Игорь Изборцев
Праздники Православной Церкви с подробным объяснением. Книга 1

Праздники

Блажени людие ведущие воекликновение:

Господи, во свете лица Твоего пойдут.

(Пс. 88, 16).

Праздник! Святое слово. Когда Бог осудил падшего человека возделывать землю, обремененную проклятием греха, и в поте лица своего есть хлеб свой, Он изрек человеку заповедь – праздновать субботу: «день же седьмый – суббота Господу Богу твоему». Это не значит только: один день отдыхай, человек, от трудов своих. Нет, это значить много более: неделю работал ты, человек, в заботе о земном приникая лицом к земле, твоей питательнице, – но в седьмой день воздвигни лицо твое от земли, обрати взоры свои к небу, к Богу Создателю твоему, и воспари к Нему благодарной душой. И тогда – оставь гнетущие тебя заботы; упразднись и от богатства и чести, и от нищеты и безчестия, и обратись к источнику жизни безсмертной – туда, где нет нужды, болезни, зла и неправды.

Это вековечный завет Божий человеку. Святая Церковь наша крепко хранить его, и все верные дети ее, все любящие Церковь, хранят его крепко и верно и любовно, потому что не могут не любить праздники, посвященные воспоминанию великих событий в Церкви Христовой.

Как бы мы, верующие, жили здесь без этих праздников, как бы пуста и безотрадна показалась нам жизнь, посреди всей ее суеты, посреди гнетущих забот, посреди нужды и неправды! А всякая душа «скорбящая, озлобленная, помощи и милости от Бога требующая», без праздника, – куда бы давалась, на чем бы отдохнула от своей отчаянной скорби? Всякую душу, как бы ни была она погружена – и в молву людскую, и в безмолвие одиночества, – праздник призывает петь песнь Вседержителю Богу.

Слово это понятно и сочувственно русскому человеку, с детства воспитанному в благочестивом обычай, с детства знающему церковь с ее праздниками. Русской человек всю свою жизнь, все свое рабочее время, привык размерять по праздникам церковным. Русская душа отдыхает и радуется в церковный праздник, и благо тому, кого благочестивые родители с детства приучили чтить праздник, с радостным чувством ждать его и услаждаться его освежающею и возвышающею силой. А Церковь наша своим богослужением так торжественно обставила не только великие праздники, но и таинственное ожидание их для верующих, что праздник сам собою постепенно вступает в душу, озаряя ее тихим светом благодати.

Весь год светится этот свет тому, кто привык ощущать его. Настает весной праздников праздник, Пасха Христова – и ему предшествует семь недель торжественного приготовления и ожидания – непрерывной цепью молитвенных созерцаний, таинственных воспоминаний и вдохновенных песнопений. Настает подлинно «царица времен, весна душам», как сказано в каноне на неделю св. Фомы. – За Пасхой идет ряд недель по Пасхе, посвященных Евангельским воспоминаниям, умиляющим душу, – до радостного Вознесения, на котором Церковь собрала подлинно и песнопения и звуки, исполненные светлой радости. Недолго за тем ждать цветущего праздника Пятидесятницы: «небеса поведают славу Божию», природа пышным расцветом своим призывает славить Бога во Святой Троице, и живые с усопшими соединяются в общей друг за друга молитве. Осень приводить великие дни Преображения, Успения, Рождества Богородицы, Воздвиженья и Покрова. И уже в начале зимы возникает в душе чаяние Введеньева дня, когда затеплится заря Рождества Христова и в церкви уже слышится тихое пение: «Христос раждается!» Ждем сочельника, – и чему уподобить торжественную тишину этого дня, исполненного, от царских часов до вечерни и всенощной, таинственных образов, пророчеств и песнопений! Знают эти дни все церковные люди, кто стаивал в трепетном ожидании первой вечерней стихиры: «приидите, возрадуемся Господеви, настоящую тайну сказующе».

Вслед за Рождеством – Богоявление со своим торжественным сочельником, – Сретение, Благовещение, уже озаряемое дальним сиянием Пасхи.

Многим людям, принадлежащим к Церкви, но не имеющим живой связи с нею и с ее Богослужением, странно и непонятно кажется – радостное ожидание Великого Поста. Но церковный человек стремится к нему как к источнику живой воды в пустыне, и жаждет ощутить в нем тишину, среди житейского шума. Открывается постная Триодь, наступает неделя Мытаря и Фарисея, предвестница поста, и уже видятся вдали отблески первой зари Воскресения.

С раннего утра в чистый понедельник уже ощущается тихое веяние Великого Поста. Какая тишина в Московских улицах и переулках, и в свежем, чистом весеннем воздухе, какой гармонией звучат серебристые переборы колоколов, отовсюду зовущих к утрени! Войдешь в любую церковь – она наполнена, и в какой тишине стоять всюду первые говельщики. Зачинается что-то торжественное всюду – и православный человек ждет, когда за вечерней потекут умилительные песни великого Канона и послышатся давно не слышанные тихие, величественные напевы ирмосов: «Помощник и Покровитель».

Каждая неделя затем – новая ступень восхождения к великому празднику. Ждать этого праздника, переживая день за днем возвышенные богослужения страстной недели – и, наконец, вступить в час светлой полуночи: – счастлив, кому знакомы эти ощущения, кого они переносят светлым воспоминанием в дальние годы цветущего, невинного детства.

Такова благословенная цепь праздников, связующая из года в год жизнь христианина в церкви. Но в течение года и на каждой неделе сияет верующей душе – день Воскресный. Утомленный шестидневной суетой и заботой, жаждет человек вечера субботы – и вот, опять раскрывается пред ним священная поэма субботы – на воскресной всенощной: торжественное начало вечерни, голосами природы призывающее славить Господа, – потом осмогласие воскресных стихир, и вечерняя песнь на солнечном закате; – потом, в сумраке и тишине молитвы и возвышенные образы псалмов Давидовых; потом в сиянии света громкие торжественные песни Воскресения, с детства радующие слух верного сына Церкви, и на каноне чудные песни ирмосов на 8 гласов, один другого благозвучнее, один другого торжественнее, все издавна знакомые слуху, все неизменно умиляющие душу…

Так совершается венец лета в церкви и в жизни православного христианина. Истинно блаженны люди, ведущие воскликновение в праздниках церковных.

К. П. Победоносцев

Рождество Пресвятой Богородицы

8 (21) сентября

Когда в семье рождается ребенок, то радуются родители, радуются и все окружающие. Радуются потому, что новый человек родился в мир. Радуются, хотя и не знают, каким вырастет это дитя и что несет оно с собой в мир – внесет ли добро или зло, будет ли чадом света или чадом тьмы. Люди радуются рождению нового человека, ибо надеются на то, что каждый человек должен внести в мир добро.

Когда в семье престарелых Иоакима и Анны родилась дочь Мария, то радовались родители и все близкие к ним. Радовались не только потому, что теперь снято было поношение с их семьи, ибо в древности отсутствие детей считалось за великий позор, но и потому, что, как было им возвещено, через их дочь даровано будет миру спасение.

Теперь же этому событию радуется весь христианский мир, ибо в этот день родилась Пречистая Дева Мария, – Невместимого Бога во чреве вместившая и радость миру родившая.

Само событие это было предопределено еще на заре человеческой истории. Когда через праматерь Еву первозданная чета впала в грех, тогда, после праведного суда Божия над прародителями, было дано от Бога и обетование, что через женщину же придет в мир и спасение: Семя жены сотрет главу змия (см.: Быт. 3, 15).

Это обетование Божие о спасении человеческого рода всегда хранилось в памяти древних народов. Особенно свято оно сохранялось в богоизбранном народе израильском, ибо именно родоначальнику его – праведному Аврааму Господь обещал, что благословятся в семени его все племена земные (Быт. 22, 18). Но от кого же именно и когда должен был родиться Спаситель? Ожидали, что Спаситель (по-еврейски – Мессия) произойдет от рода славного царя Давида. Но династия рода Давидова давно уже не правила страной. Потомки царя-героя жили в безвестности, как простые люди, и никто из них не мечтал когда-либо сидеть на престоле иудейских царей. Да это было и невозможно, ибо после возвращения из плена вавилонского страна долгое время находилась под властью то персидских, то греческих, то сирийских царей. Одно время, когда Иудея вышла из-под власти поработителей, ею правили цари из династии народных героев Маккавеев. Потом она снова попала в зависимость. В тот период, о котором сейчас идет речь, Иудея находилась в полной зависимости от Рима и во Святом Городе Иерусалиме, в славной столице царя Давида, сидел на царском троне ставленник ненавистных поработителей-римлян Ирод, ненавидимый народом как чужеземец, как узурпатор и вместе с тем как жестокий, кровожадный правитель.

Потомки царя Давида, самого любимого царя древних евреев, время правления которого всегда считалось в народе «золотым веком», давно уже жили как простые люди, но у многих из них хранилось и передавалось из рода в род предание о славных предках, хранилась и передавалась и родословная, которая велась от самого Давида.

В дни, предшествовавшие пришествию в мир Спасителя рода человеческого, в небольшом городке Назарете, расположенном в Галилее на севере Палестины, жил праведный человек именем Иоаким, происходивший из рода царя Давида. Из книги Царств мы знаем, что у Давида было много сыновей. Одним из них был Нафан, родившийся, когда Давид был уже царем (см.: 2 Цар. 5, 14). По прямой линии от этого Нафана, через которого евангелист Матфей ведет родословную Иисуса Христа, происходил и праведный Иоаким. Жена его Анна происходила из колена Левиина, которое, согласно воле Божией, изъявленной на горе Синае, было посвящено на служение Богу. Все потомки Левиины исполняли обязанности служителей при скинии, а потом при храме. Из этого же колена происходил и первый первосвященник народа Божиего Аарон, старшие потомки которого по мужской линии должны были занимать пост первосвященников, все же остальные становились священниками. Вот из этого священнического колена Левиина, из рода первосвященника Аарона, и происходила праведная Анна – жена Иоакима. Отец Анны был священник Матфан, а мать – Мария из колена Иудина, из города Вифлеема. У Анны было две сестры – Мария и Совия. Мария была замужем в Вифлееме и у нее была дочь Саломия, а Совия тоже жила замужем в Вифлееме и имела дочь Елисавету, ставшую потом матерью Иоанна Крестителя. Анна была младшей из сестер. Ее отдали замуж за Иоакима, и она жила с ним в далеком городке Назарете.

Несмотря на дальность расстояния от родных мест, Анна никогда не теряла связи со своими сестрами, жившими в Вифлееме, и виделась с ними. Это было тем более легко, что Вифлеем находился неподалеку от Иерусалима, куда вместе с мужем ходила она каждый год, чтобы посетить храм в дни великих праздников.

* * *

Праведно и свято жили супруги. Как принято было говорить в то время, они ходили пред Богом. Ежегодно отделяли они часть своих доходов на храм, а часть – на бедных. Мирно текла их жизнь. Не посылал Господь им каких-либо тяжелых испытаний, но вместе с тем не посылал Господь и благословения Своего – доброчадия. Не было детей у Иоакима и Анны. Уже наступила старость, а вместе с ней окончательно рушилась и надежда иметь детей, и это страшно удручало обоих супругов.

Как мы уже выше заметили, отсутствие детей в те времена было самым тяжелым горем для каждого человека. Бесчадие считалось наказанием Божиим, немилостью Божией. Только за большие грехи наказывал Господь безплодием. Примеры этого из Священной истории всегда хранились в памяти народной. Безплодием была наказана гордая жена Давидова Мелхола, посмеявшаяся над мужем, когда он в священном восторге плясал перед Ковчегом Завета (2 Цар. 6, 3). А пророк Иеремия, негодуя на злочестивого царя Иехонию, как крайнюю меру Божьего наказания изрек о нем: Запишите человека сего лишенным детей (Иер. 22, 30).

Быть безплодной особенно тяжело было для женщины, ибо все окружающие смотрели на таковую как на ненужное существо, как на ветвь, не приносящую плода, как на сухую и непригодную землю.

Священная история повествует, как тяжело переживалось состояние безплодия женщинами во все времена.

Вот Сарра, жена Авраамова. Безрадостно тянулись годы ее супружеской жизни. Любима мужем, богата имением своим, а нет детей – и в горе с мужем своим коротает она свои дни. С печалью помышляют они, что нет у них никого более близкого, нежели Елиезер, слуга из Дамаска. Не исполняет Господь обещание Свое, не дает сына, и горестно Аврааму. В ответ на все милости Божий, на уверения, что Он его щит и что награда Его будет велика, Авраам отвечает:

Господи! что Ты дашь мне? я остаюсь бездетным (Быт. 15, 2). И какова же радость Авраама и Сарры, когда, наконец, у них рождается сын Исаак!

Вот Ревекка, жена Исаака, сына Авраамова. Так же и она долгое время безплодна. И молился Исаак Господу о жене своей, – говорится в книге Бытия, – потому что она была неплодна; и Господь услышал его, и зачала Ревекка, жена его (Быт. 25, 21).

Вот сын Исаака – Иаков. У него две жены, что по обычаям того времени считалось возможным. Впрочем, не хотел он иметь двух жен. Обманули его, выдали обманом за него замуж старшую, некрасивую сестру той девицы, которую хотел он назвать своей женой, за которую работал простым пастухом семь лет. Снова семь лет пришлось работать Иакову, чтобы получить в жены Рахиль – ту, которую любил он. И вот две жены у него, а детей нет. Тяжко переживают безплодие соперницы-сестры, ибо каждая понимает, что только рождением детей могут они снискать любовь и уважение своего мужа. Тяжелее было горе старшей сестры Лии, ибо чувствовала она, что не любима своим мужем. И как повествует Библия, Господь сжалился над ней и родились у нее дети (см.: Быт. 29, 31). О том, как тяжко было для женщины безплодие, повествуют дальнейшие строки Писания: И увидела Рахиль, что она не рождает детей Иакову, и позавидовала Рахиль сестре своей, и сказала Иакову: дай мне детей, а если не так, я умираю (Быт. 30, 1). Такова была жажда женщины иметь детей. И вспомнил Бог о Рахили, – говорится в книге Бытия, – и услышал ее Бог, и отверз утробу ее. Она зачала и родила сына, и сказала: снял Бог позор мой (Быт. 30, 22–23).

Так было в глубокой древности. А вот уже в дни, более близкие ко времени, когда сложилось царство Израильское, книга Судей повествует о праведном Маное и жене его, не имеющих детей (Суд. 13, 2). Как величайшую радость воспринимают супруги благовестие ангельское о том, что родится у них сын и будет назореем, то есть посвященным Богу. И родился у них сын, которому они дали имя Самсон, и много геройских подвигов совершил он для освобождения народа своего от ига чужеземцев.

Вот некая праведная женщина именем Анна из селения на горе Ефремовой, также не имеющая детей от мужа своего. О ней рассказывается в Книге Царств. Каждый год ходила она в дом Господень, плакала пред Богом и молилась о том, чтобы Господь послал чадо, а чада все нет и нет. И она плакала и не ела, – говорится в Писании. – И сказал ей Елкана, муж ее: Анна! Что ты плачешь и почему не ешь, и отчего скорбит сердце твое? не лучше ли я для тебя десяти сыновей? (1 Цар. 1, 7–8). Но неутешна была Анна, и вот однажды пришла она в Силом, где стоял тогда Ковчег Завета Господня. И была она в скорби души, – говорится в Писании, – и молилась Господу, и горько плакала, и дала обет Господу Сил Небесных, что если Он призрит на скорбь ее и вспомнит о ней, и не забудет ее и даст ей дитя мужеского пола, то она посвятит его Богу на все дни жизни его (см.: 1 Цар. 1, 10–11). Подробно описывается в Библии трогательный разговор скорбящей Анны со старым священником Илием, который, оказывается, во все время ее молитвы следил за ней: Между тем как она долго молилась пред Господом, Илий смотрел на уста ее; и как Анна говорила в сердце своем, а уста ее только двигались, и не было слышно голоса ее, то Илий счел ее пьяною. И сказал ей Илий: доколе ты. будешь пьяною? вытрезвись от вина твоего. И отвечала Анна, и сказала: нет, господин мой; я – жена, скорбящая духом. Вина и сикера я не пила, но изливаю душу мою пред Господом; не считай рабы твоей негодною женщиною, ибо от великой печали, моей и от скорби моей я говорила доселе. И отвечал Илий и сказал: иди с миром, и Бог Израилев исполнит прошение твое, чего ты просила у Него. Она же сказала: да найдет раба твоя милость в очах твоих! И пошла она в путь свой, и ела, и лицо ее не было уже печально, как прежде (1 Цар. 1, 12–18). Когда же возвратилась она в дом свой, то чрез несколько времени зачала… и родила сына и дала ему имя: Самуил, ибо, говорила она, от Господа я испросила его (1 Цар. 1, 19–20). И когда отрок возрос, то, как описывается далее, привела Анна отрока к Илию и сказала: о, господин мой! да живет душа твоя, господин мой! я – та самая женщина, которая здесь при тебе стояла и молилась Господу; о сем дитяти молилась я, и исполнил мне Господь прошение мое, чего я просила у Него; и я отдаю его Господу на все дни жизни его, служить Господу. И поклонилась там Господу (1 Цар. 1, 25–28).

