Ксения Аникина
Сон Ворона

Предисловие

Все мы учились в школе. В школьной программе было много предметов: физика, история, химия, биология, ОБЖ (основы безопасности жизнедеятельности), физкультура. Были, конечно, еще литература, русский и иностранные языки. В последнем классе мы обязательно сдавали выпускные экзамены. Оценки у всех были разные. В каждом классе были свои оболтусы, середнячки и отличники. Но иногда, спустя годы, оболтусы становились известными артистами и успешными бизнесменами. Середнячки делали карьеру в политике, а об отличниках никто ничего не слышал. Почему так случается иногда? От каких способностей зависит наша дальнейшая жизнь и судьба? Сегодня СМИ, особенно интернет, переполнены информацией о безграничных потенциальных способностях и возможностях человека. Многочисленные школы предлагают методики по саморазвитию и обещают научить техникам исполнения желаний. А что если действенных техник нет? А нужна лишь всего одна способность – умение пробудиться. И любовь.

Глава 1. География

Самая обычная внешность и самый заурядный человек. Ну, совсем ничего выдающегося. Светло-русые волосы, банальные серые глаза, рост 168 см, и параметры не 90–60–90, хотя и толстушкой меня никто не считает. Тем не менее иногда получала комплименты от противоположного пола и коллег по работе, особенно по праздникам, когда я делала праздничный макияж и наряжалась. Многие считают, что у меня хороший вкус в одежде. Мне важно, чтобы то, что на мне надето, было уместным, сочеталось по цвету и стилю. Но, к сожалению, в средствах я ограничена. Нет у меня и особых достижений в жизни. Даже поступка ни одного безбашенного за свой век не совершила. Я уж молчу про выдающиеся способности или хобби. Серость, а не человечек. Знакомьтесь – это я. Меня зовут Кристина Высоцкая. Мне двадцать девять лет. Живу в городе-миллионнике, в небольшой двухкомнатной съемной квартире в спальном районе. Но, несмотря на все это, я – неисправимый мечтатель. Признаюсь, отлично получается у меня фантазировать. На это могут уйти часы. Уникальное свойство, не правда ли? И, конечно, все мечты о любви. Любви страстной, безумной, желанной, неповторимой, сладкой.

Может показаться странным, но всю жизнь я верила в своё высшее предназначение и была уверена, что не просто так появилась на свет. Иногда мне казалось, что где-то в глубине меня спит совсем другая Кристина. Но навязанные обывательские стереотипы «правильной» жизни плотно засели в моей голове, поэтому о раскрытии особых способностей не могло быть и речи.

Это был вторник. Я люблю вторники, наверно, потому, что это уже не понедельник и, как любят говорить, «маленький четверг». Как всегда: утро, будильник, душ, кофе, косметика и кросс с препятствиями по дороге на работу. Обычное утро города N.

Мне нравится моя работа. Иногда, конечно, она напрягает. Но она мне приносит стабильный доход, которого хватало на жизнь, приличный гардероб, на путешествие раз в год и давала мне возможность общением с коллегами. Но этого мне было недостаточно. Мир вокруг был настолько скучным и однообразным, поэтому для того, чтобы окончательно не слиться с серым асфальтом я постоянно придумывала свой мир. С детства я любила фантазировать, и эта привычка сохранилась в моей взрослой жизни. Глотком свежего воздуха в моменты особой тоски и печали были для меня мои мечты. Мечтала, что стану известной и сделаю карьеру. И, конечно, мечтала о любви. Пыталась не только мечтать, но и представлять все это ярко и реально, отправляя свои мечты в космос в надежде, что когда-нибудь они обязательно сбудутся. Но мой космический корабль, набитый яркими картинками, видимо, так и не достигал цели.

На этот раз мои мечты прервал звонок секретарши начальницы: «Кристина, Елизавета Андреевна просит зайти».

О-оу. Как-то внутри ёкало всегда после того, как я слышала эти пять слов. Я работаю в государственной конторе ведущим специалистом среднего звена. Настолько крупной конторе и настолько среднего звена, что топ-менеджеры понятия о нас не имели.

– Кристина Игоревна, по плану через две недели от управления нужно направить сотрудника на учебу в Москву. Ты молодой и перспективный сотрудник, поэтому я решила, что поедешь ты.

Фуф, Елизавета Андреевна перешла на «ты», значит, можно выдохнуть и разговор будет приятным.

– Командировка совпадает с предновогодней неделей. Так что увидишь Москву во всей красе.

– Ехуу!! – эмоционально вскрикнула я. Повезло так повезло! Спасибо.

У начальницы зазвонил телефон, и, чтобы не отвлекать её от рабочего процесса, я поспешила удалиться.

Я могла себе позволить так говорить с Елизаветой Андреевной. У нас сложились хорошие и добрые отношения. Елизавете Андреевне был год до пенсии, всю жизнь она проработала на госслужбе. Я всегда высоко оценивала её знания, умение руководить и ответственный подход к работе. Мне повезло с руководителем, и, если честно, в профессиональном смысле я хотела быть похожей на неё. На таких, как она, держалась вся работа. Доставалось мне от неё иногда! Как побитый щенок, пулей вылетала из её кабинета. Но ни разу не было разноса зря. Я ценю и уважаю в ней то, что она всегда бывает справедлива. А ещё я её любила за быструю отходчивость. После исправления моего косяка и двухдневной паузы для самоедства Елизавета Андреевна обычно вызывала меня к себе и как руководитель, который ценит своих сотрудников, пыталась приободрить и даже иногда извинялась за резкий тон. Когда у нее есть время, я бываю рада побеседовать с ней.

Впереди меня ждала Москва, впереди был Новый год. А с наступлением Нового года – сладкое предвкушение начала новой жизни. Лучшей новой жизни. Казалось, что уже сейчас будут бить куранты и вот-вот произойдёт волшебство. Конечно, каждый знает, что настает на самом деле каждое утро 1 января, но ожидание праздника и чуда бесценно.

День прошел в рабочей суете и хлопотах. И только вечером дома, размечтавшись о своем путешествии, я спряталась под теплым одеялом с чашкой горячего чая и расслабилась. За окном была снежная буря, а мне было тепло и спокойно.

Курский вокзал. Час пик. Я и большой чемодан, в котором весь мой гардероб. С трудом пробираемся в толпе. Жарко в метро, и чемодан тяжелый. Одежда колется, тело чешется, и хочется быстрее покинуть подземку. Мадам в красном пальто, и тоже с громоздким чемоданом, своими стокилограммовыми габаритами постоянно подталкивает меня и свой чемодан взваливает на мой. Терплю. Надо быстрее выбраться отсюда. На поверхности свежий прохладный воздух и ощущение свободного пространства. Отвернувшись от мадам, я любуюсь маленьким мальчишкой с голубыми глазами в шапке как у космонавта. Сидит у мамы на руках, стесняется, но от моего чемодана с символикой сочинской Олимпиады оторвать глаз не может. Да и пуговки на моем пальто ему приглянулись. Взглядом я встретилась с его большими голубыми глазами, и их цвет унес меня из этого вагона в мечты о бездонном океане. Это позволило мне забыться и не замечать давку и жару.

От метро было еще десять минут езды до гостиницы. Сил на общественный транспорт не осталось, и я решаю ехать на такси. Ловлю машину и с радостью сажусь в комфортабельный салон. Можно выдохнуть. Не обращая внимания на водителя, называю адрес и позволяю себе расслабиться. Несколько минут езды, и я буду на месте. Вдруг оглушительный хлопок! Удар! Толчок, и что-то тяжелое мне бьет по голове! Спину пронзила резкая боль. Голову жутко что-то сдавливало, во рту я почувствовала вкус крови. Всё, что я смогла сделать, это закрыть глаза. Любая попытка пошевелиться отдавалась болью во всем теле. Секундная гробовая тишина сменилась криками и стонами людей. Почувствовался едкий запах гари. Я поняла, что ничего не могу сделать, и потеряла сознание.

Не знаю, сколько минут или часов прошло. Я потеряла счет времени и ориентир в пространстве. Кажется, время от времени проваливалась в забытье.

– Девочка моя… Девочка моя, я здесь… Крис… – теплый мужской баритон с легкой хрипотцой прорывался сквозь непрекращающийся гул в голове. – Возьми мою руку… Крис, возьми руку…

Я не могла пошевелить и пальцем. Тело вообще меня не слушалось, а точнее, мне казалось, что у меня вообще нет тела. Только гул и голос. Голос отчетливо звучал в моей голове.

– Родная… Крис… я рядом… возьми руку…

Я попыталась ответить, что не могу поднять руку, что я вообще её не чувствую, но ужас еще больше овладел мной, когда я не смогла произнести ни звука. Я собрала все силы, чтобы закричать, но не смогла даже приоткрыть губы, потому что я ими не управляла. У меня не было горла, у меня не было губ, я лишилась голоса.

Вдруг я почувствовала, что меня кто-то берет за руку и начинает тащить наверх, вытаскивая из салона автомобиля через разбитое стекло. Кто-то так крепко и уверенно держал мои руки. Я попыталась приоткрыть глаза, но увидела лишь искореженный автомобиль, с рваной крышей и силуэт огромной птицы, кажется, это был ворон. Точно, огромный ворон с черными перьями и пронзительными глазами. Там, наверху, свет и тишина, играет музыка. Так болела голова, что я не понимала, реально всё это происходит со мной или нет. Реальна ли черная птица, авария на дороге и всё происходящее.

Ворон тем временем начал поднимать моё тело всё выше и выше. Не было сил сопротивляться и кричать. Я поддалась обстоятельствам, закрыла глаза, и провалилась в забытье.

