Михаэль Лайтман, Валерия Хачатурян
Всемирная история в зеркале каббалы

© М. Лайтман., В. Хачатурян, 2012

* * *

Михаэль Лайтман – (философия Ph.D, биокибернетика MSc), основатель и глава Международной академии каббалы и Ashlag Research Institute (ARI), некоммерческих организаций, цель которых – реализация инновационных идей в образовательной политике для разрешения системных проблем современного образования и воспитания. Система образования, построенная на концепции изучения законов интегрального и взаимозависимого мира, является необходимым условием привнесения положительных изменений в жизнь человечества. Им написано более 70 книг переведенных на 40 языков.

Валерия Хачатурян – кандидат филологических наук, с 2004 по 2011 гг. ведущий научный сотрудник, зав. Центром теории и сравнительной истории цивилизаций Института всеобщей истории РАН, старший научный сотрудник сектора социокультурных процессов и систем Российского института культурологии. Автор монографий «Теория цивилизаций от античности до конца XIX века» (в соавторстве) и «Вторая жизнь» архаики: архаизующие тенденции в цивилизационном процессе», учебника для старших классов общеобразовательной школы «История мировых цивилизаций», а также более 70 статей.

От исчисления к свету

Сначала люди являются друг для друга более или менее отталкивающими, более или менее притягательными чужаками; именно так они и должны учиться, что не подразумевается само собой.

Эрнст Симон Блох

(Размышления о пути к интегральному обществу)

Аршинов В. И., доктор философских наук, заведующий сектором Института философии РАН.

Свирский Я. И., доктор философских наук, ведущий научный сотрудник Института философии РАН.

Книга М. Лайтмана и В. Хачатурян является, по сути дела, началом развития грандиозного междисциплинарного проекта, ориентированного на синтез современной антропологии, постнеклассической науки, философии и каббалы. Необходимость в таком синтезе вызвана, прежде всего, тем глобальным кризисным состоянием, в котором сегодня находится наша земная цивилизация. Этот кризис имеет много граней и проявлений, перечень которых можно сделать весьма обширным и по-разному сформулировать. Но ограничимся указанием лишь одной из его существенных характеристик – это кризис духовный, мировоззренческий, кризис человеческого сознания и самосознания, кризис смысла существования человеческого общества на планете Земля. Подчеркнем: мы сталкиваемся с качественно новой ситуацией в истории человечества.

Как пишет Э. Ласло, «это нечто новое и неожиданное в истории человеческого рода – вести такой образ жизни, который не позволят нам жить. Напрашивается неизбежный вывод: мы должны измениться. Боюсь, что речь уже идет не о том, следует ли нам меняться, а о том как быстро и как качественно мы изменимся… Для того, что бы выжить и продолжать свое развитие, не обрекая себя на вымирание, мы должны пересмотреть свои представления о вселенной, о человеке и об идеях прогресса и развития»[1].

На пересмотр этих представлений и нацелен междисциплинарный или, точнее, трансдисциплинарный проект М. Лайтмана.

Что особенно привлекает в книге, так это утверждение необходимости междисциплинарного диалога и сотворчества, утверждение необходимости конвергенции изначальных социокультурных интуиций проникновения в законы мироздания. Ибо только при человекомерном, междисциплинарном подходе к освоению мироздания духовное богатство, которое содержится в еще не освоенных пластах каббалистического учения, обретает особую форму жизни, особую форму востребованности здесь и сейчас. В книге ясно показывается, что в своих ключевых мировоззренческих пунктах способы получения, хранения и передачи знаний, принятые в институциональной науке, резонируют с каббалистическим видением мира. И такая резонирующая конвергенция касается не только внешних сходств, но и содержательных аспектов, высвечивающих проблемные узлы, связанные как с переосмыслением теоретико-методологических установок научного творчества, так и с выявлением изменений в онтологических представлениях.

Из подобного резонанса вырастает особый тип синтетической онтологии, подразумевающей своеобразный сдвиг в самой онтологической проблематике, делающей акцент не только на экспликации некоего предсуществующего бытия, но и на введении динамической составляющей в фундаментальные структуры последнего. И в этом аспекте обращение к каббалистическому освоению мира предполагает не столько описание или реконструкцию подобных структур, не столько поиск в них «конструктивных аналогий» с теми сюжетами, которые имеют место в современной истории, антропологии, социологии и т. д., сколько выявление далеко не всегда явных связей и проблемных полей, позволяющих говорить о некоем виртуальном (ментально-физическом) пространстве, где может быть развернута тема динамически-многообразного бытия.

При этом особый акцент (при сопоставлении сюжетов, связанных с современным пониманием глобальных процессов, происходящих в природе и социуме, и каббалистической традицией, где познающий субъект сущностным образом включается в познаваемую реальность) делается на том обстоятельстве, что самому историческому процессу имманентны ценностно-этические измерения. Связано это, прежде всего, с тем, что этнографические изыскания предполагают духовно-ценностные измерения, сопряженные напрямую с эволюцией желаний, охватывающих как отдельного человека, так и те или иные сообщества. И хотя тема, связанная с потоками желаний (Ж. Делез), часто заслоняется изучением причинно-следственных и структурных отношений, современная (постнеклассическая) исследовательская практика все чаще наделяется особым качеством, именуемым «человекомерность». Именно «человекомерность» современной постнеклассической науки открывает возможность ее диалога с каббалистической традицией, где подчеркивается, что динамическое представление становящегося мира обязано учитывать такие характеристики включенного в него познающего субъекта, как влечения, желания, удовольствие и неудовольствие, причем последние перестают быть только родовыми признаками определенного типа существ, но и наделяются статусом особых онтологических инстанций. То есть стратегии познания должны быть лишены ограничений, наложенных в свое время Кантом и остающихся регулятивами научной деятельности по сей день.