Так было в давние времена. Но вот евангелист Лука говорит, что точно так же тяжело переживали женщины безплодие и в те времена, когда жили Иоаким и Анна. Он пишет, как жили в бездетности священник Захария с женой своей Елисаветой, которая, как уже было сказано, приходилась племянницей праведной Анне. Видимо, давно уже, несмотря на все молитвы свои, отчаялись престарелые Захария и Елисавета в великой милости Божией – рождении детей. И вот однажды, когда Захария, исполняя чреду свою, совершал каждение в святилище, явился ему Ангел Господень по правую сторону алтаря кадильного и сказал ему: Не бойся, Захария, ибо услышана молитва твоя, и жена твоя Елисавета родит тебе сына, и наречешь ему имя: Иоанн; и будет тебе радость и веселие, и многие о рождении его возрадуются, ибо он будет велик пред Господом (Лк. 1, 13–15). И сказал Захария Ангелу: по чему я узнаю это? ибо я стар, и жена моя в летах преклонных. Ангел сказал ему в ответ: я Гавриил, предстоящий пред Богом, и послан говорить с тобою и благовестить тебе сие; и вот, ты будешь молчать и не будешь иметь возможности говорить до того дня, как это сбудется, за то, что ты не поверил словам моим, которые сбудутся в свое время (Лк. 1, 18–20).

И когда потом уже, после всех этих событий, почувствовала наконец Елисавета, что ее благословил Господь быть матерью, то пять месяцев таилась она от людей, боясь сообщить об этом кому-либо, лишь говорила сама в себе: Так сотворил мне Господь во дни сии, в которые призрел на меня, чтобы снять с меня поношение между людьми (Лк. 1, 25). Когда же родила она сына, то, как говорится в Евангелии, и услышали соседи и родственники ее, что возвеличил Господь милость Свою над нею, и радовались с нею (Лк. 1, 58).

Так остро, так болезненно переживалось женщинами безплодие. И вместе с тем так радостно, так ликующе восторженно переживалось и то, когда наконец женщина получала надежду быть матерью и становилась ею. Сколько слез и втайне, и в стенах храма Божиего было пролито теми, кому приходилось лишь издали глядеть, как ласкают детей своих счастливые матери. Сколько слез радостных было пролито женщинами, когда узнавали они, что милостив Господь, не даст умереть в бездетности и не истребится память их в народе Божием.

Тяжка была скорбь престарелых Иоакима и Анны. Воспитанные в Законе Господнем, свято храня предания, шедшие из глубины веков, они не могли рассматривать свою бездетность иначе как немилость Божию и потому скорбели об этом.

В приведенных рассказах из Священной истории уже говорилось, что бездетность сопровождалась не только личной скорбью от боязни сойти в могилу, не оставив по себе никакого следа, никакого потомства, но горе усугублялось еще и тем, что это было предметом поношения. Над бездетными злые люди смеялись, всячески унижали их, полагая, что имеют право превозноситься над ними и считать их людьми никчемными, ненужными.

Священное Предание сохранило нам рассказ, как однажды в большой праздник праведный Иоаким пошел по обычаю, как это полагалось каждому благочестивому иудею, в Иерусалим, чтобы там принести жертву Богу. Очевидно, давно уже знали священники про бездетность Иоакима и, может быть, по народным воззрениям, приписывали это каким-нибудь особым грехам его. Первосвященник, увидев Иоакима, приближающегося к нему со своим жертвенным животным, не захотел принять даров от него. «Не должно, – сказал он Иоакиму, – принимать от тебя дары, потому что ты не имеешь детей, а следовательно, не имеешь ты и благословения Божия. За что-то наказывает тебя Бог, наверное есть у тебя какие-то тайные грехи, которые ты не хочешь поведать Богу и раскаяться в них».

Жертвенник, на котором приносились всесожжения, стоял на возвышении пред вратами святилища. Кругом толпился народ, стояли священники, стояли левиты, ожидали очереди своей остальные люди, пришедшие для жертвоприношения. Слова первосвященника, сказанные громко, разнеслись среди людей… Часто люди бывают безжалостны в счастье своем к тем, кто этого счастья лишен. Когда стоявшие кругом услышали слова первосвященника, обращенные к Иоакиму как к человеку, лишенному детей якобы за какие-то тайные грехи, ропот пронесся по толпе. Не место нечистому с чистыми сынами Израиля! Те, кто посмелее и вместе с тем почерствее, подошли к Иоакиму и, грубо оттолкнув его от жертвенника, закричали на него, что недостоин он стоять вместе с ними и приносить всесожжение Богу Израилеву.

Нам, христианам, может показаться недопустимым такое отношение собратий к грешному человеку, такое превозношение своей праведностью над кем-либо, кто, по нашему мнению, грешнее нас. Но здесь надо вспомнить, что это происходило в ветхозаветном храме, среди людей жестоковыйных, которым даже Закон Моисеев, где было много уступок их жестокосердию, казался трудноисполнимым. Еще не было света евангельского, еще не пришел в храм Свой Господь Спаситель, открывший людям подлинный смысл слов пророка: Милости хочу, а не жертвы, и возвестивший, что Он пришел призвать не праведников, но грешников к покаянию (Мф. 9,13).

Тяжела была скорбь Иоакима, когда входил он в храм. Во много раз тяжелее стала она, когда ушел он из храма. К скорби прежней присоединилась еще и новая – от того позора, который пришлось ему испытать перед жертвенником как от самого первосвященника, так и от своих собратий.

Предание говорит, что прямо из храма, оставив у его порога жертвенное животное, пошел Иоаким в пустынное место и долго был там, не будучи в силах показаться на глаза людям.

Долгое время не возвращался Иоаким домой. За это время слух о происшедшем дошел и до Анны. Люди, пришедшие вместе с Иоакимом из Назарета в Дом Господень, теперь, возвратясь обратно, рассказывали о том, что сказал первосвященник Иоакиму у жертвенника и как последний с позором удалился из храма.

Если велика была скорбь Иоакима, то, может быть, еще глубже была теперь скорбь Анны, ибо, конечно, себя считала она виновницей семейного позора. И если понятно было ей, какое горе заставило Иоакима бежать с глаз людских, то естественно, что и ей было не под силу показываться на людях.

«Теперь, – говорила она, – я несчастнее всех: Богом отвержена, у людей в поношении и мужем оставлена! О чем плакать теперь: о вдовстве ли своем или о бесчадии, о сиротстве своем или о том, что не удостоилась называться матерью!»

Близкие люди пытались утешить праведную Анну, но печаль ее не могла рассеяться от этого. Однажды, говорит предание, сидя в уединенном саду своем, увидела она на дереве гнездо, в котором какая-то птичка хлопотала около своих птенцов, и, горько заплакав, Анна начала сетовать, говоря: «Горе мне, бездетной! Должно быть, я самая грешная среди всех дщерей израилевых, что одна пред всеми женами так унижена. Все носят плод своего чрева на своих руках, все утешаются своими детьми: я же одна чужда сей радости. Горе мне! Дары всех принимаются в храме Божием, и за чадородие им оказывают уважение: я же одна отвержена от храма Господа моего. Горе мне! Кому я уподоблюсь? Ни птицам небесным, ни зверям земным: ибо и те приносят Тебе, Господи Боже, плод свой, я же одна неплодна. Даже с землею я не могу сравнить себя: ибо она прозябает и выращивает семена и, принося плоды, благословляет Тебя, Небесного Отца: я же одна безплодна на земле. Увы мне. Господи, Господи! Я одна, грешная, лишена потомства. Ты, Который даровал некогда Сарре в глубокой старости сына Исаака, Ты, Который отверз утробу Анны, матери Твоего пророка Самуила, призри ныне на меня и услыши молитвы мои. Господи, Саваоф! Владыка Сил Небесных! Ты знаешь поношение бездетства: прекрати печаль сердца моего и отверзи мою утробу и меня неплодную соделай плодоносною, дабы рожденное мною мы принесли Тебе в дар, благословляя, воспевая и согласно прославляя Твое милосердие». И предание сохранило повествование о том, как вдруг услышала Анна слова Ангела, обращенные к ней: «Анна, Анна! Услышана твоя молитва; слезы твои явились пред Богом, и ты зачнешь и родишь Дщерь Преблагословенную; чрез Нее получат благословение все племена земные и будет даровано всему миру спасение. Имя Ей будет Мария».

Услышав эти слова, возрадовалось сердце Анны. Вспомнив о том, как в древности дала Богу обет другая Анна, повесть о которой сохранила священная книга Царств, праведная Анна сказала: «Жив Господь Бог, если родится у меня дитя, я отдам его на служение Богу. Пусть оно служит Ему и прославляет святое имя Божие день и ночь во все время жизни своей».

С радостью вышла Анна поспешно из своего дома и, забыв обо всем остальном, пошла в священный город Иерусалим, чтобы там излить свою радость у храма Превечного.

В то же время и Иоакиму был голос в пустыне: «Иоаким, Иоаким! Услышал Бог молитву твою и благоволит даровать тебе благодать Свою: жена твоя Анна зачнет и родит тебе Дщерь, рождение которой будет радостью для всего мира. И вот знамение, что я благовествую тебе истину: иди в Иерусалим к храму Божию и там, у Золотых ворот, найдешь свою супругу Анну, которой я возвестил то же самое».

Радостной была встреча праведных Иоакима и Анны у Золотых ворот храма, радостной была и та горячая молитва, которую принесли они оба Богу вместо жертвы, отверженной первосвященником. С радостью вернулись они в дом свой.

И зачала праведная Анна в девятый день декабря месяца. По еврейскому счету шел тогда месяц тебеф – четвертый месяц в году, а в месяце тисри, который являлся первым месяцем гражданского года, а по нашему счету в сентябре, 8 дня, родилась у праведной Анны Дочь, ставшая потом Матерью Спасителя мира. Имя Ей дали Мария…

* * *

В безвестности протекала жизнь будущей Матери Божией и ее родителей в маленьком галилейском городке Назарете. Снято было поношение с семьи, люди перестали выказывать презрение к престарелой чете. И никто из жителей этого городка, да и никто в мире не знал, что здесь, в тихой семье, возрастает Та, Которую люди впоследствии будут почитать как Честнейшую Херувим и Славнейшую без сравнения Серафим…

Рождество Богородицы – это первое событие, с которого начинается история нашего спасения, одновременно и воспоминание о радостном событии, совершившемся в благочестивой семье много веков тому назад, и вместе с тем радостный день и великий праздник для всего христианского мира.

(«Журнал Московской Патриархии». 1958. № 9. С. 45–52)

Евангелие на Рождество Пресвятой Богородицы

(Лк. 10, 38–42; 11, 27–28)

38 В продолжение пути их пришел Он в одно селение; здесь женщина, именем Марфа, приняла Его в дом свой; 39 у нее была сестра, именем Мария, которая села у ног Иисуса и слушала слово Его.

40 Марфа же заботилась о большом угощении и, подойдя, сказала: Господи! или Тебе нужды нет, что сестра моя одну меня оставила служить? скажи ей, чтобы помогла мне.

41 Иисус же сказал ей в ответ: Марфа! Марфа! ты заботишься и суетишься о многом,

42 а одно только нужно; Мария же избрала благую часть, которая не отнимется у нее…

27 Когда же Он говорил это, одна женщина, возвысив голос из народа, сказала Ему: блаженно чрево, носившее Тебя, и сосцы, Тебя питавшие!

28 А Он сказал: блаженны слышащие слово Божие и соблюдающие его.

Праздничное богослужение

Церковный год начинается 1 сентября, поэтому в праздничном богослужебном круге первым двунадесятым праздником является Рождество Пресвятой Девы Марии, празднуемое 8 (21) сентября. И это не случайно, ибо Рождество Пресвятой Девы Марии было первым предвестием грядущего спасения людей. Этой идеей проникнуто все богослужение праздника. «Начало нашего спасения, людие, днесь бысть: се бо пронареченная от родов древних Мати и Дева, и приятелище Божие, от неплодове родитися происходит… се бо Дева происходит от утробы неплодныя, ко спасению душ наших» (1-я стихира на литии). «Днесь неплодная врата отверзаются, и дверь девическая Божественная предгрядет. Днесь плод раждати благодать начинает, являющи миру Божию Матерь, Еюже земная с Небесными совокупляются, во спасение душ наших» (4-я стихира на Господи, воззвах).

В богослужебных песнопениях праздника звучит торжественный, радостный тон, в них почти непрестанно слышится призыв к радости: «Сей день Господень, радуйтеся, людие» (2-я стихира на Господи, воззвах), Днесь всемирныя радости провозвещение (5-я стихира на Господи, воззвах), «Сей день Господень, радуйтеся, людие» (стихира на «Хвалитех», на Слава и ныне). Почему же так радостен праздник? Ответ дает тропарь праздника: «Рождество Твое, Богородице Дево, радость возвести всей вселенней: из Тебе бо возсия Солнце Правды Христос Бог наш и, разрушив клятву, даде благословение, и, упразднив смерть, дарова нам живот вечный».

«Днесь плод раждати благодать начинает!» Какое счастье для людей, через падение прародителей потерявших рай! Благодать излилась в мир, и орудием этого была Пречистая Богородица Дева Мария. Через Нее Небо соединилось с землей, и отпавший через грех от Бога человек приблизился к Нему. Безблагодатные, мы стали благодатными. С Рожденным Девой Марией благодать неиссякаемым потоком изливается на людей, но незримыми путями. Изливается через усердную молитву, изливается в Таинствах Святой Церкви. Безчисленны случаи, записанные и незаписанные, излияния благодати Божией на людей.

Святой Андрей Критский в Слове на Рождество Богородицы говорит: «Настоящий праздник есть для нас начало праздников. Он служит дверью к благодати и истине. Ныне Создателю всех устрояется одушевленный храм, и тварь уготовляется в новое Божественное жилище Творцу». А святой Иоанн Дамаскин, также в Слове на Рождество Богородицы, говорит: «День Рождества Богородицы есть праздник всемирной радости, потому что Богородицею весь род человеческий обновился и печаль праматери Евы пременилась в радость».

И Сама Дева Мария была благодатным плодом Ее родителей Иоакима и Анны по их усердной молитве. Позором у древнего Израиля считалось безплодие, и обычно в нем видели Божие наказание за какие-нибудь тяжкие тайные грехи. Святой Андрей Критский говорит: «Святая чета; уязвлялась жалом безчадства, печалилась, скорбела и сокрушалась, перенося поношение своего безплодства» (Слово на Рождество Богородицы). Израиль жил пламенной верой в грядущего Мессию, и у каждого израильтянина сердце было преисполнено желанием увидеть Мессию, если не самому, то хотя бы потомкам. Отсюда прекращение рода по бездетности считалось позором и проклятием: такой род лишался возможности видеть Мессию. Израиль пытался найти выход из такого безотрадного состояния, учредив закон левирата, или ужичества, по которому после смерти мужа вдова умершего обязана была выйти замуж за своего деверя, то есть за брата умершего, и родившийся от такого брака младенец мужского пола считался сыном умершего.

В свете всего сказанного становится ясным, сколько скорби, огорчения, стыда и позора, с сознанием, может быть, своей отверженности от Бога, должна была перенести мать Девы Марии из-за своего неплодства! Но, несмотря на это, непрестанной была ее молитва, непоколебимы были ее вера и надежда. И Церковь в праздничном богослужении свидетельствует о высоких душевных переживаниях матери Пресвятой Богородицы. Церковь вспоминает другую Анну, мать пророка Самуила, рожденного также по молитве своей матери, и вносит в богослужебный чин ее молитву: «Утвердися сердце мое во Господе, вознесесярог 'мой в Базе моем, расширишася на враги моя уста моя, возвеселихся о спасении Твоем» (ирмос 3-й песни 2-го канона, ср. 1 Цар. 2, 1).

«Утвердися сердце мое во Господе». Это значит, что человек со всеми своими мыслями, думами, чувствами и делами предан всецело Господу, предан без малейшей тени сомнения. Таков облик праведной матери Девы Марии. Продолжительная непрестанная молитва Анны имела в домостроительстве нашего спасения промыслительное значение и смысл. Анна была избрана Богом быть Праматерью Господа и даровать миру Его Матерь Деву Чистейшую и Славнейшую, даровать миру «Плод живоносный». Мать участвует в создании тела нового человека. Отсюда далеко не безразлично для такого рождения, какова будет душа у матери, чем она будет занята – грехом или молитвою. Анна молилась. Усердная молитва проникает все существо человека, она возвышает его, возрождает душу, делая ее небесною, богоподобною. Такова была от непрестанной и усердной молитвы и душа Анны. И через это она соделалась достойной быть матерью Девы Марии, будущей Матери Самого Господа.

Все сведения о Рождестве Богородицы основываются на Предании, а предания нашли яркое отражение в богослужении праздника. В этом отношении замечательна молитва праведной Анны, на основе которой составлены повествование Четьих-Миней на 9 сентября и службы на 9 сентября и 9 декабря. В этой молитве чудно сочетались растворенная в скорби лирика и космичность.

«Горе мне, одинокой, отвергнутой от храма Господа Бога моего и пред всеми униженной дочери Израилевой. Кому я уподоблюсь? Вся природа производит и растит, все находят утешение в детях, только мне одной не дано этого наслаждения. Не могу сравнить себя ни с птицами небесными, ни со зверями земными: и те и другие приносят плод свой Тебе, Господи, лишь я одна остаюсь безплодной! Ни с водами: они в быстрых струях своих родят во славу Твою живые творения, лишь одна я мертва и безжизненна! Ни с землею: и та, прозябая, прославляет плодами своими Тебя, Отец Небесный, лишь я одна бесчадна, как степь безводная, без жизни и растений! О, горе мне! Горе мне! Господи! Ты, даровавший Сарре сына в старости и отверзший утробу Анны для рождения пророка Твоего Самуила, воззри на меня и услыши молитву мою! Разреши болезнь сердца моего и разверзи узы моего неплодия. Да будет рожденное мною принесено в дар Тебе, да благословится и прославится в нем Твое милосердие».

Православная Церковь зачатие праведной Анной Пресвятой Богородицы называет преславным и святым зачатием, «неведомым Ангелом и человеком, великим еже от века сокровенным таинством» (служба 9 сентября, стихиры на Господи, воззвах, Слава).

(«Журнал Московской Патриархии». 1959. № 9. С. 57–59.)

