Ника Климова
Собственность монстра

Глава 1

Весеннее апрельское утро не предвещало ничего плохого. Заранее отпросившись у начальства, я отправилась с дочерью в поликлинику на плановый прием. Я бы даже сказала, что нам повезло, что очень большая редкость, и народу почти не было. Наверное, сказывались ограничения, связанные с новым вирусом, или люди просто опасались лишних контактов. Но факт оставался фактом. Сидеть в длинной очереди часами не пришлось – мы были третьи, поэтому уже ближе к десяти я, оставив дочь с соседкой Анной Павловной, примчалась на работу.

– О, Юля, как хорошо, что я тебя встретила, – в коридоре налетела на меня Зуева, она же моя непосредственная начальница и директор по персоналу. Запахло неприятностями, но я пока не поняла какими.

– З-зачем? – резко притормозила и почему-то прижала к себе сумку. По лицу Тамары Сергеевны поняла, что дело дрянь, хотя какое именно дело, оставалось загадкой. А неизвестность пугала еще больше.

– Секретарем будешь, – она схватила меня за руку и потащила по коридору, громыхая толстыми каблуками.

– Каким секретарем? – я так опешила, что даже не сопротивлялась, едва поспевая за ней в кроссовках.

– Ну директор наш новый приехал, – почему-то шепотом сообщила Зуева, страшно вращая глазами.

– А я причем? – все-таки встала как вкопанная и даже руку свою выдернула из ее цепких пальцев. – Светка пусть и работает.

– Света заболела, – развела руками Тамара Сергеевна. – Представляешь? Нашла время.

– Ну, тогда кто-нибудь другой. Я никогда секретарем не работала.

Может, еще полы помыть?

– Юль, да это только сегодня, – начала она меня уламывать. И взгляд такой жалостливый. – Ну, кофе ему там подашь, соединишь, с кем попросит. Это несложно.

– А мою работу кто будет делать? – решила я использовать последний аргумент.

– Я возьму ее на себя, – заверила меня начальница и, видя мои сомнения, добавила:

– Премию тебе выпишу.

Ну сразу бы с этого и начинала. Лишние деньги никогда не помешают, тем более мне, тем более с грудным ребенком на руках и ипотекой на полвека.

– Как его хоть зовут-то? – спросила шепотом уже в приемной, кивая на темную дверь, на которой еще красовалась табличка с именем предыдущего директора – «Самсонов Дмитрий Борисович».

– Кирилл Андреевич, – тоже шепотом ответила Зуева.

– Старый? – повесила куртку в шкаф.

– Да нет, – неопределенно дернула она головой.

– Что делать-то надо? – спросила я, окидывая растерянным взглядом идеально убранный Светкин стол.

– Просто сиди и жди его распоряжения. Кофе там принести, позвонить кому, документы принести.

– А если я сделаю что-то не так? Я же никогда не работала секретарем.

А увольнение мне сейчас совсем ни к чему.

– Ну на звонки-то сможешь ответить? – удивленно уставилась на меня Тамара Сергеевна.

– Ну, наверное, – ответила неуверенно, бросив взгляд на телефон, который скорее выглядел как центр связи в ЦУПе. Столько кнопок, что в жизни не разобраться. – А со Светкой-то что?

– Ногу сломала. То ли со стула упала, то ли с лестницы. Я не поняла, – махнула она рукой. – Да и не до того было. Этот нагрянул.

Зуева испуганно кивнула на дверь гендира.

– Не предупреждал что ли? – не поняла я. По крайней мере, не слышала, чтобы к нам ехал…кхм… ревизор.

– Мы ждали его только послезавтра. А он сегодня явился. Ладно, в общем, работай. Я пошла. Если что, звони.

И она ушла, оставив меня в пустой приемной. Как в склепе. Я даже поежилась. Посидела немного, поскучала. Для разнообразия включила компьютер. Черт! Пароль. Ладно, обойдемся без компьютера. Кофе можно и без него приготовить.

За дверью кабинета генерального стояла гробовая тишина. Я надеялась, что до вечера не понадоблюсь новоиспеченному начальству. Пусть сидит себе, потихоньку осваивает кресло и меня не трогает. А я пока вон цветочки полью. Совсем их Светка забросила.

Только я склонилась над пальмой неизвестного вида, как дверь за спиной распахнулась. Вздрогнула и оглянулась. Он смотрел на меня так, будто я была каким-то отребьем, грязью под ногами его дорогущих ботинок. Захотелось даже извиниться за свои не самые новые джинсы и свитер, которые покупала еще до беременности.

– Ты кто? – и тон у него не лучше взгляда – высокомерно-пренебрежительный. Я даже растерялась. Так и стояла в полусогнутом положении, испуганно глядя на него. – Кофе мне сделай.

И снова закрыл дверь. Ничего себе. Я оказывается, даже не дышала. Хороший же у нас теперь генеральный. А что он там просил? Кофе? Эм, и как его сделать? Я разглядывала навороченную кофе-машину и пыталась понять, что с ней делать. Так, кофе есть. Вода, кажется, тоже. А дальше? Надо позвонить Светке. Набрала один раз, второй. Не берет, зараза. Что же делать?

Я кусала губы и никак не могла определиться, на какую кнопку нажать. А, была-не была. Ткнула в первую попавшуюся с изображением чашки. Кофе-машина взревела, напугав меня до чертиков, пару раз выплюнула грязно-желтую воду и снова замолчала.

– Да ответь же ты, – мысленно умоляла я Светку, пытаясь дозвониться до нее, и нервно притопывала ногой.

– Я дождусь свой кофе, наконец? – раздался за спиной злой голос. – С подружками потом будешь болтать.

Я даже ответить ничего не успела. Только рот в ужасе открыла и снова закрыла. А он ушел в кабинет также стремительно, как появился из него. Вот попала так попала! И зачем вообще соглашалась? Денег захотела? Сейчас вообще уволит и узнаешь тогда.

