Александр Руденко
Octava

DO

Жизнь прекрасна во всех ее проявлениях!

Сегодня наступило двадцать пятое декабря и снова очередной год стремительно «пролетел» сквозь судьбы каждого из живущих людей.

Когда приходит время для Рождественского Сочельника – это действительно настоящий Праздник!

Вчера закончился Адвент.

И сегодня, как и договаривались, в доме Питера и Терезы Джонсонов, соберутся самые близкие родственники.

Питер и Тереза жили в браке более десяти лет.

Тогда Питеру было двадцать четырегода, а Терезе двадцать два года. Он работал в строительной компании, отвечал за снабжение строительными материалами, а Тереза была домохозяйкой и все время проводила в их доме с любимыми детишками.

Хорошо быть дома! Ведь впереди еще целых восемь дней отдыха, в кругу родных людей. Детишки будут неспешно просыпаться в теплых кроватях, не думая об учебе в гимназии и детском садике, а взрослые будут видеть перед собой не отчеты и рабочие документы за компьютером или гаджетом, а наслаждаться обычной семейной жизнью.

Сегодня кним в гости приедут «самые взрослые» в их семье – родители Питера: мама – Эмили и отец – Майк. И привезут с собой самые приятные и долгожданные гостинцы: вкусное домашнее печенье, подарки детям. И, конечно же, свое веселое настроение к общему рождественскому столу. Тем более что у родителей Питера есть какой-то «сюрприз», и они обещали его явить при всех членах семьи.

– Это очень-очень интересно, что же у них такого могло произойти? Какие все-таки «интриганы» мои родители,– думал Питер, представляя встречу с мамой и отцом.

Питер с утра был занят в мастерской и проверял готовность уличных новогодних украшений: работает ли праздничная иллюминация, в исправности ли все лампочки. Очень хотелось быть уверенным, что в нужный момент рождественский праздник будет украшен яркими огнями, и вечером сумерки засияют множеством разнообразных оттенков, выделяя при этом на лужайке фигуры сказочных оленей и красиво украшенные сани Санта Клауса.

Мысли о будущем Празднике: как он будет проходить, и чего ждать от этих необычных выходных – очень приятные размышления!

Тереза уже была на кухне и готовила утренний завтрак. Запахи овсяной каши и домашней выпечки мгновенно разнеслись по всему дому.

Дети были еще наверху у себя в комнатах: Алекс – озорной мальчуган семи лет и Синди, спокойная девочка четырех лет. Они только что проснулись, и тишина в доме пока что звенела в воздухе и не была тронута детскими голосами.

И вдруг.

Алекс практически скатился по лестницевниз в гостиную, сумел удержаться на ногах, потом подбежал к маме и обнял ее, затем мгновенно оказался рядом с кухонным столом и сразу же запустил руку в тарелку с манной кашей, попробовав ее на вкус. Облизнул палец, и развернувшись в сторону лестницы, побежал наверх будить сестру.

Синди лежала в своей спальне и с интересом рассматривала потолок комнаты, который был украшен яркими снежинками и звездочками. Она не хотела пока вставать с кровати, томясь в приятном состоянии после сновидений, с удовольствием впитывала запах жареных блинчиков и с любовью думала о своих родителях, которые были сегодня дома. А еще, совсем скоро, она получит свой долгожданный подарок от Санта Клауса (мама и папа знали об ее Рождественском желании).

Перед собой она уже видела новую куклу, в красивом розовом платье и на ногах были одеты хрустальные башмачки с серебряной пряжкой.

И вдруг все мгновенно испарилось в воздухе, и сказка неожиданным образом закончилась!

В комнату, как пуля, «влетел» ее брат и вместо куклы показалась взъерошенная голова Алекса. Девочке захотелось «запустить»в него подушку – не вовремя он прервал такое интересное видение!

– Пошли кушать, мама зовет к столу, – сказал Алекс, и начал стягивать с нее одеяло.

– Сейчас приду, отстань от меня, – крикнула девочка и бросила в него подушку, которая попала ему в плечо.

– Хватит лежать, «соня», вставай уже, иначе все проспишь и в космос улетишь, а я все подарки получу и сейчас я не шучу, – крикнул ей Алекс и с грохотом «улетел» обратно из комнаты.

Отец семейства,Питер, вернулся из мастерской в дом. Дети уже сидели за столом и с удовольствием кушали блинчики с малиновым вареньем и шоколадной пастой.

– Пит, садись к нам за стол, блины уже остывают – сказала мужу Тереза.

Питер ласково посмотрел на свое жующее семейство и присоединился к ним, налил горячего чай и с большим удовольствием поглощал выпечку, приготовленную женой. Готовить она любила, а дети и ее муж со скоростью гоночного болида поедали с красивого блюда ароматные блины, сделанные из коровьего молока и ванилина с корицей. Большая горка выпечки совсем скоро закончилась и обнажила белое дно пустой тарелки.

– Фуух, это не так просто и к тому же тяжело столько есть, – сказал Алекс, и стащил из тарелки сестры уже намазанный шоколадной пастой блин.

–Отдай, он мой. Мама, скажи ему, чтобы вернул! – громко крикнула Синди и начала искать поддержки у родителей, предварительно успев дать пинка ногой, под столом,своему брату.

– Она бьет меня! – возмущенно крикнул Алекс.

– А ты намажь ей свой блин и отдай взамен того, что взял, – спокойно сказал ему отец, улыбнувшись при этом.

– Давай быстрее, а то получишь сейчас, – ответила Синди Алексу.

– Дети, хватит ругаться, доедайте и быстро мыть руки, – сказала Тереза, и вышла из-за стола.

Получасовой завтрак подходил к своему завершению, все семейство наелось, и атмосфера комфорта от насыщения вкусным завтраком, воцарилась в доме Джонсонов.

– Спасибо, моя красавица, было как всегда вкусно,– сказал Питер, и медленно встав из-за стола, поцеловал жену в теплую щеку.

– Чуть позже пойду развешивать рождественские гирлянды во дворе. Кто со мной? – спросил Питер.

– Я. Я, – крикнули дети и мгновенно выпрыгнули из-за стола.

– Одеваться нужно теплее, на улице сильный мороз, не забудьте взять с собой варежки и шапки – сказал Питер детям, и вышел из дома во двор.

День обещал быть насыщенным радостными событиями и близкими сердцу людьми – ведь сегодня должны были приехать к ним в гости – далекое и довольно многочисленное семейство Джонсонов!

С нетерпением ждали родителей Питера: его отца Майкла – ему недавно исполнилось шестьдесят восемь лет, и в недавнем прошлом он был преподавателем философии в университете, и мама Эмили – домохозяйка со стажем и бывший журналист в местной газете, добрая женщина шестидесяти шести лет.

К тому же, обещали приехать братья Питера: Ник, тридцати семилетний мужчина, самый старший из детей семьи Джонсонов, он преподаватель математики университете, и его брат Марк, которому недавно исполнилось тридцать один год, и работает он в компании по экспресс – доставке товаров крупного интернет – магазина, учится заочно на пятом курсе университета на архитектора.

Ждали в гости и сестру Питера – Джулию, самую младшую из детей Майкла и Эмили. Ей скоро исполнится двадцать семь лет, она хороша собой и сейчас увлечена ежедневной работой рекламным менеджером в маленькой компании. И как принято в их семье, она несколько лет назад закончила университет и стала дипломированным «пиарщиком». Джулия пока еще не была замужем, и не думала о скором браке, изредка общаясь с мужчинамина своей работе ив социальной сети фейсбук.

Братья были на сегодняшний день свободны от уз брака: Ник был разведен, а Марк пока не находил должного времени на серьезные отношения с женщинами, разве что встречи по пятницам с коллегами в баре, и караоке с пивом до полуночи. А их родители по-настоящему были счастливы и рады, что у них четверо детей и каждый из них стремится сделать в жизни что-то нужное для общества.

В прошлом году Рождество встречали у родителей Питера. По сложившейся семейной традиции, отмечать все большие праздники в семье родственники договорились вместе, и в этом году решили приехать к Питеру и Терезе. Большой дом с пятью спальнями и гостиной, располагал к тому, чтобы встретить и провести Рождество в комфорте со всеми членами большой семьи.

Питер и Тереза была в приятном возбуждении от будущей встречи со своими многочисленными родственниками!

– Что же случилось у родителей, что они непременно хотят нам рассказать о чем-то новом и главное скажут об этом только за рождественским ужином, – думал с интересом Питер.

Интрига действительно была, и Питеру очень хотелось поскорее выяснить: что же за событие произошло в жизни его родителей? Или должно произойти какое-то событие в скором будущем?

– Может быть, эта новость связана с братьями и сестрой, или с хобби отца (он коллекционировал старинные открытки, и это увлечение было для него самым интересным времяпровождением уже почти тридцать лет). А может они задумали что-то невероятное, например, прыжок с парашютом или погружение на подводной лодке в Ледовитом океане?

Версий будущего секрета было много, осталось только дождаться вечера и долгожданный ответ придет вместе с родителями.

Дом Питера и Терезы Джонсонов стоял недалеко от леса, справа от шоссе, идущего в город. Они жили в окружении красивой и первозданной природы, среди умиротворяющего шума леса и веселого пения птиц. В этом месте все располагало к тому, чтобы получать удовольствие от жизни и оставаться при этом в современном цивилизованном мире – город был в пятнадцати минутах езды на машине, а продуктовый магазин был еще ближе.

В семье были две большие машины – внедорожники, которые могли с легкостью проехать как в город, так и по лесной дороге.

Питер зашел в свою мастерскую. Это был отдельно стоящий одноэтажный дом из толстых сосновых бревен, меньше чем их жилой дом. Здесь были все необходимые в хозяйстве вещи: мелкий инструмент и дворовая техника, велосипеды и аккуратно сложенный домашний «хлам», все, что можно было хранить в не отапливаемом помещении.

Он подключил электрический прибор и проверил ток в проводах гирлянды, стрелка индикатора показывала, что все в рабочем состоянии. И наконец-то включил гирлянды в сеть. Помещение мастерской мгновенно осветилось ярким светом! Это его обрадовало, ведь пятьдесят метров проводов и лампочек, состоящих из пяти скрепленных вместе гирлянд по десять метров, они горели! Теперь нужно было взять крепеж и пневмо пистолет, чтобы надежно закрепить иллюминацию на дворовых постройках. Очень хотелось сделать из светящихся шариков праздничное освещение для декорации Рождественского Вертепа, который они соорудили вместе с детьми из высушенного сена, еловых веточек и шишек, воссоздали сцену рождения Иисуса Христа в Вифлееме.

– Очень красиво и душевно получилось, детям должно понравиться, – подумал Питер о подготовке к Рождеству.

– Осталось закрепить гирлянду и когда все сделаю, будет празднично и светло, в сумерках можно было бы увидеть сани Санта-Клауса, словно летящие высоко над землей, в предвкушении новой встречи с чудом долгожданного Рождества, несущеговсем нам светлый огонь любви и много долгожданных подарков для людей на Земле.

Дети с криками и шумом выбежали из дома, стали помогать отцу – раскладывать маленькие фонарики по всему придомовому участку. Дети в этом году, когда длился Адвент, сделали самостоятельно рождественские украшения – из собранных в лесу еловых веток и сосновых шишек, коричневых каштанов и ягод рябины, и теперь их поделки были в прихожей, рядом с новогодней елкой.

Елка в этом году была необычайно хороша, Питер нашел ее год назад. Ходил он как-то за грибами в лес и увидел зеленое дерево в заросшем ельнике, в километре от дома.Запомнил расположение и «положил глаз» на пушистую «красавицу». И совсем недавно, неделю назад, пошел субботним утром в лес, аккуратно срубил ее и принес домой. И пока спали дети, тихонько занес ель в прихожую. Их дом мгновенно пропитался хвойным ароматом лесной природы и зимней стужи, оставшейся за порогом дома.

Алекс тогда первым из всего семейства увидел появление ели, привычно скатившись вниз со второго этажа. Он радостно захлопал в ладоши, видимо в предвкушении будущего Рождества, и побежал с такой же скоростью наверх, чтобы разбудить сестру и рассказать ей, что в их дом наконец-то пришел долгожданный праздник. И самое главное: совсем скоро с чердака их дома будут спущены игрушки, лежащие в большой коробке, а потом они с сестрой и родителями будут наряжать это лесное чудо.

Главный вопрос – кто ставит самую красивую игрушечную звезду – на макушку ели!

Наряжали лесную красавицу чуть позже, аккуратно разложив елочные украшения и гирлянды в гостиной.

– Папа, подай мне вон тот беленький с грибочек на ножке – попросил Алекс отца, взял из его рук игрушку и повесил ее на елку рядом с другими украшениями.

Синди тоже была рядом с братоми и принимала участие в большой семейной подготовке к Рождеству, уверенно стояла на табурете и с ее помощью елка становилась все наряднее, и на пышных ветках по – соседству расположились зайчики и белочки, трубочисты и пекари, стеклянные шары и мишура.

Яркую звезду на макушку ели доверили установить Синди,она ее с большим усердием водрузила с помощью папы, и Рождество стало на один шаг ближе в доме Джонсонов.

Тем временем, Питер вместе с детьми, разложил рядом с домом все электрические гирлянды, взял самую высокую лестницу и закрепил световые элементы на фасаде дома, подключил гирлянды к электричеству, и убедившись что все стабильно работает, с чувством выполненного долга поспешил с детьми в дом, обогреваться после мороза и пить теплый чай.

Было уже два часа дня и долгожданные гости должны были приехать к семи часам вечера. Зазвонил телефон, это был отец Пита, сказал, что они уже выезжают от своего дома и через два часа должны приехать к ним.

– Все идет по намеченному плану, родители будут вовремя, – подумал Питер и пошел в кабинет, чтобы проверить в компьютере электронную почту и посмотреть рождественские поздравления от друзей и коллег.

Время неспешно приближало торжественную часть будущего праздника, и скорое свидание с многочисленной семьей Джонсонов.

– Кто мне поможет накрыть красиво праздничный стол и подготовиться к встрече гостей? – спросила Тереза у детей.

Дети были в гостиной и растворились в своих игрушках: Алекс собирал гоночную машину из Лего – конструктора, а Синди выкладывала мозаику с помощью разноцветных маленьких фишек, выходила природная композиция из зеленой травки, вместе с причудливыми красными цветами, и это выглядело не особенно правдоподобно, но красиво.

Дети никак не отреагировали на призыв мамы, погрузившись в свои важные дела, они ничего не слышали вокруг.

– Займусь сама, – подумала Тереза.

Открыв дверцу кухонного шкафа, она стала вынимать большие фарфоровые тарелки, с узорчатыми соусниками и салатниками.

– Нужно еще протереть вилки, ложки, ножи, не забыть положить салфетки или даже лучше маленькие полотенца.

Подготовка к празднику шла полным ходом!

Питер поднялся наверх, на второй этаж, чтобы проверить в каком состоянии комнаты. На втором этаже было четыре спальни, из них две детских, их комната с Терезой,одна гостевая и ванная с туалетом.

– Нужно приготовить гостевые места для родителей, братьев и сестры. Сегодня в нашем доме будет много людей, после все останутся на ночлег, На втором этаже в гостевой комнате будут родители, детей можно будет положить в одной комнате и в освободившуюся детскую спальню заселить Джулию. А братьев можно определить на первом этаже, в кабинете, там есть диван и можно поставить раскладушку, или надувной матрас, правда рядом находится большая гостиная, с камином и обеденным столом, может будет шумно, но зато все будут ночевать в нормальных условиях, – подумал Питер, и с удовлетворением, что задача размещения родственников ему благополучно удалась, стал убирать в комнате Синди, игрушки и одежду, в шкаф.

Питер договорился с приезжающими к ним родственниками, что им всем можно будет провести несколько дней вместе. Так что гости должны быть хорошо устроены и не должны чувствовать дискомфорта, как если бы они были дома, а не в гостях.

Он спустился вниз по лестнице в гостиную и с удовлетворением отметил, что жена уже навела здесь должный порядок, не считая игрушек, разбросанными детьми в радиусе двух метров.

Глава семьи подошел к окну в гостиной, посмотрел на запорошенный снегом лес, дорогу, по которой вдалеке от дома мчались машины, и подумал, что все едущие в них, наверное, торопились успеть к своему семейному ужину.

Тем временем, вечер плавно опускался на макушки деревьев, вместе с ярко-красным кругом вечного Солнца.

– Через час можно будет уже включить гирлянду и празднично осветить наш уютный дом, – подумал Питер.

