Сергей Галактионов
Вселенная в огне

Глава 1

Она сложила свои костлявые пальцы, взяла щепотку синего порошка и бросила ему в лицо. То же самое случилось еще два раза, только порошок был разного цвета.

Сначала синие, потом красные, потом зеленые частицы пыли заплясали вокруг него. Он чихнул.

– Действует! – прошептала ведьма, зажигая свечу.

Комната куда-то поплыла, веки отяжелели, и он закрыл глаза. А когда открыл, ведьмы рядом не было.

В комнате были его жена и напарник.

– Привет, Ван, – сказали они.

Он поздоровался в ответ. Да, его звали Ван. И один вопрос не давал ему покоя уже много месяцев.

– Жизз, от него наши дети? – спросил Ван.

– Нет, от тебя, – ответила она.

Да, у них было двое детей, и они ждали его в апартаментах. После службы он приходил, играл с детьми и говорил с женой. Но дети были не похожи на него. Он ждал, как будто верил, что со временем они все-таки станут на него похожи. Время шло, дети росли, но ничего не происходило. И наконец он решился пойти к ведьме.

– Что скажешь? – спросил Ван у напарника, который стоял рядом с его женой.

– Я не виноват, – сказал напарник.

– Дем не отец, – сказала Жизз и подошла к Вану.

– Я отец? – спросил Ван, глядя в ее глаза.

Она опустила глаза, как будто заколебавшись.

– Конечно, – ответила она.

– Не сомневайся, – сказал Дем.

Ван почувствовал, что комната снова поплыла, и вжался в кресло. Это было странно. Были странные голоса, запахи, ощущения. Ван опустил веки. Когда он открыл глаза, Жизз и Дем исчезли. Перед ним стоял старик.

– Здравствуй, воин, – сказал старик.

– Добрый день, мы знакомы? – спросил Ван.

– Нет, мы видимся первый раз.

– Кто вы?

– Я Нув. У меня есть телескоп.

– Это нужная вещь? – спросил Ван, услышав незнакомое слово.

– Да, – ответил старик. – Когда ты найдешь меня, я покажу тебе правду.

– Для чего мне искать тебя?

– Ты не всегда будешь воином, – сказал старик.

– Что? – не поверил своим ушам Ван. Но комната снова поплыла, очертания Нува стали размываться, веки закрылись, и Ван погрузился в темноту.

Когда он открыл глаза, ведьма была рядом. Она улыбалась. Ван понял, что сеанс прошел удачно. Он моргнул глазом, чтобы списать на ее счет оплату.

– Спасибо, – буркнула она себе под нос и пошла в другую комнату.

Ван вышел из кабинета и пошел к юго-западным лифтам. Он долго не решался обратиться к ведьме. Он знал, что много шарлатанов. Берут плату и чешут языком. И потом ты чувствуешь себя простофилей. Он слышал много раз такие истории. Были люди, которые искали ответы на свои вопросы многие годы, бесполезно проходя толпы магов и ведьм, отправляя в никуда свои деньги, и получая в результате одни разочарования. Много месяцев Ван выбирал. Нет, он не слушал отзывы. Они были лживыми. Он выбирал сердцем. Как выбирают любимую женщину. Или любимое дело. Он выбрал старуху с нижнего уровня. Ведьмой она была давно. Он понимал, что его, военного с большим перспективным будущим, ей будет трудно обмануть. Если она обманет, он внесет ее в список врагов. А потом, когда получит повышение, отправит своих подчиненных к ней под видом клиентов. У нее будут проблемы. Лишние хлопоты ей ни к чему. Когда он вошел в кабинет и посмотрел на нее, они друг друга поняли.

Ван вошел в лифт и нажал кнопку «120».

Глава 2

Никто не знал, откуда произошли знаки зодиака, и едва ли кто-то задумывался об этом. Но если по знаку зодиака кто-то был Раком, то он непременно был ранимым в душе и обидчивым человеком. Таким ранимым и обидчивым, как Ван. Впрочем, ранимость никогда не означала отсутствие мужественности, а обидчивость не являлась бесповоротной. По крайней мере, так дело обстояло у Вана, человека еще довольно молодого, но уже не юного – скорее, только вступившего в пору зрелости.

Считалось, что у него европейская внешность. Как и в случае со знаками зодиака, никто не знал, откуда произошло слово «европейский», но это означало, что человек – выше среднего роста, у него светлые волосы и глаза. Конечно, Ван был силен и крепко сложен, он постоянно тренировался как военный. Его черты лица были непримечательны: среди множества лиц его физиономия ничем особенным не выделялась. Разве что губы – чуть толще обычных. Но эта деталь не была настолько заметной, чтобы бросаться в глаза.

Дема перевели в другой взвод. Ван вздохнул с облегчением. Последнее время они не ладили. Однажды Ван прилетел раньше. Он летал к своим родителям в Столетнюю башню. Когда он вошел, в апартаментах были не только его жена и дети. Там был Дем.

– Что ты здесь делаешь? – спросил Ван.

– Я пришел поздравить твою жену, – сказал Дем.

– Да, сегодня праздник, – кивнула жена.

– Жизз, какой сегодня праздник? – спросил Ван.

– Праздник семьи и детей, – сказала она.

Потом Ван узнал, что такого праздника нет. Просто не существует. Но это случилось позже. А в тот вечер он смотрел на Жизз и Дема. Вокруг бегали дети. В руках Жизз были цветы.

– Это что? – спросил Ван.

– Это цветы, – сказала она.

– Нет, это веник, – процедил Ван.

Дем сидел у них дома, на его щеках пылал румянец. Ван понял, что они не ожидали его прихода. А если бы он прилетел позже? Совсем чуть-чуть? Что бы он увидел? Постельную сцену и бегающих вокруг детей? Это был бред. Но ведь и раньше Ван замечал, что Жизз к нему охладела. Она перестала спрашивать, как у него дела на службе. Она перестала предлагать ему еду. Как будто она устала от него и хотела, чтобы он не приходил.

– Возьми и иди, – сказал Ван и протянул цветы Дему.

Тот поднялся, взял цветы и поспешил за дверь.

– Что все это значит? – спросил Ван.

– Ничего, – ответила Жизз. – Ты очень мнительный. Так нельзя. Между нами ничего не было. И не будет. Поверь мне.

И она ушла в свою комнату. Дети остались с ним. Жизз утверждала, что дети от него, и он думал, что они еще маленькие, и пройдет время, и у них сформируются лица, и лица будут похожи на него. Но время прошло, а лица были все такими же, непохожими, хоть и родными. Ван иногда сомневался. Но считал их своими детьми.

Ван не знал, как давно были знакомы Жизз и Дем. Может быть, до рождения детей. Жизз училась в той же школе, что и Ван. Они знали друг друга с детства. А Дем учился в другой школе на верхнем уровне. Жизз была открыта, у нее было много подруг и приятелей. Даже после того, как они стали жить вместе, она приводила друзей к ним домой. Они болтали и смеялись. Временами Жизз исчезала из дома на несколько дней, она говорила, что гостит у подруг. Возможно, это были не только подруги. После рождения детей Жизз к нему охладела. Ван думал, что это временно, но ошибался. Потом он застал Дема с цветами у них дома. Потом он видел подарки, которые лежали в комнате Жизз. Он знал, что она флиртует. Она всегда была открыта и ей нравилось флиртовать. Но что, если она не только флиртует? Ван не знал. Он мог только строить догадки. И он мог начать за ней слежку. Но ей бы это не понравилось. Да и ему. Он хотел откровенности. Если она любит другого, то пусть скажет. Но она ничего не говорила. Он думал, что она боится. Она не хочет разрывать отношения. Возможно, она просто такой человек.

Дем всегда лез поближе к Вану. Они служили в одном батальоне, а когда их определили в один взвод, Дем просто засиял.

– Слушай, мы с тобой дадим жару! – говорил Дем.

Они вылетали в сумраке на вражескую территорию и поливали противника огнем. Так было не каждый день. В основном они тренировались в помещениях. Вылетали они в командах по двое. Их летающие броневики были почти бесшумны, и вражеские локаторы не всегда могли их засечь. Когда Ван и Дем стали напарниками, они вылетали вместе, так продолжалось полгода. Казалось, Дем был счастлив. Он всегда интересовался, как у Вана дела. И как его семья. Дему всегда были интересны подробности. Зачем они ему? Ван не знал! Но Дем расспрашивал его о жене и детях, и Ван рассказывал Дему подробности.

И вот Дема перевели. Ван подумал, что Дем сам попросил начальство о переводе. После того случая с цветами отношения между ними стали напряженными. Ван чувствовал себя неуютно в присутствии Дема.

Лифт закрылся и Ван пошел в апартаменты. Он жил на сто двадцатом этаже. Дверь скользнула вверх, когда он приблизился. Затем скользнула вниз, когда он вошел. Дети ужинали. Жизз сидела под колпаком, в котором ее волосы превращались в разноцветные пряди. Такова была мода последних лет – многоцветные пряди разной длины.

– Куда-то собираешься? – спросил Ван.

– Да, к подруге, – ответила Жизз.

– Надолго?

– До утра.

Опять он проведет ночь без жены. Она даже не спросила, где он ходил в свой выходной.

Среднего роста, с темными натуральными волосами и карими глазами, внешне она очень нравилась Вану – настоящая девушка его мечты. Но психологически он не всегда чувствовал себя комфортно: между ними пролегала какая-то пропасть, которую он был не в силах преодолеть, да и не знал, как это сделать.

По знаку зодиака Жизз была Стрельцом, а Дем – Львом. Улыбчивый, но лукавый Дем, с которым у Вана не имелось ничего общего, пожалуй, кроме внешности: его бывший напарник повторял черты внешности Вана с незначительными различиями. Губы Дема были тоньше, а рост – чуть ниже.

Жена собралась и скоро ушла. Ван остался с детьми. Потом они пошли спать. Перед сном заговорила виртуальная няня, которая рассказывала детям сказки. Они уснули под ее ласковый голос. Ван уснул с голосом жены в голове. Он вспоминал ее слова, сказанные после рождения детей:

– А я тебе и не обещала, что буду сидеть дома и никуда не ходить!

Проснулся Ван от громкого смеха. Над ним стояла Жизз, а рядом – ее подруга.

– Познакомься, это Сулвэ! – сказала Жизз.

– Да, привет, – выдавил Ван и открыл камеру для сна.

Жизз и ее подруга снова захохотали. Они пошли в комнату к детям. Ван понял, что они не трезвые. Сейчас они поиграют с детьми, посплетничают, еще посмеются и потом подруга уйдет, а Жизз залезет в камеру для сна и проспит до вечера. А вечером это все повторится. Каждый день одно и то же – подруги, смех, бессодержательные разговоры.

Ван позавтракал и стал собираться. Его отвлек звонок начальника по службе Диога:

– Ван, ты сегодня будешь на соревнованиях, ведь так?

– Да, – ответил Ван.

– Желаю успеха. Наш батальон болеет за тебя, Ван!

– Спасибо.

– Не подведи! Я за то, чтобы тебя повысили, ты ведь помнишь это?

– Да, – ответил Ван.

– Будь молодцом, – сказал Диог и отключился.

Ван оставил домашнее задание няне и пошел к лифту. У него было много соперников. Но он любил соревнования. И ему везло.

Когда он вошел в зал, то увидел огромный бассейн и судей, стоявших по его краям. Зрители сидели над бассейном на прозрачной платформе. Миниатюрные камеры были размещены на стенах вокруг и внутри бассейна. Многие люди смотрели прямую трансляцию в информационных сетях. Здесь были и спортсмены из других башен.

– Чемпионат по задержке дыхания объявляю открытым! – торжественно произнес главный судья.

Глава 3

Ван нырнул в бассейн и вытянул руки в стороны. Из прозрачных стенок бассейна вылетели зажимы и сомкнулись на его кистях, одновременно сомкнулись зажимы на щиколотках. Ван застыл в неподвижности. Через очки он видел в воде других участников соревнования. Их было двенадцать человек, они все были чемпионами своих башен, батальонов или районов. Здесь были даже люди со стороны противника, из соседнего района Миротворцев, с которым их район Цветочных клумб вел войну.

Ван знал, что его батальон приник к виртуальным экранам, и каждый солдат был сейчас с ним, сопереживая ему. Ван чувствовал напряжение вокруг, поддержку своих и ненависть чужих.

Чемпионат мира по задержке дыхания был самым популярным соревнованием. Чемпион заслуживал всеобщее уважение и зависть. Дети мечтали записать видео вместе с чемпионом. Свои боготворили, а чужие яро ненавидели того, кто оказался первым.

В наушниках звучал голос судьи, отсчитывающий время:

– Одна минута!

Толпа в зале гудела, люди одобрительно шумели, смеялись и подбадривали участников соревнования. Через наушники был слышен шум толпы.

– Десять минут!

Никто из двенадцати не изменился в лице. Казалось, это были не люди, а подводные жители, которые могли часами обходиться без воздуха.

– Двадцать минут!

Толпа снаружи зашумела сильнее: все предвкушали скорую развязку. Кто же выпадет первым? Это будет позор! Кто первым выйдет из игры?

– Двадцать три минуты!

Двоим участникам в дальнем конце бассейна стало плохо. У них уже сводило лица, но они терпели из последних сил. Терпел и Ван, но он был хорошо натренирован. Он не сдавался.

Наконец первые двое забарахтались, и зажимы открылись, чтобы выпустить неудачников из воды. Толпа кричала. Люди свистели и выкрикивали оскорбления.

Двое участников медленно пошли от бассейна, опустив головы.

– Двадцать пять минут!

Следующий участник не выдержал и всплыл. Потом еще двое. Остальные держались. Лица многих были искажены. Было видно, с каким трудом им дается испытание.

– Двадцать шесть минут!

Трое выплыли сразу, под конец – еще один.

– Двадцать семь минут!

Их осталось трое. Ван терпел. В голове шумела толпа. Он мечтал только об одном – услышать число «двадцать восемь». В полубессознательном состоянии он отметил, что их осталось уже двое. Значит, третий всплыл.

– Двадцать восемь минут!

Теряя сознание, Ван оттолкнулся всем телом, чтобы всплыть. Он увидел гудящую толпу, подбегающих к нему функционеров и папарацци. Они поздравляли его с победой.

Чуть дальше обозреватели столпились вокруг второго участника. Это был Тон, прошлогодний чемпион мира. Его тоже поздравляли.

Но соревнования не закончились. А закончился лишь первый этап.

Когда овации стихли, прозвучал голос судьи:

– Победителями первого испытания становятся Тон и Ван, каждому присуждается по три очка! Все остальные участники получают по два очка!

Толпа разразилась одобрительным шумом. Обозреватели вели прямые трансляции, к Вану подбежали несколько человек со значками «пресса» и, расталкивая друг друга, стали наперебой выкрикивать:

– Господин Ван, как вам это удалось?!

– Что вы чувствуете после победы?!

– Что вы скажете своим поклонникам?!

И Ван сказал:

– У меня нет сил. Я ничего не могу сказать.

Он тяжело дышал. Двадцать восемь минут в воде было слишком много. На тренировках он без труда преодолевал двадцать минут. В особо удачные дни – двадцать пять. А дальше не заходил.

Он пошел в комнату отдыха. Моргнул глазом – и из стены выплыл поднос. Перекусив, Ван посидел минут пять, а затем вернулся в зал.

Толпа одобрительно гудела. В бассейне больше не было воды. Самого бассейна тоже не было. На месте бассейна возвышался прозрачный куб, наполненный клубящимся газом. Это была огромная дымовая камера.

– Второе испытание – газовая смесь! – с воодушевлением объявил судья.

Под восторженный рев толпы и перекрикивающих друг друга обозревателей участники вошли внутрь. На всех были очки, наушники и трубки для дыхания. Зажимы стиснули их запястья и щиколотки.

– Время пошло! – объявил судья.

Тотчас трубки исчезли, и они оказались со сжатыми ртами в камере, наполненной смесью газов. Прошло десять минут, потом пятнадцать, потом двадцать. Здесь было тяжелее, чем в воде. Почему, Ван не знал. На двадцать пятой минуте он замахал руками и ногами, и в его рот воткнулась трубка. Он жадно вдохнул. Дверца камеры открылась, выпустив его наружу. Двое судей подхватили его под руки. Вокруг гудела толпа.

Ван ничего не понимал. Он устал! Выплюнул трубку и стал дышать. Присел на корточки, чуть не падая на пол. Но через несколько секунд понял, что надо вставать. К нему опять подбежали обозреватели, и он опять признался, что у него нет сил. А чуть погодя пошел в комнату отдыха.

Глава 4

– Поздравляем! – загудело в наушниках.

Профессору Нуву исполнилось двадцать. Для мутанта это было много. Студенты кафедры поздравляли его. В бункере кафедры царила оживленная атмосфера, и в любой другой день рождения Нув был бы счастлив. Но то, что он узнал накануне, потрясло его и испортило все настроение. Прошлой ночью он не спал. Он думал, что делать.

– Спасибо, дорогие мои, – задумчиво заговорил профессор. – Садитесь на свои места. У меня для вас чрезвычайно важная информация.

– Профессор, я знаю, о чем вы хотите нам сообщить, – поделился Геф из первого ряда.

– Да, некоторые из вас слышат мои мысли, как и я ваши, – ответил Нув. – Именно поэтому нас называют мутантами. Нас называют так живущие в башнях небоскреберы.

– Профессор, мы – просто люди, мы не мутанты, – возразила Идда из глубины бункера.

