# Дым

Милана Грозовая

Кевин был безумно счастливым мужем. Его устраивала его жизнь, он бесконечно любил свою жену и строил планы на будущее, пока однажды не увидел свою возлюбленную в постели с другим…

Содержит нецензурную брань.

## Пролог

Полумрак просторной гостиной разбавлял только маленький настольный светильник. Его желтый удручающий свет озарял мужчину, который сидел в кожаном кресле. Рядом с ним на журнальном столике стояло несколько пустых бутылок вермута, и уже в десятый раз опустевший стакан. Мужчина сидел в расстегнутой рубашке, залитой каплями алкоголя, брюки без ремня, босой, весь измятый и уставший.

Из красных опухших глаз текли слезы, а в его руке был крепко зажат револьвер.

– Не получается…– прошептал он. – Не получается…– мужчина прижал дуло к виску. Его руки дрожали, а он никак не мог остановить слез. Слабый, сдавшийся, сломленный – будто мертвый, но все еще живой. – Не могу так больше…Господи…– палец потянулся к курку. – Простите меня, ребята.

Закрыл глаза…

– Кев! – в комнату ворвались два парня. Один из них тут же выхватил пистолет, а второй заломал руки пьяного суицидника, скрестив их за его головой. А тот даже не сопротивлялся. – Ты что творишь!?

– Я не могу…– громко заревел Кевин Фойс. – Не могу без этой твари! – заорал он во весь свой грубый хриплый голос.

А ребята стояли и смотрели на своего друга, ненавидя ту женщину, что сотворила с ним такое.

– Хватит, дружище, давай, – потянул голубоглазый брюнет его подняться.

– Вставай, – схватил его блондин за запястья, и они, подхватив под руки довольно крупного высокого парня, повели его шатающегося в душ.

Усадили в ванную.

– Все, – хмыкнул брюнет, включая воду, – пора просыпаться.

И ледяной поток кинулся на убитого горем мужчину.


– Ты как? – сидели они в парке на скамье.

– Нормально, – осипший голос Кевина все еще напоминал о недавнем происшествии. Он достал сигарету из пачки и затянулся. – Нормально.

– Шейла не звонила? – брюнет спросил будто невзначай, жуя гамбургер.

– Нет, Каин. Нахрена я ей теперь сдался, – тот затушил сигарету о пачку, выбросил в рядом стоящую урну и тут же закурил новую. – Какого черта мне так херово?

Каин смолчал в ответ.

– Лучший способ забыть бабу, завести новую, – предложил блондин, прожевав сладкую булку. – В клуб пошлите?

– А пошли, – хмыкнул Кевин. – Давай, Лукас, ты же спец в развлечениях. Выгуляй меня.

Тот радостно потер руками и, выкинув бумажку от съеденной булки в урну, встал:

– Тогда гулять! Пить и веселиться!

Длинная ночь, мутные воспоминания и чужая женщина рядом.

Отвлекло.


– Голова не болит?

Парни весело смотрели на Кевина, шагая вдоль центральной улицы, а тот скорчил ироничную рожу.

– Сами-то не болеете?

– А мы уже привыкли! – Лукас и Каин хлопнули по рукам, радостно заулыбавшись, и снова уставились на друга. – Это ж ты у нас женатик был. Мы-то парни свободные!

Тот снова одарил их взглядом, полным сарказма.

– Да-да, – зажал он сигарету между губ, – конечно. Черт, – похлопал по карманам, – зажигалку не купил. Вон кафешка, пошлите зайдем. Может у них есть чем подкурить, – кивнул он в сторону небольшого кафе с вывеской «Королевская еда».

– Какая чудная официанточка, – игриво подмигнул Лукас, когда они вошли.

– Сядем туда, – ткнул Каин пальцем на мягкие диваны у широкого окна. – Там зона для курящих и оттуда видно эту девицу. – Милая! – позвал он девушку, что уверенно к ним подошла.

Кевин поглядел на нее. Среднего роста, вся при фигуре. Губы пухлые, глаза большие, нос курносый.

– Кукла, – выдал он, подкурив принесенными ею спичками, когда официантка оставила их. – В твоем вкусе, да? – кивнул Лукасу с улыбкой и затянулся.

– Ему не светит, – захохотал Каин, хлопнув того по плечу. – Она точно на меня запала.

– Да тебе гавнюку вечно везет, – наиграно зло пробормотал Лукас и, схватив Каина за шею, принялся втирать кулак в его макушку.

Ребята захохотали и Кевину полегчало.

С ними ему спокойно. С ними везде, как дома. Даже это маленькое кафе кажется ему сейчас уютным.

Он поглядел вокруг.

– Ну что? Как будем сегодня праздновать? – поинтересовался Лукас.

– Напьемся? – выдохнул кольцами дым Кевин и взглянул на него. – Я б напился.

– Никак не очухаешься, – покачал головой Лука. – Всё бабы. Все беды от баб, – принялся он за принесенные оладьи. – Говорю вам. Поэтому у меня семьи не будет.

– Никогда? – поинтересовался Кевин.

– Никогда. С ними крепкой семьи, как с друзьями, не получится. Тебя в армии бросили, тебя прямо в браке бросили, – поглядел он на ребят перед собой. – А меня при рождении, хоть это и маманя, но тоже баба. Вам не кажется, что сама жизнь намекает, что лучше без них?

– Но без них никуда, – вздохнул Каин. – Хоть потому, что без них не родились бы мы.

– А может я предпочел бы не рождаться? – Лукас замолк и нахмурился. Отложил вилку и уставился на опустевшую тарелку перед собой.

Парни тоже замолчали.

– С днем рождения, друг, – тоскливо произнес Кевин, глядя на потухшего в этот миг солнечного Лукаса.

Он прав – не стоит. Больше никаких женщин. Хватит с него любви. Это чувство, как дым – вот оно есть, а вот его уже унесло с первым порывом ветра.

И вновь чьи-то ненужные руки, и чьи-то незнакомые губы.

И вновь отвлекло.


Кевин поднялся, надел штаны и, глянув на разукрашенную рыжеволосую девицу, спящую в его кровати, хмыкнул. Пошарил по карманам валяющегося на полу пиджака и достал сигареты. Подкурил и уставился в окно. Помнится, он бросил курить из-за того, что Шейла на дух не переносила табачный дым.

Мужчина зло поглядел на дымящуюся спасительницу и снова хмыкнул. А теперь его бывшая женушка стонет под каким-то богачом, что курит кубинские сигары.

– Привет, – пробормотала сонная девица, усевшись в кровати.

Кевин хмуро и как-то по-звериному улыбнулся:

– Ну привет, бешеное создание. Ты мне всю спину исцарапала своими когтищами.

А та, нисколько не застеснявшись, облизнула губы:

– Мы можем повторить.

Кевин вновь глянул на сотлевшую сигарету и, затушив ее о пачку, весело усмехнулся:

– Почему бы и нет.


«Ну что? Сегодня гуляем?»

«Гуляем».

«А сегодня?»

«И сегодня», и сегодня, и сегодня…

## Глава 1

13 месяцев спустя…

Мистер Арлин места себе не находил. Он метался по кабинету, тиская в руках влажный платок, которым, то и дело, промакивал вспотевший от нервного напряжения лоб. Эдвард отменил все поездки, освободил весь день, отбросил прочь все, что раньше казалось важнее жизни – и сделал это только ради одной этой встречи.

Человек, которого он ждал оказался единственной надеждой для маленькой разваливающейся семьи Арлин. Послужной список его заслуг был длиннее чем перечень имущества Эдварда, а ведь он владелец многомиллиардного состояния.

Мужчина нервно сглотнул и снова вытер пот со лба белым платком.

Среднего роста, пухловат, уже начал лысеть. По нему сложно было сказать, что он глава самого крупного финансового холдинга Австрии и держатель почти пятидесяти процентов акций заграничных филиалов, таким добродушным лицом и манерами он обладал. Зато его будущий собеседник слыл совершенной противоположностью лояльного или терпимого человека. Не зря ведь единственным советом, который дала ему Элин по этому поводу было «Не требуй».

Эдвард снова промокнул лоб платком и замер. В холле послышался холодный уверенный голос. Дверь слегка зашуршала и податливо двинулась вперед.

В кабинет вошел мужчина. Высокий, уже за тридцать, черные, как вороново крыло, волосы, легкая ухоженная щетина и серые, будто угрюмое небо, глаза, в которых затаился взгляд дикого зверя, что досыта наелся и теперь его мутило от вида любого угощения.

На крепком теле костюм цвета матовой стали, черная рубашка без галстука, две верхние пуговицы расстёгнуты, освобождая широкую шею от ненужного ошейника.

Грозный, уверенный и совершенно лишенный теплоты человек.

Арлин содрогнулся и нервно улыбнулся, торопливо, направляясь к нему и протягивая руку:

– Мистер Фойс, очень рад нашей встрече.

– Присаживайтесь, –  послышалось грубоватое и глухое, со странной, но не раздражающей, хрипотцой. Мужчина пожал ладонь и указал на кожаное кресло напротив места за его столом.