– Милый, подай мне, пожалуйста, вон те фужеры, их нужно протереть, – попросила Тереза мужа, который словно зазевавшийся путник, сначала не понял ее вопроса, и оторвав взгляд и мысли от запотевшего окна, пошел помогать любимой жене.

Сегодняшний день проходил в хлопотах и заботах: Тереза навела порядок в гостиной и сейчас накрывала праздничный стол, заставляя его красивыми тарелками и вкусными угощениями, Питер приготовил комнаты для гостей, а их непоседливые дети бегали между стульев и диванов по гостиной и пытались один у другого отобрать плюшевого медведя Тедди.

С улицы послышался лай Аладара. Пес целый день бегал по лесу в поисках лесной живности и сейчасприбежал домой, громко извещая всю семью о своем возвращении. Огромный пес породы «алабай» был верным помощником в семье Джонсонов. В этом году ему исполнилось восемь лет. Питер помнил его еще маленьким пушистым комочком, состоящим из меха и тепла. Когда он взял его в городском питомнике, малыш был крошечным и совсем маленьким. Со временем, повзрослев и окрепнув, пес стал похож на огромный черный камень, который всегда вилял хвостом при встрече с ним, и особенно детьми.

– Вот интересно, – подумал Питер,– как дети могут отличаться от взрослых в глазах животного. Алекс и Синди, когда были маленькими, и что они только не делали с собакой: таскали его за хвост, садились на него верхом как на лошадь, растягивали уши в разные стороны, да много чего еще, на что пес мог бы отреагировать агрессивно. Но он всегда смотрел взглядом, как будто бы полным рассудка, невозмутимо и задумчиво косясь карими глазами на Питера, словно говоря ему: «Ну что же с них взять! Дети!»

Тем временем, Тереза приготовила «на скорую руку» покушать, и вся семья с хорошим аппетитом набросилась на макароны с жареными сосисками. И нужно было уже начинать готовить к праздничному ужину холодные закуски и гарнир, а позже поставить и домашнего гуся в печь, когда все жильцы дома и гости будут рассажены за столом.

Приятные хлопоты всегда создают приподнятое настроение и настраивают на радостные события и могут – как совпасть с планами, так и пойти по совершенно другому и незапланированному сценарию.

– Подарки для детей и родных приготовили заранее, еще несколько недель назад съездили в городской торговый центр и купили для каждого что-то особенное и приятное на Рождество. В магазине упаковали красиво и с веселым настроением, Тереза и Питер надеются, что гостям будут приятны их подарки и позже пригодятся в домашнем хозяйстве.

Часы показывали уже пять часов вечера, день пролетел совершенно незаметно, совсем недавно было утро, а уже наступил вечер. Вскоре гости начнут приезжать, и пойдет совершенно другой ритм жизни, а дом Джонсонов наполнится родственными голосами и добрыми пожеланиями друг другу.

Время ожидания долгожданной встречи – что еще может быть столь интригующим – как не будущее время и не проявленные события.

Первыми приехали родители Питера – послышался лай Аладара, а потом уже и шум подъезжающего к дому автомобиля.

– Дедушка! Бабушка! – дети с криками и шумом выбежали встречать гостей. Позже были приятные обнимания и родительские объятия, а еще большие красивые коробки с яркими ленточками.

Спустя полчаса, приехали братья Ник, Марк и сестра Джулия.

Вещи приехавших гостей разместили в подготовленных для них комнатах, и спустя полчаса родственники собрались в гостиной дома.

Было уже семь вечера, и взрослые за стаканчиком аперитива стали обсуждать нынешнюю работу, современную политику и неразбериху в мировой системе ценностей, а потом плавно перешли на то, что у кого в жизни из родственников недавно произошло.

Хозяйка дома – Тереза поставила фаршированного яблоками и клюквой гуся в духовку, все, не торопясь, стали рассаживаться за столом. Праздник начинался, а с ним и долгожданный Рождественский ужин.

Питер внимательно рассматривал своих любимых родственников, будто бы видел их впервые за десять лет.

– Да, мои родители за год немного постарели, папа в очках читает газету и не торопливо что-то бормочет себе под нос, мама говорила на ушко внуку Алексу – какую-то интересную историю и он теребил рукав бабушкиного платья и удивленно переспрашивал ее.

Еще увидел, как отец стал осматривать гостиную, и с удовлетворением во взгляде отмечал хорошую подготовку Терезы и Питера к семейному Празднику – Рождеству, при этом одобрительно кивая подбородком вверх-вниз.

– Отец пока ничего не сказал, что же за новость у них с мамой, сегодня он выглядел очень воодушевленным каким-то будущим грандиозным событием.

Словно услышав мысли Питера, отец повернулся к Питеру, их взгляды встретились в пространстве, и он ему ответил:

– Сынок, я скажу главную новость за столом, и мы с твоей матерью надеемся, что эта информация будет для всех нас очень приятной.

Ну что ж, осталось немного времени, и скрытое «тайной за семью печатями», станет явным для всех.

А на рождественском столе, накрытом белоснежной скатертью, расположились красиво сервированные: салатники и соусники, холодные закуски из запеченного мяса и фаршированной рыбы, выпечка в форме пирогов и колечек с сыром. Нарезанные овощи сочетались со свежей зеленью из их домашнего вечно плодоносящего парника, а фрукты напоминали о теплых временах года и апельсины с виноградом грели воспоминания о теплых днях ушедшего лета. Еще на столе были графин с водой и апельсиновым соком, двухлитровый кувшин с домашним вином и графин с наливкой из черноплодной рябины, литровая бутылка виски со льдом, и как всегда в американском доме – несколько бутылок кока-колы.

Запах поджаривающегося в духовке гуся все настойчивее проникал в самую глубину – всех собравшихся за столом, усиливал желание поскорей начать застолье. К тому же, ароматное главное блюдо, обещало быть вкусным, с румяной корочкой и сочным внутри.

Питер постучал вилкой по своему бокалу с домашним вином, призывая всех к молчанию, и обратил внимание на себя.

Все обернулись к нему, ожидая от Пита, что он хотел этим сказать, и он начал свою речь:

– Дорогие мои родственники! Предлагаю нам всем вспомнить, зачем мы сегодня здесь собрались.

Сказав это, он продолжил:

– Господь наш, благодарим Тебя за пищу, которую нам дал, и за возможность собраться вместе! Будь к нам добр и прости наши прегрешения! Даруй нам будущий год в радости и здоровье! Аминь! – закончил Питер, и все за столом повторили вслед за Питером: «Аминь!»

– Давайте будем ужинать, – сказала Тереза, и все начали активно накладывать салаты и закуски.

Питер пошел открывать духовой шкаф, и аккуратно открыв нагревшуюся дверцу, выпустил в гостиную ароматное облако, исходившее от жарящегося гуся, и наконец, под взгляды всех присутствующих, показалась и сама дичь: на большом противне, обложенная печеными парными яблоками и под золотистой корочкой, изнывавшая от вытекающего аппетитного светлого сока и гордого одиночества. Он поставил дымящееся блюдо на стол и под одобряющие голоса детей, взял нож для разрезания главного Рождественского гуся.

И вдруг, послышался очень громкий лай Алабая, собака была сейчас в вольере рядом с домом.

Гости и хозяева вздрогнули за столом, словно были застигнуты врасплох внезапным событием. Спустя несколько минут, раздался звонок в дверь.

– Хммм, кто бы это мог быть, наш почтальон или соседи пришли поздравить нас, – подумал Питер, и спокойно встав, направился в сторону входной двери. Родственники, повернув голову вслед уходящему Питеру, мысленно были с ним.

На крыльце, в дверях, стояли трое мужчин, которые были ему не знакомы.

– С Рождеством! – сказал один из них, и спокойно смотря в глаза Питера, спросил его: «Разрешите войти?»

И не дожидаясь одобрения своего визита от хозяина, они зашли в дом и закрыли за собой дверь.

Питер, совершенно не понимая – кто эти люди, пропустил одного из них в гостиную, потом второго и затем третьего. Все сидящие за столом родственники с интересом и явным желанием узнать, кто же это пришел в дом Джонсонов на Рождественский вечер – наблюдали за происходящим!

Перед ними стояли трое мужчин: один из них был явно постарше остальных, на вид около пятидесяти лет, среднего роста, с сединой на висках и светлой бородой, его товарищи выглядели помладше: второй выглядел на сорок лет, темноволосый и высокий, и третий был совсем молодым блондином среднего роста, не больше тридцати лет.

Заговорил мужчина, выделявшийся среди пришедших незнакомцев своим почтенным возрастом и сединой:

– Мое имя Томас, и важное обстоятельство, которое привело нас в ваш дом для меня и моих товарищей на сегодняшний день – очень существенное. Дело в том, что сегодня, здесь, в этом доме находится Майкл Джонсон. При этом он указал пальцем – на главу семейства Джонсонов, и продолжил:

–У этого человека совсем недавно, то есть не только у него, а в семье, произошло одно событие, которое очень заинтересовало моих спутников.

– Может, Вы что-то перепутали, это дом мой и моей жены и отец с нами не живет – спросил Питер у незнакомца.

Седой мужчина ответил Питеру очень быстро и с раздражением, при этом на его лице вспыхнул некоторый огонь ярости:

– Нет, я не ошибся и понимаю, что говорю! А вот Вы – или не знаете, что произошло двадцатого декабря в этом году, или скрываете то, что уже произошло!

Питер ничего не понимал со слов пришедшего незнакомца, и с неподдельным удивлением спросил отца:

– Папа, что все-таки случилось и кто эти люди? Что с тобой случилось – двадцатого декабря, то есть неделю назад?

Майкл Джонсон, отец Питера, ответил сыну и всем присутствующим родным, нисколько не обращаясь к незваным гостям:

– Не понимаю, о чем идет речь и что они хотят, по крайней мере, этим людям я ничем не обязан!

И далее он обратился с явным раздражением к стоящим в прихожей незнакомцам:

– Кто вы такие и что делаете в доме моего сына?

Пожилой незнакомец,спустя десять секунд, медленно ответил отцу Питера:

– Может Вы забыли о том, что неделю назад стали богаче многих других честных американцев?

Майкл Джонсон ответил ему жестко и уверенно:

– Насколько я понял, вы – обращаясь к пришедшим – в курсе, что мы с супругой взяли крупный выигрыш в ежегодную Рождественскую лотерею? И что дальше? Какое вам дело до нашего события?

Сидящие за столом родственники пересматривались друг с другом, явно не понимая, как реагировать на эту свалившуюся с неба информацию! Правда ли это?

– Как, отец, неужели этот неназванный мужчина это ты? – спросил Питер, отчетливо припомнив, что по телевизору и по радио говорили о «Везунчике», который лично знаком с «Госпожой Удачей» и выиграл в крупнейшую лотерею штата – десять миллионов долларов! Да и жил этот неназванный человек, как говорили репортеры по телевидению, в том же городе, где и родители Питера.

– Да, это правда.

– Питер, Тереза, мои любимые дети и дорогие внуки – это и был наш приятный сюрприз для вас, такая невероятная новость для вас всех.

– Но я не понимаю, кто эти люди, откуда они это знают и что сейчас делают в этом доме, -сказал Майкл и повернулся с вопросом к своему сыну, хозяину дома.

– Я их вижу в первый раз – как и ты, и никогда не был с ними знаком, – сказал Питер и обвел глазами всех присутствующих.

Все сидящие за столом родственники были в недоумении. Гусь активно «проецировал» в домашнее пространство – божественный аромат своей готовности быть уже съеденным, и его желание передавалось ко всем окружающим!

Незваные гости были явно не вовремя, но новость от родителей была приятно шокирующей и щекотала нервы своей новизной и неизвестностью будущего.

Все ожидали признания от трех вошедших мужчин – кто эти люди и что они здесь хотят получить, и кроме того, ведь они пришли в дом без приглашения?

Заговорил темноволосый приятный мужчина, товарищ седого незнакомца:

– Видите ли, мы с вами не знакомы, возможно, что наше знакомство будет недолгим, и мы все расстанемся очень скоро и счастливо. Я – Джон, а это мой брат -Брайан,– сказал он, указывая на самого молодого мужчину рядом с собой, а этот мужчина, как вы уже знаете- указывая на мужчину с бородой – Томас.

– Томас некоторое время назад работал в полиции вашего города и был там «на хорошем счету», поэтому вы его не знаете. Он работал в информационном отделе по коммуникациям полицейского участка. Правда, был недавно уволен, – сказал Джон, оглянувшись в его сторону.

– Говори суть, -раздраженно сказал мужчина с седой бородой, – хватит тянуть время. Зачем им про меня говорить?

– Послушайте, Майкл,– сказал Джон, обращаясь к отцу Питера – мы знаем, что на Вашем банковском счете сейчас находится пять миллионов долларов – это сумма выигрыша прошедшей недавно лотерее.

– Мы хотим, чтобы Вы перевели эти деньги на наш счет, и если это произойдет быстро, все отделаются легким испугом и спокойно приступят к вечерней трапезе. В противном случае, мы будем вынуждены прибегнуть к некоторым мерам воздействия, и нам очень не хотелось бы этого делать, – закончил Джон.

Новостей за этот короткий и испорченный вечер было уже достаточно много: громадный выигрыш Джонсона – старшего в лотерею, неудавшийся рождественский ужин, забытый всеми жареный гусь на столе, непонимающие взрослые дети и маленькие внуки, пришедшее из темноты в дом незваные гости – все это смешалось в головах у присутствующих здесь людей. Никто из сидящих за столом гостей так и не понял до конца происходящих событий: это реальность по-настоящему или какой-то злой гений выдумал такой ужасный спектакль!

НО!

Здесь не было никакого сумасшедшего режиссера или другого вымышленного актера. Это было странной реальностью и происходило в этом месте, доме Питера и Терезы Джонсонов.

Сейчас нужно было принимать такое решение, которое устроило бы непрошеных гостей и всех Джонсонов, сидящих вместе за столом, полным всевозможных блюд и несбывшихся надежд на приятные впечатления от будущего праздника.

Предложение добровольно отдать выигрыш людям, неизвестно откуда взявшимся в их доме – самую крупную удачу в жизни главы семейства Джонсонов, Майкла, казалась Питеру полной глупостью, и пока это не особенно «укладывалось» в голове и у других присутствующих здесь, родственников.

Все взрослые притихли и пересматривались друг с другом, дети не понимая, что происходит в их доме, стали делать то же самое, что и взрослые – бросать взгляды на родителей.

Эмили, жена Майкла и мама Питера, тяжело вздохнула, решила высказать незнакомцам свое мнение:

– Я очень хочу чтобы было понятно мое мнение: наш большой выигрыш – это подарок Судьбы или ее не безразличие к нашей семье, я воспринимаю прошлое событие как Провидение Бога – это касается только Джонсонов! Мы никогда с мужем не думали, что будет что-то подобное в нашей жизни, но это произошло. Когда вы сказали, что хотели бы забрать эти деньги у нас, – она пристально посмотрела на непрошеных гостей через линзы толстых очков, – я не сразу поняла, и как мне показалось сначала, это напоминало розыгрыш. Но видя ваши хладнокровные лица сейчас, я понимаю, что это, увы, не так.

– Вы пришли отнять то, что принадлежит другим?

На этот раз ответил совсем молодой мужчина, который до этого не произнес ни слова, и со стороны могло показаться, что ему было неловко в компании своих двух более взрослых товарищей:

– Мисс, мы не хотим причинить вред никому из присутствующих, поймите нас правильно. Как сказал мой брат – Джон, вашему супругу нужно перевести пять миллионов долларов как можно быстрее на наш счет, и тогда моя «компания» оставит ваше семейство в покое.

Сказав это, он вытер со лба выступивший пот, который капельками стекал на виски и показывал степень возбуждения говорившего мужчины. Стало ясно, что каждый из пришедших мужчин по-разному относился к тому, что происходило сейчас в доме Джонсонов.

Незнакомцы вышли из роли незваных гостей и медленно направились поближе к рождественской елке, сели напротив приехавших гостей и хозяев дома.

Воцарилась тишина и словно густое облако повисла в воздухе.

С шестью нолями и цифрой пять – впереди.

Неизвестность не давала ни малейшего шанса на понятный исход и чего можно ожидать в недалеком будущем.

– Совсем забыл вам сказать – сказал Томас, мужчина с седой бородой, обращаясь к семейству Джонсонов – мобильные телефоны, равно как и все устройства современной связи с миром, здесь уже не работают. Достав из кармана куртки маленькую черную коробочку, он произнес:

– Это глушитель всех средств телефонной связи и интернета, в доме больше не работает вай фай или подобные ему соединения. Вы будете находиться в тишине и покое без телефонных разговоров, и никто не расскажет интересную историю соседям или друзьям о визите трех незнакомых мужчин, к вам, на Рождество.