– Ирка, – позвонила я секретарю финансового. Мы с ней часто обедали вместе, – ты кофе-машиной умеешь пользоваться?

– Чего? – опешила она.

– Кофе мне надо сделать. А я не знаю, как эта зараза работает.

– А че растворимый не катит? – удивилась она.

– Да не для меня. Для шефа нового.

– Какого шефа?

– Ирка, – процедила я сквозь зубы. У меня тут счет на секунды идет, а она вопросы глупые задает.

– А ты вообще где?

– Да в приемной я. Зуева попросила Светку подменить.

– А она где?

– Ира, ты умеешь пользоваться кофе-машиной или нет? – не выдержала я.

– Сейчас приду.

Сразу бы так!

В четыре руки мы кое-как разобрались с этим чудом техники.

– А он какой кофе пьет? – спросила Ира, когда я уже приготовилась зайти в кабинет.

– В смысле какой? – оглянулась на нее.

– Ну черный или с молоком, с сахаром?

– Без понятия. Какой принесу, пусть такой и пьет, – недовольно ответила я. В конце концов, здесь не кафе, а я не официантка.

Я неуверенно постучала и тут же вошла. Никогда не умела носить чайные чашки так, чтобы не расплескать содержимое. Вот и сейчас шла, как парализованный кузнечик, а кофе штормило на все пять баллов. Уфф, вроде донесла и даже не пролила. Аккуратно поставила на край стола.

– Да неужели, – это вместо благодарности. – У вас тут все такие расторопные?

Он смерил меня взглядом, полным отвращения, и тут же спросил:

– Почему ты в джинсах?

– А что? – растерялась я, аж коленки затряслись. Джинсы – вполне удобно и практично. У предыдущего начальства никогда возражений не было.

– Юбка ниже колен или платье, – рявкнул он, сводя брови в одну линию.

– Чего? – не поняла я.

Его тяжелый взгляд пригвоздил меня к полу.

– Ты глухая?

– Н-нет, – даже заикаться начала.

– Никаких джинсов. Только юбки или платья. Ясно?

Я только и смогла, что кивнуть. Язык так и прилип к нёбу.

– Подготовь приказ, – велел он, беря в руки чашку с кофе. – О введении с завтрашнего дня дресс-кода.

Приехали!

– Никаких джинсов, спортивных штанов и кроссовок. Только деловой стиль.

Терпеть не могу платья.

Он сделал глоток кофе и лицо его исказила гримаса отвращения.

– Это что?

– Кофе, – пискнула я.

– Это помои, – новый гендир отодвинул от себя чашку.

Я стиснула зубы, чтобы не нагрубить.

– Ты еще здесь? – посмотрел он на меня недобро.

Проглотила ругательство и вылетела из кабинета. Нет уж, не нужна мне эта премия. С таким директором я сама кому угодно приплачу – лишь бы с ним больше не встречаться.

Но Зуева была непреклонна.

– Юлечка, милая. Ну один день, всего один.

– Нет, – решительно заявила я, стоя у нее в кабинете. – Вы его вообще видели? Хам!

– Ну Юля, он же директор, – развела руками Тамара Сергеевна.

– А я причем? Меня работа ждет. Моя работа, между прочим.

Я развернулась, собираясь вернуться на свое законное родное рабочее место.

– Уволю, – полетела в спину угроза.

– Что? – оглянулась, опешив.

– Если ты откажешься заменить Зубову, – медленно произнесла Зуева, – я тебя уволю. Найду повод.

Вот, значит, как! Знала, как побольнее ударить.

– Только один день, – процедила я сквозь зубы. – Завтра ищите другую дуру.

– Нет, – резко ответила почти бывшая начальница. – Ты заменишь Свету на весь период ее больничного.

– Что? – я была в ужасе. – Мы так не договаривались.

– Все изменилось, – она больше не смотрела на меня, перебирая документы в толстой папке.

Вот змея!

Я хлопнула дверью. Ну как-то же надо было выразить все, что я думаю об этой с… славной женщине. Уволиться бы! Бросить заявление на стол и гордо уйти в закат, но ипотека… И Саша… А тут неплохо платили. Пока неплохо. Но от нового директора хорошего ждать не приходилось. Ладно, потерплю. Только ради дочери!

Я вернулась в приемную и плюхнулась в Светкино кресло. Когда эмоции утихли, вспомнила про дресс-код, точнее, приказ о нем. И как его писать? А главное где? На коленке? Пароль-то я не знаю от Светкиного компа. И этому… не объяснишь. Пришлось дернуть сисадминов. Вышло не быстро, но теперь я хотя бы смотрела не в черный экран монитора, а на фото белоснежного пляжа, который загораживали стандартные значки рабочего стола. А что делать дальше, не имела ни малейшего понятия. Спасибо тому, кто придумал Интернет. Я скачала образец приказа о дресс-коде, поменяла название компании и ФИО директора и, распечатав, довольная собой вошла в кабинет. На меня даже не взглянули. Ну и ладно, не больно-то и хотелось.

– Что это? – только спросил, не отрывая головы от каких-то документов.

– Приказ о дресс-коде.

– Оставь. Вызови ко мне вашего финансового директора. Как его зовут?

– Михаил Олегович.

Он кивнул. Это что значит? Я могу идти? Ну новых указаний не последовало, и я уже почти дошла до дверей, когда услышала:

– Купи нормальный кофе.

– Угу, – кивнула. И, только закрыв за собой дверь, задалась вопросом:

– А нормальный это какой?

