Михаил Палатник
Время собирать камни…

© М. Палатник, 2015

© Некоммерческий фонд «Институт перспективных исследований», 2015

Предисловие: как я стал евреем (Что заставило меня взяться за перо)

Я принадлежу к тому поколению, которое узнавало о своей национальной принадлежности от «улицы». Мое раннее детство прошло в счастливом неведении. В детском саду все одинаково играли «в войнушку», мир был еще цельным, и мои друзья носили вполне русские имена и фамилии.

Не помню, чтобы дома это как-то особо обсуждалось, но уже в первом классе мои симпатии, казалось бы, сами собой стали склоняться на сторону мальчика с тысячелетней грустью в глазах и кудрявой и смуглой девочки со странным именем «Ида». Однако процесс осознания необъяснимой «особости», у которой было много плюсов, но и не меньшее количество минусов, затянулся как минимум еще лет на десять.

Мы получили эстафетную палочку поколений, но рука, ее передавшая, была скрыта от нас плотной завесой тумана. Никто не спешил рассказывать нам, кто мы такие, откуда и зачем идем. Как инопланетяне, волею судеб оказавшиеся на Земле, мы узнавали своих и старались держаться вместе. Неписаный и неосознанный закон взаимопомощи, заложенный у нас внутри, сближал и соединял совершенно разных людей, живших в разных местах и стоявших на разных ступенях социальной лестницы.

Но почему это должно быть так? Почему не знавшие ни своего языка, ни своих традиций, ни своих корней мы всё же обязаны были сохраниться как народ? На эти вопросы у меня не было ответов ни когда, отслужив в Советской армии, я попал в водоворот большой алии, ни когда, спешно сшивая разрушенную связь поколений, мы восполняли свое еврейское образование, ни когда изучали (а потом преподавали) иврит, язык наших предков и потомков, ни когда уже на земле этих предков и потомков мы продолжили свою «мирную» жизнь.

Вопросы о смысле жизни, о нашем предназначении и смутное представление о том, что в нас есть нечто «другое» и высшее, преследовали меня с детства. Богатая русская (и частично европейская) культура, питавшая мое детство и отрочество, как-то лежала в другой плоскости. Да и вообще, гуманитарные науки, к которым подталкивало меня мое филологическое окружение, казались мне чем-то слишком аморфным и недостаточно инструментированным. Мне казалось, что инструменты надо искать в точных науках, связанных с математикой и компьютерами.

Однако судьба твердой рукой вела меня к другому типу знания. Еще только на подступах к науке (я занимался проблемами искусственного интеллекта в Иерусалимском университете) я пришел к убеждению, что сама по себе наука слепа. Она нуждается в поводыре более высокого порядка, который направлял бы и контролировал ее развитие. В принципе, таким поводырем должна была быть философия. Но ее умозрительные построения интуитивно отталкивали меня своей замкнутостью, сложностью интеллектуальной игры при полном отсутствии доказательств и связи с реальностью. Игра в бисер!

К тридцати годам, пройдя по касательной мимо науки, философии и религии, я вполне разочаровался в возможности найти в них ответы на главные вопросы жизни. Оставались еще восточные учения, но мой мастер по тайчи и цигуну, побывавший в тибетских монастырях и лично по крупицам собравший и построивший свою методику, на вопросы выше уровня тела упорно молчал. На что-то намекал Ошо, что-то туманно обещала йога, но все эти прекрасные люди, искавшие себя в западных вариациях восточных учений и готовые вполне бескорыстно дарить тебе свои улыбки и объятия, оставляли ощущение какой-то недостаточности, битья головой в стеклянный потолок.

И вот, пройдя через семейный кризис и получив дополнительный заряд вопросов типа «За что?», «Почему?» и «Почему именно мне?», я наконец попал в то место, где давались ответы. Передо мной лежал путь, предлагалась методика его прохождения, и главное, самое главное – все вопросы вдруг получали понятные и ясные ответы. В какой-то момент даже пугающе ясные и окончательные. Это место и этот путь назывались «каббала».

К счастью, вскоре оказалось, что все ответы далеко не окончательные. На каждом этапе постижения человек уточняет свое восприятие – и так до достижения абсолюта. Слой за слоем мы углубляемся в тайны мироздания, превращая их в факты нашего мироощущения и осознания.

Так или иначе, вопросы, мучавшие меня много лет и казавшиеся принципиально неразрешимыми, вдруг стали проясняться перед моим изумленным взором. Туман, годами скапливавшийся в моей бедной голове, постепенно рассеивался, а кусочки вселенского пазла получали свое законное место в общей картине мироздания.

Один из вопросов, на который жизнь с удивительным постоянством наталкивала меня раз за разом, был вопрос об отношении к евреям. Если мы такие хорошие, почему другие этого не видят? Откуда эта стихийная ненависть, доводящая в общем-то неплохих людей до звериного обличья? Как может быть, чтобы все народы под дикие вопли и улюлюканье столетиями преследовали какой-то один другой народ? Что стоит за этим «явлением природы»?

Начав изучать каббалу, я понял, в чем корни этого явления и почему, несмотря на кажущийся прогресс человечества, оно никуда не уходит и постоянно повторяется. И самое главное, я получил ответ на вопрос, что надо делать для его искоренения и «исцеления». На тот вопрос, который веками мучил евреев, на который пытались найти ответ доктор Герцль и Владимир Жаботинский, и который в середине ХХ столетия привел к созданию государства Израиль.

Ответ, однако, лежал в другой плоскости. Антисемитизм и в самом деле – незарастающая рана на сердце человечества, эхо незалеченной боли, которую мир носит в себе уже почти 4 тысячи лет – с того самого момента, когда наш праотец Авраам покинул древний Вавилон.

Из каббалы получалось, что еще тогда Авраам предлагал своим соотечественникам объединиться и, фигурально выражаясь, вновь обрести утерянные «один язык и слова одни» (Бытие, 11:1), а тогдашний правитель Вавилона царь Нимрод не давал Аврааму распространять эти его «крамольные» идеи. В какой-то момент я стал очень ясно видеть, что, как это ни парадоксально, сегодняшнему миру не хватает именно чувства единства, духа товарищества, семейственности или взаимного поручительства, которые смог создать Авраам со своими учениками и последователями и которые он так и не смог передать своим вавилонским собратьям, не в силах преодолеть генеральную линию Нимрода.

