Светлана Сертакова
Кажется, я беременна. Анжелика с сюрпризом

Глава 1. Поймай меня, если сможешь

В последние секунды я протиснулась в закрывающиеся двери лифта, оставив своих преследователей, что называется, с носом. Кабина была заполнена людьми, и на меня никто не обратил особого внимания. Продвинувшись к задней стенке лифта, я встала рядом с парнем в темно-синей толстовке с надвинутым на лицо капюшоном. Возле него на полу стоял черный кожаный рюкзак. Скинув с плеча свой рюкзак, внешне очень похожий на тот, что стоял на полу, я поставила его рядом и постаралась сосредоточиться на приказной панели. На следующем этаже парень, подхватив мой рюкзак, покинул кабину лифта. Я вздохнула с облегчением. Все шло, как надо. Меньше чем через пять минут документы и все остальное окажутся у того, кому они принадлежали. Но прежде, чем меня схватят, надо бы разобраться с одним делом. На панели уже горела кнопка с цифрами нужного этажа, но меня вдруг начали одолевать сомнения, успею ли я до него доехать. Поэтому когда на следующем этаже двери лифта распахнулись, я выскочила из кабины, прихватив рюкзак парня, и бросилась к лестнице. Где-то на нижних пролетах раздавался топот сразу нескольких пар ног, и моя интуиция подсказывала мне, что спешили они по мою душу.

Ну, что же, пусть попробуют меня поймать! На одном дыхании я преодолела пять этажей и когда увидела цифру «11» бегом двинулась по коридору до нужной двери. Мне нужно всего пять минут. Дальше все закрутится, завертится, и тогда поговорить нам удастся еще не скоро.

Я вбежала в приемную и, не сбавляя скорости, пролетела мимо ошарашенной секретарши прямо в кабинет ее босса. И тут мне реально повезло, что он был в кабинете один. Даже мне, женщине без комплексов, было бы неловко сообщать ему эту новость при свидетелях. При виде меня лицо его вытянулось, а глаза в прямом смысле полезли на лоб. Щелкнув дверным замком, я подлетела к его столу, осознавая, что хлипкие двери не остановят моих преследователей, и у меня есть от силы несколько минут.

Ты? – ошарашенно спросил он,– Ты как здесь?

Долго объяснять,– задыхаясь от бега, пропищала я,– Мне нужно тебе сказать, пока за мной не пришли. Ты же тоже в этом принимал участие, так что имеешь право знать. Кажется, я беременна.

Лицо Аркадия вытянулось еще больше. Но ответить он ничего не успел, потому что в эту же минуту дверь его кабинета начала содрогаться под тяжестью ударов увесистых кулаков. В приемной слышались мужские голоса и визгливый голос секретарши, которая требовала немедленно прекратить это безобразие. Потом она, видимо, додумалась воспользоваться запасными ключами от кабинета шефа, и после минутной возни с замком дверь благополучно распахнулась. В проеме показалась та самая троица в черных костюмах, которая уже больше часа преследовала меня по всему зданию. Убедившись, что теперь я от них никуда не денусь, они не спеша вошли в кабинет.

Аркадий поднялся к ним навстречу.

Чем могу помочь, господа? – спросил он, хмурясь.

К вам у нас никаких претензий нет, Аркадий Венцеславович,– ответил тот, что постарше, одновременно демонстрируя удостоверение сотрудника службы безопасности,– мы пришли вон за этой дамой.

Я знаю, кто вы, господа,– сказал холодно Аркадий,– но это мой кабинет и эта дама моя гостья.

Обогнув стол, он сделал несколько шагов вперед и встал таким образом, чтобы оказаться посередине между мной и нежданными гостями.

Казалось, его совершенно не смущает, что они так же сотрудники этой фирмы, что они скорее всего выполняют свою работу, что их в конце концов больше, и он им значительно проигрывает в весовой категории, потому что по сравнению с атлетически сложенным Аркадием они были хоть и неуклюжими, но все же шкафами с грудой мышц. Опасаясь того, во что это может перерасти, я сама двинулась навстречу бультерьерам в костюмах, бросив на ходу:

Не волнуйтесь, Аркадий Как-вас-там, мальчики всего лишь хотят проводить меня к вашему биг-боссу.

Анжелика,– рванулся ко мне Аркадий,– вам нужна моя помощь?

Это просто небольшое недоразумение. Уверяю вас, со мной все будет в порядке,– пообещала я, успев уже неоднократно пожалеть о своей мимолетной слабости. Еще не хватало втянуть во все это Аркадия, и тогда весь наш план мог пойти, что называется, «коту под хвост».

Я сделала шаг к двери, но мне не позволили первой ступить за порог. Пришлось плестись следом за одним из бультерьеров, в то время как двое других последовали за нами. Правда, мне показалось, что один из них немного поотстал, присоединившись к нам вновь только тогда, когда мы были уже возле лифта.

Глава 2. Анжелика Ивановна

Что это было? В который раз я задаю себе этот дурацкий вопрос, но не нахожу на него ответ. Эта сумасшедшая девчонка, Анжелика или, как я ее прозвал, Анжелика Ивановна, хотя на самом деле настоящего ее отчества я не знаю, как настоящий ураган ворвалась в мою жизнь около двух месяцев назад. Еще тогда я подумал, что это не к добру, но слишком уж забавно плясали чертики в ее серых глазах с голубым ободком.