Темнота. Тишина. Я дома в своей комнате. Это был сон. Жуткий сон.

Резкой болью, пронзившей мою голову была мигрень. Неприятное состояние организма, когда не помогают никакие обезболивающие, боль действительно можно сравнить разве что с взрывом в черепной коробке. Этой боли я всегда боялась. Начиналась она внезапно, сопровождалась иногда сильной рвотой и ознобом. Слезы текли сами, непроизвольно, то ли от боли, то ли от жалости к себе. Через 20 минут боль прошла бесследно.

До гостиницы в Москве я добралась неплохо. От кошмарного сна накануне поездки не осталось ни следа, как только я увидела огни столицы, сказочно украшенной перед Новым годом.

В поездках по Родине у меня всегда обостряется чувство патриотизма. Со слезами на глазах я любуюсь просторами моей России: лесами, полями, деревушками. Как же сильно столица отличается от других городов, от другой части России. И как же эта «та другая» часть России прекрасна. Трогательная, самобытная, красивая. Малые города, как младшие сестры, восхищаются старшей сестрой – Москвой, стремятся быть похожей на нее и подражают во всем. Это моя география. Это моя Родина. Битая, много видевшая, немногословная и сильная Россия. Такая прекрасная и Богом хранимая. Сколько она видела войн, слёз, любви и побед. И мы, граждане своей страны, как маленькие клеточки целого организма, делаем её историю. Может быть, мы все когда-нибудь проснемся другими людьми, в другой стране, где люди будут беречь природу, сохранять леса, любить и заботиться друг о друге? И каждый проснется талантливым, осознанным, владеющим могущественной силой света. И это будет самое прекрасное пробуждение от сна.

Глава 2. Химия

Учеба проходит очень интересно и плодотворно. Целую неделю я посещала лекции, где узнала много нового в своей профессии.

На учебе присутствовали коллеги из разных уголков России. Это, пожалуй, самое ценное для меня. Очень полезно обменяться опытом и обсудить все наболевшие рабочие вопросы. Приятно осознавать, что людей, больных своей работой, много и главное, что за мизерную зарплату они болеют за дело всей душой. Я люблю новые знакомства. На учебу коллеги приехали из всех уголков нашей Родины: из Иркутска, с Сахалина, из Хабаровска, Оренбурга, Благовещенска, Самары, Питера, Ярославля, Адыгеи… Теперь у меня появилась новая мечта, даже две – побывать на Байкале и Камчатке.

Когда я ехала в Москву, мне очень хотелось сходить на выставки, в музеи и театры. Среди моих коллег оказались единомышленники, и мы напланировали большую культурную программу. Первые два вечера мы собирались у Славика в номере, болтали и угощали друг друга дарами родных краев. Круто было в Москве насладиться икрой с Сахалина, маринованными грибами из лесов Хабаровска, тульским пряником и потрогать своими руками настоящий, ручной работы оренбургский пуховый платок. Мы могли болтать без умолку обо всем на свете, как будто знали друг друга тысячу лет. Девчонки часто рассказывали о своих романах, мне же и рассказывать было нечего. Ну, целовалась, ну, был сексуальный опыт, но это не оставило в моей памяти неизгладимых впечатлений. Но как же, слушая их рассказы, я мечтала о любви.

В соседнем номере со мной жила коллега из Сочи. Обожаю этот город. Мы часами напролет с ней болтали и вспоминали Черное море, Навагинскую, поющие фонтаны, набережную, Олимпийский парк.

Я не была на Олимпиаде в Сочи, о чем искренне жалею, да и в Сочи была один раз, но влюбилась в этот город навсегда. Очень уникальный город, подкупает своим солнцем и теплом.

В Сочи мне посчастливилось отдохнуть несколько дней в отеле горнолыжного курорта Роза Хутор на Красной Поляне. Нет равнодушных к этому месту. Там есть всё! Красота и экстрим гор, чистый воздух и тропа здоровья, а вечером анимация и веселье до утра. В последний день я обедала в одной из уличных кафешек, сидя за столиком, который смотрел прямо на журчащую и очень шумную горную речку Мзымту. Я любовалась быстрым течением воды, гладкими, круглыми и блестящими камнями. Черный кофе без сахара. И я закрыла глаза, позволяя яркому солнцу ласкать моё лицо.

Размышляя о скоротечности жизни, я сравнила её с течением этой горной реки. Жизнь – это движение с быстро меняющимися картинками. А как нам не пропустить главную картинку? Как увидеть в ней главного человека? Как распознать то, что тебе надо? Как мало нам отведено времени для пребывания на Земле. Чему нужно посвятить это время? Просто жить – говорят мудрецы. Любви – говорят мечтатели. Спасению души – ответят верующие.

Мои мысли прервал задорный детский смех и громкое приветствие:

– Здррр-ав-ствуй-те! – мальчишка лет пяти с большими добрыми глазами отчетливо пытался выговаривать букву «р»

– Привет.

– Скажите, а вы балерина?

Меня удивил этот вопрос, и я не сразу нашлась что ответить, но мальчик не думал сдаваться.

– Что, вы даже ни в один танцевальный крррр-ужок не ходите?

– Нет, малыш, я не балерина и не занималась в танцевальных кружках.

Парнишка явно разочаровался моим ответом.

– Я пррр-оирал, – расстроился мой собеседник.

Мне стало жалко ребёнка, и я решила поддержать его:

– Но ты знаешь, ты отчасти прав. Я очень люблю танцевать и стараюсь делать это как можно чаще, особенно когда я чем-то огорчена или расстроена.

Мальчишка радостно подпрыгнул и, побежал в сторону, громко прикрикивая:

– Папа, папа, я угадала. Тётя танцует. Танцует!

Я не слукавила, музыка и танцы были частью моего сердца. Танцуя, я расслаблялась, у меня поднималось настроение, и я мечтала. Движения шли сами собой как будто из глубины души. В танце я не лукавила, а становилась сама собой

Ко мне приближался мужчина, широко улыбаясь, виновато пожимая плечами, словно извиняясь за прямолинейность парнишки, который уже висел на его руке.

Мужчина в белых широких штанах, кожаных сланцах на босую ногу, длинной белой рубахе и с ярко-оранжевой сумкой через плечо. Лицо у него было загорелым, а выгоревшие длинные волосы собраны в хвост. Если бы я его увидела где-нибудь в Индии, под баньяном и медитирующим с благовониями – я бы не удивилась. Но здесь, в Сочи, на Красной Поляне, где преимущественно отдыхают русские в спортивных костюмах bosco, он смотрелся странно.

– Прошу прощения, если мы причинили вам неудобство. Меня зовут Ярослав.

Он протянул мне руку.

– Очень приятно. Кристина, – протянула я руку в ответ. Он присел рядом со мной.

– Мы с сыном любим поиграть в одну игру. Выбираем любого прохожего и угадываем его профессию, возраст, увлечения. Вы стали нашей жертвой. Еще раз прошу нас извинить за беспокойство.

– О, да ничего страшного. Все в порядке, – ответила я. – Должна признаться, мне понравилась ваша игра.

– Да, она увлекательна не только для детей: развивает внимательность, интуицию. Сын, увидев вас, почему-то решил, что вы точно балерина и обязательно красиво танцуете.

– Если честно, мечтала профессионально танцевать с детства, но как-то не сложилось, – с грустью призналась я.

– Ну, никогда не поздно начать.

– Соглашусь с вами, но балериной я уже вряд ли стану.

Мы дружно рассмеялись, и я поинтересовалась, какая версия была у самого Ярослава относительно моей профессии.

– Я бы не столько хотел поделиться своим мнением о твоей профессии, сколько о твоем предназначении, – сказал он, неожиданно перейдя на «ты».

Меня очень удивил ответ моего собеседника, и я нетерпеливо попросила его продолжить.

– Ты «пробудившаяся», Кристина. Только я никак не могу понять, что тебе мешает проснуться. Ты так старательно теряешь время. Пора просыпаться.

Я не понимала сказанных слов. Скорее всего, это была какая-то шутка, и мне ничего не оставалось сделать, как рассмеяться.

– Да, я еще не проснулась. Кофе никак не может меня разбудить. Клюю носом, как ворона.

Ярослава смутили мои слова. Он задумался, и между нами повисло неловкое молчание.

– Постарайся познать себя, Кристина, и отключиться от установок современного мира. Прислушайся к своим желаниям и обрати внимание на свои сновидения. И да, кстати, – Ярослав сделал паузу и с многозначительно улыбкой, добавил: – вороны не клюют носом.

Мужчина развернулся, махнул мне на прощание рукой, и они с сыном ушли.

Мне запомнилась эта встреча и странные слова Ярослава. Но что они означали, я тогда так и не смогла понять.

Я радовалась, что впереди была еще целая предновогодняя неделя учебы и общения с коллегами. В понедельник день обещал быть интересным. Мы должны были ехать в министерство. Наши кураторы сказали, что нам круто повезло и что сам министр выделил для нас из своего плотного графика целых два часа. На встрече мы сможем обсудить текущие проблемы, задать вопросы, узнать о перспективах и поделиться опытом работы. Наш дружный коллектив обсуждал вопросы, которые мы хотели бы ему задать. Были у нас и пожелания для главного босса.

Воронцов Константин Сергеевич. Поисковая система выдала информацию общего характера: уроженец Санкт-Петербурга, 39 лет, женат, двое детей, имеет два высших образования: юридическое и финансовое, которые получил в престижных вузах Москвы и Питера, доктор юридических наук, свободно владеет тремя языками, на должности министра два года. Вот это уровень! Как-то сразу захотелось выпрямиться, надеть строгий костюм, каблуки. В общении с такими людьми инстинктивно внимательно «вкушаешь» каждое слово, потому что слова такого человека никогда не бывают пустыми, бесполезными или глупыми. Чувство глубокого уважения вызывают у меня такие люди, а ещё чувство недосягаемости, неудовлетворенности собой и даже белой зависти.