– Да и зачем вам это нужно, говорить лишнее и подвергать опасности своих близких? Хорошо сидите за красиво накрытым столом и на лицах такая трагедия происходящего! Но! Мы знаем о вас практически все: где живете и с кем пьете утренний чай, скажу больше – мы хорошо изучили каждого из присутствующих, ну не считая малышей: Алекса и Синди.

– Я уверяю, что мы знаем вас лучше, чем самые близкие друзья, может даже лучше ваших родителей: почтенного Майкл и прекрасной женщины Эмили.

– И что же теперь нам делать? Что будете делать дальше? – крикнула Джулия, сестра Питера.

– Надоело это затянувшееся представление, видите ли, они все знают, пришли неизвестно кто. Может вам просто уйти прочь, забыть про нас и продолжать жить так, как привыкли? Оставьте нас в покое!

– Нет Джу, это уже невозможно, – усмехнувшись, ответил Томас.

– Ровно час назад присутствующие здесь люди стали гораздо ближе друг другу! Нет, мы не уйдем за порог этого дома, при этом мило сказав: «До свидания! Счастливого Рождества!».

– Я и мои друзья очень желают забрать весь выигрыш Майкла,– сказал Томас, указав пальцем на пожилого мужчину.

– У меня в сумке находится ноутбук, и сейчас мы войдем в электронную программу банка, где зарегистрирован личный счет твоего отца, введем логин и пароль, потом сделаем перевод пяти миллионов долларов на счет, который скажем. И позже, убедившись, что сумма поступила к нам, с огромным удовольствием выпьем чай или кофе в вашей уютной компании.

– Но уйдем мы не раньше, чем будет осуществлен этот денежный перевод, – резюмировал Томас.

– И еще, у нас достаточно много времени, мы никого не будем насиловать или бить, по крайней мере, нам не хотелось бы этого делать в дальнейшем, – сказал темноволосый мужчина по имениДжон.

– Очень надеемся на ваше благоразумиеи отсутствие природной жадности. Как говорится:«Бог дал – он же и забрал!»

Сказав это, Джон вынул из внутреннего кармана куртки обрез карабина, положил его себе на колени и после заржал как жеребец, видимо восхищаясь своим остроумием.

– Прямо философ, ни дать ни взять! – про себя подумал Питер.

Часы нарушили ритм неспокойного вечера в гостиной и монотонно отбили десять раз. С момента прихода незнакомцев прошло почти два часа.

– Значит так, – сказал Майкл Джонсон, один из удачливейших Джонсонов в мире, и возможно даже в большей степени – самый неудачливый Джонсон в мире.

– Я не хотел бы, чтобы кто-то из моей семьи пострадал, вижу, что вы достаточно много знаете, больше, чем кто-либо из здесь присутствующих моих детей и внуков.

– Я готов перевести сумму выигрыша вам на счет, только чтобы вы оставили нас в покое!

Сказав это, он посмотрел с неприкрытым презрением на эту троицу жуликов, которые при взгляде Майкла развернули головы наверх, и видимо чувствуя себя неловко, стали искать на потолке лучики света от елочной гирлянды, как бы говоря при этом: «Ну что же поделать, раз мы такие подонки!»

Бандиты стояли рядом с елкой Джонсонов, которую украшали две недели назад дети Питера и Терезы – Алекс и Синди.

Они были похожи на трех злых волка, которые забежали в гости к бабушке «Красной Шапочки», зная, что у пожилой доброй старушки в гостях пребывает все многочисленное семейство.

Да-а-а, ситуация!

Томас, который был явным лидером этой шайки, нарушил молчание и продолжил беседу:

– Я сейчас «войду» в сеть интернет и подключу свой ноутбук, а потом мы сделаем банковскую транзакцию всего выигрыша.

Сказав это, он положил на журнальный столик свою сумку, вынул из нее ноутбук, положил его на стол, и через несколько минут, установив соединение с «всемирной паутиной», предложил Джонсону – старшему подойти к нему исделать денежный перевод с его банковского счета на свой.

Майкл подошел к Томасу, присел на диван, взял его ноутбук и «зашел» на сайт своего банка в личный кабинет, набрал логин и пароль, получил доступ к системе электронного банка. Из справки, которая была перед его глазами, четко обозначилась текущая сумма на счету -чуть более пяти миллионов евро, а именно пять миллионов семьдесят восемь тысяч триста двадцать семь долларов.

Это была сумма выигрыша в лотерею и все отложенные деньги – за долгое время его работы в университете.

В голове у пожилого счастливчика «пронеслись» мысли о той безумно огромной сумме, которая «свалилась» на него и его семью в результате выигрыша в лотерею. Вместе с женой – они планировали разделить эту немаленькую сумму между детьми и помочь им решить их житейские трудности: наконец-то выплатить кредит за дом, поменять машины на более новые, отложить деньги на будущее обучение детей и страховки. Да мало ли еще на что – деньги нужны всем и всегда!

Но сегодняшние обстоятельства сложились таким образом, что в эту минуту он мог только лишь мечтать о лучшей жизни в большем достатке и королевском благополучии, словно недавний выигрыш приснился ему во сне.

– Как же они узнали и откуда у них информация о моей удаче? – подумал Майкл.

Мысли его прервал Томас, сидевший рядом с ним,он заметил некоторую задержку в действиях Майкла и загрузки страницы будущего перевода на экране ноутбука.

– Наверное, Вы думаете: как это так, здесь хранятся мои деньги, вдруг пришли неизвестные люди и лишают всех моих родственников этого счастья? – спросил Томас Майкла, с явной «издевкой» в голосе.

– Достаточно уже пустых разговоров, давайте ваш номер счета, – сказал Майкл и грубо оборвав Томаса, посмотрел с презрением на него. Потом взял листок с цифрами и начал заполнять их в поле для перевода на другой счет. Заполнив нужную для транзакции информацию, Майкл нажал на клавишу «ввод» и указательным пальцем подтвердил эту «грабительскую» банковскую операцию.

– Значит, деньги сейчас «уйдут» с моего счета навсегда, – грустно и очень обреченно от безвыходности своих действий подумал Джонсон – старший.

Через десять секунд на экране ноутбука высветилось сообщение из банка – «ПЕРЕВОД НЕ ОСУЩЕСТВЛЕН»!

– Что значит нельзя, как это понимать! – Томас не понимал что происходит, его лицо налилось, словно пунцовый шар, и он готов был взорваться в эту минуту от злости.

Майкл сидел рядом с ним и находился явно в аффекте – от несправедливой ситуации и невозможности сделать то, что нужно пришедшим в дом ворам – а именно нажатием клавиши «согласен», он уже фактически отдал бандитам выигрыш и попрощался с ним навсегда!

Однако что-то пошло не так.

На экране компьютера высветилось сообщение, которое огласило следующую новость:

«ПРИНОСИМ СВОИ ИЗВИНЕНИЯ!

ПЕРЕВОД НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ОСУЩЕСТВЛЕН БЕЗ ВАШЕГО ПЕРСОНАЛЬНОГО МЕНЕДЖЕРА.

НАШ ОФИС ЗАКРЫТ ДО ПЕРВОГО ЯНВАРЯ.

СЧАТЛИВОГО РОЖДЕСТВА»!

Информация однозначно свидетельствовала только об одном: ДЕНЬГИ нельзя перевести на другой счет – до первого января будущего нового года.

И до этого времени – никто не сможет этого сделать!

Это был практически боксерский нокаут, эдакий хук справа в челюсть – троим незнакомцам.

Непонятно что сейчас можно будет ожидать от этих людей и чем закончится для всех собравшихся эта непростая ситуация.

Томас и Майкл неотрывно смотрели в экран ноутбука, словно старались пройти сквозь паутину всемирной сети – в сам банк и его хранилище, которое пока что осталось непреступным и не выдало ни цента желающим.

Майкл по-своему понимал слова, которые сейчас прочитал:

– Незнакомцы остались ни с чем, а вернее со своим носом, денег им сегодня с моего счета не получить, и завтра тоже нет, до первого января банк недоступен. Ждать нужно целых восемь дней. Это большая уйма времени, и не совсем понятно как в этой щекотливой ситуации им поступить.

С самого начала, когда Томас узнал о выигрыше Майкла и потом узнал подробнее о людях, которые стали победителями лотереи, провел собственное расследование, благо за десятки лет работы в полиции этот опыт усваивается очень хорошо. Он выяснил,что живут эти люди в его городе.

У него было противоречивое отношение к этим людям: с одной стороны – удивление, что кому-то из его земляков крупно повезло, с другой стороны – зависть, что он сам не он стал тем счастливчиком, и свой купленный тогда билет, в эту лотерею, готов был выкинуть за ненадобностью и бесполезностью, только зря потратив один доллар!

Он тогда подумал, как ему с этим жить дальше, зная что кто-то получил несправедливо ХАЛЯВУ.

– А может быть найти этих людей и отнять у них то, что они выиграли, и почему им повезло, а не ему!

– Где справедливость на свете?

Тем временем, в гостиной воцарилась абсолютная тишина.

Все молчали.

И ждали.

Не знали, что будет дальше.

Дети, все это томительное время, сидели за обеденным столом, словно находясь в ступоре, и не понимая, кто эти чужие дяди и что они делают в их доме. Они видели только недоумение и скованность родителей и всех сидящих рядом родственников.

– Что дальше, господа? – спросил Майкл, обращаясь к Томасу и обернувшись в сторону двух чужаков.

– Вы сейчас видели, что я не могу сделать того, что вы хотите. Предлагаю забыть свое вам предложение – забрать мой выигрыш, считать это как недоразумение или неудачную шутку, и немедленно уйти из нашего дома, чтобы мы продолжали дальше, каждый из нас, свою жизнь.

Сказав это, он внимательно посмотрел на незваных гостей, которые, судя по их выражениям лица, не понимали смысл происходящего здесь.

Джон и Брайан – смотрели на Томаса, они не знали, как будет себя вести их главарь, «Мозг» всей этой операции!

Накрытый и праздничный рождественский столтомительно ждал и звал всех к себе в гости. Собственно все, кроме самого старшего Джонсона были за столом. Но сегодня, в отличие от предыдущих праздников, не была слышна бесконечная речь сидящих, громкий стук приборов о тарелки, торжественный звон бокалов. Было только бессловесное ожидание чего-то иного и пока неизвестного – словно висело в воздухе и мешало всем радоваться большому празднику Рождества.

– Мама, я хочу попить,– раздался наконец-то хныкающий голос Алекса, за два часа была сказана первая фраза.

– Значит так, – уверенным голосом сказал Томас, и продолжил:

– Мы НИКУДА отсюда не уйдем – без этого, будь его неладного банковского перевода. Если сможем сделать перевод денег на счет только через восемь дней, значит, весь этот срок мы будем находиться здесь, рядом с вами.

– Мы заберем на это время ваши телефоны и компьютеры, средства связи с внешним миром. Чтобы не дай БОГ кто-либо из присутствующих не сделал глупого и необдуманного поступка. Для общего блага и нашего спокойствия ограничим вас в передвижениях по дому и выходу из него. Если понадобится, сами съездим за продуктами и всем необходимым. Но мы никуда не уйдем отсюда – не раньше, чем получим лотерейный выигрыш Майкла. Вы будете находиться в нашей «приятной» компании и «мило» проводить эти Рождественские каникулы!

– Пусть каждый из вас осознает, что будет только хуже – тому человеку, который не захочет жить по нашим правила. Нам терять нечего, вы нас отчетливо увидели и теперь мы не скажем на пороге двери при расставании:«Спасибо за все хорошее, удачи». Этого не будет! Я призываю всех отнестись серьезно к этой ситуации, чтобы в конце концов вы – Джонсоны, были живы и здоровы и не пытались нам героически доказывать, что должны защитить свой дом от нас – грабителей. Это ни к чему и будет только хуже для всех. Мы заберем то, зачем сюда пришли, а вы будете продолжать жить как и прежде.

Сказав это, он обвел присутствующих здесь людей своим жестким взглядом, словно «укрепив» всех на своих местах, без возможности спрятаться или куда-то убежать.

Вырисовывалась нерадостная картина, которую никто себе не мог бы представить раньше, она была воочию явлена всем присутствующим здесь людям.

Томас, обращаясь к своим товарищам – Джону и Брайану, сказал:

– Немедленно проверьте все внутри дома, соберите телефоны и компьютеры у всех присутствующих здесь людей.

Джон и Брайан подошли к сидящим за столом людями у каждого забрали телефоны в пакет. Джонсоны понимали, что нужно подчиниться, и выхода в сложившейся ситуации нет, кроме как отдать, то что требовали грабители и ждать чем всеэто закончится.

Майкл, отец Питера, понимал, что сейчас происходит в Душе каждого из членов его семьи: это страх и невозможность быть самими собой, неспособность защитить себя и своих родных от бандитов, подавленное в себе желание, такое маленькое и крохотное – выгнать незнакомцев из дома.

Вернуть уют и потревоженное равновесие всем родным.

Какая-то глупая идея МИРОЗДАНИЯ, давшая одному человеку сумасшедшую удачу, этот выигрыш, который принес столько радости и страха, зачем это все нужно?

К чему это желание быть богатым, просто даже желание подойти и купить билет лотереи? Неужели недостаточно было того, что было сделано в течение жизни: были воспитаны хорошие дети, куплен большой дом, состоялась отличная карьера профессора философии при кафедре в университете.

Зачем этот шанс дала судьба, к чему искушения вещами, которые не прожиты самим собой, не пропитаны потом и кровьютяжелым трудом и потраченным на него бесценным временем?

Богатство в виде победы в лотерею просто «упало с Неба». Чудо! А может быть искушение?

Сколько примеров «бесплатных подарков» история Человечества помнила, когда «незаработанное» порабощало цивилизации и целые народы.

Своего рода желание – не согласиться с тем порядком вещей, которые имеешь в своей жизни. Возможно – это путь для своей нереализованной фантазии в жизни, чтобы сбылось сокровенное желание, и если не у тебя, то хотя-бы у других, например, у своих любимых детей?

Вопросов много, а ответов немного. Мысли. Куда вы приведете ищущего путника и не заведете ли себя в лабиринт бессознательного хаоса: прошлого, настоящего и будущего Майкла Джонсона?

Томас громко говорил для всех присутствующих и насильно «вырвал» Майкла из глубоких размышлений:

– Предлагаю не заканчивать такой красивый ужин, не начав его. Сегодня большой Праздник и я приглашаю всех присесть за стол. Посмотрев на своих товарищей, он взглядом предложил им сесть за стол и начать ужин. Его приятели были явно не против такого предложения.

– Майкл, – сказал Томас, обратившись к Джонсону – старшему, – давайте начнем Рождественский ужин. Все уже в сборе.

Хотя в его голосе и чувствовалась нотка ехидства, это было уже больше похоже на то, что нужно делать дальше, ведь жизнь продолжается!

Трое пришельцев сели с края стола, Тереза предложила всем наполнять свои тарелки закусками и гарнирами.

Питер встал, держа бокал с вином, посмотрел на всех сидящих и произнес короткую речь:

– Предлагаю вспомнить вечерней молитвой непростой сегодняшний день и хочу поздравить всех с Рождеством Христовым, призываю каждого подумать о нашем Боге, ведь именно по нашей вере Спаситель дает насущный хлеб и дарует жизнь. С Праздником!

Все сидящие за столом родственники склонили головы и прикрыли их руками, в искреннем почитании повторяли молитву за Питером. Дети тоже сидели со сложенными ручками, обращенными к небесам. Спустя несколько минут, спокойная идиллия закончилась:

– С Праздником! – громко сказали сидящие за столом Джонсоны.

Томас и его товарищи спокойно наблюдали за происходящим, не подавая никаких эмоций, разве что – разрезая аппетитного жареного гуся большим ножом.

Через час, вдоволь наевшись, в умиротворении проведя Рождественскую трапезу, все продолжали сидеть за столом.

Заговорил Питер, обращаясь к незваным гостям:

– Как вы себе представляете наше совместное нахождение в моем доме?

– Как мы будем жить время, что вы хотите от нас?

Ответил Томас, расположившись в кресле рядом с камином и неторопливо попивая виски со льдом:

– Ваш дом теперь будет и нашим, – утвердительно посмотрев при этом на своих «подельников».

– Мы установим сигнализацию на все окна и двери в доме, будем контролировать ваши передвижения, но мы верим, что благоразумие убережет всех от неправильных поступков.

– Вы будете находиться только здесь: спать, принимать пищу, и вообще дом в два этажа нам не особенно сейчас необходим.