– Простите еще раз, что нагрянул так неожиданно, – Арлин все никак не мог удобно устроиться в кресле и снова поднялся, уткнувшись взглядом в собеседника. Судя по личному делу, Мистер Фойс довольно молод, но на его лице уже отпечатался глубокий след всего пережитого.  Он разошелся легкими морщинами по лбу и застыл неприветливой ухмылкой на губах.

У Арлина опять пот на лбу выступил. Он чуть прошелся и вновь сел:

– У меня к вам довольно деликатный разговор.

– Слушаю, – Кевин ответил совершенно спокойно, наблюдая за странным поведением этого миллиардера и, терпеливо выжидая, когда он озвучит суть дела.

– Шестнадцать лет назад, 28 августа…

– Я знаю. Я навел справки.

– Это хорошо, – с облегчением выдохнул Эдвард и расслабился в кресле, но его тоскливый взгляд заставил Кевина нахмуриться. – Не могу вновь и вновь это вспоминать. Тот день всем нам оставил незаживающие раны. Но особенно моей дочери. – Арлин вдруг замолк, глянул на мгновение в окно за спиной Фойса и вновь нервно улыбнулся Кевину. – Она совсем потеряла вкус к жизни. А в этот раз я уговорил ее отпраздновать день рождения. Праздник нужен ей. Он всем нам нужен. Но страх…

– Я понимаю.

– Эти две недели и само торжество… Будет шумиха. Мы столько лет прожили затворниками. Мне нужна ваша помощь.

Кевин качнул головой, понимая к чему тот клонит.

– Но речь не только об общей охране и прочем. Речь о моей дочери. Она больше не должна бояться. А вы… Вы лучший из всех в вашем деле. Только положительные рекомендации, такие отменные характеристики от высоких чинов. И ваш личный опыт…

– Чего вы хотите? – Фойс облил его холодным взглядом, и мистер Арлин выдал все за раз.

– Присмотрите за моей дочерью пока шум не спадет и пресса утихомирится. Она должна чувствовать себя в безопасности.

– Я не занимаюсь… – поднялся Кевин, но Эдвард схватил его за руку, вскочив следом.

– Любые деньги!

– Я не занимаюсь личной охраной, – практически прорычал Фойс.

– Прошу! Вы моя последняя надежда!

Кевин посмотрел на этого мужчину и тяжело вздохнул.  Он много таких людей повидал. Тех, кто тонул в океане из больного прошлого и никак не мог выбраться на берег. Машешь руками, кричишь, зовешь, но вокруг только мгла. А воспоминания все накатывают и накатывают, пытаясь утопить, забрать в свои темные воды; не желая отпускать столь сладкого пленника. И если никто не протягивает руки – ты устаешь бороться, начинаешь мириться с происходящим, прекращаешь попытки спастись…

Одного такого он каждое утро видел в зеркале.

– Надежда? Вы, о чем?

– Я не доверяю никому кроме вас. Ведь, кроме всего прочего, именно вас порекомендовал мой один очень хороший друг.

– Кто?

– Элин Барне.

– Элин? – Кевин удивленно свел брови и осторожно убрал руку.

– Простите, – нервно пробормотал Арлин и с надеждой взглянул на своего собеседника.

– Я думал она уже давно ушла на покой.

– Это все из-за Джоан. Моя дочь доверяет только ей. А Элин доверяет только вам.

Кевин задумался. Сержанта Барне он хорошо помнил. В армии она обучала их находить и обезвреживать взрывные устройства. Так значит об этой девочке она всегда вспоминала на службе.

– Джоан?

– Да. Моя дочь.

– Присмотреть? – Кевин оценивал все стороны этой не слишком приятной ситуации.

– Да. Вы сами понимаете. Прошлый день рождения, который мы праздновали, всем нам сломал жизнь. В этот раз подобного не должно случиться.

– Насколько мне известно, виновник в тюрьме.

– Да, но страх не запереть ни в какой клетке.

«Не запереть».

Кевин снова сел в свое кресло:

– Двести тысяч. Половина сейчас, половина через месяц. Каждому парню…

– Да. Все полностью будет оплачено. Просто составьте договор, я подпишусь под любой ценой.

– Вы так легко об этом говорите. А если я вас обворую?

– Я уверен в вас. Элин никогда бы не посоветовала для Джоан дурного человека.

Кевин достал сигареты из кармана, на мгновение задумчиво уставился на пачку, и кивнул:

– Да будет так. Завтра приеду. Все остальное вам объяснит секретарь, – указал он на дверь, и Арлин выдохнул с облегчением.

– Спасибо.

– Пока не за что.


– Слышал у тебя новый заказ? – Каин пил коктейль через трубочку, лежа щекой на столике в кафе.

– Да. У семьи Арлин.

– Это, случаем, не твой сосед?

– Да, он, – кивнул Кевин.

– Все как ты любишь, – засмеялся Лукас, наливая мед на оладушки. – Они и правда богачи. Осенняя роща, местечко для сливок, сливка ты наша.

– А сам-то? – поднял Каин голову и уставился на друга.

– Мда, – кивнул тот с набитым ртом. – И я вас туда уже давно зову.

– Мы еще от гулянки в твоем старом доме не отошли, – вздохнул Кевин.

– Это не дом, а вилла, – уточнил Лукас.

– Велика разница, – засмеялся Каин и вновь прилег на стол.

Телефон в кармане Кевина зазвонил и он, взглянув на экран, нахмурился.

– Чего? Мадама?

– Нет. Клиентка из клуба прислала фото, которые я просил. Друзья и все в таком духе, – Кевин уронил голову на спинку дивана. Выдохнул. – Спать хочу.

Каин тоже откинулся на диван:

– Я тоже хочу.

– Да вы достали, слабаки, – засмеялся Лукас.

– Вот обжора, – уставившись на него, добродушно улыбнулся Кевин, а тот радостно закивал.

– Завидуй молча.

– Конечно, кто-то у нас тренер, кто-то ест за троих и не толстеет, а тут боишься, что от воды превратишься в толстого пузана, – вздохнул Кев и поднялся. – Ладно, ребят. До завтра.


Он вернулся домой на своем джипе изысканного сапфирового цвета. Вышел и замер у крыльца. Огромные апартаменты, некогда купленные для будущей семьи, теперь были лишь для него одного. Он так и не продал дом, он даже кровать ту самую не выкинул. Только простыни поменял и имел на них всех, кто в руки шел.

Может так он мстил? Может. Только ничерта не помогло. На душе так и осталась черная дыра, что засасывает его все сильнее. Еще немного и он потонет в своем болезненном ощущении утраты.

Кевин шумно вдохнул, вытащил пачку сигарет, подкурил. Затянулся и, прикрыв глаза, выдохнул через нос клубы ароматного дыма.

– Напьюсь, – решил и тут же устало хмыкнул. – Завтра же встречаться с этой девицей.

Помнится, последняя богатенькая клиентка с пеной у рта доказывала ему, что он кретин, который не понимает, как важно выпендриться перед дружками. Ее ведь будут фотографировать. Все будут обсуждать; нужно платье, туфли и бла бла бла…

Как будто ему есть до всего этого дело.

Кевин бросил сигарету прямо на каменную дорожку и затушил туфлей. Спрятал пачку обратно в карман брюк.

Завтра она явно устроит ему взрыв мозга. И зачем он согласился на все это. Вряд ли бы Элин обиделась.

Кевин выдохнул так, что места во рту от воздуха не осталось, и медленно пошел в дом. Пустой, холодный, и все еще пахнущий сиренью. Глупо, но ему до сих пор так казалось.


За бессонной ночью утро пришло слишком медленно и уже в восемь Кевин подъехал к величавому особняку семьи Арлин.

У ворот его встретила Элин – высокая, подтянутая женщина, лет сорока, с совершенно седыми короткими волосами. Под ее тусклыми темными глазами залегли глубокие морщины, а на левой щеке раскинулся огромный уродливый шрам.

– Сержант, – протянул он ей руку,

– Да брось ты, – обняла его Элин. – Как ты, бесенок?

Кевин улыбнулся:

– Не забыли об этом дурацком прозвище.

– Да разве я могу. – Они медленно пошли вдоль широкой дороги, по направлению к особняку. – Спасибо, что согласился.

– Мистер Арлин упомянул о тебе. Я не мог отказаться.

– Ты, как всегда, верен долгу.

– Вы мне жизнь спасли, сержант.

– А теперь твоя очередь кое кого спасать, – она остановилась и серьезно взглянула на Кевина. – Джоан. Эта девочка никого к себе не подпускает. Ее жизнь лишена стремления, лишь академия и дом. Все остальное тишина и пустота.

– И почему я здесь?

– Потому что ты понимаешь каково это жить на самом краю – когда каждый день как новая расправа. Она, – Элин на секунду задумалась, – особенная.

– Особенная?

– Да. И я уверена, ты поймешь.

– Если все так сложно стоит ли вообще делать это торжество?

– Девочка слишком долго спит. Ей пора просыпаться, Кевин.

Остаток дороги они прошли молча, и уже у дверей Элин вновь остановилась.