Тропарь, глас 4-й

Рождество Твое, Богородице Дево, радость возвести всей вселенней: из Тебе бо возсия Солнце правды, Христос Бог наш, и разрушив клятву, даде благословение, и упразднив смерть, дарова нам живот вечный.

Кондак, глас 4-й

Иоаким и Анна поношения безчадства, и Адам и Ева от тли смертныя свободистася, Пречистая, во святем рождестве Твоем; то празднуют и людие Твои, вины прегрешений избавльшеся, внегда звати Ти: неплоды раждает Богородицу и питательницу жизни нашея.

Молитва

О, Пресвятая Владычице, Христа Спасителя нашего Богоизбранная Мати, у Бога святыми молитвами испрошенная, Богу посвященная и Богом возлюбленная! Кто Тебе не ублажит или кто не воспоет, Твоего преславного рождества. Рождество бо Твое бысть началом спасения человеков, и мы, седящии во тме согрешений, зрим Тя, Неприступного Света жилище. Сего ради витийствующий язык не может песнословити Тя по достоянию. Паче бо серафим возвысилась еси, Пречистая. Обаче приими от недостойных раб Твоих нынешнее похваление и не отрини мольбы нашея. Твое величие исповедуем, Тебе во умилении припадаем и скорую в заступлении чадолюбивую и благоусердную Матерь дерзновенно просим: умоли Сына Твоего и Бога нашего даровати нам, много согрешающим, искреннее покаяние и благочестное житие, да возможем творити вся Богу угодная и душам нашим полезная. Возненавидим вся злая, укрепляемии Божественною благодатию во благом произволении нашем. Ты непостыдная надежда наша в час смерти, даруй нам христианскую кончину, безбедное шествие на страшных мытарствах воздушных и наследие вечных и неизреченных благ Царствия Небеснаго, да со всеми святыми немолчно исповедуем Твое о нас заступление и да славим единаго Истиннаго Бога, во Святей Троице покланяемаго, Отца и Сына и Святаго Духа. Аминь.

Праздник Рождества Пресвятой Богородицы в церковных песнопениях

Как прекрасны наши церковные песнопения! Сколько в них вложено святыми песнописцами сердечного умиления, благоговения, иногда сокрушения, иногда восторженного чувства; сколько заключено глубокого уразумения великих Таин Божиих, сколько назидания, поучения и в тоже время – как много в них художественной красоты в выражениях, в самых оборотах речи! К сожалению, сии сокровища церковной поэзии или словесного церковного художества – не для всех и не всегда доступны. В храме Божием сии песнопения иногда невнятно поются, иногда спешно читаются, иногда вовсе опускаются. Кроме того, праздничные церковные песни положены уставом церковным не только в самые праздники, но и во дни предшествующие (предпразднество) и последующие (попразднство), когда не все могут присутствовать при Богослужении в церкви…

Величаем Тя, Пресвятая Дево, и чтим святых Твоих родителей, и всеславное славим рождество Твое.

Показуя Тя вышшую всея твари, Богородице Чистая, Сын Твой величит Твое рождество, еже от Анны, и всех веселит днесь.

Тя, Богоневесто, Христос яви похвалу и державу всем поющим верно Твое таинство.

Почитают рождество Твое безплотных чини: радости бо земная (селения) Ты наполнила еси едина; тем Тя Всенепорочную вернии славим, в пениих славословяще: свет бо сущим во тьме возсияла еси, яко утренний возсиявший день.

Купина в горе огнеопальная и росоносная пещь халдейская яве предписа (предъизобразила) Тя, Богоневесто: Божественный бо невещественный Огнь в вещественнем чреве неопально прияла еси.

Иже непокоривым людем из камене источив воду, благопокоривым языком (народам) дарует от чресл неплодных плод на веселие нам – Тя, Богомати пречистая, Юже достойно величаем.

Слышу Давида поюща Тебе: приведутся девы во след Тебе, введутся в храм Царев, – и с ним Тя и аз Дщерь Цареву воспеваю.

Божественный пророк (Исаия) прописа проявленнейше свиток Тя нов, в немже перстом Отчим Слово напишется Дево, написуя в книзе жизни благостию вся, Того начальству повинующияся.

Ныне да веселится небо, да радуется же земля и да ликуют Иоаким и Давид, ов убо яко родитель Твой, истинно Рождшая Бога, ов же, яко праотец Твой, проповедая Твоя величествия, Чистая.

Радуйся, Чистая, Мати и Рабо Христа Бога, яже Ходатаица первому (райскому) блаженству: человеческий род Тя, вси достойно песньми славим.

Святую-святых сущу целомудреннии родители Твои, Чистая, возложиша Тя в храме Господни, воспитатися честно и уготоватися в Матерь Ему.

Воспитавшися во Святая-святых, Дево Пречистая Богородице, вышши твари явилася еси, Зиждителя плотию порождши.

В Тебе Троическое таинство поется и славится, Чистая: Отец бо благоволи, и Слово вселися в Тя, и Божественный Дух Тебе осени.

Всемирныя радости возсияша миру мысленныя лучи, предвозвещающия всем Солнце Славы Христа Бога – в рождестве Твоем, Пречистая: Ты бо Ходатаица явилася еси истиннаго веселия же и благодати.

Тя от Анны рожденную, незлобивую Агницу, Агнца Христа младенца от чрева Твоего приведшую в наше существо, вси песньми Тя почитаем.

Ты едина земных показалася еси спасение, яко рождши Слово паче слова и естества: тем Тя ублажаем.

Светодавца и Начальника жизни человеческия рождшая Чистая Богородице, явилася еси сокровище жизни нашея и дверь неприступнаго Света.

Рождество Твое, Богородице Дево, радость возвести всей вселенней: из Тебе бо возсия Солнце правды, Христос Бог наш, и разрушив клятву, даде благословение, и упразднив смерть, дарова нам живот вечный.

Рождшися преславно от неплодных ложесн, от девственных чресл родила еси паче естества; красен бо явльшися стебль, израстила еси миру Жизнь: сего ради Силы Небесныя вопиют Тебе, Богородице: слава пришествию Твоему, Чистая; слава рождеству Твоему; слава девству Твоему, Мати Безневестная!

Ты Бога едина родила еси, Дево, преславно; Ты естество обновила еси рождеством Твоим, Марие; Ты Еву разрешила еси первородныя клятвы, Богородительнице Чистая.

Адам свободися и Ева ликует, и вопиют духом к Тебе, Богородице: Тобою избавихомся первородныя клятвы, явльшуся Христу.

Иоаким и Анна поношения безчадства, и Адам и Ева от тли смертныя свободистася, Пречистая, во святем рождестве Твоем; то празднуют и людие Твои, вины прегрешений избавльшеся, внегда звати Ти: неплоды раждает Богородицу и питательницу жизни нашея.

Поем святое Твое рождество, чтим и непорочное зачатие Твое, Невесто Богозванная и Дево; славят же с нами Ангелов чини и святых души.

Празднуем, Чистая, и верно покланяемся святому Твоему рождеству, поюще Сына Твоего, Имже ныне избавихомся древняго Адамова осуждения.

Пеленам покланяемся Твоим, Богородице, славим Давшаго плод прежде неплодней (матери Твоей) и преславно Отверзшаго ложесна нераждающей: творит бо вся елика хощет, Бог сый самовластен.

Пречистое Твое рождество, Дево непорочная, несказанное и зачатие, неизглаголанно и рождение Твое, Невесто неневестная: Бог бо бе весь (в Тебе), в мя облекийся.

Чужде матерем девство и странно девам деторождение; на Тебе, Богородице, обоя устроишася: тем Тя вся племена земная непрестанно величаем.

О новейшаго слышания: Бог – Сын Жены! О безсеменнаго рождества: безмужная – Мати и рожденное – Бог! О ужаснаго видения! О зачатия страннаго Девы! О несказаннаго рождества! Истинно, вся паче ума и видения!

Кто виде Отроча, Егоже не всея отец, млеком питаемое? или где видена бысть Дева – Мати? Истинно, паче ума обоя, Богородительнице Чистая!

Крепость верным и стена, и князем держава Ты еси, Пречистая, и по Гавриилову благовещению Бог родися из Тебе. Тобою, Пречистая, всем истекают лучшая, и на земли живущии к небеси восходят.

Ангеловым проречением плод пречист от праведников Иоакима и Анны днесь произыде – Дева, Небо и Престол Божий, и приятелище чистоты, радость провозвещающи всему миру, жизни нашея Ходатаица, клятвы отъятие, благословения подание: тем в рождестве Твоем, Дево Богозванная, миру мир испроси и душам нашим велию милость.

Всечестное Твое рождество светло торжествуем со Ангелы, Мати Дево Чистая; но о Богородительнице, не престай защищати христиан, воспевающих Тя!

Лучи просияша всемирныя радости – рождества Твоего, Дево Мати Марие, на земли, и озариша мысли любовию поющих Тя.

Яко дар Тебе, от Анны рождшейся, песнопение верно дароносим, Богородице, славословяще матери – Матерь, девы же – Деву едину, покланяемся Тебе, поем и славим.

Ум человеческий по достоянию пети Тя, Владычице Пречистая, Богородице, недоумеет; но мы зовем Ти, яже Архангел Гавриил провеща: радуйся, Адамово свобождение, радуйся, праматере Евы оправдание; радуйся, мира спасение; радуйся, Мати Христа Бога!

Рождшая Свет, просвети ны, торжествующия духом светоносное Твое рождество, Богородительнице, и света будущаго причастники покажи, Пречистая, и мир подаждь и избавление лютых Матерними Твоими молитвами.

Пречистыя руки Твоя, Дево Мати, простерши, покрый уповающия на Тя и Сыну Твоему зовущия: всем подаждь, Христе, милости Твоя!

Святая, блаженная Мати Божия, поющия Тя любовию спаси, разоряющи молву искушений, милостивно, яко Бога рождши: вся елика хощеши, творити можеши, Дево: темже Тя величаем.

Со апостолы моли, Богородице, Твоего Сына и Господа, помиловатися всем поющим Тя, и славящим, и во иконах Тя чествующим, и покланяющимся достойно, и любовию облобызающим.

Дивятся, Мати Божия, небеснии чини красоте души Твоея и чистоте девства Твоего; мы же, земнии, недоумеем глаголати несказаннаго рождества Твоего: емуже тайно научающеся, познахом Тя рождшую Христа Бога нашего, Егоже милостива нам сотвори в день судный страшнаго пришествия Его.

Направи мое, Богородице, житие, наставляющи повелении Божественными Слова, воплощшагося из Тебе, и к свету настави, Дево – Мати, Марие Богоневесто!»

Троицкие листки, № 534

О домостроительстве нашего спасения

(Слово на Рождество Пресвятой Богородицы)

В кратких словах тропаря в честь великого праздника Рождества Пресвятой Богородицы Святая Церковь говорит нам, мои возлюбленные о Христе чада, о всем Божественном домостроительстве нашего спасения.

Господь за нарушение первыми людьми в раю Его заповеди наложил на них проклятие, которое распространилось затем на все человечество. Это проклятие есть самое великое бедствие, какое может быть в человеческой жизни. Вся сила и тягость его для нас заключается в разобщении между Богом и людьми. Божественное проклятие выразилось в изгнании наших прародителей из рая, в лишении их благодати Святого Духа как внутреннего источника святости и блаженства и в тех скорбях и бедствиях, вплоть до смерти, которые стали уделом всех людей. Это проклятие переходило и в загробный мир. И там разобщение между Богом и людьми оставалось во всей своей силе. Даже души праведников сходили в ад и были лишены Божественного света и возможности лице-зрения Бога, ибо двери рая были для них закрыты.

Но не навеки Господь подверг такому наказанию человеческий род. Ему благоугодно было снять с нас проклятие и вернуть нам райское блаженство. Возможность дарования этих благ всему миру настала с момента Рождества Богородицы. А осуществилась эта возможность, когда воссиявшее от Пречистой Девы Марии Солнце Правды, Христос Бог наш, Своими крестными страдания и смертию разрушил проклятие, наложенное на людей. Вместо проклятия им было даровано благословение Божие и была возвращена благодать Святого Духа как Божественная сила к исполнению спасительных заповедей. А от исполнения последних люди опять стали испытывать райское блаженство, или божественную радость (ср. Ин. 15, 10–12). И так как смерть была уничтожена в пречистом Теле Христа Его крестною смер-тию, то она перестала быть для нас страшной. Напротив, для истинных последователей Господа смерть стала вожделенной, ибо она соединяет их со Христом для Вечной блаженной жизни.

Все это Божественное домостроительство Святая Церковь и заключила в следующих словах праздничного тропаря: Рождество Твое, Богородице Дево, радость возвести всей вселенней: из Тебе бо возсия Солнце Правды Христос Бог наш и, разрушив клятву, даде благословение, и, упразднив смерть, дарова нам живот вечный.

Как видим, здесь избавление от клятвы поставлено на первое место в числе других спасительных благ, дарованных нам Христом. И это понятно, ибо, прежде чем даровать эти блага людям и через них соединять нас с Богом, надо было устранить проклятие, которое препятствовало этому единению. Как только клятва была разрушена, так стала изливаться на людей вся Божественная любовь в ее разнообразных и дивных проявлениях.

Но вот на что мы должны с вами, мои возлюбленные о Христе чада, обратить здесь особенное внимание. То Божественное проклятие, от коего избавил нас Господь Своею крестною смертию, может опять вернуться к нам. Епископ Феофан Затворник, объясняя слова апостола Павла: Христос ны искупил есть от клятвы законныя, быв по нас клятва (Гал. 3, 13), говорит, что клятва всегда следует за нами по пятам и мы вновь можем оказаться под проклятием, если будем нарушать спасительные заповеди.

Этого мало. Мы можем подпасть более тяж-кому проклятию, чем то, какое наложено было Богом на первых людей. Оно произошло в силу нарушения ими Божественной заповеди. А мы, отвергая заповеди своими тяжкими грехами, тем самым попираем кровь нашего Спасителя и, по словам апостола Павла, второй раз распинаем Христа. Таким образом мы подпадаем сугубому проклятию: и за нарушение Божественных заповедей и за попрание крови Христа Спасителя. Поэтому если мы не будем соблюдать заповедей, то после смерти нашим уделом будут самые тяжкие адские мучения.

Какой же следует из всего этого спасительный для нас вывод, мои возлюбленные о Христе чада? Если через нарушение заповедей мы вновь подпадаем проклятию, и притом такому ужасному, то ясно, как свято и неуклонно мы должны их исполнять.

Не будем оправдывать нарушение нами заповедей немощами человеческого естества. Мы имеем в себе с момента крещения возрождающую благодать Святого Духа, эту несокрушимую и всемогущую силу. Поэтому каждый из нас вместе с апостолом Павлом может сказать: Вся могу о укрепляющем мя Иисусе Христе (Флп. 4, 13). Не будем в свое оправдание указывать на внешние тягостные условия жизни, именно, на великие скорби, которые, как никогда, мы переживаем с вами ныне. Да, эти скорби слишком тягостны, ибо они являются признаком страшного времени, близкого ко второму пришествию Господа. Еще иеросхимонаху отцу Амвросию, великому старцу Оптиной пустыни, было открыто Богом, что мы переживаем страшное, последнее, седьмое лето.

Но если бы даже Господь продлил нашу жизнь до появления антихриста и до второго Своего пришествия, то и скорби того времени, как бы они ни были велики, не должны помешать нам неуклонно соблюдать Божественные заповеди. Напротив, эти скорби должны укрепить наш дух еще большею бодростью и силою в служении Христу. Имея в виду великие мировые бедствия перед самым вторым Своим пришествием, Господь говорил ученикам: Когда же начнет это сбываться, тогда восклонитесь и поднимите головы ваши, потому что приближается избавление ваше (Лк. 21, 28). Что тяжкие скорби должны быть источником утешения для истинных последователей Христа, об этом свидетельствует апостол Павел: По мере, как умножаются в нас страдания Христовы, умножается Христом и утешение наше (2 Кор. 1, 5). Ясно, что скорби, и даже самые великие, не могут нам помешать исполнять заповеди Божий, не могут препятствовать нам любить Христа. Вот почему тот же великий апостол сказал: Кто ны разлучит от любве Божия: скорбь ли, или теснота, или гонение, или глад, или нагота, или беда, или меч?.. ни смерть, ни живот… ни настоящая, ни грядущая, ни высота, ни глубина, ни ина тварь коя возможет насразлучити от любое Божия, яже о Христе Иисусе Господе нашем (Рим. 8, 35, 38–39).

Поэтому будем, возлюбленные о Христе чада, безоговорочно и неуклонно соблюдать Божественные заповеди. Нам всегда окажет в сем святом деле помощь Свою Господь Спаситель, ибо Ему угодно было дать нам отрадное обетование в словах: Се, Аз с вами есмь во вся дни до скончания века (Мф. 28, 20). С нами всегда и наша первая Предстательница и Помощница Пречистая Дева Мария, Которая и родилась для дарования всему миру нескончаемой вечной радости. Она всю силу Своего молитвенного дерзновения направляет к превращению наших печалей в радость, и в очах Ее никогда не потеряют своей ценности ни один скорбный сердечный вздох наш, ни одна наша слеза.

С этим сознанием и с этою надеждою будем всегда прибегать к всемогущему и материнскому предстательству Пречистой Девы Марии, повторяя слова церковного песнопения: Предстательство христиан непостыдное, ходатайство ко Творцу непреложное, не презри грешных молений гласи, но предвари, яко благая, на помощь нас верно зовущих Ти: ускори на молитву и потщися на умоление, предстательствующи присно, Богородице, чтущих Тя. Аминь.

(Архиепископ Серафим (Соболев) «Об истинном монархическом миросозерцании». Статьи и проповеди. СПб., 1994. Т. 1. С. 228–231).