Может быть, кто-то бы и мне позавидовал, узнав об одной моей особенности. Я видела необычные сны. Днем я жила обычной и привычной жизнью, а вот ночью… ночью словно жила другой жизнью. Какие же они бывают, эти самые сны! Какие невероятные сюжеты разворачиваются по ночам в подсознании! «Оскар» бы сам попросился постоять на моей полочке в спальне, а Бекмамбетов снял бы очередной шедевр по моим сюжетам с Хабенским в главной роли. Триллер, мелодрама, фэнтези, самые невероятные сюжеты – во сне были самые яркие краски жизни. Иногда я просыпалась улыбаясь от счастья, а иногда в холодном поту, захлебываясь слезами. Я всегда помнила мои сны и долго находилась под впечатлением от каждого. Страстная любовь, сжигающая душу и доводящая до кипения кровь, или медленная смерть души и тела юной девы в адских окопах кровавой войны. Я проживала сотни жизней и умирала сотни раз.

Особое удовольствие во сне доставляет полет. Полет самостоятельный, когда паришь, как птица, высоко над землей. Когда летаешь во сне, ощущаешь необыкновенную легкость, даже невесомость и какой-то безумный восторг. Тело, оно испытывает, нет, не испытывает, оно чувствует пространство и, кажется, каждую молекулу этого Вселенной. Все это и есть твое тело. Ты везде, и всё, что вокруг тебя, – Сон.

Будильник вернул меня в декабрьское, московское утро понедельника. На градуснике плюс один и льет дождь. И это в декабре! Я очень люблю дождь. Он приносит мне чувство очищения. Люблю сидеть дома с чашкой чая с лимоном под теплым одеялом. Люблю, когда в это время открыто окно, когда шум дождя и запах земли обволакивают и нежно убаюкивают. Или ехать в машине под ливнем, когда играет спокойная музыка, в идеале саксофон. А дворники не справляются с потоком воды, и я не справляюсь с состоянием «зависла». Этим утро я была задумчива. Надо было собираться в министерство.

Посмотрела в зеркало. Зауженные брюки, горчичная блузка и жакет. Каблуки, сумка-портфель и высокий пучок. Получилось по-деловому. Решила разбавить строгий вид и надела мои любимые сережки в виде голубков, которые мне подарила мама. Они были из недрагоценного металла белого цвета. Голубки устремлялись вверх, и я была уже готова лететь навстречу событиям этого дня.

Встретились дружной компанией в холле гостиницы и побежали к метро, лавируя между лужами. Надо было ехать в центр, дорога занимала час, и это сыграло нам на руку. Выдалось время, чтобы обсудить предстоящую встречу. Пробежались по списку вопросов для министра и прикинули вопросы, которые можем услышать от него. Продумали и ответы на них. Предположили, что он может попросить нас поделиться трудностями в работе. Заинтересуют ли его наши предложения по оптимизации работы. Немножко посплетничали. Коллективчик у нас подобрался в основном женский. Ну, конечно, кто пойдет на работу с большим объемом бумажной волокиты, огромной ответственностью и маленькой зарплатой?

Наши дамы проявляли интерес к Воронцову не только как к министру. Резюмируя все высказывания девушек, я поняла, что человек он жёсткий и требовательный, об этих его качествах они говорили чаще всего. Его уважали подчиненные, несмотря на очень властный характер. У него была феноменальная память и желание контролировать всё и всех. При этом он обладал острым умом, был наблюдателен, эрудирован. Он мог поддержать любой разговор, но чаще был немногословен. До этого момента я думала, что таких людей не бывает.

Про личную жизнь говорили много, и если честно, большую часть времени, но это всё были фантазии и сплетни, так как большей информацией, чем есть в интернете, никто не располагал. Женат, двое детей.

Здание министерства впечатлило своей статностью и строгостью. Постройка советских времен с большими колоннами и серыми стенами, государственный герб на воротах у входа и российский флаг. Паспортный контроль, металлоискатели. Внутри значительно скромнее, чем снаружи, – среднестатистическое государственное бюджетное предприятие.

После обеда перед встречей с министром оставалось пятнадцать минут свободного времени, и все сгруппировались по интересам. Большинство направились в конференц-зал занимать места, кто-то в «место для курения», я же решила выйти на свежий воздух. Дождь закончился, оставив после себя лужи и груды грязного разбитого льда. Погода шептала, и холодный северный ветер гнал, не зная усталости, черно-серые тучи. созерцание декабрьского неба закончилось для меня неприятно: чёрный Porsche, проехав по самой большой и грязной луже, окатил меня с головы до ног. Краем глаза я заметила, что за рулем была яркая брюнетка.

– Твою мать! – вырвалось у меня.

Сумка. Влажная салфетка. Ругательство. Лестница. Уборная. Вода. Бумажные полотенца. Ругательство. Состояние подавленности и злости. Казалось, что мое негодование можно было почувствовать за пару метров от меня. Самый ответственный момент дня, и я в буквальном смысле села в лужу. Лучше не придумать!

Оттирая с одежды грязные разводы, я потратила кучу времени. Пулей в конференц-зал. Прошмыгнула в открытую дверь и была самой последней, о чем мне подсказало недовольное лицо нашего куратора. Все расселись по местам. Моей задачей было, не привлекая внимания, занять свободное место. Конечно же, все крайние места были уже заняты. Где уже этот чертов стул?

– Кристина Игоревна, добрый день. Пожалуйста, проходите, – здесь есть свободное место. Прошу вас, садитесь рядом, – низкий мужской голос с хрипотцой заполнил, как мне показалось, все пространство.

В зале установилась полная тишина. Это мне? Кто-то назвал мое имя? Я подняла глаза и увидела полную аудиторию, в которой все как один смотрели на меня.

О господи!

Как глупо стоять в центре конференц-зала, где все готово к началу и главный гость ждет только тебя. Если бы я вдруг провалилась сквозь землю – это было бы самым подходящим завершением события этого дня. Но случилось самое ужасное. Кто-то публично обратил внимание на меня и мое опоздание.

От смущения я зажмурила глаза. Я почувствовала, как кровь хлынула к щекам, наверняка на моем лице они полыхали как помидоры. Ну все, хватит, пора сдаваться. Умирать так с музыкой. Собрав все силы, я уверенно подняла голову и дерзко посмотрела в сторону обладателя самого невероятного голоса, который мне когда-либо приходилось слышать в реальной жизни. Это Воронцов пригласил меня сесть рядом с ним!

Я всегда мечтала слышать и слушать в живую Тима Стормса¹. Какие-то невероятные вибрации тела вызывает у меня мужской низкий тембр голоса. Будто в моем теле натянута струна – легкая, невесомая и совсем неощутимая. Но стоит услышать определенный тембр, и мое тело в технике нисходящего слайда, применяемой в игре на гитаре, начинает свою музыку. Зарождаются звуки в районе солнечного сплетения – плачущая вибрация разрывает грудную клетку. Спускаясь вниз, звук заканчивает свой путь внизу живота, полностью там растворяясь и задев все самые чувствительный рецепторы. Остается сладкое послевкусие… хочется еще и еще. Кажется, тело не знает предела. Как хищник ищет источник звука и жадно поглощает его снова и снова, утоляя жуткий голод.

Мы встретились взглядами. Холодный пот окатил меня с ног до головы. И я уже не понимала, то ли меня снова окатил черный Porsche, то ли прямо из потолка грянул гром и ливень окатил меня прямо в центре конференц-зала. На физическом уровне я почувствовала, где у меня располагается сердце. Мне казалось, что с рёвом и криком оно вырывалось наружу.

Помню, в школе на уроке химии мы проводили очередной опыт. Он обещал быть интересным, потому что был связан с огнём. Опасность и неизвестность всегда притягивают. Учительница подробно рассказала о правилах безопасности, напомнила о краниках с водой, встроенных прямо в парту, и мы приступили. Каждый шаг опыта мы делали по очереди с моей соседкой по парте. И вот мы дошли до самого интересного. Она должна была поджечь сухое горючее и нагреть пробирку со специальным раствором, которая располагалась на штативе. Что-то пошло не так. Разлетается в её руках горючее вещество и разбивается пробирка. Химический раствор обливает парту, все тетради и мою руку. Вспыхивает огонь на парте, а вслед за ней на кисти моей левой руки. В тот момент я не чувствовала боли, я помню, как продолжала сидеть за партой и смотреть на руку в огне. А главное, я помню, как билось моё сердце. Всё затихло вокруг, и лишь в голове, в ушах я отчетливо слышала только стук своего сердца. Учительница быстро отреагировала, залила водой из ведра, в котором мыла меловую тряпку, парту и меня вместе с партой. Руку мне потом обработали, наложив бинтовую повязку, и все закончилось благополучно. Но я на всю жизнь запомнила горящую руку, отсутствие боли и громкое биение сердца в ушах. Сейчас я стояла в центре зала, где сидел он и смотрел мне в глаза. Не было горящей парты и руки в огне, как и не было полной аудитории коллег, но так же бешено колотилось сердце в груди и ушах…

Глава 3. Религиоведение

– Эм-м-м… Рядом? Я? – невнятно бормотала я себе под нос.

– Да, пожалуйста. Ваши коллеги рассредоточились по всему залу, а рядом со мной есть свободные места, – Воронцов показал на два свободных кресла справа и слева от него. Голос министра был спокоен и безэмоционален.