Как разобраться в указанной тематике? Чтобы ответить на этот вопрос, нужно иметь в виду, что каббала уже демонстрирует динамическую, пронизанную обратными связями, иерархизированную картину мира, сотканную из сложным образом взаимодействующих энергетических потоков (предполагающих, если пользоваться синергетической терминологией, объемные источники и стоки энергии, распределенные в сплошной среде исходящего от Творца света), на основе которых «нелинейным образом» самоорганизуются устойчивые и одновременно эволюционирующие образования, чей статус, в зависимости от точки зрения (и дисциплинарных пристрастий), может быть отнесен либо к духовной, либо к физической сферам. Более того, все каббалистическое мировидение пронизано духом «человекомерности» и «динамикой неоднозначности» – неоднозначности в смысле приписывания характеристик тех процессов, кои происходят здесь и теперь, какому-либо концептуально оформленному региону познавательной деятельности, будь то философия, психология, этнология, биология, космология и т. д. Последнее обстоятельство подчеркивает принципиально междисциплинарный характер тем и способов их изложения, которые присутствуют в каббале. Еще раз подчеркнем, что речь не идет только о внешних аналогиях между достижениями современной науки и каббалистическими сюжетами. Речь, скорее, может идти о поиске плодотворных взаимовлияний именно на уровне стратегий мышления, ориентированных на выявление онтологических оснований неустойчивого нелинейного мироздания. Речь идет о создании зон взаимной (альтруистической) открытости внешне радикально разнесенных в культурном пространстве способов переживания мира, о коммуникативном взаимопересечении когнитивных потенциалов этих областей.

И тут выступает одна из главных интенций книги: сопряжение каббалистического видения мира с теми самоорганизующимися процессами, которые в нем происходят. Вся совокупность каббалистического мировидения подразумевает личностную вовлеченность конкретного человека в то круговращение, которое задается «всеобщими законами». Подобные настроения можно обнаружить у видного немецкого философа Эрнста Блоха. Согласно Блоху, мир несовершенен, но он совершенствуется. И совершенствуется через обратную связь, каковую человек может получить лишь через продумывание, прочувствование чего-то, что подобно ему самому. И такое прочувствование движется по двум путям: одно «вниз» по цепочке от Творца до «нашего мира», и другое – «вверх» к источнику света. Двигаясь по этим двум направлениям, образующим цикл, человеку следует, привлекая все внутренние усилия, пройти своего рода петлю обратной связи: обрести (эгоистическое) знание о мире, а затем направить свое движение (альтруистическое) в сторону Творца, но уже с обретенным знанием. Данный сюжет блестяще исполнен в предлагаемой читателю книге, особенно в сюжетах, связанных с тем, как проходило становление современной цивилизации. Именно такого рода внутреннее, чувственно-интеллектуальное движение обеспечивает возможность выстроить то, что в каббале именуется термином «экран», позволяющий восходить от одного уровня бытия к другому (от сфиры к сфире).

Еще раз подчеркнем, что такой мотив созвучен одному из наиболее современных направлений науки – синергетике, – когда речь идет о том, что сама способность к познанию порождает реальность, конгруэнтную тому, чем является сам человек. И здесь, если так можно выразиться, возникает некий кибернетический мотив: человек творит мир через осознание собственной причастности к последнему, а познает себя через постижение мира. То есть, здесь мы имеем дело с циклическим движением гештальтов, образующих онтологическое пространство света Творца. И каббала тогда выступает в качестве особого, глубоко и фундаментально разработанного инструмента, дающего возможность вступить в подобные петли положительной обратной связи, не замыкающие систему саму на себя, а раскрывающие ее во внешнее пространство (альтруизм). И не случайно, что сам термин «сфира» – соединение «цифры» и «сапфира» – отсылает к сочленению «духовного» и «материального». Не будет большой натяжкой предположить, что емкий образ «сфирот» конгениален мотивациям творческого ума физика и математика, пытающегося соединить в одно целое, с одной стороны, свет, а с другой – исчисление (Декарт). Тем самым каббала может рассматриваться как генератор становления, самоорганизации мира и человека как его составной части, претерпевающего «фазовый переход» от эгоистического потребительского состояния сознания, мышления и чувствования к альтруистическому сознанию дарения и самоотдачи.

И тут встает вопрос: можем ли мы управлять такого рода самоорганизацией? При ответе на него исходным положением является установка на то, чтобы не противопоставлять социальные и естественные процессы. И когда такие процессы не противопоставляются, каббала предстает как набор парадигм коммуникаций, она реанимирует древние коммуникативные стратегии и показывает, как они разворачиваются на современном этапе. В этом пункте каббала опять же резонирует с философскими стратегиями Эрнста Блоха, трактующего мир как нечто незавершенное и несовершенное. Каждый из нас удерживает в себе подобную незавершенность и, одновременно, обязан завершить последнюю в себе. Мир предстает в качестве некоего проекта, который должен быть продолжен людьми, поскольку Творец уже выполнил то, что предназначил для человека. Отсюда и возникают мотивы, связанные с грехом, виной, утратой и поиском смысла существования. Человек, будучи несовершенным, должен доделать мир, оставленный ему Творцом, но доделать в согласии с планом Творца (петля положительной обратной связи). Но если мир представлен как незавершенный процессуальный гештальт, тогда в нем должна присутствовать особого рода целевая причинность высшего порядка, обусловливающая существование формосозидающих сил, направленных на завершение такого гештальта, то есть присутствует некий сверхпорядок (и, соответственно, иерархия порядков, кои могут согласовываться, а могут порождать хаос). Но именно каббала, как живая духовная традиция в диалоге с современной постнеклассической наукой и синергийной антропологией, вооружая нас инструментом когерентного согласования порядков бытия, выступает одновременно и инструментом преодоления хаоса, а тем самым обретения и нового сознания, самоотдачи, и нового смысла человеческого бытия, идущего на смену эгоистической предыстории человечества.

Предисловие Михаэль Лайтман

Все дети проходят через период задавания «больших» вопросов. Меня интересовало, откуда я возник, куда мы все деваемся, когда перестаем быть, а особенно волновал вопрос: в чем смысл жизни? Может быть, потому, что мои родители оба были врачами, я искал ответы в области науки. И наверняка потому, что сферой моих поисков была именно наука, ответы, которые я находил, были скорее общими, чем конкретными.

Особенно я выделял науку кибернетику, вернее, медицинскую биокибернетику. Это был мой «инструмент» поиска. В те времена кибернетика была новой передовой областью, которая позволяла исследовать целый комплекс систем и находить механизмы, контролирующие их. Меня интересовало устройство человеческого тела и системы, им управляющие. Казалось, при помощи кибернетики удастся разгадать тайну самого́ человеческого существования: тела и души, обитающей, как я полагал, в нем.

Мои надежды не оправдались. Да, наука дала мне немалые знания о жизни или, скорее, о том, как новая жизнь зарождается и как она продолжается. Тем не менее, она ничего не говорила о более важных, фундаментальных вещах, о смысле этих процессов, а моими исследованиями двигал именно этот интерес. Я хотел узнать, что такое жизнь, и для чего она дается.