К Божией Матери

К Тебе, о Матерь Пресвятая,

Дерзаю вознести свой глас,

Лице слезами омывая:

Услышь меня в сей скорбный час!

Прими мои теплейшие моленья,

Мой дух от зол и бед избавь,

Пролей мне в сердце умиленье,

На путь спасения наставь.

Да буду чужд своей я воли.

Готов для Бога все терпеть;

Будь мне покровом в горькой доле,

Не дай с печали умереть.

Ты всех прибежище несчастных,

За всех Молитвенница нас!

О, защити, когда ужасный

Услышим судный Божий глас;

Когда заменит вечность время,

Глас трубный мертвых воскресит,

И книга совести все бремя

Грехов моих изобличит!

Стена Ты верным и ограда,

К Тебе молюся всей душой:

Спаси меня, Моя Отрада,

Умилосердись надо мной!

Русь народная

За Луковым – Аспосов день, праздник Рождества Пресвятыя Богородицы, именуемый также и «Малой Пречистою» («Большая Пречистая» – праздник Успения). На него встречает народ с особыми обычаями «матушку-осенину». В старые годы в этот день сходилась к новобрачным родня богоданная и кровная, созывающаяся «навестить молодых, посмотреть на их житье-бытье, поучить уму-разуму». Угощались честные гости званые праздничным обедом, показывалось им – сытым-пьяным – все молодое хозяйство: рухлядь всякая во дому, жито в закрому, упряжь в сараях. Все это сопровождалось поднесением пива, – причем иные краснословы приговаривали: «Аспосов день – поднесеньев день. Лей, лей, кубышка! Поливай, кубышка! Пейте, гости, пейте – хозяйского добришка не жалейте!»

В сельскохозяйственной практике это был день, когда убирали на зиму пчелиные улья, собирали лук, а праздник в целом знаменовал окончание главных летних полевых работ и начало осенних приготовлений. Земледельцы благодарили Богородицу – Небесную покровительницу земледелия, Подательницу урожая, Спорительницу хлебов – за собранный урожаи и просили Ее помощи на год будущий.

Из книги: А. А. Коринфский "Народная Русь. Круглый год сказаний, поверий, обычаев и пословиц русского народа"

Воздвижение Честного Животворящего Креста

14 (27) сентября

Первоначально этот праздник установлен Церковью в воспоминание обретения Креста Господня. Событие это, по описанию древних христианских историков, представляется в таком виде. Константин Великий по чувству благоговения к Кресту Господню, благодаря которому он одержал многие победы, и в благодарность Богу за согласие в Церкви, установленное на Первом Вселенском Соборе, возымел желание соорудить храм на Голгофе. Для исполнения этого желания благочестивая мать Константина, Елена, отправилась в 326 году в Иерусалим, имея также по особому внушению Божию пламенное желание найти Крест Господень. По соображению обычая зарывать орудие казни близ места совершения ее и по указанию одного престарелого иудея, Крест был найден, но с ним и другие два креста. Узнать Крест Господень было трудно, так как дощечка с надписью: «Иисус Назарянин царь Иудейский» лежала отдельно. Нужно было высшее свидетельство о Кресте Господнем, нежели какое могло быть во власти человеческой, – и это свидетельство было явлено в чудодейственной силе Креста Господня. По распоряжению Патриарха Макария найденные кресты были принесены к одру одной болящей благочестивой женщины, и Патриарх в присутствии благочестивой царицы и множества народа начал возлагать кресты на болящую. Прикосновение двух крестов не произвело никакого действия, но от прикосновения третьего Креста больной чудесно было возвращено здравие. На возвратном пути было получено еще более чудесное доказательство, что исцеливший болящую есть истинный Крест Христов. Патриарх Макарий, встретив несших для погребения тело умершего, снова начал возлагать один за другим кресты на умершего – и умерший воскрес от прикосновения того же Креста, который показал свою чудодейственную силу над болящей. Слава чудес от Креста Господня привлекла к Голгофе великое множество народа. Так как для многих, за теснотою, не было возможности не только приблизиться и облобызать Честный Крест, но и видеть его, то Патриарх, став на возвышенном месте и воздвигая Честной Крест, показывал его и в отдалении стоящим, и весь народ в радостном восторге взывал: «Господи, помилуй!».

В год обретения Креста Господня был установлен и самый праздник, и так как Крест обретен был около праздника Пасхи, то первоначально праздник праздновался на второй день Пасхи.

С 335 года, когда 13 сентября совершено было освящение храма Воскресения Христова, праздник Воздвижения был перенесен на 14 сентября. В 335 году 13 сентября приходилось на субботу, а Воздвижение – на воскресенье, и потому вдвойне прилично было воспеть в Иерусалиме: «Кресту Твоему поклоняемся, Владыко, и Святое Воскресение Твое славим». Так как празднование Воздвижения было установлено собором епископов, прибывших на освящение храма из всех стран империи, то оно распространилось во всем христианском мире и праздник сделался всемирным в собственном смысле.

В VIII веке с воспоминанием обретения Креста Господня было соединено другое воспоминание – о возвращении Креста Господня из плена персидского. В 614 году Хозрой, царь персидский, во время войны с греческим императором Фокою овладел Иерусалимом и его святыней, в том числе и Крестом Господним, который и пребывал в плену в Персии. Честное Древо Креста Христова привело в движение и изумление всю Персию. Пребывание его в языческой стране сопровождалось поразительными знамениями и чудесами. В Персии повсюду заговорили: «Бог христианский к нам пришел, и что с нами будет?» Сам Хозрой оказывал христианской святыне честь и уважение: он не осмеливался вынуть Честного Древа из запечатанного ковчега, в котором оно хранилось, и во все время пребывания в Персии оно оставалось неприкосновенным. В 628 году Животворящее Древо Креста Господня было возвращено преемником Хозроя, Сироэсом, по заключении мира с императором Ираклием. Император встретил Крест Господень в Иерусалиме, и по внушению Патриарха Зосимы в смиренной одежде и босой внес его в храм, откуда он был похищен.

Крест был возвращен из плена 14 сентября. Таким образом в празднике этого дня соединились два воспоминания – об обретении и возвращении Креста Господня. В церковных песнопениях этого дня Всечестный и Живоносный Крест воспевается, как «ангелов слава, апостолов удобрение, крепость праведных, верных похвала, священников благолепие, благочестия непобедимая победа, дверь райская, пристанище спасения, христиан упование, заблудших наставник, обуреваемых пристанище, слепых наставник, немощных врач, воскресение всех умерших, бесов сопротивоборец, хранитель всея вселенныя, оружие мира, в бранех победа, царей держава, красота Церкви, оружие непобедимое, имже тля разорися и упразднися, и попрася смертная держава, и вознесохомся от земли к небесным». Воспевая силу Креста Господня и спасение, на нем содеянное, Святая Церковь призывает нас целовать Святой Крест с радостию и страхом: «страхом греха ради, яко недостойный суще, радостию же спасения ради, еже подает миру на том пригвоздивыйся Христос Бог, имеяй велию милость».

Сам обряд воздвижения Креста Господня имеет глубокое духовное значение. Так как Крест Христов есть орудие и вместе символ нашего спасения, священная хоругвь нашей веры, знамение христианина и христианства, то и в совершающемся в сей день воздвижении Святого Креста мы должны усматривать изображение всего образа нашего спасения, всей сущности нашей святой веры, всей прошедшей и настоящей судьбы нашей и всей будущей нашей участи. Крест низводится долу и снова возносится горе: это образ нашего горького падения в Адаме и нашего превознесения во Христе от глубины ада к Царству Божию и от смерти – к вечно-блаженной жизни в Боге.

Для уразумевающего и верующего в священнодействие воздвижения Креста Христова – неиссякаемый источник духовного утешения, сильное побуждение к умиленной молитве и благоговейному излиянию сердца своего пред Богом, высшее поощрение к делам благочестия и любви христианской, предмет богомысленного размышления и благодарения Богу за всю вечность.

(«Настольная книга для священно-церковнослужителей», сост.

С. В. Булгаков. Харьков. 1900. С. 331–334)

Евангелие

(Ин. 19, 6–11, 13–20, 25–28, 30–35)

6 Когда же увидели Его первосвященники и служители, то закричали: распни, распни Его! Пилат говорит им: возьмите Его вы, и распните; ибо я не нахожу в Нем вины.

7 Иудеи отвечали ему: мы имеем закон, и по закону нашему Он должен умереть, потому что сделал Себя Сыном Божиим.

8 Пилат, услышав это слово, больше убоялся.

9 И опять вошел в преторию и сказал Иисусу: откуда Ты? Но Иисус не дал ему ответа.

10 Пилат говорит Ему: мне ли не отвечаешь? не знаешь ли, что я имею власть распять Тебя и власть имею отпустить Тебя?

11 Иисус отвечал: ты не имел бы надо Мною никакой власти, если бы не было дано тебе свыше; посему более греха на том, кто предал Меня тебе…

13 Пилат, услышав это слово, вывел вон Иисуса и сел на судилище, на месте, называемом Лифостротон, а по-еврейски Гаввафа.

14 Тогда была пятница перед Пасхою, и час шестый. И сказал Пилат Иудеям: се, Царь ваш!

15 Но они закричали: возьми, возьми, распни Его! Пилат говорит им: Царя ли вашего распну? Первосвященники отвечали: нет у нас царя, кроме кесаря.

16 Тогда наконец он предал Его им на распятие. И взяли Иисуса и повели.

17 И, неся крест Свой, Он вышел на место, называемое Лобное, по-еврейски Голгофа;

18 там распяли Его и с Ним двух других, по ту и по другую сторону, а посреди Иисуса.

19 Пилат же написал и надпись, и поставил на кресте. Написано было: Иисус Назорей, Царь Иудейский.

20 Эту надпись читали многие из Иудеев, потому что место, где был распят Иисус, было недалеко от города, и написано было по – еврейски, по-гречески, по-римски…

25 При кресте Иисуса стояли Матерь Его и сестра Матери Его, Мария Клеопова, и Мария Магдалина.

26 Иисус, увидев Матерь и ученика тут стоящего, которого любил, говорит Матери Своей: Жено! се, сын Твой.

27 Потом говорит ученику: се, Матерь твоя! И с этого времени ученик сей взял Ее к себе.

28 После того Иисус, зная, что уже все совершилось, да сбудется Писание, говорит: жажду…

30 Когда же Иисус вкусил уксуса, сказал: совершилось! И, преклонив главу, предал дух.

31 Но так как тогда была пятница, то Иудеи, дабы не оставить тел на кресте в субботу, – ибо та суббота была день великий, – просили Пилата, чтобы перебить у них голени и снять их.

32 Итак пришли воины, и у первого перебили голени, и у другого, распятого с Ним.

33 Но, придя к Иисусу, как увидели Его уже умершим, не перебили у Него голеней,

34 но один из воинов копьем пронзил Ему ребра, и тотчас истекла кровь и вода.

35 И видевший засвидетельствовал, и истинно свидетельство его; он знает, что говорит истину, дабы вы поверили.

Евангельское чтение праздника Воздвижения Креста Господня рисует перед нами картину крестных страданий за нас Спасителя, начиная с неправедного осуждения Его на смерть Пилатом до прободения ребра Его пречистого Тела. Заканчивается оно замечанием евангелиста, что истина рассказа засвидетельствована очевидцем и передается для того, чтобы слушающие поверили.

Так из евангельского рассказа открывается значение Креста в деле нашего искупления. Поэтому Православная Церковь с самых первых дней своего существования почитала и знамение Креста, различными способам изображаемое, как спасительный символ для верующих. Свидетельства об этом почитании сохранились в дошедших до нас писаниях апостолов и апологетов I–II веков (Игнатий Богоносец, Иустин Философ). В III веке Тертуллиан уже считает себя вынужденным давать объяснение о почитании изображения Креста Господня. Язычникам он говорит: «Если кто из вас считает нас крестопоклонниками, то он сам вместе с нами принимает участие в таком поклонении, ибо называет нас почетным именем».

Мы не стыдимся, говорит тот же учитель, того, что нас обвиняют в поклонении Кресту (2-я Апология, гл. 16).

Со времени чудесного явления знамения Креста Константину Великому почитание крестного знамения особенно развилось. С благоговейной радостью и достодолжным почитанием приняла Церковь самое древо Креста Господня, найденное царицей Еленой и обнаруженное явлением чудесных исцеления и воскрешения, как свидетельствуют историки Евсевий и Созомен. А Шестой Вселенский Собор регламентировал почитание Креста особым правилом: «Поелику Животворящий Крест явил нам спасение, то подобает нам всякое чтение употреблять, да будет воздаваема честь тому, через что мы спасены от древнего грехопадения» (Прав. 73).

Наряду с авторитетным голосом Церкви, одинаковым на протяжении многих веков, сами собой должны оказаться ничтожными мудрования сектантов, похуляющих наше крестное знамение и обвиняющих нас в идолопоклонстве за почитание Креста. Пусть крест был орудием казни, своего рода плахой и мечом, но в деле нашего спасения это орудие явилось орудием особенным, несравнимым с орудиями казни людей и преступников. На нем пригвожден наш Спаситель Богочеловек добровольно, ради нашего спасения. Самое это распятие Спасителя представляет славу, затмившую всякое бесчестие, и Свои страдания Сам Христос нередко называл прославлением (см.: Ин. 7, 39; 12, 23–28; 13, 31; 17, 1): вследствие искупительных страданий Своих Он вошел в славу, воссел одесную Бога Отца (Лк. 24, 26; Флп. 2, 8–9; Евр.12, 2). Крест Христов явился, таким образом, не орудием позора и зла, а орудием чести и величайшего; добра для всего человечества (см.: Еф. 2, 16), а потому и подобает ему чествование. Почитание самого Древа крестного, равно как и всяких изображений Креста, не исключает, конечно, и служения Кресту Господню в смысле сознательного и добровольного перенесения разных страданий, лишений и всяческих бед в жизни ради Христа. О таком почитании Креста много свидетельств в слове Божием (например, Мф. 10, 38; Мк. 8, 34; 10, 21; Лк. 9, 23; Гал. 5, 24 и др.).

(Евангельские беседы на год. С. 512–513.)

Праздничное богослужение

Перед всенощным бдением Крест при пении тропаря и кондака праздника переносится с жертвенника на престол (по чину Крестопоклонной Недели).

На утрене величание: «Величаем Тя, Живодавче Христе, и чтим Крест Твой Святый, имже нас спасл еси от работы вражия» (поется в алтаре; там же читается Евангелие). После великого славословия – вынос Креста и поклонение ему.

В соборных и, с благословения епархиального архиерея, в приходских храмах совершается чин воздвижения Креста (см. Типикон, 14 сентября; Минея Праздничная, изд. Московской Патриархии, 1970).

На литургии антифоны праздника, входный стих: «Возносите Господа Бога нашего и покланяйтеся подножию ногу Его, яко свято есть». Вместо Трисвятого – «Кресту Твоему…». До отдания Воздвижения (в седмичные дни) по входе поется: «Приидите, поклонимся… Спаси ны, Сыне Божий, плотию распныйся, поющия Ти: Аллилуиа».

Тропарь, глас 1-й

Спаси, Господи, люди Твоя и благослови достояние Твое, победы православным христианом на сопротивныя даруя и Твое сохраняя Крестом Твоим жительство.

Кондак, глас 4-й

Вознесыйся на Крест волею, тезоименитому Твоему новому жительству, щедроты Твоя даруй, Христе Боже, возвесели нас силою Твоею, победы дая нам на супостаты, пособие имущим Твое, оружие мира, непобедимую победу.

Молитва

О Пречестный и Животворящий Кресте Господень! Древле убо был еси казни позорныя орудие, ныне же знамение спасения нашего присно почитаемое и прославляемое! Како достойне возмогу аз, недостойный, воспети Тя и како дерзну преклонити колена сердца моего пред Искупителем моим, исповедая грехи свои! Но милосердие и неизреченное человеколюбие Распеншегося на тебе смиренное Дерзновение подает ми, да отверзу уста моя воеже славити Тя; сего ради вопию Ти: радуйся, Кресте, Церкве Христовы красота и основание, всея вселенныя – утверждение, христиан всех – упование, царей – держава, верных – прибежище, Ангелов – слава и воспевание, демонов – страх, губительство и отгнание, нечестивых и неверных – посрамление, праведных – услаждение, обремененных – ослаба, обуреваемых – пристанище, заблудших – наставниче, одержимых страстьми – раскаяние, нищих – обогащение, плавающих – кормчий, слабых – сила, во бранех – победа и одоление, сирых – верное покровение, вдов – заступниче, дев – целомудрия охранение, ненадеянных – надежда, недужных – врач и мертвых – воскресение! Ты, прообразованный чудотворящим жезлом Моисея, животворный источник, напаяющий жаждущия духовныя жизни и услаждающий наши скорби; Ты – одр, на немже царственно почил тридневно Воскресший Победитель ада. Сего ради и утро, и в вечер, и полудне прославляю Тя, треблаженное Древо, и молю волею Распеншегося на Тебе, да просветит Он и укрепит Тобою ум мой, да открыет в сердце моем источник любве совершенней и вся деяния моя и путие мои Тобою осенит, да выну величаю Пригвожденнаго на Тебе, грех моих ради, Господа Спасителя моего. Аминь.

Праздник Воздвижения Креста Господня в церковных песнопениях

Величаем Тя, Живодавче Христе, и чтим Крест Твой Святый, имже нас спасл еси от работы вражия.

О прославим, вернии, Крест Господень, на немже излияся Кровь Владычня во избавление всех.

Прообразуя Крест Твой, Христе, патриарх Иаков, внуком благословение даруя, на главах (их) пременены руки сотвори; егоже, Спасе, мы днесь возносяще, взываем: даруй Христолюбивому Императору победы, яко Константину одоление!

