Надежда Терещенко
Специалист

Пролог

Острые камни резали пальцы. Носки сапог скользили по пыльному склону. Он остановился и достал ослепительно белый для окружающего пейзажа платок. Её платок. Он осторожно развернул ткань, золотая цепочка скользнула в ладонь. Кулак с силой сжался, хозяйке этого украшения помощь уже не нужна, но можно успеть к той, что пока ещё жива.

Он выдохнул на ткань слово. Кисть повело вправо. Ругнувшись сквозь зубы, он огляделся. Злое полуденное солнце ослепило воспалённые глаза. Немного сбился, придётся возвращаться, здесь не пройти. А времени всё меньше.

«…А вы мне друг?» – тихий вопрос на миг оглушил его.

«…Не сомневайтесь», – ответил он тогда ей.

Нет, терять драгоценные секунды, чтобы искать обход непозволительная роскошь. Он бережно завернул медальон мёртвой девушки в платок ещё живой и продолжил путь, слегка забирая вправо туда, где ещё дышала хозяйка платка.

Собеседование

Дверь открылась. В коридор выкатилась госпожа Пигдинтон, она же секретарь агентства по найму. Селина поморщилась и внутренне подобралась:

– Лавет Корней!

В этот раз её визг был милосерднее: или охрипла, или что более вероятно, у соискателей выработался иммунитет. Но привыкание возникло не у всех, парень, сидевший чуть ближе к двери, неуклюже подпрыгнул. Бумаги брызнули из тонкой папочки на пол. Парень суетливо их собрал и как придётся, сунул обратно.

Ага, это и есть Корней!

Селина немного прикрыла глаза, наблюдая за соперником сквозь ресницы. Щуплый молодой человек смешно, чуть ли не вприпрыжку, спешил к открытой двери. На финише произошла небольшая заминка, проём оказался слишком тесен для секретаря и соискателя. Чтобы соблюсти хоть какие-то приличия, Корней втиснул между её аппетитным декольте и своим парадным пиджаком многострадальную папку, но секретарского тела было больше. Она вздохнула. Он завис, как муха в паутине. Ярко-красное смущение залило его шею и пятнами расплескалось на лицо. Добившись чего хотела, женщина выдала басовитый смешок и закатилась в кабинет. Муха обречённо двинулась за ней. Дверь закрылась, по коридору протянулся коллективный вздох, то ли сожаления, то ли облегчения.

Селина приготовилась к тревожному ожиданию. Персонал агентства по найму имел чёткие предписания впускать соискателей через одну дверь из этого, общего коридора, а выпускать через другую. Поэтому все, кто сидел здесь, не знали о результатах собеседования до последнего. Глядя, как очередной неудачник исчезает в дверях вожделенного кабинета, Селине представлялось, что внутри сидит жуткая, ненасытная тварь. Но раз за разом, все соискатели на эту должность встречались на другом собеседовании. Тварь была переборчивой…

Ах, если бы его не взяли! Но у мужчины получить эту работу больше шансов, чем у неё. Пальцы нервно сжали корешок папки, такой же тоненькой и жалкой, как и у всех неудачников собравшихся здесь. Все соискатели были неуловимо похожи друг на друга, мужчины и девушки двадцати одного-двадцати пяти лет.

Всё примерно одинакового достатка.

И все безжалостно бездарны.

Они, так или иначе, знакомы друг с другом: по собеседованиям бегали вместе и учились на одном факультете «Магических противоречий». Корней, судя по всему, выпустился только в этом году, слишком спешил. Наивный, не представляет, как трудно получить должность по их специальности. Селина уже четвёртый год штурмует агентства во всех близлежащих городах. Этот год последний. Дальше или повезёт, и она получит заветную лицензию, или замуж. Если возьмут, без титула-то…

В Университет Магических Искусств могли поступить только аристократы. Жаль, но не все отпрыски магических семей могли похвастать наличием дара. В её семье даром обладал отец – прекрасный лекарь, основатель нескольких лечебниц по всему княжеству. Но он умер двенадцать лет назад. Даже память о нём не помогла ей пробиться на престижные специальности. Дара нет, значит не маг.

Щёки опять обожгло жаром унижения.

«…Нудный голос старика из приёмной комиссии, который терпеливо пытается пробиться сквозь её слёзы. В какой-то момент, слова заканчиваются:

– Веселина, мне жаль…

Она поднимает глаза. Нет, ему не жаль, просто её истерика задерживает очередь. Вздыхает и пробует ещё раз. Последний аргумент, о котором не знает никто, даже бабушка.

Селина кладёт руку на список перед магом. Миг ничего не происходит. Она зажмуривается, чтобы не видеть сочувствующих взглядов. Но вот знакомое тепло пробежало по пальцам, концентрируясь на подушечках. Нетерпеливый вздох старика прерывается. Потянуло гарью. Селина, не открывая глаз, убирает руку. Она знает, на листе чёрным отпечаталась ладонь. Молчание. Быстро облизывает пересохшие от волнения губы и открывает глаза. Он всё ещё молчит. Неужели ей удалось?

– Что ещё вы можете? – задумчиво пожевав карандашом, спрашивает старик.

Это был самый слабый момент её плана.

– Потушить, – голос уходит в шёпот.

– Ещё?

Селине нечего ответить. Вздыхает.

Маг устало откидывается на спинку стула. В его голосе не осталось места даже терпению.

– Веселина, мне жаль, но вы можете рассчитывать только на факультет Магических противоречий.

Это приговор: без дара, без приданного, без титула…»

Нетерпеливый толчок заставил вздрогнуть:

– И особое приглашение – Ерош Веселина!

Тело среагировало само. В этот раз до двери всего двадцать восемь шагов. Селине удалось пройти их не слишком медленно и не торопясь. Идеально. Всё-таки она представительница древнего рода, пусть и угасающего.