– Согласен. Но небоскреберы не признают способность слышать чужие мысли, они считают это ненормальным. И потом, некоторые из нас имеют физические отличия. Вот ты, Идда, имеешь четыре руки. А ты, Геф, можешь дышать без источника воздуха.

– А у Тиши большие глаза! – воскликнул студент, который сидел рядом с девушкой в середине бункера.

– Да, Кюр, но это – наша находка, и мы попросим Тишу помочь нам в исследованиях! – с воодушевлением сказал профессор.

Студенты ждали продолжения. Впрочем, некоторые уже знали, что имел в виду Нув.

– Дорогие мои, накануне я увидел в наш телескоп нечто удивительное. Я бы даже сказал, – профессор сделал паузу, – неприятное. Если Тиша подтвердит мою догадку, мы сможем это обсудить и решить, что делать. Но не будем забегать вперед. У Тиши нет способности слышать мысли. Но она умеет видеть объекты на большом расстоянии. Наш оптический телескоп размывает картинку, – с грустью добавил Нув и вздохнул.

– Профессор, я готова, – сказала девушка.

Все надели герметичные костюмы и шлемы. На открытом воздухе дышать было трудно, казалось, что не хватает кислорода. Случалось, что люди задыхались и умирали. Но обычно, в случае отказа систем жизнеобеспечения внутри гермокостюма, спасали источники воздуха, встроенные в поверхность земли. Эти источники были повсюду. Жаждущий воздуха приникал к источнику, насыщал свои легкие, а затем отправлялся дальше, спасаясь уже в бункере.

Нув повел группу к находящемуся неподалеку телескопу. Выйдя из бункера кафедры астрономии, они прошли по дорожке со встроенными световыми панелями уличного освещения. У небольшого холма профессор произнес кодовое слово, и в склоне открылись створки. Группа зашла внутрь.

Здесь был внушительных размеров телескоп. Труба с объективом на одном конце и окуляром – на другом. Девушка подошла к окуляру и заглянула в него своим огромным глазом.

– Я вижу… – произнесла она.

Студенты стали переговариваться, все ждали.

– Что ты видишь, Тиша? – спросил профессор.

– Я вижу корабли, – ответила она. – Я вижу много кораблей. Они плывут в космосе. Далеко. И они, – девушка осеклась, – они плывут к нам.

В обсерватории послышались возгласы. Студенты обсуждали то, что сказала Тиша.

– Да, значит, я был прав, – мрачно произнес профессор. – Но ты не сказала нам главное. Как они выглядят?

– Это военные корабли.

Глава 5

Толпа ревела, предвкушая последнее испытание и развязку. Обозреватели перекрикивали друг друга. В наушниках прогремел голос судьи:

– Слезоточивый газ!

Толпа неистовствовала. Третий этап был целью, был магнитом. Люди всех возрастов и должностей, люди всех башен и районов. Каждый хотел прикоснуться к истории!

А в сущности, это было просто шоу, с помощью технологий рекламы и популизма доведенное до всеобщего помешательства.

Ван вошел в камеру. Туда вошли они все. Клубов газа не осталось. Вместо дыма сюда пустят бесцветный газ с запахом цветов. Судья был говорлив, умело усиливал напряжение, обращаясь к зрителям, а те одобрительно шумели.

Чем был третий этап? Он не являлся упражнением на время. Но судья объявил:

– Время пошло!

Участники разделились на пары. Через наушники судьи командовали, кто с кем должен быть. Ван оказался напротив мускулистого соперника, который сразу же съездил ему по скуле. Все нормально. Ван почувствовал поступивший в камеру газ и перестал дышать. Все участники были без очков и трубок. Они должны были драться, чтобы победить.

Ван не спешил драться, потому что здесь спешка не имела смысла, она означала лишь выдохнуться – и выйти из игры. Но Вану нужны были три очка, нужно было терпеть и побеждать. А это было непросто. И каждый из этих двенадцати тренированных парней хотел того же.

Когда мускулистый замахнулся, чтобы ударить его по носу, Ван заслонился правой рукой, а левой двинул противника в живот. Похоже, он угодил в солнечное сплетение, а это действовало безотказно. Соперник согнулся пополам и в следующий момент замахал руками. Ван увидел, как судьи подхватили мускулистого и вывели из камеры.

Вокруг кипели драки. В каждой паре бились, толкались, старались изо всех сил избавиться от соперника. Ван наблюдал, как одна за другой двойки распадаются, и судьи выводят неудачников.

Концентрация газа в камере становилась угрожающей, глаза участников начинали слезиться.

Их осталось шестеро. Они снова сцепились по двое, продолжая биться. Противником Вана стал долговязый, нескладный детина. Он размахнулся ногой для удара, но сразу больно ударился ею о колено, которое предупредительно выставил Ван. Лицо долговязого исказилось от внезапной боли.

Теперь должен был ударить Ван, таковы были правила. Он символически ткнул соперника в правый бок, потом – в левый. Детина оправился от боли и ударил Вана в живот. Тот напряг мускулы и принял удар без потерь.

Слезы уже лились вовсю. Голова кружилась. Казалось, мир сейчас поплывет и унесется прочь. Но Ван еще держался.

Снова была его очередь, и он нанес удар рукой в плечо. Удар вышел крепче, чем Ван рассчитывал, и долговязый не удержался на ногах. Он растянулся на полу, а в следующий момент руки судей подхватили его и понесли из камеры.

Не дышать и тратить мышечную энергию – какой дьявол это придумал? Их осталось трое. Пусть каждый из них был достоин победы, но выиграть должен был один. Вана ударил первый, Ван ударил второго, второй ударил первого, первый ударил Вана. Слезы застилали глаза. Дышать было нечем.

В первом противнике Ван узнал Тона. Его бил Тон, а Ван бил второго. В свою очередь, второй бил Тона. Нет, здесь надо было побеждать на зубах. Никаких прошлых заслуг не учитывалось. Ван ударил, напрягая последние силы, чувствуя, что все закружилось и земля уходит из-под ног. Его ударили. Он ударил. Все куда-то пропало. Стало темно. А он бил и бил. Бил и бил. Как долго? Он потерял счет времени.

Ван очнулся в зале, его держали под руки судьи. Зрители кричали и показывали пальцами на него. Обозреватели сорвались со своих мест и побежали.

– Поздравляем! Как вам это удалось? – закричал маленький человек, подбежавший к нему первым.

– Я не знаю! – ответил Ван и посмотрел в сторону главного судьи.

Тот заметил его взгляд и объявил:

– Внимание! По результатам третьего испытания участник Ван получает три очка! Остальные участники получают по два очка. Таким образом, общая победа присуждается участнику Вану. Прошу наградить чемпиона мира!

Охрана с трудом сдерживала людскую толпу, которая что-то кричала Вану. Он не слышал. Рядом, перебивая друг друга, галдели многочисленные папарацци. Ван машинально отвечал на их стандартные вопросы заготовленными фразами.

Судьи расстелили ковровую дорожку и знаками стали подзывать Вана. Немного помедлив, он пошел к пьедесталу, стоявшему на дальнем конце дорожки. Поднялся на верхнюю ступень.

Рядом встал Тон, нижнюю ступень занял третий участник. Вышли девушки с цветами. Подошел главный судья и водрузил всем на шеи венки. Затем ему передали кубок и он вручил кубок Вану.

Ван поднял трофей над головой, чтобы показать зрителям. Его глаза уже не слезились, но он заморгал от вспышек сотен камер. Все они были направлены на него.

Потом он позировал и снова давал интервью. Потом толпа расступилась и пропустила руководство. Это был президент района Цветочных клумб по имени Жом и его замы.

– Мы повысим тебя по службе! – тотчас же пообещал президент Вану. Как и многие другие президенты районов, он имел непривлекательную внешность, маленький рост, отталкивающую улыбку и хищные глаза. Но церемония предполагала их общение.

Ван машинально отвечал, кивал, соглашался, подтверждал. Его хвалили, жали руку, приглашали на встречи высокого уровня.

Когда все закончилось, он пошел в апартаменты. Его встретила виртуальная няня. Жены уже не было. Дети были еще маленькими, чтобы понять, что произошло.

Глава 6

Генерал Диог обладал практичным взглядом на мир и считал такие качества, как организованность и дисциплина, ключевыми для достижения успеха в любой деятельности. Рассчитывать на авось, надеяться на то, что с неба свалится счастье, он не привык, это было для него совершенно неестественным. Как типичный Козерог он обладал способностью дисциплинировать не только себя, но и окружающих, когда это было необходимо. При этом выдающейся внешностью генерал не отличался. Ниже среднего роста, полноватый, с небольшой аккуратной бородой. Волосы, как и борода, были темными, но их уже тронула седина. Диог был зрелого возраста, но далеко не преклонного.

Когда Ван прибыл в батальон, первым его поздравил Диог. Генерал похлопал Вана по плечу. Казалось, он ощутил прикосновения, но виртуальная картинка растаяла в воздухе, и Ван взглянул на нового напарника.

– Я могу у тебя спросить? – поинтересовался Ван.

– Да, – ответил Ерум.

– Что обо мне сказал Дем?

Ерум помедлил и проговорил:

– Он всем рассказывал, что ты победил нечестно. Не по правилам. Что он точно знает: ты принял допинг.

– Что?! – вскричал Ван. Он мог понять раздражение Дема. Мог простить бывшему напарнику и цветы, и косые взгляды. Но такие сплетни, такую ложь?

– Я ему не верю, – сказал Ерум.

– Ты славный парень, – похлопал Ван напарника по плечу. – Пошли готовить машину, скоро вылет.

Чуть раньше в башне Троона президент района Миротворцев сидел за большим позолоченным столом и смотрел на своих генералов.

– Как вы знаете, наш чемпион Тон занял второе место. Первое занял Ван из района Цветочных клумб. Я бы хотел услышать ваши предложения. Мы не можем отдать нашим противникам все преимущества, так мы потеряем всех инвесторов. У нас должно быть военное превосходство, – сказал президент.

Президент имел большой опыт управления районом. На свой пост он был избран много лет назад и умело пользовался всеми преимуществами должностного положения.

Почти преклонный возраст не мешал президенту вынашивать чуть ли не наполеоновские планы о том, чем еще можно навредить соседнему району. Как и любой представитель огненной стихии, он не был склонен к сентиментальности, скорее, наоборот, был довольно жестким в душе человеком. Мало того, как Овен он время от времени был вспыльчив и раздражителен, особенно, если его генералы делали что-то по-своему, не так, как он того хотел. А хотел он многого. Правда, по его внешнему виду сразу было трудно такое предположить. Маленького роста с лысеющей головой, президент Пруг – так его звали – не производил особого впечатления.

Генерал Фабус поднял палец вверх, и Пруг предоставил ему слово.

– Господин президент! Как ваш первый генерал и одновременно руководитель направления по вооружению я позволю взять на себя смелость рекомендовать нашим вооруженным силам применить к противнику систему «Смерч».

– Но это невозможно, она запрещена нашими конвенциями и договорами! – воскликнул генерал, который сидел рядом с Фабусом.

– Руйб, я не рекомендую применение этого оружия открыто и массово. Я прекрасно понимаю все последствия, – сказал Фабус. – Но мы находимся в сложных обстоятельствах, и чтобы быстро решить стоящую перед нами задачу, нам потребуется пойти на допустимую в данном случае военную хитрость. Один раз – и никогда более. Все должно быть совершенно секретно, – заключил Фабус.

– Что думает Чиуг? – спросил президент и посмотрел на третьего из своих генералов.

– Я полагаю, предложение Фабуса не лишено смысла. Но если мы и применим систему «Смерч», то должны будем поразить самую важную цель, наступить на самую гордость противника.

– Я вас понимаю, – сказал Пруг. – Не будем терять время. Я поручаю вам, Руйб, обеспечить полную секретность операции. Вы, Фабус, будете отвечать за инструктаж ударной команды и успех операции. Ну а вы, Чиуг, – президент посмотрел на генерала, пытаясь придать своим словам безусловную важность, – я назначаю вас ответственным за выведение из строя ретрансляторов связи непосредственно перед ударным этапом операции.

Глава 7

– Ну что, орлы, готовы к бою? – прозвучало из наушников. Их начальник Диог глядел на эскадрилью через прозрачный экран.

– Так точно! – прозвучали голоса солдат.

– Тогда вперед, орлы! – воскликнул Диог и открыл шлюзы.

Двигатели загудели, и бронированная эскадрилья вынырнула из верхнего уровня башни.

Силовое поле открылось автоматически, пропуская броневики во внешнюю среду.

– Ерум, у тебя есть мечта? – спросил Ван. Он сидел, как обычно, в отсеке пилота.

– Да, – ответил напарник. – Я мечтаю завести семью, детей. Добиться успехов по службе. Участвовать и побеждать в соревнованиях. Для тебя, наверно, это неинтересно, ты ведь всего уже достиг.

– Да нет, почему? Мы – напарники, и мы обязаны помогать друг другу, ведь так?

– Да, так, – признал Ерум. Он сидел в огневом отсеке. Он был моложе Вана, и Ван чувствовал: этот парень только начинает свою жизнь и хочет доказать всем, что он чего-то стоит.

Как типичный представитель знака Девы Ерум уделял пристальное внимание деталям, не слишком хорошо представляя себе, что такое общая картина. Он был немного застенчив, доброжелателен и трудолюбив. Среднего роста, широкоплечий, черноволосый и черноглазый, он мог бы иметь успех среди женщин. Но застенчивость вкупе с занятостью на военной службе пока работали против него.

Когда в сумрачном небе показались дисковые корабли противника, Ван направил броневик вниз, почти к земле, чтобы их не засекли, и заставил машину висеть в неподвижности. У каждой машины в их эскадрилье был на такой случай свой подготовленный маневр.

Одна из вражеских машин подлетела к ним совсем близко. Она была выше и двигалась, явно не замечая зависшего внизу броневика.

Створки обшивки заскользили, и из дискового корпуса показались орудия. Они были с двух сторон корпуса, могли двигаться под разными углами и поражать цели разрывными выстрелами.

Ерум выпустил длинную очередь, и тотчас броневик противника покрылся огненными вспышками от выстрелов. Прежде чем противник успел сдать назад, из основного орудия громыхнул залп, и в следующий миг они увидели, как вражеский броневик подбросило в воздухе и потянуло как будто бы в невидимую воронку.

Ван произнес:

– Молодец!

Ерум хмыкнул от удовольствия. Ван поднял броневик выше и разогнал его, чтобы догнать эскадрилью.

Теперь они были вместе с остальными. Навстречу неслись противники. Ерум нажал на гашетки, и из стволов полетели светящиеся выстрелы. Ерум закричал:

– Вот так вам! Вот так!

Они пошли в лобовую атаку. Перед ними был вражеский броневик, который обстреливал их из своих орудий.

Везде гремели выстрелы, сумрак был расцвечен яркими вспышками, а люди в башнях тем временем смотрели трансляцию боя и болели за своих.

Когда пришло время столкнуться лоб в лоб, сработало силовое поле, и они полетели по дуге куда-то вверх. Вражеский корабль остался снизу.

– Ерум, стреляй электромагнитным, они недалеко! – закричал Ван. Но в наушниках было тихо. – Ерум! Ерум! – повторял Ван. Он понял, были неполадки со связью. И Ерум, который был в другом отсеке, просто не слышал его.

Ван заложил крутой вираж, чтобы сразу спикировать вниз, где проносилось несколько вражеских кораблей. Но здесь машину так тряхнуло, что Ван вылетел из кресла и повис на ремнях. Шум взрыва был оглушительный. В ушах зазвенело, запахло дымом, и броневик начал стремительно терять высоту.

Ван понял, что их подбили. Но это невозможно! Броневик был защищен от электромагнитных орудий противника. От огневых выстрелов могла пострадать только обшивка.

Броневик падал. Ван пытался исправить ситуацию. Он включил систему резервного управления кораблем, но она тоже была повреждена и не выполняла команды. Кажется, снаряд попал в один из топливных баков. Все пространство вокруг заволокло дымом.

Машина врезалась в землю, и Ван провалился в темноту. За мгновение до падения он подумал, что так быть не должно. «Каким образом, – подумал он, – противник пробил броню и так легко вывел из строя броневик?»

Машина горела. Корабль противника удалялся. Но только для того, чтобы, сделав круг, перезарядить орудие.

Перед боем генерал Фабус проводил инструктаж:

– Не удастся уничтожить противника с первого, тогда уничтожьте его дополнительным зарядом!

И пилот, сделав круг, развернул машину. Подлетая, он заметил, что люк в отсеке пилота подбитого броневика был открыт, и кто-то оттаскивал от машины бездыханные тела.

Машина противника подлетела ближе. Из корпуса появился огромный ствол. Это и был «Смерч». Первый выстрел задел броневик по касательной. «Ему повезло, но повезло ненадолго», – подумал оператор и снова выпустил заряд.

– Как только противник догорит, заканчивайте бой и возвращайтесь, – командовал перед боем генерал Фабус.

Броневик Вана и Ерума превратился в огромный огненный сгусток. Под чудовищной температурой броневик плавился и растекался по земле.

Тем временем генерал Чиуг связался со службой ремонта.

– Произошло повреждение ретрансляторов связи. Приготовьтесь к вылету. Сразу после боя, вы слышите?

Генерал позвонил президенту Пругу:

– Господин президент, у меня хорошие новости!

– Я вас слушаю, Чиуг, – ответил президент.

– Ретрансляторы связи были выведены из строя. Трансляция боя не велась. Связи не было. Никто ничего не понял. Пока связь не работает. Как только бой завершится, ремонтная бригада вылетит.