– Помнишь еще что такое ПТСР?

– Конечно, – нахмурился Кев. – Как забыть-то.

– Хорошо, – улыбнулась, и они вошли в дом.

– Мистер Фойс, – к ним направлялся Арлин старший, и Кевин пожал протянутую руку. – Рад, что вы здесь. Сейчас я позову Джоан.

– Я позову, – улыбнулась ему Элин, слегка коснулась рукой его плеча и направилась вглубь коридора.

– Конечно, – Эдвард одарил женщину ласковой смущенной улыбкой и вновь взглянул на Фойса. – А после знакомства, я покажу вам дом. Раз вы решили, что это лучше банкетного зала. Есть все необходимые планы, документы, фотографии. Элин очень внимательно ко всему относится. Я....

Но дальше Кевин не слушал. Он просто глянул поверх Арлина и больше не смог отвести глаз.

К нему шла высокая стройная девушка. Шикарные формы, отменная стать. Длинные темные волосы, лежащие по спине и плечам подобно волнам в бушующем море. Смуглая кожа и невероятные карие глаза, обрамленные пушистыми ресницами.

Однако взгляд в них пустой и мертвый – как у утопленника.

Кевин нахмурился и неосознанно поежился. Понятно с чего Элин спрашивала его о посттравматическом синдроме. Эта девушка явно не станет мучить его разговорами о моде. Хоть бы она вообще заговорила с ним.

– А вот и Джоан! – воскликнул мистер Арлин и поманил к себе дочь. – Познакомьтесь, мистер Фойс, это Джоан, Джоан, это Кевин Фойс. Он любезно согласился обезопасить наш праздник.

Девушка сделала еще несколько шагов к нему и остановилась.

Кевина обдало восхитительным запахом сладкой лесной земляники, и он не сдержался, чтобы ни вдохнуть его поглубже.

– Мисс Арлин, – протянул ей руку, спустя пару мгновений. – Кевин Фойс.

– Я представляла вас иначе, – Джоан внимательно изучала жилистую крепкую мужскую ладонь, а Кевин с интересом изучал ее.

– В черных очках и с пистолетом на поясе?

Девушка некоторое время помолчала.

– Вы правы. Это слишком банально.

– Я этого не говорил, – Кевин пытался уловить ее настроение, а наткнулся на острый, как бритва, холодный взгляд.

– Просто, это очевидно, – Джоан так и не протянула ему руки.

Но его это нисколько не зацепило, и Кев, как ни в чем не бывало, продолжил беседу:

– Ваш отец сказал вам исполняется двадцать четыре через две недели. Праздник будет довольно, – он чуть нахмурился, подбирая нужное слово, – многолюдным. Это создаст определенные проблемы, учитывая место, которое вы выбрали.

– Да, – торопливо вмешался в разговор отец. – Мистер Фойс предлагает сменить место для твоего дня рождения.

– Что думаете? – Кевин не сдержал еле заметной улыбки, когда Джоан снова уткнулась в него долгим пронзительным взглядом.

– Милая, не нужно мучить нашего гостя такими долгими паузами.

Но Кевина это совсем не смущало и, тем более, не мучило. Он смотрел на нее внимательно, не отрывая глаз, пытаясь уловить и запомнить каждую черту и эмоцию на красивом лице.

– Ничего страшного. Я и без слов довольно понятлив.

Девушка вопросительно подняла брови, явно что-то решила для себя, и опустила глаза, а Кевин, вдруг, расстроился, потеряв ее взор.

– Мы с вашим отцом обсудили моё участие в этом мероприятии. Если вы не против, я готов стать вашим личным телохранителем ровно на четыре недели, пока не закончится торжество.

– Телохранитель? – девичий голос встревожился, но на лице и мускул не дрогнул. – Моим? Личным?

Элин и Эдвард всем телом напряглись в ожидании ее решения, а вот Кевин, наоборот, отчего – то наслаждался этим моментом.

«Твоим… Личным… Как звучит. Я бы стал… И даже не на одну ночь».

Девушка вновь одарила его задумчивым взглядом. Она казалась очень уверенной и в то же время невероятно хрупкой. Женственной и страстной, будто истинная амазонка с диким бунтарским нравом, и в это можно было бы поверить, если б не бескрайнее безразличие, таящееся в прекрасных карих глазах.

– Я не уверена, что вы нужны мне.

И снова ее взор потянул к себе. Он манил, и пусть был колюч, но Кевин лишь еще больше увлекался им. Фантазия неминуемо начала рисовать живописные картины самых непристойных вещей: он бы поцеловал эти мягкие губы совершенно неторопливо, смакуя, как дорогое вино, он бы впился в тонкую шею и непременно оставил бы на ней свой след. Пометил, как собственность, заставил бы сдаться, заставил бы ожить, загореться и гореть вместе с ним.

– Что за чушь, – Кевин сам себе удивился и ошалело качнул головой.

– Что? – теперь она искала его взгляд.

Но он вновь покачал головой:

– Мысли вслух.

Однако, впервые, за долгие годы любопытный женский взор заставил Кевина заинтересоваться.

– Мисс Арлин?

– О чем были ваши мысли? Если честно признаетесь я приму решение.

Кевин нахмурился.

Сунул руки в карманы, выдохнул и шагнул вперед, полностью устранив расстояние между ними. Он наклонился к девушке и чувственно прошептал, обжигая своим горячим дыханием ее ухо:

– Ваше тело… Я хочу его… – А вокруг вновь заструился аромат восхитительной сладкой земляники. – Охранять, конечно же.

Девушка застыла. В комнате повисла тишина. Наконец, Джоан сделала меленький шаг назад и вновь взглянула на него:

– Вы прямолинейны.

– Просто говорю, как есть. – Она манила куда больше алкоголя.

– Значит вы будете откровенны со мной? – девушка больше не отводила своих прекрасных глаз.

– Если мне будет позволено. Все же, вы правите этим балом.

Так близко она к нему; так приятно пахнет. Он хочет ее себе.

– Элин вас хвалила. Вы довольно дерзки и самоуверены. Однако это нормально, когда мужчина настолько привлекателен и имеет столь большой список заслуг.

Брови Кева удивленно поползли вверх.

– Я же тихоня и вряд ли способна за себя постоять, а еще… Я впадаю в ступор, когда мне страшно. Поэтому хорошо, что вы все понимаете без слов. Я позволю вам быть прямолинейным и прошу открыто говорить о том, что считаете нужным сказать.

– Вот как, – все больше удивлялся он этой девушке.

А она перевела взгляд на стоящих рядом Элин и отца:

– Я дам вам три дня, – вновь взор карих глаз обратился к нему, и Кевин в них утонул.

Как же глубока эта пропасть, как притягателен этот бесконечный обрыв.

– Испытательный срок назначаете, – он бы и рад деловито отказаться. Послать их всех, извиниться перед Элин и уйти… Но тогда не видать ему больше ему глаз и этого лица. Да еще и этот чудесный сладкий аромат земляники.

Кевин слегка нахмурился, прикидывая возможные варианты развития событий, но она от него взгляда не отводила. Он чувствовал застывший в воздухе беззвучный вопрос. «А еще, – Кевин улыбнулся, – кажется, это вызов».

– Думаете отступлю из-за чувства собственного достоинства?

Джоан будто смутилась и торопливо опустила взгляд к полу:

– Гордыня – видимо, не ваш порок.

– Не мой, – довольно улыбнулся Кевин, ощутив за столь долгое время непривычный прилив задора. Отчего – то сейчас, в этой странной ситуации, он чувствовал себя победителем.

– Тогда что же ваш порок?

Он улыбнулся еще шире, оголив ровные белые зубы, а затем вновь склонился к ней. Кевин замер в вопросительном ожидании, и она сдалась, покорно подняв голову и взглянув на него.

– Похоть, – прошептал он.

Кев увидел, как девушка сглотнула, как торопливо облизнула пересохшие губы и вновь опустила взгляд.

– Вы правы. Глупый вопрос.

Кевин не сдержал новой улыбки, и его хмурые глаза на миг озарились весельем:

– Я этого не говорил.

Девушка отступила:

– У вас есть три дня, чтобы я приняла окончательное решение. Согласны?

– Три дня, – бегло взглянул Кев на сержанта, что от напряжения, сжимала до побеления собственные локти, и кивнул. – Тогда, я думаю, нам стоит обсудить кое-какие детали.

– Обсудите с отцом, – уверенно произнесла Джоан.

И остальные, более-менее, облегченно выдохнули, однако Кевин лишь улыбнулся:

– Я ведь ВАШ телохранитель, и пусть даже только на три дня. Но именно вам и обсуждать со мной детали.

Девушка неуверенно обернулась к Элин, а та подбадривающе улыбнулась ей, и взгляд карих глаз вновь пробил насквозь:

– Хорошо. Пусть так.

– Тогда давайте прогуляемся, – указал рукой на дверь Кевин, и они неторопливо направились к выходу.

– Думаешь найдут общий язык? – тихо поинтересовался Эдвард, смотря им вслед.

– Если Кевин не сможет – никто не сможет, – покачала головой Элин.