Первая наша встреча произошла в огромном фойе гостиницы «Прага», где в тот день собрались представители многих крупных коммерческих организаций города, чтобы презентовать свой продукт тем, кто приехал из-за рубежа в поисках новых партнеров. Мне, как директору по продажам, поручили провести презентацию нашей компании. Я вышел в фойе, чтобы лично убедиться, что на столиках и стендах достаточно рекламных буклетов, что наши сотрудницы не сидят как мумии, а работают с потенциальными покупателями, рассказывают о продукте, объясняют, показывают, раздают визитки и буклеты. В тот момент, когда я, переговорив с одной из сотрудниц нашей компании, развернулся, намереваясь отойти от ее стола, на меня налетела девчонка с черными длинными всклокоченными волосами, одетая в мешковатое платье темно-оливкового цвета, коротенькую курточку цвета хаки и желтые ботинки с квадратными носами. За спиной у нее висел черный кожаный рюкзак, на шее весьма дорогой фотоаппарат, а в руках она держала стаканчик горячего кофе из автомата, который в этот момент оказался в опасной близости от моей белоснежной рубашки.

Осторожнее!– раздраженно бросил я девушке.

Она подняла на меня свои серые глаза с голубым ободком, и скривила губы в язвительной усмешке. Надо признать, что мордашка у нее оказалась довольно симпатичной.

А то что? – спросила она весьма саркастически, скосив глаза на мой бейджик, на котором красовалась моя должность, имя и название фирмы,– Боитесь подпортить свой идеальный прикид, Аркадий Как-вас-там?

Венцеславович,– поправил я ее.

Слишком сложно,– нахально заявила девица.

Тогда я тоже скосил глаза на ее бейджик, но прочел там лишь имя, потому что кроме него там больше ничего не было, ни фамилии, ни отчества, ни должности, ни организации, которую она представляет.

Анжелика? – скривился я,– На мой взгляд, слишком вычурно.

Да нет же, на самом деле все просто,– хохотнула девушка,– почти то же самое, что и Марфа Ивановна!

А, так значит вы Анжелика Ивановна? – решил сострить я.

В этот момент в ее серых глазах с голубым ободком заплясали румбу веселые чертики. И этим она меня впервые зацепила. В тот день мы больше не успели с ней пообщаться, женщина-администратор позвала меня в конференц-зал, где должны были вот-вот начаться презентации. Еще раз я увидел девушку во время своего выступления. Подготовился я хорошо, выступал уверенно, без лишней нервозности и в какой-то момент, устремив взгляд поверх столов в центр зала, я заметил Анжелику, прислонившуюся спиной к двери. Она заметила, что я смотрю на нее, и подняла вверх большой палец правой руки. Я сдержал улыбку и отвел от нее свой взгляд, твердо решив продолжить с ней наше общение после своего выступления, но судьба в тот день жестоко посмеялась надо мной – девушка бесследно исчезла.

Еще раз мы встретились с Анжеликой через неделю. В тот день у меня была запланирована встреча в небольшом, но уютном ресторанчике с моей теперь уже бывшей девушкой Кариной, с которой мы были вместе почти два года. На тот момент для всех и для нее тоже мы все еще считались парой, хотя для меня лично наши отношения уже давно сошли на нет. Мне казалось, что и она это понимает, но все равно не хотелось ее обидеть сообщением о нашем разрыве. Поэтому я долго думал, как расстаться с ней мирно, без скандалов, и даже собирался предложить остаться друзьями. Выпить изредка по чашечке кофе со своей бывшей все же лучше, чем каждый раз при встрече выслушивать от нее проклятия в свой адрес.

Мы сидели за круглым столом на мягких полукруглых диванчиках, отгороженные от других столиков тяжелым балдахином сиреневого цвета, который крепился как занавеска к круглому металлическому каркасу, вмонтированному в потолок. Поначалу все шло очень даже неплохо. Мы поужинали под беспрерывное щебетание Карины, при чем говорить она могла обо всем на свете и на любую тему. Но когда она заговорила о нашем совместном отпуске летом, начала строить планы и выбирать страну для путешествия, я не выдержал:

Карина, мы не поедем с тобой в отпуск этим летом.

Почему?– спросила девушка, широко распахнув от удивления свои большие голубые глаза с пышными, явно наращенными ресницами. Ее мордашка была милой, даже симпатичной, но глядя на нее, моя память тут же подкинула мне воспоминание о другой мордашке с озорными серыми глазами с голубым ободком. Помотав головой, чтобы скинуть с себя наваждение, я твердо сказал:

Потому что сегодня был наш прощальный ужин в качестве пары. Я хочу закончить наши отношения. Но не возражаю, если мы с тобой останемся друзьями.

Почему сейчас? – глаза Карины стали еще шире.

На самом деле я давно осознал, что наши отношения исчерпали себя. Думаю, в глубине души ты тоже это чувствовала.

Нет,– уверенно заявила Карина,– Я так не считаю. Наши отношения развиваются, пусть не так быстро, как хотелось бы, но уж точно не стоят на месте. Не все так плохо, Аркаша. Брось! Давай лучше закажем десерт.

Карина уткнулась в меню, давая мне понять, что разговор окончен. Я смотрел на нее и не понимал что происходит. Только что Карина свела на нет мою попытку с ней расстаться, но сдаваться просто так я не собирался. Она должна понять, что это конец, даже если для этого мне придется сделать ей больно. Она это заслужила, когда не захотела меня услышать. Мой мирный настрой, к которому я себя так долго готовил, улетучился так же быстро, как улетучивается водород, если открыть пробирку. Я терпеливо ждал, когда официант примет у нее заказ, но как только он вышел, решил продолжить начатое.

То, что ты называешь развитием отношений,– как можно жестче сказал я,– больше похоже на бег на месте. У нас нет общих интересов, нет общих друзей. Нас долгое время связывала только постель.

Постель – это уже неплохо,– заметила Карина, доставая из сумочки телефон. Проведя пальчиком с безупречным маникюром по экрану, она открыла инстаграм и принялась листать ленту, попутно ставя лайки.