– Как говорится, в тесноте да не в обиде!

– Располагайтесь и чувствуйте себя как Дома!

Сказав эти слова, он громко расхохотался, потом начал немного икать и покраснел от выпитого спиртного. Ему явно нравилось быть в центре внимания, даже сложно представить, кем он был в той прошлой жизни, где нужно было заслужить уважение других людей.

Тем временем, часы «отбили» одиннадцать вечера. Как ни странно, но ужин явно затянулся, вечер был на удивление уникальный, но выбирать не приходится – что произошло, того уже не вернешь.

– Принесите необходимые вещи вниз, ну там: подушки, одеяла, все, что нужно для сна, – сказал Томас, обращаясь к Питеру.

– Эту ночь мы будем спать здесь, внизу, а дальше посмотрим на ваше поведение.

Майкл покачал головой, словно пытаясь сказать вслух, что происходящее просто глупость.

Тем временем, дети расположились возле елки, практически засыпая на ходу, и Тереза решила укладывать их спать. К сожалению, это будет не их комната с удобными кроватями, но здесь был мягкий уголок с диваном и значит можно уложить малышей на ночлег в таких некомфортных условиях.

Питер принес в большой охапке одеяла и подушки, и через десять минут дети заснули спокойным и беззаботным сном. Пусть им явятся добрые сказки и волшебные страны, они тихо сопят и растекается их беззаботность по мягкой подушке, словно капли дождя по стеклу.

В гостиной, присутствующие люди, продолжали в полголоса вести беседы между собой: мама Питера расспрашивала невестку о новостях в семье, Тереза рассказывала ей о внуках и работе Питера, свекровь внимательно слушала ее о жизни сына и его семьи.

Во дворе, в это время, раздался завывающий лай Аладара. Питер взглянул на Томаса и сказал ему, что нужно покормить пса – распорядок приема пищи никто у четвероногого друга не отменял, тем более, что каша с мясом была сварена и собака настоятельно требовала свой ужин.

Питер взял большую кастрюлю и вместе с Томасом они вышли из дома. На улице была настоящая зима: снег падал небольшими снежинками и успел укрыть невидимым покрывалом – крыльцо и ступеньки дома.

Собака, завидев хозяина, радостно завиляла хвостом, предвкушая вкусный и сытный ужин. Питер подошел к его большой миске и высыпал в нее теплую еду, потрепал за холку защитника дома, который с удовольствием поглощал кашу, и про себя подумал, что громадный четвероногий боец так и не понял, что беда, опасность уже пришла в его дом. Но пес, по своей природной доброте, просто не понял, что недавно зашедшие в дом трое незнакомцев – не друзья, они незваные гости и враги Джонсонов. И лучше бы конечно прогнать их подальше и не встречаться с ними никогда, но они уже внутри семейного очага.

Томас начал громко кашлять, после вынул сигарету и с удовольствием закурил. Ему было здесь все незнакомо и непонятно, он сам не знал, что будет дальше. Пустил клуб табачного дыма вверх и наблюдая за тем, как улетучивается пар, думал:

– Мои сегодняшние компаньоны, эти два брата, не должны дать слабину, мне необходимо удержать их в течении этого неопределенного времени, которое нужно для получения денег на счет. Половина из всего выигрыша – это хорошая сумма для них и они такие барыши видели разве что в кинотеатре или читали в книгах о пиратах, – подытожил Томас.

Питер прервал их общую тишину и спросил у главаря бандитов:

– У вас есть дети?

Томас «вынырнул» из табачного размышления и коротко ответил:

– Да.

Молчание опять затянулось, Томас не был расположен к диалогу, очень многое сейчас требовало от него концентрации мысли- чтобы думать о том, что сейчас важно.

Настроение словно передавалось природе, которая испытывала некоторое удовольствие от сегодняшнего большого вечера, празднично был освещен дом Питера и Терезы, словно светился от счастья пришедшего Рождества!

– Пошли в дом,– сказал Томас Питеру, выбросил сигарету в снег, около крыльца, открыл дверь, пропустил впереди себя хозяина дома, обернулся назад и посмотрел на яркое звездное небо и с силой, прикрыв за собой дверь, закрыл ее на замок.

Внутри дома была идиллическая атмосфера спокойствия: семья Джонсонов расположилась около спящих сладким сном детей, а грабители братья Джон и Брайан – сидели за выпивкой, и в руках у них было по стакану с виски.

Томас подошел к Брайану, шепнул ему что-то на ухо – тот ему ответил. Но пожилому главарю это не понравилось, и он сказал уже громко, на всю гостиную:

– Тебе уже было сказано установить везде датчики на окна, чтобы дом был под нашим полным контролем! Это непонятно?

Брайан раздраженно встал и поставил стакан виски на стол, взял свою сумку и подошел к окну в гостиной. Достал из сумки маленькую коробочку, закрепил ее на окне и переключил на ней тумблер. Загорелась лампочка на коробочке и из нее, по периметру окна, разошлись тонкие красные лучи.

– Что они там делают с нашим окном? – подумал Питер.

Словно предвосхищая вопрос, Брайан ответил всем, находящимся в гостиной людям:

– Сейчас я установил датчик, который контролирует открытие – закрытие окна и если кто-либо из вас захочет зачем-то открыть его, немедленно произойдет вот такой сигнал.

И он открыл окно.

Весь дом словно взорвался от громкого воя сирены, казалось, что сейчас упадет люстра на голову, а вместе с ней и потолок!

От невыносимого шума проснулись дети и стали громко плакать, не понимая, что происходит.

– В конце концов, отключите это устройство, сколько ему можно орать нам всем на голову?! Пожалейте детей! Иначе я не знаю, что сейчас с вами сделаю! – Тереза кричала на Брайана, Томаса и Джона. Она готова была «разорвать их на куски»!

– Спокойно! Спокойно! Сейчас все отключим, – говорил Брайан, пытаясь перекричать сигнализацию, раздававшуюся из оконного датчика.

Он подошел к окну и закрыл его, далее вынул из кармана маленький пульт управления и нажал на кнопку. Вой сирены прекратился так же внезапно, как и начался.

В доме опять стала тихо.

На окошке, где был установлен датчик сигнализации, опять загорелась кнопка, и тонкие лучи, выходящие из нее, очертили оконный проем, взяв его под свою светящуюся охрану.

Томас со стороны смотрел, как было сделано это показательное выступление, внимательно оценив каждого из находящихся в гостиной людей: всех Джонсонов и своих подельников: Брайана и Джона. С удовлетворением в голосе он резюмировал:

– Сейчас вы наглядно увидели, как мыбудем держать дом под нашим контролем. Надеюсь, всем понятно, что это не очень приятно и в особенности вашим маленьким крошкам!

Дети сидели на диване рядом с родителями, и прижавшись к ним, испуганными глазками водили по сторонам. Питер ответил Томасу и его подельникам:

– Мы хорошо поняли, и не нужно больше никаких презентаций и устрашений. Вы сказали – моя семья это очень хорошо услышала!

Отец Питера поддержал сына, сказав незваным гостям:

– Большая просьба – не нужно больше никаких сцен со звуком, и средствами устрашения, с тем, что может создавать еще больший дискомфорт, его и так предостаточно!

«Чужаки» переглянулись между собой и продолжили что-то обсуждать друг с другом.

Дети успокоились, на руках матери начали опять посапывать, и вскоре, снова заснули.

Взрослые сидели и переговаривались.

Джонсоны сидели отдельно от незнакомцев и искоса смотрели в их сторону.

Джулия сидела рядом со своими родителями и рассказывала о своих жизненных новостях. Она была самой младшей из детей Майкла и Эмили. Стройная девушка, с пышными вьющимися волосами и карими глазами, очень красноречиво давала понять своим родственникам, что все у нее хорошо:

– Отец, я же тебе рассказывала о своем директоре – он хоть и в солидном возрасте уже и ему под пятьдесят, но он такой трогательный, просто «душка». Собрал нас всех в последний рабочий день перед рождественскими каникулами и поздравил. Да еще как! Оделся в костюм Санты, за спиной мешок с подарками и щеки горят красным цветом! Каждого работника приглашал и сажал рядом с собой, вручал подарки! Всем разные: мужчинам домашние инструменты, дорожные фонарики и деловые наборы. А женщинам: коробочки с парфюмерией, красивые сувениры и приятные мелочи. Ведь не поленился и провел, наверное, свой выходной день, а может и два, чтобы выбрать всем подарки. И еще всем вручил по конверту – с денежным чеком!

Она рассказывала о празднике на работе, словно была сейчас там, и ее эмоции передавали веселое настроение, которое было тогда на работе.

– Да, дочка, хороший человек всегда привлекает к себе внимание, это как хорошая погода: всегда приятно быть под жарким солнышком и находится в прохладной тени большого дерева. Солнце дарит тебе тепло, а дерево живительную свежесть, и тебе хорошо от их сочетание.

– Сестренка, а шеф твой молодец, ему не хватало разве что саней и запряженных оленей, -сказал, смеясь младший брат Марк.

– Да, братец, тебе хорошие сани и быстрые олени не помешали бы, чтобы посылки и письма всех желающих довезти! Как дела в твоей курьерской работе на почте, наверное, вы, как гномы у Санты, трудитесь сутками напролет. Они-то трудятся только под Рождество в авральном режиме, а у вас такая работа круглый год, короче не забалуешь!

– Работа как у всех, под Рождество, конечно, прибавляется посылок, но ничего, мы готовимся заранее к месяцу напряженной работы и стараемся доставлять все в срок.

– Правда, бывает где-то «косяк» вылезет и рождественский подарок приходит к человеку к началу весны! Вот тогда и разбираемся, что не так и где сделали неправильно. Но по большому счету нормально справляемся, а недоразумения бывают в каждом деле. Не можем же мы все рассчитать на долгие годы. Правда, мама?

Мама четверых детей, Эмили, смотрела на своих взрослых детей, гладила сына по плечу, и ответила ему:

– Конечно, нельзя рассчитать все идеально, но мы можем внимательно относиться к нашим повседневным делам. Например, вы ходите на работу, а я и ваш отец – она посмотрела на своего мужа, идем на прогулки, ведем домашнее хозяйство и ежедневно думаем о вас, наших детях и внуках. Но, к сожалению, не всегда можно довести доброе дело до конца, – закончила свою мысль Эмили и посмотрела на чужаков, которые сидели в трех метрах от них.

Главарь шайки Томас в это время переговаривался с одним из братьев – Брайаном, в разговоре он резкими жестами словно припечатывал правой рукой сказанную фразу, словно ставил на место того, кому он это говорил, затем умолк и посмотрел на Джонсонов.

Брайан медленно одернул руку Томаса от себя и продолжил с ним разговор. Не было слышно, о чем они говорили, лишь небольшие фразы появлялись в воздухе:

– Сложно…. уйдет много времени…. мы так не договаривались…хватит уже строить планы…а вдруг…

Лицо Томаса приобрело темный оттенок – от услышанного сейчас или изрядно выпитого виски.

Он крепко взял за рукав молодого человека, и уже не сдерживаязвук своего голоса, громко сказал:

– Послушай малыш Брайан, вы с братом согласились на ЭТО ДЕЛО! Теперь мы неразделимы и сделаем до конца то, зачем сюда пришли. Ты меня понял, парень или еще раз объяснить?

Брайан явно находился «не в себе», по его лицу можно было сказать, что он немного испугался: сейчас закрыл глаза ладонями и тихо сидел, находясь в глубокой задумчивости, не отвечал ни слова главарю.

За него ответил его старший брат, Джон:

– Все в порядке, Томас. Он немного устал и еще совсем молод, как мы и договаривались раньше, мой брат будет во всем слушаться меня.

При этом лицо Джона генерировало собой уверенность и решимость. Он был спокоен – в отличие от Брайана.

Джонсоны стали невольными свидетелями этого жесткого «спектакля», стало ясно, что в «рядах» незнакомцев возникает явное напряжение, и они уже выясняли между собой, что им делать дальше.

Питер встал из кресла и подошел к праздничному столу, взял кувшин с домашним напитком и налил себе попить.

Сказал другим гостям:

– Может, мы все немного выпьем? Есть желающие «пропустить» стаканчик фруктового компота или что-то покрепче? Вы как: братья, отец?

Старший брат Ник подошел к Питеру и налил себе виски, достал лед из холодильника и положил кубик льда в стакан и сделал маленький глоток.

– Спасибо, братишка, – ответил он Питеру.

Спросил младшего брата, Марка:

– Младший, что тебе налить? Сок или тебе можно уже пить более «взрослые» напитки?

– Да как себе, СтаршОй! – ответил ему с поддевкой младший брат Марк.

Сказано было беззлобно. Может быть, давно ушедшие детские воспоминания опять всплывали в их взрослых взаимоотношениях, вплетая нить забывшихся картин – из прошлого и расставляя друг от друга, как и раньше, по возрастным категориям.

В разговоре между братьями – Джонсонами, который слышали грабители, самый младший из них – Брайан повернулся к семейству и с интересом стал наблюдать за их общением.

Со стороны казалось, будто бы он тоже хотел присоединиться к ним, да и разговор между братьями: кто старший и младший, напомнил ему о своем старшем брате, который сидел рядом с ним, здесь, в чужом для них доме.

Брайан задумался:

– Что мы здесь делаем, неужели это нам было так необходимо, чтобы мы согласились на эту аферу и стали преступниками?

– Зачем?

– Разве мне было мало моей работы водителем?

– Чего я не смог бы себе купить?

– Ботинки?

– Джинсы?

– Смартфон?

– Что?

– Этот высокомерный Томас с позицией вожака, как это противно и неприятно. И Джон занимает его позицию. Противно на Душе.

А вечер тем временем продолжался, несмотря на уже совсем позднее время. Непростая ситуация, которая развивалась в доме Питера, была полностью непредсказуемой. Но вечер сегодняшнего дня располагал к общению, как-никак Рождественский вечер, Сочельник, бывает только раз в году.

Его ничто и никто не сможет испортить!

Джулия отошла в сторону от родственников и подошла к дивану, где находились непрошеные гости.

– Простите, а чтобы пойти в туалет нужно спрашивать разрешение? – с юмором в голосе, спросила Джулия «троицу» непрошенных гостей.

Томас посмотрел на девушку, и в его взгляде было желание сказать ей что-то не очень хорошее. Но то ли пожилой возраст и седины на висках, или долгий стаж работы в полиции, одним словом он ничего не сказал грубого, а просто кивнул головой в сторону туалетной комнаты, которая располагалась здесь же, на первом этаже под лестницей наверх, и сказал:

– Конечно, можете идти, разрешение спрашивать не нужно.

Джулия, с позиции взрослой и привлекательной женщины, смерила взглядом всех этих мужчин, которые с интересом смотрели на нее. Она некоторое время назад уже обратила внимание на молодого парня, которого звали Брайан, он давно и с интересом наблюдал за ней, с момента прихода в дом. И ей показалось, что она ему понравилась.

– Нет, ну это же не обязательно, чтобы этот мужчина обратил на меня внимание. И тем более бандит, вор, но он же мужчина, да и неплох собой: высокий, стройный, со светлыми волосами и мужественным подбородком, такой неординарный и, наверное, раскрепощенный.

Подумав про себя все, что хотела, Джулия зашла в туалетную комнату.

Семья Джонсонов переговаривалась между собой, словно забыв про троих незнакомцев.

– А я чего-нибудь еще съем! Может кто-то вместе со мной хочет продолжить наш рождественский вечер? – спросил Ник у всех присутствующих.

Марк отозвался:

– Если можно, положи мне овощного салата и кусок гуся. Спасибо.

Остальные продолжали беседовать, не обращая внимания на ломившийся деликатесами стол.

Со стороны «», к столу подошел Джон, и сказал Нику Джонсону:

– Наверное, я тоже составлю компанию всем желающим поесть в ночное время суток, если вы не будете противтого, чтобы накормить заблудшего странника?

Ник посмотрел на Джона, их взгляды встретились, они несколько секунд стояли молча, и пристально смотрели друг друга. Два взрослых мужчины, и два старших брата – изучали «кто и чего стоит в этой жизни». Они были примерно одного возраста, выглядели одинаково – как по комплекции, так и по росту, одним словом преимущество во внешней форме вряд – ли кто-нибудь из них заслуживал.

– Бери, если хочешь, – спокойно сказал ему Ник, накладывая себе в тарелку закуски и отходя от стола.

Джон проголодался и очень хотел есть. С самого раннего утра, когда они выехали со своего города в сторону дома Питера Джонсона, он толком ничего не ел, разве что несколько бутербродов с горячим чаем, да и было это уже около десяти часов назад, когда они стояли на обочине городской дороги, недалеко отсюда.

