# Коллекция заблуждений. 20 самых неоднозначных личностей мировой истории

Людмила Макагонова, Наталья Серёгина

«Коллекция заблуждений» – это книга о ярких личностях, оставивших свой неповторимый след в мировой истории. Еще при жизни на них были навешены ярлыки: «ангел» или «злодей», «хороший» или «плохой», «праведник» или «грешник». Но действительно ли всё было так однозначно? Конечно, нет! В первую очередь это книга о людях с тяжелой, а порой и трагической судьбой; о тех, чей истинный облик только начинает пробиваться сквозь многолетнюю ложь; о тех, кому понадобились годы, а порой и века, чтобы предстать перед потомством в истинном свете.
В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

© Людмила Макагонова, Наталья Серёгина, текст, 2021

© Рене Магритт «Сын человеческий»

© ООО «Издательство АСТ», 2021

## Княгиня Ольга и князь Святослав. Другой взгляд на начало русской истории

Святослав, наверное, самый знаменитый князь из династии Рюриковичей и самый популярный правитель Древней Руси на сегодняшний день. Это он презрительно бросал врагам «Иду на вы», был бесстрашным воякой, всю жизнь проводившим в походах, образцом русского воина. Однако современные ученые полагают, что многое из того, что мы знаем о Святославе, – не более чем миф и заблуждение. Историки и по сей день не могут прийти к единому мнению о том, был ли он князем или всего лишь воеводой, как выглядел на самом деле, и даже то самое «Иду на вы» – тоже под вопросом!

Начнем с семейных тайн первых Рюриковичей. Мать Святослава княгиня Ольга – самая первая и единственная женщина – правитель Древней Руси. Все правившие Киевом и Москвой Рюриковичи – ее потомки. А еще Ольга – одна из самых загадочных женщин в русской истории. Если принять данные «Степенной книги» XVII века, то получается, что вышла замуж она в 10 лет, а матерью стала аж в 49! Загадка и ее имя: в русских источниках она – Ольга, а в западных – Елена, упоминается и имя Прекраса…

Автор ее жития сообщает, что родом она была из простой незнатной семьи лодочника, «языка варяжска». Звали ее не Ольгой, а Хельгой. Она перевезла на лодке на другой берег реки охотившегося в тех местах князя Игоря. Поняв, что перед ним не мужчина, а прекрасная девушка, Игорь начал смущать красавицу, на что получил достойную отповедь и больше приставать к Ольге не решался. Однако твердо решил на ней жениться. В этой версии смущает то, как дочь простого лодочника смогла так талантливо управлять огромным государством и откуда у нее было знание придворного этикета Римской империи, которое она продемонстрировала позднее. Впрочем, в одной из рукописей XVII века говорится, что Игорь женился на дочери половецкого князя, половчанке.

Иоакимовская летопись, которая известна только в пересказе Татищева, сообщает, что Ольга была знатного славянского рода и звали ее Прекраса, а имя «Ольга» она получила от Вещего Олега, который, по легенде, и привел ее к Игорю. Типографская летопись XV века передает слух, что Ольга и вовсе была дочерью Вещего Олега. А чешский средневековый историк пишет, что она – его сестра.

Точно неизвестно и место ее рождения. «Повесть временных лет» называет Ольгу уроженкой Пскова. Вот только в других источниках она – основательница этого города. А на место ее рождения претендует болгарская древняя столица Плиска. Кстати, на знатном болгарском происхождении Ольги настаивали дореволюционные русские историки.

Летописная версия гласит: в 945 году, во время очередного сбора дани Игоря подвела жадность. Собрав с древлян все, что только возможно, он вдруг решил, что было бы неплохо взять еще, и вернулся в город. Древляне этого не вытерпели и убили князя. Ольга отомстила за супруга, долго горевала, но взяла себя в руки и стала править при малолетнем Святославе.