Лично я пила растворимый, чаще тот, который три в одном. Да, знаю, от кофе там только название, но на другой денег не было. А этот какой пил? Полагаю, самый дорогой. Сообщив Ирке, что ее шефа ждет… мой, я полезла гуглить элитный кофе. Е-мое, ну и цены! На свою зарплату я его точно покупать не буду. Тем более что от этой зарплаты уже давно ничего не осталось. Даже на очередной взнос в банк.

– Ир? – почти шепотом протянула я в трубку.

– Что? – напряглась она.

– А твой какой кофе пьет?

– В зернах.

– А название у него есть?

– Lavazza. А что?

– Этот… велел купить нормальный кофе. Я тут посмотрела в Интернете… А ты на свои покупаешь?

– Да нет, конечно, – рассмеялась Ирка. – Представительские беру. В бухгалтерии. Сейчас скину образец заявки. Кстати, вроде бывший генеральный тоже пил Lavazza.

– А новому не понравилось, – скривилась я.

– Так ты спроси, какой он предпочитает.

– Ну уж нет. Я к нему не пойду. Выберу подороже и куплю.

– Можно с доставкой, – подсказала Ирка. – Щас ссылку скину, где я заказываю. Привезут прямо в офис.

– О, ты чудо! С меня шоколадка, – обрадовалась я.

– С орехом.

– Заметано.

Я быстренько выбрала кофе в Интернет-магазине, которым пользовалась Ира, написала заявку и поскакала в бухгалтерию.

– А ты чего теперь секретарь? – удивилась Раиса Михайловна – наш кассир.

– Временно, пока Светка на больничном, – приплясывала я от нетерпения.

– А что с ней?

– Ногу сломала.

– Да ты что? Кстати, она не отчиталась за предыдущий месяц.

– Ну я про это ничего не знаю. Шеф требует кофе, а покупать на свои кровные я его точно не собираюсь.

– Ладно, выдам, но только в этот раз. К концу месяца стряси со Светки авансовый. Что у тебя с мужем-то? Не нашелся? – Раиса Михайловна, поправив на плечах ажурную шаль, потянулась к сейфу под столом.

– Нет, – я печально покачала головой.

– А в полиции что говорят?

– А что они скажут? – пожала плечами. – Ищут. Я уже два раза ходила на опознание.

– О, Господи. Как давно его нет-то уже? – кассир проворно отсчитывала зеленые бумажки.

– Почти семь месяцев.

– Это ж надо. Уйти на работу и не вернуться, – она протянула мне деньги и расходник. – Расписывайся вот здесь. Потом отчитаешься.

– Спасибо, – схватила я заветные представительские и помчалась обратно. А там меня уже поджидали. Зверь выбрался из логова и жаждал крови. Моей! А она у меня на вес золота. И так скоро буду весить меньше дочери.

– Тебя где носит?

– В бухгалтерии была, – растерялась я, замерев на пороге.

– Ты должна сидеть здесь, а не бегать черт знает где.

– Но я…

– Я вернул тебе приказ. Переделай. Тебя, что, не учили приказы писать? Ты тут, вообще, чем занималась?

– Р-работала, – пролепетала я испуганно. От его ледяного ненавидящего взгляда хотелось выпрыгнуть в окно. Жаль, что его тут не было. А, может, и к лучшему.

– Плохо работала, – рявкнул гендир и вернулся в кабинет, громко хлопнув дверью.

– Отлично работала, пока тебя черти не принесли, – зло процедила сквозь зубы, подходя к столу. Приказ был весь исчиркан черной пастой. Да еще и почерк такой, что больше смахивал на закодированное послание племени майя, чем на русские буквы. Я уже протянула руку, чтобы взять проклятый листок, как на столе рядом зазвонил мобильник.

– Да, мам, – опустилась я в кресло.

– Юль, ты сегодня вовремя с работы?

– Да, а что? – напряглась я. – Что-то с Сашкой?

– Да нет, она спит. Все хорошо. Петровна позвонила. Давление у нее, а таблетки закончились. Просила купить. А я ж пока от тебя доеду…

Петровна – это мамина соседка. После смерти папы они так сдружились, что не вылезали друг от друга.

– Нет, мам, я вовремя. Саша поела?

– Да. Сидеть пытается, – улыбнулась мама.

– Здорово, – сердце защемило от грусти, что я этого не вижу.

– Ладно, пойду обед сварю. У тебя в морозилке нет мяса, ты в курсе?

– В курсе, мам, – вздохнула я.

– Денег нет? – тихо спросила она.

– Ничего, выкручусь.

– И я ж тебе ничем помочь не могу, – вздохнула мама. – Работу б где еще найти.

– Мам, если ты еще найдешь работу помимо той, что есть, то мне придется уволиться, потому что с Сашкой сидеть будет некому.

– Ну да, – согласилась она грустно.

– Ладно, мам. Не переживай. Я зайду куплю сегодня мяса.

Сбросив звонок, я долго сидела, глядя в стол. Мяса… Мне на смеси бы хватило для Сашки. Тут уже не до деликатесов. А сейчас еще прикорм начнется. Эти баночки такие дорогущие. Как выжить?

Мама уже предлагала мне продать квартиру и перебраться с дочерью к ней. Но там и одной-то тесно, не то, что с нами. А Сашка вырастет, что тогда? И так стало себя жаль, хоть плачь. Еще и приказ этот, будь он неладен. Я просидела над ним весь день, попутно выполняя то одно, то другое поручение новоиспеченного шефа: это отсканируй, то откопируй, найди, позвони, сделай. И все срочно, быстро, вот прям кровь из носу. Какой же он невыносимый! Слава Богу, что рабочий день закончился и можно с чистой совестью отправляться домой. Ага, размечталась! Наивная!

– А ты куда? – рука уже взялась за дверную ручку, когда за спиной раздался грубо-удивленный вопрос.

– Домой. Шесть часов же, – оглянулась я недоуменно.

– И что?

Он серьезно? Может, не в курсе?

