Психотерапия – это просто
Искусство исцеления души
Андрей Павлович Попов

© Андрей Павлович Попов, 2021

ISBN 978-5-0055-2350-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Психотерапия – это просто

О чём эта книга и зачем её читать

Книга предназначена для людей, изучающих психологию, психотерапию, а также для педагогов, социальных работников, людей помогающих специальностей. Кроме того, она будет полезна всем тем, кто хочет понять, как продуктивно общаться с другими людьми в диапазоне от клиентов до собственных родственников.

Существует два вида знания – теоретическое и практическое. Любой грамотный человек может взять учебник, прочитать и понять, как устроен описываемый предмет или процесс. Но жизнь подсказывает, что знать и уметь – это не одно и то же. При работе с любым материалом нужно его, что называется, почувствовать. Это справедливо как в отношении глины или дерева, так и в отношении живых существ, и пока человек не овладеет особым чутьём материала, он не сможет стать мастером.

Данная книга открывает секрет того, как стать мастером психотерапии, учит пониманию себя самого, другого человека и тех процессов, которые происходят между людьми. Есть много школ психологии и, соответственно, много подходов, каждый из которых имеет набор инструментов для успешной работы с человеком. Однако без владения материалом эти инструменты не работают.

Если вы хотите научиться успешно общаться с людьми и им помогать, понимая суть процесса, то данная книга как раз для вас.

Знакомство

Здравствуйте, меня зовут Андрей, и я самый обычный человек. Я не богат, хотя и не в нужде, не знаменит, хотя, имея клиентуру, пользуюсь определённым уважением, не особенно умён, но надеюсь, что не глуп, в меру талантлив, впрочем, так и не прославился и, тем более, не изменил мир. То есть я вполне заурядный человек, который ест, спит, читает, скучает и ходит на работу. А работаю я психологом и психотерапевтом, и иногда моим клиентам кажется, что я какой-то особенный, что вижу всё насквозь и могу творить чудеса. Но я-то знаю, что такое их восприятие проистекает не из моих особых качеств, а из тех методов, которые я когда-то освоил и применяю на практике в работе с людьми.

Признаюсь, что в школе я учился плохо и начал как-то подтягиваться только в старших классах, когда понял, что образование необходимо мне самому. После армии поступил в православную духовную семинарию, а затем продолжил учёбу в академии. Позже, оставив службу в церкви, пошёл учиться в московский вуз, где получил образование психолога, после чего отучился на психотерапевта трансперсонального направления в английской школе гипнотерапии. Это может казаться чем-то сказочным, звучит, во всяком случае, красиво, но, по сути, вполне заурядно, ведь если кто-то овладел навыком чтения и понял принцип таблицы умножения, то дальнейшее образование ему вполне по плечу, надо только продолжать двигаться вперёд.

Работать психологом трудно: от специалиста ждут чудес, при этом в чудеса не веря. Проще заработать денег, шпаклюя стены или ремонтируя автомобили, но мне удалось остаться в профессии, и, помимо частной практики, я начал преподавать.

Клиенты, а особенно студенты, относятся ко мне по-разному: те, кому я помог, считают меня чуть ли не богом, а те, кому не смог, отзываются как о шарлатане и недоумке. Но важна сейчас не их реакция, а тот факт, что при разумном наставничестве и желании со стороны ученика его довольно быстро можно обучить и сделать неплохим психологом. Я хорошо понимаю, что не способен открыть каждую дверь, но, зная, как устроен принцип замка, могу предложить клиенту набор ключей, и он уже сам сможет помочь себе или другому человеку, ведь души людей устроены очень схожим образом.

В старших классах школы мне пришлось навёрстывать программу за два-три года, а так как я учился добровольно и сознательно, то единственным способом восполнить пробел в знаниях было понять сам принцип, который лежал в основе запущенных мною наук. Дальше, после школы учёба шла за счёт уже настроенного алгоритма овладения информацией — сначала нужно найти хорошего специалиста, понимающего принцип изучаемого предмета, перенять этот принцип, а потом остаётся нанизывать факты на готовую структуру данной науки. Мастер оттого и мастер, что смог эту структуру ясно увидеть, и он делится этим своим пониманием, главное суметь этот принцип ухватить.

Ещё я заметил, что многие, как учителя, так и студенты, частенько пытаются зубрить теорию или имитировать знания, не до конца понимая суть происходящих процессов. Все их труды в результате приносят мало пользы, и при взгляде на них складывается впечатление, что учиться скучно и тяжело. Особенно удручало это обстоятельство при изучении психологии. Можно согласиться с тем, что догматическое богословие схоластично и непонятно, но психология – это живая наука о нас с вами. Однако частенько и она производила впечатление непостижимо скучной и сухой. Сделаю лирическое отступление: лет двадцать назад я попал на курсы танцев, где европейские девушки очень академично преподавали латину, и было это пресно и тоскливо, как строевой шаг. А потом я оказался на дискотеке, которую вели двое кубинцев: Мигель и Карлос – где в течение часа понял, как танцевать, просто повторяя движения за живыми и весёлыми уличными танцорами. Сложнейшим вещам можно научиться просто и легко, если получается прикоснуться к главному. В танцах это была радость от свободного движения под ритм музыки. В психологии это уважение к внутреннему миру каждого человека и к своему в том числе.

Чтобы преподавать, нужно разделить корпус знаний на смысловые блоки, сформировать структуру, выделить главное и чётко обрисовать контекст. У студента возникает логичный вопрос: что я должен знать и что понимать, чтобы стать хорошим специалистом, и сколько знаний достаточно для этого? Да, я согласен с тем, что можно водить машину, не разбираясь в её механике, но починить ту же машину без этих знаний невозможно. А для вождения нужно знать правила движения, основы управления транспортным средством, иметь соответствующий навык и ориентироваться на дороге. Так вот, чтобы быть хорошим психологом или даже психотерапевтом, не обязательно знать всю теоретическую науку, достаточно владеть некоторыми основополагающими принципами работы с клиентом, и всё получится. И наоборот, без владения определёнными навыками никакие знания практической пользы не принесут.

Ниже я собираюсь изложить те знания и навыки, которые использую сам и владение которыми помогает моим ученикам быстро и эффективно научиться качественной работе с клиентом. Психотерапия – это просто, любой грамотный человек может стать хорошим психотерапевтом, и любой уважаемый в обществе человек им уже является, сам того не зная. Помогать людям – это естественно, мы все это умеем от природы, но чтобы сделать свои интуитивные открытия профессиональным мастерством, нужно немного потрудиться.