Егоже древле Моисей прообразовав собою, Амалика низложив победи, и Давид песнопевец вопия повелеваше кланятися подножию Твоему, Честному Кресту Твоему, Христе Боже, днесь грешнии кланяемся, устами недостойными воспевающе Тя, изволившаго пригвоздитися на нем, молимся: Господи, с разбойником Царствия Твоего сподоби нас!

Древле Моисей древом преложи (изменил) горькородныя источники в пустыни, проявляя преложение Крестом языков ко благочестию.

Проображаше таинственно древле Иисус Навин Креста образ: егда руце простре крестовидно, Спасе мой, и ста солнце, дондеже враги низложи, противостоящия Тебе Богу.

Во утробе воднаго зверя Иона крестовидно распростер длани, яве прообразоваше Спасительную Страсть; тем тридневен изшед, прописаше премирное воскресение плотию пригвожденнаго Христа Бога, и тридневным воскресением мир просвещшаго.

О, треблаженное древо, на немже распяся Христос Царь и Господь, имже пад древом прельстивый (Еву), тобою прельстився, Богу пригвоздившуся плотию, подающему мир душам нашим!

Иже до третияго небесе восхищен бысть в рай, и глаголы слышав неизреченныя и Божественныя, ихже не леть (невозможно) языки человеческими глаголати, что Галатом пишет? Яко рачителие писаний прочтосте и познасте: мне, глаголет, хвалитися да не будет, токмо во едином Кресте Господни, на немже страдав уби страсти. Того убо и мы известно держим, Крест Господень, хвалу вси, есть бо нам спасительное сие древо оружие мира, непобедимая победа.

Чудно простираем (на небе, в Иерусалиме, при императоре Константине) Крест, солнечныя лучи испущаше, и небеса поведаша славу Бога нашего.

Светосиянен звездами образ (твой), Кресте, предпоказа победу одоления благочестивому царю великому, егоже мати Елена изобретши, миру явленна сотвори, и тя днесь воздвижуще, верных лицы зовем: просвети ны светлостию твоею, Кресте Живоносный; освяти ны крепостию твоею, всечестный Кресте, и утверди ны воздвижением твоим, воздвизаемый ко ополчению врагов.

Приидите, вернии, Животворящему Древу поклонимся, на немже Христос, Царь славы, волею руце распростер, вознесе нас на первое блаженство; приидите, вернии, Древу поклонимся, имже сподобихомся невидимых враг сокрушити главы; приидите, вся отечествия языков, Крест Господень песньми почтим: радуйся, Кресте, падшаго Адама совершенное избавление! Тя ныне со страхом целующе, на тебе пригвоздившагося Бога славим, глаголюще: Господи, на том пригвоздивыйся, помилуй нас, яко Благ и Человеколюбец!

Радуйся, Живоносный Кресте, благочестия непобедимая победа, дверь райская, верных утверждение, имже тля (тление) разорися и упразднися, и смертная держава попрася, и вознесохомся от земли к небесным; (радуйся) оружие непобедимое, бесов сопротивоборче, слава мучеников, преподобных воистинну удобрение, пристанище спасения, даруяй миру велию милость!

Радуйся, Господень Кресте, имже разрешися от клятвы человечество, сущия радости знамение, прогоняяй враги в твоем воздвижении, всечестне, нам помощниче, царей держава, крепость праведных, священников благолепие, воображаемый – и лютых избавляяй, жезл силы, имже пасемся, оружие мира, егоже со страхом обстоят Ангели, Божественная слава Христа, подающаго миру велию милость!

Радуйся, слепых наставниче, немощных врачу, воскресение всех умерших, воздвигнувый ны во тлю падшия, Кресте Честный, имже разрушися клятва, и процвете нетление, и земнии обожихомся, и диавол низвержеся; днесь воздвизаема тя видяще, возносим Вознесеннаго посреде тебе, и тебе покланяемся, почерпающе богатно велию милость!

О преславнаго чудесе! Крест пресвятый на высоту возносим является днесь; славословят вси концы земнии, устрашаются демонския полки. О каковый дар земным даровася!..

О преславнаго чудесе! широта Креста и долгота – небеси равна есть: яко Божественною благодатию освящает всяческая; о сем языцы варварстии побеждаются, о сем скиптры царей утверждаются. О божественныя лествицы, еюже восходим на небеса, возносяще в песнех Христа Господа!

Глас пророка Твоего Моисея, Боже, исполнися глаголяй: узрите Живот ваш висящ пред очесы вашими: днесь Крест воздвизается, и мир от лести свобождается; днесь Христово воскресение обновляется, и концы земли радуются, в кимвалех Давидски песнь тебе приносяще и глаголюще: соделал еси спасение посреде земли, Боже, Крест и Воскресение, ихже ради нас спасл еси, Блаже и Человеколюбче, всесильне Господи, слава Тебе!

Днесь происходит Крест Господень, и вернии приемлют того желанием, и вземлют исцеления души же и тела и всякия болезни; сего целуим радостию и страхом: страхом – греха ради, яко недостоини суще, радостию же – спасения ради, еже подает миру на том пригвоздивыйся Христос Бог, имеяй велию милость.

Души и сердца да очистим добрыми единеми деянии, и зряще предлежащее посреде спасительное древо Креста, верою и любовию богомудренно поклонимся.

Крест воздвизаем на нем Вознесеннаго страсть пречистую пети повелевает твари всей: на том бо убив убившаго нас, умерщвленных оживил есть, и удобри, и на небесех жити сподоби, яко милосерд премножеством благости; тем радующеся, вознесем имя Его и Того возвеличим крайнее снисхождение.

Да возрадуются вся древа дубравная, освятившуся естеству их, распростершуся на древе Христу, от Негоже изначала насадишася.

Крест – хранитель всея вселенныя; Крест – красота Церкве; Крест – царей держава; Крест – верных утверждение; Крест – Ангелов слава и демонов язва.

На страсти тлетворныя укрепи нас, тя почитающих и целующих, Честный Кресте, святыя страсти святейшее знамение!

Яко солнце великое, блистаньми твоими озаряеши сущия во тьме, и демоны попаляеши, краснейший Кресте, темже вопием: просвети вся верою покланяющияся Тебе!

Ты мой покров державен еси, тричастный Кресте Христов, освяти мя силою Твоею, да верою и любовию покланяюся и славлю Тя.

Четвероконечный мир днесь освящается, четверочастному воздвизаему Твоему Кресту, Христе Боже наш…

Посреде Едема древо прозябе смерть; посреде всея земли древо процвете жизнь: вкусивше бо перваго, нетленни суще, тленни быхом; получивше же втораго, нетления насладихомся, Крестом бо спасаеши, яко Бог, род человеческий.

Днесь яко воистинну святовещанный глагол Давидов конец (исполнение) прият: се бо яве пречистых ног Твоих покланяемся подножию, и на сень крилу Твоею надеющеся, Всещедрый, вопием Ти: да знаменается на нас свет лица Твоего. Православных людей Твоих рог (силу, могущество) вознеси, Честнаго Креста Твоего воздвижением, Христе многомилостиве!»

Ветхозаветные прообразы Креста Господня в церковном богослужении

«Пророков гласи древо святое предвозвестиша, имже древние свободися клятвы смертные Адам» (Служба на Воздвижение Креста Господня – стихира самогласна).

В замечательной по глубине и богатству содержания службе, посвященной Воздвижению Креста Господня, раскрывающей смысл и значение Голгофской Жертвы, Святая Церковь напоминает верующим несколько моментов из ветхозаветной истории, в которых отразились прообразы Живоносного Древа. Крест – глава нашего спасения – источник бесчисленных благ. Когда случается сопоставлять новозаветные и ветхозаветные библейские параллели, то приходят на память слова Господа, сказанные Им по одному поводу окружавшим Его иудеям: Исследуйте Писания, ибо вы думаете через них иметь жизнь вечную, а они свидетельствуют о Мне (Ин. 5, 39).

Прежде всего Святая Церковь отмечает такую историческую аналогию. Некогда райское дерево причинило смерть человечеству в лице прародителя Адама, преступившего в раю заповедь Божию. Благословенное Древо Крестное возвратило человечеству жизнь. Древом подобаше древо исцелити. Растущее посреди Едема дерево принесло человечеству смерть, водруженное посреди всей земли

Древо стало источником жизни; вскусившие от плодов первого, будучи нетленными, стали тленными, второе Древо стало источником нетления. Первый из людей, вкусивший от дерева, впал в тление и, осужденный на безславнейшее лишение жизни, сообщил болезнь всему роду, но мы, земнородные, чрез Древо Креста возвращены к Богу. Прельстивший через вкушение запрещенного плода в раю наших прародителей был повержен чрез древо же.

Дальше следует перечень ряда событий ветхозаветной библейской истории, прообразовавших Крест Христов. Многократно повторяется известный случай с патриархом Иаковом. Собираясь отойти в путь всей земли, он пожелал дать благословение наряду со своими сыновьями и двум внукам, сыновьям своего любимца Иосифа: старшему Манассии и младшему Ефрему. Иосиф подвел своих сыновей к престарелому и к тому же лишившемуся зрения отцу. В правой руке он держал младшего сына Ефрема, а в левой – старшего Манассию. Таким образом, Иаков должен был свою правую руку возложить на голову Манассии, а левую – на голову Ефрема. Но Иаков совершил обратное действие: правую руку возложил на голову младшего Ефрема, а левую – на голову старшего Манассии. Таким образом, руки Иакова изобразили знак креста. Иосиф полагал, что слепой отец ошибся, дав предпочтение младшему перед старшим, и пытался было поправить его, но Иаков настаивал на своем и не позволил переложить его руки, ибо младший брат будет могущественнее старшего (см.: Быт. 48, 13–20). В одной из стихир на великой вечерне праздника преобразовательное действие библейского патриарха Иакова объясняется таким образом: «Прообразуя Крест Твой, Христе, патриарх Иаков, внукам благословение даруя, на главах пременены руки сотвори, действие являя Живоносного Креста». В одной из стихир на литии, принадлежащих перу Киприана Студита (IX век), эта же мысль высказывается в таких выражениях: «Рук пременение (переложение) патриарха Иакова на благословение чад, державное Креста Твоего предъявляше (предуказывало) знамение».

Прошло несколько лет. По повелению Божию Боговидец Моисей силой крестной и мышцей высокой вывел народ еврейский из Египта. Спустя немного времени освободившиеся от рабства египетского подошли к Чермному (Красному) морю. Но за ними в погоню устремились в большом количестве фараоновы колесницы. Казалось, не было спасения для евреев. Впереди перед ними открывалось бушующее море, а позади их настигали египетские колесницы. Народ в ужасе возроптал на Моисея: разве нет гробов в Египте, что ты привел нас умирать в пустыню? Что это ты сделал с нами, выведши нас из Египта?.. Лучше быть нам в рабстве у египтян, нежели умереть в пустыне. Моисей стал взывать к Господу. И сказал Господь Моисею: Подними жезл твой и простри руку твою на море и раздели его, и пройдут сыны израилевы среди моря по суше. (Исх. 14,16).

По слову Божию, Моисей ударил жезлом по морю. Море расступилось, и пошли сыны израилевы среди моря по суше; воды же были им стеной по правую и по левую стороны. Вслед за ними устремились и фараоновы колесницы.

И сказал Господь Моисею: Простри руку твою на море, и да обратятся воды на Египтян, на колесницы их, и на всадников их. И простер Моисей руку свою на море…И вода возвратилась и покрыла колесницы и всадников всего войска фараонова, вошедших за ними в море; не осталось ни одного из них. А сыны Израилевы прошли по суше среди моря: воды (были) им стеною по правую и (стеною) по левую сторону (Исх. 14, 26–28).

Как следует из библейского текста, Моисей двукратным действием своего жезла изобразил знак креста. Вертикальная линия креста была нарисована первым ударом жезла, разделившим море, а горизонтальная линия – взмахом жезла для соединения морских вод. Именно об этом начертании Моисеем над морем знака креста рассказано в первой песни канона на Воздвижение: «Крест начертав Моисей, впрямо жезлом Чермное пресече Израилю пешеходящу, тоже обратно фараоновым колесницам ударив совокупи, вопреки написав непобедимое оружие; тем Христу поим, Богу нашему, яко прославися»…

Евреям пришлось столкнуться с амаликитянами. По поручению Моисея Иисус Навин выбрал из среды народа для сражения с амаликитянами наиболее сильных. Под предводительством Иисуса Навина стали сражаться. Когда это происходило, Моисей в сопровождении Аарона и Ора взошел на вершину холма и стал на молитву, воздев к небу руки. Когда он поднимал руки, одолевал Израиль, а когда опускал руки, брали верх амаликитяне. Тогда Аарон и Ор устроили для Моисея из камня сидение и стали поддерживать его руки: один – правую, а другой – левую. И были руки Моисея подняты до захождения солнца. Иисус Навин победил Амалика (см.: Исх. 17, 8–13).

Христианский писатель II века Иустин Философ писал, что евреи победили амаликитян не только потому, что Моисей молился, но и потому, что, в то время как имя Иисуса было во главе битвы, сам он, Моисей, делал знамение Креста.

В службе на Воздвижение Святая Церковь неоднократно вспоминает об этом знаменательном событии: «Егда Амалика Моисей побеждаше, на высоту руце имея крестоявленно, образоваше Христову страсть пречистую» (стихира на стиховне).

Уже у врат земли обетованной евреи подняли обычный ропот и против Господа, и против Моисея: зачем вывели вы нас из Египта? Чтоб умереть в пустыне, ибо здесь нет ни хлеба, ни воды, и душе нашей опротивела эта негодная пища (манна). В наказание за такой ропот Господь послал на народ ядовитых змиев, и умерло множество народа из сыновей Израилевых.

Народ осознал свой грех пред Богом и заявил Моисею: согрешили мы, что говорили против Господа и против тебя; помолись Господу, чтобы Он удалил от нас змиев.

Моисей выполнил эту просьбу народа и помолился Господу. Господь приказал ему сделать медного змия и выставить его на знамени. Ужаленный, взглянув на медного змия, оставался живым (см.: Числ. 21, 5–9).

Что представляло собою знамя, на котором был помещен медный змий? Проще всего думать, что дело обстояло так. К вертикальному, более длинному брусу, на некотором расстоянии от его верхнего конца, прикреплялся брус горизонтальный, более короткий. На таком знамени было удобно поместить изогнутого змия. Но в таком случае это знамя имело форму креста, отличавшегося от Креста Голгофского только тем, что брусья были значительно тоньше и брус горизонтальный был значительно короче. На преобразовательное значение медного змия указывал и Сам Спаситель: Как Моисей вознес змию в пустыне, так должно вознесену быть Сыну Человеческому, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную (Ин. 3, 14–15).

Отмечая факты из ветхозаветной истории, в которых отразилось преобразовательное значение Креста Господня, Святая Церковь в службе Воздвижению Креста: «Днесь пророческое исполнися слово… или: Днесь, яко воистину святовещанный глагол Давидов конец прият, глас пророков Твоих Исаии и Давида исполнися, пророков гласи Древо Святое предвозвестиша».

Из ветхозаветных пророков, предрекавших о Кресте Господнем и страданиях Его, в церковной службе на праздник Воздвижения названо несколько имен, в частности, упомянут пророк Иона. Некогда пророк Иона ослушался воли Божией и, чтобы не идти в Ниневию, бежал в Фарсис. Но во время плавания корабля поднялась буря и Иона был выброшен в море, где его проглотил кит, во чреве которого он пробыл три дня и три ночи. Помолился Иона Господу Богу из чрева кита, и, по слову Господню, кит изверг Иону на сушу (см.: Ион. 2). Церковный песнописец отмечает, что молившийся в недрах китовых Иона крестовидно распростер свои руки: «Водного зверя во утробе длани Иона крестовидно распростер, спасительную страсть проображаше»…

Заканчивая обзор ветхозаветных прообразов Креста Господня, отраженных в богослужении Воздвижению, вспомним случай с двумя учениками Христа Спасителя – Лукой и Клеопой, шедшими в Эммаус в тот же день, когда совершилось Воскресение Его. Они были смущены тем, что Учитель их был распят; в Воскресении Его они не были уверены и встреченному, но неузнанному Христу рассказали о крушении своих надежд: а мы надеялись было, что Он есть Тот, Который должен избавить Израиля (Лк. 24, 21).

Христос упрекнул их в том, что они не поверили всему, что предсказывали пророки. Не так ли надлежало пострадать Христу и войти в славу Свою? (Лк. 24, 26). И, начав от Моисея, Он стал изъяснять им сказанное о Нем пророкам во всем Писании. Когда путешественники приблизились к Эммаусу, их таинственный Спутник сделал вид, что намерен идти дальше, но Лука и Клеопа задержали Его. Когда все трое возлегли за трапезу, Господь взял хлеб, благословил, преломил и подал им. Тогда Лука и Клеопа узнали Господа, но Он стал невидим для них. Они тотчас же встали из-за стола и поспешили в Иерусалим, где встретились с одиннадцатью апостолами и другими, бывшими с Ним, и рассказали о случившемся с ними в пути.

Можно с уверенностью утверждать, что Господь раскрыл Своим спутникам и мессианский смысл библейских прообразов Креста Своего, ибо на Кресте совершилось искупление и спасение людей, Крест стал главою нашего спасения.

(Профессор В. Никонов

«Журнал Московской Патриархии». 1953. № 9. С. 39–43).

Значение Креста Христова в нашей жизни

Итак, апостолы наставляли, что все блага, как настоящей, так и будущей жизни, являются прямым следствием крестного подвига воплотившегося Сына Божия. Причем, эти блага простираются не только на человека, но и на всю природу и даже вселенную, которая будет обновлена в день всеобщего воскресения (Рим. 9, 21; 2 Пет. 3, 13).