– Ну, у нас рабочий день до шести, – решила я просветить его.

– Рабочий день до стольки, до скольки я решу.

– Но…

– Не нравится? Заявление на стол.

И тут я не выдержала.

– Я вообще-то не ваш секретарь.

От моей наглости он опешил.

– Меня просто попросили подменить Свету.

– Не знаю, кто такая Света, но замена так себе.

– Вот и скажите об этом Тамаре Сергеевне, – выплюнула я ему холеную рожу. – Пусть найдет вам подходящего секретаря. А я вернусь к своей непосредственной работе.

Я видела, как наливались яростью глаза нового шефа, как он медленно двинулся на меня. Все, мне крышка. Сейчас ударит. Я даже съежилась вся и опять забыла, как дышать.

– Ты вылетишь на улицу, где тебе самое место, – прошипел он. – Еще и по статье.

А вот это уже действительно страшно.

– Заявление мне на стол! – рявкнул гендир так, что зазвенела посуда в шкафу.

Я чувствовала, как глаза наполнялись слезами. Нет, нет, нет, только не плакать.

– Простите меня, – с трудом произнесла онемевшими губами, опустив глаза. – Я… Я останусь. Не надо меня… увольнять.

Он пристально смотрел на меня, тяжело дыша, а потом резко развернулся и направился к себе в кабинет, бросив уже на пороге:

– Приказ о дресс-коде готов?

– Н-нет. Сейчас сделаю.

– Черт знает что, – выругался мой ночной кошмар и закрыл за собой дверь.

Я медленно выдохнула, чуть не потеряв сознание от облегчения. Пальцы с такой силой сжимали ремешок сумочки, что было больно. Шмыгнув носом, вернулась за стол.

– Мам, мне надо задержаться на работе, – виновато сообщила я по телефону.

– Надолго? – расстроилась она.

– Не знаю, – бросила взгляд на дверь, за которой сидел монстр. – Надеюсь, нет.

– Ну ладно, – вздохнула мама. – Что-то случилось?

– Начальство новое. Потом расскажу, – прошептала в трубку. – Сашку поцелуй.

– Хорошо.

Отложив телефон, я вернулась к приказу. Ну и как тут вообще разобрать, что написано его корявой лапой? Так он меня и до утра отсюда не выпустит. А, ладно, как поняла, так и напишу. Зря! Ой, зря! На меня так еще никто никогда не орал. Даже папа, когда я случайно спустила в унитаз ключи от его машины. Пришлось и унитаз менять и соседям ремонт в ванной делать. Косметический, правда, но все же. А тут.

– Я никогда никого тупее еще не видел! – брызгал слюной новый гендир. – Это, вообще, что?

– П-приказ, – лепетала я онемевшими губами.

– Что? Это бумага туалетная! – заорал он с новой силой. – Я тебе что написал? А ты что тут напечатала? Что у тебя в голове? О чем ты думаешь? О мужиках?

Я стиснула зубы и молчала. Обещание уволить по статье было еще свежо в памяти.

– Что ты молчишь? – навис шеф над столом. Взглядом он, видимо, пытался меня испепелить. И у него это даже почти получилось – я чувствовала, как по спине ледяной струйкой стекает пот.

– У вас почерк неразборчивый, – ответила, боясь поднять на него глаза.

– Что? – не расслышал ужас моей жизни.

– У вас неразборчивый почерк, – произнесла громче. – Я не поняла, что там было написано.

– Прелестно, – упал он в кресло и потер переносицу. – Угораздило ж меня. Так, записывай!

Что? Куда? Я ж не взяла с собой блокнот. Думала, сейчас он быстренько подпишет приказ и я свободна.

Гендир тяжело вздохнул, окинув меня презрительным взглядом.

– Ко мне в кабинет без ежедневника не заходить.

Я только кивнула.

– Чего сидишь? На лбу у себя писать будешь? Или на коленке? Иди за ежедневником.

Я сорвалась с места, споткнулась и едва не упала. Пронесло. Боже, такой тупицей я еще никогда себя не чувствовала. Хотя школу закончила без троек, а институт с красным дипломом. За спиной услышала негромкое:

– О, Боже!

Когда я вернулась с ежедневником, шеф откинулся в кресле и принялся диктовать. Быстро. Очень быстро. А я всегда недооценивала работу секретарей. Думала, непыльная, делать тут нечего. Да им молоко за вредность надо давать.

– Простите, после «посещение офиса» что вы сказали? – спросила я, приготовившись к очередной взбучке.

Мой ночной кошмар закатил глаза, но повторил:

– «в неофициальном стиле одежды». Тебе по слогам диктовать?

– Нет.

– И на том спасибо, – вздохнул он раздраженно.

Из офиса я вышла около восьми, после еще двух переделок приказа. То фразу замени, то запятую поставь, то дополни еще вот это. Зануда!

– Мама, я еду, – позвонила уже из автобуса. – Останешься сегодня у нас с Сашкой? Уже поздно.

– Да нет, поеду. Петровне помочь надо.

– А завтра тебе опять рано ехать к нам, – я все-таки надеялась ее уговорить.

– Ничего. Приеду.

– Ну смотри, – вздохнула, чувствуя вину перед мамой.

В ее пятьдесят мотаться каждый день через весь город туда и обратно уже непросто. Но и без ее помощи нам с Сашкой не выжить. Надо было квартиру покупать поближе к маме. Но Пашке тот район не нравился. Хотел жить в центре. А расхлебываем теперь мы. Его-то родители не особо рвутся помогать нам. Для себя живут, все занятые. Внучку уже месяца два не видели. Да и пусть. Справимся и без них, чтобы лишний раз не упрекали.