Итак, если вы интересуетесь психологией, то, следуя тем указаниям, которые будут изложены ниже, станете лучше разбираться в людях, сможете научиться оказывать им психологическую помощь и поддержку, а также откроете для себя перспективы личностного роста. Большинство тех методов, которые будут целительны для ваших клиентов или знакомых, либо имеют чрезвычайно сложные научные названия, либо вообще никак не названы, потому что самое главное происходит на уровне души – это трудно описать и тем более научно обосновать. Поэтому психотерапия больше искусство, чем наука. Искусство быть собой, быть человеком и относиться к людям по-человечески, то есть уважительно, честно и просто.

Друг, учитель, психолог, психотерапевт, психиатр

Нервная система – неотделимая часть человеческого организма. Нервная система состоит из особых клеток – нейронов, связанных между собой, как нити в паутине, и пронизывающих всё тело. Основная их часть находится в головном мозге, который управляет всем организмом. В мозгу проходят сложные электрохимические процессы, в результате которых он постоянно генерирует информацию для управления организмом и поведением человека во внешней среде. Всю совокупность этой информации принято называть психикой. Основная часть работы психики посвящена поддержке нормального функционирования организма с учётом меняющихся обстоятельств, поэтому у живого человека мозг работает непрерывно и психические процессы не останавливаются. Этот уровень мозговой активности называют бессознательным, он базируется на врождённых безусловных рефлексах, инстинктах и теснейшим образом связан с физиологией организма.

Меньшая часть психики занимается рутинной работой, связанной с приобретённой адаптацией человека в окружающей среде. С рождения каждый учится тому, как есть, пить, разговаривать, вести себя с другими людьми и иным полезным вещам. Мы этого не замечаем во взрослой жизни, но у каждого человека за время детства формируются программы: от привычек поведения до социальных норм – помогающие ему справляться с жизнью и общаться с другими людьми. Эту часть психики можно назвать подсознанием, так как она хоть и неявна, но доступна к пониманию и может меняться.

Самая эволюционно молодая часть психики занимает около двух процентов от её объёма и отвечает за проявления высшей нервной деятельности – это разум, самосознание, воля, символическое и абстрактное мышление. Данная часть психики развивается в последнюю очередь, этот процесс может продолжаться на протяжении всей жизни, или же человек может остановиться в развитии, даже этого не замечая. Другими словами, инстинкты и рефлексы первичны, привычки вторичны, а разум в общем-то – приятный бонус, который не обязателен.

Мы приходим в магазин, видим на прилавке плоды, и не думаем о том, что дерево, их создавшее, это в первую очередь ствол и корневая система, затем побеги и листва, и, как приятный бонус, плоды. С человеком можно провести ту же аналогию: при общении мы обращаем внимание на проявления сознания, но основные процессы происходят в глубине психики, и только учитывая это, возможно говорить о понимании психики человека. То есть психика – это не только сознание, но в большей степени неосознаваемые глубинные структуры, работа которых не заметна для нас.

Все направления корпуса психологических наук имеют дело с психикой в разных её проявлениях, опираясь на законы её функционирования, но действуют они разными методами, в зависимости от целей. Одни пытаются понять соотношение психологических процессов с физиологическими, другие – принципы самопрограммирования мозга, третьи – законы функционирования человеческих групп, и так далее. В данной работе я сосредоточу внимание на направлении оказания практической помощи человеку в том, что можно отнести к тонкой настройке работы его психики. В привычной терминологии отсутствие такой настройки мы называем психологическими расстройствами или психологическими проблемами, а оказание помощи называем психотерапией, психологической помощью или поддержкой.

Оговорюсь, что если речь заходит о психических заболеваниях, то есть о том, что специалисты называют большой психиатрией, то подразумевается, что человек имеет настолько сложную форму психического расстройства, что психологическая коррекция невозможна либо осуществляется в сочетании с другими, более радикальными методами. Данная книга предназначена для широкого круга читателей и не является пособием для лечения тяжёлых психических расстройств, хотя может быть интересна и полезна людям, имеющим с этим дело.

Ниже я хочу перечислить формы оказания психологической помощи человеку и способы, которыми эта помощь осуществляется.

Друг. Он может ничего не знать о психологической науке, но выполнять роль психолога интуитивно, опираясь на желание помочь и позитивное отношение к собеседнику. Друг выслушивает, поддерживает, одобряет и сообщает своё отношение к происходящему. Чаще всего этого достаточно в бытовых ситуациях.

Учитель использует знания о работе психики, чтобы программировать и заполнять её информацией, необходимой для жизни ученика. Для этого применяют педагогические приёмы: поощрение, личный пример, мотивацию авторитетом и вовлечённостью при обучении детей и личную заинтересованность ученика, когда работают со взрослыми. Если человеку весело, любопытно, материал даётся наглядно, в игровой форме и сразу востребован в жизни, то знания усваиваются легко. Другие методы преподавания, такие как оценивание, наказания, насмешки и тому подобные непедагогичны, то есть не учитывают законов работы психики.

Психолог должен ещё глубже, чем педагог, разбираться в том, как функционирует психика, чтобы помочь самому человеку или иному лицу, с ним связанному, научиться пользоваться психикой более эффективно. Спектр вопросов может быть очень широк: от того, как правильно общаться в семье, чтобы не провоцировать конфликты, до составления рекламных плакатов. В данной книге я ориентируюсь на практикующих психологов, работающих непосредственно с клиентами и желающих помогать людям. Многое из того, что будет изложено ниже, окажется очень полезным для таких специалистов.

Психотерапевт исправляет ошибки педагога, пусть даже в роли этого педагога выступали родители или дворовые мальчишки. Задача специалиста – перепрограммировать мозг, чтобы устранить тот диссонанс, который возникает от несоответствия между выученным и реальным. Чаще всего это несовпадение детского опыта, живущего в подсознании, со взрослой сознательной жизнью. Психотерапевт как бы переписывает программы, управляющие психикой человека, на более адаптивные. Отчасти это совпадает с работой психолога, но может сильно отличаться в деталях, затрагивать более глубокие слои психики клиента.

Психиатр изучает и корректирует работу мозга. Психиатрия – это медицинская дисциплина, рассматривающая в первую очередь физиологию мозга, и только затем психику. Поэтому психиатр работает лекарствами и скальпелем и интересуется психикой с точки зрения симптоматики или её отсутствия.

Есть ещё одно известное направление в поле психологии, которое называется Психоанализ. По сути это форма психотерапии, появившаяся одной из первых и формально держащаяся особняком. Большинство методов психоанализа легли в основу поздних школ психотерапии, и кое-что будет упоминаться в этой книге.

