окрас у нее был приглушенным. Бледно-коричневое пятно на мордочке, заходящее на нос, остальная часть мордочки бледно-дымчатого цвета, на спине перемешивались такие же пятна, а брюшко и лапки – белые. Светка сама не поняла, как вымолвила:

– Тысяча рублей.

– Чего?! – нахмурившись, изрек мужчина.

– Ничего, – ответила Светка и чуть не закричала от ужаса. Оцепенев от страха, она смотрела на мужчину. За его спиной стояла черная бесформенная масса, чем-то похожая на тень, только более выраженная. Красные глазницы без зрачков зло смотрели на Светку.

Так же зло на нее смотрел мужчина.

– Просто так ляпнула? Не хочешь отдавать?

– Не хочу, – еле слышно ответила Светка, замерев и не отводя расширенных глаз от мужчины.

– Ну и правильно, а то бы я быстро его об забор.

Он окинул Светку пренебрежительным взглядом, развернулся и пошел.

Сущность – не зная почему, Светлана дала такое определение этой бесформенной массе – не отрываясь от мужчины, двигалась за ним.

Прислонившись спиной к стене, Светка чуть не сползла по ней. Закрыв глаза, она чувствовала спиной холод мрамора. Он быстро проникал под кожу, леденил тело, отрезвлял и отвлекал, не давал оцепенеть от пережитого страха.

«Что же это такое было? Мамочка, родненькая, помоги и защити», – прошептала Светлана, едва шевеля губами, уговаривала себя открыть глаза и понимая, что не может стоять здесь все время.

Сосчитав до трех, быстро их открыла и, стиснув челюсти, мысленно заорала. У каждого человека за спиной она видела бесформенную сущность. Они были разного цвета и разного вида. У женщин сущности были женского пола, у мужчин мужского, хотя о каком поле может идти речь – просто они копировали людей, к которым прикрепились. Но это было только первое впечатление, а почему, она поняла только тогда, когда к ней подбежала девушка. Ей было примерно лет тридцать.

– А черненького уже забрали? – спросила она и погладила по голове кошечку.

– Да, забрала молодая пара с ребенком, – собрав все свои силы, промямлила Светка и увидела, как сущность сзади девушки передернулась и наполнилась кубовым цветом, до этого она была серая.

К девушке подошла запыхавшаяся женщина.

– Давай, показывай, где котенок? – Сущность сзади женщины была темно-серого цвета, она копировала мимику женщины.

– Черненького уже забрали, осталась трехцветка. Ты ведь хотела такую кошечку?

Сущность девушки оживилась и еще больше потемнела.

Женщина с брезгливостью рассматривала котенка, обдумывая, стоит ли брать.

– Ладно уж, бери.

Девушка, счастливая, взяла котенка и не успела еще засунуть за пазуху, как Светка, будто назло, решила объяснить про диатезные пятна.

– Там на лапках пятна, скорей всего, диатезные, – не успела она договорить, как женщина приказала.

– Стой!

Рука девушки замерла, в глазах застыла боязнь, ее сущность вдруг разомлела, и Светка увидела, как из девушки в сущность вытекают тонкие темно-синие нити. Девушка протянула котенка женщине, та недовольно осмотрела его лапки. Сущность повторяла выражение лица женщины, став гордой и надменной, и она тоже тянула нити, став темно-серой, лениво потягиваясь. Сердце Светки бешено колотилось, она вся сжималась, боясь, когда к ней совсем близко подползали чужие сущности. Но мысли узнать – а что находится у нее за спиной, Светка отбрасывала прочь, сейчас перед ней стояла задача быстрей раздать котят, а об остальном она будет думать потом.

– Да это, скорей всего, от еды, – решила исправить положение Светка.

– А чем вы ее кормили?

– Сухим кормом, для котят особо ничего не выпускают.

– Ну что вы, котят нужно кормить кашами…

– Ладно, бери, – прервала их разговор женщина и с еще большим пренебрежением и брезгливостью передала котенка, скорей всего, своей дочери.

Девушка быстро засунула кошечку за пазуху, страх отпустил, уступив место безраздельному счастью. Сущность сзади девушки съежилась.

«Интересно, что же ей так не понравилось?» – думала Светлана и смотрела вслед уходящим от нее девушке и женщине.

Голова раскалывалась, Светка вновь прислонилась к стене и закрыла глаза.

«Это все невероятно, неужели я схожу сума».

– Вам плохо? – услышала она заботливый голос.

– Нет, спасибо.

Светлана открыла глаза в надежде, что все будет по-старому, и она не будет видеть этих отвратительных существ. Но оказалось, кошмар продолжался, перед ней стояла женщина с пышными формами. А сущность сзади была раза в два толще.

– Не беспокойтесь со мной все в порядке.

Уголки губ едва поднялись и сразу опустились, подхватив переноску для котят, Светлана быстро пошла по подземному переходу на свою остановку. Всю дорогу смотрела себе под ноги, стараясь не обращать внимания на проходивших мимо людей и не думать о том, что уже несколько раз цеплялась плечом об серые сущности, что ползли за прохожими.

Зайдя в маршрутку, заплатила за проезд, села у окна и прислонила голову к стеклу, закрыла глаза. И вздохнула с облегчением, быстро отогнав от себя страх, когда рядом с ней сел молодой человек.