Помню, как мы с группой моих соучеников под руководством нашего учителя, рава[1] Лайтмана, изучали «Предисловие к книге Зоар» крупнейшего каббалиста ХХ века Бааль Сулама. В конце Предисловия Бааль Сулам пишет, что, если евреи не передадут миру знание и методику достижения единства, народы мира не только будут ненавидеть и унижать их, но и вообще изгонят их из Страны Израиля, при этом преследуя и терзая их повсюду, где бы они ни находились. Веселую картину нарисовал нам каббалист! В то утро эта картина глубоко впечаталась в мое сознание.

Рав Йеуда Ашлаг (Бааль Сулам, 1886–1954) выдающийся каббалист, автор фундаментальных трудов «Талмуд эсер сфирот» («Учение десяти сфирот»), комментария на «Древо жизни» Ари и комментария «Сулам» на книгу Зоар. «Бааль Сулам», по названию его комментария, буквально означает «обладающий лестницей».

Буквально на следующий день наш учитель дал нам прочесть листы из неопубликованных, чудом уцелевших рукописей Бааль Сулама. После его смерти разрозненные части его архива оказались в самых разных местах. Рукописи, найденные в какой-то старой коробке в подвале ешивы, оказались бесценными материалами не только для изучающих каббалу, но, пожалуй, и для всего человечества. Спустя годы они были бережно и тщательно расшифрованы и изданы равом Лайтманом и его учениками под общим названием «Труды о последнем поколении».

Листы, которые дал нам прочесть рав Лайтман, содержали чёткие предписания и предвидения великого каббалиста о том, куда должно идти наше поколение. Они говорили о смертельной жажде, о дружбе и любви, об избавлении и предназначении. Вот эти слова:

«Вот притча о товарищах, заблудившихся в пустыне и страдавших от голода и жажды. Один из них обнаружил селение, изобилующее всяческими благами. Вспомнил он о своих несчастных братьях, но он уже ушел так далеко от них, что не знал, где они… Стал он громко кричать и трубить в рог: авось, его несчастные голодные товарищи услышат его голос, подойдут к нему и тоже войдут в это селение, изобилующее всяческими благами.

То же самое происходит и с нами. Вместе со всем человечеством мы заблудились в ужасной пустыне, а сейчас мы нашли величайшую сокровищницу, полную всех благ, т. е. каббалистических книг, которые насыщают наши страждущие души, наполняя их благом и наслаждением досыта, и не исчерпываются. Но память о товарищах, которые остались в ужасной пустыне, лишенные какой-либо помощи, не дает нам покоя. Но велико расстояние между нами, и не слышат они наши слова, и потому взяли мы этот рог, чтобы громко вострубить в него: авось, услышат нас братья наши, и приблизятся, и станут так же счастливы, как мы.

Знайте же, наши братья, плоть от плоти нашей, что главное в каббалистической науке – это знание того, как этот мир опустился с небесных высот до нашей низменности… Поэтому, исходя из предшествующих нам совершенных миров, очень легко найти все будущие исправления. Отсюда мы знаем, как исправить наш путь, начиная с этого мгновения. …Представьте себе, например, что нашли бы некую историческую книгу, описывающую последние поколения, которые будут жить через несколько десятков тысяч лет, как в отношении поведения общества, так и отдельной личности… В таком случае наши лидеры изыскали бы любые средства, позволяющие организовать жизнь, как у них: «И нет воплей на площадях ваших» (Псалмы, 14:14). На место продажности и ужасных страданий придет мир.

И вот, господа, перед вами в шкафу стоит эта книга. В ней рассказаны и объяснены как наука государственности, так и образ жизни индивидуума и общества – так, как это будет в конце дней. Это каббалистические книги, в которых приведен порядок исправленных миров… Откройте эти книги, и вы найдете все правильные порядки, которые раскроются в конце дней. Из них вы получите добрый урок, как уже сегодня вы можете устроить эти вещи в этом мире.

…Не могу я более сдерживать себя. И пришел я к решению раскрыть увиденное и найденное мною в этих книгах ради путей исправления гарантированного нам будущего. И вот трублю я в рог и призываю жителей мира, ибо, по моему мнению и оценке, этого будет достаточно, чтобы собрать всех избранных и они начали бы изучать и постигать эти книги. И тогда склонят они чашу своих весов и весов всего мира на чашу заслуг»¹.

Эти слова каббалиста, человека, которому раскрыты пути управления мира и которому бесконечно горько видеть страдания человечества, тронули мое сердце. Я понял, что этот отчаянный крик, этот звук рога, обращенный к нам, именно к нашему поколению, через десятки лет, через преграды языка, стиля, образа поведения и Бог знает чего еще должен дойти до адресата. Услышавший его обязан передать его всем остальным.

Конечно, в современном мире у людей, как правило, нет ни желания, ни терпения сидеть и спокойно читать книги, как представлял себе это Бааль Сулам. Однако суть посыла, заключенного в науке каббала, которая ставит во главу угла любовь и соединение людей, от этого не меняется. К сожалению, с началом нового тысячелетия юдофобия снова начала набирать обороты, причем на этот раз во всем мире. Призрак антисемитизма бродит по миру. Постепенно распространяясь, подобно ядовитому грибу, он грозит заразить собой целые народы, а это чревато повторением ужасов не такого уж далекого прошлого.

Однако против этого у нас существует лекарство. Как только евреям удается объединиться, змей тут же прячет свою голову. Дух взаимной помощи и ответственности друг за друга всегда был нашим главным оружием, щитом против всех выпадавших на нашу долю несчастий. Сейчас нам нужно снова «препоясаться» этим духом и облачиться в него, так чтобы его целительное тепло приняло нас в себя. А сделав это, мы должны будем поделиться этим духом со всем остальным миром, ведь в этом и состоит наше предназначение – быть «светом для других народов».

Рав Барух Шалом Ашлаг (Рабаш, 1907–1991) каббалист, сын и продолжатель дела Бааль Сулама, автор нескольких сотен уникальных статей, излагающих всю методику внутренней работы человека.