– Я понял, хорошо, – сказал Пруг. – А что с вражеским кораблем?

– Все прошло успешно. Он догорает, и от него не останется и следа. Нас никто не сможет ни в чем обвинить. Но мы спокойно можем заявить, что их броневик сбежал к нам.

– Чемпион-дезертир? – улыбнулся президент.

– Все в жизни бывает, – ответил генерал.

Глава 8

– Надевай! – сказала она и показала на скафандр.

У нее была смуглая кожа, длинные черные волосы и карие глаза. Для женщины она была высоковата ростом, почти с Вана. Спортивная фигура, приятные черты овального лица. С такой женщиной, да еще и молодой, было рискованно оставаться наедине. Впрочем, Ван исключал любую постороннюю связь: он был верным мужем.

– Как тебя зовут? – спросил Ван.

– Ама. Я объясню, что происходит, – ответила она. – Идет война без пощады. Нас хотят полностью уничтожить. Пять дней назад они захватили продуктовый склад.

– Кто «они»?

– Наши враги. Их много. Захватчики, пришельцы. Они – не люди. У них нет ничего человеческого. Собирайся быстрее, у нас мало времени!

Ван натянул на себя скафандр.

– Проверь герметичность, – сказала Ама, надевая свой скафандр.

– Как это сделать? – спросил Ван.

– Вот так, – она нажала на маленький рисунок у него на груди. Что-то зажужжало, послышался еле уловимый треск.

– Все хорошо, – подтвердила она. – Включи очки. Здесь, – и она надавила пальцем на боковую панель его шлема.

Перед глазами у него появилась виртуальная картинка. Справа были графики, слева – цифры и буквы, каких он раньше не видел.

– Как этим пользоваться? – спросил он.

– Настрой очки. Три раза нажми сюда, – она показала себе на висок и надела шлем.

Ван три раза нажал на боковую панель шлема и увидел, что большинство виртуальных графиков, цифр и букв скрылось. По центру обзора была точка внутри обозначенной окружности. Как будто это был прицел оружия.

– Скафандр состоит из герметичного костюма, шлема, системы распознавания, экзоскелета и оружия, – пояснила Ама.

Она застегнула свой шлем, и Ван сразу услышал ее голос по интегрированной системе связи:

– Это – автоматически наводящаяся система. Она уже настроена. Тебе нужно только нажать на спуск, как увидишь их.

– Кого «их»? И где спуск?

– Вот, – показала Ама рисунок на рукаве скафандра. – Их ты заметишь через очки. Пошли!

И она пошла вперед, Ван – за ней. Скафандр был громоздкий, толстый, и было неудобно переставлять ноги. Они дошли до платформы. Ама зашла на нее, следом зашел Ван. Платформа, будучи прикрепленной к вертикальным рельсам, двинулась вверх. Это был открытый лифт. Минуты через две платформа остановилась, и они вышли.

– Мы выйдем через шлюз наружу. Там могут быть ныряльщики, я их взорву, – сказала она.

Герметичные двери шлюзовой камеры открылись, выпустили их и снова сомкнулись, оставив наедине с целым миром.

Мир был погибший: безлюдный и разоренный. За их спинами выступало здание, из недр которого они выбрались. Впереди – пустырь. Как будто здесь прошла война. Повсюду виднелись здания, но все они были разрушены. Словно их разбомбили, и никто не выжил.

Ван заметил какое-то движение сбоку. Он повернул голову, и очки приблизили изображение, а затем автоматически включился сканер.

Два существа прятались за развалинами здания. Сканер определил, как они выглядели. Это были трехметровые металлические конструкции, напоминавшие огромных червей или пиявок – удлиненные тела, растягивающиеся металлические части. В один момент они стали зарываться в землю.

– Заметили нас, – пояснила Ама.

Ван увидел, как эти металлические пиявки вырыли норы и вскоре полностью скрылись под землей. Теперь они очень быстро приближались, работая как землеройки под поверхностью.

Ама направила руку со сжатым кулаком в сторону пиявок. В следующий момент из рукава ее скафандра показался ствол. Ван увидел вспышки, а потом – взрывы в том месте, где ползли металлические конструкции. Взрывы были настолько мощными, что под действием взрывной волны Ван закачался в своем неудобном скафандре.

– С ныряльщиками покончено. За мной! – скомандовала Ама и пошла вперед.

Сверху раздался еле слышный гул.

– Прячемся, – потянула его за скафандр Ама, пробираясь в полуразрушенное здание.

Ван последовал за ней. Когда гул стих, она сказала:

– Это дроны. Выслеживают нас с воздуха.

Они с трудом выбрались из развалин, прошли еще несколько разрушенных построек и остановились.

– Когда мы покажемся из-за угла, нас заметят. Увидишь их – стреляй, – сказала Ама и пошла вперед. Ван не отставал.

Через очки он увидел развалины внушительного здания. Очки увеличивали масштаб. Сначала стали видны бактерии на поверхности стены. Потом оказалось, что и бактерии, и все вокруг покрыто микросуществами, внешне похожими на ос или пчел, с жалами и крыльями. Существа эти были настолько маленькими, что их можно было заметить только при необычайно сильном увеличении.

Ван увидел, как насекомые поднялись в воздух и полетели прямо на них. Он услышал выстрелы. Ама поливала их лучами, и они тысячами падали на землю.

Ван нажал на рисунки на рукавах и вытянул руки вперед, чтобы привести в готовность стволы. Прицел в его очках показал летящее на него облако.

Ван сжал руку в кулак – и раздались выстрелы. Он понял, как работает эта система, и стал сжимать кулаки снова и снова, выпуская лучи в полчища микроскопических насекомых. Рядом то же самое делала Ама. Вместе они постепенно приближались к развалинам.

– Ляг на землю, – сказала она, когда они подошли еще на несколько шагов.

Он лег. Ама легла рядом и вытянула обе руки вперед, целясь в развалины. Ван увидел две вспышки из ее рукавов, а затем похожие на молнии разряды, полетевшие в здание. Развалины от этих разрядов покрылись инеем.

– Ты заморозила их, для чего?! – воскликнул он.

– Чтобы прекратить их движение! Ледяной луч замораживает их до температуры абсолютного нуля, и это обездвиживает их.

Они поднялись и вошли в здание. Все вокруг оледенело.

– Ты заморозила весь склад?

– Да. Это мощное оружие. Теперь осталось покончить с ними. – Она окинула глазами пространство, имея в виду крошечных насекомых. – Мы используем для этого плазменное оружие, которое нагреет и разложит их на атомы. Они ничего не успеют сделать.

Она снова коснулась рисунков на рукавах, и оттуда показались стволы. Ван последовал ее примеру. На этот раз выстрелы были совершенно другими. Они напоминали не молнии, а сгустки.

В помещении продуктового склада было темно. Ван и Ама поливали все вокруг сгустками плазмы. Через увеличенное масштабирование он видел, как замороженные насекомые плавятся и растекаются по поверхности микромира.

Вернувшись в макромир, Ван увидел, что Ама грузно села и включила на руке передатчик.

– Петр, Мартин! – позвала она и перешла на незнакомый язык. Внезапно в шлеме Вана зазвучал голос переводчика: – Вы меня слышите?

Судя по всему, ей кто-то ответил, и она передала:

– Мы захватили склад! Повторяю: мы захватили склад!

Ван проснулся. Он лежал в тускло освещенной незнакомой комнате. Над ним нависло чье-то лицо. Это была старуха. Она держала ложку.

– Что это? – спросил Ван одними потрескавшимися губами.

– Это поможет тебе, у тебя жар, – сказала старуха.

Он выпил с ложки лекарство, и старуха отошла. В дальнем углу комнаты Ван заметил еще одну, молодую женщину. Старуха что-то ей сказала, и они вернулись к нему уже вдвоем.

– Скоро тебе станет лучше, – сказала та, что была моложе. Вана передернуло: он узнал ее. Перед ним стояла Ама.

Глава 9

При взгляде на нее можно было понять две вещи: во-первых, она открыта и общительна, а во-вторых, она наполнена энергией и готова без промедления действовать. Знак Водолея придавал ей легкости и независимости. Она производила впечатление человека, которого сложно удивить и который точно знает, чего хочет и как достичь желаемого.

– Где Ерум? – спросил Ван.

– Ерум погиб, – ответила Ама.

Ван тяжело вздохнул. На душе было хуже некуда. Он оглядел комнату. Старуха стояла в углу и неотрывно смотрела на него. Только теперь он смог разглядеть ее.

Лицо и руки старухи были лиловыми, на лице росли волосы, как у мужчины. Но все же голос, фигура и одежда говорили о том, что это женщина. «Мутант», – понял Ван.

Физически он чувствовал себя лучше. Жар прошел. Ван вспоминал падение броневика, а потом свой сон, в котором они были где-то в другом месте и, возможно, в другом времени. Они боролись против ужасных насекомых – ядовитых и неживых.

Ван не мог забыть сон. Он сказал:

– Мне приснилось, как мы стреляем в жутких насекомых. Мы были в диковинных скафандрах и пробрались на склад. Это было настолько реалистично.

Ван подумал, что был не совсем без сознания, когда его принесли сюда. Он запечатлел в памяти лицо этой женщины, запомнил ее имя, а потом упал в забытье. Мозг добавил в сновидение знакомый образ и создал пугающий антураж.

Ама ответила на его мысли:

– Я тоже помню, как мы поднялись в город, видели ныряльщиков, прятались в развалинах, морозили и убивали кружащихся тварей. Ты хочешь знать, чем все закончилось?

– Да, – ответил Ван. Он был заинтригован. Ведь это был его сон. Так, значит, она может читать его сновидения?

Ама прервала его мысли:

– Дальше они отправят за нами облако микророботов. Эти крошечные создания являются искусственным вирусом, быстро убивающим все живое. У них есть инструменты, позволяющие использовать промежутки между молекулами и проникать через герметичные стены. Это то же самое, как если бы мы стали нагревать твердые тела до того момента, пока они не превратились бы в жидкости, а затем – и в газы. Тогда мы смогли бы пройти.

– Это те крошечные насекомые, которых мы видели через очки? – спросил Ван.

– Нет, – покачала головой Ама. – Это другой, усовершенствованный вид. Еще более крошечные создания, способные уничтожить любую жизнь. Я хочу сказать, что они убьют нас всех. Никто не выживет.

– Они убьют нас? – спросил Ван.

Ама посмотрела на него, как на идиота.

– Естественно. И не только здесь, но и там.

– Где, там? – не понимал Ван.

– Где мы с тобой были только что.

– Я думал, это был сон.

– Да, ты спал, – подтвердила она. – Но я перенесла нас туда. Мы были на планете Эрида, где и находится мой дом. Но ты видел, что там случилось. Эриду надо спасать. Весту надо спасать. Поэтому я здесь. Мне нужна твоя помощь!

– Я ничего не понимаю, – признался Ван.

– Смотри, – сказала Ама. – Мы находимся на Весте.

– Что? На какой Весте? – не понимал Ван.

– Ты думаешь, что вы живете на Земле? – спросила она.

– А где нам еще жить? Ну конечно, на Земле!

– Это не верно, – покачала головой Ама. – Ладно, пусть это будет Земля. Когда ваш броневик упал, я вытащила тебя из люка и отнесла сюда. Эту женщину зовут Гаэ, она живет здесь, на Весте, или, как вы ее называете, на Земле. Гаэ уже знает, откуда я прибыла и зачем. Она нам помогает. Теперь слушай дальше. Тот мир, откуда я прибыла, находится в поясе Койпера. Там идет война, но вскоре она закончится, захватчики уничтожат последних людей. Это произойдет через двадцать лет – совсем ничего по меркам космоса. Я прибыла сюда из будущего через темпоральную скважину. Это работает так: машины сканируют наши тела, все детали, все атомы, потом они складываются в точно такие же тела в другом месте и в другом времени. Это называется пространственно-временная телепортация. Пока твое тело отдыхало здесь, мы воссоздали его в будущем, и ты был во втором теле, но ты этого не понял. Это был мой мир, в поясе Койпера, в будущем, ты понимаешь?

– Гм, – произнес Ван, – через двадцать лет?

– Да, мы были там через двадцать лет. Твое второе тело, так же, как и мое, и сейчас находится там. Но нельзя размножить сознание. Оно нематериально по своей сути. Наши сознания здесь, – заключила Ама.

– Значит, мы находимся здесь в сознании, но как же там находятся наши тела, они находятся без сознания?

– Не совсем так. Наши тела находятся там без наших сознаний, но они двигаются и функционируют. Они делают все, что и раньше, но не осознают этого. Работает лишь мозг. Самосознания нет. Это похоже на маленького ребенка, совсем малыша, или на примитивных животных, которые не обладают сознанием. Когда мы вернемся отсюда туда, мы будем помнить, что происходило здесь, но там мы очнемся, как после сна, и не будем помнить, что происходило с нашими телами во время отсутствия в них наших сознаний.

Ван только сказал:

– Как все запутано. Но зачем нам возвращаться туда?

– Как зачем? – всплеснула руками Ама. – Мы должны спасти Весту и спасти Эриду, чтобы ее не уничтожили через двадцать лет. Для этого ты должен понимать, как бороться с пришельцами, знания накоплены в будущем. Но сначала мы должны победить пришельцев здесь, на Весте. То есть, на Земле, – поправилась она.

– А разве пришельцы и здесь тоже? – наивно спросил Ван.

– Пока нет, но скоро они будут здесь. Ты должен доверять мне. И все же я покажу тебе их. Ты видел старика Нува? Поднимайся с кровати, мы поедем его искать.

Глава 10

Ван поздоровался и начал:

– Меня попросили дать это интервью. Люди хотят знать, почему чемпион мира был захвачен в плен, неужели такое возможно? Я скажу всем, что я не был захвачен в плен, подчеркну это. Я сам сдался в плен, а это безусловно разные вещи. Да, я нахожусь в башне района Миротворцев. Да, я попал сюда по своей воле. Я – опытный солдат, а не только чемпион. Неужели кто-то думает, что меня можно взять голыми руками? Спешу вас разочаровать и повторяю: сдался в плен я сам, без принуждения. Спросите меня, почему? Да, я отвечу: общество района Цветочных клумб больно. Оно пропитано ненавистью и ложью, неприятием свободы, ксенофобией, паранойей и агрессией. В таком обществе невозможно быть полезным человеком, в нем можно быть лишь маленьким и ненужным винтиком системы, которая поглощает личность и ее свободу. Кому это понравится? Кто будет счастлив в таком обществе? Кто захочет ему служить? Никто и никогда! Пусть все люди знают, что общество подлецов и подхалимов недостойно иметь лучших солдат и чемпионов. Да, я говорю об этом гнилом обществе района Цветочных клумб, в котором мне, к несчастью, выпала доля родиться и жить, но в которое я не вернусь до того момента, пока оно не изменится. Я отказываюсь иметь с таким обществом что-то общее и перехожу на сторону действительно сильного, созидательного общества района Миротворцев. Я уверен, что люди поймут мой поступок и высоко оценят его. Я благодарю всех, кто поддерживает меня, и особенно благодарю руководство района Миротворцев за теплый прием и радушие.

Президент района Миротворцев улыбнулся. Ван получился точь-в-точь как настоящий. Его внешность и голос были очень правдоподобно воспроизведены на видео, которое посмотрели десятки тысяч людей. Специалисты виртуальной реальности хорошо сделали свою работу, и теперь никто не сможет заподозрить район Миротворцев в нечестной игре. Что поделать, эта игра была продиктована политической необходимостью.

Тем временем бывший напарник Вана был нарасхват у многочисленной армии обозревателей. Он сидел перед камерой и отвечал на вопросы по видеосвязи. Аудиторию составляли зрители района Цветочных клумб. Они хотели знать, почему их чемпион сбежал. Неужели он сам сдался в плен их заклятым врагам из района Миротворцев?

– Однозначно, он сам сдался в плен, он попросту сбежал. Я был его напарником длительное время, и могу говорить об этом наверняка, – сказал Дем.

– Но позвольте, каковы причины, побудившие чемпиона мира и образцового, казалось бы, солдата сбежать на сторону врага? – спросил обозреватель.

– Причины простые. Первая причина: он принимал допинг, и нечестно выиграл чемпионат. Об этом все знают. Об этом знаю я и многие ребята, с которыми общался Ван. Понятно, что когда слухи о допинге начинают распространяться, это неприятно. И с этим надо что-то делать. А что мог сделать с этим Ван? Он понимал, что скоро дело примет серьезный оборот, дойдет до расследования, и его лишат титула чемпиона мира. Его бегство избавило его от подобной проблемы. Он сохранил звание чемпиона и вышел сухим из воды.

– Были еще причины? – спросил обозреватель.

– Конечно, были, – ответил Дем. – Посудите сами: он был не только подлецом по жизни, но и тираном в семье. Свою жену он постоянно оскорблял, я сам слышал эти оскорбления из его уст и мне было от этого не по себе. Как можно так ненавидеть свою жену? Она очень страдала от его тирании. А дети? Они были брошены, он совсем о них не заботился. И посмотрите, что он сделал: он бросил жену и детей, убежав за лучшей, как ему кажется, долей. Он всегда был таким негодяем. Я знаю, о чем говорю, – заключил Дем.

Он ответил еще на пару десятков похожих вопросов такими же похожими фразами. Затем выключил виртуальный экран и вышел из своей комнаты.

Спустившись на лифте до сто двадцатого этажа, Дем отправился в апартаменты, где его уже ждала Жизз.