Для человека важнейшим благом искупительной смерти и воскресения Спасителя является дарование ему способности жить духовно – возможности преодолевать свои дурные наклонности, совершенствоваться, приближаться к Богу. Остальные духовные блага тесно связаны с способностью быть новым человеком. До пришествия Христова подлинная духовная жизнь была недоступна человеку, он был пленником своих телесных, часто греховных, желаний. Благодать Христова вселяет в человека новые мысли, новый взгляд на жизнь. Она показывает всю пустоту и суетность земного, проясняет в нем понимание цели своего земного существования и помогает ему на каждом шагу приближаться к этой цели. Она заменяет чувство гнета и озлобленности, которыми обычно подавлен плотский человек, чувством легкости и мира; жажду низменных удовольствий – сладостью общения с Богом; болезненное самолюбие – желанием делать добро.

Но, конечно, всякий рост и совершенствование требует и личного усилия, постоянства, иногда – борьбы. Все трудности, как внешние, так и внутренние, именуются «крестом.» Христианин призывается следовать за Христом, неся свой жизненный крест. О необходимости личного подвига Господь так сказал: Кто не берет креста своего (уклоняется от подвига) и следует за Мной (называет себя христианином), тот недостоин Меня (Мф. 10, 38). Апостолы, говоря о христианском подвиге, утешали себя и других такими словами: Если мы с Ним страдаем, то с Ним и прославимся… нынешние временные страдания ничего не стоят в сравнении с той славой, которая откроется в нас (Рим. 8, 17). Напоминая о безконечной любви Христовой, апостолы еще так наставляли христиан: Любовь (Христову) познали мы в том, что Он положил за нас душу Свою, (поэтому) и мы должны полагать души свои за братьев (1 Ин. 3, 16).

В заключение хочется сказать, что до страданий Христовых крест был орудием позора и страшного наказания. После же Его страданий он стал символом победы добра над злом, жизни над смертью, напоминанием безконечной Божьей любви, предметом радости. воплотившийся Сын Божий Своею кровью освятил крест и сделал его проводником Своей благодати, источником освящения верующих. В этом нас убеждает тысячелетний опыт Церкви. Так, например, крестным знамением освящается вода крещения, на Литургии хлеб и вино претворяются в Тело и Кровь Христову и совершаются все таинства, крестом прогоняется злая сила. Крестное знамение охраняет человека от несчастий, привлекает к нему Божью помощь. Вот почему православные христиане так чтят св. Крест, делают на себе крестное знаменье, носят нательный крест, крестом украшают свои дома и храмы.

Крест

О, вечный знак небесной силы,

Рукотворенный Крест Святой.

Ты – украшение могилы,

Утеха в горести земной.

С безумной злобой презирали

Тебя всегда враги Христа…

А я не в силах без печали

Припасть к подножию Креста.

Тебя, как щит и огражденье,

Я на груди ношу своей…

Ты – всех страстей успокоенье,

Ты – радость страждущих людей.

О, знак любви и всепрощенья!

Я песнь хвалы тебе пою…

Ты – дивный образ искупленья,

С тобой я кончу жизнь свою.

Податель мира, утешенья!

Когда засну могильным сном,

Ты дай мне с верой в воскресенье

Лежать спокойно под Крестом.

Слово в праздник Воздвижения Креста Господня

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

«Крест – хранитель всея вселенный. Крест – верных утверждение. Крест» – ангелов слава и демонов язва, – так свидетельствует Святая Церковь о Животворящем Кресте Господнем.

В нынешний праздник, дорогие братья и сестры, воздвигается Святой Крест для нашего поклонения и для того, чтобы древом Креста Господня осенить нашу жизнь и наши дела. Господь на Кресте пострадал за наши грехи, и с тех пор живоносное древо крестное является всеукрепляющей силой для борьбы с грехами.

Сегодня в Святой Церкви зазвучат песнопения, значение которых особенно глубоко и спасительно.

Вспомните, возлюбленные братья и сестры, слова праздничного тропаря. Как замечательно молится Святая Церковь: «Спаси, Господи, люди Твоя и благослови достояние Твое». Церковь нас, грешных людей, считает людьми Божиими, являющимися достоянием Христа, Спасителя нашего, ибо за нас, людей. Господь пролил на Кресте Свою Божественную Кровь.

Дивны и следующие слова тропаря: «И Твое сохраняя Крестом Твоим жительство». В этом смысл Животворящего Креста. Он является хранителем, утверждением нашей жизни во Христе, жизни по Его заветам.

Другое песнопение, праздничный кондак, также заключает в себе глубоко назидательные слова: «Вознесыйся на Крест волею…» Здесь выражено свидетельство Церкви о том, что Господь пришел на землю, чтобы исполнить волю Своего Отца Небесного, для того, чтобы пострадать за человеческий род, искупить его от греха, проклятия и смерти. Оно переносит нашу мысль на Фавор для уразумения вольного страдания чрез распятие на Кресте: «Вознесыйся на Крест волею». Эти слова, дорогие братья и сестры, имеют отношение не только к тем отдаленным временам, но и к жизни каждого из нас. Ведь всякий христианин, который принимает на себя образ Христа, руководствуется Его заветами. Его учением, добровольно восходит на крест. Христианин подражает Христу, распиная свою плоть со страстьми и похотьми.

Следующими словами – «Щедроты Твоя даруй… тезоименитому Твоему новому жительству» – Святая Церковь испрашивает новых милостей для своих верных чад, именуя их «тезоименитым новым жительством».

И это понятно, ведь мы, христиане, следуем по стопам Христа, то есть мы соименны по нашей жизни нашему Спасителю и Господу – «Щедроты Твоя даруй, Христе Боже, тезоименитому Твоему новому жительству».

Какое же это новое жительство? Это жительство по заветам Христа, по Его учению, по Его наставлению и по Его примеру, ставшее возможным только после распятия и Воскресения Христа Спасителя. Сладостны будут для христианина воспоминания об этих церковных песнопениях и о том, как изнесен и воздвигнут был Святой Крест и как осенены были все четыре страны света Животворящим Крестом – благословлены на новое жительство, тезоименитое жительству нашему во Христе Спасителе и Господе. Вот тогда, несомненно, будет оправдано и исполнено молитвенное желание Церкви, чтобы Господь сохранил всех нас, поставил наше жительство под ведение Своего Креста, сообщая нам животворящую силу.

Во время моей паломнической поездки, дорогие братья и сестры, Господь сподобил меня и моих спутников побывать и на горе Голгофе. Сейчас гора Голгофа находится под сводами величественного Иерусалимского храма. При входе в него еще от дверей видишь место, где стоял Святой Крест Христов. Над ним возвышается престол, на котором совершаются богослужения, и жертвенные лампады, осеняющие это святое место. Когда я стоял там, где был Крест Христов, я вспоминал о всех вас. И когда я лобзал то место, где стоял Крест, я одно коленопреклонение сделал от всех верующих Русской Православной Церкви.

Крест дается каждому христианину еще в младенчестве, когда он принимает Святое Крещение. Крест сопутствует всей жизни христианина. И наконец, Крест осеняет последний удел человеческий – могильный холм. Велика сила Животворящего Креста! И наша обязанность – с особым благоговением относиться к памяти крестной. Будем молиться Господу, чтобы Он осенил нас и наш христианский путь своим Животворящим Крестом и даровал нам силы для несения нашего креста. Аминь.

(Святейший Патриарх Пимен (Извеков), «Журнал Московской Патриархии». 1972. № II. С. 35–36.)

У Креста

(Ин. 19 гл.)

Вокруг креста толпа стояла,

И грубый смех звучал порой…

Слепая чернь не понимала,

Кого насмешливо пятнала

Своей безсильною враждой.

Что сделал Он? За что на муку

Он осужден, как раб, как тать,

И кто дерзнул безумно руку

На Бога своего поднять?

Он в мир вошел с святой любовью,

Учил, молился и страдал, —

И мир Его невинной кровью

Себя навеки запятнал…

С. Я. Надсон (1862–1887)

Русь народная

Приближается к концу первая половина сентября-листопада, – с последним днем второй недели его приходит на Святую Русь праздник Воздвижения Честнаго и Животворящаго Креста Господня, установленный Церковью в воспоминание обретения св. царицей Еленой Креста, на котором был распят Спаситель мира – Сын Божий. Воздвижение – заключительный день бабьего лета, третья (и остатняя) встреча осени. С его приходом последняя вступает свои неотъемлемые права, заставляя сельского жителя все чаще и чаще призадумываться о глядящей к нему во двор лиходейке-зиме – с ее морозами, буранами и зачастую приходящей вместе с ними безкормицей-безхлебицей, являющеюся грозным бичом пахаря-хлебороба, живущего доброхотными щедротами земли. «На дворе Воздвиженье, последняя копна с поля движется, последний воз на гумно торопится!» – говорит деревня, любящая и ценящая всякое слово красное. – «На Воздвиженье шуба за кафтаном тянется!», «На Воздвиженье зипун с шубой сдвинется!», «Воздвиженье кафтан сымет, шубу наденет!», «Воздвиженье – последний воз сдвинулся с поля, а птица – в отлет!», «На Воздвиженье ни змея и никакой гад по земле сырой не движется!» и т. д. Третья встреча осени – «первые зазимки». Но еще не пугают они в меру зябкого мужика, знающего, что настоящую весть о зиме может принести только Покров-батюшка. Только первый снег, раньше 1 октября почти нигде на Руси не выпадающий, и кладет почин необлыжной стуже. Покров – зазимье: на него – «до обеда осень, а после обеда – зимушка-зима», по народной поговорке, совпадающей с ильинской, гласящей, что «на Илью до обеда лето, а после обеда – осень». По старинной примете: «Вздвиженье осень зиме навстречу двигает!», а зима, в свой черед, на этот праздник «со бела гнезда сымается, к русскому мужику в гости собирается, – семка (говорит) я, зима – зимская, на Святой Руси погощу, серого мужика навещу, хлебальных пирогов поем, пива поотведаю, свадьбы сыграю-отпраздную!»… Воздвиженье – постный праздник. «Хоть на воскресный день придись Воздвиженье, а все на него – пятница-середа, постная еда!» – говорят в народе. «Кто не постит Воздвиженью – Кресту Христову, – на того семь грехов воздвигнутся!» – замечают о строгости однодневного поста Воздвиженского благочестивые блюстители церковных уставов: «Кто скороми на Воздвиженьев день чурается, – тому семь грехов прощается!», «У кого на столе убоина о Воздвиженье, – тот все свои молитвы убивает, а новой не знает-не ведает, нечем ему Бога помолить!»

На Воздвижение в старые годы по многим местам воздвигал православный люд обыденки-часовни да церковки малые – по обещанию (в честь праздника). Это считалось особенно угодным Богу. Еще и до сих пор ставят в этот день по деревенской Руси придорожные кресты обетные, в благодарность за избавление от зла-напасти, морового поветрия, лихого попущения. В обычае воздвигать-поднимать об эту пору и кресты на новостроящихся храмах. Есть местности, где каждогодно совершаются на этот праздник крестные ходы вокруг сел-деревень, – что, по народному представлению, ограждает ото всякого лиха на круглый год. Подымают иконы богобоязненные люди на Воздвиженьев день и для обхода полей, с молитвой о будущем урожае. Молятся «празднику» и о болящих-страждущих, чтобы Господь воздвиг их с одра болезни. «С верою помолиться праведному человеку на Воздвиженьев день, так Животворящий Крест и со смертного ложа подымет!» – говорят в народе, твердо памятующем дедовский завет о том, что «правда сильна верою, а вера – правдою», и что одна без другой мертвы на просвещаемой светом Христовым темной земле.

По старинному простонародному сказанию, еще недавно повторявшемуся в среднем Поволжье, на Воздвижение происходит битва-бой между «честью» и «нечестью». Поднимаются в этот день, – гласит сказание, – воздвигаются одна на другую две силы: правда и кривда, «свято» и «несвято»… И зачинает осиливать наваждение от лукавого, и починает колебаться все стоящее за веру правую и правду верную. Дрожит-колышется, сотрясается Мать-Сыра-Земля… Но вот воздвигается из недр ее Свят – Господень Крест; вся вселенная сияет, как солнце, от его нетленных-негаснущих лучей. И тает, как воск – от огня, все злое нечистое, все сильное кривдою мира – пред этим лучезарным Крестом. Побеждает все праведное, все чистое… «И так до скончания века веков», – гласит заключительное слово поволжского сказа, свидетельствующего о непоколебимой вере народа в торжество правды, несмотря на обуревающее мир зло, ходящее по свету белому, обок с черной бедой-невзгодою, все затмевающей – туманящею.

Дума пахаря-народа о хлебе насущном сказалась здесь едва ли не ярче, чем в каких бы то ни было других памятниках его песно-творчества. Эту думу породила власть земли-кормилицы над его стихийной душою, порождавшей не только одних пахарей, но и богатырей. Праздник Воздвиженья слывет «капустницами». «Смекай, баба, про капусту: Воздвиженье пришло!» – говорят на посельской Руси: «Воздвиженье – капустницы, капусту рубить пора!», «То и рубить капусту, что со Воздвиженья!», «У доброго мужика на Воздвиженьев день и пироги с капустой!», «И плохая баба о Воздвиженье – капустница!», «На Воздвиженье – чей-чей праздничек, а у капусты поболе всех!», «На Воздвиженье первая барыня – капуста!» и т. д. Капуста, и всегда пользующаяся большим почетом в простонародном обиходе, у всех на языке в Воздвиженьев день. «Щи да каша – пища наша!», – говорит деревенский люд, а сам приговаривает: «Без хлеба мужик сытым не будет, без капусты – щи не живут!», «Хлеб да капуста лихого не попустят!», «Капуста не пуста, сама летит в уста!», «Капуста – лучше пуста!..» О незапасливых хозяевах замечают: «Пошел бы к соседу по капусту, да на двор не пустят!», «Помяни репу, чтобы дали капусты!», «Поезжай в Крым по капусту!», «Ни шит, ни кроен, а весь в рубцах!», «Без счету одежек – все без застежек!», «Маленький попок, сорок ризок оболок!», «Шароватый, кудреватый, на макушке плешь, на здоровье съешь!» – ведут свою иносказательную речь загадки о капусте. Старинное поверье советует выбирать капустные семена из кочнов если не на Воздвиженье, то на Благовещенье. «Ни Воздвиженской, ни Благовещенской капусты мороз не бьет!» – гласит оно, из уст памятливых ко всякой примете старых людей, умудренных опытом. Они же добавляют к этому, что, при засеве капусты, надо пересыпать семена из руки в руку, – иначе, вместо капусты, уродится брюква. Капусты, по их же словам, в четверг не садят: «посадишь – всю черви поточат!»

Воздвиженье начинает ряд осенних веселых вечеринок, справляющихся и слывущих под именем «капустниц» не только в деревнях, но и в городах (у мещан). В старину в этот день красны девушки, принарядясь в цветно-праздничное платьице, хаживали из дома в дом – рубить капусту. Это делалось с веселыми песнями; гостьям подносилось сусло-пиво, ставились сладкие меда, подавались угощенья-заедки разные (смотря по достатку хозяев). Молодежь-женихи высматривали себе в это время невест-«капустниц». Ввечеру, когда капуста была уже срублена, всюду шло веселье, нередко приводившее к свадьбам, игравшимся о Покров-дне. «Капустенские вечорки» длились две недели, заканчиваясь вместе с сентябрем-месяцем. Их ожидала молодежь, как веселого праздника, вроде Масленицы. Немало песен, особого склада и лада, приурочивалось к этому времени, своих – «капустенских», хотя не считалось зазорным петь на «вечорках» и всякие другие, лишь бы складны были да веселы.

Из книги: А. А. Коринфский "Народная Русь. Круглый год сказаний, поверий, обычаев и пословиц русского народа"

Преставление апостола и евангелиста Иоанна Богослова

26 сентября (9 октября)

Апостол и Евангелист Иоанн, названный Богословом (память 8 мая и 26 сентября по старому стилю), был сыном Галилейского рыбака Зеведея и Саломии. Зеведей обладал значительным состоянием, имел работников и был не малозначительным членом иудейского общества, имея доступ к первосвященнику. Мать Иоанна, Саломия, упоминается в числе жен, служивших Господу своим имуществом.

Иоанн был сначала учеником пророка Иоанна Крестителя. Услышав его свидетельство о Христе, как об Агнце Божием, берущем на Себя грехи мира, он вместе с Андреем Первозванным последовал за Спасителем. Постоянным учеником Господа он сделался, однако, несколько позже, после чудесного улова рыб на Геннисаретском (Галилейском) озере, когда Господь Сам призвал его вместе с братом его Иаковом.

Вместе с Петром и братом Иаковом апостол Иоанн удостоился особенной близости к Господу, находясь при Нем в самые важные и торжественные минуты Его земной жизни. Так он удостоился присутствовать при воскрешении дочери Иаира, видеть преображение Господа на горе, слышать беседу о знамениях Его второго пришествия, был свидетелем Его Гефсиманской молитвы. А на Тайной вечере он был так близок к Господу, что по его собственным словам возлежал у груди Иисуса, откуда и произошло его наименование наперсника (перси – грудь по церковно-славянски), ставшее нарицательным для обозначения человека, особенно кому-либо близкого.

По смирению, не называя себя по имени, он тем не менее, говоря о себе в Евангелии, именует себя учеником, «которого любил Иисус». Эта любовь Господа к нему сказалась и в том, что Господь, вися на кресте, поручил ему Свою Пречистую Матерь, сказав ему: «Се (вот) – матерь твоя».