– Да… мне… как-то неудобно, – пробормотала я, прекрасно зная, какое большое внимание уделяется рассаживанию чиновников, где место демонстрирует неофициальный статус и приближенность к «телу».

– Неудобно? – удивился министр и продолжил: – Знаете, гуляет поверье, что случайно оказаться в «нужном кресле» – залог удачной карьеры. Случайности неслучайны, – легкую улыбку Константин Сергеевич подарил мне, сопровождая её пронзительным изучающим взглядом.

Я села слева от министра. Вцепилась в шариковую ручку и достала блокнот.

Туман возник в моем сознании в тот момент, и никакой ёжик мне не мог помочь выбраться из него. Не поняла, как долго я находилась в отключке, но вернуло меня в реальность давно забытое чувство. Внутри меня начала играть музыка, проснулась моя струна… новая, неизведанная, но такая близкая и родная мелодия. Вибрация начиналась в груди и концентрировалась внизу живота, наполняя новой энергией. Электрический разряд из сердца открывал новый диапазон моей октавы во всем теле. Но все это продолжалось несколько секунд.

– Знаете, даже популярные политики позволяют себе разного рода высказывания, – я вернулась в реальность, в которой Воронцов продолжал свой монолог. – Бывший министр обороны Канады Пол Хеллье верил в существование инопланетян и инопланетного разума, более того, он публично доказывал это. Он утверждал, что инопланетяне – частые гости на нашей планете, а некоторые якобы живут на Земле в настоящее время и даже работают на правительство США.

Аудитория скептически хихикнула.

– А если бы с полной серьезностью вам сейчас заявил я, что инопланетяне не существуют, однако в нашем мире есть иные существа, энергия которых способна влиять на разум человека и управлять им, вы бы мне поверили?

Все удивленно замолчали.

– Поэтому, отвечая на ваш вопрос о влиянии СМИ на массы людей и важность комментариев должностных лиц, скажу вам, что это реальность нашего времени. Интернет и телевидение – мощный манипулятор общественного мнения. Мы же с вами можем верить услышанному, а можем и нет. Рекомендую вам занимать наблюдательную позицию. Если же вам досталось право комментировать происходящее, суть которого вы сами для себя до конца не уяснили, то на этот случай воспользуйтесь инструкцией. Ее суть – в правильном построении предложений и отсутствии конкретики. Разберемся, примем меры. Мы должны быть корректными, высокопрофессиональными. Мы – это наши слова и поступки. И никто нас не оправдает за ошибку. Есть еще вопросы, коллеги?

Воронцов бросил взгляд в мою сторону, который по силе воздействия я бы сравнила с разорвавшейся гранатой.

От волнения я теребила пальцами сережки в виде голубков в ушах. Тут я вспомнила, что у меня был по плану вопрос о приоритетных задачах в новом году, но весь день шел не по плану, поэтому и вопрос я задала незапланированный.

– Константин Сергеевич, однажды ко мне на приём пришел мужчина, представился духовным учителем одного из религиозных малоизвестных движений в нашей стране. Он выдвинул теорию, что Бог живет в нем и что мысли, которые приходят ему в голову, – это мысли, посланные Богом. Его мысли – это слова Бога. Сказал, что каждый человек обладает сверхспособностями. В разной, конечно, степени, но обладает! Он задал мне один-единственный вопрос: «Если бы вы пришли к Богу на прием, о чем бы вы его спросили?» – как бы ответили ВЫ, Константин Сергеевич?

Воронцов явно не ожидал от меня такого вопроса, однако смущение не читалось на его лице. Мягкая улыбка олицетворяла его внутреннее спокойствие и уверенность.

– Наша задача, коллеги, выслушать любого обратившегося к нам. Мы должны быть внимательными, потому что мелочей не бывает. Не упустить потенциальную угрозу, анализировать подозрительную информацию – всё это требует особой наблюдательности и сосредоточенности от нас. Я бы подробнее расспросил об основах его вероисповедания. Поинтересовался бы главными идеями и принципами его учения, методами работы и используемой им литературой. Проанализировав информацию, ее следовало бы доложить руководству для дальнейшего анализа и работы. Что же касается вопроса Богу… В настоящее время в России, как и во всем мире, существуют, помимо официальных признанных религий, деструктивные религиозные культы. У каждой религии есть свое священное писание, идеи. Согласитесь ли вы со мной, что в таких писаниях ведется диалог с Богом? Всевышнему задается много вопросов. Например, основу Бхагавад-Гиты, одной из величайших и фундаментальных книг на Земле, составляют Ответы Кришны. Из одного из главных ответов, например, следует, что путь к Совершенству лежит через любовь. При этом, если каждый сейчас будет отвечать на вопрос, что такое любовь, я услышу столько вариантов, сколько здесь присутствующих. Так и в этих писаниях каждый для себя найдет что-то свое и получит свой ответ Бога. Знаю, кого-то интересуют вопросы, для чего все это, или вопросы о своем предназначении в этом мире. Буду с вами откровенен, я бы не задал Всевышнему ни одного вопроса.

После небольшой паузы он продолжил:

– А что вы ответили, Кристина Игоревна?

– Я попросила его предоставить финансовый отчет, – ответила я.

– Я надеюсь, вы получили что просили, – сделав паузу, Воронцов продолжил: – Прошу вас отдельно доложить мне об этой организации и ее руководителе.

Тон министра при этом изменился: стал строгим и безапелляционным.

– Конечно, – ответила я.

Я согласилась бы докладывать ему каждый день о каждой своей рабочей встрече, о каждом принятом решении, докладывать лично, во всех подробностях. Только бы ощущать себя рядом с ним, слышать его голос, ощущать его взгляд. Он стал для меня недосягаемой звездой, своего рода морковкой, привязанной на палочке к хвостику осла. А я и стала тем самым, почему-то стереотипно считающимся глупым животным, с того самого момента, как увидела его. Воронцов Константин Сергеевич, как же ты смог меня так легко увлечь, не прилагая абсолютно никаких усилий?

Мы продолжили беседу, обсуждая самые актуальные рабочие вопросы. Встреча вместо запланированных двух часов продлилась три. В итоге наш министр посмотрел на часы и поблагодарил за вопросы. Воронцов наградил нас широкой улыбкой, пожелал удачи в новом году и добавил, что с такими профессионалами наше общество обязано процветать. Встал и покинул конференц-зал.

Министр произвел на всех очень сильное впечатление. Как ему это удается? Возможно, он обладает особенными психологическими приемами? Я знала, чему будут посвящены все разговоры уходящего дня.

Он ушёл. Интересно, одна ли я готова была молить его, чтобы он задержался хоть еще немного? Жуткая тоска охватила мою душу. А от безнадежности захотелось, чтоб меня сложили в трубочку, убрали в спичечных коробок и забыли.

– Как ты в точку попала со своим вопросом. Обратила внимание, как Воронцов заинтересовался им? – прервала мои переживания приятельница Светка.

– Да ты вообще засветилась сегодня! Уселась рядом с руководителем, ещё и доклад будешь готовить, – подметила Танечка.

Точно! «Прошу вас отдельно доложить». Неужели я еще раз смогу увидеть его?! Я буду самой счастливой на свете, когда снова услышу его голос. Лишь бы не провалиться опять в беспамятство и не дрожать, как осиновый листочек перед ним. Но… Как я его увижу? Записаться к нему на приём? Думаю, моя очередь через год как раз подойдет. Номера личного телефона, естественно, нет. Штурмовать его секретаршу? Догадываюсь, какой набор стандартных фраз от неё услышу. Подготовить доклад в письменном виде, передать непосредственному начальнику – этот исход событий был самым реалистичным. Так и сделаю. Я с грустью осознала, что эта была первая и единственная наша встреча. Но как же не хотелось в это верить.

Во вторник после лекций кураторы предложили нам своими силами организовать новогодний корпоратив. Все поддержали эту идею. Хотелось проводить старый год, зарядиться позитивом и одновременно попрощаться с новыми друзьями. Чудом оказался свободен один из банкетных залов в нашей гостинице, его и забронировали на пятницу.

В хорошем настроении и в предвкушении праздника все поспешили по своим делам, по магазинам и салонам красоты. Мне не хотелось никуда. Заварила чайничек каркаде в номере, достала из сумочки пару шоколадок и решила «ватрушиться» весь вечер в номере.

По TV шли реалити-шоу, в чайничке, танцуя, раскрывались красные лепестки. Горячий душ и теплый халат создали иллюзию райского островка, словно это был и не декабрь в промозглой Москве. Струи горячего душа до косточек согревала меня, кожа жадно впитывала влагу, и тело расслаблялось.

Года три назад я отдыхала в Доминиканах. Теплая страна с очень спокойной и размеренной жизнью. Сексуальные женские фигуры с выдающимися формами, ленивые мужчины, сигары и вкусный кофе. Темпераментные ритмы латинской музыки и страстная бачата были мне по душе. Я оказалось в своей тарелке. Я очень люблю танцевать, а врожденная пластика и чувство ритма играли мне на руку. Кажется, внутри меня живет миниатюрная танцовщица. Изящная фигура, женственная пластика, и грациозное тело подчиняется музыке с каждым ударом барабана. Тело смуглой и красивой брюнетки двигается в такт и отражает свет горящих свечей. Именно такую девушку я чувствовала под своей оболочкой. Признаюсь, два раза мне удавалось войти с ней в контакт, слиться и стать единым целым. Последний раз это было на экскурсии в Доминикане. Полдня бродили по окрестностям, знакомясь с бытом, людьми и природой. Завершалась экскурсия прогулкой на катере по Карибскому морю. Ныряли в море, чтобы найти в кристально чистой голубой морской воде морскую звезду, чтоб сделать селфи. А на десерт было свободное время на одном райском пляже, где, по словам гидов, и снималась реклама «Баунти».