Страстное желание расшифровать смысл жизни не давало покоя, и я трудился над каждым золотником знания. Я искал не только в области естественных наук, но и в философии, даже в религии – до тех пор, пока не пришел к новому полнокровному постижению и понимаю жизни. Но точно так же, как и при изучении кибернетики, это не привело меня к ответам на мои самые глубокие вопросы о смысле и цели жизни.

В один прекрасный день мои длительные поиски неожиданно дали результат: я нашел то, что позже обозначил как «наука каббала». Глядя назад, я могу сказать, что ни один из этапов моего поиска не был излишним или напрасным. Наука, философия, религия были необходимыми «остановками» на моем пути к каббале. На самом деле я никогда не делал упор на них, просто каждая из этих сфер знаний привнесла в мое понимание жизни и ее цели что-то свое, и каждая занимает свое законное место в целостном мировоззрении, достичь которого помогла мне каббала.

Более того, я обнаружил связь между смыслом существования и всеобъемлющим мировым кризисом, в который вступило человечество. Именно при помощи каббалы я осознал неизбежность этого глобального кризиса, необходимость его разрешения ради мира и процветания и понял, что свободный выбор, лежащий перед нами, заключен в том, как именно мы будем выходить из кризиса, прилагая совместные усилия, кооперируясь и, главное, осознавая свою общность и взаимозависимость. Более того, я понял, что древнее каббалистическое определение отношений между людьми явится платформой, на которой и будет строиться жизнеспособное общество, основанное на взаимных дружеских отношениях.

Концепция предопределенности современных глобальных угроз принадлежит не мне, также как и идея, что кризисы – это испытательный полигон, который видоизменит нашу реальность в большей степени, чем все наши самые невероятные предположения. Обе концепции существуют тысячелетия, но лишь сейчас начинают себя обнаруживать, так как именно в наше время впервые в полной мере проявились необходимые для этого условия: человечество отчаянно ищет выхода, а вместе с тем и четкого объяснения, каким образом найти этот выход. Моя роль в раскрытии данных концепций – это роль человека, дающего информацию и облегчающего ее понимание. Безусловно, я никак не претендую на права «интеллектуальной собственности» на эти идеи.

Я надеюсь, последующие главы покажут вам, что современная наука и нынешний способ мышления делают возможным снять завесу тайны со старинной парадигмы, объясняемой наукой каббала. Если бы не квантовая физика, которая бросила вызов ньютоновскому пониманию реальности, мы бы не посягнули на переосмысление концепции «единственности» вселенной, и если бы не философия, культивирующая идею свободы мысли, мы бы не были готовы делиться идеями и учиться друг у друга.

Таким образом, хотя концепции, которые будут представлены далее, чисто каббалистические, я не могу не отметить, что многие из них параллельны современным научным изысканиям. Я надеюсь, что дух плюрализма позволит встретить наши идеи с непредвзятым умом и открытым сердцем. И если я смогу пробудить размышления, хотя бы у одного из моих читателей, я буду чувствовать себя полностью вознагражденным.

Вступление. Время задавать вопросы

В долгой и трудной жизни человечества, как и в жизни каждого отдельного человека, периодически наступают моменты, когда вопросы: «куда я иду?» или «куда идем все мы?», «куда идет история?», – вдруг становятся болезненно острыми и важными. От ответа на них зависит дальнейший ход событий: наше будущее, судьба общества, мировой цивилизации. Сейчас, в начале XXI столетия, наступил именно такой момент.

Мир еще только начинает приходить в себя от шока, вызванного финансовым кризисом, пожалуй, самым острым со времен Великой депрессии. Но экономисты уже предупреждают, что очередной его виток придется на 2013–2017 гг.[2] Глобальное потепление уже сейчас приводит к резким климатическим изменениям, наносит удары в виде ураганов, наводнений и засух. Современная медицина, еще недавно считавшаяся всесильной, вынуждена бороться с болезнями, которые, казалось, были побеждены, и придумывает способы борьбы с новыми опаснейшими инфекционными заболеваниями. Более миллиарда людей в мире голодают, и их число неуклонно растет. В наши дни, когда достигнуты небывалые высоты технического прогресса, из-за нехватки воды и пищи каждую секунду умирает один ребенок. Миллионы людей страдают от депрессии, наркомании и алкоголизма. Причем в благополучных, процветающих странах Запада их число даже выше, чем в бедных государствах «третьего мира». С неудержимой скоростью разрушается институт семьи, без которого не может существовать общество. По данным 2006 г. число разведенных в США превысило число состоящих в браке. Впервые в истории родители-одиночки стали нормой, а полноценная семья – исключением. Немногим лучше обстоит дело и в России, которая занимает третье место в мире по числу разводов и сохраняет лидирующие позиции по числу неполных семей.

И это еще далеко не полный перечень тревожных сигналов, которые указывают на общее неблагополучие и кризисное состояние всей нашей цивилизации. Неудовлетворенность настоящим, предчувствие неизбежности грядущих глобальных трансформаций и тревога перед глобальной неопределенностью будущего, возможно, чреватого мировыми катастрофами, – эти настроения стали ключевыми для нашего времени.

Вряд ли удастся найти человека, который хотя бы в какой-то степени не ощущал, что мы живем на переломе эпох. В такие периоды, которые историки называют переходными, разрушаются основы старого общества и рождается новое общество, базирующееся на иных организационных принципах, формируется новый тип человека, новые представления о мире, новые нормы поведения, идеалы и ценности. Старинная китайская поговорка гласит, что самая худшая доля – жить во времена перемен. И с этим трудно спорить: такие эпохи всегда трагичны. Они втягивают в свой водоворот жизнь любого, независимо от его воли, и могут легко разрушить ее; лишают ощущения стабильности и упорядоченности, безжалостно ломают привычный для нас мир, еще недавно казавшийся таким прочным и долговечным; внушают страх лавинообразным потоком неконтролируемых событий.

Но не стоит рассматривать такие бедствия как «наказание». Это лишь сигнал о том, что прежний путь развития исчерпан и нужно идти в другом направлении. Постигая глубинные причины происходящих кардинальных сдвигов и их возможные последствия, мы можем не только найти точку опоры в колеблющемся, слишком быстро меняющемся мире, но и выработать конструктивную линию поведения, которая будет работать на будущее.