Базовые знания о психологии человека используют люди многих профессий: от социальных работников до продавцов. Когда эти знания применяются на благо человека, они приносят пользу, поэтому при дальнейшем изложении материала я буду ориентироваться в меньшей степени на механизмы работы психики, а в большей — на практические методы эффективной помощи клиенту или человеку, с которым вы общаетесь.

Немного теории

Если вы психолог по образованию, то нижеследующая глава может показаться вам скучной, и её можно пропустить, но для читателя без специальных знаний она должна стать ключом к пониманию дальнейшего материала.

Для работы с человеком нужно принимать во внимание то, как он устроен. Это логично, ведь если мы хотим починить тот же автомобиль, необходимо понимать его устройство и принципы функционирования. С человеком то же самое, и он не многим сложнее автомобиля. Да, физиология организма и принципы работы мозга непросты, но знать всё и не обязательно – всего даже учёные не знают. Помните, главное понять основной принцип, а детали уже будут добавляться по мере надобности.

В психологии есть три способа понимания человеком человека:

· Первый – когда мы со стороны наблюдаем и описываем процессы, происходящие в голове наблюдаемого, строим теории о том, как работает его мозг, какие в нём выделяются вещества, кто когда и как его запрограммировал, анализируем его эмоции, поведение и так далее.

· Второй – это описание того, как сам человек видит мир изнутри, как его чувствует и переживает. Такой способ менее научный, но более глубокий, так как все мы люди, все мы устроены одинаково и поэтому очень похожи. Если я могу понять себя изнутри, то, возможно, не так уж важно, как это выглядит снаружи. А встав на место другого человека, можно как бы через себя понять его чувства, поведение и так далее.

· Третий способ – это межличностная коммуникация, когда один человек напрямую общается с другим, и при этом происходят процессы как в каждом из них, так и между ними. Возникает некое общее поле взаимодействия, которое тоже можно изучать, хотя оно не так очевидно. Человек – существо социальное, поэтому отношения с людьми во многом его определяют.

Можно, конечно, просто наблюдать за поведением человека или группы людей со стороны, как за животными, не вникая в психологические процессы, но в нашем веке такой подход кажется примитивным, а потому себя изжил. Метод изучения поведения без понимания его причин видится как ненаучный и применяется разве что к братьям нашим меньшим.

Психология объединяет не только поведение, но и физиологию нервной системы, биохимию мозга и организма, эмоции и чувства, электромагнитные процессы в организме, мышление, свойства разума, программы, управляющие человеком, их происхождение, работу и возможность на эту сложную систему направленно воздействовать. Место и роль человека в группе, его отношения с окружающими, особенно с близкими людьми, тоже входят в круг интересов науки. То есть современная психология рассматривает человека комплексно, учитывая всё: от гормонального фона и генетических особенностей, до жизненных целей и системы ценностей, но нам по-прежнему нужна только общая схема современного понимания устройства человеческой психики, детали мы опускаем.

Психику человека можно сравнить со слоями почвы, где самые древние залегают в основании, а более молодые – ближе к поверхности. Нам кажется, что земелька чёрная и покрыта травкой, однако это только тонкий верхний слой грунта, а под ним песок, глина, различные осадочные породы, уголь, нефть, окаменелые кости динозавров и где-то совсем глубоко – базальтовое основание земной коры. Чем глубже, тем плотнее, древнее и основательней, хотя пользуется человек в основном самым верхним слоем почвы.

Исходя из этой аналогии понимания принципов устройства, можно представить психику (не мозг) человека, состоящую из нескольких уровней. В самой глубине лежит простой, древний и фундаментальный пласт – это физиология и генетические особенности. Против тела никуда не попрёшь. Обычно люди физически очень схожи, но если человек родился с некоторым дефектом или лишился части мозга, то и часть функций психики для него потеряна. Можно спорить об исключениях, но в целом оно так.

Затем выделим пласт инстинктов, которые управляют телом и желаниями через эндокринную систему так же, как это происходит у любой другой зверюшки. Мы на что-то реагируем, чего-то хотим, чего-то избегаем, независимо от возраста, воспитания и традиций общества, в котором живём. Если мы получаем желаемое, то испытываем «положительные» переживания, а если нет, или получаем не желаемое, то «отрицательные».

Следующий уровень – это адаптация к реальности, то есть опыт и приспособление. В основе опыта всегда лежит травма, и это не есть зло. Рождение – это травма, первый вздох, первый луч света, но мы не погибаем от выпавших страданий, а начинаем от них как-то защищаться, вырабатываем иммунитет. Травмы создаёт окружающая нас природа, посторонние люди, общество и даже собственная семья, и это неизбежно. Если психика выработала иммунитет к той или иной травме, то человек приспособился и стал сильней, а если не смогла, то получается дефект или хроническая болячка, которая может впоследствии осложнять жизнь.

Дальше можно расположить уровень социальной активности и общественного статуса. Человек хочет занимать определённое место в семье и в мире, он ориентируется на отношение к себе окружающих, хочет быть принятым, значимым, полезным. Без других людей человек теряет себя, можно даже сказать, что человечество – это некий организм, вне которого люди жить не могут, поэтому механизмы межличностной коммуникации очень важны для психики человека.

Ещё более высокий уровень – это когнитивное научение и программы. Люди – существа говорящие, и с тех пор, как ребёнок начинает понимать речь, взрослые принимаются его усиленно программировать. Часть этих программ полезные, такие как мытьё рук или пользование вилкой для еды, а какие-то могут оказаться вредоносными и сделать человека алкоголиком или преступником. Словесные программы всегда лишь часть дрессировки человека, и они не работают без примера, системы поощрений, наказаний и ожиданий. Часто процесс воспитания незаметен и непроизволен, например, ожидания трудно обнаружить, и только когда они сопровождаются словесной командой, то всё становится очевидным.

Ближе к поверхности располагается уровень идей, идеалов, рассуждений и помыслов, опираясь на которые человек пытается выстраивать собственное поведение или его объяснять. Человек – существо сложное, противоречивое, а психика его не терпит противоречий, поэтому она постоянно генерирует в своём представлении некоторую картину мира, которая сможет примирить собственные примитивные влечения и общественные интересы.

И на самой поверхности покрывает всё слой осознания самого себя, собственного опыта, собственных целей и смыслов, выходящих за рамки инстинктивных влечений и социальных установок. Этот слой самый эволюционно молодой, самый хрупкий, но и самый ценный, как плодородная почва над песками и суглинками.

Если упростить схему, то можно сказать, что в основе психики человека лежат три составляющих: это его природные качества, его воспитание обществом и его самосознание и высшие свойства психики.

Эта, казалось бы, простая схема влечёт за собой неизбежные и важные для нас выводы:

· Такие базовые уровни психики, как инстинкты, физические особенности и врождённые черты характера не могут быть плохими или хорошими, они почти не поддаются корректировке, и вообще менять природу чаще всего бессмысленно.