А дальше следует история о жестокой расправе Ольги над древлянами за убийство Игоря. Но эта самая знаменитая месть нашей древней истории тоже сегодня вызывает массу вопросов! О ней мы знаем из русских источников, а вот при обращении к иностранным – ситуация предстает совсем в другом свете… Византийский писатель и историкЛев Диакон был убежден, что в смерти Игоря виноваты вовсе не древляне, а… германцы, на которых Игорь отправился в поход! Это германцы взяли его в плен и жестоко убили! Но самую поразительную версию высказал историк и фольклорист XIX века Н.И. Коробко. Он собрал и задокументировал народные предания, ходившие в Овручском уезде, где как раз и располагался город древлян – Искоростень. И они буквально переворачивают наши представления об истории первых Рюриковичей. Народная память именно княгиню Ольгу обвиняла в убийстве мужа и узурпации власти! Еще в XIX веке в земле потомков древлян бытовало предание, что 7 лет Ольга осаждала своего мужа Игоря, пока тот находился в Искоростене! То есть древляне были союзниками князя, а вовсе не врагами. Это косвенно подтверждает и Лаврентьевская летопись, когда говорит о том, что древляне самостоятельно погребли Игоря со всеми почестями, но зачем, если он был их врагом?! Вот такой вот разворот событий. Однако почему Ольга решилась на убийство собственного мужа? О том, что смерть Игоря была выгодна Ольге, свидетельствует Иоакимовская летопись, которая сообщает, что у Игоря, помимо Ольги, были и другие жены, от которых у князя могли быть дети, которые впоследствии могли претендовать на княжеский престол, создавая угрозу власти Святослава.

Когда Игорь погиб, Святославу было всего три года, и Ольга стала регентом при малолетнем сыне. Любопытно, что дружинники покойного князя сразу же признали новую правительницу. Но и после совершеннолетия Святослава Ольга все равно осталась фактическим правителем страны. Князь вырос настоящим воином, и при княжеском дворе сложилось так, что Ольга стала пользоваться бо́льшим авторитетом, чем ее чересчур воинственный сын. Пока Святослав бо́льшую часть времени проводил в военных походах, власть над страной была в ее руках. Она реформировала почти все сферы жизни, создала стройную налоговую систему, провела административную реформу, фактически создав весь государственный аппарат Древней Руси. Она же начала и каменное строительство, посмотрев на то, как легко горят деревянные крепости древлян. Ольга установила точный размер налогов с каждого княжества, дату их выплаты и периодичность. Все подвластные Киеву земли были обязаны его платить, и в каждой административной единице государства был назначен княжеский администратор – тиун. Некоторые исследователи даже называют Ольгу Петром I своего времени.

Святослав же воевал с хазарами и к внутренним делам государства интереса не проявлял. Отношения между матерью и сыном испортились еще больше, когда Ольга приняла христианство и начала уговаривать Святослава последовать ее примеру. Обращение княгини в христианство состоялось в Константинополе в 955 году. Так она стала первой правительницей Киевской Руси, принявшей новую веру, оставив тем не менее свою дружину и подданных в язычестве.

По легенде, ее крестили византийский император Константин VII Багрянородный и священник Феофилакт. При крещении Ольга получила имя Елена. Вот только Константин Багрянородный говорит, что в Константинополь Ольга прибыла уже крещеной! И здесь историки высказали еще одну необычную гипотезу! А что, если на самом деле существовало две Ольги? Ведь в ту эпоху на Руси практиковалось многоженство. Не исключено, что на одной Ольге Игорь женился в 903 году, а сына Святослава родила ему другая Ольга… Этим и объясняется путаница с датами, согласно которым замуж она вышла в 10 лет, а сына родила около 50! Так что не исключено, что та Ольга, которая чинила зверские расправы над древлянами, и та, что мудро правила Киевской Русью и была причислена Церковью к лику святых, – это две разные женщины.

Не меньше загадок связано и с ее сыном. Согласно летописи Святослав все детство находился при матери в Киеве, вот только на самом деле, как и его предки, изначально он был новгородским князем! Византийский император Константин Багрянородный около 949 года пишет:

«Приходящие из внешней Росии в Константинополь моноксилы являются одни из Немогарда[1], в котором сидел Сфендослав, сын Ингора, архонта Росии». Фразу ученые часто толкуют как указание на то, что Святослав был посажен в Новгороде еще при жизни отца. В этом отрывке нам интересно не только то, что Святослав – новгородский князь. Заметьте, император Византии, в которой с большой дотошностью относились к титулам, имя Святослава Константин приводит без титула! Точно так же – без титула «архонта», то есть правителя, Константин приводит его имя при описании визита Ольги в Константинополь в 957 году. А вот сама Ольга – Эльга Росена зовется архонтиссой, то есть верховной правительницей Русской Земли. «Королевой Ругов» называет Ольгу под 959 годом и западноевропейская хроника «Продолжателя Регинона». Российский историк, специалист в области генеалоги Евгений Пчелов, уверен, что «Ольга никогда не отдавала свою власть сыну. Она до смерти сохраняла положение полновластной правительницы, а бурная военная деятельность Святослава, буквально рвавшегося за пределы Руси, ясно показывает, кто на самом деле управлял государством». Интересно, что Святослав вернулся из очередного похода и раздал сыновьям уделы на Руси только после смерти матери в 970 году, когда власть уже полностью принадлежала ему. Современник Святослава Лев Диакон тоже называет его не государем – «архонтом Росии», а «катархонтом Тавров» и «катархонтом войска росов», то есть военным предводителем, воеводой! А вот что писал о положении Святослава историк XIX века Сергей Соловьев: «Можно сказать, что Святослав никогда не имел на Руси значения князя: сначала это значение имела его мать Ольга, потом сыновья его». И действительно: только в договоре с греками, заключенном после смерти матери, у Святослава появляется титул «Великий Князь Русский».