– Милый, ты так долго! – воскликнула она.

– Это тебе! – сказал Дем и протянул ей спрятанные за спиной цветы. – Как видишь, я настойчив!

– Теперь никто не скажет, что это веник, – засмеялась Жизз.

– Определенно.

И Дем обнял ее, стал целовать, а она смеялась и говорила, что никогда не любила «этого солдафона», имея в виду Вана. Она всегда была предана Дему, еще с того момента, когда они только встретились, а потом она зачала от него детей и хранила эту тайну от нелюбимого мужа, который был надежным добытчиком и опорой, но совершенно не интересным ей человеком.

– Как наши дети? – спросил Дем.

– Они уже спят, – сказала Жизз.

Дем подошел к детской и нажал на кнопку, вмонтированную в стену. По стене прошла рябь, и она стала совсем прозрачной. Дем с удовлетворением убедился, что Жизз была права, и дети действительно крепко спали.

– Ты будешь жить с нами? – спросила она.

– А как ты думаешь? – сказал Дем и повалил ее на постель.

Глава 11

Ван надел защитный костюм, шлем и вышел из бункера наружу. Старуха Гаэ сказала, что у него ничего не получится, а Ама только покачала головой.

Но Ван не мог бросить свою семью. К тому же он был военным, поэтому должен прийти и доложить, что случилось. Возможно, все думают, что он погиб. Если он нужен для войны с пришельцами, он подумает об этом. В любом случае, он должен оказаться в своей башне, но как туда войти? До сих пор он покидал ее лишь через высокие шлюзы, и не представлял себе, что делается внизу.

Ван подошел к башне. Темно-зеленая стена, казалось, была бесконечна. Она тянулась далеко в обе стороны. Ван взглянул наверх. Насколько хватало глаз, он не видел ни шлюзов, ни каких-либо отверстий. Это была монолитная стена.

Ван пошел вдоль стены. Через четверть часа пути она стала плавно заворачивать, и затем выпрямилась вновь. Ван шел дальше – ни шлюзов, ничего. Опять закругление, опять прямая стена. И третье закругление, и опять стена. Наконец, после четвертого поворота Ван понял, что оказался в том месте, откуда начал свой путь. Он закричал:

– Кто-нибудь меня слышит?! Я Ван! Откройте, впустите меня!

Ничего не произошло. Ван стал колотить руками и ногами по стене. Но, кажется, она не была предназначена для прохода. Если в башню и можно было войти, это следовало сделать сверху.

Ван вернулся. Он спустился в бункер и вошел в комнату старухи Гаэ.

– Тебе потребовалось несколько часов, чтобы убедиться, что в башню нельзя войти? – спросила Ама.

– Да, – мрачно ответил Ван. – Мне нужен диск, чтобы подлететь к шлюзу. Может быть, с этим поможет старик?

Ама ничего не ответила, а Гаэ покачала головой.

– Мутанты не летают на дисках? – спросил он, но тут же понял, что он мог обидеть Гаэ. – Извините, я хотел сказать, люди, которые живут внизу.

– Мы ездим на электробайках, – сказала Гаэ.

Вскоре она принесла еду.

– Это рачки из подземной реки.

– Рачки? – поморщился Ван. – Они живые?

Рачки шевелились.

– Они полуживые, – сказала Гаэ. – Ешь, они очень питательные.

«Невероятно!» – подумал он и, закрыв глаза, отправил еду в рот.

Поев, они собрались и вышли наружу. В сумраке была низкая видимость. Гаэ показала, куда им идти. Рядом проехал электробайк с колесами хаблесс. Гаэ показала на него и кивнула, имея в виду, что им для передвижения нужно нечто похожее.

Они зашли в бункер, где мутант с клешнями вместо рук предложил им байки в аренду.

– У нас есть человек, который может вас сопровождать. Куда вы едете?

Ван объяснил, что им нужен старик, но они не знают, где его найти.

– Ученый Нув, у него есть телескоп, – добавил он.

Мутант активировал перед ними виртуальную карту, но по их запросам карта ничего не нашла. Тогда мутант приставил клешню к глазу и сделал из нее подобие кольца.

– Вам это нужно? – спросил он.

– Нам нужен старик. С такой штукой, – уточнил Ван.

– Добро. Берите парня, это мой сын Юл, он будет вас сопровождать и поможет с байками, – сказал мутант и повернулся, уступая дорогу юноше с такими же, как у него, клешнями вместо рук. Тот поприветствовал Вана и женщин.

– Не смотрите на мой возраст, – сказал Юл. – Я помогу вам выбрать байки и поеду с вами, это бесплатно!

Они выбрали электробайки со встроенным интеллектом. Ван расплатился с мутантами, моргнув глазом. Они надели специальные шлемы и перчатки и поехали.

Ван управлял байком жестами, через перчатки их принимал блок управления байка.

– Можно управлять им через шлем при помощи мысленных команд, – сказал Юл.

Ван разогнался и притормозил, приказывая байку мысленно. Они решили ехать в район Синих столбов: именно там жило большинство ученых. Ама и Гаэ ехали сзади, Юл то и дело подъезжал к ним, чтобы объяснить что-то про управление байком.

– Нам нужно будет заряжать батареи? – поинтересовался Ван.

Юл покачал головой и лукаво улыбнулся, похлопав клешней по боковой поверхности байка:

– Они подзаряжаются пиратским способом от внешних источников, качая электричество в свои батареи.

Ван сильно устал. Передав управление автопилоту, он вскоре заснул.

Электробайки прекрасно маневрировали на опасных участках. Они работали бесшумно, а колеса хаблесс как будто плыли по поверхности.

Глава 12

Нув был немолод, и уже не интересовался женскими прелестями. Когда-то давно у него была большая любовь, но она была неудачной. Спустя много лет он все еще вспоминал о ней, и как представитель знака Скорпиона сохранил в душе чувство практически в первозданном виде.

Все свое время Нув посвящал науке и обучению молодой поросли. Он носил очки, волосы его были седыми, но ум оставался свежим и пытливым. Пожалуй, даже среди мутантов он был исключительной, незаурядной личностью, и многие считали его мудрым.

– Профессор, вы знаете, что вас ищут? – спросил Геф.

Нув похлопал юношу по плечу:

– Да, чувствую их мысли.

В аудитории кафедры сидели учащиеся и ждали, что он скажет. Нув прошелся между рядами и грустно улыбнулся.

– Дорогие студенты, после того, как с помощью нашего телескопа был обнаружен загадочный флот военных кораблей, было решено созвать научный симпозиум. Вы – будущее нашей науки, и я скажу вам, что один единственный телескоп – это не предел. У нас должны быть сотни телескопов, и с лучшим разрешением. И должны быть сотни астрономов. Мы слишком сосредоточились на своих внутренних делах, но совсем забыли о космосе. И если бы не наш телескоп, мы бы не узнали, что нам грозит опасность.

Профессор показал студентам задания для обучения и вышел из бункера кафедры астрономии. В конференц-бункере уже собрались ученые. Они приветствовали профессора, когда он зашел на трибуну.

– Как вы все знаете, мы обнаружили космические корабли, летящие по направлению к Земле. Мы могли бы поспорить, с какой миссией эти корабли летят к нашей планете, но мы зафиксировали, что это не гражданские, а именно военные суда. И мы, – профессор оглядел зал, – обладая некоторыми телепатическими способностями, имеем все основания полагать, что загадочный флот движется к нам отнюдь не с дружеской миссией.

В зале показалась чья-то поднятая рука, и Нув кивнул, разрешив задать вопрос.

– Профессор, – обратился к нему ученый с чешуйчатой кожей, – как вы полагаете, когда обнаруженные корабли достигнут Земли? И как вы думаете, возможно ли, что Земля не является конечной точкой их маршрута?

– Я полагаю, им потребуется около десяти месяцев, чтобы достигнуть цели. Вокруг нашей планеты нет других небесных тел, и поэтому мы не можем полагать, что обнаруженные корабли имеют иную точку назначения, кроме нашей планеты, – ответил профессор.

В зале воцарилась мертвая тишина. Наконец, слово попросил ученый с необычным клювоподобным носом:

– Профессор, полагаю, ученое сообщество понимает всю глубину и важность предстоящей проблемы. И конечно, все понимают, что нам следует подготовиться, чтобы решить эту проблему.

– Да, Крон, – подтвердил профессор. – Мы, собравшиеся, должны донести эту информацию до всех районов, всех бункеров, всех людей, за исключением, конечно, небоскреберов. Как мы их называем, небожителей, потому что они с нами никак не контактируют, и в том числе не контактируют виртуально. Я не сомневаюсь, что мы начнем готовиться к прибытию так называемых гостей. Все предложения мы обсудим путем голосования. В голосовании будут участвовать все, кроме небожителей. Мы проведем голосование в ближайшее время. Я должен сказать вам еще об одном обстоятельстве, которое выглядит довольно странно. Мы учим разные науки в школе, в зависимости от будущей профессии. Так вот, у меня занимается целая группа начинающих астрономов, обычные же люди, за редким исключением, не слышали даже, что такое телескоп. И обстоятельство, о котором я бы хотел вам сообщить, касается наблюдений за небесными телами в телескоп. На основании моих наблюдений я пришел к выводу, что наши знания о планете неточные, весьма поверхностные и даже неверные. Мы помним фильмы о райском мире, которые считаем фантастикой, созданной при помощи технологических манипуляций. Так вот, эти фильмы, которые настолько старые, что мы даже не имеем понятия, сколько им лет, сняты, по-видимому, в реальном мире. Однако не в нашем мире. Возможно, они были сняты совсем на другой планете.

– На какой же, профессор? – спросил один из ученых. В зале загудели голоса.

– На Земле, – ответил Нув.

– А разве мы не на Земле? – спросил его ученый с клювоподобным носом.

– Нет, – сказал профессор. – И вот почему. Мы находимся невероятно далеко от Солнца. Мы почти не видим его. Все планеты и созвездия находятся не там, где следует. Где следует из старых книг, которые мы можем найти в инфосетях и которые мы не воспринимаем серьезно. Наш воздух отравлен. Мы ходим в гермокостюмах и в шлемах. Я мог бы говорить об этом долго. Есть старые фильмы и книги, наблюдения, наконец, внутреннее чувство, что на Земле было по-другому. Старые фильмы – это не фантастика, как учили нас в школе. У нас сто месяцев в году, в месяце шестьдесят дней, а человек живет двадцать пять лет. Но люди, о которых у нас ходят легенды, жили почти сто лет! А мне только исполнилось двадцать – и я уже старик.

Глава 13

– Полезай в капсулу, – сказала Ама.

Ван помедлил и залез в прозрачную посудину цилиндрической формы. Он почувствовал, как герметичная створка сомкнулась, капсула завибрировала и поднялась в воздух. Напротив Ван увидел в такой же капсуле Аму. Цилиндрические формы стали сплющиваться, по бокам капсул выдвинулись небольшие крылья, к ним были присоединены стволы. Внизу капсул работали двигатели.

– Это трансформеры, – прозвучал голос Амы через наушники. – Они защитят нас от микророботов и позволят действовать в воздухе как боевые машины.

Трансформер Амы медленно поплыл вверх, и Ван последовал за ним. Внизу были руины зданий, ветер переносил мусор и пыль. Ни людей, ни животных.

– Впереди дроны, – сообщила Ама. Ван догнал ее в воздухе. Они дрейфовали на малой скорости. Ван увеличил масштаб и увидел впереди стройные ряды небольших летательных аппаратов с подвешенными к ним крошечными орудиями.

– Включи силовое поле, – подсказала Ама.

– Как?

– Внутри интеллект, он реагирует на мысленные команды.

Дроны заметили их, и из крошечных орудий полетели выстрелы. Это были светящиеся полосы, выпущенные в них целым потоком. Когда светящийся поток достиг силовых полей, пространство вокруг капсул заискрилось, но больше ничего не произошло.

– А теперь наша очередь! – сказала Ама, и Ван увидел, как из присоединенных к крыльям трансформера орудий вырвались огненные залпы, а в следующий миг стройные ряды дронов скрылись за стеной ярких вспышек.

Ван по примеру Амы выпустил залпы огня из своих орудий. Впереди забушевали клубы огня и дыма. Когда они подлетели к сектору, где еще недавно рядами наступали дроны, в рассеявшемся дыму сновали лишь отдельные аппараты, похожие на миниатюрные самолеты. Казалось, они кружились бесцельно, не понимая, что им делать.

– Перезаряжай орудия огнеметными снарядами, – скомандовала Ама.

Под крыльями трансформера прежние небольшие стволы сменились широкими. Из них полыхнули снопы огня. Вокруг беспорядочно метались уцелевшие дроны. Огнеметные выстрелы жгли их, словно кружащих мух.

Внезапно прогремели взрывы – и трансформеры неуправляемо закувыркались в воздухе.

Когда хаос закончился, Ван спросил:

– Что это было?

– Посмотри вниз, – сказала Ама. – Это блиндажные пушки. Если бы не силовое поле, нас бы уже похоронили.

Ван увеличил масштаб и увидел внизу блиндажи с огромными орудиями, которые целились в них.

– Делаем второе поле и уходим! – прокричала Ама, и ее трансформер резко ушел в сторону, спасаясь от снаряда.

Ван скомандовал машине создать двойное силовое поле и стал быстро маневрировать, уворачиваясь от огня.

Он палил по блиндажам, но, казалось, его выстрелы ничего не меняли.

– Не трать выстрелы, уходим! – сказала Ама, и ее трансформер пропал вдали.

В машину Вана попал снаряд, но силовые поля смягчили удар, и машина, покачавшись, сохранила траекторию. Ван ускорился, догоняя Аму.

Отдалившись от блиндажей, они спикировали к развалинам. Но внизу их уже как будто поджидало облако микророботов: оно вмиг окутало трансформеры, пытаясь пробраться сквозь герметичные швы.

– Ты не забыл, как с ними бороться? – спросила Ама.

Ван первым выпустил разряд молнии в агрессивное облако, вокруг заклубился морозный воздух и посыпался мелкий снег. Один из фрагментов облака исчез. Ама отправила туда же свою молнию, и еще одна часть облака осыпалась снегом. Ван и Ама произвели еще пару выстрелов – и от огромного облака не осталось следа, микророботы были заморожены.

Ван и Ама переключили орудия в режим плазмы и расплавили обездвиженных существ, оставив от них разве что воспоминания.

– Нет проблем! – сказал Ван и посмотрел через прозрачный корпус трансформера на Аму. Она с кем-то говорила. «В самом деле, – подумал Ван, – здесь должны быть другие люди. Где они? Прячутся?»

Закончив разговор, Ама бросила:

– Лети за мной, у нас мало времени!

Они пулями направились вверх, развернулись в воздухе и полетели в другую сторону. А спустя пять минут приблизились к сектору, где шел бой. Вокруг гремели взрывы, было все в огне и дыму. Ван различил дюжину трансформеров и множество вражеских истребителей, похожих на гигантских черных рыб без глаз и с удлиненными плавниками-крыльями. Истребители были в несколько раз больше маневренных трансформеров, они палили из орудий под крыльями, а трансформеры отвечали своим огнем.

Ван и Ама открыли огонь по истребителям и им показалось, что противник дрогнул, часть машин покинула поле боя. Но через мгновение огненно-грязное небо расцветили новые выстрелы эскадрильи истребителей. Огонь бил по силовым полям, от взрывов трансформеры отлетали, как от невидимой стены. После ряда кувырков Ван нашел возможность выстрелить во вражескую машину очередью, и из ее хвостовой части повалил дым.

Ама ушла от вражеских снарядов и послала выстрелы в одного из неприятелей. Тот не выдержал огня и ушел вниз, освобождая путь другому. Истребитель разразился очередью выстрелов – и Ама была отброшена назад.

Трансформеры отступали под напором вражеской эскадрильи, силы были неравны. Ван и Ама не могли обеспечить перевеса, они могли лишь на несколько минут отсрочить неизбежное.

Ван увидел, как один из трансформеров был атакован истребителями сразу с трех сторон: ему было некуда деваться, и силовое поле пропустило выстрел. В следующий момент трансформер пошел штопором вниз. Все случилось так быстро, что никто не успел прийти на помощь.

– Отходим назад, – сказала Ама. – К зданию, там будет удобнее их атаковать.

Трансформеры ушли ниже, укрывшись внутри разрушенного здания, передвигаясь за руинами стен и опорных конструкций. Истребители облетали здание по периметру, не решаясь сунуться внутрь. Трансформеры стреляли в них из укрытий, истребители стреляли по зданию наугад. Так продолжалось с четверть часа, пока один из истребителей не загорелся и не упал, взорвавшись огненным шаром.

Падение истребителя не убедило эскадрилью противника, она продолжала палить из своих орудий по руинам здания. Наконец, еще один истребитель загорелся и попытался уйти от периметра здания. Ван был ближе всех к истребителю, и вынырнул из укрытия, чтобы добить врага. В него устремился поток вражеского огня, прогремел мощный взрыв, трансформер содрогнулся и потерял управление. Ван понял, что двойная защита силового поля была пробита и его трансформер падает. Он успел подумать о том, хватит ли сил у остальных держать оборону, а в следующий миг удар о поверхность разнес его трансформер на мелкие куски.

Ван ничего не почувствовал, смерть была мгновенной.

Глава 14

– Ты хорошо учишься, – сказала Ама, когда он открыл глаза.

– Я погиб, – ответил Ван.

– Зато ты дрался без страха. Но тебе не хватает выдержки и опыта.