· Сам человек волевым усилием может изменить или повлиять только на самые поверхностные части своей психики, связанные с простыми выборами и недолгосрочными действиями. У него есть потенциал для самосознания, самообучения, но свобода сильно ограничена.

· Большая часть того, что человек делает, думает и переживает, есть реализация заложенных в него программ, которые, с одной стороны, управляют его жизнью, с другой, привнесены извне в детском возрасте, навязаны обществом и почти не заметны для самого человека.

Теперь мы можем обозначить возможности и задачи психотерапии: помочь клиенту изменить те программы, которые, управляя его психикой, приводят к неадекватным результатам. Это могут быть расстройства поведения, настроения, физические недомогания, расстройства мышления и что-нибудь ещё, но только то, что связанно с неадекватно полученной информацией или дурной привычкой.

Ещё раз подчеркну: психотерапия это не чудо, не исправление мозга и не принуждение измениться со стороны самого человека или извне. Психотерапия — это тонкая настройка некоторых программ, участвующих в работе психики.

Если вдумчивый читатель спросит о критериях адекватности информации, получаемой человеком при воспитании, то, чтобы не уходить в философию, я предложу опираться на искреннюю любовь и заботу окружающих, которые естественным образом чувствуют, что есть благо, а что приносит вред.

Когда мастер настраивает, например, рояль, то чаще всего ему достаточно совсем немного подтянуть отдельные струны, и вместо какофонии появится гармония. Природа и жизненный опыт делают из человека сложный, почти универсальный инструмент, и чтобы он заработал безупречно, иногда достаточно чуть-чуть пошевелить пару струн души.

Школы и методы современной терапии

В психотерапии исторически сложилось три основных направления работы с клиентом: обучение, анализ и мотивация. Они соответствуют трем основным уровням психики.

Обучение предполагает постановку задач, демонстрацию принципов их решения и повторение изученного до тех пор, пока не сформируется навык. Учить можно, используя методы, которые позволяют управлять действиями человека, внушать ему информацию, формировать понимание, эмоциональную реакцию и так далее. Обучение используют при дрессировке животных, воспитании детей, формировании новых полезных навыков, создании рекламы, для манипуляции людьми в политике или в иерархических организациях.

Анализ строится на том, что сознание человека обращается к собственным программам управления поведением. Этот метод эффективен и в случае, когда требуется изменить поведение, и в ситуации, когда человеку надо принять свои уникальные особенности как неотъемлемую часть себя. Мозг не любит, когда в нём копаются, вот почему доступ в глубины подсознания оберегают так называемые защитные механизмы психики. Чтобы воздействие на эту систему было щадящим, аналитический метод используют только когда человек не в состоянии справиться с собой. Анализ может быть очень долгим и кропотливым, но зато приводит к заметной и долговременной коррекции психики, человек становится более «нормальным», перестаёт страдать, начинает жить полноценной жизнью.

Мотивационные методы меняют сам смысл жизни человека, помогают найти новую цель, переориентируют систему ценностей, в результате чего проблемы, казавшиеся непреодолимыми, просто исчезают или теряют свой вес. Подобные техники используют при религиозной проповеди и вербовке рекрутов, с их помощью помогают преодолеть личностный кризис. Они эффективны и в ситуациях, когда в целом психика функционирует успешно, но возникают трудности на уровне смыслов.

Чтобы решить, какой из методов использовать, полезно разобраться, зачем вообще ковыряться в чьих-то мозгах. И тут мы сталкиваемся с вопросами этики и морали.

Мы с вами можем понимать некоторые термины по-разному, но я воспользуюсь теми смыслами, которые вкладываю в них сам, кое-что постараюсь объяснить и надеюсь, что буду понятен.

Итак, одной из высших и безусловных ценностей в обществе считается мораль. Условно её можно обозначить как негласный универсальный закон, регулирующий взаимоотношения в обществе. Морали учат детей, её проповедуют в церквях, на неё ссылаются мудрые и уважаемые люди, она является одним из оснований государственных законов и уголовного кодекса. Однако доведённая до предела мораль может стать бесчеловечной, так как интересы общества в целом противоречат интересам каждого конкретного человека. Это может показаться абсурдным, но мораль есть система запретов, сдерживающих проявление природных импульсов человека, мораль выхолащивает, лишает энтузиазма, делает из человека полезного робота и используется носителями власти для давления на подчинённых. Поэтому мораль, конечно, в обществе существует и в определённой мере она необходима, но с ростом авторитета гуманизма значение морали снижается. Проводя аналогию с дорожными знаками, можно сказать, что из предписывающей системы норм поведения общество переходит к рекомендующей.

На что же опирается современная система общечеловеческих ценностей? Это очень сложный вопрос, и коротко ответить можно так: на самого человека.

В современном гуманистическом мире принято считать, что в целом каждый человек стремится к благу и никто не имеет права мешать ему в достижении его личных целей. На смену заповедям и моральному кодексу пришёл кодекс этический, запрещающий ущемлять так или иначе честь и достоинство человека.

Применительно к работе с клиентом это выражается в том, что естественными ограничениями для психологов служат рамки закона, профессиональная компетентность и договорённости взаимовыгодного сотрудничества между, в нашем случае, психологом и клиентом.

На практике всё это значит, что никто не вправе схватить прохожего и вылечить его разум. В обществе нет чётких критериев, что хорошо, а что плохо с точки зрения психологических особенностей человека. Моральные принципы больше не являются критериями нормальности человека, и ограничивать его в проявлениях может только юридическая система, защищающая от нанесения прямого ущерба окружающим. Человек имеет право быть таким, каким ему угодно, независимо от того, считает ли кто-то это нормальным или выходящим за рамки нормы. Следовательно, никакие манипуляции сознанием клиента недопустимы – терапевт не имеет права решать, от чего лечить клиента, что ему на пользу и в пределе не имеет права влиять на его психику по своему усмотрению.

Кроме самого человека, никто не может знать, что ему на пользу, а что во вред. И если человек сам в этом ещё не разобрался, то недопустимо влиять на его выбор и предпочтения даже из самых благих побуждений.

Исключением может быть только тяжёлая психиатрия, когда по решению судьи человека могут принудительно удерживать и давать лекарства во избежание причинения вреда себе или окружающим. Но я напоминаю, что эта книга не рассматривает такие случаи, а посвящена работе с теми людьми, которые нуждаются в психологической помощи, но не находятся в состоянии острого психоза. Если у вас есть сомнения по поводу состояния клиента, то обращайтесь за консультацией к психиатру, чтобы тот поставил диагноз и определил, нуждается ли клиент в немедленном принудительном лечении.

