Виктор Смирнов
Современная русская новелла

Новеллы в прозе

Летун

Чтобы как-то поддерживать свое существование на планете, люди должны трудиться, причем не просто, а именно в поте лица. Но некоторые субъекты не хотят мириться с этим печальным для них обстоятельством. Известно, что один процент людей, населяющих Землю, никогда и ни при каких условиях не будет работать. Именно эти, так сказать, отщепенцы как раз и представляют реальную угрозу для счастья, здоровья и благополучия нашего вполне цивилизованного общества…

Ричард в свои девятнадцать лет является вполне законопослушным гражданином. Он почти добросовестно исполняет свой трудовой долг во имя процветания нашей прекрасной Земли. И всё бы хорошо, но Ричард слишком часто меняет вид профессиональной деятельности. Сегодня он – трубочист, завтра – кочегар, а послезавтра – грузчик на цементном заводе. В нашей стране таких людей презрительно называют летунами. Ричард – летун, и с этим трудно не согласиться…

Когда рассвет запылал над летним городом, Ричард спал крепким и здоровым сном. Его сонные видения, состоявшие из сумбурных отрывков прошлой жизни, переплетались между собой в причудливые картины. Ричард видел Михалыча, своего бывшего начальника на Пивзаводе, который почему-то учил его отстукивать какой-то мажорный рок-н-ролльный ритм на барабанной установке; видел своих бывших школьных друзей, которые каким-то чудесным образом вместе с Ричардом оказались в Касне, в его родной деревне под Вязьмой… Наверное, так устроена человеческая душа, что события, яркие и не очень, которые мы ранее пережили в реальной жизни, во сне могут вдруг соединиться в одно целое…

Но жаркое солнце всё выше и выше поднималось над уставшим от зноя горизонтом, и добрый, ласковый солнечный лучик, проникнув между цветными шторами, осветил безмятежное лицо спящего Ричарда. Яркий свет обнажал все подростковые недостатки его лица. На лбу можно было рассмотреть морщины, слишком ранние и изрядно глубокие, которые незадачливый юноша усиленно разглаживал каждое утро влажным махровым полотенцем; а на подбородке виднелись длинные, но чрезвычайно редкие черные волоски, которые Ричард отращивал, чтобы хоть немного походить на крутого мужчину.

Физиономия Ричарда растекалась в блаженной улыбке. Наверное, во сне он созерцал что-то очень светлое, доброе и нежное… Но даже самое хорошее когда-нибудь заканчивается, и противно звенящий будильник заставил Ричарда вернуться к повседневным заботам суровой реальности. Ричард нехотя, с большим трудом, раскрыл свои маленькие зеленые глазки и сладко-сладко потянулся. «Провались она пропадом, эта низкооплачиваемая и трудная работа… лучше бы я окончил одиннадцать классов средней школы № 29 и поступил в какой-нибудь престижный московский вуз… ну например, в МГУ…», – угнетенно подумал просыпающийся подросток, и на его лице отразилась горькая гримаса вечного недовольства тяготами современной городской жизни. Еле-еле, с превеликим нежеланием покидать теплую кроватку, Ричард начал натягивать на свое не очень стройное тело какую-то непонятную одежду непонятного цвета. Застилать постель – это самая великая мука для Ричарда. Вот и сейчас он на свой страх и риск решил проигнорировать этот тяжелый и скучный ритуал, который вынуждены соблюдать почти все люди на Земле.

А в холодильнике Ричарда уже давно поджидал аппетитный кусок вареной колбасы…

Должность экспедитора не очень устраивала амбициозного молодого человека, потому что зарплата была слишком маленькой. А шустрому летуну нужно было жить на широкую ногу – хотелось каждый день покупать новые смартфоны, новые сим-карты, новые джинсы… Действительно, зарплаты в тридцать тысяч рублей было ему недостаточно для того, чтобы пожить в свое удовольствие. И Ричард не захотел-таки мириться с этим безобразием, он решил найти новую работу. Для этого он купил специальную газету и принялся яростно читать объявления. Глаза жадно скользили по великому множеству разнообразных вакансий, представленных на рынке труда. «Да что же это такое! Требуются одни грузчики, сторожа и дворники! Что за страна… кроме ёлок, черного хлеба и рабочих специальностей, здесь больше ничего нет…», – с глубокой досадой подумал Ричард и нервно зевнул. Но делать нечего, пришлось ему всё-таки идти дворником. И хоть денежное вознаграждение в этой сфере было в пятнадцать раз меньше зарплаты экспедитора, но зато перспектива подметальщика привлекала Ричарда своей таинственностью…

Да, дворник – достаточно немилосердная, но вполне романтичная профессия, и Ричард прекрасно понимал это. С самого детства он с белой завистью наблюдал в окно за старым усатым дворником, беспечным шутником и забулдыгой, который каждое утро с колоссальным удовольствием приводил в порядок вверенную ему территорию.

В тот день Ричард с радостной песней в сердце отскребал бумажки от тротуара. Проходившие мимо люди с ухмылкой посматривали на угловатого подростка, подметавшего улицу. Но Ричард не обращал на них никакого внимания, ибо ему нужно было еще подмести огромное количество окурков, фантиков и других всевозможных человеческих «экскрементов»…

Советский холодильник

Однажды прекрасным тихим летним утром к элитной кирпичной десятиэтажке подъехала старая проржавевшая насквозь грузовая автомашина, изнутри и снаружи покрытая толстым слоем уличной пыли и копоти. Из нее бодро вышли четыре добрых слесаря-сантехника, которые подрабатывали по выходным дням грузчиками, чтобы как-то прокормить свои семьи. Большие синие мешки, которые стояли в левом углу фургона, напоминали им о том, что день предстоит нелегкий и что им придется сегодня разгружать не только мебель.