«Не смей думать о том, что его сущность касается тебя. Забудь. Забудь о том, что видела. Их не существует. Не обманывай себя. Ты прекрасно понимаешь – все, что ты видишь, это реально. Что такое со мной происходит, за что мне такое наказание? Только бы не сойти с ума. А может, уже сошла? Так вела бы себя по-другому? Сумасшедшие не понимают, как они себя ведут, и если бы я сейчас вытворяла что-либо непристойное, то уже давно бы вызвали скорую. Хотя если я все это анализирую, то значит, мозги на месте. Сама себе поражаюсь, как я не завизжала, когда первый раз увидела за мужчиной черную массу».

Светка до сих пор чувствовала спиной твердую холодную стену, ей тогда хотелось скрыться в ней от бушующего внутри страха. Исчезнуть, пропасть с того места, только бы не видеть красные глазницы, пробирающие и прожигающие своей пустотой насквозь. Но она стояла, смотрела на всю эту жуть и не могла оторваться от места. Так что же удержало ее? Котенок – этот маленький, худенький, пушистый комочек. Ей в тот момент стало страшно за его жизнь, и поэтому она переключила всю себя на его спасение. Она ведь тоже мать, и поэтому спасала жизнь маленького существа, прижав его к себе. И если бы в тот момент перед ней появился динозавр, то она ни минуты не раздумывала, а тоже бы бросилась защищать жизнь котёнка.

Просто сработал материнский инстинкт, потому что она ухаживала за котятами с самого их рождения. А когда они подросли, то вечерами залазили к ней на кровать и устраивались спать вокруг. Эта кошечка любила спать возле ее головы, зарывшись в волосы. По утрам она будила Светку, начиная лизать своим шершавым язычком ее светлые волосы.

От постоянного недосыпа Светка переворачивалась на другой бок в надежде поспать еще хоть капельку. Но кошки очень чувствительные существа, и поняв, что хозяйка не спит, они все разом тут же начинили тереться и мяукать, намекая на то, что они безумно голодны.

– Когда вы только нажретесь?! – кричала она на них, злая на то, что в очередной выходной ей не дали поспать.

Так, прислонившись к стеклу и закрыв глаза, она вспоминала то один эпизод из своей жизни, то другой, стараясь отвлечься. Всплыл образ призрака Маруськи, страх, пережитый при виде черного сгустка, ушел в прошлое, а прошлое – это что-то далекое, оно не может сильно ранить, как настоящее. Хотя бывают, конечно, случаи, когда прошлое не отпускает тебя, а возвращается раз за разом, теребя душу воспоминаниями.

Светка не любила прошлое, слишком мало было в ее жизни радостных прекрасных событий, в основном одна боль. И она, поняв, что прошлое изменить нельзя, самые горькие дни своей жизни закрыла наглухо и никогда не открывала эти двери. Она отсекала сразу все воспоминания, если они вдруг начинали к ней ползти.

Воспоминания… почему мы копаемся в них, что пытаемся отыскать? Может, просто анализируем свои ошибки и сожалеем, что поступили именно так, а не иначе.

Светка ничего не анализировала, с ее-то взрывным характером и упрямством. Считала, что все делала правильно, но было одно «но», Светка была до дури наивна. Всегда верила в то, что ей говорят люди, и сильно переживала, если оказывалось, что ею просто попользовались. Не умеющая обманывать, она не понимала, как можно врать, и свято верила, что человек, совравший ей, обязательно раскается и ему будет стыдно за свой поступок. Так и прожила на белом свете вот уже пятьдесят лет, и все это время наступала на одни и те же грабли. Муж вот ей постоянно говорит, что она дура. «Сам дурак», – тут же отвечает ее внутренний голос, встав в боевую стойку на защиту.

Светка тяжко вздохнула, далеко уплыли ее мысли от пережитых событий, просто организм дает небольшую передышку. Скоро она приедет домой, и нужно будет открывать глаза и вновь видеть другой мир. Страшно, очень страшно, только пожалеть и подсказать, почему и для чего у нее открылся такой дар, некому.

Ее мысли прервал водитель.

– Кто просил Павловский вокзал?

Кто-то рядом засуетился, заспешил к выходу.

«Уже Павловск, скоро мне выходить, а может, я сейчас открою глаза, и все будет по-старому. Надо просто очень захотеть не видеть этих страшилищ, а может, даже приказать себе».

И она попробовала.

«Хватит страдать всякой фигней, ты ничего не видела, просто это был глюк, может, сахар от страха сильно подскочил, вот и померещилось не пойми что!»

Убедив себя, что все уже позади, она открыла глаза, и вовремя – как раз была ее остановка. Светка быстро выскочила с автобуса, ей хотелось выть от душевного трепета, по щекам потекли слезы. Смотрела во все глаза на людей, сзади них, прицепившись, шли, летели, ползли в основной своей массе серые сущности.

«Я сильная. Я очень сильная, – мысленно приказывала она себе – я все вынесу. Но к психиатру обратиться не мешало бы».

Забежала в дом и не успела разуться, как перед ней оказался муж с тарелкой в руке и, как всегда, в одних трусах.

– Ну что – раздала?

– Раздала, – не поднимая головы, ответила она, боясь смотреть на него. Пройдя в комнату, стала скидывать с себя одежду.

Генка неслышно подошел, обнял ее сзади.

– Ты красивая.