Что делать психологу – людей, нуждающихся в помощи, достаточно много, а критерии, что человеку полезно, а что нет, практически отсутствуют? Остаётся договариваться с самим клиентом о том, в чём оказывать помощь, каким образом и чего это будет ему стоить. Психотерапевт, в каком бы из направлений он ни работал, просто помогает человеку понять, что с ним происходит, помогает приобрести полезные навыки, осознать глубокие процессы, происходящие в его психике, справиться с переживаниями и найти собственные смыслы и цели.

Это похоже на то, как посетитель приходит к зубному врачу, и тот рассказывает, чем может ему помочь, сколько это стоит, как с этим потом жить, а после клиент сам решает, что он будет делать со своими зубами. Такая, казалось бы, простая и логичная стратегия долго искала свой путь в психологии, и до сих про не все могут с этим смириться. На заре возникновения психологической науки каждый терапевт опирался на классическую психиатрию с её представлениями о норме и изобретал свой «надёжный» способ вылечить безумцев. Если отдельный метод давал результат, то автор приписывал ему силу панацеи, с помощью которой пытался спасать всех подвернувшихся под руку. Психиатр, пользуясь довольно приблизительным лекалом, мог объявить человека невменяемым, так как «нормальный человек не должен себя так вести». Мнение самого «больного» игнорировали как бред сумасшедшего и к человеку силком применяли «правильный» метод. «Нормальность» в таких случаях определялась по соответствию моральным критериям со слов уважаемых граждан и по впечатлению, производимому человеком.

Но наука не стоит на месте. Уже, наверное, не осталось психологов или психотерапевтов, работающих в рамках лишь одного из классических направлений и действующих по канонам директивной психиатрии. Во-первых, изменились стандарты диагностики и методы работы с суровых на более гуманные и мягкие, во-вторых, большинство школ развиваются и эволюционируют в сторону сотрудничества с клиентом, в-третьих, каждый мастер включает в свою работу полезные приёмы от других школ и направлений, которые делают его более эффективным. То есть и отношение к человеку стало более лояльным, и подходы более гибкими. В результате может получиться так, что два хороших специалиста будут работать практически одинаково, с отличным качеством, но принадлежать к разным и даже «враждующим» школам. Как люди, поднимаясь с разных сторон горы, сходятся у вершины, так и школы психологии сблизились в последнее время, поэтому я буду описывать разные методики из разных школ, которые, на мой взгляд, дополняют друг друга. Общая цель одна – помочь человеку лучше справляться с его жизнью.

Травма как повод для терапии

Я уже писал выше, что развитие человека начинается с травмы через адаптацию к ней. Подразумевается, что на каждом этапе развития с нами случаются именно те травмы, которые для нас переносимы и способствуют приспособляемости к окружающей среде. Так как ребёнок – существо очень хрупкое и восприимчивое, то по-хорошему с самого рождения он нуждается в адекватных заботливых родителях, которые обеспечат ему защиту от окружающего мира и будут знакомить дитя с грубой реальностью по мере взросления. Но даже в этом случае иногда происходят неприятности, с которыми сам ребёнок справиться не в силах, например, боль от ушибов, дискомфорт, вызываемый особенностями климата, обиды, разочарования, потери и так далее. В этом случае хорошая мать или кто-то её заменяющий может своей заботой и душевным теплом помочь ребёнку совладать с проблемой, то есть даст свою поддержку, чтобы малыш мог пережить страдания.

Процесс переживания травмы, как и переживания любого стресса, состоит из последовательности сменяющих друг друга чувств и состояний. Сначала психика человека отрицает проблему, потом впадает в панику и мечется, ища выход из ситуации, затем вспыхивает злость на источник травмы, потом злость на себя, вина, уныние, принятие, грусть, отчаяние, чувство опустошения и апатия. Вслед за последней фазой наступает постепенное восстановление – сначала человек находит контакт с окружающим пространством, начинает ощущать себя, у него возникает интерес и любопытство к новой ситуации, он пытается её как-то изучить, применить, сделать частью своей жизни, а затем успешно её осваивает, адаптируется и в конце теряет к ней интерес. С этого момента можно считать, что стресс преодолён, травма изжита, и в следующий раз подобная ситуация, пройдя тот же цикл переживаний, будет «переварена» душой гораздо быстрей и легче, а потом вообще станет проходить фоном, незаметно для сознания.

Роль матери по отношению к ребёнку заключается в том, чтобы выдержать его боль своей душой, поддержать его в его чувствах, дать ощущение защищённости и как бы ту энергию, при помощи которой он сможет через последовательность переживаний пройти от начала до конца. Она болеет вместе с ним его страхами, отчаянием, болью. Если рядом хорошая мать, то травмы и страдания делают ребёнка сильнее, не нанося серьёзного вреда его психике. Тут могут быть понятные исключения, но на простом бытовом уровне это так.

В то же время мы с вами знаем, что хорошо и правильно в жизни бывает редко, чаще всё-таки детство складывается неидеально.

Во-первых, в нашем искусственном урбанистическом мире родителям не хватает времени, сил и знаний, для того чтобы оказывать детям своевременную нужную поддержку. Можно предполагать, что в первобытном обществе всё племя принимало участие в заботе о детях, старики жили рядом с внуками и у людей не было трудовой повинности. В таком случае у человечества был ресурс заботы о детях, и те могли вырастать психологически здоровыми людьми, но в наше время такого ресурса явно не хватает.

Кроме того, первобытный человек жил в тёплом климате африканской саванны и был защищён многовековым бытовым укладом. Жизнь должна была быть размеренной, предсказуемой и относительно безопасной. Но современный человек живёт где попало, и в жаре, и в холоде, и в вынужденной изоляции, и в условиях постоянной войны. Культурные особенности народов могут создавать совершенно экстремальные условия существования, из-за чего с самого рождения ребёнок испытывает серьёзное давление среды своего обитания. Одни родители растят ребёнка в перенаселённом каменном городе, другие прячут в домах из-за постоянной угрозы насилия или похищения, третьи вообще не имеют дома и вечно кочуют, и таких примеров может быть множество. Чтобы ребёнок выжил в непростом мире взрослых, его с рождения приучают: одних к одиночеству, других к бродяжничеству, кого-то к тесноте, к жизни в снегах или в жаркой пустыне. Это почитается за благо, хотя тоже травмирует психику ребёнка, особенно если реальная среда обитания уже не соответствует тем укоренившимся культурным традициям, которые её сформировали, как, например, у людей, переехавших из села в город или наоборот.