Ама, Гаэ и Юл стояли на дороге рядом с электробайками. Ван сидел на байке.

– Мы остановились, чтобы поесть и передохнуть с дороги, – сказал Юл.

Они спустились в бункер, прошли через длинный узкий туннель и оказались в кафе. Им принесли рачков, которые Ван уже пробовал у старухи Гаэ.

– У вас нет другой еды? – спросил Ван.

Женщина, принесшая рачков, покачала головой. А Гаэ сказала:

– В подземной реке водятся только рачки и растут водоросли. Кое-где выращивают местные овощи. Но под землей они растут плохо и стоят дорого. В небоскребах изобилие, а мы живем бедно.

– А мутации из-за еды? – спросил Ван.

– Возможно. Из-за еды и воздуха. Не у всех есть гермокостюмы и не всем они нужны. У кого-то растут волосы на лице, у кого-то есть хвосты или клешни. А кто-то умеет читать мысли.

– Это может быть и у меня?

– Все может быть.

Ван повернулся к Аме:

– Это правда, что мы живем не на Земле?

– Правда. Добро пожаловать на Весту, – усмехнулась она, но тут же стала серьезной. – Поверхность была создана с применением плотных металлов – иридия, омния и их производных – с единственной целью: повысить гравитацию Весты. Атмосфера и магнитосфера не удались, существование на поверхности живой воды оказалось невозможным. Нет растений, животных. Все это находится или под землей, или в башнях. Сама планета – это просто голый плацдарм. Точнее, даже не планета.

– А что тогда? – спросил Ван.

– Веста – астероид. Вы живете на астероиде, терраформированном пару сотен лет назад.

– Но почему мы об этом не знаем?

– Потому что правду скрыли, чтобы не подвергать людей ненужным волнениям. Так всегда было в истории. И на Земле, и на Весте. На Земле тоже не знали, что туда люди прибыли с Марса. Все артефакты были уничтожены, чтобы об этом никто никогда не узнал.

Они поели и вышли наружу. Садясь на байк, Ван спросил:

– Почему ты выбрала меня?

Ама посмотрела на него пристально и вздохнула.

– Я тебя не выбирала. Ты был моим мужем в прошлой жизни. Правда, мы жили в других телах и на другой планете.

– На Земле? – спросил Ван.

– Да, на Земле.

– Сделай мне одолжение, – попросил он.

– Какое?

– Перенеси меня на Землю.

– Зачем?

– Ты сама знаешь, зачем, – глубокомысленно ответил Ван. – Я хочу посмотреть на врага и набраться опыта.

– Ты считаешь, что сможешь что-то сделать на Земле? – спросила она.

– Посмотрим, – ответил он.

Они поехали дальше. Юл был впереди, затем ехал Ван, а женщины замыкали группу. Вдруг сильно похолодало, мороз чувствовался даже через гермокостюм.

– Что происходит? – спросил Ван.

– Это владения района Крестов, – ответил Юл. – Скоро мы остановимся и зайдем погреться в бункер, мы должны оплатить проезд, потом отправимся дальше.

Они остановились у бункера. Все замерзли. Как только за ними закрылся шлюз, сразу стало тепло. В бункере их встретили бородатые мутанты низкого роста в причудливых одеждах, напоминающих панцири.

– Каким ветром вас сюда занесло? – спросил один из мутантов.

– Мы едем в район Синих столбов, – ответил Юл. – Слишком холодно снаружи, вы можете нас пропустить?

Бородатые засмеялись. Второй из них сказал:

– Мы понимаем, что холодно. Для этого и существуют генераторы погоды, чтобы их настраивать на нужный температурный режим.

Третий мутант сказал:

– Мы же не знаем, кто к нам пожаловал, вот так и проверяем.

Мутанты снова засмеялись. Ван не вытерпел:

– Вы что, с ума сошли? Вы включили мороз – и вам весело?!

Юл остановил Вана и обратился к бородатым:

– Уважаемые господа, ничего не имеем против ваших порядков! Мы люди мирные и просто хотим проехать по вашей территории. Вы можете отключить генератор на время?

– Можно, – ответил первый. – Но не бесплатно. В нашем районе интересно посмотреть на животных и растения, на красивые пещеры и реку. У нас есть гид, вам нужен гид?

– Нет, нет, мы просто хотим проехать дальше. Мы просто заплатим, договорились? – спросил Юл.

Бородатые приняли плату, и когда Ван, Юл и женщины вышли наружу, температура повысилась. Они поехали вперед. Юл сказал, что в районе Крестов так всегда: приходится платить за проезд под видом экскурсии, но местным нравится подзаработать на приезжих.

– Это самый предприимчивый район, – заключил Юл.

Пейзаж вокруг был однообразный: пустынная поверхность с редкими люками бункеров и еще более редкими башнями. Изредка они видели кого-то на байке или вышедшего из бункера случайного человека.

– Когда мы приедем? – спросил Ван после нескольких часов в седле электробайка.

– Завтра, – ответил Юл. – Дальше все спокойно. Можешь спать.

Глава 15

Ван открыл глаза. Он лежал абсолютно голый на грязных металлических листах. Рядом лежала груда металлолома. Сзади, по бокам и впереди находились ржавые металлические постройки. Ему стало жарко, он посмотрел вверх. Там было огромное белое солнце на голубом небе. Это было удивительно!

Ван захотел подняться и тут же упал. Его тело стало неимоверно тяжелым, словно дисковый броневик. Но это было его тело. Что произошло? Внезапно он обнаружил, что груда металлолома рядом с ним представляла собой одежду. Но только не полностью металлическую: в местах соединения частей костюма он заметил пластик. Из рукавов торчали перчатки. В одной из перчаток Ван заметил кусок бумаги.

Он взял бумагу и прочитал:

«Ван! Я перенесла тебя на Землю. Одевай этот костюм немедленно! В твоем мозгу чип, он поможет тебе понимать язык. Себя не выдавай. Ама».

Ван притянул к себе рукав и натянул. Потом нашел другой рукав. Потом корпус костюма, части ног и шлем. Части костюма автоматически защелкнулись в местах соединений. Только теперь Ван смог подняться. Костюм помогал поддерживать равновесие и реагировал на импульсы его тела. Он прошел в одну сторону, потом в другую. Металлические листы под ногами громко проминались.

Вдруг он услышал чей-то жалобный крик совсем рядом. Перед глазами включился виртуальный экран, автоматически пошел перевод.

– Помогите! – переводил с незнакомого языка экран.

Через некоторое время крик повторился. Ван понял, что крик доносится изнутри одной из металлических построек. Он дошел до нее и увидел дверь. Открыв ее, он вошел внутрь и оказался в небольшом помещении. Было темно, но здесь включился фонарик на шлеме. И Ван увидел стол с разными аппаратами и проводами. В центре стола находилась чья-то голова. Это была голова человека.

– Помогите! – произнесла голова, глядя на него.

Ван увидел невероятно истощенное лицо и множество проводов, присоединенных к шее и уходивших к устройствам, от которых, в свою очередь, шли другие провода. На столе находились только голова и шея, а дальше шли провода.

– Они разрезали меня! – простонала голова.

И здесь Ван заметил дальше, в другой части помещения, еще один стол, где находилось тело без головы. И к телу также шли провода, много проводов и устройств. Все помещение было забито разными устройствами и проводами.

– Как это – разрезали? – спросил Ван на местном языке.

Перед его глазами на виртуальном экране автоматически продолжался перевод и предлагались различные варианты вопросов.

Голова заплакала:

– Вот так! Вы видите, вот так! Вы можете мне помочь? Можете?!

– Я не знаю, – сказал Ван.

Голова зарыдала. Ван не понимал, что он сможет сделать в таких обстоятельствах. «Надо бы пойти наружу и позвать на помощь», – подумал он.

Он вышел из помещения наружу и прошел между двумя металлическими постройками. Пространство перед ним было заполнено машинами. Они ходили и ездили – бесчисленный поток движущихся по заданным направлениям машин.

Мимо него проехала машина на гусеничном ходу. С другой стороны шел робот в металлическом корпусе, примерно в таком же, как и у него. Ван преградил ему путь:

– Здравствуйте! Мне нужна помощь, рядом находится разрезанный человек!

Робот остановился и произнес:

– Освободите путь!

Ван не шелохнулся. Он повторил:

– Вы не слышали? Я сказал, человеку нужна помощь!

Робот сказал снова:

– Освободите путь!

Ван закричал:

– Ты что, железяка, не понимаешь, что я говорю?!

Робот повторил ту же фразу. Ван понял, что с ним бесполезно говорить и поспешил вперед.

Вскоре он увидел скопление роботов рядом с огромным зданием. Он стал кричать:

– Вон там лежит разрезанный человек и ему нужна помощь!

Роботы ничего не отвечали. Казалось, они не видят его. Он схватил одного из роботов за корпус и повторил:

– Человеку нужна помощь! Вы меня слышите?!

Робот повернул к нему голову и невыразительно произнес:

– Слышу. Я не могу вам помочь.

– Тогда кто может мне помочь?!

Ван увидел проход в здание и направлявшихся туда роботов. Он оттолкнул неповоротливого робота и поспешил в проход.

Войдя, он оказался на огромном стадионе, который был заполнен машинами. Они почти ничем не отличались друг от друга: такие же металлические корпуса, однотипные головы, руки и ноги. Рядом с ними Ван казался своим. Он выглядел так же, но они его почему-то не слушали.

На стадионе были трибуны, и роботы, подходившие сзади, напирая, вытолкнули его на одну из лестниц, которая шла вверх вдоль трибуны. Ван подумал, что ему надо бы подниматься, иначе он упадет. Он пошел по лестнице за идущими впереди роботами.

Они шли потоком. Наконец, дойдя до верхнего уровня, роботы повернули и прошли вдоль ряда, где были кресла. Они сели. Ван прошел за ними и сел рядом.

– Приятель, – обратился он к роботу, который был рядом, – скажи мне, кто оказывает помощь разрезанному человеку? У вас есть медики, доктора?

Робот повернул к нему голову.

– Мы не оказываем помощи людям. У нас нет медиков, докторов, – сказал он.

– Да вы что?! – закричал Ван от ярости и хотел ударить что есть силы по равнодушной машине, но в это время громко прозвучал свисток. И внизу он увидел людей, которые стали бегать с мячом по траве.

– Что они делают? – спросил у робота Ван.

– Они играют в футбол, – ответил робот.

Ван засмотрелся и задумался. В футбол играли настоящие люди, а на трибунах сидели только роботы – полный стадион бесчувственных машин, от которых нельзя было допроситься помощи!

Люди внизу играли неистово, один игрок бежал с мячом, другие бросались ему в ноги, чтобы отобрать мяч. Люди кричали и бегали – казалось, они играли не на жизнь, а на смерть, игра была яркой и бескомпромиссной.

Роботы на трибунах издавали скрежет и треск, которые, судя по всему, значили их одобрение. Иногда слышались неживые команды:

– Забей гол! Распечатай ворота!

Наконец мяч влетел в ворота одной из команд. Пропустившая команда побежала с центра поля отыгрываться, с еще большим неистовством стараясь прорваться к воротам соперника и забить мяч. Но до конца матча голов больше не было. Прозвучал финальный свисток. Матч закончился со счетом 1:0.

Люди из проигравшей команды повалились на траву и закрыли лица руками, как будто случилась трагедия. Они отдали все силы, но проиграли. К ним приблизились роботы. Было видно, как люди стараются вырваться, но те насильно потащили людей к центру поля. Другие роботы поставили там высокие щиты и подвели к щитам людей.

– Что они делают?! – закричал Ван.

Он увидел, как людей привязали к щитам. Роботы отошли на несколько метров от щитов. В их руках появились трубы, которые они держали как оружие. Внезапно из этих труб вырвались струи огня. Роботы направили эти струи в людей, и весь стадион сотрясли крики нечеловеческой боли.

По периметру стадиона возвышались мониторы, где показывался крупный план. Люди горели заживо под струями огнеметов. Ван понял, что это была казнь за поражение. Роботы просто уничтожали людей, как ненужный балласт, от которого надо избавиться.

Ван закричал на весь стадион:

– Гады, остановитесь!

Но его никто не услышал. Роботы трещали и скрежетали, наверняка одобряя то, что происходило на поле.

Ван сорвался с кресла и побежал вниз, расталкивая роботов в разные стороны. Ему казалось, что он бежит быстро, и сможет остановить это безумие. И должен это остановить!

Но когда он подбежал к центру поля, на щитах уже висели обугленные трупы, лишь дым чадил и кое-где догорала обугленная плоть.

Ван стал бить – размашисто, не разбираясь, не жалея сил, ему было все равно: кругом были неживые роботы! Бесчувственные, тупоголовые машины, только что расправившиеся над людьми! Ван повалил дюжину роботов, прежде чем его обездвижили и он увидел, что к нему приблизился один, выделявшийся среди других цветами своих пластиковых сочленений. Робот остановился перед ним, и Вану показалось, что тот просканировал его.

– Человек! – объявил робот и в его манипуляторе Ван увидел небольшое устройство, которое издавало неприятный треск. Робот прикоснулся этим устройством к костюму Вана, и в следующий миг сквозь его тело прошел электрический ток.

Глава 16

– Теперь ты все понял? – спросила Ама, когда он проснулся.

– Я понял, что разговаривать с ними бесполезно, – ответил Ван. – Они просто погубят всех землян.

– Они погубили уже, – подчеркнула Ама, – и теперь летят к нам. Ты был в относительно недалеком прошлом.

Юл подал знак, что скоро они достигнут границ района Синих столбов. Было решено сделать последний брейк. Электробайки поставили у бункера и зашли в кафе подкрепиться рачками.

Ван тяжело вздохнул. Он спросил у Гаэ:

– Почему я так много сплю? Раньше я засыпал только в камере для сна. Неужели так действуют рачки?

– Я давала тебе лекарство, оно могло дать такой эффект, – сказала Гаэ.

Юла больше всего интересовали путешествия во времени, и он стал атаковать Аму вопросами. Ама принялась рассказывать о том, как именно она путешествует во времени и пространстве и как работает пространственно-временная телепортация. Юл спросил:

– А что произойдет, если до темпоральных накопителей на вашей планете Эрида доберутся эти самые пришельцы?

– Произойдет самое ужасное, что только может произойти, – ответила Ама. – Это будет конец. Конец всякой жизни во Вселенной.

– Перенеси его на Землю, чтобы увидел этот конец своими глазами, – мрачно прокомментировал Ван.

– Ты думаешь, это так просто? Попробуй отсканировать каждую молекулу и каждый атом! Если я сделала одолжение тебе, считай, что ты это заслужил.

Ван похлопал Юла по плечу:

– Пока это будущее, и это реальность. Но лучше бы этого не видеть. Мы надеемся, по крайней мере, победить.

Они снова сели на свои байки и отправились в путь, а через некоторое время пересекли границы района Синих столбов. Затормозили и спустились в бункер.

Их встретил человек, похожий на огромный розовый шар.

– Добро пожаловать! Меня зовут Шлом, – сказал он. – Я курирую научное сообщество района Синих столбов.

– Неужели мы попали по адресу? – выдохнул Ван.

Розовый человек улыбнулся:

– Наверное, так. Если вы прибыли по вопросам науки.

Шлом усадил их за стол и велел подождать несколько минут.

– Посмотрите пока кино, – предложил он и включил перед ними виртуальный экран.

Шлом вышел из комнаты, и они остались одни. Кино было о передовых достижениях науки района Синих столбов. То и дело с экрана проводились сравнения с другим районом, который был слаб в научных достижениях, но лидировал в лженауке. Вану это что-то напоминало. Соперничество между районами и башнями. Кто лучше, сильнее и умнее. «В чем-то лучше, а в чем-то хуже», – подумал Ван.

Пока шло кино, они не заметили, как люк бункера открылся и кто-то спустился по лестнице вниз.

Когда он приблизился, все увидели, что в бункер зашел человек и снял шлем. Его седые волосы и очки говорили о том, что он был немолод и много знал.

– Я Нув, – сказал он и грустно улыбнулся.

Ван был ошеломлен. Он не мог говорить. Гаэ и Ама переглянулись. Лишь Юл произнес:

– Как вы нас нашли, профессор?

– Как нас называют небоскреберы, мы – мутанты. И наши способности не может объяснить наука. И вряд ли когда-нибудь наука сможет объяснить абсолютно все. Мир ужасно сложен и непредсказуем. А самое главное – мир постоянно меняется. Наука может давать подсказки, но настоящее знание всегда находится внутри, – сказал Нув и приложил к груди руку.

– Садитесь, профессор! – воскликнула Ама.

Наконец они пришли в себя. Ван представился и представил Юла, Аму и Гаэ. Профессор кивнул и сказал:

– Не говорите мне лишнего. Только самую суть. Я немного знаю ваши мысли. И чувствовал вас и вашу команду. Я знал, кто вы и зачем едете сюда. Пойдемте к телескопу?

Все последовали за профессором. Когда в комнату вернулся Шлом, он всплеснул короткими несуразными руками и произнес:

– Куда же они ушли?

Виртуальный экран переключился в режим записи и показал, что происходило в комнате, пока Шлом отсутствовал. И он увидел, как в комнату зашел профессор Нув, а потом люди ушли к телескопу.

Шлом позвонил профессору:

– Я хотел Вам сообщить, что подведены итоги голосования.

– Дорогой Шлом, – ответил профессор, – вы всегда забываете, что я телепат, и могу читать мысли.