Думается, что осознанно или неосознанно каждый человек желает получить ответы на главные вопросы своей жизни, а если этот человек еще и еврей, он в глубине души хочет получить «лекарство» против антисемитизма. Поскольку и на то, и на другое я получил ответы от своего учителя, а он, в свою очередь, получил их по цепочке от своего учителя Рабаша и его великого отца Бааль Сулама, я решил, что настало время попытаться предать бумаге всё то, чему я у них научился. Именно они научили меня, что значит быть евреем, зачем евреи нужны в этом мире и что значит быть верным своему предназначению. Но самое главное – они научили меня любить. И делиться этой любовью, как делает Творец.

Введение

Если взять связку прутьев, то сломать их все сразу невозможно. Но если брать их по отдельности, то даже ребенок может их сломать. Так же и сыны Израиля не будут избавлены, пока не образуют все вместе одну связку.

Мидраш Танхума, Ницавим, гл. 1

На протяжении всей истории еврейского народа единство и взаимное поручительство (иначе называемое взаимной ответственностью) были отличительными чертами нашей нации. Бесчисленные мудрецы и духовные лидеры поколений писали о значении этих двух ноу-хау, называя их сердцем и душой нашего народа и утверждая, что спасение и избавление могут прийти только при условии единства Израиля.

На самом деле идея единства была настолько выше всего остального, что превосходила по своей значимости идею преданности Творцу и даже соблюдение заповедей. Очень многие духовные лидеры еврейского народа и священные тексты, – создаваемые из поколения в поколение, подчеркивают важность единства как первостепенной ценности. Трактат Дерех-Эрец Зута, написанный примерно тогда же, когда и Талмуд, приводит одно из многочисленных изречений в этом роде: «Даже когда сыны Израиля поклоняются идолам, но между ними мир, Творец говорит: "Нет у Меня желания вредить им"… Но если они в ссоре, что сказано о них? "Разделено сердце их, – будут они теперь осуждены"»².

После разрушения Второго Храма преобладающее значение единства и братской любви достигло своего апогея. Вавилонский Талмуд среди множества других источников учит нас, что причиной разрушения Второго Храма стали беспричинная ненависть и разобщенность внутри Израиля. Источники говорят, что беспричинная ненависть наносит такой вред, что по своему действию она равносильна трем великим грехам, приведшим к разрушению Первого Храма, взятым вместе, – идолопоклонству, кровосмешению и кровопролитию. Трактат Йома говорит нам об этом прямо: «Второй Храм… почему был разрушен? Потому что при нем была беспричинная ненависть, что учит тебя тому, что беспричинная ненависть равна трем прегрешениям [вместе]: идолопоклонству, кровосмешению и кровопролитию»³.

Очевидно, единство, братская любовь и взаимное поручительство не только заложены в наших генах, но и являются той палочкой-выручалочкой, которая спасла наш народ от множества бедствий, а ее отсутствие, наоборот, приводило к тому, что эти бедствия сыпались на нас, как из рога изобилия. В наше сложное время, время непомерно выросшего самолюбования и нарциссизма, мы нуждаемся в единстве больше, чем когда-либо, и, тем не менее, именно сейчас оно отдалилось от нас как никогда.

3400 лет назад мы стояли у подножия горы Синай как один человек с единым сердцем. Благодаря этому мы стали народом. С этого момента единство поддерживало нас и в радости, и в горе. Как написано в известной хасидской книге «Маор ва-Шемеш»[2] («Свет и солнце»), «…хотя люди поколения Ахава поклонялись идолам, они вступили в войну и одержали победу, потому что между ними было единство. Это тем сильнее, когда в Израиле есть единство, и [сыны Израиля] занимаются Торой ради самой Торы… и этим они побеждают всех, кто против них, и что бы ни произносили уста их, Творец исполняет по воле их»⁴.

Под водительством Моисея мы вышли из египетского плена, и пришли в Ханаан и, завоевав его, превратили его в Страну Израиля, но затем снова ушли в изгнание – на этот раз в Вавилон. А когда Мордехай объединил нас, мы вернулись из вавилонского плена – к сожалению, только два колена из двенадцати – и отстроили Второй Храм. Пока мы были едины, мы сохраняли независимость, и существовал Храм. Но как только мы отказались от братской любви, мы были покорены врагами и ушли в изгнание на долгие столетия.

И всё же разобщенность и беспричинная ненависть, приведшие к разрушению Второго Храма и изгнанию народа из его страны, не остановили наше развитие в изгнании. Почти два тысячелетия мы оставались верны самим себе, не принимая активного участия в культурной жизни тех народов, среди которых мы жили.

Однако, начиная с эпохи Просвещения, мы постепенно стали принимать культуру, которая приветствовала личные достоинства и индивидуальные успехи и поощряла эксплуатацию слабых и неимущих. В последние десятилетия мы достигли таких внушительных успехов на ниве корыстолюбия и тщеславия, что стали полной противоположностью гуманистическому обществу взаимной заботы, которое мы создали своими руками на заре существования нашего народа.

Сегодня в мире у руля стоят эгоизм и самолюбование, доведенное до нарциссизма. В книге «Эпидемия нарциссизма: жизнь в эпоху самомнения» описывается то, что ее авторы назвали «неумолимым ростом нарциссизма в нашей культуре»⁵ и связанные с этим проблемы. Нарциссизм распространяется в западном обществе со скоростью эпидемии. Существует мнение, что причины затяжного экономического кризиса, начавшегося в 2008 году, были изначально вызваны завышенной самооценкой и нарциссизмом, охватившим в первую очередь американское общество.

В это самое время большая часть нас, евреев, когда-то исповедовавших принцип «Возлюби ближнего своего, как самого себя», не просто наблюдает победное шествие эгоизма по планете со стороны, а принимает в нем активное участие, очень часто возглавляя его и пожиная его первые и самые сладкие плоды. Правило «с волками жить – по-волчьи выть» мы принимаем с необыкновенным энтузиазмом и, как правило, воем гораздо сильнее и громче, чем сами волки. Многие еврейские имена – от Ротшильда до Абрамовича – стали нарицательными и обозначают «власть» и «богатство», причем часто с негативным оттенком.

Нет никакого сомнения, что мы добиваемся богатства и власти не для того, чтобы продемонстрировать всему миру превосходство нашего наследия. Однако, когда за евреями закрепляется дурная слава из-за двух упомянутых «добродетелей», эта слава распространяется не только на их «заслуги», но и на их наследие.