В полупустом кабинете ярким пятном выделялся массивный стол и малиновое кресло, в котором совершенно терялся его хозяин, мелкий, смешной человечек. Директор агентства по найму был одновременно и лыс, и волосат. Блики от лампы густо ложились на отполированную макушку, окладистая борода почти закрывала маленький, под цвет кресла, галстук-бабочку. Создавалась впечатление, что какое-то экзотическое насекомое запуталось в воздушных корнях хищного растения. С трудом оторвав взгляд от агонии малинового пятна в бороде, Селина сфокусировалась на кресле.

– О, госпожа Ерош! Мне как всегда приятно вас видеть.

Селина удивлённо вскинула бровь, судя по всему, сейчас он не лгал. Директор агентства любил лишний раз щёлкнуть по носу этих «аристократишек», высказывая своё пренебрежение по поводу и без. Он знал, что никто из «неудачников» не будет жаловаться, покорно снося все придирки, лишь бы получить работу. Обычно все его шутки отдавали душком, а слова сочились ложью. Тем удивительнее видеть его таким вежливым и… старательным, что ли?

Мужчина поднялся ей навстречу и проводил к стулу для посетителей. Лично! Тепло пробежало по пальцам, как тогда при поступлении. Селину уже давно разучили верить, ну а вдруг?

– Вы всё ещё хотите получить лицензию специалиста по урегулированию магических противоречий?

– В противном случае, меня бы здесь не было, не так ли? – парировала она, тщательно пряча безрассудную надежду за резкими словами.

– Жаль, – притворно вздохнул директор, – не оставляете молодым холостякам нашего княжества и шанса!

Селина едва заметно улыбнулась. Комплимент был неуклюж, но он был. В прошлые разы их встречи проходили куда холоднее.

– Ну что ж, давайте приступим к сути вопроса. Требуется специалист для выполнения разового контракта. В случае успеха вы можете подать заявку на получение лицензии и уже самостоятельно искать клиентов. Открыть свой салон, например. Понимаете, о чём я?

Селина только об этом и мечтала, даже обои подобрала. Три года назад, когда ещё верила в успех. Осталось уточнить главное:

– В чём суть контракта? Хотелось бы знать, почему специалисты с лицензией от него отказались, – бабушка гордилась бы ею, голос прозвучал достаточно холодно и отстранённо, несмотря на бешеную бурю внутри.

Директор важно провёл по бороде, малиновая бабочка обречённо дёрнулась.

– Заказчик уже работал с нашим агентством. Поэтому обратился сразу к нам. Так сказать, эксклюзивный контракт. Понимаете, о чём я?

Селина кивнула, скрывать довольную улыбку становилось всё труднее. Неужели ей повезло? Лицензированные специалисты приравнивались к магам, а это значит сохранение титула на ещё одно поколение, а в её случае дополнительный доход и свобода. Единственный шанс влиться в их ряды, это купить лицензию. Одним из пунктов длинного списка условий, и самым несправедливым, с точки зрения Селины, было наличие опыта работы по специальности. Поэтому бездарные выпускники «Магических противоречий» штурмовали агентства, в надежде получить хоть какой-то заказ, каким бы безумным он ни был. А тут такая удача, контракт напрямую от заказчика. Есть шанс, что работа будет умерено безумной.

Директор встал и подошёл к огромной карте за креслом.

– Здесь, – его палец уткнулся в горный массив на окраине княжества. – Маленькая, но стратегически важная деревушка. Тут единственная дорога через перевал в Горный Клин. Понимаете, о чём я?

Селина мысленно хмыкнула. О да, она прекрасно понимала! Это для официальных властей она единственная, а вот местные наверняка знают ещё несколько тропок для контрабанды.

– В этих горах с давних пор селились драконы, – тем временем продолжил директор, – местные сумели договориться с ними. Закрывают глаза на мелкие хищения скота, да раз в месяц подкидывают по козе. Жертву приносят, понимаете, да? Но с некоторых пор прикормленный дракон перекрыл дорогу: нападает на караваны, всячески пакостит местным и даже есть жертвы! – он замолк, подчёркивая опасность миссии.

Сердце ледяным комком плюхнуло в желудок. Сладкий вкус надежды теперь отдавал кислятиной. Размечталась! Видимо, здесь стоит вопрос не в поиске специалиста, а как скорее найти идиота, который ради лицензии готов пойти на убой.

– И моя задача? – после некоторой паузы, решилась Селина.

Директор пошёл на второй виток вокруг стола:

– Поговорить с драконом, обсудить его поведение, – неуверенный смешок должен был вызвать ответную реакцию. Не вызвал. С чувством юмора у директора агентства было так же плохо, как и с манерами. – И договориться, чтобы больше так не делал.

– Боюсь, вы переоцениваете не только мои скромные способности, но и любого из кандидатов, – Селина вздохнула. Драконы древняя раса и по-своему разумная, но настолько «по-своему» что понять их не всегда получается даже опытным специалистам. А уж если есть жертвы… здесь нужен отряд солдат с поддержкой мага, а лучше двух. – Не будет он со мной разговаривать, – признала Селина, как бы неприятно это ни было, но лучше сказать правду. – Тут нужен опытный специалист, а ещё лучше официальное обращение к властям.

Директор согласно покивал и, порывшись в ящике стола, вытащил какую-то бумагу и важно выложил её перед соискательницей. Это оказался бланк готового договора на оказание услуг с уже вписанными именем и фамилией.

Селина сглотнула и сильнее вцепилась в папку – вот пропуск обратно в её мир. Глаза скользнули дальше по документу сумма, указанная в договоре, и условия выплаты смущали.

Директор проследил за её взглядом и пояснил:

– Местные скинулись тут немного, – Селина хмыкнула, действительно немного. – Как видите, на специалиста им хватило, а вот на опыт не насобирали. Понимаете, о чём я?

Теперь Селина понимала. Дракон пакостил с умом: селяне потеряли официальный доход и существенно сократили неофициальный. Опытный специалист мог бы решить проблему, но денег на оплату его услуг не хватало. Власти готовы помочь бесплатно, но тогда местным пришлось бы отказаться от ручейка контрабанды, который тёк не только мимо таможни, но и мимо дракона. Да и дело-то не в цене! Многие соискатели готовы были выложить последние, лишь бы получить эту работу, но Селина не спешила соглашаться, что-то её смущало, какое-то смутное предчувствие. Она лихорадочно цеплялась за него, пытаясь понять, с чем из только что сказанного оно связано.