Зачем об этом знать? Дело в том, что каждый из нас травмирует своих детей так, как травмирует его самого окружающий его мир. В первобытном обществе, когда люди тысячелетиями жили на одном месте в благоприятных условиях, это было хорошо, так как готовило ребёнка к взрослой жизни (напугают шкурой волка, ребёнок будет избегать волков), но сейчас, когда люди живут в очень неестественных условиях, передаваемые детям травмы так же противоестественны и больше калечат, чем закаляют. Обычно это происходит неосознанно и передаётся из поколения в поколение вместе с традициями, и только в терапии вдруг может выясниться, что человек несёт в себе множество бессмысленных и часто не изжитых душевных ран, идущих с детства. Как пример можно привести кризис идентичности эмигрантов из стран с культурой постоянной войны, переселившихся в Европу. Им либо приходится воспитывать детей вразрез европейским традициям, отчего те чувствуют себя изгоями в обществе, либо согласиться с потерей культурной идентичности потомков. В обоих случаях ребёнок переживает конфликт, либо теряя связь с обществом, либо с семьёй.

Любая травма, на мой взгляд, неизбежно запускает процесс переживаний, описанный выше, но не всякая проходит все этапы и стимулирует иммунитет. Если стресс сильнее, чем психика способна выдержать, а в детстве такое бывает часто, то энергия может кончиться на любой стадии его обработки, и стресс «зависнет» в виде страха или злости, или ещё какой-нибудь неприятной реакции, оставаясь с человеком на многие годы, словно заноза в душе. Если психика столкнулась с чем-то совсем уже глобальным, то она может просто законсервировать это событие до лучших времён и постараться обходить больное место в своей душе. То есть не изжитые травмы либо вяло заживают, либо становятся источником хронической боли, либо прячутся в глубинах души, оттягивая на себя огромное количество её жизненной энергии. Последний вид травмы может спровоцировать глубокое изменение личности, сильно повлиять на судьбу человека и вызвать серьёзные психологические проблемы в самый неподходящий момент.

По этим соображениям в цивилизованном мире принято оберегать ребёнка от любых травм максимально, так же как и от всех возможных бактерий. В чём-то это хорошо, но, с другой стороны, здоровье – это в первую очередь крепкий иммунитет, поэтому стерильная среда, как септическая, так и психологическая, делает человека слабым и уязвимым. Гораздо полезней умеренные нагрузки под присмотром опытных специалистов, и у некоторых современных народов, сохранивших свою многовековую культуру, даже есть соответствующие культурные традиции. То есть далеко не все традиции вредны, большинство из них весьма адаптивны, во всяком случае для той среды обитания, которая их сформировала.

Но для той реальности, в которой живёт основная часть людей западной городской культуры, приходится признать, что идеальные условия для взросления человека – это скорее исключение, чем правило, а потому и у врачей, и у психологов работы пока достаточно. Городскому жителю, как я упоминал, частенько не хватает времени, сил и, пожалуй, культуры позитивного стресса, чтобы создать здоровые условия развития своим детям.

Как, зачем и кому я помогаю

Мне кажется, что любой приличный человек просто обязан быть психотерапевтом хоть немного. Равно и наоборот, хороший психотерапевт должен быть приличным человеком.

Что же я подразумеваю под этим определением – приличный человек? Думаю, то же, что имеет в виду традиция понимания этого словосочетания – человек, лишённый таких низменных качеств, как трусость, глупость, лень, вороватость, лживость, жестокость, и наделённый такими благородными свойствами, как разум, воля, честность, уважение, сострадание. Можно рассуждать, что на каждого мудреца довольно простоты, что многое зависит от воспитания, социального статуса, жизненного опыта, и я с этим соглашусь, но несмотря на все оговорки приличные люди всё же существуют. Дело в том, что, как я упоминал выше, в каждом разумном человеке есть воля, намерение и сознание, и при прочих равных условиях человек может направлять себя как в сторону развития и проявления благородных черт характера, так и в сторону реализации низменных. При очень трудных условиях жизни человек может стать благородным разбойником, пламенным революционером или даже нищим, имеющим собственное достоинство, равно как в ситуации благоприятной может стать кровожадным императором или скотоподобным олигархом. Понятно, что в нищете озлобиться легче, чем при благополучии, а избыток власти развращает, но раз есть исключения, то нет строгого предопределения. Как бы ни складывались обстоятельства, похоже, что выбор есть всегда.

Если вы, дорогой читатель, заинтересовались темой человеческой психологии и читаете эту книгу, то, скорее всего, вы не нищий и не разбойник, а человек приличный или стремящийся таковым быть. Поэтому я буду излагать дальнейшие мысли на понятном нам с вами основании, с точки зрения уважения к клиенту и заботы о нём.

Кому же стоит помогать? В первую очередь тому, кто обратился, ведь если человек дошёл до врача, то ему нужна какая-то помощь. Вторым поводом работать с клиентом является его готовность платить за это и наличие проблематики, которая его беспокоит, хотя вполне нормально, если клиент не понимает того, что с ним происходит, и плохо представляет результат работы. Дело в том, что психотерапия – это отрасль медицины, имеющая свою теорию болезней, методику лечения и представления о результатах этого лечения. В древности врач был важным человеком, так как люди часто болели и регулярно получали различные травмы. В те далёкие времена не было понятия о гигиене, а физическая агрессия и насилие считались делом заурядным. Человечество развивалось, и на каком-то этапе стало очевидным, что мыться проще, чем болеть, и жестокое обращение друг с другом ни к чему хорошему не ведёт. Кое-как мы научились соблюдать элементарные правила, и в результате уровень смертности теперь гораздо ниже, чем, скажем, двести лет назад.

Подобное произошло в области человеческой психологии, где сложились представления о душевном здоровье и безопасной среде обитания, которые обывателю подчас не кажутся столь очевидными. Процесс этот шёл медленно. Становиться более чистым и менее жестоким человек долго не хотел и упорствовал в своей ограниченности. Сегодня мы хотим верить, что тёмные времена позади, однако с точки зрения психологии это не совсем так. Понятия психогигиены и психологического насилия вызывают у наших современников такой же скептицизм, как у средневекового феодала разговоры о гуманизме и уважении к страданиям вассалов. Зачастую мы всё так же бессмысленно жестоки и тупы в этом отношении, тем более, что душевные раны менее заметны — может поэтому в обществе до сих пор к проблеме смягчения нравов относятся без должного внимания. Наш мир всё так же груб и нелеп, просто по собственному жестокосердию мы этого не замечаем. Пришедший к вам человек может жить в ужасных условиях, может постоянно страдать и порождать страдания, но сам этого не замечать, привыкнув к ежедневной внутренней боли. Однако если вы хотите быть терапевтом душ, то вам придётся видеть и эти души, и раны их покрывающие, слышать их голоса, понимать язык и прикасаться к ним своей душой.