Каким бы несправедливым это ни казалось, евреи и еврейское государство всегда воспринимаются иначе, чем другие страны и народы. Они вызывают особое отношение – как в хорошем, так и в плохом смысле. И у этого есть свои причины.

Когда Авраам открыл, что миром правит одна-единственная сила, которую мы называем «Творец», или «Бог», или «Адонай» (Ашем), он хотел рассказать об этом всему миру. Как вавилонянин, обладавший высоким социальным и духовным статусом, сын производителя идолов, он вполне мог быть услышан. Только когда царь Нимрод попытался убить его и затем изгнал его из Вавилона, он ушел в другое место и, в конце концов, пришел в Ханаан.

Рамбам (Моше бен Маймон, Маймонид, 1135–1240) великий философ, каббалист, талмудист и врач. Духовный лидер своего поколения.

Изображение XIX в.

Но, как сообщает великий Рамбам (Маймонид), по дороге он повсюду искал родственные души, с которыми он мог бы поделиться своим открытием. «Начал он громогласно призывать всех людей, рассказывая им, что во всем мире есть один Бог… Он шел, созывая и собирая народ от города к городу, от царства к царству, пока не пришел в страну Ханаан… А когда люди сходились к нему и спрашивали его о словах его, рассказывал он каждому… пока не возвращал его на путь истины, пока не собрались вокруг него тысячи и десятки тысяч, и они называются домом Авраама. И посеял он в сердцах их этот великий принцип, и написал о нем книги. И передал он его сыну своему Ицхаку. И Ицхак сидел, и учил, и возвращал [на путь истины]. А Ицхак передал его Яакову и поручил ему учить [людей], и он сидел и учил… А праотец Яаков учил всех сыновей своих, и выделил Леви, назначив его главным, и посадил его в дом учения, чтобы учил он пути Творца»⁶.

Начиная с Яакова, как сказано в известной книге «Кузари» Йеуды а-Леви, «божественное раскрылось в собрании, и с того времени ведется счёт, по которому мы считаем годы [наших] прародителей, как это передано нам в Торе Моисеевой. И известно нам, что происходило от Моисея до сего дня»⁷.

Йеуда а-Леви (Галеви, 1075–1141)поэт, философ и каббалист. Самое известное его произведение – «Сэфер а-Кузари» («Кузари», букв. «книга хазара») – рассказывает о том, как хазарский царь ищет истинную религию. Философ, христианин и мусульманин не убеждают царя, и после беседы с иудеем он выбирает иудаизм.

Итак, единство было необходимым условием раскрытия ощущения Бога, или Творца, как чаще называют Его каббалисты (по причинам, обсуждение которых лежит за пределами этой книги). Без единства постижение было просто невозможно. Люди, способные объединиться, стали народом Израиля и постигли Творца, то есть единую силу, создающую, ведущую и поддерживающую всё мироздание. Те, кто не мог объединиться, остались без этого ощущения, но, тем не менее, с чувством, что у израильтян есть некое знание, которое им не дано, нечто, что по праву должно принадлежать и им тоже, но они по какой-то причине этого лишены.

Это и есть корень ненависти к Израилю, позже переросшей в антисемитизм. Это смутное ощущение того, что у евреев есть нечто, чем они не хотят делиться со всем миром, хотя и обязаны это сделать.

Евреи и в самом деле должны поделиться этим со всем миром. Авраам пытался поделиться своим открытием со своими соотечественниками вавилонянами, и его потомки должны сделать то же самое. Это и означает быть «светом для других народов». Это та обязанность, о которой великий рав Кук, первый раввин Страны Израиля, писал своим возвышенным поэтическим слогом: «…Истинное движение еврейской души во всем ее величии… выражается только лишь в ее вечной святой силе, текущей в самой сердцевине ее духа. И это то, что сделало, и делает, и еще сделает ее народом, несущим свет другим народам, и спасение, и избавление – всему миру…»⁸.

Рав Авраам Ицхак Кук (1865–1935) крупнейший раввин, каббалист и общественный деятель. Первый главный раввин Страны Израиля и вдохновитель религиозного сионизма.

Это та самая обязанность, о которой в известной хасидской книге «Сфат Эмет»[3] написано: «Получив Тору, сыны Израиля стали гарантами исправления всего мира, и других народов тоже»⁹.

Рабби Шмуэль Борнштейн (1855–1926) второй сохачевский ребе, внук Менахема Меднла из Коцка, автор книги "Шем ми Шмуэль" ("Имя от Самуила"), одной из основных книг хасидизма.

Но что же именно мы должны передать другим народам? Выясняется, что это то единство, которое позволяет раскрыть единственную и единую созидающую силу, или Бога, или Творца. Как написано в другой хасидской книге «Шем ми-Шмуэль» («Имя от Самуила»): «…цель творения состояла в том, чтобы все стали одним целым… но из-за греха всё настолько испортилось, что даже лучшие в тех поколениях были не в состоянии соединиться вместе для служения Творцу, а были одиночками…»¹⁰.

Поэтому, как продолжает автор, объединялись только те, кто мог это сделать, тогда как все остальные отделились от них до той поры, когда они смогут войти в это единство. Он пишет: «Исправление началось с того, что возникло собрание и объединение людей для служения Творцу, начавшееся с праотца Авраама и его потомков, которые должны были стать сплоченной общиной для служения Творцу. Мысль Творца состояла в разделении людей, то есть вначале произвел Он разделение всего рода человеческого в поколении раздора, и разделились все грешники… И тогда началось объединение для служения Творцу, ибо праотец Авраам ходил и призывал именем Творца, пока не собралась у него большая община, получившая название «люди дома Авраамова». И это всё росло и росло, пока не стало народом общины Израиля… А завершение исправления наступит в будущем, когда станут все одним целым, чтобы исполнить волю Твою полным сердцем»¹¹.

В сегодняшнем насквозь глобализованном мире жизненно необходимо, чтобы абсолютно каждый познакомился с принципом единения как средства постижения Творца. Когда каждый человек узнает и всем сердцем примет этот принцип, на земле естественным образом наступят и мир, и братская любовь.

На самом деле, по словам крупнейшего каббалиста ХХ века рава Йеуды Ашлага (известного под именем «Бааль Сулам»), необходимость познать Творца является безотлагательной вот уже почти сто лет. В статье «Мир в мире», написанной в начале 30-х гг. прошлого века, Бааль Сулам объясняет, что наша абсолютная взаимозависимость заставляет нас использовать законы взаимной ответственности на уровне всего мира. Хотя термина «глобализация» тогда еще не существовало, его слова прекрасно иллюстрируют неотложную необходимость превращения мира в одно единое целое.