## Глава 2

Утро встретило хмурым небом и холодным ветром. Однако Кевин редко мерз и, по своему обычаю, снова облачился только в строгий костюм, оставив плащ дома. Взял ключи со столика в гостиной и направился в гараж за машиной.

Он приехал чуть раньше положенного. Как оказалось, внутренняя охрана уже была обо всем предупреждена и его пропустили к самому крыльцу особняка семьи Арлин.

Кевин вышел из джипа, достал сигарету, прикурил и уставился в серое небо. Он все-таки подписался на этот кошмар.

Его парни сейчас ждут за воротами, еще шесть человек, собранные только с одной целью: присматривать и защищать молодую и очень красивую девушку.

Кевин шумно выдохнул клубы дыма, наблюдая как они растворяются в воздухе.

Личная охрана такой привлекательной особы сомнительное удовольствие. Его руки так и тянутся прикоснуться к ее гладкой коже, а уж как реагирует дружок внизу…

Кевин снова затянулся и выдохнул через нос. То ли секса не хватает, то ли она на него так действует. Но это еще одна причина побыстрее смотать все удочки и топать с рыбалки.

Из него и рыбак-то такой себе. Даже собственная жена с крючка сорвалась.

Кевин зло скривился от воспоминаний и затушил сигарету о пачку.

Хотя во всей этой не слишком положительной ситуации, есть одна приятная сторона – у него появилась отличная возможность просто полюбоваться такой необычной красотой; этим спокойным лицом; взглядом невероятно прекрасных карих глаз. Насладиться ароматом сладкой свежей земляники. Интересно как пахнет ее тело? Так же или аромат совсем иной…

Кевин уже в какой раз осек себя. Да какой же бред он несёт. Она его клиент. Ни больше ни меньше. Как и все прочие. Только работа. Красивая такая, безумно сексуальная работа…

– Вы уже здесь.

Он очнулся от своих размышлений.

Джоан вышла из особняка и безразлично взглянула на него:

– Сегодня ваш первый день рядом со мной. Как вам?

– А вам?

– Я довольна, – она так холодно смотрела, а его будто магнитом потянуло. Как же нереально сильно эта девушка действует на него. За мгновение он превратился в голодного зверя, так сильно захотелось просто взять…

– Зря лукавите, – Кевин побыстрее уговорил себя отвести от нее глаза и открыл для девушки заднюю дверь джипа. – Не стоит сдерживать свою злость. Я знаю, что вам не нравится вся эта затея.

– Отец говорит иначе, – девушка на миг задумчиво уставилась на него. – Говорит я должна постараться найти с вами общий язык.

– Со мной-то? Можете не искать. Кто я такой, чтобы вы так старались, – он стоял в ожидании, когда она займет свое место.

– Не понимаю вас, – тихо пробормотала девушка. – Совершенно.

– И это плохо или хорошо?

– Сама не знаю. Но я обычно легко читаю человеческие желания. А ваших не понимаю.

Джоан опустила взгляд, ненадолго задумалась и поежилась от неожиданно налетевшего ветра. Уже холодало, а она стояла только в форменной рубашке и брюках, запахнув поверху серый поношенный длинный кардиган, что при ее высоком росте доходил до самых тонких изящных щиколоток.

Девушка вдруг подняла глаза к небу и растворилась в собственных мыслях.

– Мисс Арлин?

Взор карих глаз вновь устремился к нему:

– Я думаю, что вы обманули меня.

– Вы, о чем? – Кевин нахмурил брови и слегка растерялся.

– Ваш порок, – колючий взгляд пробивал хуже пули. – Это вовсе не похоть.

– Отчего же? – заинтересованно, еле заметно улыбнулся мужчина.

– Вы открыли мне дверь, но не подали руки.

Кевин промолчал, однако позволил себе взглянуть на нее с жадностью и желанием дикого зверя:

– Тогда какой порок мой?

Девушка покачала головой:

– Не знаю, – и заняла место позади водителя. Она сразу уставилась в окно и больше не смотрела на Кевина. А мужчина жаждал продолжения. Ему не одна секунда понадобилась, чтобы взять себя в руки. Но за руль он все же сел.

Всю дорогу они ехали молча, а по приезду Джоан вышла и неторопливо направилась в академию, словно не замечая, что чуть позади нее идет телохранитель.

Кевин проводил свою подопечную до аудитории и направился в кабинет директора. Шагая по просторному коридору, он заметил какого-то белобрысого хохочущего пацана, несколько довольно привлекательных женщин учителей, а в углу девушку, явно прячущуюся от кого-то.

Атмосфера царила здесь гнетущая и раздражающая. Хотелось скорее уйти и вообще больше никогда не возвращаться.

Но дело есть дело, и когда договоренность с директором была достигнута: парни из агентства проверили всю территорию и остались наблюдать.


Кевин ждал ее на парковке, стоя, облокотившись спиной на автомобиль. Она вышла как по часам, а рядом какой-то перекаченный молокосос. Кев нахмурился, исподлобья наблюдая как тот, то и дело, тянет к ней свои ручонки, а девушка будто не замечает.

Она осмотрелась и наткнулась на его взгляд, впрочем, как и тот парень. И вдруг он взял ее за руку, но девушка полностью проигнорировала этот жест, даже внимания не обратила.

А вот Кевина передернуло. Какого-то черта всплыли все былые воспоминания: как солнце тогда пробивалось сквозь запахнутые шторы, как кровать скрипела, как жена стонала…

Мужчина тряхнул головой и уверенно направился к ним.

– Значит ты вместо Элин? Я Роб, – с уверенной ухмылкой, будто чувствуя себя звездой этого шоу, протянул руку перекаченный молокосос.

А Кевин сунул руки в карманы и взглянул на Джоан:

– Кто это?

– Роберт Данвел. Мы с одного потока.

Джоан продолжала делать вид, что не замечает своей руки в чужой ладони, но при этом ее взгляд не отпускал Кевина, и он вновь растерялся:

– Мне переживать? – его голос сам по себе стал мягче.

– Нет, – качнула она головой, и ее рука выскользнула из цепкой хватки молокососа. А на лице, по-прежнему, ничего, а в глазах все та же нескончаемая пустота. – Поедем сегодня через набережную.

– Зачем? – Кевин глаз от нее оторвать не мог, чувствуя, как внутри опять заворочался давно спящий тигр.

– Скоро будет дождь.

Он чуть нахмурился и посмотрел на небо. Серое, но без тяжелых черных туч.

– Ваш отец будет волноваться, – Кевин взглянул на девушку.

– На набережную. Пожалуйста.

Мужчина тяжело выдохнул, глянув на пацана, что явно возненавидел его.

– Ладно.

– До завтра, Джо, – улыбнулся ей Роберт и потянулся к щеке, но наткнулся на леденящий душу вопросительный взгляд. Парень осекся и торопливо отодвинулся. – Извини.

Джоан лишь отвернулась, а Кевин отчего-то довольно улыбнулся. Молокосос огрел его неприязненным взглядом и, фыркнув, пошел обратно в академию, а мистер Фойс оглянулся на него и направился к автомобилю.

Они сели в машину, и только успели выехать на дорогу, как заморосил дождь. А когда приехали к набережной уже во всю шел ливень.

– Здесь, – девушка чуть не вышла на ходу. – Остановитесь здесь! – и Кевин резко затормозил, так что колеса жалобно заскулили.

– Да что ты творишь!

Джоан выскочила на набережную, обняла себя за плечи и, подняв голову к небу, закрыла глаза.

Кевин сначала бросился за ней, но уже в следующий миг утихомирил свой шаг и вскоре остановился совсем.

Она наслаждалась дождем.

Мимо шли люди с зонтами, мимо бежали дети, кто-то торопился, кто-то гулял, а она стояла. Большие капли, летящие с неба, разлетались вдребезги, разбиваясь о ее красивое лицо. Темные волосы намокали, одежда тяжелела от ручейков воды, а Джоан просто стояла, закрыв глаза.

Кевин вздохнул и не стал мешать. Он просто побудет рядом. Видимо, она давно ждала этот дождь.


– Ну как работа? – парни сидели в кафе, а Кевин стучал подкуренной сигаретой о стол.

– Не пойми, как, – покачал он головой и подкурил. – Уже бы быстрее все это закончилось.

– Я, – Лукас облил блины кленовым сиропом, – видел Шейлу в городе. Она просила провести ее бракоразводный процесс.

Он глянул на Каина, и оба они уставились на друга, что замер на мгновение. В конце концов, он затушил сигарету в пепельнице и резко поднялся:

– Мне пора, ребят.

Каин покачал головой:

– Промолчать не мог?

– Ему пора прощаться с прошлым, – тихо ответил Лукас.

Друзья тревожно поглядели ему вслед.

А Кевин вернулся домой. Стянул с себя пиджак и подошел к барной стойке. От стакана крепленого ничего не случится, но он и отхлебнуть не успел как в дверь позвонили. Кевин замер с бокалом в руке и медленно направился в прихожую. Снова позвонили. Потянул за ручку и открыл.