А ты не заметила, что у нас даже этого не было уже очень давно? – спросил я, всеми силами стараясь при этом сдержать зарождавшуюся внутри злость. Карина как будто нарочно делала вид, что ничего не понимает.

Так вот в чем дело? – девушка вскинула на меня свой томный взгляд и, подалась вперед,– Давай я тебя приласкаю, Аркаша, прямо здесь и сейчас, а за продолжением поедем к тебе.

От одной только мысли об этом мне стало не по себе. Я, конечно, знал, что Карина без комплексов, но чтобы настолько, чтобы заняться этим в ресторане, пусть и за балдахином, который только создавал иллюзию нашего тет-а-тета, не поглощая при этом звуков, было уже слишком. Да и чего греха таить, не хотел я больше ее. От слова совсем.

Карина! – зарычал я,– Ты слышишь меня? Мы с тобой расстаемся.

Зачем, Аркаш?– ангельским голоском пропела Карина.

Затем, что я не люблю тебя!

Видит Бог, я не хотел произносить эти слова, но Карина со своим деланным непониманием начинала меня уже конкретно бесить. Вопреки моим ожиданиям и этот аргумент не оказал на нее должного впечатления.

Что такое любовь, Аркаша? – засмеялась Карина,– Не больше, чем красивое слово. Сегодня не любишь, полюбишь завтра.

Оставался последний довод, который мог хоть как-то на нее воздействовать.

У меня давно уже другая женщина,– жестко произнес я.

Смех Карины оборвался, и теперь она уже с интересом изучала мое лицо.

Да? – протянула она,– И где же она?

Карина откинулась на спинку дивана, не сводя с меня прищуренных глаз. На губах блуждала легкая недоверчивая улыбка.

А, знаешь что, Аркаша?– произнесла, наконец, Карина,– Я тебе не верю. Я думаю, ты мне врешь.

Я открыл было рот, готовясь в этот раз уже не сдерживая себя произнести целую тираду о том, что я думаю по этому поводу, как вдруг свободные полы балдахина распахнулись, и на пороге возникла девушка с длинными черными волосами, собранными в хвост, в свободном платье синего цвета до колен, черных лосинах, коротенькой курточке цвета хаки и желтых ботинках с квадратными носами. За спиной у нее, как и в прошлый раз, болтался черный кожаный рюкзак.

Анжелика? – не хило удивился я. Кого-кого, а ее я точно не ожидал здесь увидеть.

Аркаша! – расплылась в счастливой улыбке Анжелика,– А я освободилась пораньше и решила подождать тебя здесь за нашим любимым столиком. Ты же сказал, что хочешь устроить мне романтический вечер. Пока ждала тебя, выпила две чашки кофе. Потом мне захотелось в туалет, и вдруг слышу твой голос. Представляешь? Дай, думаю, загляну, все равно иду мимо. Скажу тебе, что я уже здесь. Дорогой, я так рада тебя видеть!

Девушка на одном дыхании протараторила всю эту чушь, а я сидел и не мог оторвать взгляд от ее серых глаз с голубым ободком, в которых в это время чертики отплясывали лизгинку. А дальше все происходило как в замедленном кино. Вот Анжелика скидывает на пол рюкзак, запрыгивает мне на колени и, обхватив мою голову руками, прижимается своими губами к моим. Губы девушки сухие, теплые, но в тоже время мягкие и чувственные. Я невольно поддаюсь на ее провокацию и тоже начинаю ее целовать, сначала с опаской, пробуя на вкус, потом более страстно, напористо. Руки невольно смыкаются на ее талии, а пальцы уже скользят по ее спине. Грохот разбитой посуды возвращает нас к действительности. К моему большому сожалению, мы вынуждены оторваться друг от друга и теперь наблюдаем как Карина, извергая неприличные ругательства, пробирается к выходу по осколкам посуды, которую сама же и смахнула со стола на пол.

Как только мы с Анжеликой остаемся одни, девушка соскальзывает с моих колен и усаживается рядом, но на некотором расстоянии от меня.

Извините,– бормочет она, но в глаза не смотрит.

Да ничего,– отвечаю я,– мне даже понравилось.

Надеюсь, на продолжение не рассчитываете? – на этот раз с вызовом говорит она и теперь уже взгляд не прячет.

Рассчитываю,– я с ней предельно честен.

Предупреждаю сразу, Аркадий Как-вас-там, не стройте иллюзий. Я здесь исключительно как скорая помощь. Без меня вы бы со своей дамой никогда не расстались. Я сидела по ту сторону балдахина, ела салат, пила кофе, а тут вы со своей драмой. Я не собиралась подслушивать, но вы говорили достаточно громко, поэтому волей-неволей я стала свидетелем вашего трагикомичного расставания. Девушка ваша не хотела вас отпускать – это же ясно как божий день. Ни гордости, ни понимания. Не люблю таких.

Поэтому и пришли, Анжелика Ивановна? – спросил я, улыбаясь.

Пришла, потому что сами вы уже не справлялись, Аркадий Как-вас-там. Да и знакомы мы с вами малость, захотелось помочь чисто по-человечески.

Так, значит, вы меня узнали? По голосу?

Я присутствовала на вашем выступлении, между прочим, а длилось оно без малого сорок минут. На слух никогда не жаловалась. В детстве музыкой занималась и довольно успешно.

А сейчас чем занимаетесь?

Ответить Анжелика так и не успела. На пороге появились администратор и официант. С меня потребовали оплатить причиненный их заведению ущерб, я достал карту, но терминал оказался только в зале. Поэтому пришлось идти за администратором к барной стойке. Я не просил Анжелику остаться, мне казалось она и без того понимает, что мы не договорили. Но когда я, уладив все дела, вернулся за столик, девушки и след простыл. На всякий случай я осмотрелся в надежде найти визитку или какой-нибудь клочок бумаги с нацарапанным ее рукой номером телефона, но все оказалось безрезультатно. Анжелика Ивановна снова исчезла бесследно.