Бааль Сулам пишет о глобализации и взаимной зависимости: «И не удивляйся тому, что я смешиваю благополучие одной общины с благополучием всего мира, ведь на самом деле мы уже достигли такого уровня, что весь мир считается одной общиной, одним обществом. Иными словами, каждый человек в мире, из-за того что получает жизненные силы и обеспечение от всего человечества, обязан служить всему миру и заботиться о его благе.

…Таким образом, нельзя говорить о возможности установления добрых и счастливых порядков благополучного развития в отдельной стране, если это не будет происходить во всех странах мира, и наоборот. Ведь в наше время страны уже связаны в обеспечении жизненных потребностей, подобно тому как в первобытные времена были связаны члены одной семьи. Поэтому бесполезно продолжать обсуждать и налаживать справедливый порядок, гарантирующий благополучие отдельно взятой страны или одного народа. Нужно заниматься благополучием всего мира. Ибо благо и зло отдельного человека в мире зависит от блага людей во всем мире и меряется только им»¹².

Однако для того, чтобы мир смог достичь единства и взаимной ответственности, ему нужен образец для подражания – группа или коллектив, которые могли бы, реализовав единство на практике, постичь Творца и личным примером проложить дорогу всему остальному человечеству. И поскольку мы, евреи, уже были там, и мир подсознательно ощущает это, наш долг – возродить между собой братскую любовь, постичь единую силу и передать как методику единения, так и постижение Творца всему остальному человечеству. В этом и состоит роль евреев – нести свет Творца всему миру, быть светом для других народов.

В статье «Любовь к Творцу и любовь к людям» Бааль Сулам ясно описывает, как это работает: «Народ Израиля был установлен как «проводник», и в той мере, в которой сами сыны Израиля соединяются благодаря соблюдению Торы [закона единства, который, как было сказано в Предисловии, является условием постижения Творца], они передают свою силу другим народам, а когда и остальные народы склонят чашу своих весов на сторону заслуг [объединятся и постигнут Творца], раскроется Машиах [сила, вытаскивающая нас из эгоизма]»¹³.

Аналогичным образом описана роль евреев по отношению к другим народам и в книге «Сфат Эмет»: «Казалось бы, сыны Израиля, получатели Торы, являются должниками, а не гарантами, однако сыны Израиля стали гарантами исправления всего мира с помощью Торы. И в этом смысл сказанных о них слов: «И вы будете Мне царством священников и святым народом»… И отвечали они на это: «Всё, что изрек Творец, исполним», – что означает исправить всё творение… ведь, на самом деле, всё зависит от сынов Израиля. Насколько они исправляют себя, настолько все творения устремляются за ними. Подобно раву [учителю]: насколько он исправляет себя, настолько устремляются за ним ученики… так же и всё творение устремляется за сынами Израиля»¹⁴.

Глава 1. Есть такая нация! (Как возник народ Израиля)

Прежде чем говорить о значении народа Израиля и его положении в мире, было бы неплохо разобраться, зачем эта нация вообще появилась на свет и как это происходило. Для начала перенесемся на четыре тысячи лет назад в Древнюю Месопотамию, что по-древнегречески означает просто «Междуречье». В плодородной долине между реками Тигр и Евфрат на территории современного Ирака, на памяти нашего поколения превратившегося в настоящий ад, был расположен древний рай, колыбель всей нынешней цивилизации. Страна называлась Вавилонским царством; экономическая, культурная и духовная жизнь здесь била ключом, а нам она должна была врезаться в память по упорно вдалбливаемым школьным учителем законам Хаммурапи[4]. Собственно, примерно об этом времени мы и поговорим.

Фрагмент свода законов Хамураппи (17–18 вв. до н. э.) Найден на севере Израиля.

Сердцем Вавилонского царства был город Вавилон, имя которого на многие столетия стало нарицательным для обозначения стечения многочисленной разношерстной публики. Но тогда возникшие там социокультурные условия стали идеальной лабораторией для возникновения и процветания самых разных верований и учений. Вавилоняне поклонялись самым разнообразным божествам. «Сефер а-Яшар» («Книга Праведного»)[5] описывает жизнь и религиозные предпочтения древних вавилонян следующим образом: «В те дни каждый житель той страны сделал себе своего идола, деревянного или каменного, и служил ему. И стали они им богами. И в те дни царь и все слуги его, и Терах [отец Авраама], и все домочадцы его были первыми в поклонении дереву и камню.… И служил им [Терах], и поклонялся им, и всё поколение то делало так же. А Бога, сотворившего их, оставили они. И не было ни одного человека во всей стране, который знал бы Творца»¹⁵.

Однако сын Тераха Авраам, которого тогда еще звали Аврам, обладал особым, уникальным даром, прославившим его на все века и сделавшим его впоследствии основателем как минимум трех важнейших религий. Ему была дана особая чувствительность, удачно сочетавшаяся с чисто научной жаждой познания истины. Будучи человеком сердобольным, он обратил внимание на то, что жители его родного города почему-то стали необыкновенно несчастными. Размышляя об этом, он пришел к выводу, что их беда состоит в том, что ими овладели внезапно выросший эгоизм и взаимная отчужденность. За относительно короткий период времени от единства и взаимной заботы, когда у них были «один язык и одна речь»[6], они дошли до такого уровня тщеславия и разобщенности, что сказали: «Давайте построим себе город и башню, главою до небес, и создадим себе имя»[7].

Они были настолько заняты строительством башни своей гордыни, что совершенно забывали о людях, которые еще недавно были для них как родные. Один из мидрашей[8], «Пиркей де-рабби Элиэзер», живо описывает нам не только уровень вавилонского тщеславия, но и то отчуждение, с которым они стали относиться друг к другу. «Сказал Нимрод народу своему: «Давайте построим себе город великий и станем жить в нем, чтобы не рассеяться по всей земле, подобно древним. И построим себе в нем башню великую, возносящуюся до небес… и обретем себе имя великое на земле…».