– Отвали от меня! – заорала она и вырвалась из объятий мужа. Схватив халат, прошмыгнула в ванную и встала под душ. Говорят, вода состоит из живых клеток. Светке очень хотелось смыть с себя накопившуюся усталость.

Муж зашел в ванную и приоткрыл дверцы душа.

– Ну посмотри, какая ты красивая. Попочка такая аппетитная, жалко только, не выпуклая.

– На свою посмотри! – вновь выкрикнула Светка и направила струю воды на мужа.

Он мгновенно среагировал, закрыв дверцы душа и заорав:

– Дура страшенная!

– Сам урод! – крикнула и нечаянно посмотрела на мужа. Сзади него стояла высокая сущность атлетического телосложения.

Светка очень устала оттого, что видела, быстро отвернулась и подставила лицо под струю воды.

«Господи, за что мне все это? – взмолилась она. – Что мне с этим даром делать?»

В ответ – тишина, только вода своим течением успокаивала, расслабляла и смывала накопившийся страх.

Светлана выключила воду и вышла из душа, взяв полотенце, стала тщательно вытирать себя насухо. В душ опять заглянул муж.

– Давай я тебе спинку вытру.

– Обойдусь.

– Мои титечки, такие красивенькие.

– Отвали! Мои, а не твои.

– Ну чего ты меня мучаешь?

– Я тебя не мучаю, мне уже никакого мужика не надо. Климакс у меня – понял!

– А мне насрать! Я тебя люблю и секса хочу.

– Я тебя не люблю, можешь ты это понять.

– А мне по барабану.

Он выхватил у Светки полотенце и поволок ее на кровать. Поняв, что отбиваться бесполезно, уступила. Она старалась не открывать глаза – потерплю, столько лет терпела. Закончив свое дело, Геннадий пошел, довольный, в душ, крикнув на ходу:

– Плохая!

Светка тяжело вздохнула, сколько раз она была плохой – уже и не сосчитать. Она так до сих пор и не поняла – она что, плохая от того, что за столько лет совместной жизни не испытала того, что показывают в фильмах и описывают в разных книгах? Муж был заботливым и ласковым, нежным в постели, только – если по-научному – они были сексуально несовместимы. Она вспомнила свою первую близость с ним, кроме боли и разочарования он ничего ей не принес. Хотя нет, принес – залет. В те времена мало кто знал, как предохраняться, купить резинку в аптеке было позорно, вот и «залетали» сотни советских девчонок из-за своей скромности и парней. Многие делали аборты, некоторые отчаянные становились мамами-одиночками. Ну а кто-то шел и подавал заявление в загс.

Пошли и они с Генкой. Она не настаивала на том, чтобы он на ней женился, обошлась бы и без него, хотя что душой кривить, было очень страшно. И он, ее любимый Геночка, не обманул – да, тогда он был любимый и самый желанный, ну а то, что в сексе ничего не чувствовала, так, наверное, бывает. Да и беременна, не до расслабухи. А вот Генка – тому каждый день подавай. А ей постоянно хотелось спать. Так что, удовлетворив его потребность, она крепко засыпала у него на руке.

С Генкой они познакомились на одной вечеринке. Ее очень редко приглашали на медленный танец, но вот перед ней появился симпатичный высокий брюнет, его светло-карие глаза смотрели на нее с интересом и озорством.

Она даже не сразу сообразила, что он приглашает ее потанцевать. Весь оставшийся вечер он не отходил от нее. Иллюзий особых она не питала насчет того, что могла понравиться такому симпатяге. И когда он напросился проводить ее до дома, про себя подумала: «Ну-ну, размечтался, глупенький, пойдешь домой несолоно хлебавши».

А он и правда проводил ее до подъезда, мечтательно пробежался глазами по окнам, наверное, представляя, какое из них принадлежит ей, а затем спросил:

– Может, завтра в кино сходим?

У Светки от удивления слегка приоткрылся рот, на что Гена улыбнулся, прижал ее к себе и поцеловал. Ей понравилось, как он целуется, и когда первая волна возбуждения откатила, она отстранилась от него, заглянула в его глаза и с грустью подумала: «Повезет кому-то».

Подумала без зависти и почему-то с щемящей тоской в груди, и с той же грустью ответила:

– Давай сходим, – как у нее вырвалось это, она сама не понимала.

«А, может, это судьба?», – промелькнула тогда шальная мысль. Ведь как-то раз они с подругой ходили к бабке гадать, и та подошла к Светке, сдвинула ее брови пальцами и промолвила:

– Где-то рядом живет.

А подруге сказала, что та встретит свою судьбу совсем скоро, на свадьбе, и будет жить хорошо.

А вот Светлане больше ничего не сказала, и она ушла немного расстроенная оттого, почему ей не напророчили счастья.

Все, что бабушка предсказала подруге, сбылось. Правда, прожила она с мужем недолго, при первой же его измене собрала вещи и ушла от него, только теперь не одна, а с пятилетней дочкой.

Генка ухаживал за Светкой трепетно, дарил цветы, подарки и старательно следил, тепло ли она одета с приходом осенних холодов. Хотя Светка, боявшаяся мороза, и без того напяливала на себя сто одёжек. И в постель он не спешил ее затянуть, целовал страстно, доводя Светку до помутнения разума. Примерно через полгода он остался у нее ночевать, вот тогда и произошло то, что она так трепетно желала. «А, может, я плохая оттого, что после секса старалась сразу выскочить из постели и быстро помыться и одеться».