Тигровые креветки, коктейль из трубочки… и я повисла на пальме, свесив ножки. Неподалеку аниматоры показывали для туристов элементарные движения бачаты. Конечно, зажигательная бачата зарядила энергией весь пляж. Поблагодарив сто раз Всевышнего за такие минуты в моей жизни, решила побаловать себя, искупавшись в теплом и ласковом море. Я первый раз видела такой цвет воды: миллиард оттенков зеленого, синего, розового и белого. Я позавидовала таланту великого Айвазовского, который мог увидеть, а затем передать на полотне фантастическую красоту моря. Теплая вода обняла и приняла меня. Немного постояла на мелководье, чтоб продлить предвкушение блаженства, и что есть силы побежала в голубую бездну. Я нырнула, чтобы проплыть под водой пару метров. Время для меня в этот момент остановилось. Я перестала чувствовать свое тело. Я физически ощутила каждую молекулу воды, молекулу соли, каждую песчинку и ракушку. Я почувствовала море, я стала морем. Мне показалось, что мои легкие получают кислород через кожу и что поэтому я могу плыть под водой вечность. Я улыбалась, морская вода ласкала мое лицо, играла с волосами, щекотала мне ладони. Какое удивительное умиротворение нашла я здесь. Мое тело, состоящее на 60% из воды, никак не хотело покидать привычную для себя среду. Обласканная Карибским морем, я вынырнула. Наверно, меня не было на поверхности секунд пять, но, по ощущениям, под водой я была целую вечность. Теплое солнце встретило меня. Неожиданно, откуда ни возьмись, образовалась туча, и обрушился сильный тропический ливень. От пережитого из моих глаз хлынули слезы. Я плакала так сильно, как не плакала никогда. Теплый дождь смывал соленые ручьи слез. И тут во мне проснулась другая я – «моя девочка», как я называю ее. И эта моя девочка начала танцевать, управляя моим телом и подчиняясь какой-то внутренней музыке. Ритмичные удары барабанов руководили бедрами. Волнующий саксофон изящно вёл руки, плечи и грудь. Звуки струн гитары играли моими волосами. Словно в трансе продолжался танец тела и души. Взгляд устремился в небо.

Когда я проснулась, за окном было темно, и только огни ночной Москвы отчетливо давали понять, что город не спит. Проснулась я, и вместе со мной после знакомства с Воронцовым проснулась спящая во мне моя девочка.

На часах было 5 утра. Сон стремительно покинул моё тело. Я вспомнила Константина, так я позволила себе его называть, и решила, что сейчас самое подходящее время, чтобы подготовить доклад по его поручению.

Глава 4. Зоология

Утром я направлялась в аудиторию на очередную лекцию, когда у меня зазвонил телефон. Высветился неизвестный московский номер.

– Доброе утро, Кристина Игоревна. Вас беспокоит помощник Воронцова Константина Сергеевича, – строгий мужской голос приветствовал меня.

– Доброе утро, – удивленно пробормотала я. Во рту пересохло.

– Константин Сергеевич запланировал встречу сегодня с вами в министерстве. В 16:30 он вас будет ждать с докладом по его поручению. Просьба не опаздывать, – официально предупредили меня.

– Да, конечно.

– Всего доброго.

На «том конце провода» раздались короткие гудки.

Голова кружилась, будто из космоса вернулась. Начало подташнивать. Не могу сделать и шага. Помощник Воронцова? Звонил мне? Он знает мой номер? Он вообще знает, как меня зовут? Я даже остановилась.

– Отомри! – в шутку напугал меня Славик из моей группы. – Лекция начнется через минуту. Пойдем.

Хороший парень, добрый и отзывчивый. С ним было приятно общаться, и он успел стать моим добрым другом. Я покорно подчинилась его команде.

Конечно, о чем была лекция, лучше меня не спрашивать. Блокнот для записей я открыла, взяла ручки, но писать не могла. Даже лицо преподавателя не запомнила. Пару раз в меня кидали смятыми бумажными шариками, словно в аудитории сидели не взрослые люди, а пятиклашки. Это возвращало меня в реальность, но ненадолго. Потому что думала я, конечно, об утреннем звонке, о Константине и предстоящей встрече.

Похвалила себя за то, что был уже готов развернутый доклад, осталось не забыть его распечатать. Сделаю это, пожалуй, в министерстве. От волнения у меня начали уже сейчас неметь руки и учащаться пульс.

После обеда я поспешила в номер. Нужно было одеться для встречи и собраться с мыслями. Опаздывать было нельзя.

Надела строгое платье приталенного силуэта длиной чуть ниже колен. Оно было теплого темно-зеленого цвета и, мне казалось, подходило к моим серо-зеленым глазам. Немного макияжа. Полусапожки с острым носом на невысоком каблуке. Шарфик, пальто и небольшая деловая сумочка.

Сегодня не было дождя. Подморозило, и земля стала каменной. Солнце спряталось, и очень хотелось перемен: то ли снежных заносов, то ли весеннего дождя.

До министерства добралась быстро. Приехала около 16:00. После экскурсии по зданию в понедельник я знала, где находится кабинет Воронцова, и направилась сразу туда. По телефону с утра был мужской голос, значит, его помощник – мужчина. Этот факт меня явно радовал. Красивая блондинка заставила бы меня комплексовать. Я постучала в дверь и вошла в кабинет. Он был достаточно просторным, с двумя окнами, и в центре между ними стоял большой стол, на котором была чистота и идеальный порядок. За столом сидел мужчина в очках лет пятидесяти. В начищенных ботиночках, выглаженном костюме и с блестящей лысиной. Он был весь такой правильный. Это и был помощник Воронцова. Я решила, что он страшный зануда, но при этом очень умный, ответственный и, безусловно, верный своему начальнику. Слева от его стола была массивная дверь с табличкой «ВОРОНЦОВ КОНСТАНТИН СЕРГЕЕВИЧ», и ниже маленькими буквами – длинная надпись с названием его должности. Я нервно сглотнула, но, сжав волю в кулак, произнесла:

– Добрый день. Я Кристина Высоцкая, мне назначена встреча.

– Добрый день, Кристина Игоревна, – с официальной улыбкой поздоровался мужчина. – Я помощник Константина Сергеевича, – его имя он произнес с глубоким уважением, – меня зовут Олег Вадимович. Прошу вас, присаживайтесь, – он указал на диван справа, – Константин Сергеевич пока занят. Могу я вам предложить чай или кофе?

– Нет, спасибо. Я еду из гостиницы, там затруднительно было распечатать доклад. Можно вас попросить помочь мне распечатать несколько страниц?

– Да, конечно.

Пока Олег Вадимович распечатывал мой доклад, у меня было немного времени собраться с мыслями. В голове прокручивала основные тезисы из подготовленного материала и повторяла про себя заключительные слова.

Распечатанные листы были готовы и спокойно лежали на моих подрагивающих коленях. На часах было 16:40, и только мне стоило отвести взгляд от часов, как открылась массивная дверь кабинета, из которого вышли двое: Воронцов и шикарная брюнетка. Ярко-красное платье, в тон красная помада и распущенные локоны длинных черных волос. У брюнетки было не только красивое лицо, но и прекрасная фигура, высокий рост и стройные длинные ноги. Белая норковая шубка слегка приспустилась с ее плеч, сумка с лейблом Chanel и длинные бежевые перчатки из тонкой кожи, небрежно перекинутые через руку. Она была шикарна. На таких женщин, как она, смотрят снизу вверх. Я тоже на нее смотрела снизу вверх, и не потому, что сидела на диванчике. Она посмотрела мимо меня, будто меня не было в кабинете.

– Спасибо, Наталья, что заглянула. Был очень рад тебя видеть, – низкий баритон с легкой хрипотцой вежливо и как-то особенно прощался с гостьей.

– Константин, ну ты же знаешь, что мои визиты в Москву не проходят без нашей встречи, – кокетливо улыбаясь, произнесла брюнетка.

– До свидания, Олег, – попрощалась брюнетка с помощником, даже не взглянув в его сторону.

– Всего доброго, Наталья Альфредовна.

Я не понимала, что со мной. Ревность? Я хотела убежать из этого кабинета. А лучше выпрыгнуть в окно. Сесть в первый поезд и сбежать в родной город. Неделю потом не выходить на работу, лучше вообще не выходить из дома и Новый год встретить одной в чулане. Как можно было заметить меня в кабинете после такой женщины? Я явно проигрывала этой шикарной брюнетке. Мышонок, – подумала бы она, увидев меня, но она меня даже не заметила в кабинете.

– Кристина Игоревна, извините, что пришлось ждать, – участливо обратился ко мне Воронцов, – проходите в кабинет.

Опять его голос! Стоит только услышать его, и все, что казалось важным, уходит на второй план. Я сразу забыла о своих переживаниях по поводу брюнетки. Я уже не чувствовала себя неопытным мышонком.

Кабинет оказался просторным, без излишеств. Немного мебели, только всё самое необходимое. Стол в виде буквы Т занимал полкабинета. Вокруг стола стояли офисные стулья. Диван, шкаф, карта России на стене, флаг, герб. Фото первого лица государства.

Воронцов прошел к своему столу и занял привычное место в большом мягком кожаном кресле. Я присела на один из стульев слева от него. Возникла небольшая пауза. Министр пронзительным взглядом с легким прищуром словно сверлил меня насквозь. Мне казалось, он уже залез мне в мозг и бродил там с навигатором.

Его взгляд изменился, и с искренним любопытством он спросил меня:

– Как вам Москва, Кристина Игоревна?