Построили они ее высоко… те, кто поднимал кирпичи, поднимался с восточной стороны башни, а те, кто спускался, спускался с западной стороны башни. И если падал кто-нибудь и умирал, не обращали на него внимания, но если падал кирпич, сидели они и плакали, говоря: "Когда еще поднимется вместо этого другой?!"»¹⁶.

Авраама беспокоили взаимоотношения между его соплеменниками, и он приходил к башне и наблюдал за поведением строителей. В «Пиркей де-рабби Элиэзер» описана та враждебность, которую он там видел: «Авраам, сын Тераха, проходил мимо и видел, как они строят город и башню». Он пытался говорить с ними, рассказывая им о Творце – той управляющей силе, которую он раскрыл, и уверяя их, что всё будет просто замечательно, если только они тоже примут на себя закон единства. «Но, – как написано в мидраше, – противны были им речи его». «Хотели они говорить каждый на языке другого», как раньше, когда был у них один язык, «но не знали они языка друг друга». «Что же сделали они? Каждый вынул свой меч, и стали они биться друг с другом насмерть. И полмира погибло там от меча»¹⁷.

Видя ужасающую ситуацию внутри своего народа, несмотря на сопряженный с этим риск, Авраам решился начать распространять открытые им принципы. В своем известном сочинении «Мишне Тора» Рамбам описывает решимость Авраама и то, какие усилия он предпринимал, чтобы раскрыть основы мироздания: «Как только его отняли от груди, этот гигант начал задаваться вопросами. Еще совсем маленьким он думал день и ночь, спрашивая себя, как возможно, чтобы эта [небесная] сфера находилась в постоянном движении, и не было бы у нее движителя. Кто же поворачивает ее, ведь не может же она сама вертеть себя! И не было у него ни учителя, ни передавшего ему что-либо, а прозябал он в Уре Халдейском среди глупых идолопоклонников. Отец и мать его, и весь народ были идолопоклонниками, и он служил идолам с ними вместе»¹⁸.

В результате своих поисков Авраам раскрыл единство мироздания, ту единую силу творения, которая создает, поддерживает и ведет всё мироздание к цели. По словам Рамбама, Авраам «постиг путь истины… благодаря своему верному пониманию. И знал он, что есть там один Бог, и это Он вращает [небесную] сферу, и Он создал всё, и нет во всей вселенной Бога, кроме Него»¹⁹.

Чтобы точнее понять, что именно постиг Авраам, надо понимать, что, когда каббалисты говорят о Боге, они не имеют в виду некое всемогущее существо или силу, которой надо поклоняться, умоляя и ублажая ее, а она в ответ будет награждать своих верных служителей здоровьем, благосостоянием, долголетием и другими прелестями этого мира. В противоположность этому каббалисты отождествляют Бога с Природой – с Природой в целом.

Рав Йеуда Ашлаг, Бааль Сулам, неоднократно просто и доходчиво объясняет значение понятия «Бог». Вкратце его объяснение сводится к тому, что «Бог» – это синоним понятия «Природа». В статье «Мир» Бааль Сулам пишет: «Чтобы больше не пользоваться двумя этими обозначениями, – «Природа» и «Управляющий», – между которыми, как я доказал, нет различия… нам будет лучше… принять слова каббалистов о том, что слово «Природа» и слово «Бог» (Элоким) имеют одно и то же численное значение [то есть обозначают то же самое]. Тогда смогу я называть божественные законы заповедями Природы, и наоборот – ведь это одно и то же. И не нужно будет более тратить слова без всякой цели»²⁰.

«Когда ему было сорок лет, – пишет Рамбам, – познал Авраам Творца своего»²¹, – то есть тот единый закон Природы, который создает любой объект или явление. Авраам хотел поделиться своим открытием со всеми, и «он начал давать ответы жителям Ура Халдейского и обсуждать с ними, говоря, что путь их – не истинный»²². Увы, местный истеблишмент в лице вавилонского царя Нимрода не поддержал начинание Авраама.

Один из самых известных мидрашей, Мидраш Раба, приводит нам живое описание конфликта Авраама с Нимродом, рассказывая о трудностях, которые испытывал Авраам из-за своего открытия и бескомпромиссной приверженности открытой им истине. Интересно наблюдать запальчивость молодого Авраама. Мидраш говорит о том, что Терах был идолопоклонником и зарабатывал свой хлеб продажей этих самых идолов. Однажды он куда-то ушел и попросил Авраама подменить его в лавке. Вошел мужчина, пожелавший купить себе идола по сходной цене. «Сколько тебе лет, дядя?» – поинтересовался юноша. «Лет пятьдесят, шестьдесят», – неопределенно отвечал тот, крутя рукой в воздухе. «И не стыдно тебе? Тебе шестьдесят, а ты собрался поклоняться болванке, которой и дня еще не исполнилось?» И мужчина ушел пристыженный²³. Как видим, коммерция не была у Авраама на первом месте.

Затем в лавку зашла женщина с миской тонкопросеянной муки. «Вот, – сказала она Аврааму, – поднеси это идолам». Как только женщина вышла, Авраам вскочил, схватил дубину и расколотил всех идолов, кроме одного из них – самого большого. Оставшемуся идолу он вложил в руку дубинку. Когда вернулся отец, он гневно спросил: «Кто всё это натворил?» Авраам честно ответил: «Приходила женщина, приносила миску муки, чтобы поднести ее идолам. Я передал им ее подношение, но они стали ссориться. Один сказал: «Чур, я буду есть первым!», а другой говорит: «Нет, я!». Пока самый большой не схватил дубинку и не разбил их всех». «Что ты из меня дурака делаешь? – сказал отец. – Разве могли они это сделать?» На что юный Авраам, не растерявшись, торжественно ответил: «Да не услышат уши твои то, что рекут уста твои!»²⁴.

Тут папа Терах наконец понял, что один он не сможет унять разгулявшегося отпрыска, и призвал на помощь Нимрода, который был не только царем, но по совместительству занимал должность главного религиозного авторитета Вавилона и окрестностей. Нимрод был человек крутой и знал, что ересь лучше всего выжигать огнем. «Поклонись огню», – потребовал он. «А может, лучше воде, которая гасит огонь?» – ловко парировал Авраам. Нимрод был не против: «Поклонись воде». Но Авраам только начал: «А может, нам лучше поклониться облаку, несущему воду?» «Пожалуйста, поклонись облаку», – пожал плечами Нимрод. «Но в таком случае отчего же не поклониться ветру, который разгоняет облака?»