Так и в этот раз, она живо напялила на себя одежду, теперь уже не страшась того, что увидит, посмотрела на мужа, прежде чем он ушел. Багровые глазницы сущности смотрели на нее с пугающей пустотой и безразличием. И Светка тогда впервые подумала, что большую часть своих эмоций сущность выражает мимикой.

И самое интересное – она понемногу стала понимать, когда сущности довольны, а когда унывают.

Теперь остался самый страшный, последний шаг, посмотреть – кто стоит за ее плечами. Светка, для храбрости разжигая внутри себя злость, направилась в свою спальню и встала перед зеркалом. Брови ее поползли вверх от увиденного.

– А это ещё что за чудрила? – сказала Светлана своему отражению и засмеялась. Сущность ее была небольшая, с раскосыми глазницами, и представляла собой девочку лет пяти – на самой макушке у нее были стянутые в пучок «волосы», которые напоминали пальму.

– Ты чего? – крикнул ей муж из кухни, как всегда, после секса он восполнял потраченные калории.

– Так, ничего, анекдот вспомнила… А чего ты хотела, у такой дурры, как ты, ничего путевого быть и не может, – тихо произнесла она своему отражению.

Ей стало грустно от того, что увидела. Ведь сущность отражала ее внутреннюю суть, доходящую до одури – наивность.

– Может, еще сексом займемся? – выкрикнул муж, едва не подавившись.

– Дожуй сначала.

– А если дожую, дашь?

– Ага, аж два раза. Нужен мне твой секс, как собаке пятая нога.

Светлана покрутилась перед зеркалом, высунула язык своему отражению.

Сущность сзади расплылась от удовольствия, по тонким нитям стала перетекать энергия.

– Ничего себе! – удивилась Светлана от понимания того, что видела, и быстро стала серьёзной.

Движение нитей энергии прекратились. Сущность недовольно передернулась, ушла детская наивность, и она посильней направила свой энергетический поток.

Светка почувствовала, как внутри нее вновь нарастает желание подурачиться.

– Смотри, не лопни от натуги, – сказала отражению сущности.

Но та никак не отреагировала на ее слова.

«Может, думает, что ее никто видеть не может, а хотя… может, она и думать не умеет».

Живет одними эмоциями.

Последняя мысль подтвердила догадку и принесла облегчение.

«Все не так страшно, оказывается, всего-то человеческие пороки, а их у людей даже не хочется перечислять, сколько. Только что мне это дает? Ну вижу. Ну и какой в этом смысл? Ай, ладно, подумаем потом над этой задачей».

***

На всякий случай Светлана записалась к психиатру. Но как только увидела доктора, говорить о том, что видит сущностей, сразу перехотелось, пришлось выложить семейную проблему. Ей было очень неприятно рассказывать кому-то о своей жизни, вытаскивать всю эту грязь. На душе было гадко, и женщина даже чувствовала, как ее сущность млеет от наслаждения, питаясь переживаниями. И это открытие давало пищу для размышлений, но сейчас лучше было не отвлекаться, а послушать, что говорит доктор.

– Так, не пойму, мадам, что же вас так беспокоит?

Врач был очень похож на доктора Айболита из детской книжки и обращался с пациентами по-старомодному.

Увидев его первый раз, Светка с трудом сдержала смех. Потом, правда, ей было не до смеха.

– Он меня обзывает по-всякому, унижает.

– А руку поднимает?

– Нет, я бы его сразу прибила, – вырвалось у нее, и она прикусила язык, ругая себя за наивность и несдержанность.

– Понимаете, мы хотим всегда чувствовать любовь, а если она исчезает, нам перестают нравиться наши отношения. Любовь – это ведь опыт принятия, присутствия, прощения, получения сердечных ран. Разберитесь в себе, поговорите с мужем. Психология у мужчин устроена по-другому, и поэтому нам разобраться во всем намного сложнее.

«Здрасьте, приехали. Деньги за что заплатила? Хотя сумасшедшей не назвал и на том спасибо».

– Хорошо, я попробую, – ответила она, вставая с кресла.

– Обязательно попробуйте, расскажите ему все, что вас тревожит на данный момент в ваших отношениях.

«Только сковородка и поможет, хотя скалка тоже неплохой вариант для его тупой головы», – думала Светлана, закрывая дверь кабинета.

Конечно, он много говорил интересного – этот ученый, так много знающий о человеческих отношениях доктор. Только и слепому понятно, ушедшая любовь не вернется никогда, потому что муж уничтожал, убивал ее каждый день своими словами. Давно покрылось сердце холодом и ни один доктор не поможет растопить этот лед. Может, если бы муж попробовал, да только он не видел своей проблемы и не собирался меняться.

«Ну вот, опять, – поругала себя Светка.– Зачем хватаешься за соломинку? Ты уже прожила с ним столько лет и если вдруг вернется любовь… нет, не хочу я этой любви. Я в нее не верю».

Как быстро бежит время. Спускаясь со ступенек клиники, она с грустью смотрела себе под ноги, а по щекам текли слезы. Слезы отчаянья от того, что время бежит стремительно, и вот ей уже за пятьдесят… слезы разочарования и понимания того, что уже старая, чтобы строить новые отношения. Слишком долго ее муж работал над тем, чтобы уничтожить в ней женщину.

Она вспомнила сущность доктора, огромную, с пустыми мрачными глазницами и надменным видом. Правда, когда он стал рассказывать Светке все научным языком о психологии отношений мужчины и женщины, сущность встрепенулась и с наслаждением пила энергию.