Поздно вечером, проводив маму и уложив Сашку спать, я забралась в постель и, уткнувшись в подушку, долго рыдала. Мяса, конечно, же не купила. На карточке денег оставалось на несколько упаковок смеси. Как раз хватит до аванса. А сама уже как-нибудь. На макаронах дотяну. Мало того, что в жизни непруха, так еще и на работе теперь ад кромешный. Ну где я так нагрешила-то? За что мне это? Жалко себя было до невозможности. И как из всего этого выбраться, даже не представляла. Скоро еще из банка начнут звонить. Я уже на две недели просрочили платеж по ипотеке. И в ближайшее время платить было нечем, а там не за горами новый взнос.

– Может, продать квартиру? – предложила мне как-то подруга Нинка.

– Продать? – удивилась я тогда. – Как? Она же в залоге. А денег погасить ипотеку у меня нет.

– Надо просто найти того, кто погасит ипотеку.

– А мы с Сашкой куда?

Впрочем, позже я все-таки сходила к юристу.

– Нет, вы не можете продать квартиру без согласия супруга, так как она куплена вами в браке, – пояснил молодой мужчина с маленькой бородкой.

– Но он пропал несколько месяцев назад, – произнесла я растерянно.

– Его признали без вести пропавшим или мертвым?

– Н-нет. Его ищут.

– Ну тогда вы ничего сделать с квартирой не можете, – поставил последнюю точку в нашем разговоре юрист.

Мне пришлось выйти на работу как только закончился послеродовой больничный. Мама в свободное от работы время сидела с Сашкой, а когда не могла, выручала соседка, Анна Павловна. За дополнительную плату, конечно, но это все равно было дешевле, чем нанимать няню на стороне. Да и ей я доверяла куда больше, чем посторонней женщине.

Так мы и жили уже полгода. А теперь этот Кирилл Андреевич явился. Сколько еще я смогу терпеть его хамство и грубость? Мое терпение тоже не резиновое. В конце концов, есть чувство собственного достоинства. А он об этом, похоже, не слышал. Мужлан неотесанный. Платье ему подавай. А где я его возьму? На какие шиши куплю? Впрочем, ему до этого не было никакого дела. Он начальник, хозяин, а мы… жалкие рабы. Особенно я. Оставалось только терпеть и надеяться на чудо. Либо он смягчится, либо вообще вернется в свою Москву. И на кой вообще сюда приперся?

Так я и проворочалась всю ночь, злая на жизнь и нового шефа. Еще и Сашка беспокойно спала. Видимо, чувствовала мое настроение. А к утру оно было ниже плинтуса. Не хотелось ни краситься, ни одеваться. Собрала волосы хвост, натянула на себя платье времен добеременной молодости, благо вынужденная диета позволила быстро вернуться в форму, и, попрощавшись с дочерью и мамой, помчалась на работу. Ну как помчалась. Чем ближе я подходила к офису, тем неохотнее переставляла ноги. Внутри все настолько яро протестовало против новых обязанностей и предстоящей встречи с шефом, что впору хоть пятками назад. Но ипотека… Сашка… Как же я ненавижу безденежье! И как я от него устала.

– Найти бы чемодан с деньгами, – мечтала я, поднимаясь в лифте. – Послала бы к черту этого Кирилла Андреевича. И Зуеву заодно. Причем по одному адресу. Пусть она ему там и прислуживает.

Шефа еще не было. Хорошо. Не приехал бы совсем, я бы не обиделась. Но едва мерно загудел компьютер, как дверь в приемную распахнулась и явился он, тот, кого не стоит поминать всуе. Лично для меня он был настоящим дьяволом. Как же я его ненавидела!

– Кофе сделай, – это вместо приветствия. И даже не притормозил. И не взглянул на меня. А впрочем, о чем это я? Такие, как он, на таких, как я, не смотрят. И слава Богу!

Дойдя до кофе-машины, я вспомнила, что заказанный кофе привезут после десяти. Опять делать из этого и снова выслушать в свой адрес много «лестных» слов? Пошла каяться.

– Кирилл Андреевич, – остановилась на пороге, боясь смотреть на директора.

– Что? – спросил он раздраженно, снимая пиджак. – Могла бы и проветрить перед моим приходом. Духота, дышать нечем.

А мне в приемной есть чем. Там вообще ни одного окна. Но молчу.

– Так что ты хотела?

– Я по поводу кофе, – начала неуверенно. – Новый еще не привезли. Будете пить вчерашний?

– Я предпочитаю свежий.

Я даже не сразу поняла, что он сказал. Губы дрогнули, но я запретила себе улыбаться.

– Я имела в виду тот, что я делала вам вчера. В смысле… – черт, совсем запуталась.

– Я понял, – прервал он мои потуги. – Неси, что есть. Я не могу начинать день без кофе. Кстати, закажи хорошую кофе-машину мне домой.

Час от часу не легче! Что бы я в них понимала?

– А на какую… сумму? – решила уточнить на всякий случай.

На меня посмотрели так, будто я спросила что-то неприличное.

– Я сказал, хорошую.

– Поняла, – коротко кивнула.

– Кофе, – произнес шеф.

– Что?

– Слушай, ну ты можешь шевелиться побыстрее? Я просил тебя принести кофе. Мне самому его сделать и тебя угостить? – устраивался монстр в кресле.

– Я сейчас сделаю, – выпалила я на одном дыхании и пулей вылетела из кабинета.

Перед тем, как вернуться с чашкой кофе, остановилась и задумчиво посмотрела на черную жидкость. Плюнуть, что ли? Может, хоть полегчает? Нет, не стала. Еще заподозрит чего.

– Ты приказ уже разослала? – спросил гендир, окинув меня оценивающим взглядом. И судя по появившейся между бровей складке, ему мой вид не очень понравился. Ну да. Платье не модное. И цвет уже потускнел. Но другого нет. А джинсы сам запретил.

– Нет еще.