Шлом снова всплеснул руками и воскликнул:

– Ах, профессор, я должен вас просто поздравить! Мы будем драться! Да, будем драться!

Глава 17

В башне Ангелов кипела жизнь. У Дема был выходной, а Жизз прожужжала Дему все уши о том, что им надо полететь на курорт в башню Безбрежных морей.

– Я давно не была на море, ты же не станешь мне отказывать, ты меня любишь? – спросила Жизз.

– Больше жизни, дорогая, – ответил Дем.

Дети были оставлены на попечение виртуальной няни, Дем посадил Жизз в свою машину, открылся шлюз – и они полетели. Вскоре они достигли башни, где находились моря и курорты, оказались внутри. Прошли пограничный контроль, сели в миниатюрную капсулу, на которой были доставлены в просторный зал, как было видно, протянувшийся на километры в длину и ширину. Здесь был чистейший пляж, яркое искусственное солнце, шезлонги, зонтики и множество отдыхающих.

– Вот это красота! – восторгалась Жизз.

После пляжа начиналось море – казалось, оно тянется бесконечно, но Дем знал, что его можно было переплыть от одного края до другого за полчаса. А если взять скутер, то намного быстрее.

– Дорогая, мы будем кататься на скутере?

– Да! А еще мы будем лежать на песке и есть дорогие фрукты! – воскликнула Жизз.

И она обвила Дема руками за шею и приникла к его губам. Потом она отправила его за напитками, а сама устроилась в шезлонге.

Тем временем в башне Троона президент Пруг наслаждался горячими ваннами в окружении симпатичных девиц. Они щедро поливали его тело ароматными целебными отварами и нежно водили по коже губками.

– Как вы хороши! – сказал президент.

Ему особенно понравилась одна из девиц, и он пригласил ее в отдельную комнату с большой кроватью и пуховой периной.

– Тебе нравится? – спросил Пруг.

Девица улыбнулась и сказала:

– Конечно.

Она была счастлива, что президент района из многих выбрал ее.

Ночью они не спали, и она спросила:

– Вы любите свою жену?

– Нет, – ответил президент. – Я люблю тебя.

И он подтвердил свои слова делом. Но конечно, будучи опытным политиком, Пруг тщательно скрывал подобные дела от своей жены.

Если бы президент района, его жена, девица и отдыхающие на курорте Дем и Жизз знали то, что знали жители бункеров, мутанты, они не пребывали бы в своих иллюзиях, и их жизнь могла бы измениться чрезвычайно сильно.

Каждый день перед жителями бункеров выступал по видеосвязи старик Нув. Иногда к нему присоединялись Ама и Ван. Все они агитировали за скорейшее строительство производственных цехов, лабораторий, обсерваторий, проектных отделов. Настоящий всплеск эмоций вызывала Ама как человек из будущего с поразительными рассказами о новых технологиях и жутких последствиях противостояния захватчикам.

– Будущее не определено, и только вместе, только одним мощным усилием мы победим врагов! – не уставала повторять Ама.

Ван стал известен как честный рыцарь и чемпион, выкинутый из своей башни в результате политических интриг.

– Я не знаю, что вы думаете обо мне, но я люблю вас, люди, – говорил на камеру Ван. – С каждым из вас я готов идти в бой!

И Ван думал, что его слова недалеки от истины. Ему больше были по душе мутанты, чем люди из башен, которые чихать хотели на него и на таких, как он.

Но Ван скучал. Он сильно скучал по детям, оставшимся в башне, а он так и не встретил никого, у кого был бы летательный диск.

Временами он видел диски на небе, и ему страстно хотелось в воздух. Он не привык ходить по земле! Но в то же время Ван понимал, что пока он нужен как организатор научных проектов, как вдохновитель амбициозных технологий, которые нужно было реализовать как можно быстрее, чтобы успешно противостоять захватчикам и сохранить человеческие жизни.

Многие бункеры были переоборудованы в научные лаборатории, в проектно-конструкторские бюро, в отделы планирования и реализации готовых разработок. Однако людей не хватало. Сотни бункеров стали производственными цехами. Ах, если бы можно было привлечь в них людей из небоскребов! Большая часть производственных мощностей оставалась незадействованной.

Профессор Нув занимался новыми высокочувствительными телескопами. Его помощником стал Юл. Гаэ курировала планирование и реализацию. Ама была занята новыми проектами, именно она была источником новых идей и технологий. Ван же ломал голову над тем, как автоматизировать процесс производства. Даже с учетом применения конвейерной сборки, требовались люди, чтобы контролировать процесс.

В один из дней Ван признался:

– У нас катастрофический недостаток персонала! Какие бы технологии применили на Эриде?

Ама ответила:

– Я могу решить эту задачу. Но тебе это может не понравиться.

– Какая разница, что мне понравится, а что нет?! – вскричал Ван. – Речь идет о выживании людей!

Ама улыбнулась и поцеловала Вана в щеку. Она ушла, а он долго стоял на месте, переживая странное чувство, которое поднималось в его душе.

Сверхчувствительные телескопы были собраны в новых обсерваториях. Старик Нув и его помощник Юл объявили о чрезвычайном симпозиуме, как гласила пометка: «ввиду обнаружения обстоятельств особой важности».

Ван был раздражен и недоволен медленным процессом реализации готовых разработок. Он зашел в сборочный цех, чтобы опять увидеть пустующее помещение, но столкнулся здесь с чем-то необъяснимым.

В цеху кипела работа. Работали люди. Один из них был совсем рядом. Ван пригляделся. Этот работник был его точным повторением. Его клоном! Ван увидел самого себя, как будто в зеркале. Этот зеркальный клон работал в цеху.

Внезапно Ван увидел еще нескольких человек. Все они были работниками цеха, но абсолютно не отличимыми от него – клонами!

С ужасом Ван выбежал из цеха. Он увидел Аму и закричал:

– Кто все эти люди, черт возьми?!

– Не кипятись, – ответила Ама. – Это просто рабочие, просто тела.

– Но почему они все, как один, все – как я?! – вскричал Ван.

– Потому что у меня не было возможности привлечь к работам такую толпу местных жителей. Они и так все заняты в лабораториях и в проектных зонах. Вот я и размножила тебя, – улыбнулась Ама.

Глава 18

Наконец в сборочном цехе был готов первый бронированный крейсер.

– Я хочу слетать в свою башню и повидаться с семьей, – сказал Ван.

– А ты уверен, что тебе будут рады? – спросила Ама.

– А почему нет? Дети ждут меня.

– Я говорю о руководстве башни. И там охрана, как ты преодолеешь шлюз?

– Пока не знаю, но я что-нибудь придумаю, – ответил Ван.

Крейсер был намного массивнее летающих дисков. Конструкция предусматривала броню повышенной прочности, автоматическое силовое поле, скорострельные орудия для ближнего боя и лазерные пушки для поражения любых дальних целей.

Ван забрался в кабину пилота. Сверху открылся шлюз. Крейсер поднялся над поверхностью земли и полетел. Он был достаточно маневренным для пилотирования и двигался в разных скоростных режимах. Ван выбрал гиперзвуковую скорость и, разогнавшись, взял курс на низкую орбиту Весты, чтобы испытать машину в условиях вакуума.

Крейсер быстро достиг орбиты. Ван пролетел по орбите, медленно развернул корабль и, удовлетворенный маневрами, быстро понесся вниз.

Когда огромный крейсер подлетел к шлюзам башни Ангелов, охранник всполошился, и было видно, как он передает информацию через микрофон – конечно, он должен был сообщить о крейсере начальству.

Ван приблизился впритык к шлюзу, крейсер застыл в воздухе. Через прозрачное окно шлюза был виден охранник, который смотрел на крейсер и кричал что-то в микрофон, подвешенный к подбородку. Ван его не слышал. Он раздвинул створки брони с каплевидного фонаря кабины и прижался своим прозрачным шлемом к стеклу.

Охранник шлюза узнал Вана. Он округлил глаза и показал на Вана пальцем:

– Ты?!

Ван прочел его возглас по губам.

– Я, – ответил Ван.

– Ты же погиб! – прочитал по губам Ван. – Ты мертвец!

Он знаком показал охраннику, чтобы тот открыл грузовой шлюз.

– Открывай, я жив! – прокричал он.

Но охранник продолжал что-то говорить в микрофон. И тут Ван увидел президента района Цветочных клумб. Тот подошел к шлюзу и посмотрел прямо на Вана. А потом отвернулся и ушел прочь.

Ван не мог поверить своим глазам. Что они делают? Почему не открывают шлюз? Они записали его в мертвецы?

Ван стал махать руками и снова показывать, чтобы ему открыли, но охранник только мотал головой. Кажется, ему действительно были не рады.

Может быть, они испугались его крейсера? Он мог только задавать вопросы и сам на них отвечать. С башней не было связи, но ему явно не были рады. Как странно, ведь он победитель. Еще недавно они были готовы повысить его по службе, обозреватели охотились за интервью, и все гордились, что именно в их башне живет чемпион. Но это была просто вспышка, лишь короткий миг. Возможно, ему надо прилететь в другой день. Ван понял, что ему придется удалиться ни с чем. Он развернул крейсер и поплыл в район Синих столбов.

В этот же день в конференционном бункере собрались ученые. Все участники симпозиума были вовлечены в мероприятия по обеспечению Весты необходимыми разработками и технологиями для противодействия готовящемуся вторжению захватчиков.

Профессор Нув сказал:

– В короткие сроки мы создали обсерватории и телескопы с усовершенствованной оптической системой. Это дало нам возможность получать высочайшую степень детализации изображений. И как только мы увидели в деталях корабли пришельцев и их вооружение, то были поражены чем-то новым, о чем я и должен вам сообщить в этот раз.

Профессор окинул зал грустным взором. Участники симпозиума сидели, не шелохнувшись. Они ждали, что скажет профессор. И он продолжил:

– Мы обнаружили стартовавшие с кораблей пришельцев термоядерные ракеты. Они летят с ускорением к Весте. И если хотя бы одна из этих ракет достигнет нашего астероида, считайте, что нам крупно не повезло.

В зале послышался гул. Люди не могли скрыть волнения и сильного испуга.

Поднял руку ученый с чешуйчатой кожей.

– Профессор, как вы полагаете, насколько разрушительны эти ракеты? – проговорил он. – Как вы могли понять, что они термоядерные? Может ли быть, что это ошибка?

– Нет, – сказал профессор. – Ошибка исключена. Нам известны технологии изготовления подобных ракет, и уже начато их производство в наших цехах. Не всегда можно отличить по внешнему виду один класс ракет от другого. Но в данном случае мы пришли к единому выводу. Кроме того, совершенно точно известно, к чему нам следует готовиться. Мы пригласили для консультаций нашу гостью Аму с планеты Эрида. Ей известно больше, чем нам. Она подтвердила, что ракеты несут термоядерные заряды.

– Но профессор, каким образом мы можем противостоять этим ракетам? Насколько их много и что конкретно вы предлагаете? – спросил ученый с клювоподобным носом.

– Мы зафиксировали запуск пятидесяти ракет с кораблей захватчиков, но понимаем, что их может быть больше. Корабли буквально начинены вооружением. Все дело в том, что пришельцы хотят заранее очистить Весту, и прилететь уже на свободное место. Конечно, они хотят очистить астероид от нас. Так вот, если мы хотим выжить, ведь другой альтернативы у нас нет, нам придется до крайней степени увеличить свою обороноспособность. Пока мы не пришли к единому мнению о том, насколько выпущенные ракеты маневренны. Мы будем стараться сбить их в космосе. У нас уже готовы некоторые разработки. Но если боеголовки покажут, что называется, прыть, уйдут от наших ракет, они достигнут Весты. А этого мы не можем допустить. Вы только представьте, что произойдет, когда на наш астероид упадут боеголовки подобной ракеты. – Профессор обвел взглядом присутствующих и продолжил: – Единственный наш выход заключается в создании орбитального, околоастероидного защитного поля, его мощность будет достигать миллиардов ватт, а само поле будет представлять собой огромную лазерную сетку, достаточно плотную, чтобы не пропустить даже средний снаряд.

Ученые понимали, что их мир находится на краю гибели. И чтобы спастись, нужно было не просто сильно постараться, а прыгнуть очень высоко и очень далеко.

Глава 19

Шлом редко был возбужден и со стороны казался воплощением спокойствия. Но сам-то он знал, что эксцентричности ему не занимать, если ситуация подведет к ней. И все же внешне он был слишком спокоен и равнодушен – этакий типичный Водолей. Типичный, да не совсем, потому что у Шлома были свои черты характера, которые позволяли ему выделиться из толпы. Например, совершенно неожиданно он мог проявить нетерпеливость. Еще он любил мечтать, и мечтал о колонизации планет.

Шлом пригласил их в бункер поесть вместе рачков. Он был приятно удивлен, что они согласились прийти еще раз. Но теперь он не показывал им кино. Он внимательно слушал их разговор.

– У нас не хватит столько энергии, чтобы закрыть всю орбиту, – сказала Гаэ.

– Мы над этим работаем, – произнес Юл. – Всю околоастероидную орбиту полностью действительно сложно закрыть. Необходимы сверхмощные генераторы и накопители. Но есть вариант создать мигрирующие участки сети, которые будут появляться при возникновении угрозы, а в обычном режиме они не будут работать.

– Как автоматическое поле крейсера? – спросил Ван.

– Да, – подтвердил Юл, – похожий принцип. Как только вражеский снаряд приближается, оно становится активным и уничтожает его. – Юл поднял свою клешню и соединил пальцы, которые напоминали лезвия секаторов. – При запуске ракет с нашей стороны оно автоматически их пропускает.

– Это потребует больших усилий, большой работы, – сказал Ван.

– Большую часть которой выполнят твои клоны, – сказала Ама.

Ван улыбнулся шутке.

– Я думаю, нам следует искать корень всей этой проблемы, а не следствие, – мрачно сказал он.

– Что мы можем сделать? – вдруг спросил Шлом. Он нетерпеливо перебирал своими маленькими пальцами, как будто чего-то ждал.

Ван посмотрел на него и произнес:

– Приятель, сдается мне, что мы должны отправиться на Землю. Ты готов?

У Шлома открылся от неожиданности рот. Он растерялся, и это позабавило остальных.

В одном из бункеров был создан центр подготовки к темпоральным перемещениям, где имитировалось гравитационное притяжение Земли. Ван усердно тренировался, чтобы уметь не только держаться на ногах, но и ходить в условиях сильнейшей земной гравитации. Шлом пытался поспеть за Ваном, но он был слишком неуклюж, и тренировки были для него настоящим кошмаром. И все же он надеялся, что Ван не передумает взять его на Землю.

– Тебя нужно сначала отсканировать, – сказал ему Ван.

– Как? – не понял сразу Шлом.

– Успокойся, Ама дала добро, – сказал Ван и похлопал его по пухлому плечу.

Ван предложил Аме:

– Почему мы не отправимся вместе?

– Это слишком рискованно, – сказала Ама.

И он понял, что выполнит операцию вместе со Шломом. «Вдвоем лучше, чем в одиночку», – решил Ван.

– А ты была на Земле? – спросил он. – Чтобы выяснить, кто все это начал. Кто начал исследования и испытания автономных технологий?

– Кто начал первым? Внедрил? Да, я знаю, – ответила Ама. – На Земле это было подразделение Neurosoft Research – разработка нейросетей.

– Они были первыми, кто создал машинный мозг? – спросил Ван.

Ама посмотрела на него, как на полуграмотного, и начала ликбез:

– Человеческий мозг – это сеть с миллиардами нейронов, которые передают информацию посредством электроимпульсов. Каждая группа нейронов занята определенными задачами. Сбор, анализ, распознавание информации – все это делается, благодаря нейронной сети. Принцип работы в машинах тот же, но вместо живых клеток – вычислительные единицы, а вместо того, чтобы думать, в машине действует алгоритм. Поэтому машина никогда не думает, она действует по заданному алгоритму команд. Но это не значит, что она не может обучаться. Одна из главных задач Neurosoft Research – создание самообучающихся нейросетей.

– Я все понял, – сказал Ван. – Отправляй меня туда. И не забудь Шлома.

Глава 20

Шлом встал на ноги, качнулся, но удержался и быстро освоился.

Ван пробежался по складу и не упал. Он стал оглядываться, пытаясь найти записку. Пошарил в карманах, посмотрел вокруг. Ничего не было.

– Шлом, где бумажка? – спросил он нетерпеливо.

– Какая бумажка? – не понял Шлом.

– Как какая!? Где написано послание Амы!

– Может, вот это, – показал Шлом на лоб Вана.

– Чего? – не понял Ван.

Шлом показал на стальные коробки, лежавшие на соседнем стеллаже.

– Посмотри на себя, – сказал он.

Ван вынул одну из коробок со стеллажа. На глянцевой стальной поверхности он увидел надписи у себя на лбу.

– Вот черт! – вскричал Ван. – Как я это сотру?!

– Тихо, нас могут услышать, – прошептал Шлом.

Но Ван махнул рукой и попытался прочитать, что написано на лбу. Буквы отражались зеркально, и читать было неудобно.

Выручил Шлом:

– Берите дымовые шашки, – прочитал он. – Берите парализаторы. Не берите огнестрел без глушителей. Берегите себя. Ама.

– Хорошо, – произнес Ван. – Теперь я должен это стереть.

Шлом всплеснул маленькими руками:

– Дорогой друг, но это – татуировка!

– Что?! – опять вскричал Ван. – Если Ама решила позабавиться, я этого так не оставлю!