Чтобы понять что-то сложное и абстрактное, полезно сопоставить это с чем-то понятным и конкретным, и если аналогия будет адекватна, то сложное станет проще для понимания. Психику трудно себе представить – это некий абстрактный феномен. Однако если заменить слово психика простым синонимом душа, то возникнет хоть и неточный, но вполне понятный образ. Давайте, используя аналогию физического и душевного здоровья, представим, что душа человека имеет вид такой же, как и тело. В тех местах, где человек часто испытывает грубое воздействие, душа становится бесчувственной, зажившие травмы оставляют на ней рубцы и шрамы, свежие раны кровоточат, они ещё болят и сочатся страхом, отчаянием и злобой. Но есть и глубокие травмы детства, которые человек прячет. Из этих травм торчат занозы и инородные тела, они разбухают, деформируют плоть, сковывают движение, смердят гнилью и зияют пустотой. И человек по привычке их как-то прикрывает, прячет, бережёт и всячески делает вид, что с ним всё в порядке.

Любая не вылеченная травма – это повод для терапии, а травма детства требует работы кропотливой, аккуратной и долговременной.

Обычно человек сам хочет быть здоровым, даже если не признаёт в себе болезней, поэтому он ищет помощи, пытается как-то справиться, обращается к специалистам, изучает проблематику и пробует подобрать себе лекарство. Если вы слушаете не только то, что говорит человек, а наблюдаете за тем, о чём он говорит часто и экспрессивно, то с большой долей вероятности можете угадать мучающую его проблематику. Необязательно для этого разбираться в диагнозах, ведь даже собака видит, когда человеку больно, а тем более это может понять и почувствовать внимательный собеседник.

Что делать, если вы видите, что человеку нужна помощь? Здесь есть два противоположных золотых правила: помогай каждому, кто нуждается, и не помогай если не просят.

Как совместить эти два противоречащих друг другу утверждения? Вспомним пример с дантистом. Хороший врач будет лечить только того, кто лежит у него в кресле, и не станет приставать с бормашиной к прохожим. При этом пациент уверен, что лечение будет максимально безопасным и ничего вредоносного доктор не сделает.

С психологом так же – благодаря своим знаниям он безопасен в общении, весьма проницателен и понимает проблемы и трудности людей, но станет работать и помогать только в режиме платного приёма на определённых условиях. Безопасен не значит приятен или будет улыбаться и сюсюкать – это значит, что психолог не причинит пациенту вреда. Говоря честно, придётся признать, что любое безопасное общение – это вид терапии. Поэтому со временем хороший психотерапевт приучает себя общаться нейтрально и избегать встреч с клиентами вне работы. Профессия накладывает отпечаток, деформирует его личность, и специалисту приходится заботиться о том, чтобы оставаться обычным человеком вне кабинета, а не продолжать лечить близких и посторонних по инерции.

Исцеляющее отношение к человеку

Замечено, что у одного врача лечиться легко и приятно, а другому как-то доверять себя не хочется. Обычно говорят, что у первого талант общения с пациентом, но я считаю, что всё зависит от внутреннего отношения к работе и человеку, которое можно сформировать, как полезный навык. Обучая студентов, я пытаюсь включить в них состояние «хорошего доктора», используя те методы, которые помогают мне самому.

Сразу оговорюсь, что приведённые ниже установки это не то, о чём я рассказываю клиентам, это аксиомы, которые нужно держать в памяти мне самому, чтобы работа могла проходить конструктивно.

Первое, что нужно помнить постоянно: что все врут. Эта простая аксиома поможет избежать многих ошибок и разочарований. Не то что кто-то хочет вас обмануть, просто психика подобна государству, в котором у каждого жителя своя правда, и президент озвучивает с трибуны некую усреднённую версию общественного мнения, сообразно внешнеполитической ситуации, внутренним обстоятельствам и для пользы дела.

С таким же успехом можно утверждать обратное, что человек всегда говорит правду, так как он не способен говорить о том, чего нет в нём самом. Психика как кривое зеркало, которое может изменять предметы до неузнаваемости, и об их настоящем внешнем виде приходится только догадываться. В сумме получается, что слова человека вторичны, ценнее, что у него есть право и возможность говорить всё, что он считает нужным, и право быть услышанным. При этом стоит учитывать, что любой обман есть завуалированная попытка сказать правду. Человек всегда говорит о себе, своих потребностях, своих намерениях и своей внутренней структуре, но при этом всячески старается это скрыть.

Второе, о чём следует помнить: ребёнок нуждается в любви и ласке. Если её не получает, то требует конфетку в качестве компенсации. Если конфеты не дают, то он озлобляется и может занять протестную позицию, а чтобы избежать наказания за это, занимает себя отвлекающей деятельностью. В основании любой психологической проблемы находится маленький несчастный ребёнок. Каждый человек нуждается в любви, принятии и близости, но требовать он может всего чего угодно, выражая при этом массу всевозможных эмоций. Так вот, все эти требования не имеют, чаще всего, никакого смысла, они в принципе невыполнимы или не приносят удовлетворения. Реализуются только подлинные, заветные желания, а остальное – мишура. Но через завалы этой мишуры придётся терпеливо пройти терапевту, понимая, что за всеми ужимками, прыжками и враньём клиента стоит тот самый маленький ребёнок, который искренне нуждается в помощи.

Третье – это понимание, что каждый в ответе в первую очередь за самого себя. Пока я не защищён, я не способен защитить другого человека. Тем более, я не могу сделать его счастливым или здоровым – это должно быть заботой каждого по отношению к себе. И, конечно же, я не должен жертвовать собой, чтобы кому-то было хорошо, я могу только поддержать другого человека настолько, насколько способен, и исходя из имеющегося ресурса. Клиент сам в ответе за своё состояние, исключением могут быть только маленькие дети. Пока клиент не начнёт себе помогать, я могу только грустно вздыхать, сообщая ему о своих благих намерениях в его адрес и полной беспомощности в плане их реализации.

Ещё одна важная аксиома заключается в том, что все мы умрём. Это может пугать или испортить настроение, но до тех пор, пока человек не акцептирует в своём сознании этот простой факт и не сформирует к нему правильного отношения, он психологически уязвим. Здоровое отношение к смерти делает человека бесстрашным, рациональным и вынуждает жить максимально насыщенной жизнью, в то время как фоновый неосознаваемый страх смерти может отравлять жизнь, делая всякую терапию бессмысленной. Неизбежность конца делает значимые вещи по-настоящему ценными, а ложные позволяет отбросить без сожаления.