Директор нетерпеливо дышал за её спиной, мешая сосредоточиться. Селина повернулась задать ещё какой-нибудь вопрос, неважно какой ли ж бы потянуть время, и почти уткнулась в малиновую бабочку, в корнях бороды. Борода треснула в белозубой улыбке и заискивающе выдохнула:

– Знаете, я верю, что именно вы справитесь с этим контрактом лучше всех. Да и по собеседованиям бегать вы долго не сможете, понимаете, о чём я?

Ужин

Пять свечей, криво торчащих из старого семирогого канделябра, не справлялись с темнотой. Стол утопал в тени, превращая людей, сидящих за ним, в прозрачные призраки с неестественно белыми лицами. Остатки серебряного гарнитура, тщательно начищенного единственной служанкой, не отражали, а казалось, всасывали свет, являя миру лишь прозрачные блики на гладкой поверхности. Из-за этого вечного полумрака столовая, превращалась в бездонную пещеру… дракона, да.

Селина помнила эту комнату другой яркой и светлой: десятки свечей в обычный день и магическое освещение по особому поводу. Слишком давно это было. После смерти отца пришлось экономить. Сначала урезались ненужные расходы, потом нужные, последние годы пересмотру подверглись необходимые. Свечи превратились в тщательно оберегаемую редкость, только для комнат общего пользования. Селина давно привыкла после заката передвигаться по дому на ощупь. Она вздохнула и попыталась хоть немного поесть. Бабушка всё чаще поглядывала в её сторону, если б не мать, допроса не избежать.

–…и я в светло-салатовом, думаю, в этот раз господин судья не сможет устоять, – мать мечтательно прикрыла глаза и уронила голову на молитвенно сжатые руки.

– Дорогая, при свете свечей твоя кожа сольётся с платьем. Зелёный не твой цвет.

– Салатовый, ма! Ты специально мне это говоришь? Ты просто не хочешь, чтобы у твоей дочери был новый муж, у внучек новый папа…

– А у меня новый зять? – тем же тоном продолжила бабушка. – Тебе не кажется, что каждый твой новый муж, делает нашу семью ещё беднее. Если бы непредусмотрительность твоего первого мужа, – Селина незаметно от матери отсалютовала бабушке бокалом, – то и этого дома мы бы лишились.

– Дома? – щёки матери пошли пятнами. – Ты об этих руинах? – вилка с оглушительным звоном ударилась о тарелку. – Да, он скоро рухнет на нас!

Словно в подтверждении её слов в глубине дома что-то грохнуло. Селина вздохнула, престарелая служанка ходить на ощупь так и не научилась.

Бабушка вздёрнула тонкую бровь, явно провоцируя мать, ещё минута и та сбежит. Значит, серьёзного разговора не избежать. Селина сосредоточилась на бобах, ища причину достаточно достоверную, чтобы скрыться вслед за матерью. Мыслей, как назло, никаких не было, зато она смогла распробовать вкус пищи. Бобы, как ни странно, сегодня удались. Аппетит странная штука, ещё несколько минут назад, Селина не могла засунуть в себя ни кусочка, а сейчас с удивлением поняла, что голодна.

–…давно бы его продали, тогда нам хватило и на маленький особнячок, и на безбедную жизнь…

– На твою безбедную жизнь, нам не хватит никаких денег.

Селина поймала полный негодования взгляд матери, и трусливо спряталась за салфеткой.

– Ах, так! Вы всё здесь против меня! А я только и думаю, как изменить нашу жизнь к лучшему!

– Думать, дорогая, сложно. Брось это дело.

Мать порывисто поднялась и направилась к двери. Селина приготовилась к оглушительному хлопку, но ему помешала сестра. Она как раз скользнула в столовую, и ей удалось поймать створку. Мать фыркнула в ответ на подчёркнуто вежливое приветствие и прошла мимо. Селина облегчённо выдохнула. При сестре бабушка не будет затевать разговор, в отличие от матери, так легко от Яны не избавиться.

– Опаздываешь Весьняна! – бабушка грозно указала на часы, было почти половина восьмого.

Яна показала ямочки в очаровательной улыбке, и звонко чмокнула её в подставленную щеку. Свет свечей расплескался на волосах сестры так, как будто они были из жидкого золота.

– Извините гаспожа Кристина, – шутливо поклонилась она, – обед с родителями Драгона затянулся.

Селина вздрогнула, ещё никогда имя потенциального Яниного жениха не звучало так символично, особенно в сочетании со словом «обед».

– О свадьбе ещё речи не идёт, а вы обедаете вместе, – фыркнула бабушка. – Мне кажется, ты слишком торопишься, дорогая.

– Тороплюсь? Мы с ним знакомы с детства!

Яна притихла, устыдившись вспышки, но столкнувшись взглядом с Селиной, упрямо вздёрнула подбородок:

– Тут ты, бабушка, права, – Селина страдальчески закатила глаза, точно зная, что последует дальше. Казалось, этот разговор длится вечность, прерываясь ненадолго на какие-то скучные дела типа приёма пищи или сна. Сестра гримасу проигнорировала. – Но я не могу не торопиться, Драгон в следующем году заканчивает учёбу и его ждёт престижное место в Краёве. И только от моей СТАРШЕЙ сестры зависит: поеду ли я с ним в качестве жены, или расстанусь навсегда!

– Оставь! – не выдержала Селина трагических ноток. – Ты так в нём не уверена?

– Я не уверена в Краёвских незамужних дамах! Непросто же так этот город назвали Городом Невест?

Селина вздохнула, ну да аргумент…

– Если только название подразумевает богатый выбор, – пришла ей на помощь бабушка. – Возможно, всё наоборот – невест много, потому что их замуж не хотят брать?

– Точно! Среди страшненьких местных ты будешь слишком выделяться, – воодушевлённо поддержала её Селина. – И уже Драгону придётся за тебя переживать.