«Видел бы ты то, что у тебя сзади, в штаны бы наложил. Вот тогда я бы тебе объяснила, чем ты так раскормил своего любимца. Возомнил себя всевидящим и всезнающим, занимаешься самолюбованием, психолог хренов. А какой омерзительный взгляд, буравящий и пронизывающий насквозь, такое ощущение, будто тебя раздевают, чтобы лучше рассмотреть, из чего ты там состоишь».

В памяти всплыло довольное лицо доктора, его пренебрежительный взгляд. Он все оценил и понял проблему стоящей перед ним женщины.

«Глупец, у каждой медали две стороны, хотя смотря под каким углом рассматривать, то и увидишь. А ты видел лишь только то, что я разрешила».

Сев в маршрутку, Светлана поехала домой с испорченным настроением. Когда она вошла в дом, муж набросился на нее с порога.

– Где ты была? Твой сын тебе не звонил?

Сын с определенного времени стал только «ее», и она зло ответила.

– Нет, не звонил!

– А мне позвонил, денег попросил! Долго это будет продолжаться? Когда он научиться деньги экономить?!

– Судя по тому, кто у него отец – то никогда.

– Гадина! Поняла, кто ты? Га-ди-на!

Растянул он по слогам свое любимое слово.

– Я давно это уже поняла, и если ты сейчас не заткнешься, я возьму табуретку и разобью ее об твою голову.

Светлана стояла в двух шагах от него, ее ноздри широко раздувались от тяжелого дыхания, едва виднелись зрачки из-за суженных от злости глаз, с ненавистью поедавших мужа, да и выражение лица было такое, что тот мгновенно стих и только выкрикнул:

– Идиотка!

Продолжать перебранку не стала, она слишком устала от вечных проблем, которые должна все время решать, живя со здоровым, крепким мужиком. Дома разговаривать не хотелось, выйдя улицу, она набрала номер сына, в ответ заиграла молодежная песня и не прекращалась до тех пор, пока механический голос не сказал: «Абонент не может ответить на ваш вызов».

Не успела Светка дать отбой звонку, как телефон зазвонил.

– Да, – сказала Светка.

– Мам, привет.

– Привет. Зачем ты звонил отцу?

– У тебя телефон не отвечал.

– Да, не отвечал, он был выключен. Я тебя спрашиваю, зачем ты звонил отцу?!

– Денег хотел занять.

– Занял?! – заорала Светка в трубку.

– Нет.

– Вы надо мной издеваетесь, что ли?!

– Нет.

– Что – нет! Что ты заладил – нет и нет! Он мне весь мозг вынес! Сколько денег нужно?

– Да тысячи три до получки.

– Хорошо, – уже спокойно ответила Светка, весь пыл и злость улетучились. Приезжай, – совсем тихо сказала она в трубку.

Вздохнув, посмотрела на синее небо и плывущие облака.

«Как же я хочу жить. Господи, помоги перенести тяготы сегодняшнего дня и спасибо за эту жизнь».

Светка видела во сне несколько отрезков своих прошлых жизней. Она не знала, сколько ей отведено прожить в этом воплощении, и как бы ее ни унижали, научилась любить свою жизнь – пускай и не совсем удачную. Потому что это была ее жизнь и за многие свои поступки ей придется держать ответ. Самый страшный грех – нежеланье жить. И Светка наказала себя саму за этот грех, познав страх маячащей смерти, многое переосмыслила, и теперь, просыпаясь утром, шептала:

– Спасибо, Господи, за еще один подаренный день жизни.

Вот и теперь, смотря на небо, радовалась жизни, вновь наглухо закрыв двери прошлого, сотканного из боли и переживаний.

Она бы давно ушла от Генки, вот только вопрос – куда? Самое банальное в том, что ей некуда было идти. В квартире ее родителей жил сын со своей семьей. Двое внуков на старости лет – прекрасный подарок. Мешать их семейному счастью Светка не хотела. Ведь хорошая свекровь та, что живет на расстоянии. И она старалась придерживаться данного суждения, навещая внуков в дни их рождения. Правда, никогда не отказывалась посидеть с ними, если вдруг молодым нужно было куда-нибудь сходить.

Сын приехал через час.

– Тебе привет от Павлика и Анечки, от Анжелы.

– Спасибо. – Она вытащила деньги из кошелька и передала сыну.

– Получку получу, отдам.

– Обязательно, не забудь.

Светка знала, что не отдаст, с чего отдавать. Анжела сидела в декретном отпуске, старшенький внук пошёл в школу, а чтобы первоклассника собрать, одной получки мало. Помогала, как могла, с ужасом думая, что будет делать, когда выйдет на пенсию. Все слишком привыкли жить за ее счет, ни о чём не переживая, зная, что все проблемы она решит. Хотя нет, чего наговаривает на сына, уже полгода он не просил денег, подрабатывал, где только мог. Да и сущность сзади сына насыщалась его переживаниями, стараясь посильней натянуть нити коричневато-желтого цвета. От их вида Светку передернуло. Материнское сердце сжалось от жалости к сыну.

«Нужно накопить денег и отправить их отдыхать на юг».

– Не отдавай ничего, – махнула она рукой.

– Спасибо, мам. Я поеду.

– Езжай, всех поцелуй и привет передавай, на вот еще тысячу, внукам на конфеты и фрукты.