– Шейла…

Перед ним стояла высокая привлекательная молодая женщина с короткой элегантной стрижкой. Светлые волосы, белоснежный брючный костюм, босоножки на высоком каблуке, а в руках сумочка из белой кожи. Как солнце. Такая светлая, такая…

Кевин осек себя на полмысли и нахмурился:

–Ты тут зачем?

– Может впустишь?

Он открыл дверь пошире и указал рукой "Проходи".

Она улыбнулась и неторопливой уверенной походкой направилась в гостиную.

– Ты ничего не поменял, – улыбнулась и повернулась, оказавшись довольно близко к следовавшему за ней Кевину. Шейла, смотря в его глаза с игривой усмешкой, взяла из рук стакан и потянула к губам, но он остановил ее.

– Терпеть не могу, когда пьют из моего бокала.

– Ах да, – замерла молодая женщина и поставила напиток на близ стоящую тумбу. – Я и забыла.

– Так зачем ты здесь? – она стояла рядом и к ней как будто бы тянуло, однако злость, обида держали крепко и не давали впасть в розовую эйфорию.

– Хотела узнать, как дела, – снова широко улыбнулась и села на диван, закинув ногу на ногу. – Я думаю вернуться в Вену. Вот и пришла.

– Разводишься?

– Лукас уже сказал, – будто смущенно произнесла она и снова поднялась. Шейла приблизилась и осторожно потянулась к его губам.

Хотелось ответить, хотелось прижать, впиться в губы, и наплевав на все, снова сделать своей, но картина из прошлого прочно сидела в голове.

– Не стоит, – ответил Кевин, хоть и не отстранился ни на миллиметр. Однако этого хватило чтобы женщина передумала и отошла.

– Ты все ещё злишься.

– Тебе пора.

– Ладно, – Шейла взяла свою сумку с дивана и с тоскливым вздохом, взглянув на бывшего мужа, пошла к дверям, а Кевин с места сдвинуться не мог.

Когда? Когда он уже избавится от этого невыносимого чувства потери!?


Мужчина проснулся со страшной головной болью и уставился на часы.

– Да мать твою! – рявкнул и подскочил, и тут же присел обратно. Голова закружилась так, что пол ушел из-под ног. – Надо в душ, – пробормотал, болезненно зажмурив глаза. Он посмотрел на несколько бутылок валяющихся у дивана и выдохнул. – Вот придурок.

Кевин, шатаясь и держась то за стену, то за шкаф, дошел до ванной. Он не стал настраивать воду, а просто включил ледяную и закрыл глаза.

Это последний раз. Последний раз, когда он мучается из-за нее.


Джип, ведомый рукой Кевина, уверенно ехал по дороге, хотя голова водителя и раскалывалась. Парни из его агентства были рядом, но ощущение того, что он идиот мужчину не покидало. Зачем было столько пить? Знал же, что сегодня везти Джоан на занятия. Он вздохнул и по привычке вытер двумя пальцами уголки губ. Глянул искоса через зеркало на девушку, молча сидящую на заднем сиденье, и снова проклял себя и Шейлу. Надо бы постараться больше не пить. По крайней мере, этот месяц.

Они вырулили на парковку, а там их уже ждал тот самый молокосос.

– Роберто, кажется, – Кевин сам не понял почему, но настроение стало еще хуже. – Спрошу еще раз, мне стоит переживать?

– Он не тронет меня.

– Не уверен.

Девушка взглянула на него через зеркало заднего вида:

– Он друг детства, – вдруг выдала она, – не более.

– Это не мое дело, – осек себя Кевин. – Просто должен быть уверен, что могу оставлять вас наедине.

Девушка перевела взгляд на парня, ожидающего ее у входа в академию и вдруг тихо произнесла:

– Я ничего не чувствую.

– Что?

– Не чувствую тепла от его прикосновений, – она внимательно глядела на Роберта, а Кевин не знал, что сказать.

– Просто…Он не тот.

Девушка вновь посмотрела в зеркало заднего вида:

– А может это я…Потому что я… мертвая.

– Кто сказал такую чушь?

– Все говорят.

Кевин обернулся к ней и посмотрел в эти карие глаза:

– Даже если сейчас жизнь потеряла всякий смысл, появится человек, рядом с которым ты снова оживешь.

– И как я это пойму?

Кевин нахмурился и тяжело выдохнул:

– Тепло. Он согреет тебя.

Джоан задумчиво смотрела на него, а затем молча вышла из машины.

– Семь тридцать, – тихо произнесла и направилась к Роберту, что радостно замахал ей, а затем зло зыркнул на Кевина, который провожал их внимательным взглядом.

Может этот переросток ей и не нужен, но вот он при желании сможет ее в узел завязать. Кевин еще сильнее похмурел. Что за дни-то?!

Он дождался ее с учебы и обозлился еще сильнее, увидев, что вышла она снова с этим Робертом. Сигарета была сразу потушена. В этот раз Кевин к ней не пошел, а молча открыл дверь джипа.

Девушка взглянула на него, что-то сказала молокососу и направилась к машине.

– Роберт пригласил меня в оперу, – вдруг с ходу выдала она.

– Во сколько? – сквозь зубы проскрежетал Кевин, чувствуя, что уже ненавидит этого пацана.

– В десять. Вы отвезете меня?

– А у меня есть выбор? – он сам не знал, чего бесится, но не мог держать себя в узде.

– Если не хотите, я могу попросить Элин.

– Сам отвезу, – рыкнул он и кивнул на машину. – Садитесь.

Девушка заняла свое место, и они отправились домой. Хотя Кевина от злости аж потряхивало. Взрослый мужик, а эмоции какие-то детские. Эта девушка не его и близко с ним не связана. Так чего ему так не хочется отдавать ее в лапища этого перекаченного малолетнего кретина?

– Я заеду в девять, – выдал он, когда открыл ей дверь и торопливо умчался за ворота, боясь, что еще мгновение и он сорвется.


– Ты чего как заведенный?

Кевин приехал встретиться с ребятами в кафе. Каин глядел, как обычно, прямо внутрь, видя его насквозь, а Лукас только примчался и тут же уставился на парней.

– Я конечно не хочу добавлять, – мигом и он понял настроение друга. – Но Шейла явно жаждет тебя вернуть. Сегодня только и разговора было что о тебе.

Кевина совсем скрутило. Захотелось взвыть на луну и, превратившись в оборотня, умчаться крушить деревни. Он руками, бьющимися в тряске, достал сигарету из пачки и подкурил. Затянулся и медленно выдохнул:

– Она была вчера. Плевать.

– Ну как твоя работа? – Лукас мгновенно перевел тему, а Каин снова принялся пить коктейль.

– Ничего. Три недели и уйду в запой. Меня эти Арлины с ума сводят, – выдохнул он. Кевин смолчал о Джоан, смолчал о том, что тянет, смолчал о том, что он придурок и не способен выдернуть из себя мысли об этой девице.

Его телефон зазвонил, и Кевин уставился в загоревшийся экран.

– Элин? – ответил. – Что случилось?

– Бесенок, ты просил предупреждать о незапланированных выездах.

– И что там?

– Наша Джо собралась на танцы.

– Ага, – это все что он сумел сказать из допускаемого цензурой, остальные мысли по этому поводу разорвались сплошной бранью в его голове. – Сейчас буду. Мне надо ехать, – поднялся он, и ребята помахали другу.

Кевин ехал, а сам проклинал и этот мир, и себя, и Арлинов. Эти дни совсем не радовали, а тут еще эта неожиданная выходка. А как же опера? Что за изменяющиеся планы?

В особняк Кевина впустила Элин и на секунду он онемел, увидев Джоан в коротком платье, губы алые, глаза подведены.

– А можно узнать вы куда? – нахмурился. – Это нынче так в оперу ходят?

– В клуб, – улыбнулась Элин. – Роберт ее уговорил сходить на открытие "Нокшен Хилла". Мне отвезти?

– Я сам, – одарил он девушку злющим взглядом. – А чем вам опера не угодила, мисс Арлин?

– Меня пригласил друг. Разве мне запрещено?

– Нет. Но разве вы не должны были меня об этом предупредить?

– Просто не хотела беспокоить. Элин сказала она тоже может со мной поехать.

– Вы в курсе что на эти четыре недели я ваш бронежилет? – все сильнее распалялся Кевин и уже не знал, как себя остановить.

– На три дня…

– Да мне плевать! Пусть даже эти три дня – вы моя и ничего не знаю!

И вдруг девушка уставилась на него, брови удивленно взлетели вверх, щеки покраснели. А Кевину стало совсем нехорошо. Такую смущенную он бы непременно отругал, бросил бы на кровать и наказал! И не раз, и не два…

Мужчина сам себе удивился и прикрыл глаза ладонью. Да что с ним не так?!

– Все нормально, Элин. Я за ней присмотрю, – обратился он к женщине, уже взяв себя в руки, а та улыбнулась ему странной улыбкой и дружески похлопала по плечу.

– Милая, уверена, что с мистером Фойсом ты будешь в безопасности, – обняла она девушку и поцеловала в лоб, а та покосилась на Кевина.