Сестра не оценила комплемента.

– Серьёзно, когда ты, наконец, перестанешь носиться со своей лицензией и начнёшь искать мужа?

В полумраке гостиной старые часы гулко отбили половину восьмого. Селина дёрнулась от неожиданности. Последовавшее за боем тиканье, казалось, отдаётся где-то у неё внутри, коварно намекая на скоротечность отмерянного времени.

– Вот! – назидательно подняла палец сестра. – С каждым годом приглашений становиться меньше, не так ли?

Яна была права, более того, в этом году она вообще не получила ни одного. Даже мать была более перспективной невестой, чем Селина.

– Весьняна! Ты, как и ваша мать, только и думаете о женихах! – Сестра задохнулась от негодования, сравнение с матерью было подлым приёмом, но бабушка не дала ей высказаться. – А почему ты думаешь, семейство Драгона тянет со свадьбой? Жена с титулом, пусть и не наследственным, намного лучше безродной!

– Ба!

Слегка смягчив тон, госпожа Кристина продолжила:

– Все это мы получили благодаря роду вашего отца, но ни его древность, ни его заслуги не спасли нашу семью от нищеты и пренебрежения. Ты говоришь, почему Селина не выходит замуж? А за кого? За господина старшего советника какого-нибудь там младшего помощника? Да половина домов закрыта для нас, как-будто мы чумные. Только от терпения Селины зависит: сохраним ли мы титул, выйдешь ли ты замуж, начнут ли нас принимать или нет. Стоит ей отказаться и все, обратной дороги в высшее общество не будет.

В гостиной стало невыносимо тихо и неуютно. Сестра с излишним усердием разглаживала уголки салфетки. Бабушка занялась бобами, судя по стуку приборов о тарелку, они отчаянно сопротивлялись.

А может Яна права? Вместо того чтобы бегать по собеседованиям, бегала бы по балам. Несмотря на огненно-красные волосы, она недурна собой, сейчас бы точно была уже замужем! За клерком или таким же неудачником, как и она, аристократы портить кровь не хотят. Это отец был от матери без ума, да и сестре повезло с Драгоном. А ей так может и не повезти.

…зато жила б в собственном доме!

…в окружении соседей через тонкие стенки дешёвых апартаментов. На содержание частного дома дохода вряд ли хватит.

…а через лет пять она превратится в собственную мать: сплетни, подержанные наряды и редкие любовные интрижки.

Нет! Сдаться она всегда успеет, тем более есть заказ. Щёки обожгло стыдом. Бабушка на неё рассчитывает, а она раздумывает: браться за него или нет.

– У меня хорошая новость! – широко улыбнувшись, бодро объявила Селина.

– Получилось? – почти одновременно воскликнули бабушка с сестрой.

– Да, – уверенно кивнула Селина, чувствуя, как захлопнулась дверь, отрезая путь к отступлению. – Правда, есть небольшой подвох.

– Подробнее! – потребовала бабушка.

– Это опасно? – не выдержала сестра.

Они обе прекрасно понимали, что обычно предлагали в качестве первого заказа. Селина предпочла ответить Яне, меньше последствий:

– Нет, неопасно. Обычные переговоры с драконом, – сестра охнула, Селина поспешила внести ясность. – Он перекрыл стратегически важную дорогу, моя задача выяснить: почему он это делает.

– А в чём подвох? – прищурилась бабушка.

– В оплате, – схитрила Селина, не говорить же о каких-то там туманных сомнениях и таких же предчувствиях. Бабушка, как боле практичная натура засмеёт, а Яна, как более романтичная, впадёт в панику. – Деньги на дорогу получаю не я, а назначенный агентством сопровождающий. Полный расчёт после выполнения работы.

– Идеальные условия, – хмыкнула бабушка, – Рассчитанные на новичка, вдруг ты передумаешь и сбежишь?

– С той суммой, которая указана в контракте это просто смешно, – смущённо призналась Селина. Она, конечно, не рассчитывала с этого заказа озолотиться, но это первые её деньги. Хотелось принести и гордо выложить их перед бабушкой: вот смотри мой вклад, теперь ты не одна! Увы, копейки, которые у неё останутся после приезда домой стыдно будет даже нищему подать.

– Пф-ф! – фыркнула бабушка. – Деньги для нас пока не проблема. Зато ты близка к цели как никогда!

– Верно, – Селина отложила салфетку и неожиданно для себя призналась, – Ба, мне страшно.

Сестра порывисто поднялась и бросилась к ней.

– Глупости, ты же самая умная, упорная и вредная Рыжая, которую я знаю!

– Действительно, драконы разумные существа с ними всегда можно договориться, – авторитетно заявила бабушка, хотя сама не владела магией и видела драконов разве что на обложках пошленьких любовных романов. – Бояться нужно людей. Вечно что-нибудь выдумают. Вон, та же «Дорога семи смертей»! Драконам такое точно в голову не придёт.

– Фу, бабушка! – брезгливо передёрнула плечами сестра.

– Я слышала, что от неё давно отказались, – поспешила сменить тему Селина, посчитав, что обсуждение самой жуткой казни намного безопаснее разговора о взятом заказе.

– А еженедельник пишет, что при покушении на жизнь членов правящей семьи ещё применяют. Просто покушений давно не было.

– Ну и замечательно! – картинно схватилась за сердце Весьняна и, хихикнув, добавила. – Бабушка, прекращай читать, быть такой умной вредно. Может тебе тоже не помешает выйти замуж. Ты очень хорошо выглядишь, настоящая красавица.

– Да, почти все волосы и зубы на месте, – проворчала бабушка, пряча улыбку в уголке рта.

– А главное – человек хороший! – не сдавалась Яна.

– Точно! Спаси Бог, того безумца, кто решиться на такое!

Селина улыбалась, слушая шутливую пикировку родных и чувствуя тепло на плечах от рук сестры. Внутри несмотря на страх, зарождался огонёк уверенности. Бабушка права: драконы древние и разумные существа, а с людьми Селина как-нибудь договорится!