– Нет никакой проблемы, – прошептал Шлом. Он показал на стену за стеллажом. Там была вешалка и висела шляпа.

Ван надел шляпу, закрыв ею лоб. Шлом уже перебирал маленькими руками на стеллаже, выбирая оружие.

Ван подумал, что это было находчиво – перебросить их сразу на оружейный склад. Они взяли дымовые шашки, пистолеты и обоймы патронов с парализующим газом. Не смогли удержаться и прихватили еще два лазерных пистолета вместе с пригоршнями миниатюрных гранат.

Дверь склада была закрыта, окон здесь не было. Ван выстрелил в замок, и они выбрались со склада в коридор. Тут же сработала сигнализация. Внезапно из дальнего конца коридора вынырнул полицейский, который выхватил свой пистолет и крикнул что-то на непонятном языке.

– Что он говорит? – спросил Ван. Они остановились посредине коридора. Здесь прямо перед глазами зажегся виртуальный экран и перевел фразу полицейского. Стало ясно, полицейский приказал им поднять руки и не двигаться.

Шлом поднял руки. Ван подумал, что Ама установила чип прямо в мозг и вывела экран на сетчатку, чтобы можно было понимать землян. На экране тем временем появились подсказки: что говорить полицейскому, как произносить звуки и слова.

Ван поднял одну руку, а вторую отвел за спину и нащупал в заднем кармане рукоятку пистолета.

– Дорогой друг, пропустите нас, мы не причиним вам вреда! – сказал Шлом на понятном полицейскому языке.

Полицейский прокричал:

– Обе руки вверх! – и прицелился в Вана.

Но Ван уже выстрелил, мгновенно выбросив руку с пистолетом из-за спины.

Полицейский повалился навзничь. Пуля полностью обездвижила его, но он был жив.

Шлом нашел в его кармане телефон и быстро застучал по экрану пальцами. Сигнализация все еще работала. Ван увидел выход, и они побежали к нему.

Внезапно в грудь что-то попало. Это была пуля. От двери выхода стрелял полицейский. Ван, не останавливаясь, выстрелил в него из парализатора. Полицейский застыл на месте.

Ван достал лазер и прожег дверь вокруг фигуры полицейского. Оставалось лишь толкнуть дверь вперед, и она вывалилась наружу. Вместе с дверью повалился обездвиженный, как истукан, полисмен.

– Куда едем?! – прокричал Ван, выбежав на дорогу и останавливая чей-то автомобиль.

Шлом показал направление, Ван открыл дверь и сел вперед, Шлом устроился сзади.

– Что все это значит?! – воскликнула женщина, которая была за рулем.

– Дорогая моя, мы едем в офис Neurosoft Research! – объявил Шлом.

Ван показал женщине оружие, и больше она вопросов не задавала. Только когда они тронулись, Ван вспомнил, что ранен, и посмотрел на дырку в груди. Он засунул в нее палец и ничего не почувствовал. Поднял одежду и увидел расплавленную воронку и застрявшую в ней пулю. Он ковырнул ее пальцем и бросил на бардачок.

– Я киборг! – сказал он женщине.

При этих словах она резко вильнула рулем, чуть не задев двигавшийся параллельно автомобиль.

– Не убивайте меня! – произнесла она дрожащим голосом.

Внезапно на улице послышалась сирена, и сзади показались сразу три полицейские машины, которые преследовали их.

– Поехали быстрее! – воскликнул Шлом.

Но женщина была явно в шоке и как будто не слышала. Ван сказал:

– Разрешите! – он перетянул женщину на свое место, а сам протиснулся на место водителя.

Машина заметалась на дороге, попутные машины сигналили и отъезжали в стороны. Ван утопил педаль скорости, и они помчались вперед, пролетая перекрестки на красный свет и закладывая виражи на поворотах.

Когда они приехали, количество полицейских машин, преследовавших их, возросло до пяти. Шлом бросил женщине:

– Ваша помощь неоценима!

Они вылезли из автомобиля и пошли к входу в четырехэтажное здание. Вокруг был пустырь, это была загородная местность. Они почти дошли, когда из громкоговорителя послышалось:

– Не двигаться! Вы окружены! При попытке сопротивления открываем огонь на поражение!

Сзади подъехали полицейские машины. Из каждой показались лица, глаза и руки, сжимающие оружие.

– Ни с места! – снова заработал громкоговоритель на одной из машин.

Ван выхватил из кармана несколько гранат и бросил в полицейские автомобили, прыгнув вниз и закрыв голову руками. Шлом последовал его примеру. Раздались взрывы и две машины оказались охвачены огнем.

Послышались выстрелы. Полицейские стреляли в них. Шлом метнул в полицейских дымовую шашку. Она не долетела, но все вокруг заволокло дымом. Вану было привычно задерживать дыхание, Шлом был мутантом, и они добрались до двери почти невредимыми, лазером прожгли дыру и пролезли на объект.

Оказавшись в фойе здания, они увидели убегающих от них людей. Охрана бездействовала. Ван и Шлом побежали вверх по лестнице и оказались на втором этаже. Ван схватился за ручку первой двери, но она была заперта. Он прожег замок лазером, и они вошли в комнату. Там были двое – мужчина и женщина.

Ван выдохнул и положил лазер на стол. Шлом спросил:

– Где ведутся разработки нейросетей?

Мужчина и женщина переглянулись. Мужчина сказал:

– На втором и на третьем этажах.

– Что находится на первом и последнем?

– На первом – охрана, коммерческий отдел. На последнем – руководство и отдел планирования.

– Понятно! – бросил Ван и показал им на дверь. Они спешно покинули комнату, двигаясь вдоль стены.

В комнате были девайсы, провода, мониторы. Ван нажал на спуск и лазером сжег всю технику, которая находилась здесь.

Дальше они разделились, Ван пошел по комнатам в правой части коридора, а Шлом – в левой. Они выгоняли людей из кабинетов и жгли лазерами все, что было внутри. Полностью опустошив все кабинеты на втором, они было направились на третий этаж, когда внизу, на лестнице, послышались чьи-то шаги: к ним бежали солдаты в бронежилетах и шлемах, вооруженные автоматами.

Солдаты заметили их на лестнице и стали стрелять. Ван бросил в них дымовую шашку. От стен отлетали огромные куски бетона, везде был дым.

Ван и Шлом пробрались на следующий этаж. Солдаты шли за ними следом. Шлом кинул гранату, громыхнул взрыв, разрушивший лестницу. Несколько солдат осталось лежать. Другие вынырнули из огня и дыма, Ван сцепился с ними в рукопашной. Он раскидывал их в стороны. Шлом стрелял по ним из парализатора. Наконец, последний солдат был расплющен о стену и обездвижен.

Они выгнали всех из кабинетов и сожгли лазерами девайсы на третьем этаже. Потом пробрались еще на этаж выше через разрушенную лестницу и груду обездвиженных солдат на ней. Снизу стреляли, но солдаты больше не пытались прорваться к ним.

На последнем этаже Ван открыл дверь кабинета:

– Где руководство? – спросил он.

Там были люди, которые забились в угол комнаты.

– Это не мы, – сказал мужчина.

Стоявшая рядом женщина вдруг закричала:

– Это – директор! – она подбежала к Вану, спрятавшись у него за спиной.

Ван подошел к директору и взял его за лацканы пиджака:

– Больше никаких нейросетей, договорились?

Директор согласно закивал головой.

Ван отпустил его и прожег во всех устройствах, стоявших в комнате, дырки. Повалил дым.

Люди выбежали из кабинета. Сзади подошел Шлом.

– Я сжег последние компьютеры, – сказал он, тяжело дыша.

Они открыли окно, по периметру здания было все оцеплено. Везде стояли военные и полицейские машины. Рядом кружился военный вертолет.

Они услышали из громкоговорителя:

– Сдавайтесь! Вы окружены!

– Как мы отсюда выйдем? – спросил Шлом.

– Никак, – ответил Ван и направил лазер на военный грузовик. – Пусть будет одним грузовиком меньше, – сказал он.

Грузовик загорелся, вокруг забегали люди.

Вдруг они увидели летящий на них фугас, но было поздно что-то делать. Раздался взрыв.

Глава 21

– Хорошая новость в том, что ракеты пришельцев утратили скорость. Теперь в полете они не так быстры, – сказала Ама.

– А плохая? – спросил Ван.

– Ракет стало больше, – ответила она.

Шлом всплеснул руками:

– Но как это возможно?

Они сидели в помещении бункера, где располагался один из отделов планирования, которым заведовала Гаэ.

Ама ответила:

– Потому что земляне открыли другие проекты. Нейросети были разработаны. Разработки могли проходить сразу во многих компаниях, а о передаче информации и говорить нечего. Ваши действия на Земле лишь повлияли на скорость ракет и на их количество. После ликвидации Neurosoft Research что-то пошло иначе, и незначительные детали могли внести коррективы в будущем. Но в целом ничего не поменялось.

– Раз мы что-то изменили, значит, у нас есть шансы, – возразил Ван. – Но нас было мало – Шлом и я. И если многие компании продолжили разработки, тогда нас необходимо размножить, чтобы за всеми успеть. Разве у нас нет возможности решить эту проблему на Земле? Нам потребуется армия клонов, чтобы ликвидировать такие компании, как Neurosoft Research, и установить разумный контроль над технологиями.

– У тебя все просто! – воскликнула Ама. – Хорошо, отсканированные экземпляры уже есть. Группы клонов работают в цехах и на орбите. И этого недостаточно! Мы должны сделать больше клонов здесь! А ты говоришь о гипотетической победе на Земле. Но ты представляешь, сколько времени ассемблеры будут конструировать армию? Быстрее до Солнца долететь!

– Во всяком случае, мне понравилось быть киборгом, – признался Ван.

Он понял, что с Амой не поспорить, посмотрел на Гаэ и спросил, как дела у нее.

– После второго симпозиума мы образовали рабочую группу, – ответила Гаэ. – И после обсуждений пришли к выводу, что лучший вариант – защитное поле в виде лазерной сети над атмосферой Весты. Но у нас не хватает энергии для поддержания целого поля по всей площади в активном состоянии. Получить столько энергии сразу практически невозможно, даже используя множество станций для термоядерного синтеза. В настоящее время мы строим дополнительные станции, но их все равно будет недостаточно. Мы пришли к выводу, что сеть должна быть активной в момент атаки. Отдельные сегменты поля должны автоматически срабатывать во время соприкосновения с ракетами.

– Именно такая сеть позволяет максимально обезопасить наш астероид и всех его жителей от ударов извне, – добавила Ама с воодушевлением. – Конструкция в работе, и две группы клонов уже находятся на орбите. Идет монтаж первых сегментов сети. Но работа движется медленно.

– Когда ракеты достигнут орбиты? – спросил Ван.

– По нашим расчетам, через сорок пять часов, – сказала Гаэ.

– Что?! – вскочил со своего места Ван. – Нам нужно поторопиться!

Ама пошла с ним в бункер приемки космолетов.

– Нам пришлось расширить бункеры, чтобы вместить эти корабли, – сказала она. – Хотя это стоило немалых усилий. Дело в том, что Веста была терраформирована путем наращивания массы и плотности массы. Особенно инженеры постарались с последним. Поверхность крайне плотная и плохо поддается обработке. С другой стороны, это плюс: при попадании даже мощных снарядов воронки не будут огромными, повреждения поверхности будут совсем небольшими.

Ван и Ама прошли в бункер, где стояли громадные, ошеломляющие своими размерами корабли.

– Видел бы их Диог! – воскликнул Ван. – Жаль, что Ерум до этого не дожил.

Колоссальные размеры частей, крыльев, сопел двигателей космолетов поражали. Поражал и объем вооружения, которое нес на себе каждый из кораблей. Под толстыми крыльями находились крупнокалиберные лазерные пушки и орудия для ближнего боя. Внизу кораблей были закреплены ракеты, и было понятно, что внутри космолетов находилось достаточно места, чтобы вместить до полусотни подобных ракет. А сверху располагались поистине гигантские орудия, представлявшие собой прямоугольники с дулами и отходившими от них в корпуса кораблей трубами.

Ама заметила взгляд Вана и сказала:

– Это вихревые излучатели. Самое мощное оружие, которое мы так и не успели ввести в действие на Эриде.

– Не успели? – спросил Ван.

– Не успеем, если мы говорим о предопределенном будущем. После завоевания Весты армия захватчиков направилась к нам. У нас не было времени на разработки вооружения. За те годы, пока длилась война, мы не смогли противопоставить пришельцам что-то такое, отчего они могли потерпеть поражение. Постепенно они захватили нашу планету. Остались лишь небольшие участки, где действовали партизаны, малочисленные отряды из оставшихся в живых людей. Эти космолеты похожи на наши, но они лучше, – заключила Ама.

Они прошли по туннелю в сборочный цех. У конвейера десятки клонов контролировали процесс сборки кораблей.

– Как они будут воевать? – спросил Ван.

Ама произнесла:

– Точно так же. Сонно. Без эмоций.

– Сонно?

– Они – как сомнамбулы. От них не стоит ожидать героизма и гениальных решений. У них нет сознания. Бери их на учения, у нас мало времени!

Глава 22

Дети плакали. Им было скучно с виртуальной няней. Она говорила им одно и то же, все ее слова были запрограммированы. И дети вспоминали папу. Он играл с ними, они ходили гулять по нижнему уровню, где находились аттракционы и развлечения. С папой было всегда интересно.

В это же время Жизз и Дем загорали под лучами ослепительно яркого солнца. Они снова были в башне Безбрежных морей. Дем обнял Жизз за талию и признался:

– Я тебя люблю!

Жизз улыбнулась и глотнула веселящего напитка.

– Я тоже, – сказала она.

На курорте было многолюдно. Рядом на песке играли малыши, они что-то не поделили и начали плакать. Подошла мама и стала успокаивать малышей.

– А ты бы справилась, если бы мы взяли детей? – поинтересовался Дем.

– Детей? С собой? – засмеялась Жизз. – Ты что! Я – точно нет! – и она снова глотнула напитка.

Дем позвал ее купаться. Он спустил солнцезащитные очки. Чистейшая изумрудная вода блестела под сплошным солнцем, установленным на потолке огромного зала. Дем переключил очки в водонепроницаемый режим и подал руку Жизз. Они вошли в воду.

Дем нырнул и вынырнул в нескольких метрах от Жизз.

– Плыви сюда! – позвал он.

Жизз нырнула, но под действием веселящего напитка забыла вынырнуть. На дне сработали датчики, и мощные струи воды вытолкнули Жизз на поверхность. Дем подхватил ее.

– Что с тобой? – забеспокоился он.

И тут он заметил, что она совершенно пьяна.

– Как тебя развезло! – сказал он и помог ей выбраться на берег.

– Куда ты меня притащил! – недовольно проворчала она.

– Ты не в себе! – сказал Дем. – Полежи здесь и больше не пей эту гадость!

Он взял стакан и бросил его на песок. Сработал мусороуборщик, засосав упавший стакан.

Жизз закричала:

– Ты что сделал?! Я хочу выпить! Пойди и купи новый!

– Не пойду, – сказал Дем. – Тебе надо протрезветь!

– Я тебя никогда не любила, я всегда любила Вана! – закричала она.

– Так от кого наши дети? Наши дети? – неуверенно произнес Дем.

– Я не знаю, – ответила Жизз.

Тем временем на кафедре астрономии района Синих столбов профессор Нув и его помощник Юл рассказывали учащимся о конструкциях термоядерных зарядов, о том, что такое разгонные ступени и боеголовки ракет.

– Как вы можете видеть на нашем виртуальном экране, разгонные ступени первых ракет отделились, и вскоре мы сможем наблюдать боеголовки ракет, – говорил профессор.

В аудитории кафедры учащиеся смотрели на большой виртуальный экран, где транслировалась область звездного неба, обозреваемая телескопами.

– Профессор, а почему их так много? – спросил Геф.

– Видишь ли, – начал Нув и запнулся, посмотрев на экран. – Да, их действительно много!

На экране они увидели первые боеголовки, отделившиеся от одной из ракет. Боеголовки стремительно приближались к Весте.

– Но, дорогие мои, боеголовок всегда много, – сказал профессор. – Юл, ты разговаривал с Ваном, у нас готово защитное поле?

– У нас готовы некоторые сегменты, – ответил Юл. – Ван проводит учения и готовится вывести группу кораблей на орбиту, чтобы уничтожить большую часть боеголовок лазерными орудиями.

– Да, прекрасный план! – сказал Нув. Он посмотрел на студентов и продолжил: – Как мы видим на экране, боеголовки выталкиваются из головной части ракеты, и дальше летят по своим собственным траекториям.

– Профессор, – спросила девушка с большими глазами, – это правда, что одна такая боеголовка может уничтожить целый район с населением?

Старик Нув тяжело вздохнул.

– Тиша, – сказал он, – одна боеголовка способна уничтожить все живое в радиусе тридцати километров, что примерно равно целому району на нашем астероиде. Последствия могут быть катастрофическими. Плюс возникнут огненные бури и радиация, которые неизбежно приведут к дополнительным проблемам. Поэтому мы не сидели сложа руки, а готовились к обороне.

– Скажите, а что происходит с другими ступенями ракеты после выбрасывания боеголовок? – спросила девушка с четырьмя руками.

– Идда, до нас долетят лишь боеголовки, остальные части ракет просто разваливаются и становятся мусором.

– Могут ли наши ракеты сбить их ракеты на дальнем расстоянии? – спросил Кюр.

Нув посмотрел на юношу и улыбнулся.