Глава 3. Новость дня или была ли девчонка?

А месяц назад мой биг-босс, а попросту генеральный директор и учредитель Иван Петрович Кондратьев, практически силком заставил меня прийти к нашему партнеру Засельскому Платону Вениаминовичу на семейный ужин по случаю дня рождения последнего. Здесь же присутствовал начальник юридического отдела нашей фирмы и по совместительству заместитель генерального директора Тарнаруцкий Антон Сергеевич. Надо заметить, скользкий тип, я бы даже сказал, с гнильцой. Никогда не понимал, как ему удалось подобраться так близко к наипорядочнейшему Ивану Петровичу.

Ужин проходил, естественно, в одном из самых дорогих ресторанов города, расположенном на последнем этаже элитного бизнес-центра. Деликатесами меня было не удивить, чего я только в своей жизни не пробовал; застольные разговоры меня быстро утомляют, особенно когда Тарнаруцкий почувствовал себя звездой вечера и стал затмевать именинника, напрочь забыв по какому поводу, собственно, все собрались. Смотреть на все это не хотелось. Поэтому со скукой я стал бороться своими методами, приняв на грудь изрядное количество коньяка.

В какой-то момент мне стало совсем не до веселья – страшно захотелось вдруг на свежий воздух. Покинув ресторан, я решил ненадолго подняться на крышу. Необходимость окунуться в ночную прохладу подгоняла меня, как будто я мог пропустить что-то важное там, наверху. Периметр крыши в целях безопасности был оборудован прозрачными перилами из акрила, на полу выложена плитка по виду напоминающая паркетную доску. В ближайшем будущем здесь, скорее всего, появятся столики с мягкими диванами, креслами и зонтиками для летнего отдыха. Ослабив галстук, я направился к перилам, чтобы взглянуть на ночной город, и тут слева от себя заметил хрупкую женскую фигурку. Естественно, я остановился, чтобы более внимательно рассмотреть девушку, с которой мы оказались в одно время в одном месте. На ней было белоснежное платье с пышной юбкой до колен, белый укороченный пиджак с рукавом чуть ниже локтя и модельные туфли на шпильке. Темные волосы были собраны на затылке в высокую замысловатую прическу. Она обернулась на звук моих шагов и задорно сказала:

Пришли полюбоваться на звезды или захотелось просто подышать свежим воздухом, Аркадий Как-вас-там?

Я физически ощутил, как при звуке ее голоса, мое сердце пропустило несколько ударов, а затем забилось с удвоенной скоростью, разгоняя кровь по венам. Даже выпитый коньяк вдруг перестал действовать.

А я смотрю вы, Анжелика Ивановна, тоже любите ночные прогулки по крышам,– сказал я, подходя к девушке почти вплотную.

Немного,– ответила она,– И все-таки что вы здесь делаете?

Я был в ресторане, потом решил проветриться. А вы?

Меня в ресторане не было,– улыбнулась Анжелика,– он закрыт на спецобслуживание.

Тогда, может, пойдем в другой?

А может лучше на дискотеку? – чертики в глазах девушки заплясали макарену.

Я, конечно, удивился, но виду не подал. На дискотеку, так на дискотеку, хоть к черту на кулички, лишь бы с ней, лишь бы вдвоем. Я взял ее за руку и потянул за собой к выходу с крыши. Также, не разжимая рук, мы вошли в лифт. Не смотря на то, что мне очень хотелось притянуть к себе Анжелику и снова ощутить вкус ее губ, я не осмелился этого сделать, опасаясь ее спугнуть. Выйдя на улицу, мы поймали такси и поехали в ночной клуб.

Всю дорогу мы смеялись, шутили, подкалывали и просто наслаждались обществом друг друга, как будто были знакомы тысячу лет. Клуб встретил нас яркими огнями и громкой музыкой. Мы заняли единственный столик, который еще оставался свободным, заказали сырную тарелку, по салату цезарь, из напитков я взял себе коньяк, Анжелике какой-то мудреный коктейль. Потом напитки повторили. И еще раз повторили. В какой-то момент Анжелика вытащила меня на танцпол, где мы уже с ней по-настоящему зажгли. Помню, что тогда, глядя, как двигается девушка, я сразу понял, что в детстве она занималась не только музыкой. От нее исходила сумасшедшая энергетика. Мне казалось, что все в зале смотрят только на нее, и это заставляло меня испытывать сразу несколько противоречивых чувств – и гордость, и ревность, а еще огромное желание обладать ею. Под конец мы пили текиллу на брудершафт и закусывали ее лаймом. Смутно помню, как перед тем как опустошить свой стакан, вылизывал соль из ложбинки большого пальца Анжелики. А потом я ее поцеловал. Жадно, неуёмно, страстно. И она ответила мне.

Поехали ко мне? – предложил я, отрываясь от ее губ и заглядывая в серые глаза с голубым ободком, подернутые легкой пеленой.

Это далеко? – прошептала Анжелика.

Далеко.

Девушка замотала головой.

Может тогда в отель? – сделал я вторую попытку, так до конца и не поняв, что это было с ее стороны – отказ ехать ко мне или отказ ехать ко мне домой.

Может,– внезапно согласилась Анжелика.