Сопровождающий

В назначенное время Селина была у дверей агентства. Удобные ботинки на шнуровке, широкополая шляпа и серый дорожный костюм. Мать настаивала на зелёном, недавно пошитом, но она отказалась. Какая разница, какого цвета костюм, если за три дня пути он сольётся с окружающими горами! Пальцы сжались на ручке небольшой сумки с личными вещами и комплектом сменной одежды. Двери агентства были всё ещё закрыты: ни директора, ни его помощницы, ни обещанного сопровождающего. Ранние прохожие бросали на неё заинтересованные взгляды, но вопросов пока не задавали.

Мысль, что это просто шутка, а за окном одного из кафе напротив притаились все соискатели во главе с директором и подхихикивают над глупой девицей Ерош, становилась всё более реальной.

– Веселина Ерош? – хриплый мужской голос отвлёк её от мысленного созерцания колышейся от смеха госпожи Пигдинтон.

Селина обернулась, рядом застыл монах, высокий, почти на голову выше её, и немного сутулый, как и все монахи. Наверное. В столице магического княжества они были редкими гостями. Этот первый, кого она видела так близко. И как она не заметила-то его? Тяжёлый подбородок, плотно сжатые губы и кончик упрямого аристократического носа, всё остальное терялось в тени глубоко натянутого капюшона рясы.

Ряса, да…она была такой же серой, как и её костюм.

– Да?

– Я брат Йован, буду твоим сопровождающим, – он развернулся и, больше не сказав ни слова, направился вдоль по улице.

Селине пришлось потратить некоторое время, чтобы сообразить, что он идёт к городским воротам. Когда она опомнилась, монах был уже далеко. Пришлось некрасиво бежать за ним. Шляпа слетела и болталась за плечами, завязки неприятно давили на горло. Сумка мешала и путалась в юбках.

– Подождите!

Монах продолжал идти, не обращая внимания на её крики.

– Брат! – безрезультатно. – Как там тебя? – прошипела Селина вспоминая. – Йован! Брат Йован, подождите!

Спина в серой рясе замерла. Селина приняла это за готовность подождать и перешла на шаг. Хватит, достаточно повеселила прохожих. Дыхание благодаря тренировкам пришло в норму быстрее, чем чувство собственного достоинства.

– Брат Йован, – как можно вежливее поинтересовалась Селина, как только они поравнялись. – Как вы планируете добираться до места?

– По дороге, – сухо бросил он, продолжая движение.

Селина поперхнулась воздухом. Вот как с ним можно быть вежливой? Глубокий вдох и медленный выдох. Три дня потерпеть, а там выполнит заказ, откроет салон и забудет этого монаха, как страшный сон!

– Безусловно, – кивнула она, пытаясь подстроится под его широкий шаг. Юбка коварно цеплялась за лодыжки, чтобы не упасть и не свернуть себе шею (было бы обидно умереть, так и не выйдя из города!) приходилось чередовать шаги с короткими перебежками. – Меня интересует, каким транспортом вы планируете воспользоваться?

– Нас ждёт коляска.

Ну, хоть так! Прежде чем Селина успела поинтересоваться, сколько до неё идти, монах забубнил что-то себе под нос, перебивать молящегося было неудобно. Селина очень надеялась, что это действительно молитва, а не ругательства или проклятья.

***

Спустя полчаса они стояли на загаженном заднем дворе трактира, приютившемся прямо за городскими воротами. Селина потирала зудящую спину (сумка изначально не тяжёлая, после двух вёрст пешком превратилась в пудовую) и рассматривала коляску. Она немного не так себе её представляла:

– Вы сказали «коляска»? – как ни старалась, спрятать сарказм за вежливостью не удалось.

– Телега, коляска, какая разница? Всё одно: лошадь и четыре колеса, – пробурчал монах, наблюдая, как конюх выводит огромного серого мерина.

Селина не удержалась и хмыкнула. Мерин шёл в комплекте с телегой, и его масть гармонично совпала оттенком и с монашьей рясой, и с её костюмом.

Конюх подвёл мерина к телеге, и на этом посчитал свою миссию исполненной.

– Уважаемый, – в голосе монаха не было ни капли оного. – Запрягать – твоя обязанность.

Конюх развернулся и протянул руку ладонью вверх. Селина поняла, что лучше заплатить. Верхом она, конечно, ездила, но как запрягать лошадь в телегу представляла себе смутно. Судя по всему, у монаха были те же проблемы. Кошелька или чего-то похожего Селина у него не заметила, кроме небольшой котомки за плечами, в которую он и не думал заглядывать. Селина уже хотела заплатить сама, но тут монах хитро встряхнул кистью. Миг, и на его ладони показалась монета. Но отдавать её монах не спешил.

– Сначала дело, потом деньги!

–…! – ёмко высказал конюх своё отношение к клиенту, но всё же принялся за работу.

Селина удивлённо ойкнула, до сих пор она считала слугу немым. Украдкой бросила взгляд на монаха. Ругательство, казалось, его нисколько не задело. Он также спокойно, продолжал крутить монету между пальцев. Не монах, а балаганный фокусник какой-то!

Спустя десять минут всё было готово

– Пожалуйте! – конюх прогнулся в шутливом поклоне и требовательно протянул руку.

– Спасибо, я сам – важно кивнул монах, словно рука была протянута для того, чтобы он мог опереться, и забрался в телегу.

Усевшись, брат, наконец, вспомнил о слуге, но не так, как ожидалось.

– Да снизойдёт к тебе благодать отца нашего! – торжественно напутствовал монах, воздев руки в благословении. Затем развернувшись к Селине, нетерпеливо окликнул, – Я долго ещё буду ждать?

–…! – прокомментировал конюх жадность монаха и, сплюнув под ноги девушке, ушёл.

Селина растерялась. Раньше она никогда не оказывалась в подобной ситуации. Что делать: бежать за конюхом и требовать извинений, кинуть ему вслед своей монетой или заставить заплатить склочного монаха? Метания прервал очередной крик:

– Подсадить?!