– О, я не первый раз в столице, – улыбнулась я, – но признаюсь, что этот город перед Новым годом особенно красив. Подарок судьбы, что я оказалась в Москве здесь и именно сейчас.

– Вам нравится учёба? Интересна ли для вас программа?

– Да, конечно. Обмен опытом бесценен, получение новых знаний – это профессиональное развитие, а новые знакомства как глоток свежего воздуха. Мне опять повезло, что все коллеги оказались очень доброжелательными и интересными людьми, – отбарабанила я заготовленную фразу.

– Как себя чувствует Елизавета Андреевна? – продолжал задавать вопросы Воронцов.

– Елизавета Андреевна, – мягко улыбнулась я, – она как вечный двигатель. Работает на результат и на 100% отдается делу. Мне кажется, она получает от этого удовольствие.

– Я ценю Елизавета Андреевну. Видимо, она вас тоже, раз выбрала и направила из всего региона.

Я смутилась.

– А вы получаете удовольствие от своей работы, Кристина Игоревна?

– Мне нравится моя работа. Мне нравятся новые знакомства, общение с людьми и постоянное движение вперёд.

– А что еще вам нравится? Расскажите, – меняя свой официальный тон на более непринужденный, спросил Константин.

Если честно, мне захотелось ответить, что в данный момент великое наслаждение я получаю, слыша его голос, и что лучшее, что со мной произошло в эти дни, – это встреча и знакомство с ним.

– Что нравится?– смущённо повторила я. – Удовольствие я получаю от чашки кофе, от звука саксофона, от театра, путешествий, – немного задумалась я и продолжила: – ещё считаю, что одно из лучших наслаждений в жизни – это сон! – вспоминая последние беспокойные ночи, добавила я.

– Сон? – искренне удивился Воронцов. – Интересно.

Опять повисла неловкая пауза. Опять этот пристальный взгляд. Мне стало неловко, и мне показалось, что я перешла с министром в разговоре незримую черту.

– Извините, меня за фамильярность. Я не должна была вам говорить о своих…

– И всё же, – прервал меня Воронцов, – что такого в ваших снах?

– Ну, не знаю даже, они такие настоящие. Ну вот, например, сон, который я видела перед поездкой в Москву. Будто я попадаю в аварию. Я как наяву почувствовала боль, страх, запах гари. С трудом до сих пор верится, что это был сон. И в последний момент меня спасает птица. Но в жизни птицы не могут спасать людей, тем более они не бывают размеров с человека. А этот Ворон был ростом с человека и такой реальный…

– Ворон? – перебил меня Воронцов.

Министр пытался сохранять спокойствие, но в его взгляде и голосе я почувствовала взволнованность. Он привстал со своего кресла и, не отрывая от меня глаз, пересел на стул напротив меня.

Мы стали ближе. Я смогла отчетливо разглядеть его лицо. У него был достаточно широкий лоб, выразительные темно-синие глаза, немного пухлые губы и ямочка на подбородке. Темно-русые волосы, более темные брови, что подчеркивало цвет его глаз. Он не подходил под описания красавчика или мачо. Но в нем привлекала не внешность. Обаяние, мужская стать и харизма могли свести с ума любую женщину. В нём чувствовались сила и надежность, в которых так нуждается каждая из нас.

Мы были так близко друг к другу. На несколько секунд мы замерли. Воронцов продолжал внимательно изучать меня. Его взгляд был пронзительным, но не тяжелым. Молча он смотрел на меня будто хотел прочитать что-то в моих глазах и получить ответы на только ему известные вопросы.

Неожиданно Константин Сергеевич приподнялся со своего места и официальным тоном попросил меня начать свой доклад.

Что-то не так? У меня вылез прыщ на лице или задергался глаз? Что так резко заставило его буквально отпрыгнуть от меня. Эта быстрая смена настроения обескуражила меня. Мне ничего не оставалось делать, как собраться с мыслями и начать доклад.

Константин Сергеевич отошел к окну и, не отрываясь, продолжал внимательно смотреть на меня. Выражение его лица было серьезным. Он не проронил ни слова.

Я закончила свой доклад, а министр еще какое-то время молча, смотрел на меня. В горле пересохло, и я с трудом проглотила ком в горле. Не выдержав, вскинула брови и вопросительно посмотрела на него.

– Спасибо Кристина, – тихо ответил Константин на мой взгляд.

Кристина? Без отчества?

Воронцов подошел ко мне и направился в сторону двери, всем своим видом показывая, что встреча подошла к концу. Около самой двери он спросил:

– Как долго вы будете в Москве?

– Еще пару дней. В пятницу последний день учебы, небольшой торжественный вечер, и в субботу после обеда у меня будет поезд.

Он опустил глаза, явно о чем-то думая:

– Рад был встретиться с вами. Спасибо за исчерпывающую информацию. До свидания.

– И я… была рада… до свидания, – еле слышно попрощалась я.

Константин стоял в дверях. Красивый. Мужественный. Безразличный. Таким я его запомню навсегда. Это наша последняя встреча.

Когда я закрывала дверь приемной, он уже с кем-то говорил по телефону.

Я долго плакала в номере. Нет, не плакала, я рыдала навзрыд. Сто раз прокручивала нашу встречу в голове и миллион раз обвиняла себя, сама не понимая, в чем. Тревога и отчаяние разрывали меня на части. Мне казалось странным его поведение, и в этом я, конечно, винила себя. Может быть, мой доклад оказался провальным или выглядела я как чучундра? Короче говоря, какие только мысли не лезли мне в голову. Что меня вообще дернуло сунуться со своим вопросом в нашу первую встречу. Мои терзания продолжались до глубокой ночи.

А тут еще полнолуние! Мне хотелось, задрав голову, выть на луну, как одинокий волк, отбившийся от стаи. Верный спутник Земли так ярко светило в окно, что, окончательно отчаявшись уснуть, я расположилась на тахте, напротив большого зеркала. На меня смотрела измученная и уставшая молодая женщина. Растрепанные волосы и мешки под глазами… Хороша, нечего сказать! Вдруг в зеркале я увидела отражение большого черного ворона, который уселся на оконный карниз. От неожиданности я вздрогнула, но страха ворон у меня не вызывал. Я протянула руку к зеркалу, чтобы дотронуться до его отражения, как вдруг услышала.

– Крис, девочка моя … я здесь… Крис… – уже знакомый мужской баритон с легкой хрипотцой звал меня. – Возьми мою руку… Крис, возьми руку…

Я застыла. Я ничего не видела, никакой руки, никакого силуэта, как ни пыталась вглядеться в зеркало. Только ворон сверлил меня своими черными глазами.

– Почему ты мне не отвечаешь? Крис, я рядом… возьми мою руку.

Обернувшись к окну, я увидела, что никакого ворона на карнизе нет.

Спряталась за черные облака луна, исчез ворон, исчез голос. К полной темноте не сразу привыкли глаза. Я часто заморгала, вглядываясь в темноту. Я узнала свой номер в гостинице. Я лежала на кровати, окно было плотно закрыто тяжелыми шторами. Я опять пыталась понять, был ли это сон? Был ли ворон и уже знакомый мне голос? Я поняла, наконец, чей это был голос. Голос Воронцова.

Глава 5. Физика

Утро пятницы порадовало москвичей и гостей столицы ярким солнцем и легким морозом. Однако на душе у меня было совсем не радостно. Боль и тоска. Ругала себя за то, что позволила чувствам дать волю. Безумно глупо с моей стороны было увлечься министром и тем более мечтать о нём. Пыталась блокировать воспоминания о нашей последней встрече, но это мне совсем не удавалось. Провалилась и попытка не думать о Константине. Воспоминания о нем, как рана на теле, болезненно кровоточили. И лекарства от этой боли я не могла найти.

А между тем наша группа готовились к новогоднему вечеру. Девочки уже были с маникюрами, педикюрами и купленными в Москве или привезенными из дома нарядами. Оставалось сделать прически и макияж. Я же была с синяками под глазами и собранным наполовину чемоданом, оставалось залезть в этот чемодан и в качестве безучастного груза покинуть столицу.

Утром за завтраком девчонки набросились на меня.

– Кристина, я вообще тебя не узнаю! Да что случилось с тобой за эти три дня? Всю неделю тусили и ты была центром внимания, а сейчас? – причитала моя приятельница Светка с Сахалина.

– Так, Высоцкая! Идёшь со мной сейчас же в салон. Там шикарный косметолог нахваливала мне новые маски для лица! Будешь красавицей. Причёска, макияж… Я верну тебя к жизни! – взялась за меня Галина с Камчатки.

У нас сформировалась небольшая веселая банда за эти две недели. Я искренне прониклась симпатией к этим людям и полюбила их.

– А я пойду с вами, моя дорогая, массаж и солярий я организую. И только попробуй, такая красивая, сегодня не отжигать с нами всю ночь. Мы в Москве. И сегодня это наша Москва, детка! – подмигнув и громко заливаясь смехом, заявила мне Таня из Оренбурга.

– Мои спасительницы, – улыбнулась я. Вы такие хорошие! Но в солярий я не пойду! – все-таки внесла свою лепту я.

Полностью подчинилась подругам. Закрыла глаза и впервые за эту неделю на целых пять часов расслабилась и отключилась от мыслей о нём.

На вечеринку наша банда пришла ярче звёзд, и даже красная дорожка была нам не нужна. Каблуки, эффектные платья, прически и макияж, а главное, отличное настроение сделали свое дело. И к гадалкам не ходи, было понятно, что вечер будет незабываемым. Девчонки решили зажигать, а это означало беспрерывный смех, танцы до утра, море комплиментов, прежде всего друг другу, и как результат – повышение самооценки!