Я запечатлел на ее губах быстрый поцелуй и увлек за собой к выходу. Когда мы только подъезжали к ночному клубу, я еще тогда заметил на соседней улице довольно приличный отель. Туда мы и ввалились часа в три ночи, сняв люксовский номер, оказавшийся по счастью свободным. А потом случилось настоящее безумие. Мне хотелось бесконечно целовать ее всю, везде, каждую складочку, каждый изгиб, каждый пальчик, гладить ее мягкую кожу, ласкать и брать, без остатка отдавая себя. Она же отдавалась мне жарко, страстно, как будто в последний раз, такое не забудешь, даже не смотря на весь выпитый алкоголь. А потом мы долго лежали обнявшись, прижимаясь к друг другу обнаженными телами, потрясенные той глубокой страстью, что случилась между нами. Тогда я лишь на секундочку, как мне показалось, прикрыл глаза, а когда очнулся, было уже утро, рядом никого. Анжелика снова бесследно исчезла. Уже в который раз. И что это было – сон или явь? И была ли вообще девчонка? У меня не осталось ни ее номера телефона, ни фамилии, ни адреса, я знал только имя – Анжелика, да и настоящее ли оно еще вопрос. И что она делала ночью на крыше бизнес-центра?

Мои размышления были прерваны звонком от мамы, которая приглашала меня в воскресенье к ним с папой на обед. Я немного поразмыслил, на ходу соображая какой сегодня день, потом вспомнил, что суббота и согласился. Надо бы еще к Тане с Егором заехать, а лучше взять их с собой к родителям. Нажав на отбой, я увидел, что в строчке для набора номера телефона высветились какие-то незнакомые цифры. Я не помнил когда и при каких обстоятельствах мог их набрать и, недолго думая, нажал на стрелку, чтобы стереть. Безвозвратно лишившись нескольких цифр, я вдруг подумал, что это могло быть важно, и пожалел, что не нажал на вызов. К сожалению, спохватился я слишком поздно – восстановить утраченные цифры уже было невозможно. Мыслями я вновь вернулся к Анжелике. В этот раз ее очередная выходка разозлила меня. Что это за кошки-мышки в самом деле? Если не разбудила, не оставила своих контактов, значит не хочет продолжения. А все, что было (ведь было же?) получается из разряда на один раз. Выходит, меня просто поимели и бросили. Без сожаления. Что ж, значит и мне тогда нечего по ней сохнуть. Не смотря на свою твердую решимость не думать больше о девушке, все же съездил в ресторан, в котором был накануне вечером, и попытался поспрашивать о ней у сотрудников, но те лишь в недоумении пожимали плечами. С тех пор прошло четыре недели. И вот когда я уже поостыл, убедив себя, что мы больше с ней никогда не увидимся, она вдруг возникает у меня в кабинете, смотрит своими серыми глазищами с голубым ободком, а в них черти отплясывают рок-н-ролл, и говорит:

Ты же тоже в этом принимал участие, так что имеешь право знать. Кажется, я беременна.

И тут я, мягко говоря, подофигел. Вот так новость дня! Так кажется или беременна? И где ты, черт возьми, была все это время? Судя по всему, она отлично знала, кто я такой и где меня искать. Я же по-прежнему о ней не знал совершенно ничего. Немного поразмыслив, я решил подняться к биг-боссу и спросить у него напрямую, что это за Анжелика такая, что за ней полдня бегают сотрудники службы безопасности?

Я вспомнил, как один из тех парней задержался у меня в кабинете дольше остальных, чтобы задать мне странный вопрос.

Ваша гостья, Аркадий Венцеславович, приходила к вам с какой-то конкретной целью? – спросил он.

Что вы имеете ввиду? – нахмурился я. Ну не рассказывать же ему, в самом деле, что девушка «кажется беременна» от меня.

Хорошо, я спрошу по-другому,– попытался зайти с другой стороны парень,– не передавала ли она вам какие-нибудь документы, флешки?

Какие документы? – возмутился я,– Зачем? Когда она вошла в мой кабинет, при ней не было совершенно ничего. Спросите у моей секретарши, она подтвердит.

Несколько секунд парень молча изучал мое лицо, видимо, раздумывая можно ли мне верить, затем кивнул, пожелал мне хорошего дня и вышел из кабинета, осторожно прикрыв за собой дверь. Я слышал, как он недолго общался с моей секретаршей, после чего, видимо, получив от нее нужный ответ, покинул приемную.

Глава 4. Оружие иногда стреляет

Меня привели в кабинет начальника юридического отдела и по совместительству заместителя генерального директора Тарнаруцкого Антона Сергеевича, что было, в общем-то, ожидаемо. Мне пришлось соврать Аркадию Как-его-там, прикрывшись биг-боссом, который на самом деле сегодня утром для всех срочно вылетел в краснодарский филиал. Аркадий проглотил мою ложь, поскольку, видимо, еще ничего не знал. Я просто не хотела, чтобы он стал меня разыскивать и спутал нам все карты. А так, даже если и сунется к генеральному, услышит, что тот в отъезде, подумает, что бультерьеры меня отпустили. К Тарнаруцкому вряд ли додумается пойти. Все знают, что они друг друга недолюбливают.

Антон Сергеевич поднялся мне на встречу и растянул губы в притворно-приветливой улыбке. Не смотря на правильные черты лица, внешность его была скорее отталкивающей, чем притягательной. Из более-менее запоминающегося у него были тонкие волосы цвета соломы и безликие рыбьи глаза мутного зеленого оттенка с желтыми прожилками.

А вот и вы, Анжелика! – протянул он своим надтрестнутым, как старый рояль, голосом,– Ну и заставили же вы нас поволноваться.

Не стоило,– нахально заявила я и без приглашения плюхнулась в кресло,– поберегите сердце, Антон Сергеевич. А то так и до инфаркта недалеко.

Улыбка сползла с лица Тарнаруцкого и теперь его глаза излучали неприкрытую злость.

Где документы, девочка? – рявкнул он, больше не церемонясь.