Ещё чего, чай неизбалованная барышня! Кулаки сжались сами с собой, в первый раз Селине захотелось ударить человека. Перед мысленным взором, разгоняя кровавую пелену, всплыл рисунок купленных в салон обоев, Селина выдохнула успокаиваясь. Три дня, всего лишь, три дня потерпеть, и всё!

У телеги произошла некоторая заминка, бортики были невысокие, но без посторонней помощи не залезть даже в дорожном костюме юбка, которого была чуть выше щиколотки. Селина вопросительно посмотрела на монаха, вернее, на его спину. На счёт подсадить она была уже не так категорична, но помогать, судя по всему, он не собирался. Что ж…

Селина бросила сумку в телегу, рывком села на бортик и, вздёрнув юбки до колена, перекинула ноги.

– Поехали!

– Дочь греха, – прошипел монах.

Селина возмущённо открыла рот, чтобы высказаться, и телега тронулась. Опасно покачнувшись, девушка в последний момент схватилась за бортик, но выяснение отношений решила отложить на потом, когда напрочь откушенный по ощущениям, язык отрастёт заново.

Телега с натужным скрипом миновала ворота трактира и успела отъехать почти на версту, когда забегаловка извергла из себя какого-то человека.

– Э-э-й!…ой!!!

Селина обернулась, человек призывно замахал руками. Девушка бросила озадаченный вид на спину своего спутника. Спина ожидаемо не отреагировала.

– Там человек!

– Какой еще человек? – ворчливо поинтересовалась спина.

– Обычный: две руки, две ноги, голова! – не выдержала Селина, но через мгновение смягчила тон и пояснила. – Брат Йован, мне кажется, этот человек что-то хочет от нас.

– Если кажется, молиться надо! – недовольно буркнул монах, но всё же обернулся и чуть привстал.

Человек запрыгал ещё активнее, но на брата Йована это не произвело никакого впечатления. Селина почти поверила ему, если бы не едва заметная улыбка, скользнувшая по губам. Неприятное предчувствие шевельнулось внутри. С чего она вообще взяла, что он настоящий монах? А вдруг это разбойник, который только что её похитил?

– Вы знаете его? – проявила настойчивость Селина, чуть более напряжённым голосом, чем собиралась.

– Знаю, – признался разбойник в рясе. Не успела Селина порадоваться (и сразу ужаснуться) своей догадливости, как монах продолжил. – Это сын заказчика. Нудный тип!

– А как же… – растерялась Селина, даже не поняла отчего: от самого признания или оттого, что есть ещё более нудные типы, чем монах!

– Догонит! Он-то дорогу знает.

Селина вздохнула, по-видимому, эти три дня будут самыми насыщенными в её жизни. Это даже хорошо – будет что вспомнить. На это философской мысли Селина успокоилась, всё равно отобрать поводья она не может, выскочить из телеги и вернуться (версту по жаре то ещё удовольствие) не хочет, остаётся просто наслаждаться поездкой!

Начало пути

По дороге она пыталась читать конспекты о драконах. Дома повторить материал не удалось. Причитания матери, восторженное внимание сестры и бабушкин контроль не позволяли ей остаться одной ни на минуту. Можно было почитать перед сном, но приходилось экономить свечи.

В очередной раз подскакивая на жёсткой доске, Селина перевернула страницу. Такое ощущение что колёса у телеги были не только разного размера, но и формы, а мерин хромал не на одну ногу, а на все пять! Хорошо, что трясло с некоторой периодичностью, вскоре она поймала ритм приспосабливаясь. Их мерин, несмотря на свои габариты, оказался достаточно меланхоличной скотинкой, перетрудиться ему не грозило. После того как их обругали уже пятые по счёту попутчики, монах съехал на обочину. Тут они были не одиноки: впереди смешно трусил ослик с пожилой четой в небольшом возке, а сзади пристроился обоз бродячих артистов. Первое время, монах бубнил не переставая, но Селина была настолько увлечена записями, что совершенно не обращала на него внимания.

Пока картина складывалась странной и пугающей одновременно. Драконы древние существа, они пришли в мир намного раньше людей. На заре совместного существования нападения случались, но потом люди обрели речь. Некоторые учёные считают, что драконам просто надоело жить бок о бок с дикарями, и это именно они дали людям: письменность и основы счёта. Селина пролистнула общие сведения, самое интересное было дальше. Вот! Драконы не употребляли людей в пищу, НИКОГДА! Тогда откуда жертвы?

Если дракон перекрыл тропу, по какой-то только ему ведомой логике, зачем убивать? Если не для пропитания, то?… Где-то она подобное уже видела. Селина зашуршала страницами. Ага. Драконы моногамны, у них пары создаются один раз и навсегда. Дальше…

Во время беременности самки испытывают резкие перепады настроения, иногда доходят до безумства. Ха, у людей почти так же, говорят, её мать такое выдавала!

Так, дальше. В прошлом веке был зафиксирован случай нападения на человека. Пострадавший погиб от потери крови. Может тот дракон самка? Селина достала маленькую записную книжку и записала первый вопрос: какого пола дракон? Карандаш противно скрипел по бумаге, буквы расползались в разные стороны. Да уж, не такой она себе представляла первую запись в блокноте, особенно на контрасте с выведенным ещё дома заголовком «дело №1».

Ладно, было что-то ещё. Палец скользнул по нужному абзацу, есть! Драконы очень тяжело переносят потерю сородича. Если смерть была насильственной, будут мстить виновнику до последнего в роду. Хотя существует также другое мнение: от человеческой крови они впадают в безумие и продолжают убивать любого, кого встретят… Убивают, но не едят.

Так и что мы имеем? Или наш дракон самка, или местные убили его пару, или он безумен – в любом случае убийства повторяться. А значит, ей без поддержки мага там точно делать нечего. Селина встряхнулась, отгоняя безрадостные мысли, раз уж полезла в пасть дракона, нужно выяснить хотя бы причину такой резкой смены кулинарных предпочтений! А там вернется домой и подаст отчет в Академию, там уж точно разберутся.

К первому вопросу добавились ещё два, такие же кособокие и нечитаемые:

– Интересно, эти жертвы друг другу не родственники?