Томас готовился заранее к этой операции, взял напрокат микроавтобус и чтобы не вызывать подозрения у местных жителей, наклеил рекламу местной телекоммуникационной компании на автомобиль. Сегодня они довольно долго ожидали приезда всех Джонсонов и следили за ними по скрытой системе видеонаблюдения, которую заблаговременно установил Томас на дворовых постройках у Питера Джонсона.

Так что аппетит у Джона был «зверский», и к тому же выпитый алкоголь давал о себе знать. Он присел за стол и обернувшись к своему брату Брайану жестом его позвал к себе:

– Братишка, ты бы поел, а то с утра бегаем как злые хищники по лесу – в поисках того, чем бы поживиться. Садись рядом и будь как дома, а то сам понимаешь, что в наших с тобой непростых условиях – нужно быть «в форме и при всеоружии». Согласен?

Брайан немного был «не в себе». Видимо, сказалась непростая атмосфера в чужом и враждебном для него доме, и то, что оговоренный план Томаса полетел кувырком в мусорное ведро – из-за своей нежизнеспособности. Мысли перемешались в голове молодого человека настолько, что он уже не понимал смысла происходящего, и хотел только одного – прилечь в свой любимый диван на втором этаже своего любимого дома, и все!

Он подошел к брату и по правде сказать, был очень на него зол, так как поддержка Джоном – этого «психопата» Томаса, с манией величия, который разработал «гениальный» план по отъему пяти миллионов у доброго старика – Майкла Джонсона, изначально казалась ему провальным мероприятием. На деле так и вышло, значит, его интуиция, как всегда, оказалась на «высоте» – в отличие от нынешней реальности.

Брайан присел за стол, взял чистую тарелку и положил себе несколько видов салатов и жирную гусиную ножку, с которой тонкой струйкой стекал ароматный соус, и начал с большим аппетитом проглатывать куски мяса и заедать их овощами. Еще не прожевав основательно, он с практически набитым ртом, спросил брата:

– Джон, я хотел бы у тебя спросить: ты действительно веришь этому пожилому «выскочке», который ничего не сделал хорошего, и лишь нас подставил?

– Спокойней брат! Да, я верю, что Томас хотел как лучше, но всего невозможно было предвидеть в этой ситуации, тем более что деньги были у нас практически в руках. А что ты предлагаешь?

– Я не представляю, как мы здесь будем с ними ждать целых восемь дней открытия банка, это очень сильно снижает наши шансы на положительный исход нашей и без того провальной операции.

– Не хорони старушку, она еще дышит! – он снова заржал как жеребец, словно нашел очень меткое выражение для младшего брата, чтобы его успокоить, и продолжил:

– Ты с детства был паникером, – он нагнулся к своему брату поближе и стал говорить ему практически в ухо,

– Я хорошо помню, как в нашем квартале тебя вечно избивали, и приходя домой на тебе «не было лица», а вся одежда была изорвана, как будто бы по ней кто-то ходил грязными ботинками.

– И мне приходилось идти к тем соплякам, и объяснять, что такое хорошо и кого нельзя трогать в нашем мерзком квартале. Даже там – мне пришлось кулаками и характером отстаивать собственную честь и слабость моего младшего брата, который только и мог, что издавать на мерзкой скрипке свои душераздирающие звуки, называемые симфониями. Да, еще читать книжонки типа Марка Твена и Эдгара По, невообразимую религиозную гадость под названием «Библия»!

– И моя мать его еще всегда жалела, умиротворенно слушая завывания струн. Да упокоит Господь ее бедную Душу!

Брайан, в мгновение ока, резко бросил вилку на тарелку, отчего по гостиной прозвучал внезапный звон, вскочил на ноги, и не сдерживая больше себя в интонациях и громкости слов, в прямом смысле слова набросился на своего старшего брата, и схватив его за свитер, стал кричать ему в лицо:

– Послушай, ты, братец поддонок, не трогай мою мать, ничтожество, я презираю тебя!

Он стоял и тяжело дышал в грудь брату, который был выше его на голову, находился в состоянии аффекта и огромной ненависти к тому, который заменил ему в детстве убитого в драке отца, во всем поддерживая и помогая в трудную минуту.

Брайан опять сел за стол, не притрагиваясь к еде и не понимая, что дальше делать – он закрыл глаза, у него сильно дрожали руки и он не мог успокоиться.

Джон, как и все присутствующие в гостиной люди, не сразу понял и тем более не смог среагировать на действия своего младшего брата. Ему показалось, что возможно он сам зашел чересчур далеко в детских воспоминаниях и невольно вывел наружу застарелые обиды и комплексы своего любимого брата. К тому же – вспомнил недавно умершую мать, которая очень любила Брайана, гораздо больше, чем его, она просто бредила как ее младший сын вдруг станет знаменитым музыкантом и сможет вырваться из их прогнившего нищетой квартала. Но не увидела.

Он не испытывал к Брайану обиды и тем более никаких претензий. Он отряхнул свитер, и, посмотрев на испуганные лица семьи Джонсонов, увидел на себе испытывающий взгляд Томаса, очень спокойный и с прищуренным разрезом глаз, как бы изучающий со стороны то, невольным свидетелем чего оказался и их главарь.

Джон обернулся в сторону младшего брата и примирительно погладил его рукой по спине, словно прося у него прощение за несдержанность, сел рядом с ним и продолжил свой ужин при свидетелях.

Майкл Джонсон переглянулся со своей женой Эмили и ясно увидел эту сцену. Ему, как человеку, прожившему не один десяток лет, стало более понятно, что конфликт существует не только в отношении преступной затеи этих мужчин – он давно есть внутри их самих. Братья – авантюристы – и они настолько разные между собой, что в будущем возможны и не такие спокойные окончания выяснения отношений.

И как понял Джонсон – старший, эти два мужчины родные братья!

За столом сидели два мужчины и в абсолютной тишине ели рождественского гуся, запивая вкусное блюдо домашней наливкой.

Между тем, время уже было час ночи, и семья Джонсонов стала укладываться спать, постелив на диванах и на надувном матрасе ночную постель.

Томас подошел к Брайану и Джону, сказал им готовиться на ночлег, предварительно решив между собой, кто будет первый на дежурстве и проверить все окна и двери на наличие маленькой коробочки, от которой исходит невыносимый звук.

Брайан встал из-за стола и взяв сумку с датчиками сигнализации, установил их во всем доме на двух этажах в оконных проемах.

Теперь дом Джонсонов – представлял собой неприступный «Форт-Нокс», который изнутри был напичкан современными средствами охраны и всем, что могло затруднить жизнь большому семейству, собравшемуся на Рождество.

Все звуки стихли, все уже спали – после такого непростого вечера, и только мигающие лампочки на окнах напоминали о своем негостеприимном соседстве – с посторонними людьми.

RE

В темноте послышался непонятный шорох, и Брайан посмотрел в сторону спящего семейства Джонсонов, которые своей большой численностью создали подобие птичьего гнезда. С него встал мужчина, и, выйдя из темноты комнаты, приобрел очертания Майкла, самого пожилого из здесь присутствующих людей.

– Не спишь, парень? – спросил он, подойдя к молодому человеку, у которого естественно было громадное желание лечь спать и не делать из себя – «пастуха, смотрящего за спящим стадом овец».

В ответ ничего не прозвучало, и пожилой джентльмен, взглянув на охранника, пошел в сторону кухни, где выпил немного воды, после вернулся в свое уютное гнездышко к мирно спящим родственникам. И уснул.

Ночь помирила всех спящих людей, и было повода думать, что у кого-то есть нерешенные проблемы в жизни.

Лай собаки разбудил Питера, и он, взглянув на часы, неторопливо потянулся на надувной кровати, аккуратно вытянул руки, которые практически упирались в голову своего младшего брата Марка.

– Аладарушка уже просит поесть, нужно поставить подогреть кашу и покормить пса, – подумал хозяин дома.

Стараясь не разбудить своих домочадцев, Питер сумел выбраться из сплетения тел своих родственников и пошел к холодильнику. Весь дом похрапывал и сопел, словно гигантский организм.

Он обратил внимание, что самый младший из грабителей заснул глубоким сном и совсем забыл – зачем и по какой причине он лежал сейчас в их небольшом кресле, неестественно свесив голову на плечо и сложив под себя ноги. На полу, рядом с ним, валялся смартфон, из которого выглядывали провода наушников.

– Вот и охранник нам достался – его самого нужно еще оберегать от разных невзгод, в данный момент ему точно не хватает большой подушки и теплой кровати. Прямо как наш пес вчера охранял дом.

Услышав посторонний шум, проснулся Томас, который приподнял неторопливо голову и обратил внимание, что младший из братьев спит и ничего не контролирует в доме. Он встал с дивана, и подойдя к Брайану, тронул его за плечо, тот проснулся и не понимая где он и что с ним, стал медленно «приходить в себя».

– Парень, ты здесь не на курорте, следи за порядком.

– Да, хорошо, я понял, сейчас лицо ополосну и буду «в форме», – ответил ему парень заспанным голосом. Он пошел к умывальнику и промыл холодной водой лицо, вытирая мокрой рукой волосы, начал окончательно восстанавливать границы существующей действительности.

Тем временем, Питер уже разогрел еду для собаки, поздоровался с Томасом, и они вместе вышли из дома.

Было раннее утро и солнце пока не думало просыпаться, но пес уже стоял возле своей тарелки и радостно вилял хвостом, ожидая встречи с любимым хозяином и вкусной домашней едой.

Холодная морозная погода окончательно и бесповоротно заняла их город и окрестности, а выпавший снег, миллиметр за миллиметром, создавал нежный снежный покров, и на нем сейчас были видны заячьи, или другой лесной живности, следы лап.

Питер не представлял, что сегодня будет и как сложится их день в этих непростых условиях жизни, тем более что рождественские каникулы превращались в вынужденное заключение у себя дома. Получалось, что их всех посадили под домашний арест, как «опасных преступников», но это выражение по настоящему подходило тем, кто их пленил вчера. Вот их «гости» действительно имели преступные намерения.

Мужчины вернулись обратно в дом и направились в гостиную, чтобы выпить горячего чаю или кофе и взбодриться после очень некомфортной ночи.

– Томас, что будете пить?

– Я бы выпил кофе, – ответил тот Питеру.

Питер приготовил себе чай и кофе для гостя, они сели за стол и сегодняшний день начался с раннего завтрака и неторопливого разговора «по Душам».

– Как Вам спалось в нашем доме?

– Вполне комфортно, я привык за долгие годы службы в полиции к различным условиям комфорта, пока меня ничего не «напрягает», хотя такое большое количество людей под одной крышей несколько меняет мои планы сейчас.

– Может, Вы предполагали лучший исход дела и думали, что мои родственники не все приедут в мой дом на Рождество? Насколько я понял, Вы задолго приготовились к нападению на нас, тем более, что много знали о моем отце из его прошлой жизни.

– И не только о твоем отце, а и обо всех родственниках: кто и где работает сейчас, какой распорядок дня и с кем они встречаются. Это как если бы тебе пришлось идти в разведку в тыл к врагу, и нужно понимать, что тебя в будущем будет ожидать.

– Получается, что Вы жили последние недели исключительно интересами моей семьи?

– Можно и так сказать. По крайней мере, затрачено очень много сил и времени, да и финансово – это недешевое удовольствие, взять хотя бы тайную слежку или людей, которые были привлечены, естественно, не бесплатно. А потом, мне нужно было понимать – с кем нужно будет иметь дело.

– И какой же портрет Джонсонов – получился на» выходе из аналитической справки»?

Томаса видимо этот разговор немного развеселил, учитывая, что смысл находился уже в недалеком прошлом и никак не мог влиять на события сегодняшнего дня, не считая разве что форс-мажорную ситуацию, которая приключилась совсем уж некстати – невозможно просто забрать деньги в один день и сразу!

– Ты меня спрашиваешь – какие они, Джонсоны? Да как сказать – они обычные американцы, со своими повседневными заботами и проблемами, работают – где придется, потом выходят на пенсию, ездят по большой стране поздравлять родственников и есть поджаренного гуся под монотонные разговоры о вере и Боге.

– Меня так научили родители, – прихлебывая горячий чай, сказал Питер – это нормально быть со своей «родней» за одним столом и весело проводить время. Например, в прошлом году мы ездили на Рождество к родителям, в их город – и мой тоже, где прошло детство и юность. Хорошо провели время и набрались позитивных эмоций на год вперед. И это для нас естественно – вместе быть и делиться всем, что происходит к нашей жизни. Хорошее времяпровождение в месте, где вырос – это здорово.

– Томас, тебе нравится наш родной город? Насколько я понимаю, вы все родом оттуда, и может быть – мы когда-то и встречались где-либо мельком?

– Может и виделись, но я не помню тебя, а городишко – мне, вообще, по Душе. Разве что, недостаточно условий для нормальной жизни, и реализации собственных возможностей для заработка достойных денег.

– Томас, я не могу сказать, что моей семье хватает средств на все необходимое, как и все наши знакомые, мы берем кредиты. Например, наш дом, где все мило расположились, куплен в долг и деньги отдавать банку нужно будет еще пятнадцать лет. Моя работа в строительной компании приносит около двух тысяч долларов в месяц, а Тереза сейчас с детьми сидит и мне не может помочь с дополнительным доходом на семью. Вот и выкручиваемся так, как получается, наша финансовая ситуация не лучше и не хуже чем у других.

– Питер, мне все это понятно и я за свою пятидесятилетнюю жизнь двадцать пять лет честно и исправно платил банкам их кредиты и проценты, но сколько можно? Получается, что мы созданы для того, чтобы работать на этих «толстосумов», которые у одних людей берут деньги в долг – а другим их суживают! Надоело! Пусть теперь они выплатят нам пять миллионов твоего отца! И мы им ничего не будем должны!

– Томас, это деньги не банка, которые вы решили взять – они принадлежат такому же, как и Вы, простому человеку, который за всю жизнь накопил чуть более шестидесяти тысяч долларов. Правда, еще можно добавить про четверых детей и двух внуков, а также постоянно ноющее сердце и постоянную бессонницу нашего отца.

– Не хочешь ли ты меня чем-то удивить или разжалобить, мне прекрасно известно о вашем материальном положении, в финансовом состоянии твоего отца – Майкла, не вижу больших проблем. Как говорил мой папаша: «Не жди, не бойся, не проси». И я с ним согласен, потому что жизнь никого не прощает, и другой шанс всегда будет под большим вопросом, а «лучшее – как известно – враг хорошего». Так что мой шанс находится здесь, в этом доме, и я его не выпущу из своих рук, чего бы мне это не стоило.

Питер сдерживался и продолжал беседу, ему сейчас стало немного проще ощущать себя более спокойным, рядом с этим человеком, чем вчера. Философия оппонента заставляла думать о причинах такого отношения к людям, вернее о явном неуважении к семье и тем, кто зарабатывает немного и жизненные условия оставляют желать лучшего.

Хозяин дома привстал и посмотрел на заметное шевеление около елки, где спали в спартанских условиях его любимые дети и жена, пожилые родители и родственники. На улице уже светало, и темень в окне стала рассеиваться, раскрывая зимний пейзаж на заснеженной дворовой территории.

– Красиво все-таки в моем уютном гнездышке, несмотря даже на то, что сейчас не совсем комфортно из-за сложившихся обстоятельств.

Томас допивал кофе и отстраненно «сидел» внутри себя. Возможно, ему было интересно поразмышлять о будущих событиях и как он сможет решить непростую задачу с семьей Джонсонов. А может, думал о своей прошлой жизни: взрослом тридцатилетнем сыне и бывшей жене, родителях, которые были сейчас в своей уютной квартире его маленького городка, они и помыслить не могли о том, где их единственный сын и почему он не приехал к ним на Рождество.

Неожиданно на кухню забежал «маленький комочек» счастья, от него исходил аромат топленого молока и свежего утра.

– Папа, доброе утро! Ты не видел случайно сегодня ночью прилетавшего ко мне Санта-Клауса и что он мне оставил под елкой?

Маленький мальчик прижался к отцу, который нежно обнял его и гладил по взъерошенным волосам. Ребенок еще не совсем проснулся, пока еще стоял нетвердо на ногах, но старался выглядеть бодрее, чем на самом деле.

– Алекс, мне показалось, что ночью кто-то очень большой проник через нашу трубу дымохода в дом, он одет был в красную шубу и за его большой спиной я разглядел огромный мешок, может это был он?