Он сделал глоток кофе и недовольно поморщился.

– Давай договоримся. Все мои указания ты выполняешь быстро и четко. Чтобы мне не приходилось тебе двадцать пять раз напоминать. Я ценю исполнительность. Ясно?

– Да.

– Вот и отлично, – монстр отодвинул от себя чашку с кофе и повернулся к компьютеру. – На десять вызови ко мне вашего начальника отдела кадров.

– З-зачем? – сорвалось у меня с языка.

Медленный поворот головы в мою сторону.

– Сейчас вызову, – поспешно произнесла я.

– И окно открой.

– Хорошо.

Ручка никак не поддавалась. Заело, что ли? Я ее и дергала и вверх-вниз поднимала. Створка ни с места.

– Попробую другое, – жалко пролепетала, оставив дурацкое окно в покое. На меня не обратили внимание. Это хорошо.

Впустив, наконец, в кабинет свежий прохладный воздух, я поспешила вернуться в приемную. Так, отправить приказ и вызвать Зуеву. Вроде, несложно. Ближе к одиннадцати позвонил курьер – кофе привез. А как отойти? Там у него кадровичка. А если что-то понадобится?

– Ир, а если тебе отойти надо, а у шефа совещание? – позвонила я коллеге.

– Сижу.

– Там курьер приехал с кофе. А у этого Зуева. Что делать-то?

– Ну, пулей вниз и обратно. Что могу сказать?

Схватив деньги, я бегом рванула на первый этаж. На каблуках уже миллион лет не ходила. Чуть ноги себе не переломала, но успела. Аккурат к выходу Зуевой из логова зверя. И судя по ее бледному лицу и поджатым губам, разговор был не из приятных.

– Что? – спросила одними губами.

– Штат сокращать хочет, – шепотом ответила она, проведя ладонью по лбу.

– Кого? – опешила я.

– Пока не знаю. Изучит штатное, а там видно будет. Так что сиди, не высовывайся.

Пришла беда, откуда не ждали. У меня аж руки затряслись от страха. Правда, тут же пришлось о нем забыть. Телефон разрывался от возмущенных звонков:

– Это что за приказ? – из отдела логистики.

– Что за дресс-код? – снабженцы.

– Это шутка? – от программистов.

А я причем? Сама не в восторге. Сама чувствую себя в платье как корова под седлом: неудобно и все время хочется скинуть. Но лишь бы начальство улыбалось. И зарплаты не лишало.

– Я на обед, – бросило не к месту помянутое начальство и пронеслось мимо меня вихрем. Что ж, смотрите не подавитесь!

Я достала из сумки огурец с маминой дачи и маленькую баночку с макаронами. Есть совсем не хотелось, но надо было. А-то и без того скоро ноги протяну. Вяло пережевывая свой скудный обед, позвонила маме узнать, как дела. Ну хоть там все было хорошо. Сашка ела, играла и исправно пачкала памперсы. Кстати, надо купить упаковку, а-то там осталось всего несколько штук.

– Купить, – ухмыльнулась я. – На что?

Проверила баланс карты, посмотрела на календарь. Печалька печальная.

Вернулся монстр. Вроде поел, а взгляд голодный, как у вурдалака. Может, обед был невкусный? Ну могу предложить вареные макароны. Объедение просто!

Заперся в кабинете. Да пусть хоть спит там, лишь бы меня не трогал. Ага, размечталась!

– Вызови юриста, – рявкнул по телефону. – И на пять – финансового.

– Хорошо.

Ни спасибо тебе, ни доброго слова. Видимо, там в Москве это непринято.

У монстра одно совещание сменялось другим. А я не сводила глаз с часов. Стрелки приближались к шести. Отпрашиваться? Там Ковалев застрял. Наверное, деньги делят. Снова придется задерживаться. Я уныло подперла подбородок кулаком и уставилась в экран компьютера.

– Интересно, у него есть жена? – подумала, потирая пальцем клавиатуру. – Судя по всему, нет. Иначе не сидел бы тут до чертиков. Да и не был бы таким злым.

Около семи дверь в кабинет гендира резко распахнулась, заставив меня подпрыгнуть в кресле. Михаил Олегович нервно поправил галстук, бросил на меня затравленный взгляд и поспешно ушел. Видать, с ним тоже «мило» пообщались. Скоро у нас тут у всех глаз будет дергаться от такого директора. Ладно, пока не озадачил чем-то новым, надо отпроситься. Глупо, конечно, звучит отпрашиваться после конца рабочего дня. Но Трудовой Кодекс у нас в стране исключительно ради галочки. Кто его вообще соблюдает? Глупости какие!

– Кирилл Андреевич? – я робко вошла в кабинет. Он стоял у распахнутого окна, вполоборота ко мне. Недовольно оглянулся. – Я вам еще нужна?

Монстр окинул меня взглядом с ног до головы и отвернулся.

– Кофе купила?

– Да.

– Сделай кофе.

Я чуть не зарычала от злости. Ну какой кофе? У меня уже час как рабочий день закончился! Нет, я все-таки плюну ему в чашку. Не сегодня, правда, но если допечет как следует, то плюну. Обязательно!

– Ваш кофе, – поставила на стол чашку. – Еще что-нибудь?

– Нет, – ответил задумчиво. И в этот момент он выглядел не таким опасным, как еще утром. Скорее, уставшим. Но впечатление было обманчивым. Монстр поднял на меня стальной взгляд. – Можешь, идти.

И тут же отвернулся.

– До свидания, – произнесла я негромко.

Не ответил. Хам! Что с него взять?

– Стой!

Рано я почувствовала себя свободной. Ну что тебе еще надо? Отпустите уже Добби!

– Ты заказала кофе-машину?

Черт! Совсем из головы вылетело.

– Ты издеваешься? – спросил шеф на выдохе.