– Ты чего бормочешь, греховница? – в своей манере отозвался попутчик.

Селина вздохнула и отложила тетрадь. Так дальше продолжаться не может, кажется, пора договариваться, она же специалист по противоречиям, не так ли?

– Брат Йован, раз уж мы оказались в одной… гм, телеге. Давайте общаться друг с другом уважительно, на вы.

– Овца заблудшая… вы, – телега качнулась, Селина чуть не выпала и громко клацнула зубами, в этот раз вхолостую. Она убедилась в этом, проведя языком по зубам. Монах что-то прошипел, но тут же продолжил нормальным голосом. – Где ж это видано, чтобы духовный наставник к своим прихожанам на вы обращался?

– Так я и не ваша прихожанка. Более того судя по цвету нашей… вашей рясы, вы принадлежите другой конфессии. Правда, какой не помню.

– Глупость и невежество! Молимся мы одному богу, значит, ты в моей пастве. В дороге храмы посещать не получиться, поэтому мой священный долг не оставить девицу без должного напутствия.

– Без должного напутствия, значит, – протянула Селина, умолчав, что в храмы она и так не планировала заходить, да и вообще все магические семьи атеисты. – Эти ваши: «дочь греха», «овца заблудшая» должны меня напутствовать?

– Ты не только безнравственна, но и глупа?

Селина добавила смирения в голос и попросила:

– О, святой отец мой, поясните, в чём моя ошибка?

Монах развернулся к ней, в первый раз за всю беседу. По позвоночнику пробежала ледяная волна, на мгновенье ей показалась, что из-под капюшона блеснуло синим.

– Ты ошиблась, когда взялась за эту работу.

Внутри всё скрутило от предвкушения чего-то таинственного, Селина подвинулась ближе и нервно облизнула пересохшие губы. Возникло ощущение, что вот сейчас ей откроется что-то очень важное.

– Вы что-то знаете? – прошептала она.

Монах замер. Глаз его, как и прежде не было видно, но она чувствовала, как его взгляд скользил по её лицу.

– Ну, же! Целуй её!

Холод сменился, пламенем. Они одинаково вздрогнули и отшатнулись друг от друга. Сзади, в ярко раскрашенной повозке сидели несколько разряженных мужчин и салютовали им бутылками.

– Не робей!

– Глянь, какой Огонёк!

– Я бы не отказался погреться…

– Идите… с богом, дети мои! – прошипел Брат Йован и отвернулся.

Сзади раздались вопли разочарования. Селина сама готова была застонать. Таинственное ожидание, окутывающее её, исчезло. Ах, если бы не эти артисты! Ну, надо же такое ляпнуть (целоваться с монахом!), да ещё так не вовремя! Селина вздохнула, смущение прошло, а вот вопросы остались. Она очень бы хотела знать, что известно об этой работе монаху и почему он вызвался быть сопровождающим? Директор обмолвился, что нашёл человека, которому по пути. Но теперь Селина была уверенна, что у Брата Йована есть свой интерес, и он как-то связан с драконом… или с его жертвами.

***

К обеду они проехали всего ничего, башни города ещё отчётливо виднелись за полоской деревьев. Конечно, дорога шла в горку, да и княжество, у них небольшое, но с такой скоростью им не добраться до места за три дня. Она уже подумывала, как начать разговор с братом Йованом о том, чтобы сменить транспорт. Думалось с трудом, все усиливающиеся чувство голода мешало сосредоточиться. Будто услышав её мысли, монах спросил:

– Есть хочешь?

– Да, но останавливаться не хочется, – да и негде, пока их телега не проехала ни одного постоялого двора.

– Бутерброд или яблоко? – спросил он подвигаясь.

Селина приняла это за приглашение и перебралась к нему на лавку.

– И то и другое.

Монах хмыкнул и, перекинув ей поводья, зарылся в свою котомку. Бутерброд был большим и помятым, а яблоко, напротив, мизерное с червоточинкой на румяном боку. Монах с хрустом разломил его и протянул ей обе половинки, дескать, выбирай. Селина взяла зелёную, это лучше, чем есть румяную с начинкой. По его губам скользнула улыбка, очень приятная улыбка, стоит признать, почти как у нормального человека. Жаль ей не видно его глаз. Селина была уверена, что они скорее светлые, чем тёмные. Прожевав кислое яблочко, она в который раз пожалела, что не догадалась взять еду с собой. Вот что значит отсутствие опыта! Она на секунду попыталась представить кого-нибудь из своих сокурсников с ног до головы покрытых пылью, в телеге, грызущих червивое яблочко и не смогла. Всё-таки аристократическое воспитание имеет не только плюсы, для этой работы нужно что-то другое. Возможно, бедственное состояние семьи это «что-то» ей и дало, ещё никогда Селина не наслаждалась едой, так как сейчас. Пожалуй, все требования для покупки лицензии были обоснованы.

Бутерброд, несмотря на свой пожёванный вид, показался очень вкусным.

– Спасибо, – вытерев пальцы платком, она протянула его монаху.

– Пожалуйста, – кивнул он, повторяя процедуру.

Взмах рукой и платок исчез в рукаве. Настаивать на возвращении так демонстративно похищенного имущества Селина не собиралась, да и все равно она бы его обратно не взяла. Сытый желудок настраивал на благодушный лад и располагал к продолжению общения. Селина решилась:

– Скажете, зачем вы едете в эту деревню?

– А это не твоё дело, дочь моя.

– Вот это другое дело! – улыбнулась она. – Быть вашей родственницей намного приятнее, чем быть дочерью греха.

Монах промолчал. Хороший знак.

– Я думаю, вы как-то связаны с этим делом, – молчание. Она мысленно улыбнулась и закинула пробный камень. – Скорее всего, с одной из жертв?

Лицо спутника скрывалось под капюшоном понять, что он думает совершенно невозможно. Только неожиданно громкий хруст сминаемых поводьев сказал больше, чем Селина ожидала:

– Родственница? – попробовала она развить тему.