Малыш радостно рассмеялся и посмотрев очень серьезно на своего отца, ответил:

– Конечно же Санта был здесь, разве тебе не понятно, что это был именно он! И еще под елкой оставил мне подарки!

Малыш сорвался с места и молниеносно убежал смотреть, где под елкой его ждали подарки. Шум в углу прекратился и вскоре Алекс вышел к отцу, неся в руках большую коробку и две маленьких, на которых было написано его имя.

– Давай посмотрим, что тебе принес добрый дедушка, – сказал отец, они вместе стали разрывать бумагу и вынули из коробок большую машинку на радиоуправлении, красивую книгу сказок и еще детский конструктор, в котором лежали детали для будущего реактивного самолета.

Мальчик был рад подаркам и убежал от отца с игрушками в сторону дивана, чтобы лучше их рассмотреть и как можно быстрей попробовать в действии.

– Хороший у тебя сын, веселый и очень активный, – сказал Томас – мой сын уже взрослый, да и детей у него пока нет, и даже не знаю, готов ли я к тому, чтобы стать самому дедушкой.

Алекс снова подбежал к столу и посмотрев на дядю, с которым разговаривал папа, спросил его со всей детской непосредственностью:

– А этот дядя, который вчера к нам пришел, когда уйдет? Он мне не нравится папа, я его боюсь.

Сын посмотрел на отца своими красивыми глазками, в которых отражались искорки страха и неуверенности, словно увидел перед собой что-то очень опасное и враждебное. Питер прижал к себе сына и поцеловав его в щеку, прошептал ему:

– Не бойся, я никому не позволю всех нас обидеть. Я же твой защитник!

Томас после слов малыша как-то напрягся всем телом, и в нем опять появилась агрессивная сила, способная разрушать все на своем пути. Правдивые слова ребенка оказались для него как красная тряпка для быка, напомнив ему тот образ, который он сам себе благополучно создал – врага семьи Джонсонов.

Из гостиной вышла заспанная жена Питера, пожелала «Доброго утра» сидящим мужчинам. Из холодильника достала молоко, в шкафу взяла овсяную кашу и стала готовить детям завтрак.

Дом медленно просыпался и наполнял общее пространство новыми звуками и разговорами, медленно новый день входил в жизнь всех присутствующих людей.

Через некоторое время к столу подошли практически все гости и «коренные» жители, практически все семейство Джонсонов, братья Брайан и Джон, а маленькая Синди продолжала спать, не замечая вокруг себя много людей.

Итак, можно было спокойно посчитать всех присутствующих:

Хозяева дома: Питер и Тереза, их дети Алекс и Синди.

Родственники Питера, приехавшие на Рождество: родители – Майкл и Эмили, братья – Ник и Марк, сестра Джулия.

«Незваные пришельцы», которые решили ограбить Майкла Джонсона: Томас, Джон и Брайан.

Итак, выходила очень большая компания взрослых и детей: всего двенадцать человек. И теперь они были под «одной крышей» – вынуждены находить общий язык друг с другом.

Малышка Сидни приоткрыла глаза, увидела рядом с собой большую украшенную елку, под ней красивые коробки с подарками и никого вокруг, только метрах в десяти стояли взрослые. Она вспомнила, что Санта обещал принести ей красивую куклу и найдя взглядом, под елкой, большую коробку, решила встать с дивана, и подошла за своей красавицей. Да, это была большая кукла – красивая девочка в синем платье, у нее были каштановые волосы с красным бантом.

Девочка сидела на диване и медленно, с приятным чувством обладания хорошей вещью, рассматривала свою новую игрушку.

Взрослые, тем временем, присели за стол и стали друг с другом разговаривать, выясняя, что у кого болит, после не самой приятной ночи, проведенной в непростых условиях с незнакомыми людьми.

– Папа, мама – как вы себя чувствуете после сна? – спросила Джулия у родителей, которые выглядели вполне неплохо, не считая того что им было уже за шестьдесят лет и подобные условия крайне неприятны для людей их возраста, вдруг сердце начнет болеть или старые травмы из прошлого.

– Девочка моя, у нас все хорошо! Мы вместе с ним прошли скаутские лагеря и часто ездили, когда были молодыми, в палаточные городки. Твои братья могут припомнить, мы брали с собой Ника, а позже и Питера. Стесненные условия для нас привычны, не переживай так сильно. Ты мне скажи, как ты выспалась, моя любимая девочка?

– Мама, как будто бы глаза сейчас только и открыла, ничего не помню, спала «без задних ног». Может то, что все вместе собрались у Пита на Рождество, хотя эти пришлые люди тоже внесли нам своего «теплого аромата».

Джулия поняла, что ее слова «дошли» до ушей гостей, которые вчера появились из ниоткуда. Словно злой Дух привел к ним нескольких «заблудших овец», не знавших в своей жизни радости встречи с любимыми людьми, уважения старших и понимания того, что человеческий труд обязательно должен быть сделан не только в фантазиях собственных желаний, но и стертых в кровь мозолях рук, вытертых добела ботинках и большом потраченном времени на дело.

Нику очень не нравилось то, что они стали заложниками в руках у троицы бандитов. Каково же этим плохим парням быть в подобных условиях? Как опытный аналитик из известного университета и человек с ученой степенью по математике, он прекрасно понимал, что ситуация становится сложно регулируемой. Многие косвенные вводные слабо поддаются корреляции и планированию в среднесрочной перспективе, не учитывая еще и извечно непрогнозируемый человеческий фактор.

– Неужели эти люди – будут с нами еще целую неделю? Ладно, мы здесь семьей остаемся на долгое время, это еще полбеды, дела подождут, тем более каникулы у всех друзей и коллег по работе.

Он вспомнил давнюю историю, когда был еще подростком.

В компании пятерых друзей. Ник отправился на загородную прогулку – несколько дней на природе, и там их ожидала неожиданная встреча. Они приехали на природу и по обыкновению решили отдохнуть, как делали всегда: поставили три двухместные палатки, собрали на берегу озера лежавший хворост для костра и готовки еды, надули резиновую лодку, чтобы порыбачить. Был отличный летний день и прекрасное настроение, друзья разбрелись по лесу в поисках здоровой и натуральной пищи, места здесь были грибные и ягодные.

И вдруг, обычную тишину нарушили посторонние люди. Под громадный рев автомобилей и сумасшедшей музыки, к ним в лагерь ворвались незнакомцы. Две машины, в которых были восемь человек, старше их на несколько лет. Они все были изрядно пьяны, и чуть не задавили одного из друзей Ника. Агрессивно выпрыгнули на их территорию. У него потемнело в глазах и от напряжения в висках сжало голову, мгновенно перехватило дыхание и страх от встречи с этими хулиганами, проник в его сердце и сковал разум. Негодяи сначала сломали их палатки и порезали лодку, потом стали глумиться над его друзьями, лежавшими на земле с кровавыми ссадинами на лице и теле. Расправившись с его друзьями, один из хулиганов подошел к Нику, который немного смог справиться с волнением и смиренно ждал развития ситуации:

– Теперь пришла твоя очередь становиться перед нами на колени, я жду.

Ник понимал, что у него не было другого выхода как подчиниться требованию негодяя, он видел разбитый в клочья лагерь и своих поверженных друзей, никто из них не дал сдачи и испугался вступить в неравную драку с пьяными молодчиками. Теперь его очередь была показать, на что он способен.

– Ты меня не слышишь, я с тобой разговариваю!

И в тот же момент он почувствовал, как его лицо резко обожгло что-то возле уха, и он от неожиданности упал на живот, закрывая руками голову и чувствуя, как по лицу течет что-то теплое и очень густое.

Сильная боль и невозможность выстоять на ногах сковали его разум, скорее всего неожиданно для себя он стал жертвой личной неспособности выстоять в экстремальной ситуации, требующей физической и моральной подготовки.

Ник остался лежать на боку, наблюдая одним глазом за ногами и ботинками незнакомцев, которые некоторое время топтались на территории их лагеря. Доломав и уничтожив все что было можно, хулиганы уехали с таким же оглушительным шумом и чувством собственного превосходства над группой униженных подростков.

Тот день был самым ужасным в его жизни, и друзья также как и он, были настоящими трусами и жалкими подобиями будущих мужчин, они не смогли ответить в драке за себя. Забыли, что достоинство рождается только в отстаивании своей личной позиции, независимо от обстоятельств и тех людей, кто испытывает тебя на «прочность». С той унизительной поездки прошло уже пятнадцать лет, дружба между ними, униженными парнями, была окончательно забыта, так как никто не хотел вспоминать собственное бессилие давней лесной поездки.

Ник вспомнил собственные чувства и воскресил ситуацию, словно вернулся обратно в тот лес на озеро. Не важно, что это было давно, и возможно, многое из травмирующих эпизодов забыто. Сознание пыталось добавить в недостающие пробелы бессознательного свою версию прошлых событий. Мозг не будет ранить настолько глубоко, чтобы человек захотел себе причинить вред, конечно же, нет.

Мысль и чувства сольются в одно целое с одной лишь целью – не дать разрушиться самости – по имени Ник.

Ему захотелось очень сильно курить, хотя он бросил это бесполезное занятие два года назад. А сейчас, словно скидывая с себя одну защиту за другой, его тело было готово нарушить все прошлые договоренности с собой. Он не зал чем могут закончиться их рождественские каникулы, но определенно понимал, что кто-то обязательно будет лежать на животе, а соперник останется стоять на ногах и уйдет, когда захочет. Как в той ситуации на их злополучном выезде на природу.

Мама ласково гладила его по голове, как маленького ребенка, он сразу и не заметил ее внимания,так как был далеко отсюда в собственных мыслях.

– Ник, я с тобой говорю как несколько минут, а в ответ тишина, все в порядке, сынок?

Мужчина окончательно вернулся в гостиную дома Пита, почувствовал теплую руку матери на свой спине и ему стало спокойней на Душе:

– Мама, со мной все хорошо, я просто задумался, какое продолжение будет у всей этой сложившейся ситуации. А вы с отцом настоящие шпионы. Как смогли утаить от всех такую новость!

Она тяжело вздохнула, словно переложила из одного карман в другой большой сверток и задумалась над тем, как они неожиданно оказались миллионерами и в одночасье стали жертвами алчных людей.

Марк, младший брат Ника и Питера сидел рядом с семьей и внимательно слушал разговоры, которые начались сегодня спозаранку. Вчера он не хотел ничего обсуждать и молча провел весь вечер. Да и что можно было говорить и для чего открывать рот, когда и так было ясно, что ситуация зашла в тупик и никакого быстрого решения нет. Сидел и думал:

– Родители тоже хороши, правильно сказал Ник. Как будто бы мы чужие им люди, а получается, что так и есть, и если этот неприятный человек по имени Томас знал больше чем родные! С детства про доверие бесконечно говорили – а сами поступили непонятно, сделав тайну из этой новости. Зачем?

Ему не нравилось, что отец и мать совершенно «некрасиво» поступили с ним и его братьями и сестрой.

– И вдобавок к этому всему – куда родители планировали отдать деньги с выигрыша и как их потратить?

Марк откинулся на спинке стула назад и поднял голову наверх, устремил взгляд на потолок, словно старался найти там нужный ответ, не принимая на веру то, что могло быть сейчас в пространстве общей неопределенности. Думал.

– Хорошо, их любимчик Пит, понятно, что ему они бы отдали практически все. Как же, у него же есть дети – их внуки, дом в кредит куплен, и вообще он женат,а на него взвалены все обязанности по содержанию дома и семьи. Ну и что? А остальные не заслуживают материальной поддержки и деньжат, ведь Ник и Джулия тоже живут обычной жизнью простого американского гражданина, и никаких дополнительных условий нет.

Семья Джонсонов, за исключением Пита, жила в их родном городе, в двух часах езды отсюда. Небольшой и очень уютный городок, в котором были школы, университеты и несколько крупных заводов, расположился среди оазиса деревьев и рек.

Дети жили отдельно от родителей и собирались вместе на большие праздники и дни рождения в семейном доме, вместе за кружкой чая и маминым пирогом. Ник купил себе небольшой домик с садиком, Марк и Джулия приобрели в кредит, на двадцать лет, небольшие апартаменты, и пока их было достаточно, тем более что вся жизнь проходила за пределами квартиры, а для того чтобы переночевать – вполне хватало и таких условий.

– Сынок, что ты разглядываешь на потолке, может, вместе будем смотреть? – отец спросил у своего младшего сына, увидев, что тот погрузился с головой в размышления и не обращает внимания на происходящее в доме.

Марк резко «встрепенулся» и посмотрел на своего отца, «выныривая» из собственных мыслей о семье и родителях.

– Как успехи в университете, когда ты будешь проектировать нам новый дом с мамой, и неужели мой сын станет настоящим архитектором и человеком, который будет создавать своими руками будущее нашей великой страны?

Майкл Джонсон очень любил своего младшего сына, как-никак этот парень был рожден, когда ему было уже под сорок, и его старшие сыновья, тогда еще малыши, уже топтали вовсю лужайку их дома и норовили отцу с матерью преподнести какой-нибудь сюрприз. Например, когда их пес забрел на территорию ближнего участка и стал гонять соседского кота по всей округе, дети на следующий день окрасили пса в красный цвет, а кота в зеленый, чтобы, как они сказали, животным было веселей. А когда они бегали на старую заброшенную мельницу и прыгали в овраг, заполненный водой, а потом приходили все грязные с головы до ног говорили, что нужно было проверить дно ямы и узнать секрет мельника: куда он спрятал свои несметные сокровища. Такие вот озорные мальчишки, что с них взять.

Марк с самого рождения был «внутри себя», задумчивый и малоговорящий не только с родителями, но и с друзьями в более доверительных отношениях. Со стороны он казался подчеркнуто отстраненным от глубоких переживаний и обычных глупостей растущего ребенка. Казалось, что его мало что волнует в окружающем мире и единственное увлечение с детства – это сидеть на полу и что-то собирать, долго и скрупулезно прикручивать старыми пассатижами гаечку к винтику. Деревенский домик, сложный макет трехмачтового парусника или военного корабля – вот это было его увлеченьем! А не активные игры и приключения как у старших братьев, ему нравилось много времени проводить в собственном внутреннем пространстве.

И как в далеком детстве, он был сейчас не со своей семьей, а где-то на другом полушарии своих фантазий.

Джулия сидела рядом с мамой и завтракала домашним пирогом со вчерашнего застолья и запивала горячим чаем. Ей очень хотелось узнать о том, как папа сумел выиграть такую сумму денег и как родители так долго держали эту фантастическую новость в тайне:

– Мама, вы конечно оригиналы, это на тебя с папой непохоже, чтобы столько времени держать нас в неведении. Ну я понимаю вашу занятость, регулярную работу в университетском комитете по сохранению традиций и как вы хорошо делаете это полезное дело, а здесь такое экстраординарное событие в семье – и молчок!

– Это твой отец все придумал, как узнал из газеты, что стал победителем в лотерее и выиграл пять миллионов долларов, сразу не поверил в эту новость – мало ли шуток на свете. Позвонил в комитет организаторов, посмотрел информацию о тираже на сайте компании, там все и подтвердилось. Потом его официально известили, что он имеет право на эти деньги и вскоре выигрыш был перечислен на счет в банке.

– Так позвонила бы и поделилась новостью, ладно он тебе сказал не говорить никому, но мы же твои дети и должны это знать.

– Майкл попросил не говорить, я ваша мать, но и его жена, он мой друг и если просит, значит должна уважить, это нормально в наших доверительных отношениях. А когда вы были у нас в гостях, уже как полгода никто не приезжал, а звонки на мобильный телефон это не разговор, а нервотрепка. Я понимаю, что сейчас мир движется в десять раз быстрей, чем в наше время и возможности для близкого общения выдаются крайне редко, но вспомни, как еще несколько лет назад все дни рождения мы отмечали за столом в саду в нашем общем доме.

Джулия почувствовала в словах матери некий укор на то, что расстояние и отсутствие общения отдаляет их от возможности более близких и доверительных бесед, когда даже сокровенная тайна может быть сказана между делом и из нее не делают «вековую закрытость». Она не знала, как ей реагировать на эти слова, поэтому и сказала, как поняла:

– Мне показалось или ты обвиняешь меня в том, что мы редко видимся? Не только я, но и братья тоже ведут себя неправильно. Правильно?

Ситуация стала обостряться.

Люди, давно не видевшие друг друга, независимо от их близких или наоборот отстраненных взаимных чувств, могут выяснять отношения, и это их непреложное право жизни быть самими собой.

– Послушай, девочка моя, ты решила на свою мать возложить вину за то, что мы здесь переживаем? Мне пока что непонятно как все закончится.