Нимрод уже начинал терять терпение. Этот Авраам просто издевается! «Ну, поклонись уже ветру, если тебе это больше нравится!» Нимрод проявлял чудеса терпения. Но не тут-то было. Авраам не унимался: «А может, ты еще скажешь поклоняться человеку, который выдерживает ветер?» И тут терпение Нимрода кончилось. Он понял, что Авраам человек принципиальный и пора переходить от слов к делу. «К чему все эти бесполезные разговоры? – сказал Нимрод. – Лично я поклоняюсь огню, куда тебя с превеликим удовольствием брошу, и пусть твой единый Бог, которому ты поклоняешься, придет и спасет тебя. А мы все посмотрим». И он торжествующе взглянул на толпу сподвижников.

В этой толпе стоял и Аран, несчастный брат Авраама, который не знал точно, как ему поступить, если его призовут к ответу как члена семьи и потенциального диссидента. Не будучи посвящен в детали Авраамова открытия, Аран принял промежуточное решение. «Если победит Авраам, – рассуждал он, – скажу, что я с Авраамом. Если победит Нимрод – скажу, что с Нимродом». И действительно, после того как Авраама бросили в огненную печь и он вышел оттуда цел и невредим, пришла очередь Арана. «Ну, а ты с кем?» – спросили его. «С Авраамом», – бодро ответил Аран, и немедленно был брошен туда, откуда только что вышел Авраам. И так он сгорел на глазах любопытной толпы и отца своего Тераха²⁵.

Так говорит мидраш. На то он и мидраш, что пользуется языком иносказания, и легко читается, как сказка или легенда. Исходя из каббалистического понимания и зная, чем именно занимался Авраам, можно с уверенностью утверждать, что Аран не выдержал испытания завистью и сгорел в огне ненависти к другим. В чем тоже, конечно, хорошего мало…

Итак, Авраам в принципе успешно противостоял Нимроду, но был изгнан из Вавилона как диссидент и перебрался в Харан[9]. Однако изгнание из Вавилона не помешало Аврааму продолжать распространять свое открытие. Рамбам подробно рассказывает нам об этом в уже цитированной нами книге «Мишне Тора». Не поленимся и приведем этот рассказ еще раз. «Начал он громогласно призывать всех людей, рассказывая им, что во всем мире есть один Бог… Он шел, созывая и собирая народ от города к городу, от царства к царству, пока не пришел в страну Ханаан…»²⁶.

Пути Авраама

«А когда люди сходились к нему и спрашивали его о словах его, рассказывал он каждому… пока не возвращал его на путь истины, пока не собрались вокруг него тысячи и десятки тысяч, и они называются домом Авраама. И посеял он в сердцах их этот великий принцип, и написал о нем книги. И передал он его сыну своему Ицхаку. И Ицхак сидел, и учил, и возвращал [на путь истины]. А Ицхак передал его Яакову и поручил ему учить [людей], и он сидел и учил… А праотец Яаков учил всех сыновей своих, и выделил Леви, назначив его главным, и посадил его в дом учения, чтобы учил он пути Творца»²⁷.

Чтобы быть уверенным, что открытая ими истина не затеряется в последующих поколениях, Яаков «заповедовал сыновьям своим не прекращать назначать [главного] из сынов Леви, так чтобы не забылось это учение. И усилилось и распространилось оно среди сыновей Яакова и сопровождавших их»²⁸.

Израиль как страстное желание

Что самое удивительное, в результате усилий Авраама возник новый, ни на кого не похожий народ, который знал глубочайшие тайны бытия, основные законы мироздания, так сказать, Единую Теорию Всего-На-Свете. Как выразился Рамбам, «и возникла в мире нация, знающая Бога»²⁹.

На самом деле «Израиль» – это не только название народа, страны или государства. На языке оригинала, иврите, слово «Исраэль» состоит из двух частей: первые три буквы образуют слово «яшар» (прямо), а оставшиеся две, «алеф» и «ламед», означают «Бог» – «Эль». Получается, что «Израиль» означает желание прямо и непосредственно познать Бога, Творца, или – более обобщенно – раскрыть основной закон мироздания. Как пишет рабби Меир ибн Габбай, «в смысле слова "Израиль» есть еще и значение "яшар Эль" ("прямо к Богу")»³⁰. В толковании на путевую молитву великий каббалист Рамхаль пишет просто: «Израиль – яшар Эль»³¹.

Рабби Меир ибн Габбай (1480–1540) известный каббалист периода изгнания из Испании. Автор книги «Аводат кодеш».

Другими словами, изначально «Израиль» – это не этническая принадлежность, а скорее название или направленность того желания, которое привело Авраама к его открытиям. Этнически первые израильтяне были или вавилонянами, или представителями других народов, присоединившихся к группе Авраама по дороге. Для древних израильтян значение их самоназвания было абсолютно ясно. Как пишет Рамбам, у них были учителя – левиты, которые обучали их жить согласно основным законам мироздания.

Рамхаль (акроним имени Моше Хаим Луцатто, 1707–1746) один из крупнейших еврейских мыслителей, каббалист, поэт и драматург.

Тем не менее сегодня для нас уже совсем не очевиден тот факт, что слово «Израиль» по сути дела означает желание познать основной закон мироздания, а не указывает на генетическое происхождение. Почти две тысячи лет скрытия правды – со времен разрушения Второго Храма – совершенно стерли из нашего сознания простую истину, что открытие Авраама изначально предназначалось для всех людей в мире, ведь сам Авраам хотел сообщить о нем всем жителям Вавилона, от которых так или иначе происходит практически вся нынешняя цивилизация.

На протяжении всех этих лет только каббалисты сохраняли эту истину из поколения в поколение. Многие из них в своих книгах открытым текстом писали, что «Исраэль» значит «Яшар Эль», то есть «прямо к Творцу». Это, например, написано в известном комментарии ХVI в. на Тору «Кли якар»32 рабби Шломо Эфраима из Лунчица. В ХVIII в. об этом писал в своей книге «Ор Хаим»³³ крупный каббалист Хаим Ибн Аттар. То же самое написано в книге одного из лидеров хасидизма рабби Леви Ицхака из Бердичева «Кдушат Леви»³⁴. И таких примеров много.