Сын уехал. Светке стало грустно, совсем редко видит его, так повзрослел и наконец ума набрался. Не успела она войти в дом, как муж ехидно спросил:

– Что, дала своему сыночку денег?

– Не моему сыну, а нашему. Ты уже почти весь седой, а до сих пор у тебя какая-то ревность непонятная.

Светка говорила тихо, ругаться и чего-то доказывать совсем не хотелось. Вымоталась за эти дни, хочется отдохнуть, хочется поплакаться кому-нибудь в жилетку, но некому. Родители умерли, и она очень часто вспоминала, как ей хорошо и счастливо жилось с ними.

– Как внуки?

– Тебе есть дело до внуков, так съезди, проведай, купи гостинцев.

– Ты ж была недавно, возила.

– Я-то – да, а вот ты…

Светка замолчала, опять из пустого в порожнее переливать.

– Слушай, шел бы ты отсюда подальше.

И муж послушно ушел.

Но вскоре крикнул.

– Ты моего кота не видела?

– Гуляет твой кот на улице, вместе с Фиткой! Сейчас нагуляется и через три месяца, смотри, опять в няньках с котятами сидеть буду.

Светка расстелила постель и легла, хотелось отдохнуть и забыться в сновидениях. Но не тут-то было, муж вновь появился в ее комнате.

– Чего это ты такую рань легла?

– Ты дашь мне покоя? Устала и хочу спать.

– Мне тут новую работу предложили, охранником.

– Так что нового – я не поняла?!

Светка вновь начинала заводиться.

Муж работал в охране уже пятнадцать лет.

– Так ты дослушай сначала, работа непыльная.

– А когда она у тебя была пыльная.

– Ты опять! В общем, работа в Пушкине в одном из ресторанов, смотреть за порядком. А после закрытия развозить по домам поваров. Зарплату дают в два раза выше. Так что я подумал и решил уволиться.

– Надо же, мы даже сами самостоятельно принимаем решения! Совсем взрослые стали!

– Чего ты опять начинаешь, нам что, деньги не нужны?

Светка посмотрела на взволнованное лицо мужа: брови нахмуренные, лицо сосредоточенное, в глазах растерянность и ожидание. За столько лет узнав родного мужа, можно по одному только жесту понять его настроение.

Может, правду говорил психолог, и ей самой необходимо все взвесить и переосмыслить. Может, дело в том, что она Овен по гороскопу, который боится прожить жизнь и не встретить свою вторую половинку. Может, муж и есть эта вторая половинка, а она его постоянно отпихивает. Бывает, оступился один раз, так ведь живет все равно с ней, терпит ее взрывной характер. Говорит, что любит, и до сих пор жадно поедает ее глазами. Да и были времена, когда он старался, приносил немалые деньги в семью, тогда ведь Светка зарабатывала мало. Может, новая жизнь начнется, он почувствует себя мужчиной, добытчиком.

– Ген, ну правда, я тоже не против твоей новой работы.

Муж счастливый ушел в свою комнату и сел за тренажер.

«Теперь будет два часа крутить свои педали», – это последнее, о чем подумала Светка, прежде чем провалиться в сон.

Глава. 2. Не тратьте жизнь на тех, кто вас не ценит

Через две недели Геннадий устроился на новую работу и видеться с женой стал совсем редко. Приезжал он поздно, когда Светка уже давно видела десятый сон. А утром, когда она уходила на работу, он отсыпался перед очередной сменой. Работал пять дней в неделю, а на выходные охранником подрабатывал парень от другого ресторана. И как оказалось, супругам совершенно некогда стало ссориться.

Генка отдал жене уже три получки, правда, часть оставил себе, на машину и новый костюм с рубашками. Светка с ним согласилась – бывало, в последний момент вспоминала, что не постирала рубашку. Да и на брюки он как-то поставил пятно, и ей пришлось выводить его разными препаратами, а затем сушить и отпаривать. Хорошо, что тогда была в отпуске, все успела сделать до его дежурства.

В данный момент она сидела в кресле и смотрела, как муж одевается, как тщательно рассматривает себя в зеркале и, не увидев изъянов в своем отражении, остается доволен.

Все это Светлана читала по его лицу и по мимике «лица» сущности. Хотя есть ли лицо у сущности, или оно называется по-другому, женщина не знала, а спросить тоже было некого. Она уже привыкла к тому, что видит, и часто задавала себе вопрос – почему у нее проснулся такой дар? И зачем он нужен? Ведь сказать, кому-нибудь что-то в стиле «вы очень жадный человек» или «поберегите свои нервы, а то скоро мандражка хватит», она не могла. По самой простой причине – человек какой есть, таким и будет. Если даже она сама не может справиться со своей наивностью, то к кому ей лезть со своими нравоучениями. Отогнав от себя тяжелые мысли, женщина спросила:

– Как тебе работается на новом месте?

– Знаешь, мне нравится, дебоширов почти нет, а если кто-то и забуянит, быстро успокаиваются, завидев меня.

– Да, с виду ты здоровяк.

«Хотя чего я на него наговариваю, видела ведь, как умеет драться с мужиками. Хватало одного удара пятерней, чтобы обидчик летел кубарем».

Генка очень редко дрался, боялся, что не рассчитает силу, и может убить. Поэтому всегда старался уладить конфликт словами.

Все это она обдумывала, сидя в кресле.