– Сейчас закажу, – торопливо ответила я, а в голове в это время шла бегущая строка, сплошь состоящая из нецензурных слов. Вот сдалась ему эта кофе-машина. На работе напиться кофе нельзя, что ли? Тем более, бесплатный.

В общем, к тому времени, когда я наконец выползла из офиса, на улице было темно. А этот гад хоть бы предложил подвезти. Вон как промчалась его машина мимо меня. Ненавижу!

Глава 2

Так и потянулись мои дни, наполненные ненавистью к начальству, и ночи, полные отчаяния. О Пашке не было никаких вестей. Как сквозь землю провалился. Хоть бы тело уже нашли. Отплакала бы, да хоть могила была. А тут… В полиции только разводили руками. Дважды звонили из банка напоминали про платежи. Как будто про это можно забыть! Клятвенно обещала, что вот прям в ближайшие дни, вот честно-честно… А долг медленно, но верно рос.

А потом пришла беда, откуда я и не ждала. Маме утром надо было на смену. Она работала медсестрой в хирургическом отделении. С Сашкой должна была прийти сидеть Анна Павловна, но аккурат в семь утра раздался телефонный звонок.

– Юлечка, сегодня не смогу посидеть с Сашей, – сообщила соседка. Внутри все упало.

– Как?

– Спину вчера потянула. Лежу пластом. Даже встать не могу.

А мне что делать? Брать день? Монстр мне его точно не даст. Разве что приложит к нему мою трудовую книжку. Еще и банкиры сегодня к нему должны приехать. Точно не даст.

– Нин, выручай, – позвонила я подруге. – У тебя ж вроде выходной сегодня.

– Ну да, – сонным голосом ответила она. – А что случилось?

– Посиди с Сашкой, пожалуйста. Анна Павловна заболела. У мамы смена. И мне на работу надо.

– Ээээ, а что я буду с ней делать?

– Играть, кормить. Ты же знаешь, она спокойная. Я все тебе напишу.

– Слушай, ну я могу только ближе к обеду. К врачу записалась. К ней знаешь, какая очередь? Если сегодня не попаду, то потом только в августе, в лучшем случае.

– Черт! – мозг лихорадочно искал выход. – Ладно. Давай как сможешь. Подъедешь ко мне на работу?

– Ок. Договорились.

Оставалось только надеяться, что монстр не такой уж и монстр – ребенка не съест. А банкиры будут только после обеда. К тому времени Нинка уже заберет Сашку. Да и у гендира с утра встреча в Торговой палате. В общем, полдня я собиралась как-нибудь продержаться. Но, видимо, не в этой, так в прошлой жизни все-таки очень сильно нагрешила. Убила, может, кого, расчленила и съела.

Монстр явился раньше, чем я надеялась. То ли встречу отменили, то ли закончилась она быстро, но в десять дверь приемной рывком распахнулась, являя огнедышащего дракона. Мы с Сашкой обе испуганно уставились на него.

– Это что? – вытаращил он глаза на мою дочь.

– Р-ребенок, – заикаясь ответила я.

– Вижу, что не пылесос. Что он здесь делает?

– Мне не с кем было ее оставить, – опустила глаза в пол. И без того хотелось провалиться сквозь землю, а тут еще и Сашка собралась расплакаться.

– Это мои проблемы? – рявкнул монстр. – Здесь, в конце концов, офис или детский сад?

– Скоро ее заберут, – жалко пролепетала я, чувствуя, как горят щеки на пару с ушами.

– Чтобы через пять минут ребенка тут не было, – прошипел он и умчался в свой кабинет.

Сашка все-таки расплакалась.

– Тихо, тихо, не плачь. Пожалуйста, не плачь, – умоляла я ее, собираясь тоже разреветься.

Нина на телефон не отвечала. И что же делать? Набрав в грудь побольше воздуха и медленно выдохнув, постучала в логово зверя.

– Кирилл Андреевич, – робко произнесла.

Он поднял на меня злой взгляд и тут же перевел его на уже успокоившуюся Сашу.

– Почему ребенок еще здесь?

– Кирилл Андреевич, я бы хотела сегодня взять день. Полдня.

– Что? – выдохнул шеф.

– Мне не с кем оставить ребенка.

– Слушай, меня это не должно волновать, – шипел он. – Это твой ребенок и твои проблемы. Найди няню, если ты предпочла работать, а не заниматься ребенком.

Я проглотила оскорбление.

– Я не могу сию секунду найти няню, – процедила сквозь зубы, с трудом сдерживаясь, что не наорать на него. – Мне, что, ее в окно выбросить?

Монстр уставился на меня так, будто я обзавелась парой дополнительных ушей или третьим глазом.

– Делай, что хочешь, но чтобы к обеду ребенка тут не было, – приказал он.

– Скоро ее заберут, – кивнула я. – Кофе хотите?

Может, после него он подобреет. Хотя это не о нашем гендире.

– Спасибо. Уже напился, – ответил он раздраженно.

– Будут какие-то распоряжения?

– Меня ни для кого нет.

– Хорошо.

Я вышла в приемную и, закрыв за собой дверь, выдохнула.

– Ох, Сашка, чуть не попали мы с тобой сейчас.

Она смотрела на меня широко распахнутыми голубыми глазенками и ничего не понимала. Наконец, отзвонилась Нина.

– Юль, уже еду. Только тут пробка.

– Нин, давай быстрей. Монстр в ярости.

– Ну у меня крыльев нет, подруга.

– Жду.

Не успела я договорить, как шеф явился собственной персоной. Сунул мне в руки бумаги и велел откопировать. Еще и Сашку одарил таким взглядом, что хотелось закрыть ее собой. Ну хоть ничего не сказал.

– Вот оригиналы, а это копии, – вернула я ему документы через несколько минут.