В переломные эпохи общество стоит на распутье, и переход может пройти по-разному: быстро и легко или медленно, с огромными потерями и страданиями. И многое здесь зависит от позиции каждого человека. Значительно повышается роль его личного выбора, поведения в той или иной ситуации. А это тесно связано с пониманием сути происходящего – нашим знанием «тайных механизмов» истории и ее внутренних законов.

Конечно, кризисы и переходы происходили много раз на протяжении всей истории. И не в первый раз человечество стоит перед риском гибели. Эпидемия бубонной чумы («Черная смерть»), охватившая в XIV–XV вв. Западную Европу, и тем более Вторая мировая война несопоставимы с нашими сегодняшними испытаниями.

Тем не менее, современный кризис качественно отличается от всех предыдущих. Живя в глобальном мире, мы становимся все более взаимосвязанными и взаимозависимыми. Но одновременно возрастает и наш эгоизм. В «глобальной деревне», чтобы выжить, надо полагаться на соседа. Однако вместо того, чтобы использовать нашу связь для достижения всеобщего процветания, мы пытаемся ввести двойной стандарт, сочетать несочетаемое – взаимную зависимость и предельный эгоцентризм.

В сущности, это и есть главная причина всех проблем. Взаимозависимость заставляет нас сотрудничать, а эгоизм побуждает обманывать и эксплуатировать друг друга. В результате современная цивилизация дошла до предела, идя по двум конфликтующим, противоречащим друг другу направлениям. Такой путь может привести только к катастрофе.

Именно поэтому в наши дни особенно необходимо получить адекватные ответы на сложные вопросы: «куда идет история?» и «почему она идет в таком направлении?». В распоряжении современного читателя очень много самых разнообразных ответов: от пророчеств о приближении «конца времен» и Страшного Суда до технократических утопий «золотого века», который якобы наступит после того, как человечество в очередной раз изобретет новые, более совершенные технологии и овладеет новыми, дешевыми и экологически чистыми источниками энергии.

Какой же взгляд на историю следует выбрать? Попытаемся расширить горизонт нашего видения. Не будем ограничивать себя привычными, усвоенными еще со школы представлениями. Мы предлагаем читателю посмотреть на историю с точки зрения древнего учения каббалы, привлекая данные современной науки: и естественных, и гуманитарных дисциплин. Чем объясняется такой «союз»? Возможен ли он? И есть ли в нем необходимость?

Еще лет тридцать-сорок назад такая книга вряд ли могла быть написана и тем более – опубликована. Сейчас ситуация изменилась, и это тесно связано с теми процессами, которые происходят в мире, в сознании человека и в самой науке. Достижения естественных наук – прежде всего физики (теория относительности, квантовая теория, физика микромира, теория термодинамики неравновесных систем) – подготовили базу для решительного пересмотра традиционной ньютоновско-картезианской картины мира, которая все чаще стала критиковаться как редукционистская и механистическая. В новых космологических концепциях, в формирование которых большой вклад внесли теории бутстрапа Дж. Чу и теория импликатности (непроявленности, вложенности) Д. Бома, вырисовывается сложный, непривычный образ «голографической Вселенной» (термин Д. Бома), представляющей собой единое живое неразрывное целое, «все части которого переплетены и слиты друг с другом»[3], и даже самая крошечная среди них несет информацию о всей системе бытия.

Появление и утверждение новой картины мира – поистине революционное событие, значение и последствия которого мы еще не осознаем в полной мере. По опыту прошлого известно, что смена научной парадигмы (Т. Кун) постепенно приводит к кардинальным трансформациям в видении мира и системе ценностей, затрагивая сначала науку, а потом и общественное сознание, перестраивая культуру в целом. Однако это крайне сложный процесс, который неизбежно требует преодоления сложившихся стереотипов, умения мыслить широко и свободно, не боясь отступать от общепринятых научных догм, если это необходимо.

В такой переломной ситуации вполне закономерным является неожиданный, на первый взгляд, поворот к различным древним философским и религиозным учениям. Оказалось, что так называемые «вненаучные» модели мироздания, совсем недавно презрительно отвергавшиеся академическим сообществом, по многим параметрам совпадают с картиной мира, которая создается на основе научных исследований, большого массива экспериментальных данных.

Появились веские основания для пересмотра традиционного для Запада отношения к рационализму как единственному способу познания, обладающему непререкаемым авторитетом. Наука начинает признавать, что существуют разные способы познания мира. Рационализм, разумеется, занимает среди них важное место, однако его возможности отнюдь не безграничны. Стало меняться отношение к дорациональным и внерациональным способам познания мира: к измененным состояниям сознания, мистическому опыту, озарениям (инсайтам), интуиции.

Передовая наука уже пытается установить диалог с «вненаучным» знанием, в котором заложена богатейшая информация, накопленная человечеством на протяжении многих тысячелетий. Эта новаторская, перспективная и трудная задача реализуется медленно[4]: академическая наука с трудом расстается с привычными стереотипами. И все-таки некоторые сдвиги уже намечаются.

В последние годы активно идет процесс включения в мировую науку каббалы: интерес к ней проявляют известные физики, культурологи, философы и психологи[5]. Поиски расхождений и точек соприкосновения, сопоставление каббалистической картины мира с новейшими научными данными – первый и необходимый этап для плодотворной интеграции. Такая интеграция возможна, для нее имеется прочная основа. Каббала представляет собой особую разновидность научного знания. Оно отличается от того, что мы привыкли называть «наукой», однако является точным знанием, имеющим свой научный аппарат и методы исследования. И это знание, ориентированное на практику, на решение наших насущных проблем, открывает выход из тупика, в котором оказались и наша цивилизация, и человек.

В каббале дается крайне востребованная на сегодняшний день целостная и всеобъемлющая картина мироздания, в которой все уровни – от неживой материи до человека, общества, культуры – взаимосвязаны и подчиняются единым законам. Не будучи религиозным, это учение предельно универсально: оно обращено ко всем и может быть принято любым человеком, независимо от его национальности и конфессии, так как стоит над культурно-религиозными традициями и не требует отказа от них.

* * *

Каббала уже не одно тысячелетие сопровождает историю человечества, то «уходя в подполье», то снова открываясь миру. И надо сказать, что в этих, на первый взгляд, внезапных и непредсказуемых «уходах» и «возвращениях» есть своя строгая логика. Каббала всегда «открывалась» в переходные эпохи и именно в тех регионах мира, где историческое развитие шло наиболее динамично, где совершались самые впечатляющие прорывы к новому. Перечислим лишь некоторые, наиболее важные вехи этого долгого пути.