Красивая пожилая женщина Эмили немного «вышла из себя» и ей очень не понравилась реакция дочери на критику, и непризнание своей вины за «холодные» семейные отношения.

– Мама, я тебя не обвиняю ни в чем. Мы все здесь жертвы обстоятельства – под названием «жадность». Сейчас невозможно время повернуть назад, но возможно наше знание о выигрыше – привело бы к лучшей ситуации, чемсейчас. Одна голова хорошо, две лучше.

– Может ты и права. Не знаю что сказать, но у нас нет выхода, кроме как ждать от этой компании из трех незнакомцев – признания собственной глупости, либо всем быть с ними еще семь дней и провести их в доме Питера.

– Будем общаться, и получать друг от друга максимальное внимание, наконец-то время нашлось за последние несколько лет.

– Даже не представляю, как мы здесь будем целую неделю, хороши мои рабочие каникулы, – сказала Джулия и развернулась в сторону отца, который сидел рядом с сыновьями и «живо» обсуждал что-то с Питером.

– Мальчики, мы с мамой заняты сейчас с утра и до вечера позднего вечера, правда – это уже не такая большая нагрузка, когда я работал на постоянной основе в университете, скорее это уже более похоже на обсуждение в формате «круглого стола». С коллегами обсуждаем сегодняшние новости в инновационных технологиях, взять хотя бы компанию «Тесла» и ее основателя Илона Маска или его современных партнеров в развитии экономики страны. Конечно, за последние десять лет столько изменений. Кто бы мог подумать, что сырье и промышленные ресурсы отдадут первые – интернет – компаниям и мобильным сервисам. Но это правда!

– То ли еще будет! Выживут те компании, которые будут опережать своих конкурентов на несколько шагов и лет. А это громадные инвестиции и заинтересованные потребители, все для удовлетворения человеческих потребностей. К тому же, искусственный интеллект скоро станет самостоятельно руководить нашей цивилизаций! То ли еще будет.

Отец взглянул в сторону троих чужаков, которые после сна сидели в гостиной и пока ничего не делали, кроме безделья. Увидели, что Джонсон-старший обернулся в их сторону и сами стали смотреть на него. Майкл повернул голову к Питеру и сказал ему шепотом:

– Видишь, как сейчас прогресс помогает бандитам, если раньше нужно было врываться в банк с оружием и из сейфа забирать наличные деньги, то сейчас можно спокойно прийти в дом и с улыбкой потребовать вытряхнуть не из карманов и тайников сокровища, а из компьютера, подключенного к сети интернет. И перевести со своего счета на другой нужную сумму, и с помощью банковской карты обналичить в любом банкомате мира. Прогресс! Не осталось радости у человека, кроме как желания ничего неделания.

– Папа, не нужно опять думать о плохом. В этой ситуации можем уповать на случай или на «Божественное провидение». Пока что это только их намерения, и никто еще не лишил тебя выигрыша. Время покажет, а оно как известно может быть очень непредсказуемо.

– Успокаиваешь своего старика?

Старший сын посмотрел на отца, похлопал его по плечу, этим действием попытался приободрить его:

– Стараюсь подходить к ситуации спокойно и не додумывать того, что еще не произошло. Не думаю, что грабители пойдут на более радикальные шаги в отношении нашей семьи, для них главное, чтобы мы играли по их правилам и не выходили за границы дозволенного.

Майкл Джонсон вздохнул тяжело, как будто бы взвалил на себя большой шкаф или даже грузовой автомобиль.

– Это мой груз и как бы ты меня не приободрял, я очень хорошо понимаю, что несу ответственность за вторжение незнакомцев в твой дом. В моей жизни не было худшей ситуации чем сейчас. Это как будто бы тебе надели пластиковый пакет на голову, обмотали его скотчем на шее и перед этим еще связали руки, чтобы лишить тебя всякой возможности выжить. И вдохнуть живительный кислород в легкие. Ты беспомощен как кусок бревна и ничего не можешь сделать более того, чем наблюдать за действиями дровосека.

– Папа, опять ты начал себя нервировать, как ты себя чувствуешь, может я принесу таблетки для сердца?

Отец энергично замахал руками, пытаясь отмахнуться от просьбы Питера, обратив на себя внимание других членов семейства.

Эмили Джонсон хорошо знала своего мужа за более чем сорок лет совместной жизни и не раз становилась свидетельницей его изменяющегося состояния, и его взмахи руками, покрасневшее лицо и слишком резкая речь напомнили ей о недавней проблеме Майкла, когда дома ему стало плохо и они вызывали скорую. Тогда все обошлось хорошо, и приехавшие медики сказали, что нужно поберечь себя от волнений и больших переживаний, прописали принимать через день нужные лекарства. Тогда был день, когда они узнали о выигрыше в лотерею и он очень переволновался. Сейчас это было уже явно мотивировано и вызвало у нее беспокойство.

– Майкл, дорогой, с тобой все в порядке? Я могу чем-то помочь?

– Эмили, радость моя, мне уже лучше.

– Питер, сынок, принеси мне воды и таблетки из кармана возьми, в пиджаке, внутри.

Ему действительно сегодня было плохо и сердце билось как-то неровно, то ритмично и вдруг быстро зайдется в каком-то беге, словно пытается догнать что-то. Страх. Он появляется с каждым вдохом и не знаешь, чего ждать дальше, словно загнанный табун лошадей внутри пытается вырваться на свободу и нет никакой возможности помочь ему обрести долгожданную свободу.

«Виновник торжества» запил таблетку несколькими глотками воды и как будто бы стало лучше, спокойнее. Сердце опять забилось в привычном для него ритме появилось внутреннее равновесие, и он словно вернулся опять в лоно своей семьи, обрел сознательное ощущение себя в сложившейся ситуации.

– Все в порядке, мне стало лучше и не нужно беспокоиться за меня, у вас на лицах написана «вселенская тревога» и меня нужно немедленно везти в больницу.

– Папуля, давай вызовем машину «скорой помощи», я за тебя боюсь, – Джулия присела на корточки возле папы и положила ему на колени свои руки.

– Доченька, все хорошо, ничего не нужно.

Он приподнял ее на ноги и погладив по голове поцеловал в теплые щеки, словно воспрял над своей небольшой слабостью, и взял нужные силы от любимой семьи.

– Милая моя красавица.

Тем временем, день уже был в самом разгаре, и постепенно все смешалось в доме Джонсонов: беззаботные дети бегали по всему первому этажу, не обращая внимания на несколько групп взрослых, которые расположились в гостиной и столовой, разве что елка, стоящая в стороне, выдерживала их динамичные игры к огромной радости. Занятые разговором родители, никак не реагировали на шум и гам, изредка оборачиваясь в сторону малышей.

Хозяйка дома – Тереза, подогрела покушать вчерашнего гуся и отварила макароны на гарнир. Пригласила покушать всю свою семью и троицу незваных гостей. Так как время было уже обеденное, завтрак перешел плавно в обед, никто не следил за временем в выходной день после Рождества.

За окном разыгралась непогода и в окно были видны мощные клубы снега, которые поднимала разыгравшаяся метель, постепенно укрывая деревья и землю белым покрывалом. На улицу совсем не хотелось выходить, тем более что дом был хорошо протоплен, и в нем было комфортно.

– Можно мне белого хлеба? – Томас подал голос с дальнего угла стола.

Марк молча передал ему тарелку, главарь взял несколько кусков и поблагодарил его. Настроение за столом было непраздничное, поводов для душевных разговоров было немного, разве что все Джонсоны были в сборе.

– Алекс, Синди идите кушать, – позвала Тереза своих детей, за стол.

Они за несколько секунд прибежали и сели возле своей мамы, она налила им молока в кружки и положила горячих оладий с малиновым вареньем на тарелки.

– Уже давно нужно было вас покормить, сегодня день какой-то «вневременной».

Дети как ни в чем не бывало с удовольствием поглощали домашнюю выпечку и при этом старались что-то рассказать папе про Санта Клауса и его подарки на Рождество.

Майкл Джонсон прилег в гостиной и наблюдал за своей семьей. Ему было хорошо с ними, это практически год прошел с момента, когда они собирались такой большой компанией и сейчас все вместе были в одном пространстве этого дома.

– Как быстро растут внуки, ведь сосем недавно Тереза ходила беременная, а малыш Алекс сидел на руках у моего сына – Питера, и сосал соску. А сейчас уже малышка Синди подросла настолько, что самостоятельно не только все делает, но и со своим братом играют во все игры. Нужно как можно чаще видеться и больше уделять внимание малышам, за ними будет будущее всего, что есть на Земле. И очень хочется привить им наши семейные ценности и уважение к другим людям.

Поздний завтрак, ставший обедом, подходил к концу и спустя пятнадцать минут, на «голову» деда, ожидаемо свалились любимые внуки. Впрочем, совсем ненадолго и спустя полчаса дети опять разбежались со своими игрушками в разные углы гостиной, продолжать получать удовольствие от желанных рождественских подарков.

Взрослые оставались в столовой, разделившись на семью Джонсонов и гостей. Эмили решила присоединиться к своему мужу Майклу и присела к нему на диван, и они напоминали воркующих седых голубков, в уютном гнезде.

Питер предложил сидящим за столом – разнообразить немного общий отдых, и вынул шахматы, чтобы найти такого же любителя интеллектуальной игры, как и он сам. Его братья очень вяло отреагировали, однако заинтересованность проявил Джон. Он расставил на поле черно-белые фигуры, чтобы начать партию.

– Какими будешь играть – черными или белыми? – спросил Питер мужчину.

– Давай выберем, кто будет начинать игру, прячь за спину белую и черную пешки.

Окончательный выбор первого хода был за Джоном, и он указал на правую руку Питера, в которой была спрятана пешка, тот раскрыл ладонь, и стало очевидно, что первый ход будет за хозяином дома.

Началась шахматная партия, а вместе с ней и столкновение двух сторон, противоположных между собой. Оказалось, что каждый из игравших был неплохим шахматистом, пусть и не профессиональным гроссмейстером, но очень хорошим любителем со своими сильными и слабыми сторонами. На десятом ходу стало ясно, что каждый из соперников за шахматной доской предпочитает атакующий стиль, с разменом фигур.

Питер был в размышлении:

– Сейчас возьму пешку слоном, будет прикрыт конем, хотя потом мой ферзь будет под ладьей стоять, если он поставит его на линию в атаку. Побил пешку, сейчас выведу на линию ладью и зафиксирую его слона, ферзь его под ударом сейчас.

Партия шла уже около часа, неторопливо и с проверкой своих способностей и соперника. По большому счету, преимущества явного ни у кого из соперников не было, скорее всего, обычный размен фигурами.

Шахматы конечно безобидный способ время провождения и очень миролюбивый спорт, если сравнивать с активными формами соревнований, будь то групповые, или например контактные единоборства. На первый взгляд все отлично, но по правде говоря, внутри каждого из партнеров уже бушуют нешуточные бури и это есть настоящий бой, с учетом всех физических и психических сил.

Питер сделал очередной ход и стал ждать дальнейшего развития ситуации от соперника, сосредоточившись на возможных вариантах действий Джона.

– А он неплох в шахматах, есть у него порох в сердце, – думал Джон над тем, как ответить сейчас, вслух сказал первую фразу за матч:

– Хорошая партия у нас и вижу, что ты достаточно опытный шахматист, по крайней мере, я играю с самого детства, в своем дворе был практически лучшим, с пятнадцатого хода мог уже спокойно завершать игру. А здесь уже тридцать пятый ход и мне пока не ясно, что можно сделать на сто процентов и быть уверенным в победе.

Наконец-то он сделал свой ход, и теперь очередь перешла к Питеру, который задумался над изменениями на доске, анализируя варианты дальнейших событий в сложившейся ситуацией, он между делом продолжил спонтанный разговор, начатый соперником:

– Игре в шахматы меня научил отец в четыре года, в школьном возрасте я ходил на секцию при детском клубе, играл на городских соревнованиях, и один раз выходил даже на соревнования среди штатов. Попробовал себя на полупрофессиональном уровне и понял, что там ребята конечно посильней меня, однозначно. Но продолжил играть и до университета регулярно участвовал в различных соревнованиях.

– Вон посмотри, сверху камина стоят кубки и медали – это мои трофеи. Частично. Могу сказать с гордостью, что и мой сын Алекс уже с трех лет обучился шахматной игре, в шесть начал уже завоевывать призы среди своих друзей в секции.

– Я сделал ход.

И сейчас уже показался переломный ход, после которого стало ясно, что Питер получил тактическое преимущество за три последних хода, и Джону скоро придется сдаваться.

Партия все же продолжилась, несмотря на явный будущий исход игры, противник никак не хотел признать своего поражения. Спустя пять минут Джону был поставлен разгромный мат.

Соперники выглядели как два боксера тяжелого веса, учитывая их внушительные габариты: оба под два метра и весом более ста килограммов веса. Они сидели потные от шахматной баталии, словно провели сейчас на ринге двенадцать раундов в тяжелейших нокдаунах. Картина давала наглядное понимание как много сил потрачено на обычную партию в «спокойную» игру.

Джон встал со стула, вытер капельки пота со лба и протянул руку Питеру со словами:

– Это была очень сильная партия, ты заставил меня серьезно попотеть и вспомнить все, что я знал о шахматах.

Его лицо было не то, чтобы потерянное, скорее всего давно не было ситуации, в которой ему отчетливо дали понять о переменчивости удачи и собственных реальных способностях.

– Согласен, хорошая был аигра, всегда интересно встретить настойчивого соперника.Мы можем продолжить играть в шахматы и дальше, через некоторое время, если ты «за». Сейчас мне нужно сходить во двор и посмотреть, что там делается после разыгравшейся с утра метели, снега нападало уже много, и как там наш пес Аладар себя чувствует.

– Пожалуй, выпью чего-нибудь, например, стаканчик виски со льдом, будешь со мной «за компанию»? – спросил Джон у победителя шахматной партии.

– Нет, я не употребляю крепкий алкоголь почти десять лет, изредка могу «пропустить» бутылочку пива или яблочный «сидр».

– Я тоже думал бросить, а когда приходишь с работы уставший, а еще с бывшей женой начинался очередной скандал, не выдерживал эту нервотрепку и шел в ближайший от дома паб, напивался там до беспамятства. Зато на следующий день – вопросы себе задавал и никак не понимал, что опять дал слабину, в очередной раз эмоциональная ситуация закончилась тем же, что и неделю назад. Бросал навсегда, давал слово не притрагиваться к алкоголю. Вроде бы держал себя в руках и выслушивал спокойно очередную глупость от бывшей жены – явно «сумасшедшей». Сегодня не буду пить, я контролирую ситуацию. И когда она начинала про мою мать говорить гадости, меня уже по-настоящему «накрывала волна» злости я готов был убить ее. Хлопал дверью и опять шел в паб за углом.

Неожиданно он рассказал о себе очень личное, то, что продолжает его сопровождать по жизни, невысказанная и возможно оставшаяся глубоко в душе, боль. Словно сейчас произошло «озарение в сознании», или получил «катарсис» в процессе игры в шахматы.

Семья Джонсонов практически смирилась с вынужденным положением «жертвы» и первый этаж дома был в их распоряжении, все нашли себе место и с комфортом разместились друг с другом.

Джон сказал Питеру, одевая куртку:

– Тогда выйдем вместе, подышу свежим воздухом на природе, сидим практически целый день в доме, того и гляди, скоро уже и Солнце совсем сядет, скоро стемнеет.

– Подожди, сейчас приготовлю собаке еду и вместе выйдем во двор. Правило сегодняшнего дня гласит, что без сопровождения никуда нельзя идти, – с иронией в голосе сказал Питер бывшему сопернику по игре в шахматы.

Джон ничего не ответил хозяину дома, они вместе вышли во двор, где их встретил, виляя хвостом, пес-добряк Аладар. Он встал на задние лапы, а передними оперся в грудь Питера, словно огромный двухметровый медведь стоял во весь рост.

Облизал лицо любимого хозяина и радостно потянулся вверх, растягивая позвоночник от лежания в своей будке, которая была похожа скорее на маленький сарайчик.

На улице за сутки все было основательно заметено снегом и внушительный покров, высотой около тридцати сантиметров, надежно прикрыл все дворовые пристройки, и стоящие возле дома сани Санта-Клауса тоже были полностью покрыты белым покрывалом.

Дорога, ведущая к дому, скрылась под сугробами и теперь это была большая белая поверхность, переходящая в густой пушистый лес. Шоссе в полукилометре сегодня было пустынным и никакого шума от проезжающих машин не было слышно, видимо местные жители не торопились больше ни к кому в гости или по делам, наверное, в теплых домах проводили благостные дни Рождества в кругу семьи. В доме Джонсонов было иначе, чем у многих жителей по соседству с ними. К ним пришли незнакомцы и праздник мгновенно был закончен.