– Ты его вообще с рук никогда не спускаешь? – спросил монстр, не глядя на меня.

– Я не могу оставить ее одну в приемной. С дивана она может упасть, а на полу… Не особо чисто.

– А, что, отец посидеть с ребенком не может или тоже занят? – он сравнивал копии с оригиналами.

– Его нет, – потупила я взгляд, но объяснять ничего не собиралась.

Шеф бросил на меня недовольный взгляд.

– Найди няню, – посоветовал напоследок, прежде чем отпустить.

Я кивнула. Правда, промолчала, что моя зарплата не позволяла иметь няню. Ему-то какое дело до моих проблем?

Нина забрала Сашку перед самым обедом. Я уже и не надеялась на это. Пришлось им еще и такси оплатить, потому что дочь благополучно уснула.

Вернувшись в приемную, принялась разбирать документы, которые успел подписать монстр. Есть хотелось до чертиков, а он, похоже, на обед не собирался. Ладно, поем так. Надеюсь, что у него не возникнет желание выйти в этот момент. Кажется, по телефону с кем-то разговаривает.

Я достала ненавистные макароны. Сегодня без огурца. Просто так. Макароны с макаронами. Меня от них уже тошнило, но выбирать не приходилось. И только я положила в рот первую порцию, как… Ну, несложно догадаться, правда? Монстр решил выбраться из… кабинета. И уставился на меня, потом на макароны.

– Почему ты ешь здесь? – опять недоволен. – Есть же комната для обедов. Разве нет?

– Есть, – проглотила непрожеванные макароны. – Но вы запретили мне уходить из приемной.

– Терпеть не могу, когда едят на рабочем месте. Не хватало еще, чтобы ты документы залапала жирными руками.

Стало обидно. Я всегда ела аккуратно, пользовалась салфетками и тщательно потом мыла руки.

– Вот это отсканируй, – велел он, положив пухлую папку с документами на край стола.

– Все? – испугалась я.

– Да. Всю папку.

– Хорошо, – кивнула. Есть уже не хотелось. Макароны отправились обратно в сумку.

А потом приехали банкиры. Вчетвером. Холеные, пресыщенные жизнью и раздутые, как клопы, которые всю ночь сосали кровь. И я впервые увидела улыбку монстра. Его лицо мгновенно стало другим. Доброжелательным, открытым и… красивым. Почему я раньше этого не замечала? Впрочем, я вообще старалась на него не смотреть, никогда. Только мельком. А здесь даже залюбовалась. И чуть не споткнулась.

– Ваш кофе, – улыбнулась мужчине с густой бородой. Остальные, слава Богу, отказались. А-то точно бы не донесла.

– Благодарю, – ответил он, тоже улыбнувшись. Потом сделал небольшой глоток кофе, будто просто губы намочил, и добавил:

– М, какой вкусный кофе. У вас просто волшебные руки.

Я даже покраснела от смущения. Эх, мне б такого начальника. А-то от монстра и слова-то доброго не дождешься. Одни только бесконечные придирки. Я подняла на него глаза, собираясь спросить, нужно ли что-то еще, и слова застряли в горле. Шеф улыбался, но в глазах его было столько холода, что в пору надеть пальто. Ну чем я опять провинилась?

Из приемной набрала Свету.

– Слушай, ты долго еще будешь болеть?

– Эм, – опешила она от моего напора. – Не знаю. Врачи говорят, месяц минимум. Перелом нехороший. Может, плохо срастись и тогда операция. А что?

– Я хочу вернуться на свое рабочее место. Не хочу работать секретарем.

– Но тут уж я никак. А, что, новый директор не сахар?

– Он просто яд, Светка. Не могу с ним работать.

– А что не так-то?

– Он же вечно злой, недовольный, орет, хамит. Хочется просто послать и уйти.

– Ну что могу сказать? – вздохнула Света. – Был у меня такой на предыдущей работе.

– И как ты справлялась?

– Никак. Уволилась.

Нет, это не мой вариант. И что делать? Терпеть. Выполнять все указания, ходить на цыпочках и надеяться, что Светкин перелом срастется быстро и правильно. Потому что лично я уже на грани. И только утренний звонок из банка вернул меня на землю. Оставалось только найти какой-то подход к монстру. Стать исполнительной? Перестать косячить? Как, если никогда не знаешь, чем в следующий раз останется недовольна его темная душенька?

– Может, переспать с ним? – мелькнула в голове дикая мысль, от которой меня тут же передернуло. Во-первых, я не из таких. Во-вторых, замужем, хотя муж и неизвестно где. И, в-третьих, с кем угодно, но не с монстром! Что ж, будем учиться быть идеальным секретарем.

Я открыла ежедневник и тщательно записала туда все, что должна успевать делать до прихода шефа. Потом на липучке записала номера телефонов, по которым чаще всего приходиться звонить по его просьбе. А-то каждый раз лезу в справочник. Договорилась с охраной, чтобы сообщали о приезде монстра. Хоть морально успею подготовиться. Ну и внешний вид. Надоело видеть его оценивающие и пренебрежительные взгляды. Ну да, в моем гардеробе только два платья и одна юбка и те не первой свежести. Придется раскошелиться. Опять банк останется без моих денег.

– А ты скоро – без квартиры, – шепнул внутренний голос.

Но если я сейчас не потрачусь на приличную одежду, то скоро еще и без работы останусь.

После ухода банкиров шеф долго меня не беспокоил. Я даже расслабиться успела. А сообщение о том, что пришел аванс, заставило счастливо улыбаться. В этот-то момент монстр меня и застал. Я даже не услышала, как он вышел из кабинета. Поднимаю глаза от телефона, улыбаясь, как дура, и вот он, собственной персоной. Да смотрит так, что кровь в жилах стынет и улыбка сама сползает с лица, как макияж под дождем.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.