Сначала Междуречье, где раньше всего совершился переход от первобытности к цивилизации. Затем – уже на закате Древнего мира, каббала стала известной в эллинистической Греции и Римской империи. В эпоху средневековья, в XII в., каббала вновь «возрождается» в Испании – крупнейшем центре философской мысли Запада. Еще одно «возвращение» каббалы произошло в эпоху Возрождения, которая обозначила границу между средними веками и новым временем…

Периодически «раскрываясь» человечеству в самые острые, переломные моменты его истории, каббала все-таки оставалась достоянием немногих. Каждый раз «раскрытие» происходило примерно по одной и той же схеме. Сначала появлялась яркая личность – каббалист типа Исаака Лурия или Бааль Сулама, вокруг которых формировался круг учеников, углубленно изучавших каббалу. Постепенно сведения о каббале проникали в окружающий мир и становились достоянием интеллектуалов. Греческие и римские философы, западноевропейские теологи, мыслители эпохи Ренессанса и Просвещения усваивали те или иные каббалистические идеи и, конечно, в заметно трансформированном виде инкорпорировали их в свои теории, которые имели революционное значение для развития культуры. И, наконец, в очень искаженном виде отдельные элементы этого древнего учения (например, гематрия) проникали в массы, формируя представление о каббале как искусстве магических практик.

В наши дни ситуация кардинально изменилась. Настало время для широкого распространения каббалы. Возможность познакомиться с этим учением предоставлена всем. Чем это объясняется? Многие выдающиеся каббалисты уже давно предрекали, что конец XX столетия будет ознаменован переходом человечества на новый этап духовного развития и большие массы людей потянутся к каббале, чувствуя острую необходимость изменить свою жизнь, отношения в обществе и отношения с природой, сами основы цивилизации. Именно поэтому на протяжении долгого времени каббала имела статус эзотерического знания. И именно поэтому современные каббалисты открыты для диалога с наукой, с людьми, которые могут не принимать или не понимать их взглядов – со всем человечеством, которому они стремятся передать свои знания.

А теперь обратимся к законам мироздания, которые определяют нашу историю и нашу сегодняшнюю жизнь, руководствуясь замечательными словами из «Сэфер Ецира» («Книга Создания», XVIII в. до н. э.), одной из величайших книг, раскрывающих науку каббала:

«Анализируй и исследуй, синтезируй, обобщай, восстанови разобранное на его место в высшей силе».

Глава I. Голографическая Вселенная каббалы

«То, что мы наблюдаем, – не сама природа, но природа, открывающаяся нашему способу задавать вопросы»

В. Гейзенберг

Каббала рассматривает историю человечества как неотъемлемую часть эволюции мироздания, все уровни которой – от микромира до общества – подчиняются единым законам. Поэтому мы начнем с важнейшей на сегодняшний день научной проблемы поисков единства мироздания.

Новая модель «голографической Вселенной», появившаяся в квантовой физике, стала импульсом для бурного роста разнообразных универсалистских холистических (от греч. «холос» – целостный) концепций. На протяжении XIX и даже первой половины XX столетий такого рода концепции возникали сравнительно редко и в основном в эзотерике, религиозной философии, тяготеющей к мистической традиции, теософии (В. Соловьев, Е. Блаватская, Р. Штайнер, Т. Де Шарден и др.), иногда в религиозных движениях (вера Бахаи, неоиндуизм, реформированный Свами Вивеканандой).

В последние десятилетия холизм считается воплощением нового типа мышления XXI века и развивается на основе достижений естественных наук и общей теории систем в синергетике, глобальном эволюционизме, коэволюционном подходе, в Большой (Универсальной) истории, трансперсональной психологии[6]. При всех различиях холистические теории имеют много общего, заметно выделяясь на фоне более консервативно настроенной академической науки. В таких теориях Вселенная рассматривается как целостный саморегулирующийся и саморазвивающийся организм, в котором «все связано со всем» и нет четкой границы между живым и неживым, ибо даже в неорганическом мире, согласно последним исследованиям, присутствуют признаки витальности, чувственности и психизма.

1. Пути к постижению единства мироздания

«Движение к Холосу» и его постижение оказывается отнюдь не легким делом. Чтобы пояснить, что такое голографическая Вселенная, часто используют образ, взятый из буддийской сутры. В ней говорится о сети бога Индры, состоящей из драгоценных камней: каждый из них отражает в себе все остальные и бесконечное число раз отражается в других камнях. Но этот яркий, запоминающийся образ, конечно, не дает представления о структуре мироздания. Недостаточно просто декларировать принцип единства, опираясь на результаты исследований физиков, химиков или биологов, – нужно показать, на чем оно зиждется, какова его суть и как именно оно проявляется на разных уровнях мироздания. Пока универсальные законы, которые предлагаются в холистических теориях, чрезмерно универсальны, т. е. слишком абстрактны. Выведенные на основе изучения неорганических систем, применительно к истории человечества они, как правило, не срабатывают. Ведь в отличие от природного мира ее главным субъектом является человек, который способен к волеизъявлению и целеполаганию.

Особенно трудно выявить глубинную сопряженность различных модусов (от лат. modus – мера, способ, образ, вид) эволюционного процесса. Так, представители Универсальной (Большой) истории пытаются преодолеть традиционное представление об истории как автономном и самодостаточном процессе, вписать его в предельно широкий контекст, в целостную картину эволюции – от Большого взрыва до современного общества. В принципе, такой подход открывает большие возможности для того, чтобы установить тесную связь между развитием общества, культуры, человека и эволюцией качественно иных уровней бытия. Однако эти возможности реализованы еще далеко не полностью. Соединение слабо интегрированных сведений из различных наук: астрофизики, астрономии, геологии, биологии и далее вплоть до социологии, культурологии и политологии, – дает общее представление о направленности эволюции и ее основных этапах, но не помогает открыть тайну единства мироздания[7].

Современная наука еще не нашла адекватных, исчерпывающих ответов на вопросы, что же является вектором эволюции мироздания и каковы ее движущие силы. Иными словами, единство мироздания уже начинает осознаваться, «прощупывается» экспериментальным путем и все-таки ускользает от научного исследования. С чем это связано? Только ли с незавершенностью научных исследований, недостаточностью экспериментальной базы?