– Хорошо.

– Ну и кто там будет? – открыл он ей дверь в машину, когда они вышли на улицу.

– Только Роберт.

– Да, этот, – и Кевин резко закрыл дверь.

– Что вы…– от неожиданности вздрогнула Джоан.

– А этому молокососу пить-то уже можно?

– Он младше меня на один год, – Джоан внимательно взглянула на своего телохранителя. – А почему вы так себя ведете?

– Он мне не нравится.

– Почему?

– А тебя, смотрю, все устраивает, – Кевина самого злило что он злится.

– Роб никогда меня не обижал, – Джоан продолжала внимательно наблюдать и это злило только еще сильнее.

– Ясно.

– Так мы поедем?

– Вперед, – и он направился за водительское сиденье, а Джоан уставилась на закрытую дверь автомобиля перед собой.


Народ танцевал под громкую музыку. Руки, бедра, чьи-то прикосновения. В ритм распутным быстрым движениям бесконечные дерзкие эмоции. Мужчины обнимали незнакомок, девушки расслабленно двигались в чужих руках.

А Кевин стоял возле барной стойки и курил. Он видел ее в толпе этой ненормальной молодежи и хмурился. Он ни в чем их не винил, сам не так уж давно цеплял девиц в каком-то клубе, чего удивляться что этот гаденыш пытается подцепить Джоан. Кевин нахмурился еще сильнее. Ну и хрен бы с ним, если б только он постоянно ни пытался утащить ее подальше с его глаз. Вот и снова этот Роберто куда-то потянул ее.

До этого момента Кевин отчаянно уговаривал себя стоять на месте, но вдруг взгляд карих глаз обратился к нему. " Я рада что вы понимаете без слов…" и, затушив сигарету о пепельницу, Кевин в мгновение ока забыл обо всем, и быстро направился к девушке.

– Пошли, – потянул ее за локоть.

– Куда это? – вдруг возмутился тот молокосос и потянул Джоан к себе. Кевин не стал делать из нее растяжную грушу и отпустил.

Джоан удивленно уставилась на него, а в карих глазах затуманился страх.

– Что происходит?

Кевин не стал больше церемониться. Его рука по-хозяйски легла на тонкую талию, и девушка оказалась в крепких объятиях.

– Она со мной. Все претензии к заказчику.

Роберт зло фыркнул:

– Сегодня же мы отдыхаем, Джо!

А девушка молчала, неотрывно глядя на Кевина. Он чувствовал ее взгляд, но головы к ней не опускал. Ведь тогда поцелует, непременно поцелует ее.

– Тебе, что пятнадцать? Джо! Шли ты его! – вновь потянул он к ней руки, как Кевин рявкнул на него.

– Рот закрой.

Он весь выпрямился, расправил плечи и взглянул на этого молокососа так, что у того мгновенно пропало всякое желание требовать и дальше.

Кевин отпустил Джоан и направился на выход, обернулся на секунду и понял, что она продолжает стоять на месте.

Он остановился, вздохнул. И вернулся к ней.

– Идем, – осторожно взял ее за тонкое запястье, – тебе здесь не место.

Девушка лишь кивнула и, оставив свою руку в его, направилась следом к выходу.

Кевин закурил у машины. Он знал, что этот заказ заставит его поседеть, но и подумать не мог, что сидеть он будет настолько быстро.

За ней всегда смотрело несколько ребят, девушка не оставалась без присмотра ни на минуту, но проблема была не только в этом. Он сам становился проблемой, а ведь Кевин пообещал беречь эту девушку.

Он искоса глянул на нее, стоящую чуть поодаль, когда заметил, что Джоан обняла себя, вздрогнув от ветра.

– Замерзла что ли? – нахмурился и, сняв с себя пиджак, накинул ей на плечи. – Вот, погрейся.

А она продолжала неотрывно смотреть на него своим пустым обречённым взглядом:

– Мисс Арлин?

– Я все решила, – такой приятный уху голос. – Вы не нужны мне.

Кевин на секунду оцепенел, а затем усмехнулся:

– Как скажете, – улыбнулся, бросил сигарету на землю и пошел к водительскому месту. – Прощайте, мисс Арлин, – завел джип, и машина сорвалась с парковки, оставив девушку там.

Она ошарашенно стояла, смотря как он уверенно удаляется и исчезает из поля зрения.

– Мисс Арлин, – тут же подошёл молодой человек из охраны. – Мы отвезем вас.


Кевин приехал к своему дому, прибывая в полном бешенстве.

– Напиться! Надо напиться! – быстро шел он к дому, как вдруг замер.

– Привет, милый.

Он оцепенел. У дверей снова стояла его бывшая жена.

– Чего надо?

– Можно войти?

– Нет.

– Ладно, – она неуверенно помялась на крыльце, осмотрелась и с улыбкой уставилась в его серые глаза.

– Я скучала. Хотела увидеться.

– Полтора года скучала? Полтора года хотела увидеться? – он закипал. Закипал, как лава в жерле вулкана.

– Кевин, послушай, – она подошла к нему и осторожно погладила колючую щеку. – Я ведь знаю, ты погибаешь без меня.

Та ниточка, что все это время держала его якорным канатом в прошлом вдруг оборвалась. Он убрал от себя ее руку и покачал головой:

– Нет, спасибо. Мне и без тебя хорошо. – Мужчина вошел в дом и закрыл за собой дверь. Бросил взгляд на бутылку с вермутом и уверенно направился к бару. Схватил бокал и замер.

Неужели он настолько никчемный, что она подумала будто бы он примет ее спустя столько времени? Да плевать на время! После того что она вытворяла в их кровати! Будучи его женой! После всех обещаний! После стольких речей! Врала! Все врала!

Мужчина вновь глянул на бутылку. Резко открыл и выпил прямо с горла.

– Чтоб тебя, – закашлялся от горечи во рту и снова припал к бутылке. – Нахрен все!

Он только собрался выпить еще, как вдруг телефон зазвонил.

– Да! – резко и зло ответил Кевин, а на той стороне вдруг послышалось тревожное: «Бесенок, Джоан пропала».

## Глава 3

– Как пропала? – бутылка выпала из рук Кевина.

– Ребята сказали вышла прогуляться и исчезла. Они уже ищут. Все делают по инструкции, но ты же знаешь…

– Где потеряли ее?

– На 17-ой, недалеко от набережной.

Кевин ошарашенно застыл. Глянул на вермут, разлившийся по полу, а затем услышал стук капель по окну, и все встало на свои места.

– Я найду ее.

Он выскочил из такси, и помчался по набережной. Кевин бежал вдоль широкой каменной дороги, выискивая глазами девушку, до безумия боясь, что ошибся и надеясь, что она цела, когда заметил ее на том же месте, что и прежде.

Джоан Арлин куталась в его пиджак и смотрела вдаль.

Телефон Кевина зазвонил, но он проигнорировал звонок и подошел к ней.

Ему хотелось встряхнуть ее, закричать, отругать за эти сорок минут потерянной жизни, за инфаркт, который он чуть не схлопотал по ее вине, и за новую прядь седых волос на своей голове, но он просто кулаки покрепче сжал.

– Что случилось, мисс Арлин?

– Вы пришли, – девушка обернулась к нему. По красивому лицу текли прозрачные ручейки ливня. Одежда уже была мокрой насквозь, но это совершенно ее не беспокоило. – Вы и правда понимаете без слов.

– Так и есть, – он смотрел на нее и пытался разобраться что же произошло, а телефон в его кармане продолжал настойчиво звонить. – Что заставило вас сбежать от охраны?

– Вы, – тихо ответила она, а сердце Кевина замерло. – Только вы и больше никаких других людей. Мне тяжело и неспокойно рядом с ними.

Бедное искалеченное и уставшее вновь пустилось в бег.

– А со мной вам значит легко и спокойно. Так вы поэтому меня отправили? – былая злость, хоть и не такая острая, стала возвращаться.

– Вы обняли меня.

– А, так это стало причиной, – зло усмехнулся он.

– Нет, – карие глаза одарили его тоскливым растерянным взглядом. – Вы обняли и согрели.

Кевин оцепенел.

– Вы слишком дерзкий, вы неделикатный, вы прислушаетесь к сердечным порывам, а я совсем другая. И мне подумалось, что без вас будет лучше. Но видя, как вы уезжаете… – девушка напугано покачала головой. – Будьте со мной, мистер Фойс. Будьте моим… Личным.

Кевина затрясло, и он уже не знал отчего именно. Его рука потянулась к ней, но он торопливо убрал ее в карман.

Нахмурился. Попытался обдумать.

– Только если обещаете от меня не сбегать, – единственное, что сейчас пришло в его голову.

– Не стану, – совершенно легко согласилась она. – Я обещаю. Я буду послушной.

Кевин шагнул к ней, но остановился на полпути. Еще немного и этот порыв перерастет в объятие. Вряд ли это положит начало крепким дружеским отношениям.

Он снова проклял свои дурацкие мысли и кивнул.

– Значит вы не оставите меня?