Какие документы, Антон Сергеевич? – я состроила непонимающую моську, даже глаза выпучила как можно шире.

Не надо со мной играть, детка. Обыщите ее рюкзак!

Последнее было сказано бультерьерам, которые все это время стояли позади меня. Один из них тут же выдернул у меня рюкзак, открыл его и вытряхнул на пол все его содержимое. И даже когда он опустел, продолжал его трясти, чтобы уж наверняка от всех невидимых чертей избавиться. Надо сказать, содержимое рюкзака было весьма интересным. Даже я удивилась, чего там только не было – Жека явно угорал, когда делал эту подборку. Кто-то из бультерьеров даже хмыкнул пару, разгребая мои сокровища. Кроме бесконечной косметики и мобильного телефона в розовом чехле с кошачьими ушами, на полу оказалась горстка гигиенических тампонов без упаковки, несколько пакетиков с прокладками, стринги, при чем, кажется, мужские, использованный презерватив, шоколадный батончик со следами от зубов и бутерброд с сыром, завернутый в прозрачный пакет.

Тарнаруцкий даже подошел ближе, чтобы получше рассмотреть каждый предмет.

Это все? – спросил он у того бультерьера, что вытряхивал содержимое рюкзака.

Все,– кивнул тот.

Тарнаруцкий повернулся ко мне и прошипел, указывая ногой в ботинке на кучку добра:

Это что?

Я проследила за носком его ботинка и заметила, что он упирается прямо в использованный презерватив.

Ну, приспичило нам с Эндрю, а выбросить некуда было,– буркнула я,– маленький что ли, не понимаете, как это бывает?

Тарнаруцкий не сразу понял, что я имею ввиду и, только скосив глаза вниз, уяснил смысл услышанного. С яростью пнул мои вещи и, уже не сдерживаясь, заорал:

Разденьте ее догола, обыщите каждую шмотку, загляните во все ее щели, но чтобы нашли мне эти чертовы документы.

Не глупите, Антон Сергеевич,– сказала я, постаравшись придать своему голосу ледяную твердость и тем самым остановив бультерьеров от выполнения указаний, – Во-первых, документы не ваши, вы их сами украли у организации, в которой трудитесь, а во-вторых, не советую вам даже пальцем прикасаться ко мне. Эндрю все еще мой жених, мы легко помиримся, как говориться «милые бранятся…», а когда он узнает, что вы сделали с его невестой, никакой сделки не будет. Остаток своих денег вы никогда не получите.

Тарнаруцкому понадобилось несколько секунд на размышление, без его повторной команды никто из бультерьеров не смел приблизиться ко мне.

Хорошо,– наконец кивнул он,– как только все это завертелось, твой Эндрю смылся из ресторана. Поэтому сейчас мы поедем к нему, и пусть он сам обыскивает свою невесту, но в моем присутствии. Кто знает, может вы с ним на пару все это замутили, чтобы кинуть меня. Вот там все и выясним. Но предупреждаю, пока ты добровольно идешь с нами до машины, с тобой ничего не случится. Но если начнешь привлекать к себе ненужное внимание, я за себя не ручаюсь, поняла?

С этими словами Тарнаруцкий продемонстрировал мне рукоять пистолета, оттопырив внутренний карман пиджака.

Вы бы поосторожнее с оружием, Антон Сергеевич,– посоветовала я,– оно иногда стреляет.

Я спрашиваю, ты поняла меня? – прорычал Тарнаруцкий, едва сдерживая злость.

Поняла,– сдержанно ответила я.

Я поднялась с кресла, переступила через содержимое своего рюкзака, которое, естественно, никто не стал подбирать, и вслед за двумя бультерьерами двинулась к выходу. Позади меня шел Тарнаруцкий в компании третьего бультерьера. Приемная была пуста, видимо Антон Сергеевич заранее позаботился об отсутствии своей секретарши и возможных непрошенных визитеров. По дороге к лифту нам встретилась парочка-другая сотрудников фирмы, которые здоровались с Тарнаруцким и тут же исчезали за дверями своих кабинетов. С нашей стороны все было чинно, мирно, я, как и просили не выпендривалась, но не потому что испугалась оружия, а потому что все самое интересное начнется именно в гараже и мне нужно было до него добраться чего бы мне это не стоило.

Глава 5. Раз, два, три, четыре, пять выхожу тебя искать

Я все же поднялся к биг-боссу на тринадцатый этаж после того, как немного разобрался с текущими делами. После презентации нашего продукта нам поступило сразу несколько предложений от иностранных фирм о сотрудничестве. Сейчас у нашей фирмы появился реальный шанс выйти на мировой уровень, и его нельзя было упустить. Кроме того, у нас на завершающей стадии разработки находился еще один продукт, который должен был совершить революцию в программном обеспечении кибер-безопасности. В ближайшее время нам предстояло оформить на него право интеллектуальной собственности. Коды доступа, сама программа хранились в глубочайшем секрете, что называется «под семью замками». Все ждали окончания последнего этапа тестирования, готовые в любой момент получить отмашку от руководства, как призыв к действию. А там уже все закрутится, завертится, начнется бумажная волокита – авторские права, реклама; поиск путей сбыта, новых партнеров, заключение договоров. Но все это будет потом. А сейчас в приемной биг-босса я узнал от его степенной секретарши, восседавшей в приемной, что Иван Петрович, не заезжая на работу, первым утренним рейсом вылетел в наш краснодарский филиал. На мой вопрос о том, что такого могло произойти в Краснодаре, если понадобилось присутствие самого генерального, секретарша ответила, что не знает.

Позвольте еще один вопрос, Мария Степановна,– попросил я.

Секретарша благосклонно кивнула.