Пламенно любя Господа, Иоанн был полон негодования против тех, кто враждебен Господу или чуждался Его. Поэтому он возбранял человеку, не ходившему со Христом, изгонять бесов именем Иисуса Христа и просил у Господа позволения низвести огонь на жителей одного самарянского селения за то, что они не приняли Его, когда Он путешествовал в Иерусалим через Самарию. За это он и его брат Иаков были названы Господом «сынами грома». Чувствуя любовь Христову к себе, но еще не просвещенный благодатью Святого Духа, он решается просить себе вместе с братом Иаковом места рядом с Господом в Его грядущем Царстве, в ответ на что получает предсказание об ожидающей их обоих чаше страданий.

После Вознесения Господня мы часто видим апостола Иоанна вместе с апостолом Петром. Наряду с ним он считается столпом Церкви и большей частью пребывает в Иерусалиме. Верный завещанию Господа, он заботился о Пречистой Деве Марии, как самый преданный сын, и только после Ее блаженного успения стал проповедовать в других странах.

В проповеднической деятельности апостола Иоанна замечается та особенность, что он избрал себе одну определенную область, и всю энергию своего духа направил на то, чтобы искоренить здесь язычество и утвердить святую веру. Предметом его особенных забот были семь малоазийских церквей – в Ефесе, Смирне, Пергаме, Фиатире, Сардисе, Филадельфии и Лаодикии. Преимущественно же он жил в Ефесе.

При императоре Домициане (81–96 гг.) апостол Иоанн был вызван в Рим, как единственный оставшийся в живых апостол, и по приказанию этого гонителя Церкви был брошен в кипящее масло, но сила Божия сохранила его невредимым, как трех отроков в печи огненной. Тогда Домициан послал его на пустынный остров Патмос. Здесь Иоанн написал Апокалипсис или Откровение о судьбах Церкви и всего мира.

После смерти Домициана апостол Иоанн из ссылки вернулся в Ефес. Епископы и пресвитеры Ефесской церкви показали ему три Евангелия, написанные апостолами Матфеем, Марком и Лукой. Одобрив эти Евангелия, апостол Иоанн, однако, счел необходимым дополнить то, что в них было пропущено и что он, как последний из оставшихся в живых очевидец, хорошо знал. Это было важно потому, что к концу первого века в христианском мире распространилось несколько активных гностических сект, которые унижали и даже отрицали божественное достоинство Господа Спасителя. Необходимо было предохранить верующих от учений.

В своем Евангелии апостол Иоанн изложил беседы Спасителя, сказанные Им в Иудее. Эти беседы, обращенные к ученым книжникам, были более трудными для понимания и, вероятно, по этой причине не попали в первые три Евангелия, которые были предназначены для новообращенных язычников. Приступая к составлению Евангелия, апостол Иоанн назначил пост для Ефесской церкви и удалился со своим учеником Прохором на гору, где и написал Евангелие, носящее его имя.

Евангелие от Иоанна издревле называли духовным, в нем преимущественно, по сравнению с первыми тремя, содержатся беседы Господа о глубочайших истинах веры – о воплощении Сына Божия, о Троице, об искуплении человечества, о духовном возрождении, о благодати Святого Духа и о Причащении. Иоанн с первых слов Евангелия возносит мысль верующего на высоту божественного происхождения Сына Божия от Бога Отца: «В начале было Слово и Слово было к Богу и Бог был Слово» (Ин. 1, 1). Цель написания своего Евангелия апостол Иоанн выражает так: «Сие написано, дабы вы уверовали, что Иисус есть Христос, Сын Божий, и веря, имели жизнь во имя Его» (Ин. 20, 31).

Кроме Евангелия и Апокалипсиса, апостол Иоанн написал три послания, которые вошли в состав новозаветных книг, как Соборные (т. е. окружные послания). Главная мысль в его посланиях – христианам надо научиться любить: «Будем любить друг друга, потому что любовь от Бога, и всякий любящий рожден от Бога и знает Бога; кто не любит, тот не познал Бога, потому что Бог есть любовь» (1 Ин. 4, 7–8). «Любовь до такого совершенства достигает в нас, что мы имеем дерзновение в день суда, потому что поступаем в мире сем, как Он. В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение. Боящийся не совершен в любви. Будем любить Его, потому что Он прежде возлюбил нас. Кто говорит: «Я люблю Бога», а брата своего ненавидит, тот лжец; ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит? И мы имеем от Него такую заповедь, чтобы любящий Бога любил и брата своего» (1 Ин. 4, 17–21).

О последующей деятельности апостола Иоанна предание сохранило несколько замечательных сведений, показывающих, какой любовью было преисполнено его сердце. При посещении одной из малоазийских церквей Иоанн в числе слушавших его слово заметил юношу, отличавшегося необыкновенными дарованиями, и поручил его особому попечению епископа. Впоследствии этот юноша сблизился с плохими товарищами, развратился и сделался начальником шайки разбойников. Иоанн, узнав об этом от епископа, отправился в горы, где свирепствовали разбойники, был схвачен ими и приведен к начальнику.

При виде апостола, юноша крайне смутился и бросился бежать от него. Иоанн устремился за ним, трогательными словами любви ободрил его, сам привел его в церковь, делил с ним труды покаяния и не успокоился, прежде чем совершенно примирил его с Церковью. В последние годы своей жизни апостол говорил только одно наставление: «Дети, любите друг друга». Ученики спросили его: «Почему ты повторяешь одно и то же?» Апостол ответил: «Это самая необходимая заповедь. Если ее исполните, то весь Христов закон исполните».

Эта любовь превращалась в пламенную ревность, когда апостол встречал лжеучителей, которые развращали веровавших и лишали их вечного спасения. В одном общественном здании он встретил лжеучителя Коринфа, который отвергал божество Господа Иисуса Христа. «Пойдем скорее отсюда, – сказал Апостол ученику своему, – я боюсь, как бы не обрушилось на нас это здание.

Святой Иоанн Богослов скончался естественной смертью (единственный из апостолов), будучи около 105 лет, в царствование императора Траяна. Обстоятельства смерти апостола Иоанна оказались необычными и даже загадочными. По настоянию апостола Иоанна его закопали живым. На следующий день, когда раскопали могилу апостола, она оказалась пустой. Это событие как бы подтвердило предположение некоторых христиан, что апостол Иоанн не умрет, но останется жить до Второго пришествия Христова и обличит Антихриста. Поводом же к возникновению такого предположения послужили слова, сказанные Спасителем незадолго до Его вознесения. На вопрос апостола Петра, что будет с апостолом Иоанном, Господь ответил: «Если Я хочу, чтобы он пребыл, пока приду (второй) раз, что тебе до того, ты иди за Мной». Апостол Иоанн замечает в своем Евангелии по этому поводу: «И пронеслось это слово между братьями, что ученик тот не умрет» (Ин. 21, 22–23).

Евангелие

(Ин.19, 25–27; 21, 24–25)

25 При кресте Иисуса стояли Матерь Его и сестра Матери Его, Мария Клеопова, и Мария Магдалина.

26 Иисус, увидев Матерь и ученика тут стоящего, которого любил, говорит Матери Своей: Жено! се, сын Твой.

27 Потом говорит ученику: се, Матерь твоя! И с этого времени ученик сей взял Ее к себе.

24 Сей ученик и свидетельствует о сем, и написал сие; и знаем, что истинно свидетельство его.

25 Многое и другое сотворил Иисус; но, если бы писать о том подробно, то, думаю, и самому миру не вместить бы написанных книг. Аминь.

Праздничное богослужение

Тропарь, глас 2-й

Апостоле, Христу Богу возлюбленне, ускори избавити люди безответны: приемлет тя припадающа, иже падша на перси приемый Егоже моли, Богослове, и належащую мглу языков разгнати, прося нам мира и велия милости.

Кондак, глас 2-й

Величия твоя, девственниче, кто повесть? Точиши бо чудеса и изливаеши исцеления, и молишися о душах наших, яко Богослов и друг Христов.

Молитва

О великий апостоле, евангелисте громогласный, Богослове изящнейший, тайновидче неизреченных откровений, девственниче и возлюбленный наперсниче Христов Иоанне! Приими нас, грешных, под твое сильное заступление прибегающих. Испроси у Всещедраго Человеколюбца Христа Бога нашего, Иже пред очесы твоими Кровь Свою за ны, непотребныя рабы Своя, излиял есть, да не помянет беззаконий наших, но да помилует нас и сотворит с нами по милости Своей: да дарует нам здравие душевное и телесное, всякое благоденствие и изобилие, наставляя нас обращати оная во славу Его, Творца, Спасителя и Бога нашего, по кончине же временныя жизни нашея от немилосердных истязателей на воздушных мытарствах да избавит нас, и тако да достигнем, тобою водимии и покрываемии, Горняго онаго Иерусалима, егоже славу ты во откровении зрел еси, ныне же нескончаемыя радости наслаждаешися. О великий Иоанне! Сохрани вся грады и страны христианския, храм сей, служащих и молящихся в нем, от глада, губительства, труса и потопа, огня и меча, нашествия иноплеменных и междоусобныя брани; избави нас от всякия беды и напасти и молитвами твоими отврати от нас праведный гнев Божий, и Его милосердие нам испроси, да вкупе с тобою сподобимся прославляти в невечернем дни пресвятое имя Отца и Сына и Святаго Духа во веки веков. Аминь.

Чему учти нас святой апостол и евангелист Иоанн Богослов?

Многому учит нас своей жизнью святой апостол и евангелист Иоанн Богослов. Он был возлюбленный ученик Иисуса Христа. За что возлюблен был? За то, что сам Иоанн крепко возлюбил Господа. Смотрите, при Кресте ни одного нет из апостолов, а Иоанн тут. Какого еще нужно более сильного доказательства любви?

Мы, братие, часто жалуемся и говорим: забыл нас Господь, не дает, чего мы просим у Него. Но чем говорить такие слова, лучше спросить себя: сами-то мы помним ли Его? Сами-то чем доказываем свою любовь к Нему? Ах, как часто эта любовь у нас только на словах, а на деле никакой жертвы, никакого подвига, никакого даже самого легчайшего доброго дела не сделаем во имя Его. Поститься не можем, молиться не хочется, в храм ходить некогда, милостыню подать – сами нуждаемся, обиду перенесть тяжело… Сами не помним Господа, а желаем, чтобы нас Господь помнил; сами холодны к Нему, а хотим, чтобы всеми земными благами нас осыпал Он. За что же? Господь так много делает для нас, что и исчислить невозможно Его милостей, с головы до ног осыпаны Его милостями. Одно долготерпение Его к нам – какое сильное доказательство горячей любви Его к нам! Нет, не унывать нужно, когда нам кажется, будто Бог забыл нас, – неправда это, – Он ли забудет Свое создание? Надобно самим нам заботиться, чтобы всем сердцем любить Его, нашего Творца и благодетеля. Если хотим слышать правду, то надо сказать, что первый, самый главный и самый общий грех наш – это недостаток в нас самих любви к Нему. За холодность и неблагодарность к Богу много придется отвечать нам, так возлюбленным от Бога!

Иоанн Богослов был девственник – и смотрите, какая награда за соблюдение девства! Христос Спаситель Пречистую Матерь Свою, Приснодеву, вручает на попечение ему. Видите, братие, как приятно Господу девство, соблюдение чистоты душевной и телесной, как приятно Ему целомудрие! Но где ныне эти целомудренные юноши? Как немного их! Как многие из них давно-давно потеряли свою невинность, давно осквернили одежду чистоты, которую получили в Крещении! Каких слез достойны эти юноши и девы, потерявшие самое дорогое в себе, что должно более всего в этом возрасте украшать их, как христиан! Но все вы, потерявшие чистоту девства своего, подумайте, как в молитве приступите вы к Честнейшей Херувим и Славнейшей без сравнения Серафим Матери Господа? Как приступите к Святейшему и Чистейшему паче солнца Господу Искупителю и Благодетелю своему? Как, наконец, предстанете на Страшный Суд Его? И к царю земному нельзя предстать в одежде убогой, нечистой, тем более к Царю Небесному страшно предстать с душою и телом оскверненными. Подумайте об этом все, знающие за собою грехи плотской нечистоты, вразумитесь, покайтесь и научитесь Богу Святому служить в чистоте и святости. Господи! Спаси наших юношей. Дай им дух целомудрия, – да будут они возлюблены Тобою, как возлюблен Тобой великий апостол Твой, девственный Иоанн.

Святой Иоанн был один из самых ревностных проповедников Евангелия. Он всю жизнь посвятил этому делу, всюду возвещал о Христе: и на корабле, и в заточении, и скованный, и свободный, одно он дело знал – проповедь Евангельскую. Но как же иначе? Это долг, это призвание его, это прямая обязанность его. Разве мог Апостол не говорить о том, чем преисполнена была душа его, в истине чего искренно и глубоко был убежден он? О Возлюбленном разве может не говорить любящий Его? А мы, братие, не оттого ли так мало имеем ревности о распространении веры Христовой, о водворении всюду благочестия, что сами слабо веруем, и сами не проникнуты духом благочестия и христианской любви? Призывают нас к посильным жертвам для дела распространения веры Христовой, – и как лениво, медленно, с какою неохотою откликаемся мы на это дело! Обязаны мы по своему положению быть наставниками, руководителями на пути добра для других, – и как лениво внушаем это доброе, христианское другим! Нет, если какой отец сам преисполнен веры и любви христианской, он не утерпит, чтобы эту веру и любовь не поселить в детях своих, – он неумолкаемо будет говорить с ними о любви ко Христу, о жизни по святым Его заповедям, и об обязанностях христианина. Если какой начальник или хозяин, сам глубоко верующий и искренно благочестивый человек, он эту веру и благочестие всеми мерами постарается вселить и в подчиненных своих, – и беседа его с ними самая сладкая будет о жизни во Христе, и радость самая великая и святая будет о том, когда он видит, что близкие его живут во Христе, и скорбь его самая глубокая о том, когда видит упадок веры, недостаток благочестия и страха Божия в подвластных своих. Ах, как многополезна была бы подобная ревность в нынешнее время, когда вера так падает, пороки и нечестия всюду увеличиваются!

Господи! Воздвигни подобных ревнителей о славе имени Твоего, и не дай оскудеть преподобным Твоим! Да, великое дело – ревность и распространение света Христова во всяком месте, между людьми всякого рода, но еще выше, ценнее, – ревность о спасении отступивших от веры, погибающих в расколе, ересях, в разных грубых пороках и страстях. И в этом случае Апостол служит нам образцом. Уже в летах преклонных он едет в сборище разбойников, чтобы спасти атамана их – бывшего ученика своего, и убеждением в духе кротости, обещанием всепрощения, уверением в милосердии Божием обращает его на добрый путь. О, велика сила ревности, сила кротости, терпения! Чего нельзя сделать с этою силою? И не должен ли этою силою быть одушевлен каждый христианин? Когда мы видим, что кто-нибудь бросается в воду, в огонь, под поезд, мы спешим спасти его, – как же не поспешить вырвать ближнего из бездны пороков, к которой приблизился он? Как не употребить усилий, всевозможных способов к тому, чтобы вразумить, умолить, от всего худого отвратить его? Ужели не жалко нам погибающих? Ужели не болит сердце, не льются слезы при мысли о погибели их? Отчего же мы остаемся неподвижными для дела спасения их – и одного слова часто не хотим сказать в назидание их? Мы боимся нарушить обычный покой свой, боимся труда, подвига, мы готовы на все только из-за любимой корысти своей, только из-за нее не боимся никаких трудов, не жалеем никаких сил своих. Но отчего мы, по крайней мере, не молимся о спасении погибающих собратий своих? Но и к этому мы часто не способны… Ленивые к молитве за себя, мы еще ленивее к молитве за других. А причиною опять-таки то, что в нас нет любви, – одно равнодушие, холодность к положению другого, одна забота только о спокойствии собственном, – мы скорее осудим собрата нашего, скорее злобно посмеемся над ним, чем пожалеем, поскорбим и помолимся о нем… Ах, братие, как трудно спастись, не имея в сердце христианской любви! Как посему часто следует нам вспоминать ту ревность о спасении погибающих, какую показал апостол Христов Иоанн! Будем делать это и мы устыдимся тогда собственной холодности к жалкому духовному состоянию собратий своих. Братие! Что говорил Иоанн и повторял чаще всего и всегда, а особенно в последние дни жизни своей? – Дети! любите друг друга! Вот его наставление! Скажем и мы так же в заключение беседы нашей: любите друг друга, живите для спасения друг друга, и любовь спасет нас. Аминь.

Из поучений священника о. Петра Шумова

Из Апокалипсиса

(Глава IV)

И я узрел: отверста дверь на небе,

И прежний глас, который слышал я,

Как звук трубы, гремевшей надо мною,

Мне повелел: войди и зри, что будет.

И Дух меня мгновенно осенил.

И се-на небесах перед очами

Стоял престол, на нем же был Сидящий.

И сей Сидящий, славою сияя,

Был точно камень яспис и сардис,

И радуга, подобная смарагду,

Его престол широко обняла.

И вкруг престола двадесять четыре

Других престола было, и на каждом

Я видел старца в ризе белоснежной

И в золотом венце на голове.

И от престола исходили гласы,

И молнии, и громы, а пред ним –

Семь огненных светильников горели,

Из коих каждый был Господний дух.

И пред лицом престола было море,

Стеклянное, подобное кристаллу,

А посреди престола и окрест –

Животные, число же их четыре.

И первое подобно было льву,

Тельцу – второе, третье – человеку,

Четвертое – летящему орлу.

И каждое из четырех животных

Три пары крыл имело, а внутри

Они очей исполнены без счета

И никогда не ведают покоя,

Взывая к Славе: свят, свят, свят Господь,

Бог Вседержитель, Коий пребывает

И был во веки века и грядет!

Когда же так взывают, воздавая

Честь и хвалу Живущему вовеки,

Сидящему во славе на престоле,

Тогда все двадесять четыре старца

Ниц у престола падают в смиреньи

И, поклоняясь Сущему вовеки,

Кладут венцы к престолу и рекут:

"Воистину достоин восприятии

Ты, Господи, хвалу, и честь, и силу,

Затем, что все Тобой сотворено

И существует волею Твоею!»