Все жители многоэтажки, скучавшие за отсутствием свежих новостей и уставшие от бесконечной комфортной бытовой идиллии, как один прильнули к пластиковым окнам. Тщательно прожевывая белоснежными фарфоровыми зубами черную икру на завтрак, люди пытались понять, что происходит у них под окнами, кто эти странные, на их взгляд, товарищи и что они здесь делают, собственно говоря. На лицах состоятельных жильцов проглядывалось пассивное недовольство происходящим во дворе действом. А слесари-сантехники тем временем, невзирая на каменные гладкие лица крупных начальников и чиновников (и их жен), принялись за дело. Им нужно было извлечь из машины невероятно большой неподъемный шкаф 1980-го года выпуска, тяжелый круглый древний стол из деревни, всевозможные тумбочки из чистого дерева, какой-то мелкий хлам, покрытый пылью веков, различную квартирную утварь и, конечно же, (куда ж без него) легендарный советский холодильник, который, к «несчастью», находился в самом конце фургона – напротив пугающих синих мешков.

Предварительно истоптав всё, что можно было истоптать, включая изящную низкую клумбу около подъезда, рабочие принялись разгружать автомобиль. Разговаривая на своем языке, веселые мужички, кидали на асфальт мебель и ее составляющие. Грохот стоял на всю округу. И вот, наконец, когда всё дерево было вынесено из фургона, ребята вчетвером подступили к холодильнику, поглядывая на него с опаской. Казалось, что четыре мужика, которые потаскали на своих плечах, спинах и животах немало тяжестей из советского прошлого, немного испугались данного холодильника. И неспроста. Весил этот агрегат почти «столько же», сколько в свое время весил среднестатистический советский автомобиль.

Крепко вцепившись настоящими мужскими пальцами, повидавшими виды, в ржавые металлические выступы холодильника, слесари-сантехники начали радостно кряхтеть и сопеть. От невообразимых тяжеловесных потуг лица бедняг потемнели пуще прежнего, а понятный только им язык стал намного изощреннее. Подтащив холодильный аппарат к выходу, они очень устали и положили его на бок, а сами вылезли из машины и присели на ступеньки, чтобы покурить и перевести дух. Выкурив по сигарете, они, всё так же с недоверием посматривая на холодильный агрегат, всё-таки бодро подошли к машине.

Одно неловкое движение нарушило все планы слесарей-сантехников. Холодильник фактически рухнул на асфальт и разбился вдребезги, несмотря на то, что он был очень крепким и, казалось, мог выдержать даже падение с 22-го этажа. Видимо, по «мистическому» стечению обстоятельств, горе-агрегату не суждено было работать в квартире, которая обладала всеми признаками евроремонта. А слесари, один из которых заезжал в этот дом, решили, что не стоит утруждать себя отнесением деталей разбившегося холодильника к располагавшейся рядом контейнерной площадке, ведь они не уборщики, в конце концов, а мастера слесарно-сантехнического искусства и по совместительству – грузчики-любители.

Долго еще разбитый агрегат «красовался» возле элитного подъезда, вызывая справедливое недоумение жильцов дома. Об него спотыкались не раз, особенно ночью; крепко расшибали лбы, затылки, порицая бедный холодильник и слесарей, которые здорово, но совершенно не умышленно «насолили» богатым людям, тем самым «отомстив» им за всё…

Последний человек СССР

Это было в далеком 1991 году… До краха коммунистического режима оставалось несколько минут. Достаточно жестокое время: перестройка, полудемократия, полугласность, отсутствие продуктов питания в магазинах… Страна находилась в состоянии экономического коллапса и катилась в пропасть. А граждане уже давно не верили в то, чего ждали долгие годы – в пресловутое светлое будущее…

И вот в это самое время, а именно 26 декабря 1991 года, на свет появился последний гражданин Союза Советских Социалистических Республик. Радости, конечно, не было предела…

Назвали нового человека очень простым именем – Патрикей. С ранних лет он катался как сыр в масле. Родители так лелеяли свое чадо, что юный Патрикей с каждым годом всё больше и больше замыкался на собственной персоне, со всеми вытекающими отсюда последствиями. В школьные годы подросток славился леностью, капризностью, завышенной самооценкой, нервозностью и изнеженностью.

Данные черты характера, в конце концов, привели его к неудачам на жизненном пути. К семнадцати годам он остался без профессии и почти без образования. Это было жестоким испытанием для родителей ребенка и для его младшего брата…

Прежде чем поступить в музыкальное училище имени Модеста Петровича Мусоргского, Патрикей, естественно, девять лет просидел без дела и цели в средней школе. Навыки пустого времяпрепровождения так прочно закрепились в душе подростка, что в музыкальном ПТУ он уже просто не мог не прогуливать нудные, на его взгляд, занятия. Его учитель Иван Иванович Иванов долго терпел Патрикеевы выходки, но в конечном итоге его слабые, потрепанные долгим преподавательским трудом нервы просто-напросто не выдержали такого ошеломительного напора всевозможных шалостей, и после второго курса Патрикея внезапно турнули из «храма» Музыки.

Опешив, наш герой начал искать себя в различных сферах деятельности. В порыве отчаяния он ринулся «покорять» Москву. Но не тут-то было. Столица не приняла в свои распростертые объятия растерянного меланхоличного юношу, так как на ее территории и без того хватает людей, живущих по принципу «что бы ни делать, лишь бы ничего не делать». Нелестное обстоятельство отказа стольного града радушно принять к себе нового жителя расстроило Патрикея еще больше, чем факт отчисления из музыкального училища.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.