Около часа назад к Ивану Петровичу должны были подойти наши сотрудники отдела безопасности, и с ними девушка, молодая, симпатичная, с черным рюкзаком, в кожаной куртке цвета хаки. Не заходили?

Секретарша покачала головой:

Нет, не было.

А вы никуда не отлучались в это время? Вспомните, пожалуйста, это важно.

Секретарша решилась не сразу, но все же решилась, проиграв внутреннюю борьбу с самой собой.

Ходила в комнату отдыха, выпить по чашке чая с Юлией Олеговной,– ответила Мария Степановна и пояснила, заменив мои вопросительно поднятые брови,– Это секретарь Тарнаруцкого. А, что? Внутренним распорядком это не запрещено. И вообще по закону при работе за компьютером сотрудникам положен пятнадцатиминутный перерыв в течение каждого рабочего часа. А моя работа без компьютера невозможна.

Я поспешил заверить женщину, что не имею к ней никаких претензий, сердечно поблагодарил и вышел из приемной. Лифт решил не дожидаться, судя по всему, кто-то спускался на нем в подземный гараж, а значит я простою здесь еще долго. Пока шел по ступенькам все думал о том, куда же могла деться Анжелика. Если даже предположить, что сотрудники отдела безопасности привели ее к генеральному директору, но не застали его. Что бы они сделали в этом случае? Вызвали полицию? Отвели еще к кому-нибудь? Кажется, Анжелика украла какие-то документы. Теоретически она могла их вернуть, а безопасники, чтобы избежать скандала, могли ее отпустить. Ноги сами привели меня к кабинету службы безопасности. Естественно дверь кабинета оказалась закрыта и на мой стук мне никто не открыл. Тогда я подошел к охраннику, который отвечал за пропускной режим.

Скажите, пожалуйста, Андрей Борисович,– прочитал я имя на его бейджике,– сегодня ваши сотрудники задержали девушку. Вам что-нибудь известно об этом?

О чем вы, Аркадий Венцеславович? – совершенно невозмутимо отреагировал охранник,– У нас все тихо, спокойно, без происшествий.

Как же без происшествий? – я продолжал гнуть свою линию,– Чуть больше часа назад из моего кабинета трое ваших сотрудников вывели девушку, намекая на то, что она украла какие-то документы.

Вы что-то путаете,– в глазах охранника ни тени сомнения,– Мы никого не задерживали.

Может, полиция приезжала? – не сдавался я.

Может. Но я не видел.

Чтобы не раздолбать охранника, я глубоко вздохнул и, прежде чем заговорить снова, сосчитал до трех.

Может, тогда вы знаете где сейчас ваши коллеги? В кабинете никого нет.

Не знаю,– пожал плечами Андрей Борисович.

Я понял, что не получу от него интересующую меня информацию и уже собрался вернуться к себе в кабинет, чтобы все обдумать, даже успел сделать несколько шагов в сторону.

Вспомнил! – вдруг заорал охранник, подскочив на месте,– Была полицейская машина!

Я снова вернулся к охраннику, готовый его выслушать.

Часа два назад я почувствовал, что надо бы размять ноги,– начал Андрей Борисович издалека,– прошелся несколько раз по коридору туда-сюда, подошел к окну. А из того окна очень хорошо просматривается въезд в подземный гараж. Тут-то я и заметил полицейскую машину.

То есть вы видели, как полицейская машина въезжала в подземный гараж? – уточнил я.

Ну, да.

Я поблагодарил охранника и направился к лифту с твердым намерением спуститься вниз, чтобы проверить полученную информацию. Но у лифта меня ждал облом. Кто-то оккупировал кабину и теперь гонял ее между этажами. Быстрее было спуститься по ступенькам. В два счета преодолев лестничный марш, я оказался перед выходом на подземную стоянку. Главными достоинствами дверей здесь была их универсальность, позволяющая двум ее створкам открываться как вперед, так и назад, а также два небольших окошка на уровне головы. Когда я уже собирался толкнуть створки, чтобы выйти на парковку, громкие мужские голоса, чьи-то крики, а самое главное слова, которые были произнесены по ту сторону двери, заставили меня остановиться.

Всем стоять на месте, не то я убью ее!

Антон Сергеевич! Не отягощайте свое положение! Бросайте оружие и сдавайтесь!

Я не хочу в тюрьму. Дайте мне уйти! Оставайтесь на месте, и девчонка не пострадает!

Прижавшись к стене, я осторожно заглянул в окно и, мягко говоря, офигел от того, что увидел – Антон Сергеевич Тарнаруцкий, черт его побери, приставил пистолет к голове Анжелики, моей Анжелики, возможно беременной моим ребенком. Какого черта? Обхватив ее одной рукой за шею, а второй угрожая ей оружием, он тащил мою девочку за собой, отступая к двери, за которой сейчас находился я. Ну, уж нет! Так просто ты отсюда не уйдешь, мразь! Я был готов рвать его на куски голыми руками. Но все-таки огляделся по сторонам в поисках какого-нибудь тяжелого предмета. На стене справа очень удачно повесили огнетушитель. С ним-то в руках я и принял в свои объятия Тарнаруцкого.

Глава 6. Будь что будет

Тарнаруцкий не очень вежливо подтолкнул меня к черному джипу и скомандовал:

Залезай!

В это же время один из бультерьеров распахнул для меня заднюю дверцу автомобиля.

Можно я поеду спереди, а то меня сзади укачивает? – состроила я самую жалостливую моську, на которую была способна.

Нет! – рявкнул в ответ Тарнаруцкий.

А если меня стошнит? – не унималась я,– Учтите, я убирать не буду. Пусть тогда ваши гоблины подпрыгивают.

Антон Сергеевич даже не удостоил меня взглядом.