Да и в «Повести временных лет» Святослав предстает этаким неутомимым, неприхотливым воителем, скорее воеводой, чем князем: «Когда Святослав вырос и возмужал, стал он собирать много воинов храбрых и легко ходил в походах, как гепард, и много воевал. В походах же он не возил с собой ни возов, ни котлов, не варил мяса, но, тонко нарезав конину, или зверину, или говядину и зажарив на углях, так ел; не имел он и шатра, но спал, постилая потник с седлом в головах, – такими же были и все прочие его воины. И посылал в иные земли со словами: «Хочу на вас идти». Вот только как пишет известный отечественный историк Сергей Цветков: «Историзма в этом портрете не больше, чем в «исторических» полотнах мастеров Возрождения, где античные герои щеголяют в доспехах итальянских кондотьеров. Образ неутомимого князя-всадника, не расстающегося с седлом даже ночью, вероятно, позаимствован летописцем из более поздней дружинной поэзии XI–XII веков, любившей уподоблять стремительные передвижения конных дружин бегу волков и гепардов».

На самом деле современники описывают Святослава либо в ладье, либо вовсе пешим во время сражения. Да и излишнего героизма реальный Святослав не проявлял: так, он далеко не всегда сам участвовал в сражениях, а поручал командовать военачальникам. И даже, по словам Льва Диакона, отказался от поединка с византийским императором Иоанном Цимисхием, который должен был решить войну между ними. Мало того, то самое легендарное «Иду на вы», которое он бросал своим врагам, предупреждая о намерении напасть, оказывается, в реальности он сообщил только один раз – тому самому Иоанну Цимисхию. А на остальных нападал как положено – без предупреждений.

Похоже, и его облик не более чем заблуждение. Князя Святослава принято изображать с оселедцем – выбритым чубом на голове и в шароварах. Такой облик основан, казалось бы, на словах его современника Льва Диакона, лично видевшего Святослава: «он сидел на веслах и греб вместе с его приближенными, ничем не отличаясь от них. Вот какова была его наружность: умеренного роста, не слишком высокого и не очень низкого, с мохнатыми бровями и светло-синими глазами, курносый, безбородый, с густыми, чрезмерно длинными волосами над верхней губой. Голова у него была совершенно голая, но с одной стороны ее свисал клок волос – признак знатности рода». Вот только еще сто лет назад никто не стал бы рисовать Святослава этаким запорожским казаком с бритой головой, чубом и длинными вислыми усами. Такой образ князя стал популярен, как считается, скорее всего, с подачи ярого антинорманиста академика Б. Рыбакова, чтобы подчеркнуть отличие русов от скандинавов. Все дело в том, что такая прическа была больше характерна для тюрков. Так выглядели, например, правитель гуннов Аттила, булгарский хан Аспарух.

Но почему у русского князя – тюркская прическа? Все дело в том, что на самом деле в переводе этого отрывка из Льва Диакона не все так гладко. Вместо «безбородый», вполне допустим перевод «с редкой бородой», а что касается того самого клока волос, то можно перевести и что свисает он не с одной, а с двух сторон головы. Так этот отрывок и переводили до XX века. Например, в «Истории России с древнейших времен» Сергея Соловьева внешность Святослава описана так: «Все волосы на голове были у него выстрижены, кроме одного клока, висевшего по обеим сторонам, что означало его знатное происхождение». Неслучайно именно таким выглядит Святослав и на реконструкции одного из самых известных иллюстраторов-реконструкторов Средневековья Ангуса Мак-Брайда. То есть на самом деле князь Святослав выглядел не как казак или тюрок, а скорее как викинг Рагнар Лобдрок.

# Примечания

1

Так Константин Багрянородный называет Новгород.