Помимо перечисленных простых истин, для продуктивного общения с клиентом мне помогает понимание своей собственной цели в работе. Важно всегда осознавать, чего я хочу, иначе мои действия будут идти вразрез с заявленными целями. Если я хочу денег, то стоит заняться бизнесом, если хочу власти, то политикой, если интересуюсь чужими тайнами, то можно посвятить себя бытовому шпионажу. Самоутверждаться хорошо на форумах в Интернете, а садист найдёт себя в роли забойщика на мясокомбинате. Много существует интересных и хороших профессий, которые не стоит путать с психотерапией. Поэтому всегда надо задавать себе вопрос: «Зачем мне то, чем я занимаюсь?»

Помните, что вы не лучше и не хуже ваших клиентов. Повар готовит, потому что умеет это делать и сам любит поесть, пожарный видит себя героем, а врач боится болезни и смерти, поэтому борется с ними. Каждый работает ради себя, даже помогая людям, и эта личная потребность делает его хорошим профессионалом.

У каждого есть своё место в мире и своя миссия. Распознать её можно через неподдельный интерес, энтузиазм и радость от занятия тем или иным делом. Если ваше первое любопытство при соприкосновении с новым видом деятельности вскорости перешло в скуку, то займитесь чем-нибудь более интересным, но если, изучая клиента, помогая ему справиться и поддерживая его, вы чувствуете себя по-настоящему живым, то как от психолога от вас может быть много пользы. Посмотрите на азарт алкоголика, когда тот говорит о выпивке, или на возбуждение бизнесмена при обсуждении новой сделки. Именно ваше глубокое искреннее желание и личная потребность выйти с клиентом на то плато его души, где всё встанет на свои места, делает вас хорошим терапевтом, какими бы техниками вы ни владели.

Чтобы сказанное не выглядело нелепо, я расшифрую свою мысль. В моём представлении психика похожа на тропический лес, где разные растения, переплетаясь, образуют многоуровневый запутанный лабиринт. Представьте себе мартышку, которая заблудилась в ветвях и не может сориентироваться. Пусть это будет не опытное животное, а юное, попавшее в незнакомое место и нуждающееся в надёжных ориентирах. Разрозненная информация из противоречивых источников различной степени достоверности может подобным образом держать сознание человека в состоянии хаоса. Если наша обезьянка заблудилась в гуще ветвей, то можно помочь ей спуститься на базовый уровень, на почву, чтобы понять, откуда что растёт и как с этим быть. Здоровье, как физическое, так и ментальное – это естественное состояние человека, к которому он сам приходит спонтанно, если создать для этого необходимые условия. И психолог должен быть носителем этих условий для человека; в этом смысле можно сказать, что он лечит собой. Современный человек, независимо от возраста, может ориентироваться в процессах, происходящих в его собственной психике, куда хуже, чем взятое за пример животное в лесу, но есть некоторый «базовый уровень», глубинное основание сознания, погрузившись в которое человек способен обрести верные ориентиры и разобраться в себе.

Нет стандарта здоровья, для достижения которого психолог должен бороться с клиентом. Всё, что делает клиент – это всегда правильно, независимо от того, как относится к этому психолог. Задача психолога или психотерапевта в том, чтобы сформировать то здоровое и безопасное пространство, где человек сможет, разобравшись в себе, выстроить свою жизнь наилучшим образом. Никто не знает заранее, как это будет выглядеть, невозможно чего-то ожидать или требовать, есть только доверие здоровому началу в самом человеке и рамки здравого смысла. Такой подход во многом противоречит принятому отношению к людям, нуждающимся в помощи, но практика показала, что в подавляющем большинстве случаев именно он наиболее продуктивен.

Безопасное пространство работы

Чтобы отделить сакральное от профанного, священное безопасное пространство работы от повседневной жизни, терапевт должен совершить ряд приготовлений или, говоря языком метафор, ритуалов. Вспомните повесть Гоголя «Вий», там чтец псалтири в ночной церкви рисует вокруг себя магический круг, который защищает его от нападения нечисти. Дело в том, что измученные, изуродованные когда-то другими людьми части души человека ведут себя, как злобные демоны, готовые напасть и разорвать любого, кто приоткроет двери их темницы. Терапия отличается от светского общения именно тем, что в приличном обществе своих демонов следует прятать, а в кабинете терапевта – доставать. Представьте себя магом-целителем из сказки или игры, не смущайтесь отсутствием волшебных даров, просто следуйте ритуалу. По легенде злой колдун когда-то вселил в душу вашего клиента злого демона, и тот стал питаться жизненной силой несчастного и нападать на окружающих. С годами человек научился держать демона под контролем, построил ему клетку, бросает на охрану все ресурсы, но тот всё равно регулярно вырывается наружу и устраивает погромы.

Понятно, что волшебник должен изгнать демона, но ни у демона не будет желания уходить, ни человек не осмелится открывать двери его клетки. Даже если удастся договориться, то велик шанс, что и демон, и его носитель очень сильно захотят надавать волшебнику-целителю тумаков, поэтому нужны специальная магия, ритуалы или волшебный круг для защиты от злых сил.

Вот как это выглядит: я не изгоняю демонов, не убиваю драконов и не спасаю принцесс, но я готов вылечить зубы и принцессе, и её дракону. Демоны, согласно психологии, это озлобившиеся, отверженные, обиженные части души, которые нуждаются в помощи и поддержке. Человек приходит ко мне за помощью, и я провожу чёткую границу, как круг мелом вокруг себя, поясняя, что мы с ним будем делать, а чего не будем. В идеале лучше иметь конкретный письменный договор об условиях и правилах совместной работы, где мы оба сознательно и добровольно договоримся о времени, месте, методе, объёме работы и плате за неё. Каждый должен чётко знать свои права и обязанности, принять на себя ответственность за их соблюдение. При попытке нарушить договор отношения должны прерваться.

Я не волшебник, я только играю в него, поэтому не могу всерьёз усмирить демонов в душе человека, он должен сделать это сам, а я ему в этом готов помогать, напустив на себя таинственный вид чародея. Впрочем, некоторая магия всё же будет, но об этом мы поговорим позже.

Итак, для начала работы должны быть соблюдены три основных условия: человек должен сам искренне этого хотеть, у него должна быть реальная беда или проблема, с которой можно работать, и каждый из участников терапии должен чётко придерживаться оговоренных правил.

Вариантов терапевтического договора много, их можно найти в Интернете, в психологических сообществах, в книгах по терапии или разработать самим, исходя из пользы дела и в соответствии с этическим кодексом. Основная задача правил – обеспечить безопасность каждого участника процесса; их можно корректировать во время работы по общему согласию, они могут даже иногда нарушаться в несущественных мелочах, но когда полезут демоны, они должны быть под рукой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.