Заталкивайте ее,– приказал он бультерьерам.

Один из них попытался схватить меня за руку, но мне удалось вырваться и отступить назад. Бультерьер продолжил на меня наступать, а я продолжала отбиваться. Никто кроме меня не заметил приближающихся к нам в этот момент трех мужчин в штацком.

Тарнаруцкий Антон Сергеевич? – спросил тот, что шел первый.

Допустим,– промямлил в ответ Тарнаруцкий.

Мужчина достал из кармана куртки служебное удостоверение, представился следователем Карпенко Владиславом Игоревичем и сообщил о задержании.

Позвольте полюбопытствовать, в чем меня подозревают? – спросил Тарнаруцкий, как бы невзначай делая по направлению ко мне несколько шагов.

Список довольно обширный,– ответил следователь,– Кража, мошенничество, незаконное лишение человека свободы, угроза убийством.

Бред какой-то! – в сердцах кинул Тарнаруцкий,– Я сам юрист. Это фальсификация. Какие у вас доказательства?

Доказательств более, чем хватает,– спокойно ответил следователь,– С момента вашей встречи с Эндрю Харрисом за вами постоянно велась оперативная съемка, телефоны ваши круглосуточно прослушивались, а в вашем кабинете были установлены скрытые камеры. Так что о вашей преступной, так сказать, ОПГ нам все известно.

Тут уже занервничали бультерьеры.

Естественно, господа, вы тоже задержаны,– успокоил их следователь,– Руки!

И пока оперативники обыскивали бультерьеров и надевали им наручники, Тарнаруцкий шагнул мне за спину. В ту же секунду его левая рука обхватила мою шею, и холодный металл коснулся моего виска.

Всем стоять! – прорычал он.

Лежать! – оперативники повалили на землю бультерьеров и схватились за оружие. Следователь на заднем фоне вызывал подкрепление.

Стоять, я сказал!– закричал Тарнаруцкий, и, прикрываясь мной, стал отступать спиной к дверям, ведущим на лестницу.

Оперативники попытались сделать несколько шагов в нашу сторону, целясь в нас пистолетами.

Оружие на пол!– как сумасшедший завопил Тарнаруцкий и с такой силой прижал меня к себе, что я начала задыхаться,– Я сказал, оружие на пол!

Оперативники повиновались и сложили на пол пистолеты. Вместе с тем Тарнаруцкий продолжал продвигаться к двери. Следователь сделал шаг вперед.

Всем стоять на месте, не то я убью ее!– заметив движение, снова заорал Тарнаруцкий.

Антон Сергеевич! – прокурор старался говорить спокойно,– Не отягощайте свое положение! Бросайте оружие и сдавайтесь!

Я не хочу в тюрьму. Дайте мне уйти! Оставайтесь на месте, и девчонка не пострадает!

Не имея возможности обернуться, я затылком почувствовала тот момент, когда Тарнаруцкий навалился спиной на дверь, после чего мы уже вместе вывались на лестничную площадку. В ту же секунду послышался звук удара, после чего хватка в районе моего горла ослабла, а сам Тарнаруцкий обмяк и свалился кулем к моим ногам. Недалеко от стены валялся огнетушитель. Вдруг чьи-то сильные руки обхватили меня за талию и прижали к своей груди.

Как ты? – спросил до боли знакомый голос.

Я подняла голову и встретилась глазами с Аркадием Как-его-там.

Я стрессоустойчивая,– выдала я,– Меня проверяли. Рыдать уж точно не буду.

Как же ты во все это вляпалась, черт побери?

Вместо ответа я только теснее придвинулась к нему, обхватила руками за плечи и прижалась губами к его губам. А там будь что будет. Вскоре лестничная клетка заполнилась вооруженными парнями в касках и бронежилетах. За их спинами маячили опера со следователем. А еще я заметила биг-босса и Жеку. Не выдержали все-таки, приехали. В это время на полу глухо застонал Тарнаруцкий. Очнулся, гад!

Глава 7. Анжелика с сюрпризом

Подозреваю, что только факт того, что нас застали целующимися, спас меня от падения мордой в пол с подачи серьезных парней в бронежилетах. У нас же как? Сначала всех хватают, а разбираются потом. Что в принципе само по себе логично. В обиде я бы точно не был. По крайней мере, не в этот раз. Главное, что моя девочка не пострадала.

Тарнаруцкий довольно быстро пришел в себя и теперь сидел на полу, держась за голову. Разумеется, я не стремился его убить, когда приложил огнетушителем, иначе просто проломил бы ему череп. Хотя вру. Хотел. Как увидел его с пистолетом у головы Анжелики, так сразу и захотел. У этого гада просто оказались крепкие кости. Следом за мужичком с усиками, оказавшимся следователем, к нам протиснулся неизвестно откуда взявшийся биг-босс.

Ну, что, сволочь, допрыгался? – зло прошипел он, нависая над Тарнаруцким,– Мало тебе было? Решил все под себя заграбастать?

Иван Петрович? – прохрипел Тарнаруцкий,– Вы как здесь? Вы же в Краснодаре.

Вернулся,– скривил губы в саркастической усмешке Иван Петрович,– Хотел посмотреть в твои воровские глаза. Предатель ты, Антоша! Я же к тебе, как к сыну, а ты… С девчонкой воевать собрался. Куда ты ее тащил? Убийство планировал?

Не собирался я ее убивать,– пряча глаза, пробубнил Тарнаруцкий,– К женишку ее ехали, к Эндрю этому. Пусть бы сам со своей бабой разбирался.

Меня как обухом по голове ударили. Какой такой жених? Анжелика бросила на меня быстрый взгляд и тут же отвернулась. Хорошенькое дело! А девчонка оказывается с сюрпризом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.