– Кристина, какая ты красивая сегодня, – Славик взял меня за руку, крепко сжал её и продолжил: – Девочки, я нам занял столик с лучшим видом на сцену и напротив руководства.

Вечер был прекрасным. Я получила массу удовольствия. Надо было отдать должное организаторам – очень продуманно подготовили вечер. Выступили с поздравительной речью кураторы, педагоги, и даже один из начальников министерства приехал нас поздравить с наступающим Новым годом. Мне было комфортно и стало легче. Ровно до того момента, как вышел саксофонист. Казалось, начал игру на струнах моей души. Саксофон для меня оказался как соль на рану. Натянутая внутри меня струна готова была вот-вот порваться. Душа металась, и сердце тоскливо плакало. Я поняла, что есть несколько звуков на свете, которые оказывают сильное влияние на меня: саксофон, но еще сильнее – голос Константина Сергеевича. Я опять вспомнила о нем.

Ведущий пригласил на танец всех желающих. Пожалуй, это то, что мне сейчас нужно. Надо забыться, надо «затанцевать» мысли о нем. Звуки саксофона начали ласкать мой слух, и я плавными и мягкими движениями слилась с ними в дуэте. Танцевать с закрытыми глазами и полностью отдаться музыке просила моя душа. Я выполнила её просьбу. Закрыв глаза и начав движения я, почувствовала, как мой внутренний мир наполнился еще более яркими красками. Только музыка, движение и я. Чувственно перекрещивая в области запястья расслабленные кисти, руки поднимались вверх и, словно индийские караны, рассказывали свою историю. Историю любви, боли и слёз. Жесты рук, движения шеи, головы и плеч были подобно волнам, которые забирали в свой плен уходящее солнце. Мягко сгибаю колени. Бедра и ягодицы плавно вращаются по небольшой окружности, вовлекая в свой танец мышцы живота и грудь.

Закончилась музыка, я глубоко вздохнула. Саксофон сделал свое дело, и я смогла расслабиться. Открыв глаза, я улыбнулась, потому что показалось, что Константин был рядом. Что смотрит на меня своим пронзительным взглядом. Нет, забыть его я не смогу.

Включили свет, и ведущий попросил всех занять свои места, предоставив слово директору нашей Академии. Немного странно, директор хочет выступить второй раз. Наверно, хочет попрощаться и оставить нас одних, как старшеклассников на выпускном – без родителей и учителей.

– Дорогие друзья, – начал он, – этот новогодний вечер действительно претендует стать по-настоящему волшебным. Чудеса случаются не только в сказках. Впервые за всю историю проводимых нами занятий наш вечер посетил очень почетный гость. Коллеги, поздравить нас с окончанием обучения и наступающим Новым годом приехал Воронцов Константин Сергеевич! Поприветствуем!

– Кто?! – воскликнула я в тот момент, когда зал взорвался аплодисментами.

Мое сердце из ритмичного тук-тук-тук мгновенно перешло на сумасшедший темп. Я глубоко вздохнула и медленно выдохнула, пытаясь прийти в себя, но в этот момент резко закружилась голова, и, кажется, я немного пошатнулась на стуле.

– Тебе плохо? – приобнял меня Славик, который весь вечер был рядом.

– Голова что-то закружилась. Пожалуйста, воды, – просипела я.

Я жадно выпила фужер минеральной воды. Слух начал постепенно ко мне возвращаться. И вот вместо биения своего сердца я услышала до боли знакомый голос.

– …поэтому я здесь и рад лично поздравить вас с наступающим Новым годом!

– Что? Что он сказал? Почему он здесь? – подталкивая в бок, требовала я ответа от Славика.

– Высоцкая, ты опять зависла? – шептал он. – Говорил про какие-то обстоятельства, которые заставили его сюда приехать. Слушай, давай! – с улыбкой добавил Славик.

– Год выдался непростым, и особенно конец года подбросил нам немало испытаний. Но ваш высокий профессионализм …

Я наслаждалась его голосом, его речью, его манерой выступать перед публикой. Я любовалась его глазами, его статностью, идеально подобранным галстуком к идеальному костюму. В нем чувствовалась твердость и решительность. Я увидела, что он еще и прекрасный оратор. Он был очень органичным и естественным во время выступления. Мне показалось, что сложившийся у него образ для выступлений надежно слился с ним самим. Воронцов – человек обычный и Воронцов – человек публичный – один человек.

– Коллеги, – продолжал Воронцов, – я рад был встрече и знакомству с вами. Я хочу процитировать великого Достоевского из «Преступления и наказания»: «Бывают иные встречи, совершенно даже с незнакомыми нам людьми, которыми мы начинаем интересоваться с первого взгляда, как-то вдруг, внезапно, прежде чем скажем слово…» – выдержав паузу и будто вернувшись откуда-то издалека, Константин Сергеевич продолжил: – Я вам желаю новых и интересных встреч. Желаю открытых и светлых взглядов. Я вам желаю только искренних и благостных слов. Добра вам в Новом году!

Зал взорвался аплодисментами.

– Какой же он крутой! – восторженно воскликнула Светка.

– Угу, – не отрывая взгляд от Воронцова, ответила я. Хорошо, что глаза всех в этот момент были устремлены на министра, потому что свою физиономию я не могла контролировать. Любой без труда прочитал бы в глазах не только восхищение, но и обожание. А это уже был перебор.

Министр спустился с подиума, взял заранее подготовленный фужер шампанского у официанта, поднял глаза, посмотрел на наш столик и уверенно направился в нашу сторону.

– Да он же идет к нам! – Светка просияла от неожиданной радости.

– Добрый вечер. Дамы, позвольте вас поздравить с наступающим Новым годом, – с очаровывающей улыбкой обратился к нам Константин.

– Константин Сергеевич, какой потрясающий нереальный сюрприз вы нам преподнесли в канун Нового года, – широко улыбаясь, произнесла Галина.

– Вроде бы всё реально. Не сказка и не… – взгляд Константин перевел на меня… – и не сон.

Галина засмеялась в ответ:

– Главное, чтобы в двенадцать вы не исчезли и карета не превратилась в тыкву.

– До персонажа сказочной Золушки мне очень далеко, – отрывая взгляд от меня, поддержал шутку министр и прикоснулся своим бокалом к её бокалу.

В зале погас свет, и зазвучала старая, но всеми любимая Aisha в оригинальном исполнении Khaled.

– Прекрасная медленная композиция. Кристина Игоревна, потанцуем? – взгляд Константина опять устремился на меня.

– Я? – от удивления глаза широко открылись.

Он поставил фужер и протянул мне руку. Моя холодная от волнения рука утонула в его теплой и сильной ладони.

Это была физика. Я почувствовала, как все заряженные частицы моего тела самовоспламенились и вспыхнули так, как если бы это был взрыв ядерной бомбы.

Мы прошли в угол зала и остановились. Он смотрел мне в глаза, и я утопала в его глубоком взгляде. Мою руку он не отпускал, он сжал ее еще крепче и положил наши ладони на свое предплечье. Он уверенно прижал меня ближе к себе, и его левая рука властно обняла меня. Пару секунд мы стояли неподвижно и смотрели друг на друга. Я любовалась им. Он повелительно прижал меня максимально близко к себе. Я почувствовала его тело. Мы начали наш первый танец. Мы. Наш.

Оторвав взгляд от него, я словно слилась с ним. Закрыла глаза, сделала глубокий вздох. Я пропускала через себя его запах. Запах такой родной, такой мой, такой мужественный и сексуальный. Я ласково поглаживало его плечо и, кажется, всю жизнь ждала этого прикосновения. У него прекрасное чувство ритма, он очень умело и спокойно двигается в танце. Константин дал мне возможность расслабиться и быть главной в нашем танце. Меня это приятно удивило.

Мне казалось, что это был танец наших душ.

– Прекрасно выглядите, Кристина Игоревна! – оборвал наше молчание министр.

– Спасибо, – немного смутилась я.

– Наша с вами последняя встреча получилась несколько скомканной и мне показалось неоконченной… мне бы хотелось продолжить разговор с вами.

– Константин Сергеевич, признаюсь, все эти дни я только и думала о нашем разговоре и о …вас. Я чрезвычайно рада видеть вас сегодня и готова с вами встретиться в любое время.

– Кристина, мы совсем не знакомы, и я не уверен, стоит ли нам продолжать наше знакомство. Но кажется, меня сейчас ничто не остановит. Я думаю, стоит попробовать!

– Господи! Это какой-то сон. Я боюсь утра, так как не хочу проснуться. Боюсь, что это всё нереально и исчезнет наяву, – глядя в глаза Константину, произнесла я.

– И я этого боюсь. Но это реальность, Кристина! – спокойно и как-то обреченно ответил он. – Уверяю вас, это не сон.

Тогда я еще совсем не понимала значения его слов и даже не предполагала, что нас ждет впереди.

Наш танец закончился. Я с дрожащими коленями направилась к своему столику. Девчонки тут же меня атаковали:

– Ну как он? О чем вы говорили? Что он спрашивал? Интересно, он на все мероприятия ходит без жены?

Последний вопрос, брошенный девчонками, мгновенно отрезвил меня. Я задумалась о его жене и как на ее месте мне было бы неприятно, узнав о таком танце и таком разговоре. Никогда не была разлучницей, и если честно, в будущем играть такую роль в мои планы совсем не входило. Как-то нехорошо стало мне после этих размышлений. Закружилась голова, и легкая тошнота опять подступила к горлу. То ли алкоголь, то ли мысли о его супруге, но этот эмоциональный всплеск после танца с Воронцовым душил меня в этом зале.

Из моих мыслей меня выдернул Славик:

– С тобой все в порядке? – спросил он.