Здесь встает проблема степени достоверности нашего знания о мире. Психологи и нейрофизиологи уже давно установили, что мы воспринимаем лишь малую часть той огромной информации, которая поступает в наш мозг из внешней среды. Мощные фильтры сознания воздвигают на ее пути заслоны. Выдающийся нейрохирург и нейролог К. Прибрам еще в 80 гг. прошлого столетия экспериментально доказал, что мы, в сущности, живем в выдуманной, нами же самими сконструированной реальности, которая лишь отчасти тождественна настоящей. На переработку и фильтрацию информации влияют биологические программы, нацеленные на выживание, усвоенные социокультурные программы, структуры бессознательного. Все это – своего рода «настройки», под влиянием которых формируется оптимально комфортная для человека картина мира.

Такие настройки срабатывают не только на уровне обыденного сознания, но и в научном исследовании. Выяснилось, что личность наблюдателя – необходимая часть научного эксперимента, от которой зависит его результат. Но если сам процесс научного исследования видоизменяет изучаемое явление, то можно ли считать результаты стопроцентно верными? Более того, можем ли мы полагать, что полностью понимаем это явление, если, по крайней мере, один из ключевых факторов – сознание исследователя – не рассматривается как часть исследовательского процесса, и на него не произведена поправка?

Т. Кун показал, что история науки – не столько процесс кумулятивного накопления знаний, сколько смена парадигм – комплексов представлений, характерных для того или иного научного сообщества, многие из которых принимаются на веру, и поэтому их можно назвать научными предрассудками, довлеющими над сознанием исследователей. В соответствии с этими представлениями формируется картина мира, устанавливаются критерии научности, а все, что в них не укладывается, объявляется ненаучным и иррациональным.

В последние годы начинает разрушаться миф о том, что западная наука, родившаяся в Новое время, является единственным эталоном, а выдвигаемые ею критерии научности абсолютно неоспоримы. Выяснилось, что существует много исторически сложившихся разновидностей научного знания, и современная западная наука – лишь одна из них. Хотя и робко, но пробивается идея о том, что могут существовать и даже сосуществовать принципиально разные типы научного дискурса. Методы и результаты исследований будут различны, но это не означает, что одни правильны, а другие – нет. Просто у каждого вида научного познания свои сферы приложения, подобно тому, как некоторые процессы физического мира можно объяснить законами классической механики, а к другим нужно применить теорию относительности.

К. Прибрам высказал по этому поводу очень важную мысль: «Имея другие системы настройки, мы могли бы принимать другие программы, т. е. получать другую информацию»[8]. Но как их создать? Как «распрограммировать» свой мозг, чтобы он улавливал больший объем информации?

В последнее время распространенным способом «расширения сознания» являются различные психотехники, которые индуцируют измененные состояния сознания. Интерес к инсайтам, мистическому опыту, всевозможным психопрактикам проявляют не только приверженцы многочисленных «эзотерических школ», но и серьезные ученые: психологи (представители школы трансперсональной психологии), культурологи (например, известный российский востоковед Е. Торчинов), синергетики. В синергетике уже открыто высказывается «крамольная» мысль о том, что человек может изучать мир не только с помощью приборов, но и через трансформацию самого себя в особое состояние «человека-прибора», «человека-чувствилища» Вселенной, когда ритм человеческого «Я» входит в резонанс с окружающим миром, и человек превращается в камертон, который улавливает и откликается на малейшие его вибрации[9].

Считается, что в измененном состоянии сознания (например, во время медитации) человек способен воспринимать мир в тех аспектах, которые недоступны ни обыденному сознанию, ни научному исследованию. Психотехники приравниваются к научным приборам, расширяющим наше восприятие и познавательные возможности[10]. Такой резкий поворот от крайнего рационализма к его прямой противоположности вполне закономерен. Многие передовые ученые начинают ощущать ограниченность традиционных методов исследования и осознают, что в самом человеке имеется огромный потенциал для изучения окружающего мира. Но насколько эффективен выбранный альтернативный путь познания?

Ни наука, вооруженная самыми современными технологиями, ни тем более медитации не помогут создать целостную, «интегральную» картину мироздания, «голографической Вселенной». Человек, находящийся в измененном состоянии сознания, действительно видит мир иначе, начинает ощущать всеобщую связь вещей, может испытывать сильные эмоции, чувствуя свое единство с миром и другими людьми. Но это лишь кратковременное ощущение, а не знание о единстве мира. Каким бы оно ни было ярким, те, кто его пережил, как правило, не могут передать свои впечатления словами. Поэтому такие переживания не имеют научной значимости. Даже если их удается вербализировать, описания получаются плоскими и малоинформативными: человек использует при этом язык своей культуры и пытается приложить привычные для него понятия к явлениям и процессам совершенно иного порядка, которые требуют особого языка. Кроме того, переход в измененное состояние сознания неизбежно сопровождается почти полной редукцией рационально-логического мышления.

С другой стороны, все изобретенные человеком приборы, посредством которых он наблюдает окружающий мир, лишь отчасти расширяют диапазон нашего видения, совершенствуют данные природой пять органов чувств, т. е. открывают то, что недоступно зрению, слуху, осязанию. Однако такие же органы чувств имеются и у высших животных, причем нередко гораздо более тонко настроенные, чем у человека. С помощью «животных» органов чувств и их искусственных заменителей можно изучать только ограниченный спектр явлений.

Принципиально другой путь познания открывает человеку каббала – древнейшая научная методика, которая имеет свой язык и инструментарий для постижения единства мироздания, изучения недоступных обычному восприятию процессов и структур и сложных связей между ними. Такой путь познания предполагает развитие особого, дополнительного органа ощущения, шестого, духовного органа чувств, который называется «точка в сердце». Почему он необходим? Это определяется самой многоуровневой структурой мироздания, в котором существует сложная иерархия духовных миров, а окружающий нас мир, мир, каким мы его видим, есть их проекция, материальное воплощение.

С помощью телесных (животных) органов восприятия мы можем наблюдать только внешние, «поверхностные» проявления тех процессов, которые происходят в высших духовных мирах, не понимая их истоков и внутренних связей. И это закономерно: как уже говорилось, все наши органы ощущений фильтруют, обрабатывают и оценивают информацию, поступающую извне, в основном по признаку ее полезности для стратегии выживания – путем размножения, поглощения других форм жизни и адаптации к среде. Такой принцип получения информации в каббале называется эгоистическим (подробнее о значении этого понятия будет говориться в следующих разделах). Он лежит в основе и обыденного восприятия, и научных исследований. Наука – это то, что мы раскрываем в себе и окружающем мире, используя свою природу. Не изменяя ее, а просто используя. Это не означает, что между каббалой и наукой пролегает непреодолимая пропасть. Результаты научных исследований не противоречат тем общим законам мироздания, о которых говорит каббала, и даже подтверждают, что они существуют, как будет показано в этой книге. Хотя научный и каббалистический методы познания – это исследование человека и окружающего его мира на разных уровнях познания, тем не менее, они могут и должны дополнять друг друга.