– Нет. Я буду вас защищать, – пытаясь переварить все происходящее, обескураженно произнес Кевин.

– От всех?

– Даже от вас самой, – тихо ответил он и, едва коснувшись ладонью ее спины, подтолкнул. – Идемте, мисс Арлин. Вы можете заболеть.

Он потом со всем разберётся. Сейчас нужно вернуть ее домой.

Но вдруг на лице Джоан расцвела восхитительно яркая лучезарная улыбка. Она осветила собой и весь этот пасмурный день, и весь этот мрак, в котором Кевин так долго утопал. Он будто на мгновение в другой мир перенесся.

– Можно просто Джоан, – всем телом повернулась к нему девушка и расстояние между ними исчезло. – Или Джо, – она очень осторожно положила свою ледяную руку на его горячую щеку, – или Джи-Джи. Так меня называла мама.

Кевин землю под ногами потерял от этого холодного прикосновения.

– Джи-Джи, – повторил он не в силах отвести от нее глаз. Она прекрасна. Даже сейчас, стоя под дождем, промокшая, она красивее всех, кого он когда-то встречал. – А как нравится вам?

– Наверное, просто Джоан.

Лучше бы держать рабочую дистанцию, но ее рука на его щеке была такой холодной.

Кевин выдохнул, прикрыл глаза, и его ладонь легла поверх ее. Так хочется согреть эту девушку. Отдать ей все свое тепло, лишь бы согреть.

Она вновь улыбнулась и еле осязаемо коснулась пальцами его губ.

– Джоан, – он предупреждающе чуть сжал ее руку. – Завязывай. Ты очень привлекательна, а я не слишком правильный.

– Простите. Но я никогда раньше не чувствовала ничего подобного к мужчине.

Кевин на миг осел. Даже колени решили, что с них хватит и чуть не подвели его. Как такое вообще возможно? Что этот ребёнок себе напридумывал? Но что бы ни трезвонил разум, сердце явно забило в собственном ритме, наплевав на любые доводы ума.

Кевин сам себя не понимал, однако эта девушка пробивала всю его наращённую броню. Он вновь слегка сжал ее ладонь, но уже иначе: гораздо нежнее, куда осторожнее, и почувствовал, как внутри заковырялось давно позабытое ощущение удовольствия.

– Вы сказали я привлекательна, – ее голос был тих, словно шелест теплого весеннего ветерка.

– Ты и сама прекрасно об этом знаешь.

– Но слышать это от вас действительно приятно.

– Скоро твой интерес пройдет, – он никак не мог оторвать от нее руки.  – Поэтому не буди мой.

Еще лишь секунду…

– Я не против.

Еще мгновение рядом с ней…

– Ты всем так говоришь?

– Только вам.

Кевин сжал ее руку на своем лице покрепче и закрыл глаза, вдыхая восхитительный аромат земляники.

Будь это другая женщина, он бы ни за что не поверил. Но слова этой прямой, наивной и растерянной девушки отчего-то ни на секунду не заставили его сомневаться.

– Ты допросишься. Я и правда соглашусь, – устремил он к ней свой взор.

– Соглашайтесь, – пробормотала Джоан, и ее пальцы, прогулявшись по его щеке, вновь остановились на губах.

Кевин игриво ухмыльнулся и облизнул их, а она удивлённо и обескураженно уставилась на него:

– У меня не самые чистые руки.

– А у меня не самые чистые губы, – покачал он головой. – Поэтому…

Но Джоан не дала договорить и прильнула к его губам, притянув его к себе за шею.

Кевин на секунду взглянул на эту девушку, а затем закрыл глаза и растворился в разномастных ощущениях захлестнувшей его эйфории.

Он сдался на эту минуту и, положив руки на шикарные бедра, потянул Джоан к себе. Впиваясь в сладкие женские уста все больше, Кевин прижимал ее к себе все сильнее, не в силах остановить собственное тело и утихомирить своих демонов. Когда он перестал думать головой? Когда он стал так зависим от собственной жажды?

– Ох, девочка, – пробормотал Кевин, с трудом заставляя себя отстраниться, – сама не понимаешь, что творишь. И я с тобой туда же.

А она покачала головой:

– Я точно поняла, чего хочу. Но до сих пор не понимаю, чего хотите вы.

– Можно просто Кевин, – вздохнул он, недовольно осознавая, что не имеет особых сил противостоять этой девушке и своим желаниям, просыпающимся рядом с ней.

– Кевин, – и вновь ее улыбка озарила собой этот мир. – Значит мне можно обращаться к вам неофициально.

– Если и дальше будешь такой улыбчивой, тебе все можно.

– Правда? –  девушка вдруг зарделась и снова улыбнулась. – Всё?

Кевин нахмурился, пытаясь предположить, что за мысли вызвали такое смущение, а телефон в его кармане снова зазвенел.

Он, наконец, обратил на него внимание. Ответил:

«Все хорошо, Элин. Я нашел ее. Нет, в порядке. Просто… – посмотрел он на девушку перед собой. – Просто потерялась ненадолго. Не переживай. Нет, – снова посмотрел он в ее карие глаза. – Я сам привезу ее. Нет. Сам», – скинул звонок, а она все это время не отводила от него своего взгляда.

Что-то изменилось в этих прекрасных бездонных очах, что-то потерялось в них, открывая ощущение вседозволенности; и мужское желание прикоснуться стало нестерпимым.

Кевин вновь притянул девушку к себе, положив широкую ладонь на ее узкую статную спинку. Его вторая рука прошлась по нежной щеке и с наслаждением он осознал, как нравится ему видеть, что она, подобно кошке, ластится к нему. Это не та холодная безразличная Джоан, что он видел рядом с тем переростком. Нет, здесь, сейчас, рядом с ним, она другая. Живая.


Они вошли в дом, где их уже ждал Эдвард, а рядом с ним сидела Элин. Они держались за руки, но как только в дверях показался Кевин мгновенно отстранились друг от друга и поднялись.

Кев лишь мимоходом взглянул на сержанта, а та стыдливо отвела глаза. Но он и не думал ее осуждать, сам-то какие глупости творил буквально полчаса назад.

– Милая! – бросился к вошедшей дочери старший Арлин и крепко обнял ее. – Да ты вся мокрая! Замерзла?

– Нет, – девушка улыбнулась и взглянула на Кевина. – Мне тепло.

Все ошалело застыли, не считая этих двоих, не способных отвести друг от друга взгляда. Какой-то частью себя Кевин понимал, как это выглядит, что перед ним наниматель, а, что еще хуже, отец, но отчего – то все остальное нутро плевать на это хотело и просто наслаждалось взглядом внимательных карих глаз.

Элин вдруг расплылась в понимающей улыбке и кивнула:

– Вы прекрасно справляетесь, мистер Фойс.

А Кевин почувствовал себя зеленым юнцом – так захотелось провалиться сквозь землю. Однако, улыбка, затаившаяся на мягких девичьих губах, стоила любого стыда. Вообще всего стоила.

– Мне нужно переодеться, – поцеловала Джоан отца в лоб и пошла к своей комнате.

– Я провожу, – направилась за ней Элин.

– Нет, – тут же в спокойный голос вернулась тревога и напуганный взор обратился к нему. – Мистер Фойс. Он теперь мой телохранитель.

Кевин не знал, как это назвать, но в этот момент великолепное чувство наслаждения и умиротворения накрыли его с головой.

Она выбрала его. Хочет именно его. И пусть это было глупо, но гордость и радость смешались и заглушили все остальное к чертовой матери.

– Иду, – тихо отозвался он и уверенно двинулся следом. Только после этого Джоан пошла дальше.

– Моя девочка, – пробормотал Эдвард. – Ты видела? – не веря собственным глазам, уставился он на Элин.

– Все хорошо, Эд.

– Она улыбается, да так радостно.

– Ты же слышал, ей больше не холодно.

Эдвард кивнул:

– Может наша Джо, наконец, придёт в себя.

– Пора, родной, – погладила его по плечу Элин. – Рука подана, и она схватилась за нее.


Джоан проснулась от слепящего глаза солнца, что ненадолго выглянуло из-за туч, и села в кровати. Глубоко вдохнула, тихо выдохнула и взглянула в окно.

Серо и хмуро. Как всегда, перед ее днем рождения. Никакого желания наряжаться и прихорашиваться не было, поэтому Джоан накинула теплый серый халат и пошла на кухню.

"И тебе привет, Элин", – раздался знакомый голос.

Джоан чуть не упала на ровном месте. Она со всех ног бросилась в прихожую и замерла.

В дверях стоял Мистер Фойс. Одна его рука покоилась в кармане, а в другой он держал черный плащ. Сегодня он был в синем костюме. Благородный темный цвет, впрочем, как и другие, шел ему, подчеркивая холодный тон кожи и глаза цвета неба перед дождем.

Этот мужчина после их первой встречи оставил невероятно противоречивое впечатление. Он казался и добрым, и злым одновременно, и скромным, и вызывающе напористым. Его стать завораживала, а злой усмехающийся оскал заставлял думать о нем, как о хищном звере. Казалось, лишь расслабься на секунду, и он сожрет тебя, вопьётся своими клыками в твою шею, и ты уже не сможешь выбраться живой…

Однако, вопреки всему этому, оказалось, что его руки умеют прикасаться невероятно нежно. Так нежно, что Джоан желала их вновь.