– Конечно, нам бы хотелось этого, – согласился он. – Но выполнить это будет практически невозможно. Во-первых, потому что в полете наши боеголовки противник может сбить, и, следовательно, они не достигнут цели. Во-вторых, каждая ракета, как правило, снабжена своим силовым полем, которое не позволит взорвать ее в космосе, просто выстрелив по ней из наших орудий. Но вот боеголовки, которые проходят ограниченное расстояние и не снабжены силовыми полями, представляют собой вполне доступные цели для наших ракет.

– Профессор, – произнес Юл, – мы так надеялись, что Ван и Шлом избавят нас от встречи с этими ракетами и кораблями. Но после прибытия с Земли Ван сказал только одно – что уничтожить нейротехнологии нельзя.

– И в этом он прав! – воскликнул Нув. – Для этого нужно уничтожить науку в целом, погрузив землян в примитивные технологии, отбросив технологии назад. Но это просто недостижимо. Конечно, мы знаем, что произошло на Земле, Ван и Шлом не делали из этого секрета. Они отправились на Землю и сожгли научный объект. Но я полагаю, этот объект восстановили через несколько лет, все разработки были сделаны заново и запущены в производство.

Глава 23

Громадные корабли поднялись выше разреженных слоев атмосферы и взяли курс по направлению к Земле. Впрочем, они не летели к Земле, а встречали заряды противника. Эти боеголовки обладали мощнейшей разрушительной силой, и требовалось уничтожить каждый заряд. В идеале ни одна боеголовка не должна была достигнуть орбиты Весты.

Чуть раньше закончились учения, в которых Ван тренировал группу кораблей набирать нужную высоту, стрелять из орудий и совершать резкие маневры. После учений Ван поговорил с Амой.

– Я понял, в чем наше слабое место, – сказал он.

– И в чем же? – заинтересованно спросила она.

– Во мне, – покачал он головой. – Я пилот, но не стрелок. Да, по большей части это автоматика, но человеческий фактор способен творить чудеса. У нас таких чудес не будет.

– Верно, – согласилась Ама.

– Если ты не согласишься вернуть из мертвых Ерума. Он был одним из лучших стрелков. Он бы нам сильно помог. Ты можешь его размножить?

– Ох, это не просто, но могу, – сказала она.

Он не удержался, обнял ее за плечи и погладил по голове.

– Такие клоны, как я, далеко не идеальны, – проговорил он ей на ухо.

А потом они расстались, и он почти не спал. Он думал о ней, ее образ не выходил у него из головы.

Наконец он выкинул все лишнее из головы и сосредоточился на предстоящем бое. Он был в открытом космосе и знал, что Ама и все жители бункеров наблюдают за флотом кораблей по виртуальным экранам.

И в каждом корабле находился Ван, размноженный Ван. И не один, экипаж состоял из трех человек. Они были людьми, но они были клонами. Его клонами. И лишь в одном отсеке одного из космолетов летел первый Ван.

– Орудия к бою! – скомандовал он.

На внутренних экранах кораблей было видно, как двигалось огромное темное пятно, состоявшее из тысяч термоядерных боеголовок. Ван подумал, что через мгновение в этой точке Вселенной начнется грандиозное представление, и его яркость, возможно, разбудит от сладкого сна обитателей башен – небоскреберов, которые даже не знают, что он не мертвец, а живой, и даже больше того – он размноженный!

– Огонь! – прокричал Ван, вложив в этот крик столько энергии, сколько мог.

Вмиг черноту космоса осветили сотни лазерных струй, которые полетели навстречу темному пятну, а вскоре прогремели первые взрывы, которые быстро слились в грандиозную канонаду. Это было безумное зрелище – ядерные взрывы, высвободив невероятную энергию, осветили все вокруг и подняли гигантскую взрывную волну.

Космолеты как будто отбросило невидимой стеной. Все закружилось и завертелось в хаосе, огне и грохоте. Это было сущее безумие – ядерная война в космосе, война людей и пришельцев. Но никто не мог даже приблизиться к таким гигантским выбросам энергии, огромный огненный шар разрастался в космосе, словно это было рождение новой звезды. Впрочем, скорее это напоминало расширение уже существующего Солнца в умопомрачительном режиме гиперскорости. Это был чудовищный взрыв сотен боеголовок, превративших космическую черноту в ослепительную огненную вспышку, быстро расползавшуюся из эпицентра.

Ударная волна отбросила корабли почти до орбиты. Если бы не силовые поля, они могли пострадать от столкновений друг с другом. И неизвестно, что происходило с кораблями противника, которые летели за своими ракетами, а после выбрасывания зарядов – за ними.

Ядерный шторм все еще продолжался. Это было похоже на землетрясение в глубинах вакуума. Стабилизаторы движения не могли остановить чудовищную бурю, которая раскачивала и кидала корабли от эпицентра ядерного сотрясения. В этих условиях космолеты Весты должны были занять позиции вдоль орбиты астероида, чтобы закрыть пространство от кораблей противника, но долгое время было неизвестно, уцелел ли флот неприятеля, и насколько он был готов к ядерному шторму, накрывшему участок космического пространства, по которому уже нельзя было пройти.

Наконец, спустя несколько часов на экранах показалась группа неприятельских кораблей. Они огибали эпицентр гигантского взрыва на расстоянии в сотни километров и плотным клином плыли в направлении орбиты астероида.

Ван скомандовал:

– Всем кораблям! Начать движение в сектор сближения с противником!

Космолеты были растянуты вдоль орбиты астероида, им требовалось время, чтобы прибыть в нужный сектор.

Вражеский флот выстрелил по находящимся в секторе сближения кораблям Весты. Сработали силовые поля. Корабли ждали подкрепления. Схватка становилась жарче, вражеские корабли вели обстрел из всех орудий. Корабли Весты стреляли лазерными пушками, вблизи орбиты стрелять ядерными зарядами было запрещено. Вихревые излучатели могли быть задействованы для средне-дальнего боя. Но пока расстояние между противниками было слишком большим.

Немногочисленные космолеты Весты были вытеснены огнем противника на самый край – ниже начиналась атмосфера астероида. Но постепенно количество космолетов выровнялось за счет прибывших из других секторов.

Вражеские корабли успели выпустить несколько ракет с термоядерными зарядами, большинство из которых были встречены вихревыми излучателями космолетов Весты. С пробитыми силовыми полями они были унесены прочь в крутящихся с огромной скоростью взрывах. Но одна из ракет, выпущенная противником, по ряду нелепых случайностей потерялась из вида, и после выбрасывания боеголовок оставалось уповать только на защитное лазерное поле астероида.

Наблюдая за грандиозным сражением, зрители у виртуальных экранов затаили дыхание и молились о том, чтобы защитное поле не подвело.

Раздались взрывы, и несколько боеголовок превратились в огненные шары. Сработали огнезащитные системы, и поле стало выдувать горящие шары в космос, не пропуская тепловую и ударную волны. Но была последняя боеголовка, которая прошла в незащищенном сегменте поля и все быстрее падала вниз.

В это время Шлом и Гаэ сидели в бункере и наблюдали через экран за происходящим.

– Мы все умрем! – всхлипнул Шлом и закрыл лицо маленькими руками.

– Нет, это исключено! – твердо возразила Гаэ.

Она показала на экран. С поверхности астероида взлетели несколько крейсеров, в одном из которых был Юл.

– Этот мальчишка сделает нас счастливыми! – объявила Гаэ.

И они увидели, как крейсер Юла выпустил точный лазерный луч в боеголовку, которая сразу же обратилась в огненный шар. До поверхности астероида оставалось около десяти километров. И все поняли, что жителям бункеров опасность не грозит.

– Меткий выстрел! – воскликнул Шлом.

Глава 24

При взрыве боеголовки ударная волна достигла башни Безбрежных морей. Под воздействием избыточного давления воздушных масс стены здания стали лопаться, как хрустящие чипсы, и разлетаться на мелкие фрагменты.

Вместе с фрагментами здания в воздух взлетели люди. Верхний уровень башни был полностью разрушен. У людей были сломаны кости, разорваны внутренние органы. Обломки стен и конструкций полетели, как щепки, врезаясь в уже мертвых людей. В это время нижние секции здания ходили ходуном, с полок летели предметы, люди падали, не в силах удержаться на ногах.

Когда башню начало трясти и с потолка курортного зала стали падать острые осколки искусственного солнца, люди завопили от ужаса.

Дем и Жизз закричали, как и все.

– Спасите! – завопила Жизз.

Пол уходил из-под ног. Все тряслось и валилось. И нигде не было спасения.

Крупный кусок солнца сорвался с потолка и упал прямо на Жизз.

– Нет! – закричал Дем.

Ему стоило усилий подползти к ней. Настолько сильно трясло, что казалось, песок превратился в кипящую воду. Наконец Дем склонился над Жизз и посмотрел в ее глаза.

Она была теперь трезвой, но мертвой. Темная струя крови вытекала со свистом изо рта. Кости были раздроблены на мелкие осколки.

Здесь с потолка сорвался другой кусок. Размерами он был меньше, но его острые грани несли мгновенную смерть всем, кто находился в это время внизу. Этот кусок полетел в склонившегося над мертвой Жизз Дема. Кусок пронзил Дема, пригвоздив его к Жизз. Из ран хлынула теплая кровь, заливая горячий песок.

Курорт превратился в сущий кошмар. Везде стоял крик и стон, раненые извивались в конвульсиях. Их тела продолжали дырявить мелкие и острые как бритва куски искусственного солнца.

Намного выше башни Безбрежных морей, вблизи защитного лазерного поля Весты, флот космолетов вступил в ближний бой с кораблями пришельцев.

Ван был в одном из громадных космолетов. Он командовал:

– Вихревое оружие к бою!

Сверху космолетов заработали вихревые установки, и во вражеские корабли полетели лучи страшной мощности.

Находившиеся в атаке первые корабли неприятеля покачнулись в пространстве, а в следующий миг их части стали взрываться и закручиваться в огненных сгустках с огромной скоростью. Крылья, фюзеляжи, хвостовые части кораблей взрывались, закручивались и уносились куда-то вдаль. Клинообразный порядок движения был сокрушен. Разрушенные вихревыми установками корабли разлетались в разные стороны.

Некоторые корабли чужаков были повреждены лишь частично, у них оказались оторваны части крыльев или корпусов, но они продолжали палить в корабли астероида и надвигались на них, словно хотели взять на таран.

– Вихревое оружие не применять! Использовать орудия для ближнего боя! – командовал Ван.

Его корабль сблизился с космолетом чужаков. Ван увидел, что тот получил пробоину в хвостовой части. Клон нажал на гашетки, и из-под крыльев корабля забили огненные струи. Они полились и туда, где зияла пробоина. Спустя мгновение раздался взрыв – и корабль чужаков разлетелся на горящие куски. Стало понятно, что через пробоину они повредили топливную систему неприятельского космолета.

Совершив резкий маневр, корабль Вана оказался сверху, над эпицентром сражения. Ван мог наблюдать, как вражеские корабли теряют свои составные части. Казалось, они сделаны из картона, который отрывается и улетает прочь, быстро сгорая. Ван увел космолет повыше и скомандовал клону:

– Излучатели к бою!

Вниз полетели мощные струи ослепительного света и врезались в главное скопление вражеских кораблей. Так продолжалось довольно долго, и корабли противника не могли ничего сделать, потому что были зажаты со всех краев своими и чужими кораблями. Во все стороны отлетали обломки, крутящиеся взрывы уносили вдаль части вражеских кораблей. Ван понял, что исход боя предрешен. У врага уже не хватало сил для перегруппировки и атаки, машины стали отступать.

В корабль Вана полетели потоки огня чужаков, но он легко ушел в сторону, а затем спустился на подмогу своим.

С каждым часом сражение становилось все менее ожесточенным. Абсолютное большинство космолетов противника было уничтожено. Флот Весты потерял всего лишь три корабля.

Наконец последние космолеты чужаков были повреждены вихревым излучением и, хотя продолжали стрелять из своих орудий, медленно отступали от орбиты астероида под натиском флота Весты.

В ближнем бою поврежденные корабли оказались слабы, и вскоре стали гореть и разлетаться на фрагменты.

Когда огненные части самого последнего корабля чужаков разлетелись в стороны, Ван воскликнул:

– Поздравляю с победой, орлы!

Он скомандовал флоту идти к Весте.

На Весте жители бункеров с замиранием сердца следили за грандиозным сражением в космосе. В информационных сетях проходили трансляции. Как только бой завершился, сотни тысяч мутантов были готовы расцеловать Вана и его клонов. Они записывали видео и говорили Вану слова признательности и поддержки.

Люди были благодарны Юлу всего за один точный выстрел. Но многие ждали с нетерпением выступления профессора Нува. В атмосфере произошел мощный ядерный взрыв, одна из самых значительных башен небоскреберов была разрушена. Люди хотели знать, могут ли быть катастрофические последствия.

Профессор Нув выступил перед жителями. Он сказал:

– Загрязнение охватило десятки километров биосферы. К счастью, оно не достигло поверхности нашего астероида. Но опасность заключается в огромном радиоактивном облаке, частицы которого могут быть разнесены на большое расстояние. В связи с этим к месту происшествия мы направили группы клонов, которые уже работают над устранением последствий ядерного взрыва. Главной задачей является очистка облака от радиоактивных веществ и недопущение выпадения из него смертельно опасных бета- и гамма-лучей. Мы используем новейшие технологии для очистки биосферы от радиации.

Глава 25

Когда броневик врезался в землю, Ама была наготове. С ней рядом находилась помощница – клон. Они походили друг на друга как две капли воды.

– Бери тело и тащи в бункер, – распорядилась Ама.

Клон скрылась в огневом отсеке броневика. Потом она вытащила тело и доставила его к бункеру.

Ама принесла тело Вана, опустив его на кровать. Клон стояла рядом с телом Ерума и ждала указаний.

– Я могу отсканировать его в твоем бункере? – спросила Ама.

– Да, там отдельная комната, – показала женщина, которая стояла в углу.

– Спасибо, Гаэ, – кивнула Ама.

Ерум был мертв, его органы оказались отчасти повреждены, это осложнило работу, но все же сканирование прошло, и спустя время в маленький накопитель была загружена полная информация из сканеров.

Клон осталась в комнате, чтобы передавать информацию из накопителя в пространственно-временной канал.

– Вы можете ее спрятать? – спросила Ама у Гаэ. – Нам нужно будет ехать, когда проснется Ван. Вы же поедете с нами?

Гаэ кивнула.

– Пусть живет здесь, я передам ей хозяйство, – сказала она.

Клон оставалась в бункере Гаэ.

– Мы прилетим за тобой позже, – пообещала Ама.

Потом проснулся Ван, они собрались и поехали в район Синих столбов, на полпути они замерзли, зашли в бункер района Крестов, потом приехали в район Синих столбов, спустились в бункер, где их встретил Шлом, пришел профессор Нув, они направились к телескопу, а потом работали всем миром, клоны строили корабли и монтировали вокруг астероида огромное лазерное поле, Ван поднял флот кораблей, произошло грандиозное сражение, и, наконец, флот пришельцев был разбит.

Ерум очнулся на кровати и увидел незнакомых людей.

– Где я? – спросил он.

– Расскажите ему все по порядку, – сказала женщина, обращаясь к старухе с лиловым цветом кожи и полному человеку, похожему на розовый шар.

Женщина куда-то ушла. К Еруму подошли двое незнакомцев.

– Вы находитесь в бункере, – сказала старуха с волосами на лице.

– Добро пожаловать в район Синих столбов, – сказал человек с маленькими руками.

Ерум привстал с кровати. Гаэ и Шлом пристально смотрели на него.

– Как вы себя чувствуете? – спросила Гаэ.

– Лучше, – ответил Ерум. – А где броневик?

Тем временем в процветавшем прежде мире небоскребов разразился кризис. Разрушив башню Безбрежных морей и похоронив в ней человеческие жизни, ударная волна три раза обогнула Весту и послужила причиной народных волнений.

Впрочем, поначалу никто не мог ничего понять, и власти, и полиция придумывали глупые оправдания – то им казалось, что это происки мутантов, то упавший метеорит, то неизвестный погодный феномен. Но большинство президентов склонялось к версии инопланетного удара или даже атаке потусторонних сил.

В эти разнообразные версии никто не верил, тем более что независимые и известные ученые заявили о ядерном ударе сокрушительной силы. А потом произошла утечка информации, которую не предотвратили власти, и все увидели на записи, что было на самом деле – сверкнувший выстрел из крейсера и огромный огненный шар в атмосфере.

Стихийные протесты, митинги и забастовки охватили все районы. В каждой башне появились лидеры протестного движения, они агитировали за смену политического режима. Появилось самое массовое движение в истории Весты – Антиядерный союз.

Экономика остановилась. Школы, учреждения, предприятия, организации прекратили работу. Кое-где даже случились погромы и беспорядки. Но это были маленькие общества – районы с башнями, где люди друг друга знали, и ни один полицейский не стал бы применять силу против своих – тем более, когда своих было много и они были правы.

Лидеры протеста требовали открыть доступ к «остальному миру». Они требовали прекратить всякие войны между районами и «обратиться к мутантам, у которых есть важная информация». Протестующие были уверены, что открытие канала связи с мутантами принесет благо, а не вред, как их с детства учили в школе. Их пугали страданиями и болезнями, ужасными мутантами, которые превратились из людей в грязных и уродливых существ. Но были утечки, были свидетельства, были очевидцы, которые утверждали, что мутанты – это такие же люди, как они.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.