– А мне завтра на работу выходить, так не хочется.

– У тебя уже и отпуск закончился?

– Да, две недели пролетели незаметно. Чего-то мне как-то холодно.

– Так у меня форточка открыта.

– Больше ничего придумать не мог, уехал бы и выстудил весь дом.

Светка встала, подошла и закрыла окно, ноги были ледяными. Быстро прошла в свою спальню, надела шерстяные носки.

Муж вошел в комнату и с ухмылкой посмотрел на нее.

– Укуталась уже, тулуп еще на себя напяль.

– Надо будет, надену. Давай, шуруй на свою работу, а то опоздаешь.

Муж ушел, завел свой бумер и уехал. Светлана поставила чайник на плиту, решив попить чаю и согреться. Наделав себе бутербродов, уселась у компьютера. Нашла очередной сериал, про врачей, который смотрела во время отпуска, и включила продолжение.

На следующий день на работе ей стало плохо. Она засунула градусник под мышку и когда его вынула, ужаснулась – 38,5. Температуру высокую она всегда переносила тяжело.

– Ничего себе, проветрил комнату. Сволочь! – выругалась она. Было очень неудобно после отпуска отпрашиваться с работы, но сидеть в таком состоянии она тоже не могла.

Кое-как доехав до дома, открыла дверь. У порога стояли женские сапожки, на вешалке висело пальто. Из спальни мужа раздался женский смех.

Светка тихо разулась, прошла осторожно в свою спальню, разделась и легла на кровать, закрыв одеялом голову, в надежде спрятаться от всего мира. Голова кружилась, ее мутило.

«Вот и все, не я первая, не я последняя. Сколько женщин проходит через измену».

Чувство было, словно ее искупали в грязи. – «Зачем же в дом приводить?» Мысли путались, к горлу подступил комок, – «Нет, реветь я не буду, хватит мне первого раза» – приказала она себе самой, и все вокруг поплыло, а затем потемнело. Ее трясли за плечи, и кто-то сильно кричал.

– Светка! Светка! Очнись! Да, что с тобой такое?!

Каждая тряска отдавала сильными больными ударами в голову, она застонала и приоткрыла глаза.

– Прекрати меня трясти, у меня сейчас голова отвалится.

– Я, вызвал скорую.

– Зачем?

– Я подумал, ты таблеток наглоталась.

– Много чести, за каждого выродка жизни себя лишать.

Она замолчала, берегла силы, которых совсем не осталось. Окатившая слабость тела, переплелась с апатией. Приехала скорая, врач осмотрел, сделал укол от температуры.

– У вас помимо простуды сильное нервное истощение.

– Это вы, по какому признаку определили? – дерзила она.

– Не имеет значения, я выпишу вам рецепт, постарайтесь принимать все точно, как я в нем укажу.

– Хорошо, постараюсь.

Скорая уехала и муж тоже. В доме было тихо, такая давящая пугающая тишина. Может оттого, что Светка первый раз потеряла сознание и теперь боится, что ее некому будет разбудить. А может, это была тишина – предвестник – расставания и одиночества.

Вскоре приехал муж и привез целый пакет таблеток. Выложив все на прикроватную тумбочку, с волнением посматривал на нее.

Бросив взгляд на гору таблеток, хмыкнула, – теперь ты уж точно решил меня таблетками отравить.

– Я их тебе не выписывал. Давай ты не будешь начинать!

Светка поняла, что она не должна начинать и ответила, – и правда, давай. Вылечусь, вот тогда все и решим. Принеси мне воды, не на сухую же мне их глотать.

Геннадий ушел, и вскоре вернулся со стаканом воды.

– Поставь на тумбочку, и очень прошу тебя – уйди.

Смотреть на его пустой ни чего не выражающий взгляд, не могла.

Когда он ушел, прочитала по рецепту, что ей необходимо принимать в первую очередь, по порядку приняла таблетки и вновь легла. Вскоре таблетки стали действовать ушла головная боль, и Светлана уснула. Ночью несколько раз просыпалась, сначала оттого, что была вся мокрая, потом оттого, что всю ночь то укрывала себя одеялом холода, то сбрасывала его от сильной жары. К утру температура спала, была только сильная слабость и горечь. Горечь во рту от таблеток и горечь в сердце за прожитые потраченные впустую годы.

«Ты только не терзай себя, маленькая моя – родненькая», – Успокаивала сама себя Светка.

«Ты сильная, ты обязательно все вытерпишь. Ты жила и просто не верила в то, что этот кошмар может повториться. Тебе очень хотелось верить, что тебя не могут предать еще раз, через тебя не могут переступить. Хотя почему переступить – нет, не переступить, а взять наступить и раздавить».

Было больно думать об измене, и было очень себя жалко, такую маленькую, больную и ни кому ненужную. Комок обид подступал к горлу, давил, разрастаясь болью и отчаяньем по всему телу.

«Хватит себя терзать, приказала она себе. Хватит! Говна тебе Геночка кусок, а не слез моих! Сволочь!

Фу, наконец, стала приходить в себя, а то от этих думок голова кругом».

Лежа в кровати, слушала, как Генка собирается на работу, затем зашел ее проведать.

– Как видишь – живая еще! Умирать раньше времени не собираюсь.

Сразу съязвила она, не показывая, насколько ей больно. Душу разрывали сотни осколков боли. Только он не увит моих слез и раздирающей тоски от предательства. Безразличие и надменность станут маской в дальнейшей ее жизни.