Шломо Эфраим из Лунчица (1550–1619) выдающийся комментатор Торы, автор комментария «Кли якар».

Хаим ибн Аттар (1696–1743) крупный каббалист, комментатор Торы и Талмуда. Автор книги «Ор Хаим».

Леви Ицхак из Бердичева (1740–1810) один из крупнейших хасидских учителей, третье поколение после Бааль Шем Това.

При этом сегодня необходимость раскрыть эту силу актуальна как никогда. Со времен Авраама в природе ничего не изменилось – тот же Творец и сейчас является единой и единственной силой, которая творит жизнь, управляя ею и поддерживая ее каждую секунду. Изменилось лишь то, что сегодня истинное знание о Творце превратилось в неотложную необходимость. Если во времена Древнего Вавилона кроме пути истины, предложенного Авраамом, у человечества было множество других вариантов, сегодня альтернативные пути развития общества всё больше и больше демонстрируют свою несостоятельность и неспособность решить проблемы деградирующей социальной морали и разобщенности.

И в самом деле, со временем вавилонская культура и вавилонский народ рассеялись по всему миру. Изначальная разобщенность и дисгармония в обществе, в итоге приведшие к распаду и падению – что символически отразилось в падении Вавилонской башни, – стали не так заметны и уже не колют глаза. Тем не менее, переселившись и осев на новых местах, бывшие граждане Вавилона, сами того не сознавая, несли с собой вавилонскую культуру с заложенной в ней, подобно бомбе замедленного действия, разрушительной тенденцией. Рано или поздно эти семена вражды должны были прорасти распрями и междоусобицами.

Сегодня, в эпоху глобализации, любой кризис грозит перерасти в глобальный. За совершаемые нами ошибки расплачиваемся уже не только мы сами, а всё человечество, и именно это делает информацию о единой силе, в свое время открытой Авраамом, новостью чрезвычайного значения. Если мы хотим выжить и уцелеть в современных условиях, мы просто обязаны принимать её во внимание и включать в наши ежедневные планы и расчёты.

Через единство к равенству

Сегодня наша единственная надежда – в объединении, потому что, как будет показано в дальнейшем, сила, управляющая всей нашей реальностью, действует именно в этом направлении. Главное для нас – это понять, как мы можем объединиться. Как ни странно, практическая реализация объединения вполне возможна и даже достижима, но она потребует от нас, во-первых, признания единой управляющей силы и, во-вторых, совместных усилий для налаживания таких взаимоотношений между нами, которые частично, а затем и полностью соответствовали бы её законам и требованиям.

Важно отметить, что объединение не требует, чтобы мы были одинаковыми или даже похожими. Объединение как раз означает подъем над неравенством и несхожестью. В сегодняшнем иудаизме, например, есть целый ряд течений и, кроме этого, есть немало евреев, определяющих себя как светские, или нерелигиозные. Так вот, для евреев объединение будет означать взаимную заботу и внимание к интересам другого без какого-либо изменения своих привычек или традиций и без слияния в одно-единственное течение.

Если это кажется вам невозможным, представьте себе многодетную семью. У каждого ребенка в ней – свой характер, и эти характеры нередко сталкиваются между собой. Вспомните, что в острую минуту мы иногда думаем о брате или сестре: «Да если бы он (она) не был (была) моим братом (сестрой), я бы к нему (к ней) и близко не подошел!». Однако тот факт, что мы прекрасно уживаемся вместе, несмотря на всю нашу несхожесть, доказывает, что там, где есть любовь, мы способны объединиться над всеми нашими различиями.

А ведь это именно то, что нам нужно сделать – объединиться над нашими различиями! В результате мы должны будем одновременно ощутить и наши непохожие, часто абсолютно противоположные черты, и возникшее над ними единство. А когда это произойдет, мы сможем выгодно использовать все наши различия – ведь каждый из нас несет свой уникальный взгляд на вещи, свои идеи и способы их реализации, вкладывая всё это в создание многомерного и богатого общего целого.

Чтобы оставаться живым и здоровым, наш организм нуждается в самых разных органах, которые все вместе должны работать в одном гармоничном ансамбле. Так же и мы в нашем народе должны оставаться разными, объединяясь поверх этих отличий в совместном осознании роли и предназначения еврейского народа, которые заключаются в том, чтобы нести другим народам свет единства.

Давайте, однако, вернемся к уже полюбившемуся нам Аврааму. Итак, после того, как наш общий предок ушел из Вавилона, город продолжал наращивать обороты эгоцентрического беспредела. И хотя в наслаждении и удовольствии как таковых нет ничего плохого, когда они становятся откровенно эгоистическими, это может в итоге привести к саморазрушению. Как обнаружил Авраам, настоящей целью жизни является уподобление единственной силе мироздания, что приводит к ощущению единения и единства со всем. Наши мудрецы называют это единение и единство словом «двекут» («слияние»), имея в виду, что постепенно мы должны будем обрести свойства Творца и стать подобными или даже равными Ему.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Слово «рав» на иврите означает «большой». Рав в каббале – это учитель, который всегда находится на более высокой ступени, чем ученик. Задача рава – дать в руки ученика методику и помочь ему соединиться с высшей силой, или Творцом. Следуя указаниям рава, при правильной работе ученик начинает подъем по лестнице духовных ступеней.

Вернуться

2

«Маор ва-Шемеш» – книга известного каббалиста и хасидского учителя рабби Калонимуса Калмана а-Леви Эпштейна из Кракова (1751–1823).

Вернуться

3

«Сфат Эмет» («Язык истины») – книга гурского ребе, рава Йеуды Арье Лейба Алтера (1847–1905).

Вернуться

4

Хаммурапи – вавилонский царь периода расцвета Древнего Вавилона (ХVIII до н. э.), и хотя он был великим политическим деятелем и полководцем, вошел в историю знаменитым сводом законов, сохранившимся благодаря тому, что заботливые руки древних вавилонян высекли его в на базальтовой стеле.

Вернуться

5

Средневековая каббалистическая книга, автор которой точно не установлен.

Вернуться

6

Тора, Берешит, 11:1.

Вернуться

7

Тора, Берешит, 11:4.

Вернуться

8

Один из жанров библейских текстов.

Вернуться

9

Харан – древний город на полпути из Месопотамии к Средиземному морю.

Вернуться