Иван Алексеевич Бунин, 1901

Слово на преставление святого апостола и евангелиста
Иоанна Богослова

Если мы любим друг друга, то Бог в нас пребывает

(1 Ин. 4, 12)

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!

Сегодня мы с вами, дорогие братия и сестры, чтим память одного из великих Апостолов Христовых, столпа Христианской Церкви, ревностного проповедника Христова учения, написавшего нам Святое Евангелие, три послания и Апокалипсис, мудрого и любвеобильного апостола и евангелиста Иоанна Богослова, вспоминая день его преставления.

Он был ближайшим и любимейшим учеником Господа нашего Иисуса Христа, по выражению церковного песнопения – другом и наперсником Христовым. Чем же так отличался этот Апостол от других учеников Господа и чем заслужил он такое особенное благоволение и расположение Иисуса Христа?

Будучи образцом целомудрия и кротости и имея мягкое и нежное сердце, расположенное любить Бога и ближних, апостол и евангелист Иоанн Богослов всей душой прилепился к Господу, Учителю своему, и полюбил Его с нежностью детского сердца, за что и был ближе других Апостолов к Спасителю. Эта любовь к Божественному Учителю выражалась не на словах только, но и на деле. Так, в то время, когда Иисус Христос был распят и когда ученики Его страха ради иудейска (Ин. 19, 38) разбежались, стояли при Кресте только Божия Матерь и один ученик – Иоанн. Вот тут-то, в минуты величайшего уничижения Божественного Учителя, в минуты всеобщего опасения за собственную жизнь, святой апостол Иоанн и доказал на деле свою любовь и глубокую привязанность к Господу Иисусу Христу. Видя столь великую любовь и преданность Ему Иоанна, Иисус Христос здесь же отличает его от других Своих учеников. Он усыновляет Иоанна Своей Матери, и с той поры Пресвятая Богородица пребывает в доме Апостола до самого славного Успения Своего.

Но, помимо любви к Богу, этой первой и главнейшей обязанности каждого человека, святой апостол и евангелист Иоанн Богослов имел также и любовь к ближним своим. Он постоянно увещевал людей жить в мире и любви, повторяя до последних дней своей жизни одни и те же слова: «Чадца, любите друг друга». Когда же его спрашивали, зачем он так часто повторяет одно и то же, Апостол с глубоким убеждением в своем благодатном сердце отвечал: «Потому что в этом одном заключается все. Исполните одну эту заповедь – и вы исполните весь Закон, угодите Богу, достигнете высшего совершенства, потому что уподобитесь возлюбившему нас Господу Иисусу Христу и будете сынами Всевышнего».

А в чем заключается существо любви, об этом послушаем святого апостола Павла, который говорит, что любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит. Любовь никогда не перестает (1 Кор. 13, 4–8).

Увещевая любить ближних, апостол Иоанн в то же время поучал, что любить нужно не словом и языком, но делом и истиной. Это он доказал собственным примером. Однажды, когда Апостол проходил с проповедью Евангелия города Малой Азии, то в одном из них увидел он юношу, способного и одаренного добрыми душевными качествами. Взяв юношу к себе, он научил его вере и истинам Христовым и, отправляясь далее, поручил его епископу того города, говоря: «Сего юношу поручаю тебе; вся Церковь и Дух Святый да будут свидетелями; соблюдай его от всякого злого дела». Епископ, приняв юношу, воспитывал его как своего сына. По достижении же им зрелого возраста, видя его благонравие и кротость, ослабил свой надзор за ним. Юноша стал предаваться греховной жизни, познакомился с порочными людьми и начал красть, пьянствовать и, наконец, удалился в горы и вступил в разбойничью шайку, которая избрала его главарем.

По прошествии некоторого времени апостол Иоанн опять возвратился в тот город и сказал епископу: «Возврати мне сокровище, которое я дал тебе на хранение, как в верные руки, возврати мне юношу, которого я поручил тебе, чтобы ты научил его страху Божию». «Погиб юноша, – отвечал со слезами епископ, – умер душою, а телом разбойничает по дорогам». «Так ли следовало блюсти душу брата? – сказал апостол Иоанн. – Но дай мне проводника, я поищу того, кого ты погубил».

Немедленно взяв с собой проводника, он сел на коня и отправился в горы искать заблудшую овцу. Находившиеся в потаенных местах стражи разбойничьей шайки схватили Апостола и привели его к своему начальнику, но тот, когда узнал в пленнике святого Иоанна, бросился от него бежать. Тогда святой старец, забыв свою старость, стал преследовать бегущего, крича вслед ему: «Сын мой, зачем ты бежишь от меня, отца твоего? Зачем напрасно утруждаешь меня? Остановись, помилуй меня, слабого и немощного старца; остановись, не бойся, ты имеешь еще надежду на спасение. Я буду отвечать за тебя пред Богом, я душу свою положу за тебя, как Христос положил Свою за нас. Христос послал меня даровать тебе отпущение грехов. Я буду страдать за тебя, пусть кровь, которую ты пролил, будет на мне, пусть бремя грехов твоих отяготеет на моей вые!».

Тронутый слезами и словами Апостола, разбойник остановился, бросил свое оружие, в страхе и трепете предстал пред святым старцем, обливаясь слезами и сгорая от стыда. Святой апостол Иоанн падает в ноги злодею, умоляет его пощадить свою душу и возвратиться в лоно Святой Церкви к Премилосердному Господу Иисусу Христу. И так погибшая овца возвращается в избранное стадо.

Любвеобильный Апостол сам разделял со спасенным им подвиги церковного покаяния – пост, молитву, бдение и коленопреклонения – и не оставлял его, доколе совершенно не уврачевал его душу и не утвердил на пути христианской жизни. Такова искренняя, христианская любовь, готовая принять на себя все немощи ближних и положить душу свою за спасение их. Вот это истинная любовь, достойная звания христианского. Она-то и делает нас истинными учениками положившего за нас душу Свою Иисуса Христа, как и Сам Он говорит: О сем разумеют вси, яко Мои ученицы есте, аще любовь имате между собою (Ин. 13, 35).

Таким образом, возлюбленные братия и сестры, по примеру святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова и мы должны любить Бога всем сердцем, и всей душой, и всем помышлением своим и ближних любить не словом и языком, но делом и истиной, при случае не щадя даже и жизни своей для спасения их. Болши сея любве никтоже имать, да кто душу свою положит за други своя (Ин. 15, 13), – говорит чествуемый ныне нами святой апостол Иоанн. Если мы, христиане, станем искренне любить друг друга, будем дружелюбно расположены друг ко другу, то Бог всегда будет с нами и наша жизнь на земле будет счастливой и мирной.

В первые времена христианства у всего общества верующих было одно сердце и одна душа (Деян. 4, 32). Сегодня же, когда в наши взаимоотношения прокрались вражда, ненависть, ссоры, раздоры, споры и несогласия, нам необходимо почаще взирать на образы благочестивых, любвеобильных мужей, на тот образ, который являет нам святой Апостол и Евангелист, и поучаться в писаниях его истинной христианской жизни и любви и просить его молитв за нас.

Все послания его проникнуты духом христианской любви и призывом любить друг друга: «Будем любить друг друга, потому что Бог прежде возлюбил нас. Кто не любит ближнего своего, в том нет любви Божией» (см.: 1 Ин. 4, 7, 19, 8), – говорит он. Поэтому, дорогие братия и сестры, будем прилагать усилия, чтобы облечься в христианскую любовь, и возлюбим друг друга потому, что любовь от Бога есть, и кто пребывает в любви, тот пребывает в Боге и Бог пребывает в нем. Аминь.

Архимандрит Кирилл (Павлов), 1961 г.

О дружбе

(На день святого апостола Иоанна Богослова)

О дружбе хочу ныне беседовать с вами, братия мои, – о дружбе, пример которой дан всем нам Самим Спасителем нашим. Иисус Христос весь был любовь, всех людей без исключения Он любил; однако же и Он имел избранных любимцев, от них же первый – святой апостол и евангелист Иоанн Богослов, друг и наперсник Христов. Подобно Христу Спасителю и каждый из нас может иметь избранных друзей, хотя и заповедано нам любить всех людей без изъятия, как себя самих. Да, любовь братская ко всем – сама собой, а дружба – особое дело.

Конечно, чего бы лучше, если бы все мы были не только братски расположены друг ко другу, но и по всему были бы друзьями между собою, подобно тому, как это было в первые времена христианства, когда у всего общества верующих было, по слову Писания…одно сердце и одна душа; и никто ничего из имения своего не называл своим, но все у них было общее (Деян. 4; 32). Но те времена давно прошли и едва ли когда возвратятся. Такое дружеское братство будет разве только в будущем веке – в блаженной вечности. А ныне и за то каждый благодари Господа Бога, если Он благословит тебя найти хотя одного-то себе друга, человека по сердцу, друга в собственном смысле.

К стыду нашему, надо сказать, что ныне и подобные-то примеры истинной дружбы стали большой редкостью, хотя – кто бы, кажется, в ней не нуждался? Для кого верный друг – лишний человек? Друг – это ведь – другой я.

Какая драгоценная находка – быть сам-друг во всех обстоятельствах жизни, жить душа в душу с тем, на кого я, как на себя во всем могу положиться. Верный друг, – говорит древний мудрец, – крепкая защита: кто нашел его, тот нашел сокровище. Верному другу нет цены и сравнить его ни с чем нельзя. Верный друг – врачебное пособие для жизни… (Сир. 6; 14–16).

«Верному другу нет ничего равноценного», – говорит и один из новозаветных подвижников, преподобный Максим (в «Слове о любви»).

«Друг денег дороже», – говорит и народная мудрость. Вот что такое дружба. И однако же примеры дружбы истинной, нелицемерной так редки! Отчего это? Конечно, от упадка в нас веры и благочестия. Согласитесь: какой можно ожидать верности от человека, для которого нет ничего святого на земле? Какого ждать уважения к святости дружбы от того, кто не привык никого и ничего уважать на свете и кто помешан на своих лишь выгодах. А таких людей ныне сколько на свете!.. Дружба – это высшая степень любви. А среди нас и обычная-то любовь, всем от Христа заповеданная, как мало проявляется! Что же удивительного, если товарищество и ныне между нами процветает (и еще как процветает!), а дружбы нет, и не видно, и не слышно? Правда, зваться друзьями – и ныне многие зовутся, но это или – друзья застольные, которые пока тебе счастливится, то они – второй ты, а как только станешь несчастен, они же против тебя, и спешат, по слову мудрого, скрыться от лица твоего (Сир. 6; 10–12), или – друзья только на худые дела. Это уж не друзья, а враги. «Искренний друг, – говорит святой Максим, – тот, кто в скорби, нужде и несчастии, и во время искушения ближнего терпит с ним все это неизменно и великодушно».

Но если истинного друга так трудно найти, то как же надобно дорожить другом, если такой уже есть у кого! «Друга ищи, а найдешь – береги», – такова заповедь наших предков. Не оставляй старого друга, – говорит сын Сирахов (9; 12). Не покидай друга твоего и друга отца твоего, – учит Соломон (Притч. 27; 10). Ныне нередко слышны жалобы, что молодежь в мирских, например, делах и слушать не хочет стариков, отчего старики в иных деревнях перестали даже и на сходы являться. Потому и нет порядка в мирских делах. Да и повсюду ныне молодое поколение отличается своеволием, самонадеянностью и задором. Следует ли это терпеть? Дети никогда не должны пренебрегать советами родителей, а если нет родителей, то советами отцовых друзей. Старый друг, да к тому же и старик, лучше новых двух. Отцовы друзья – изведанные и опытные друзья, а юные – какие советники? Послушался таких молодых друзей сын Соломонов, не захотел послушать мудрого совета отцовых друзей – и потерял добрую половину своего царства. Какая надежда на таких советников? Пусть отцов друг и не согласится с тобою в чем худом, но кому не известно, что только «недруг поддакивает, а друг спорит? Тот и друг, кто предостерегает, а на худое – недруг». С таковым ниже ясти, – говорит Апостол.

Впрочем, если кому откроется нужда разорвать дружбу, то надо всегда это устраивать так, чтобы разрыв последовал, сколько возможно, без ссоры, без оскорблений, так – по-дружески же. «Бог с тобой, друг: не могу я с тобой больше дружбы водить», – скажи бывшему своему брату и другу, и при этом, само собою понятно, объясни, почему ты решился разорвать с ним дружбу. Почему знать: может быть, он лучше пожелает сам измениться, чем потерять твою дружбу. Прекрасное наставление относительно сего дает нам преподобный Максим: «Не будь скор на отвержение духовной любви. Кого вчера почитал за духовного брата и за добродетельного, не считай сегодня порочным и злым. Но, долго терпя любовию, вспомни вчерашние добрые твои о нем суждения и отложи от души сегодняшнюю ненависть».

Вообще, самое лучшее: во-первых, никогда не торопиться заключением дружбы, как говорили наши деды: «Не в три дня, а в три года узнавай друга»; во-вторых, если уж заключена дружба, то всячески поддерживай ее, да не будет отвергнутый друг хуже недруга.

А если у кого и нет друга по сердцу, зато у каждого из нас есть Друг на небе – Друг единственный, несравненный, неизменный, Господь наш Иисус Христос. Вы друзи Мои есте, аще творите, елика Аз заповедаю вам (Ин. 15; 14). Кто хочет иметь Божественного Друга, тот исполняй Его святые заповеди. Вот указание и того, с кем можно, а с кем нельзя водить дружбу. Кто готов вместе с тобой благоугождать Господу Иисусу исполнением Его заповедей, с тем и дружись. А кто не имеет к тому расположения, от такого человека держись подальше: он в друзья тебе не годится!..

Троицкие листки, № 738

Слово Божье

Аз есмь Путь и Истинка и Жизнь.

Как ни стремится наше знанье

Постичь загадку мирозданья,

Но ум безсилен, все равно.

Не охватить нам мир безкрайний,

За тайной возникает тайна,

И все попрежнему полно

Непостижимостью священной.

Не самочинно, а смиренно

В нее проникнуть суждено,

А в слове Божьем нам дано

Самораскрытие Вселенной.

Александр Солодовников

Русь народная

Иоанн Богослов – наставник живописного, иконного дела, так как, по преданию, он из простого пастуха гусей чудом сделал искусного иконописца.

Приметы и наблюдения. Считали: «Если па Богослова снег, то зима ляжет па Михайлов день», «Если в этот день дождь со снегом – в январе трижды ждите сильных оттепелей; солнечно и тепло – июнь будет дождливым и холодным». К этому периоду полагалось заканчивать озимые посевы. Опадают листья берез.

«Русский народный православный календарь», т. 2., М. 1997

Покров Пресвятой Богородицы

1 (14) октября

В царствование императора Льва Премудрого в пределы греческие вторглись опасные неприятели – сарацины или, как их называют – арабы. Греческая империя в то время была уже ослаблена, большая часть Востока повиновалась мечу или персов, или арабов, западные пределы империи находились во власти грубых варваров. В таком безпомощном положении греки обратились к помощи и заступлению Матери Божией, Которой равноапостольный царь Константин некогда посвятил самую столицу своего царства – Царьград. И Матерь Божия скоро услышала теплые молитвы рабов своих и подкрепила их веру чудным знамением. Во Влахернском храме Пресвятыя Богородицы, во время всенощного бдения, Сама Пречистая Дева явилась на воздухе молящейся о мире с ликами Пророков, Ангелов и Апостолов и Своим Покровом осеняющей христиан. Не все, впрочем, присутствовавшие в храме сподобились узреть чудо, но честь сия предоставлена была одному великому праведнику, святому Андрею, Христа ради юродивому. Сподобившись узреть боголепное видение, он сообщил о нем ученику своему Епифанию. «Видишь ли, брате, – говорит ему, – Царицу и Госпожу всех, молящуюся о всем мире?» – «Вижу, – отвечает сей, объятый священным страхом, – вижу, отче святый, и ужасаюся!» Цареградские жители, услышав о сем чуде, пришли в необыкновенную радость и упование, что Бог молитвами Ходатаицы человеков отвратит бедствия, нанесенные грекам вторжением неприятелей в их владения. Благочестивое чаяние скоро исполнилось: враги Церкви Христовой побеждены были и рассеяны. Обрадованная толиким благодеянием Божиим, Церковь установила в память сего события празднество Покрова Пресвятыя Богородицы.

Покров Божией Матери над Русской землей

Как православная Греция издревле почитала Богоматерь своей особенной Покровительницей, так и православная Россия с самых первых времен чтила ту же Небесную Царицу, как первую свою Покровительницу и Защитницу. Великие князья наши Ей посвятили первые знаменитейшие храмы: храм Десятинный – Владимиров, украшался Ее Святым именем, Собор Софийский Ярославов храмовым праздником славит Рождество Ее, великая Киево-Печерская церковь посвящена памяти Ее Успения и сохраняет с древнейших времен чудотворную икону Успения, которой Сама Богоматерь благословила святую обитель Киево-Печерскую, а с тем вместе и все Отечество наше. Посвящая храмы имени Богоматери, Россия посвящала Ей и особенные торжества или праздники. К ним прежде всего должно отнести праздник Покрова Пресвятой Богородицы. Известно, что в самой Греции нет сего праздника, а в России он существует с древнейших времен. К праздникам в честь Богоматери, собственно российским, относятся и многие другие праздники в честь различных чудотворных икон Богородицы. Великое множество самых сих икон (более 200), по всей России известных, доказывает также особенное покровительство Пресвятой Девы православному Отечеству нашему. Из безчисленного множества чудес Покрова Богоматери над Россией припомним здесь только некоторые, особенно достопамятные в истории Отечества нашего.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.