Кевин повернул голову на шум, и взгляд серых глаз развеял царивший вокруг девушки холод.

– Мистер Фойс, – Джоан не сдержала порыва, подошла к нему и крепко обняла.

Он хоть и не обнял в ответ, но под натиском настойчивого объятия согнулся и тихо прошептал:

– Ты чего творишь? Твой отец меня так быстро уволит!

– Я… – торопливо отошла девушка, и их взгляды снова встретились. – Я просто рада, что ты тут.

– Я и не уходил.

– Правда?

– Ну, а вдруг тебя бы снова понесло прогуляться, – многозначительно подмигнул он ей.

– Я не пойду, – виновато замотала Джоан головой.

– Точно? – расплываясь в довольной улыбке, прошептал мистер Фойс, и уже сам склонился к ней.

– Честное слово. Я ведь пообещала от тебя не сбегать.

– Еще ты обещала быть послушной, – услышала она его хрипловатый голос у самого уха и почувствовала приятный жар, разливающийся по телу.

– Да, – пролепетала Джоан, желая, чтобы это мгновение никогда не заканчивалось.

– Умница, – он распрямился и провел рукой по гриве чёрных волос, а девушка вновь потянулась к нему и поцеловала в щеку.

– Нельзя, Джоан.

Но ей так мало.

– Не надо так на людях.

Но что делать с желанием прикосну… На людях?

– Ладно, – смутилась она, а на лице расцвела радостная улыбка. – Нам же еще рано ехать?

– Милая, – вышла к ним Элин, потирая полотенцем только что помытую тарелку. – Доброе утро. Будешь завтракать?

– Я не голодна, – покачала головой девушка, взглянув на сержанта, и вдруг притихла.

Все почувствовали, как неприятная прохлада прокатилась по комнате. Как и вчера, при взгляде на Элин Джоан вдруг встревожилась. А она смотрела на шрам, так неаккуратно разросшийся по щеке женщины.

Элин тоскливо потянулась к девушке, но тут вновь заговорил Кевин:

– То есть кофе я один пить буду?

– Ты будешь завтракать у нас? – Джоан отвлеклась и растерянно посмотрела на него.

– Я пригласила мистера Фойса позавтракать с нами. Все же он всю ночь не спал, – Элин торопливо повернулась полубоком, пряча свое "украшение" на щеке.

– Не спал? – девушка вновь почувствовала себя виноватой. – Простите.

Кевин как-то странно выдохнул, покосился на сержанта, и заглянул в глаза Джоан:

– За что, глупышка? Это моя работа.

– Работа? – ей вдруг стало так судорожно больно.

А Элин еле заметно улыбнулась и неторопливо направилась обратно на кухню, оставив их наедине.

– Конечно. Я ведь лишь ваша работа, – девушка вновь опустила взгляд.

Кевин осмотрелся, и она почувствовала его пальцы на своих скулах. Легким нажимом мистер Фойс заставил ее поднять голову и взглянуть на себя:

– Что такое, девочка? Обиделась?

Он оказался так близко, что девушка забыла, как дышать. Аромат сигарет и дорогого одеколона окутали ее с ног до головы. Четко очерченные губы манили, глаза завораживали, и Джоан шумно выдохнула, пытаясь справиться с накатившим желанием. Никогда прежде она не чувствовала такой необходимости прикоснуться, никогда прежде ее так лихорадочно не тянуло к мужчине.

– Ты прав, это глупо, – не могла отвести она взгляда от этих двух серых очаровывающих ее небес.

– Я этого не говорил, – чуть повернул он ее лицо, и прошептал это прямо на ухо, а щеки Джоан вспыхнули. – Да какая же ты милая, – выдохнул мистер Фойс и коснулся губами прохладной кожи почти у самой шеи.

Джоан закрыла глаза и улыбнулась, почувствовав поцелуй.

– Я милая…

– Не представляешь насколько, – и его губы прильнули к ее губам. Впились требовательно, крепко, но невероятно бережно.

В этот миг все тревоги обратились в прах.

Пусть этот мужчина будет рядом всего четыре недели, но она готова всем рискнуть ради этих недолгих дней спокойствия.

Кевин с легкой улыбкой на губах чуть отодвинулся и одарил Джоан теплым взглядом.

– Доброе утро, Эл.. Ох, – в дверях замер Арлин старший. Уже в костюме, с портфелем в руках он удивленно переводил взгляд с одного на другого. – Милая… Мистер Фойс.

Кевин мгновенно отстранился.

– Я прошу прощения за вторжение.

– Ну что вы, – тут же замахал руками Эдвард. – Я очень вам рад.

– Элин пригласила мистера Фойса позавтракать с нами, – подала голос Джоан, взглянув на отца.

– Конечно, – пробормотал тот. – Позавтракаете?

Кевин хотел было уже отказаться и уйти, но Эдвард взглянул так умоляюще, что от неожиданности он просто кивнул.

Они прошли на кухню, где на столе уже дымился горячий кофе и стоял воздушный омлет, на фарфоровых тарелках лежали гренки и жареный бекон.

Джоан заметила, как на мгновение мистер Фойс замер, уставившись на стол. А затем хмуро свел брови на переносице и сел, перекинув плащ через спинку стула.

Она поспешила сесть рядом с ним.

– Ну и какие на сегодня планы? – осторожно занял место поближе к дочери старший Арлин. – Есть идеи на вечер? Не думала присмотреть себе платье?

Джоан ела положенный на тарелку омлет и молчала.

– Может шопинг с подругой?

Элин тоже села за стол, отложив, наконец, полотенце в сторону:

– Может с Робертом? – предложила она, а Кевин чуть кофе не подавился.

– Все в порядке? – Элин, со свойственной ей загадочной улыбкой, посмотрела на него, а он только головой качнул.

– Роберт. Отличная идея.

Джоан вопросительно посмотрела на него:

– Вы так считаете?

Он уставился на нее ошеломленным недовольным взглядом и поднялся:

– Одевайтесь, мисс Арлин, я подожду вас на улице.

Джоан тоже поднялась, растерянно смотря ему вслед:

– Хорошо, – только и пробормотала девушка.

Что она сделала не так?

Кевин курил возле машины, когда девушка вышла к нему, держа в руках его плащ.

– Вы забыли, – протянула она ему вещь.

– Спасибо, мисс Арлин, – забрал он его и бросил на переднее сиденье.

– Просто Джоан. Или Джо, или…

– Джи – Джи, я помню, – договорил за нее Кев и затушил сигарету о пачку. – Готова?

Она кивнула, но в последний момент удержала его за рукав пиджака:

– Кевин.

Мужчина замер и повернулся к ней.

– Что я сделала не так?

– С чего вдруг такой вопрос? – нахмурился он.

– Я чувствую, что-то не так.

Кевин вдруг сменил гнев на милость и тепло улыбнулся:

– Какая чувствительная. – Его ладонь легла на ее затылок, и она почувствовала поцелуй в макушку. – Все в порядке, Джоан. Не обращай внимания. Просто день не задался.

– Я могу как-то помочь?

Серые небеса неотрывно гипнотизировали ее.

– А как думаешь?

Джоан с ума сходила от его близости. Словно магнитом ее держало рядом, и, хотя, она чувствовала, что вокруг шеи наматывается петля, не желала останавливать происходящее.

– Я… Не знаю, – пробормотала девушка.

– Знаешь, – едва заметно улыбнулся он, погладив ее волосы. – Прекрасно знаешь.

Джоан взглянула на его губы. Они горячие, немного влажные и дарят ей невероятное наслаждение. Потянулась к ним и слегка коснулась своими губами.

Мистер Фойс наблюдал за ней, а затем улыбнулся, притянул к себе и поцеловал по-настоящему крепко. Голова Джоан закружилась. Душа унеслась к небесам, а тело наполнила приятная истома. Сильные руки держали уверенно, не спрашивали, просто приказывали, и Джоан подчинялась.

В таких руках она готова умереть.

Но он чуть отошел и улыбнулся:

– А вы говорили, что не знаете.

Джоан смущенно отвела глаза:

– Вы словно издеваетесь.

– Да какие уж тут издевки, – вздохнул он и открыл заднюю дверь джипа. – Едем. Иначе опоздаешь.


День в академии прошел как обычно. Некоторые из студентов вели себя отвратительно: одной из девушек доставалось особенно много, но сколько бы Джоан не жаловалась на это своему куратору, та только говорила, что это не ее дело. Вот и в этот раз она стала свидетелем того как сынок судьи лезет к бедной девушке.

Джоан глянула в окно. А если она попросит мистера Фойса вмешаться, он поможет?

Девушка вышла на парковку и обернулась на звук сигнала. Кевин уже открыл для нее дверь джипа, и теперь стоял, недовольно скрестив руки на груди. Его лицо всегда казалось насмехающимся, хотя глаза таили нечто совершенно иное.