– Хороший мой пес, дружище, наверное, замерз на морозе, или «теплая» шуба тебя хорошо греет. Да? – Питер гладил уши собаки и прижимал к себе его большую голову и пушистый загривок.

Томас тоже вышел из дома, он стоял и курил в стороне от них, рассматривая красивый зимний пейзаж, вдыхал чистый лесной воздух вперемешку с сигаретным дымом, словно растворяя свое неуверенное состояние среди природы и мучаясь одним единственным вопросом:

– Когда это все закончится и насколько мои ожидания будут вознаграждены в недалеком будущем?!

– Кушай, проголодался малыш, защитник наш, – думал Питер, ласково смотря на проголодавшегося четвероного друга.

– Сегодня уже ничего делать во дворе не буду, да и день прошел так быстро, что первые сумерки уже легли на макушки высоких сосен около дома. Завтра с детьми нужно будет выйти, на санках покататься и снежные крепости полепить, и если наши «охранники» разрешат выйти из дома.

– Томас, завтра нужно уже будет детей выгулять и поблизости вблизи дома, надеюсь Вы не будете против моего предложения?

– Поживем – увидим, – задумчиво ответил главарь, погруженный в свои размышления, и видимо находившийся где-то далеко в этот момент, не поблизости с домом семьи Джонсонов.

Солнце совсем уже зашло за далекий горизонт и на улице воцарилась густая мгла, которая отражалась от ярко-белого снега, словно делала окружающее пространство немного подсвеченным.

Мороз стал острее чувствоваться на лице и за неимением срочных дел во дворе, немного подмерзнув, Питер, Джон и Томас вернулись в теплый дом.

В доме за обеденным столом, продолжали сидеть Джулия, Марк и Ник, перебрасываясь между собой обычными вопросами.

Джулия была явно «вне себя» от этого умиротворяющего застоя и не знала, что делать, решила просто сказать вслух:

– Скукота и тишина в доме Джонсонов, даже дети и те уединились со своими игрушками. Что пишут интересного в наших газетах, Ник?

– Как всегда, Джули, пишут о том, кто пострадал в происшествии и новости со всего мира, но они уже не вызывают никакого интереса, надоели китайские коммунисты и их абсолютные режимы своевластия.

– Скоро и про нас напишут в новостях, – подумал Марк, «краем» уха находясь в общем разговоре.

– Не могу понять одного – что нужно авторитарным лидерам, узурпировавших власть над неграмотными людьми. Неужели их выдуманные идеалы, которые они взяли как пример у Китая и Ирана, заслуживают уничтожения всех идеалов эпохи Возрождения и Человека как божественного проявления?

Джулия с негодованием читала про авторитарного правителя с Востока, который создал ужасные условия для жизни сограждан, ее лицо периодически хмурилось и отражались негативные эмоции.

Марк прервал свое спокойное созерцание происходящего и решил вступить в дискуссию с сестрой.

– Не совсем понимаю твоего негодования над какими-то «тоталитарными режимами», как ты их называешь.

– А как можно назвать руководителя страны, который управляет десятки лет государством и не приносит пользу большинству населения?

– Я тебе отвечу, как его можно именовать: мудрым руководителем и тонким стратегом. Он ведь смог столько лет удержаться от болезненного «пинка по мягкому месту» и полета со своего засиженного трона?

– А если он узурпировал суды и полицию, контролирует все надзорные органы управления страной, и нет возможностейдля организации честных выборов.

– Как будто бы где-то есть честные выборы!

Джулия стала немного задыхаться от эмоционального обсуждения, ее лицо покраснело от выпадов брата и непростой дискуссии.Марк тоже выглядел достаточно напряженно, все происходило на повышенных тонах.

Отец и мать обратили внимание на разгоревшийся спор между детьми и не говоря ни слова, сосредоточенно наблюдали с мягкого дивана как они доказывают друг другу очень непростые вещи.

– Ответь мне, сестричка, где есть эта пресловутая свобода и права всех граждан защищаются законом?

– Пожалуйста. В нашей стране с этим все хорошо, а более чем двухсотлетнее историческое прошлое говорит само за себя о правильном выборе наших предков.

– «Совать свой нос» во все открытые двери и советовать другим государствам и народам как жить правильно, по-твоему, это нормально.

– Когда человеческая жизнь ничего не стоит и разменной монетой в руках узурпатора выступает нация и ее будущее – можно нарушить международное право и помочь несчастным людям всем необходимым. Не нужно думать, что некоторые неприятные вещи исчезнут, а с ними и проблемы будут решены. Это глубокое заблуждение.

– Ты имеешь в виду – действия наших дипломатов и военных на Ближнем Востоке?

– Да, хороший пример.

– А чем он тебе понравился? Там сейчас невообразимый хаос и продолжается война без начала и конца, несчастный народ борется с бандами и произволом насилия в стране.

– Зато «мерзкие» диктаторы были лишены своего «золотого трона», и живущие там люди стали свободны, это двадцать первый век, а не мрачное средневековье.

– Жизнь стала невыносимой, а вызовы мировой системе очевидны: международный терроризм и жертвы среди мирного населения в результате терактов, вынужденная миграция миллионов людей с территорий, охваченных бесконечной войной и многочисленными жертвами.

– Очень жаль пострадавших от рук ненормальных существ, в странах «старой» Европы и Ближнего Востока, сколько еще будет продолжаться насилие над Человеком?

– Джули, история человечества пропитана кровью и насилием – брата над братом. Нет ничего, что можно было бы утвердить за аксиому вечного благополучия людей. Все равно найдется какой-нибудь негодяй или неуравновешенный психопат, который захочет отнять то, что по праву принадлежит другому, используя при этом «звериную» агрессию и собственную «братскую любовь».

Марк наклонился к сестре и сказал ей шепотом, чтобы слова были слышны только ей:

– Разве наша ситуация не очевидна, что добрые побуждения приводят в движение массы совсем другого качества и они как раз хотят уничтожить и растоптать ценности другого мира, нашего с тобой – семьи Джонсонов!

– Ты как-то обобщил понятия и вывел в частное утверждение нас, это к дискуссии о нашей стране и ее месту в мировой – истории имеет мало общего.

– Все имеет общий резонанс и не нужно полагать, что этот выигрыш, будь он неладен, возник из воздуха, и через мешок Санта-Клауса появился в нашем доме совершенно случайно.

– Это ведь просто случай, подарок Судьбы, и для отца стало громадным событием.

– А я думаю, что все намного проще. Люди купили пять миллионов билетов и один из участников лотереи забрал деньги других, он один обогатился за всех неудачников.

– Пусть так, но что это меняет? Тебе не нравится, что отец стал победителем лотереи и должен был поучить «кучу» денег?

Брат с сестрой опять перешли на повышенные тона, отчего их перепалка опять стала достоянием для ушей всех сидящих в общей плоскости пространства. Мало того, что это слышали сейчас свои родные, но невольными зрителями стали и Томас с Брайаном, которые с удовольствием наблюдали за происходящими в гостиной эмоциональными разговорами внутри семейства Джонсонов.

\Им нравилась перепалка между родственниками.

– Нет, не нравится, и не нужно говорить про «подарок Судьбы», это вообще наказание какое-то, проклятие Господне!

– Объясни, я не совсем тебя понимаю.

– Конечно, объясню, раз это так сложно для твоего понимания.

– Не переходи на личности, Марк, общайся корректно, я ведь твоя сестра, а не чужой человек с улицы.

Брат с сестрой сидели напротив друг друга и словно забыли, что рядом с ними находилось такое большое количество людей. Как будто бы сейчас им опять было по десять и семь лет соответственно, и младшая сестра спрашивает у старшего брата правильно ли гладить кошку и давать ей молока в блюдце.

– Прости, не хотел тебя обидеть. Давай немного «остынем» от нашей «горячей» беседы. Итак, я не претендую на абсолютную правду и мне безразлично, поймут ли другие люди то, что хочу сказать, у нас никто не отменял «свободу слова».

– Продолжай, я тебя внимательно слушаю, тем более что мне как специалисту из рекламного бизнеса интересно будет выслушать о причинно-следственной связи обогащения простого человека с его «плохой» судьбой.

– Опять ты ставишь штампы и не даешь мне сказать мои личные мысли!

– Все, умолкаю, продолжай.

Джулия не перебивала имолча сидела на стуле, вслушиваясь в позицию брата, которую он очень хотел донести донее и всех присутствующих в доме.

– Начну с того, что все подобные «подарки» не являются чем-то фантастическим или невероятным, как на первый взгляд может показаться. Здесь сам человек принимает решение, верить ли ему в мифические вещи и отдать свое будущее вещам совершенно не имеющим к нему ничего общего, не резонирующих с его повседневной жизнью. Как если бы сельский работник на поле решил бросить лопату и начал чертить на грядках математические формулы доказательства темной материи в космосе. Согласитесь, это просто выпадает из ряда его повседневных образов и выглядело бы очень глупо и не естественно.

– Соответственно, когда он забывает про свой труд и начинает думать о «братьях в космосе» или как тяжело живется мигрантам на чужбине, его кормящее поле постепенно зарастает травой, и урожай вскоре будет лишь из того, что вырастет, а это вероятно несъедобные растения в лучшем случае. А кушать хочется, но наш «прогрессивный деятель» забывает постепенно про свое ремесло, он очень увлекся разглядыванием звездного неба и поисками непонятно чего-то в космосе.

Томас тоже был не прочь выяснить детали про этого нерадивого пахаря и решил расспросить парня:

– Значит, ты утверждаешь, что тот, кто не занимается своей повседневной работой и отвлекся на не связанное с ней другое занятие, просто глупец и фантазер?

– Думаю, что здесь как раз и кроется очень важная вещь, касательная непосредственно позиции человека относительно его жизненных приоритетов, а именно того, что он вкладывает в понятие «заработать».

– Поясни, – продолжил Томас.

– Вместо того, чтобы идти на работу, я пойду в казино и «спущу» там все заработанные мной деньги, которые мог бы потратить на еду или другие вещи.

– Это смотря как к этому относиться. Человек может просто получать «разрядку» в таких заведениях: атмосфера «денежного» кислорода и сказочного будущего буквально «проглатывает» тебя. Через какое-то время, человек становится более счастлив. Нет бесконечных проблем с кредитами и орущей на тебя женой, орущими в ухо детьми и ненормальным начальником с завышенным «Эго».

– Да, есть лишь соблазнительные девочки в коротких юбках и на высоких каблуках, предлагающие виски со льдом и располагающие ко всем вытекающим из этой фривольной атмосферы, свободным отношениям. Просто Рай – а не жизнь!

– По мне – так лучше так. Хотя бы раз в жизни почувствовать себя нормальным человеком, а не «гнилым» куском дерева на обочине жизни, – решил вставить свое слово Джон.

Похоже, что обычная беседа обо всем – начала привлекать, словно сладкий мед для пчел, других слушателей в комнате.

Марк, который начал тему под названием: «Ужасный случай в жизни среднестатистического человека», продолжил беседу:

– Я говорю это не просто так и «от нечего сказать». Мне хочется поделиться подлинной историей из жизни, она очень напоминает наше обсуждение сейчас.

– Итак, некоторое время назад, в мой рабочий офис, пришел новый сотрудник, мужчина тридцати пяти лет. Я был тогда совсем молод, и тогда этот незнакомец казался мне почти стариком, хотя мне сейчас не намного меньше лет, чем ему тогда. Он приехал из другого города, снимал небольшую комнату в частном, и в нашей компании был на должности «экспедитор», принимал грузы с авиарейсов и почтовых поездов, доставлял на склад компании. Удивляло в нем что-то странное и интригующее, я не мог тогда окончательно понять это. Сейчас мне ясно, какие вещи меня тогда завораживали в общении с незнакомцем: его «не от мира сего жизнь».

– Сынок, ты говоришь о том человеке, который нас поздравлял несколько лет подряд с Рождеством?

– Да, это был он, его звали Максимилиан. Он одевался в старые джинсы и видавшую многие годы затертую серую куртку с капюшоном. От других работников компании он отличался, пожалуй, неземным оптимизмом и какой-то «божественной» аурой вокруг своей личности. Словно его жизнь протекала не на обычной земле, а где-то высоко в облаках, на «кисельных берегах фруктовой реки».

– Не пойму, зачем ты нам это рассказываешь, – сказал Джон, широко зевая ртом и закрывая его своей ладонью.

Марк встал со своего стула и налил себе немного холодного кофе, который как ему думалось, поможет «расшевелить» старую историю и почему он решил начать «издалека» свое воспоминание.

– Продолжу мой рассказ. Максимилиан был очень немногословен, и со стороны, казалось, как будто бы что-то скрывал, или не хотел сказать больше чем нужно. В этом возрасте многие мужчины уже имели семью, а он был один, и всегда улыбался каждому человеку, словно знал его с рождения. Зарабатывал примерно как все в нашем офисе, но посидеть в компании – по пятницам и большим праздникам никогда не поддерживал, к спиртному относился абсолютно спокойно и кроме легкого пива ничего крепче не пил. В один из осенних вечеров, когда на улице было достаточно прохладно и некомфортно, я возвращался из магазина с пакетом продуктов. Проходя мимо витрины, где стояли игровые автоматы, я увидел Максимилиана. Это был незнакомый мне человек, не тот, который при встрече был готов пожертвовать все для ближнего, нет! За стеклом стоял возбужденный маньяк, который с яростью давил на кнопки игрового автомата, на котором мелькали: вишенки, груши, яблоки. Он стал совсем другим и это был чужой для меня человек. Внезапно, словно почувствовав на себе мой взгляд, Максимилиан резко обернулся и увидел, как я на него смотрю с улицы.

– К чему это все? – спросил Томас, сжимая свои кулаки в агрессивной манере, словно хотел их сейчас же «пустить в ход».

Марк «провалился» в десятилетнюю историю, и словно не видя окружающих, продолжил:

– Только после того, как я увидел Максимилиана, мои бессвязные фантазии: о его отсутствующей семье и отстраненном образе жизни, в которой он не заработал ничего, кроме потертой куртки и старых джинсов, встали на свое место. Да и он понял, что больше нет смысла скрывать в темном чулане забытые скелеты и неудовлетворенные желания. Его тайны больше не существовало.

– Он оказался просто больным человеком с «игровой» зависимостью и всю жизнь посвятил на то, что все заработанные деньги бездумно тратил на азартные игры.

– Ты хочешь сказать, что я, как и он, «игроман»? – спросил удивленно отец у Марка, с некоторой долей злости в голосе.

Воспоминания Марка – о Максимилиане, показали всем человека, ставшего послушной игрушкой «в руках» собственных нереальных желаний, полностью поглотивших его позже и растоптавших Сущность. Жертва, которую заплатил этот человек, нельзя было измерить потраченными впустую деньгами или сломанной ручкой игрового автомата.

– Нет, отец, мой рассказ ни в коем случае не был укором для тебя, Боже упаси. Это лишь история одного парня, который потратил драгоценные годы жизни, десятилетия, на то, чтобы остаться нищим. Не иметь друзей и остаться без копейки в кармане, со своими нереализованными сумасшедшими желаниями – вместо обычных настоящих отношений.

– Ты судишь его слишком строго, сынок. Как и отец, я могу сказать, что очень сложно в нынешнее время воспитать нормального человека. Время всегда расставляет события на свои места, люди нередко делают поступки, за которые не стыдно и можно похвалить. Лично мне Максимилиан очень нравился, а его поздравительные письма нам были наполнены искренней радостью и сопереживанием.

– Что стало дальше с этим парнем, как сложилась его жизнь? – спросил раздраженно Томас, устав видимо от морали Марка и обсуждения беспечной жизни неудавшегося миллионераМаксимилиана.

– Он просто пропал в никуда, не вышел на работу и все. Прошла неделя, месяц, полгода, а Максимилиан так и не появился в нашем офисе, словно и не было его никогда на свете и только имя осталось после него. И все.

– Да, братик, жизнь преподносит нам такие сюрпризы, от этого она становится еще более интересней, чем если бы все происходило по определенному шаблону и в одной плоскости. А здесь, получается, прямо детективный жанр: человек скрывает свои намерения, а выбранная им маска «всеобщего братства и любви» к людям, удобная для всех окружающих, сыграла свое дело. С одной стороны, он хороший человек, а с другой – «лживый лицемер». И вся его жизнь – обман. И кого он обманул больше всего, себя?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.