– Не совсем, по-прежнему кружится голова немного, – приложив ладонь ко лбу, ответила я.

– Давай выйдем отсюда. Пошли в кафе на первый этаж, попьем кофе. Это тебя приведет немного в чувства.

Я охотно согласилась.

Со Славиком мы просидели около получаса за чашечкой кофе и за разговором ни о чем. Мне действительно стало легче, и я уже нетерпеливо хотела вернуться в зал, чтобы снова увидеть Константина.

Дорога в наш банкетный зал после лифта проходила по широкой парадной лестнице в дворцовом стиле. Поймала себя на мысли, что сегодня сказочный вечер и лестница как во дворце, где Золушка потеряла туфельку. Сегодня же, я надеюсь, никто убегать не будет.

Мы поднимались со Славиком в зал и беззаботно смеялись, он рассказывал очередную шутку из собственной жизни. Как вдруг на самом верху лестницы я увидела Константина. Он очень эмоционально с кем-то разговаривал по телефону. Воронцов явно был чем-то сильно взволнован, судя по выражению его лица. Очень резко он давал команды в трубку. Не хотела бы я оказаться на той стороне провода. Я посмотрела в его глаза, и мне в ответ был послан укоризненный взгляд. Мне стало не по себе.

– Я перезвоню, – резко бросил он рубку.

Потом сдержанно и холодно обратился ко мне:

– Можно вас на минутку, Кристина Игоревна?

Я подошла ближе, Константин крепко схватил меня за руку, сильно сжав локоть, и отвел в сторону:

– Где ты была? – испепеляющим взглядом, потребовал ответа Воронцов.

– Я сама могу идти, – посмотрев на свой локоть в цепких оковах его рук, ответила я.

Воронцов отпустил меня.

– Я должен уехать, – безапелляционно и холодно бросил он в мою сторону.

У него зазвонил телефон. Проводя пальцем по сенсорному экрану, продолжил:

– Не больше часа. Я перезвоню.

Он резко направился вниз по лестнице к лифту. До меня донеслось:

– Наталья, я выезжаю. Жди меня.

Воронцов поспешно спускался вниз по лестнице, не сказав мне ни слова. Еще не было двенадцати, и Золушка не убегала по лестнице. Да и мой принц был не из сказки.

Наталья? В моей голове сразу всплыла шикарная брюнетка, выходящая из его кабинета.

Он не вернется! Эта мысль сразу пришла в голову. Сказал – перезвонит, но он даже не взял мой номер телефона. Его ждет Наталья! Наш танец мне казался уже каким-то вымыслом, фантазией, а сейчас настала реальность. Он не вернется! Подавленная и расстроенная, я возвращалась в зал, в котором совсем недавно мы были так близки.

Прошло два часа после того, как наш вечер покинул Воронцов. Это время я провела с новыми подругами. Мысленно с какой-то обреченностью и безысходностью я уже была на вокзале и садилась на поезд в родной город. С девчонками мы вспоминали яркие моменты прошедших двух недель, обещали приезжать друг к другу в гости. Конечно, мы понимали, что обещания эти невыполнимы, но мы искренне благодарили судьбу за наше знакомство. Мы радовались этому времени, которое провели вместе в Москве.

Наш праздничный корпоративчик подходил к концу, и мои подруги собирались продолжить вечер в одном из московских ночных клубов. Сославшись на неважное самочувствие, я поспешила покинуть зал, пока подружкам не пришло в голову затащить меня в клуб насильно. Как вдруг зазвонил мобильный, высветилось «номер не определен». Почему-то большим волнением я ответила:

– Алло…

– Это Воронцов, – уставший, измученный и уже такой родной голос раздался в трубке. – Я очень хочу вас увидеть, – произнесла я.

– Последний этаж гостиницы. Через десять минут, – произнес он и положил трубку.

Я знала, что в нашем отеле на последнем этаже располагается какой-то «крутущий» ресторан. Конечно, я там не была. Я вообще никогда не была в таких дорогих заведениях. Но мне было все равно в эту минуту, куда идти. Я думала только о Константине, его уставшем голосе и новой возможности увидеть его.

Время в лифте мне показалось вечностью, мне не терпелось выбежать из этого замкнутого пространства и броситься навстречу Константину. Наконец-то открылись двери, я была готова выбежать из лифта, но, подняв голову, вздрогнула от неожиданности. Напротив двери стояла красивая девушка в деловом и элегантном костюме. Она мило улыбалась, и ждала, пока я выйду:

– Добрый вечер, Кристина. Рада вас приветствовать в нашем ресторане, – девушка показывала направо, приглашая меня последовать за ней, – позвольте мне проводить вас и пожелать прекрасного вечера в нашем ресторане. Вы сможете полюбоваться неповторимым видом на утопающую в огнях декабрьскую Москву с высоты птичьего полета.

Мы дошли до внушительных размеров стеклянной двери, девушка еще раз мило улыбнулась и взглядом пригласила меня пройти внутрь. Я вошла и почувствовала, как сзади меня она плотно закрыла дверь. В ресторане был приглушен свет. Я увидела элегантный интерьер, много стекла и зеркал, благородное дерево и блестящий метал. Все столики были свободны, ресторан был абсолютно пуст. Я прошла несколько метров вперед. Завораживающий вид открылся передо мной. В полумраке ресторана переливалось огнями огромное панорамное окно. Я увидела роскошный вид на ночную Москву, миллионы городских огней, ночное небо, летящие самолеты. Оказалось, я не одна любовалась завораживающим видом из окна. Силуэт одинокого мужчины, смотрящего вдаль, увидела я у окна. Я замерла. Через несколько секунд он медленно повернулся ко мне. От удивления я взволнованно ахнула. Передо мной стоял изможденный, лишенный всех сил Константин. На нем не было лица. Он опирался рукой о стекло. Прошло чуть больше двух часов с нашей последней встречи, но невероятные изменения произошли с ним за это время.

Я поспешила подойти ближе к нему, я практически бежала к нему навстречу. Крепкие объятия соединили нас. Слезы потекли по моему лицу. Он чуть заметно улыбнулся и ладонью вытер мои слезы.

– Ты голодна? Хочешь что-нибудь? – усталым голосом спросил он.

Я отрицательно покачала головой. Константин обернулся к выходу, и вскоре появился официант, который одобрительно кивнул и удалился.

– Не хочешь ли ты присесть? – ласково спросил он меня.

– Что случилось? – вопросом на вопрос ответила я.

Он взял меня за руку, и мы пошли к огромному дивану, стоящему напротив панорамного окна. Рядом был небольшой столик. Мы утонули в этом уютном диване, Константин накрыл меня пледом и нежно обнял. Мы молчали несколько минут, любуясь видом за окном. Мне было тепло, по-домашнему спокойно и уютно. Наверно, такие минуты и называются счастьем.

Я чувствовала, как устал Константин, но в то же время я почувствовала, что его напряжение начало уходить. Наконец он начал разговор.

– Перед нашей первой встречей в министерстве, неделю назад, я был здесь. Я сидел на этом самом диване, смотрел в это окно и так же любовался видом. Но я был один. Физически я чувствовал себя значительно лучше, но мне не было так душевно тепло, как сейчас. Меня не радовал ни этот вид, ни это небо, ни эти огни. Мне хотелось убежать из этого города. Я вернулся домой, и мне приснился сон.

Воронцов сделал паузу, тяжело вздохнул. Слегка приподнялся, сел напротив меня и продолжил:

– Хочу видеть твои глаза…– голубые глаза смотрели на меня, – в этом сне мне явилась девушка. Раньше она уже приходила ко мне в сновидениях. Это смуглая брюнетка, стройная с очень милым и приятным лицом. Ее образ, одежда и черты лица точно не из XXI века. У меня складывалось ощущение, что через время и пространство она приходила ко мне из начала XVII века, возможно, она жила в какой-то восточной стране. Первый раз мне она приснилась лет в шестнадцать. Кажется, тогда я даже влюбился в неё. С тех пор я зову её «моя девочка».

Я удивленно распахивала глаза, не перебивая его и понимая, что он описывает прекрасно знакомый мне образ, он говорил о «моей девочке».

– Я привык к её визитам во сне. Они были нечастыми, где-то пару раз в год, но долгожданными и приятными для меня. Она всегда танцевала. Её движения всякий раз были новыми, но в одном стиле. Я даже пытался изучать разные направления танцевальных школ, пытаясь прочитать её движения. Но ни один из многочисленных танцевальных стилей полностью не совпадал с её неповторимым танцем. Это было уникально. Я даже зазнаваться стал, что такой эксклюзив позволительно видеть только мне. Как она прекрасна, утонченна и нежна. Каждый раз танец был новый, и каждый раз её появление оставляло одно и то же ощущение. Я чувствовал, будто вернулся в родной дом, будто встретил давно знакомого близкого человека. Я полюбил эту девушку. А после пробуждения мне становилось одиноко и ужасно тоскливо, и в то же время я чувствовал восторг как подросток. Перед нашей первой с тобой встречей в министерстве она опять пришла ко мне во сне. Она опять начала свой особенный танец, но на этот раз, закончив танцевать, она не ушла, как обычно, а, наоборот, подошла ко мне и присела рядом, слева от меня. Моя знакомая незнакомка взяла мою руку и крепким рукопожатием сжала ладонь. И наконец-то она впервые заговорила со мной. Она сказала единственную фразу: «Я иду к тебе». Проснувшись, я понял, что скоро мне предстоит знакомство с ней.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Тим Стормс – американский певец. Дважды внесён в Книгу рекордов Гиннесса за «Самую низкую ноту, произведенную человеком» и «Самый широкий вокальный диапазон».

Вернуться