Но, только развивая духовный орган восприятия, можно снять заслоны, которые сужают поток информации, и исследовать мир, не «поглощая» его в себя, а включаясь в него, не ограничиваясь его ощущением в пяти телесных органах чувств, как бы «эманируя вне тела». Тогда человек начинает видеть ту сеть сил, на которой лежит вся наша материя, весь наш мир, и те связи, которые соединяют объекты мироздания в одну общую систему, т. е. видеть то, чего раньше он не наблюдал, потому что работал не в подобных им свойствах, «не на той частоте».

Чтобы исследовать мир собой, стать «камертоном», не надо вводить себя в состояние, сходное с анабиозом, нужно изменить свою природу с поглощающей, а потому ограниченной, на природу отдачи, выводящую нас за пределы ощущения нашего тела, приподняться над эгоизмом. Само слово «исследование» в каббале имеет особый, непривычный смысл: постижение законов мироздания неотделимо и полностью зависит от духовного совершенствования, методика исследования мира и методика исправления человеческой природы слиты воедино. Причем именно в мере исправления своей природы, человек и постигает следующий уровень познания, «следующее измерение». «Исследуя» мир с помощью методики каббалы, человек «растет», приобретает новые свойства и поднимается по ступеням духовных миров, получая все больше знаний о сложной, единой энергоинформационной системе, в которой он находится и которую ранее не воспринимал.

Такой метод познания не является чем-то искусственным, выдуманным, он органично вытекает из базовых законов мироздания, в основе которых лежит взаимодействие двух сил.

2. Две силы

Каббала открывает нам, что в основе всего сущего лежит взаимодействие двух противоположных, разнонаправленных сил – желания отдавать и желания получать. Они и являются главными движущими силами эволюции, определяют принципы существования и динамику развития всех уровней и элементов мироздания: от духовных миров до воспринимаемого нами мира, от субатомных частиц до мегагалактик, от царства минералов до человеческого общества и самого человека.

Желание отдавать первично, и именно в нем заключено главное, творческое созидательное начало – энергия сотворения, высшая и самая тонкая из всех энергий. Известный каббалист Бааль Сулам в своем труде «Народ» (1940) сравнил ее действие с центробежным движением волн: сила отдачи течет изнутри в окружающий мир, формирует его, совершенствует, соединяет воедино разрозненные части и создает плотно интегрированные системы.

Эта основная сила называется в каббале Светом, Творцом, альтруизмом. Властвуя над всем мирозданием, она представляет собой наиболее общий, универсальный его закон – неизменный и вечный, по отношению к которому все остальные законы являются частными. Под его воздействием микрочастицы объединяются в атомы, клетки живого организма функционируют, как согласованное целое, люди создают общества. Идеи кооперации и общего блага, самопожертвования, любови к ближнему – все это разнообразные проявления альтруистической силы отдачи.

Вторая сила – желание получать, или эгоизм, является порождением первой. Этот «отпечаток», слепок и противоположность желания к отдаче, называется творением. В отличие от Творца, который представляет собой абсолютное добро, высшее благо и наиболее совершенное состояние, желание получать (творение) само по себе не может быть ни плохим, ни хорошим. В нем воплощается лишь стремление к наполнению тем наслаждением – Светом, которое дает ему Творец, или, иными словами, желание существовать. Это желание является материалом творения. И вся окружающая нас действительность представляет собой не что иное, как разные величины и формы его проявления.

Сила эгоизма, направленная на дезинтеграцию, играет важную роль в процессе эволюции, способствуя максимальной дифференциации каждого уровня и подсистемы мироздания. Это происходит за счет огромного количества самых разнообразных комбинаций и вариаций, которые возникают в зависимости от интенсивности желаний, их содержания и намерения. Однако если сила эгоизма используется с намерением получать исключительно ради себя, то может прямо или косвенно причинять зло ближним или окружающему миру и выполнять деструктивную роль.

Обе силы, образующие полюса базовой универсальной оппозиции, могут существовать только вместе – одна относительно другой. Творец – дающая сила – проявляется, «вызывается к жизни» лишь в том случае, если есть объект для отдачи, кто-то, кого можно наполнить, кто способен наслаждаться получением этой силы. Точно так же и желание получать не существует без чего-то, что может его наполнить, т. е. удовлетворить желание.

Между этими полюсами – силами, стоящими одна против другой и вместе с тем неразрывно связанными, возникает поле напряжения, в котором и разворачивается эволюционный процесс.

Взаимодействие, «игра» Творца и творения, альтруизма и эгоизма, – составляет контрапункт глобальной эволюции, приводя в действие и попеременно выводя на первый план то интегрирующие, то дезинтегративные процессы. Эгоистические желания способствуют усложнению уровней и систем мироздания, альтруистические – достижению более высокого уровня их структурированности, т. е. зрелости и оформленности, создавая тем самым возможность для перехода на новый уровень сложности.

Сама идея о том, что ход эволюции определяется взаимодействием двух противоположностей, появилась давно. Достаточно вспомнить дуальную оппозицию инь-ян в китайской мифологии и философии, «вражду-любовь» Эмпедокла, противоборство Добра и Зла в авраамических религиях, диалектику Гегеля. В научном эволюционизме второй половины XIX в. Г. Спенсер положил в основу своей теории противостояние сил дифференциации и интеграции[11]. В каждую эпоху эта универсальная идея получала новое наполнение, новый смысл в зависимости от уровня духовного развития человечества. Поэтому особенно важен тот факт, что в современном эволюционизме появилась теория коэволюции, согласно которой развитие неживой и живой материи определяется взаимодействием двух начал – «кооперативности» (коэволюции) и «конкуренции», причем основное значение придается первому началу, а не второму.