– Я поехал на работу.

– Счастливого пути.

Светка отвернулась к стенке, давая понять, что разговор окончен.

Геннадий еще постоял некоторое время и ушел.

После того как услышала, как ключ поворачивается в замочной скважине, не выдержала, разревелась. Все кончено. Между ними уже ничего не может быть. А ведь говорил, что любит. Дура! Тешила себя глупыми словами.

Слезы внезапно прекратились, – реви не реви ничего уже не изменить. Как же теперь жить? Как? Смеяться, разговаривать и делать вид, что ничего не случилось. А ведь так хочется жить, любить и быть любимой. Только кому я нужна в пятьдесят три года? Старая, с плоской жопой и висячими сиськами. Да пошли они все в дырень.

Вспомнилось любимое выражение свекрови. Ирина Филиповна очень любила Светку и всегда жалела по бабьи.

Светка встала, набрала номер телефона подруги и позвонила, вздрогнула, когда услышала.

– Ну как ты?

– Еле очухалась, но думаю, после выходных выйду.

– Ты лучше лечись, не торопись.

– Дашь.

Светка замолчала, не зная как сказать, но собравшись с духом, вымолвила.

– В общем, у меня вчера было как в анекдоте. Жена пришла раньше времени с работы, а муж с другой в постели кувыркается.

– Не поняла, чей муж?

– Да, что тут не понять! Мой Генка завел себе другую бабу!

Повисла небольшая пауза, а затем тишину прервала словесная брань. Светка, молча, слушала, как Дашка выплескивает наружу всю накопившуюся злость и ненависть на Генку. Когда словарный запас закончился, она спросила, – что ты будешь делать теперь?

– Пока не знаю, мы еще не разговаривали на эту тему.

– Как! Ты не устроила скандал?!

– Мне было не до скандалов, да и зачем они. Что можно изменить? «Ничего» – подумала Светка и вздохнув обреченно сказала, – ладно, главную новость я тебе рассказала, мне пора принимать таблетки.

– Светочка родненькая, держись. Я с тобой!

Дашка отключилась, в телефоне один за другим, раздавались длинные гудки. Некоторое время она лежала и слушала протяжный звон, затем отключила телефон и стала смотреть в окно.

До Дашки подруг у Светки не было, несколько раз по молодости обожглась на их предательстве и долго не впускала в свой мир никого. Она вспомнила, когда Дашка появилась первый раз в их кабинете, высокая красивая блондинка, на фоне нее Светка выглядела смешно и неказисто. Даша могла всех построить и высказать правду в лицо, независимо оттого начальник это или сослуживиц. Но так получилось, что взрывная Светка и строящая всех Дашка вскоре подружились. Жила Дарья хорошо, муж был предприниматель, она родила ему двух сыновей погодок. Муж ее уговаривал сидеть дома, но бурлящая внутренняя энергия не давала ей покоя, и Дашка решила пойти работать. Крупная газовая компания занимала три этажа в одном из зданий на Невском проспекте. Их бухгалтерский отдел находился на третьем этаже, из окон кабинета можно было посмотреть на большой парк. И в маленькие перерывы они становились, смотрели на жизнь, протекающую за окном, и разговаривали. Сначала Светка мало рассказывала о своей жизни, стыдно, да и кому такое можно было рассказать. Но в один день ее как прорвало, стоя и любуясь всей этой красотой за окном, у нее сами собой потекли слезы. Видно слишком много их скопилось и не выдержав они потекли по щекам горячими ручейками.

– Ты чего? – спросила Дашка.

И Светка не вытерпела, стала рассказывать, как Генка над ней издевается.

– Так чего же ты терпишь? Брось его.

Она бы бросила, но тогда она его еще любила, да и сыну нужен был отец. Ребенок был с непростым характером, и наносить ему психологическую травму, разводом. Нет, пока не была к этому готова. Так они и подружились. Светка плакалась Дашке в жилетку, та всячески поддерживала бесхарактерную подругу. Так год за годом крепчала и росла их дружба, и в самые тяжелые моменты Дашка всегда была рядом. Она жутко ненавидела Генку и не понимала, как мужик может быть таким.

– Ты как всегда права Дашка, – мы все делаем своими руками, – вслух произнесла Светка. «Хватит раскисать» – приказала она себе мысленно, встала с кровати приняла таблетки. В животе засосало от голода, пора было хоть что-то поесть.

Встала, прошла на кухню, поставила чайник и стала делать себе бутерброды. В холодильнике был борщ и жареная курица, но Светке хотелось чаю. Заглушив голод, пошла, включила телевизор, села на диване и стала смотреть кино. Происходили какие-то действия, люди, машины все куда-то спешили. Сюжет уловить не могла, а монотонный звук убаюкивал, и она не заметила, как уснула, что совершенно на нее было не похоже. Днем Светка спать не могла, а если вдруг засыпала, то бессонная ночь была ей обеспечена.

Проснулась от стука закрывающейся двери. Открыв глаза, посмотрела на время, стрелки часов показывали два часа ночи.

– «Ничего себе, фильм посмотрела», – она уже собиралась встать, как вдруг услышала шушуканье. Григорий был не один.

«Совсем крышу снесло, пойти устроить скандал, что ли? Или вцепиться в волосы, как показывают в кино? Много чести, буду я свои ручки марать».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.