Надо сказать, что коэволюционные процессы – сопряженное развитие систем (или элементов внутри системы) с взаимными селективными требованиями – были уже давно выявлены в биологии. Однако они считались «периферийными», второстепенными и сводились лишь к разным видам симбиотических отношений (паразитизм, протокооперация, комменсализм, мутуализм и т. д.). В последние десятилетия понятие «коэволюция» вышло далеко за пределы биологии, приобрело гораздо более широкое, по сути, философское содержание, и дало основу для формирования новой научной познавательной модели, которая оказывает заметное влияние не только на естественнонаучную, но и на гуманитарную мысль, включается в изучение процессов, происходящих на всех уровнях организации живой и неживой материи: от субатомного и молекулярно-генетического до уровня общественной жизни и коэволюции идей.

Эта идея нанесла ощутимый удар по устоявшимся представлениям о конкуренции как главной движущей силе эволюции: коэволюционный подход разрушает прежний образ Природы как «войны всех против всех», как беспощадной борьбы за существование. Справедливости ради хотелось бы напомнить: Ч. Дарвин предупреждал, что использует понятие «борьба за существование» «в широком и метафорическом смысле, включая сюда зависимость одного существа от другого»[12]. Этот принцип распространялся им и на социальную жизнь: «Племя, состоящее из множества членов, которые, обладая в высшей степени духом патриотизма, верности, послушания, смелости и симпатии, всегда готовы помочь друг другу и пожертвовать собой во имя общего блага, имеет гораздо больше шансов победить другие племена; и это будет естественным отбором»[13]. Тем не менее, на протяжении долгого времени слова «борьба за существование» понимались буквально, что нашло свое крайнее выражение в социал-дарвинизме, утверждавшем: побеждает сильнейший. И тот факт, что роль коэволюционных процессов, кооперации (о которой, кстати, много писал в свое время русский философ-анархист П. Кропоткин) осознается именно сейчас, весьма знаменателен. Это – показатель важных трансформаций в сознании современного человека, в системе его ценностей: конкуренция если и не уступает место идеалам сотрудничества, взаимопомощи, солидарности, то, во всяком случае, заметно сдает позиции и уже не воспринимается как основной закон Природы, оправдывающий эгоцентризм в любых его проявлениях. Не случайно сторонники теории коэволюции считают, что ее распространение поможет перестроить взаимоотношения человека и природы и даже создать цивилизацию нового типа, основанную на сотрудничестве, ненасилии, кооперации и диалоге[14]. Современные исследователи, казалось бы, получают достоверные подтверждения того, что в эволюционном процессе проявляется нравственное начало.

3. Альтруизм в природе и обществе?

И все-таки правильно ли называть ведущие силы эволюции альтруизмом и эгоизмом? Ведь эти понятия обычно распространяются исключительно на сферу человеческих отношений. Действительно, только человек способен делать выбор между добром и злом, между любовью к ближнему, стремлением действовать на благо других людей или жить для себя, преследуя исключительно собственную выгоду, между желанием отдавать или отнимать.

Все остальные живые существа, населяющие Землю, не обладают сознанием и, соответственно, свободой воли и нравственностью. Их поведение стереотипно, ибо детерминировано инстинктивными, генетически заложенными и передающимися из поколения в поколение биологическими программами самосохранения, продолжения рода, обеспечения пищей и реагирования на вызовы окружающей среды.

Хорошо известно, что природа – вне морали, во всяком случае, в том смысле, который мы вкладываем в слово «мораль». На «равнодушную» природу, разумеется, нельзя прямо экстраполировать понятия «добро» и «зло», «альтруизм» и «эгоизм», выработанные и выстраданные человечеством в процессе его развития, нельзя приписывать ей человеческие качества – милосердие или жестокость. Такие экстраполяции – одно из стойких человеческих заблуждений, воспроизводящееся из века в век, несмотря на огромную цену, которую всякий раз приходится платить за детское желание видеть в природе свое отражение.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Э. Ласло в: С. Гроф, Э. Ласло, П. Рассел. Революция сознания. Трансатлантический диалог. М.: 2004, с. 14–15.

Вернуться

2

См., например: Пантин В. И. Мировые циклы и перспективы России в первой половине XXI века: Основные вызовы и возможные ответы. Дубна, 2009. С. 127.

Вернуться

3

Капра Ф. Дао физики. М., 2008. С. 342.

Вернуться

4

Крушанов А. А. Современный образ мира: признаки скрытой виртуализации // Виртуалистика: экзистенциальные и эпистемологические аспекты. М., 2004. С. 108–143. См. также: Актуальные проблемы философии науки. М., 2007.

Вернуться

5

См., например: Лайтман М., Розин В. М. Каббала в контексте истории и современности. М., 2006; Аршинов В. И., Лайтман М., Свирский Я. И. Сфирот познания. М., 2007; Лайтман М., Ласло Э. Вавилонская башня – последний ярус. Иерусалим, 2007; Лайтман М. Каббала и квантовая физика. М., 2008.

Вернуться

6

См.: Концепции самоорганизации: становление нового образа научного мышления. М., 1994. О современном статусе глобального эволюционизма. М., 1986. Родин С. Н. Идея коэволюции. Новосибирск, 1991. Уилбер К. Краткая история всего. М., 2006. Laszlo E. Evolution. The Grand Synthesis. Boston, 1987. Jantsch E. The Self-organizing Universe. N.Y., 1980. Spier F. The Structure of Big History: From the Big Bang until Today. Amsterdam, 1996.

Вернуться

7

Назаретян А. П. Универсальная (Большая) история – учебный курс и поле междисциплинарного сотрудничества // Вопросы философии. 2004, № 6. С. 70–71.

Вернуться

8

Pribram K. The Holographic Hypothesis of Brain Functioning // Ancient Wisdom, Modern Science. (S. Grof ed.). N.Y., 1984. P. 178.

Вернуться

9

Князева Е. Н., Курдюмов С. П. Основания синергетики. СПб., 2002. С. 109, 235–236.

Вернуться

10

Торчинов Е. Пути философии Востока и Запада: познание запредельного. СПб., 2007. С. 351.

Вернуться

11

Spenser H. First Principles. L., 1963. P. 216.

Вернуться

12

Дарвин Ч. Происхождение видов путем естественного отбора. СПб., 1991. С. 67.

Вернуться

13

Darwin Ch. The Descent of Man. L., 1871. Цит. по: Орлова Э. А. История антропологических учений. М., 2010. С. 134.

Вернуться

14

Карпинская Р. С., Лисеев И. К., Огурцов А. П. Указ. соч. С. 6, 99. См. также: Родин С. Н. Указ. соч.

Вернуться