– Тебе бы о себе подумать. Зачем ввязалась в это дело? Неужели мужа не нашла?

Селина поняла, что говорить о заказе монах не будет. Ну что ж, пусть будет беседа ни о чём.

– Пф! Зачем мне муж? – нарочито шутливым тоном спросила она. – Корми его, пои, да на балах выгуливай.

– А как же чувства, как это? Лю-бовь? – последним словом монах почти подавился видно, сам не верит во все эти «бабские бредни».

– Не для того, я образование получала! – и чуть тише, чтоб собеседник точно не услышал, добавила. – А для любви муж и не нужен.

– Всё зло, от этого образования! – неожиданно зло прорычал монах. – Девицы нахватаются всего понемногу и бегут из дома, мир менять. Сидела дома, проблем бы не было.

– Так какие проблемы? – постаралась урезонить его Селина. – Бояться нужно людей, а драконы существа древние, разумные…

– И непредсказуемые.

– Много вы о них знаете?! – не удержалась Селина.

– Достаточно, чтобы понимать – он не остановится!

Похоже, у монахов свои конспекты.

– Ладно, – сдалась она. – Так мы ни до чего хорошего не договоримся.

– Тогда лучше помолчать.

Селина перебралась назад. Подложив под спину сумку, девушка устроилась на полу. Сидеть на жесткой, подпрыгивающей лавке сил больше не было. Когда эмоции после неожиданной вспышки монаха успокоились, она смогла, наконец, подумать о том, что сейчас произошло. Наладить отношения не получилось, ну что ж, она хотя бы попыталась. Хотя, Но беседа была по-своему полезна. Во-первых, Селина теперь готова отдать руку на отсечение – у монаха есть свой интерес, и он связан с одной из жертв. Селина достала блокнот и внесла ещё один вопрос в список: «Узнать, кто из жертв, связан с монахом». Если он не местный, значит, и жертва прибыла из другого княжества. Интересно где святые братья носят серые рясы? Во-вторых, монах слишком много знает о драконах, значит, интересовался или, по спине пробежали ледяные мурашки, он не монах?

Новые места

Эта мысль все сильнее овладевала ею. Под рясой ощущалось сильное тело воина, да, немного сутулое, но вряд ли брат Йован отрастил себе такие плечи в тихой обители. Стоит признать Селина не представляла чем там обычно занимаются монахи, тех кого она встречала на улицах города или нудили что-то о покаянии «за грехи своя», все маги по их мнению были грешниками, или просили подаяния на строительство очередного храма. В столице даже один такой был, в других городах нет. Так что если и строили святые братья себе что-то, то явно не в их княжестве.

Ну не рождаются же они в рясе? Наверно у брата Йована раньше была более интересная жизнь: вон и костяшки набиты, словно тренировался с утра до ночи, и мозоли на ладонях как от меча, и плечи опять же…

– На что это ты уставилась, дочь греха? – рыкнуло из-под капюшона.

Селина вздрогнула так, словно её застали за чем-то неприличным. Она лихорадочно соображала, что сказать в свое оправдание, пока не заметила, что этот тип даже не повернулся. Наглец!

– Пейзажем любуюсь! – фыркнула с некоторой заминкой Селина.

Этот ответ его, кажется, устроил, по крайней мере, больше брат Йован ничего не сказал.

Селина потянулась. Поясница ныла, ноги от долгого сидения неприятно покалывали. Все-таки телега – это не её транспорт. Селина пообещала себе, что в следующий раз отправиться верхом, это и удобнее, и соответствует статусу. Живое воображение нарисовало, как она в зеленом костюме несется на черной кобыле по тракту, а огненно-рыжие локоны развиваются, словно флаг на ветру. Больная его часть дополнила картину мошками, запутавшимися в волосах, грязью на подоле и толпой недовольных селян, гонящих её в сторону кровожадно распахнутой драконьей пасти. Брр! Еще вчера она мечтала получить работу, открыть агентство и объездить всё княжество. Теперь у неё осталось только два желания: поесть и помыться. Казалось, вся пыль с дороги собралась на коже, забилась в волосы и неприятно скрипела на зубах, про мошек в волосах Селина старалась не думать. Хорошо, что наступили сумерки, наверное, она сейчас такая же серая, как и её костюм.

Ближе к ночи они добрались до постоялого двора или, скорее, наткнулись на него. Селина все больше убеждалась, что их мерин не серый, а седой и заказчик отдал его им, чтобы эта скотина издохла где-нибудь подальше от его двора. Когда впереди замелькали огни, Селина обрадовалась. Через час радость сменило нетерпение, еще через час – раздражение. Когда она была уже готова пойти пешком, показались первые строения. Вдоль дороги вытянулся целый городок из таверн: от самых дешевых клоповников, до респектабельных апартаментов с магической охраной. Монах пропустил несколько достаточно приличных заведений среднего уровня и продолжал ехать вдоль гостеприимно распахнутых ворот, словно искал что-то конкретное. Ослик со стариками остался далеко позади. Артисты остановились во дворе одного из дорогих заведений и устроили там представление. На дороге уже никого не осталось, разве что одинокий всадник опасно клевал носом в сотне шагов позади.

– Отец мой, где будем ночевать? – раздраженно напомнила о себе Селина.

Монах не ответил, но уже через мгновение свернул к первой попавшейся таверне. Вот и что, спрашивается, искал?

Большое двухэтажное здание пылало огнями в ночи. Судя по шуму, на первом расположился обеденный зал или, скорее, питейный. Селина зябко передернула плечами, как-то не так она себе представляла ночлег. Но с другой стороны, вот она жизнь, по-честному, без радужных мечтаний.

Телега миновала ворота и закатилась во двор, Селина заметила, что собственно ворот там давно уже не было. Два покосившихся столба молчаливо свидетельствовали, что расстаться со створками пришлось не по собственной воле. Телега остановилась. Селина вздохнула и приготовилась спрыгнуть.

– Осторожно!

Под ногами неприятно чавкнуло.

– Поздно, – прошипела Селина, боясь пошевелиться.

– Смотри под ноги, а то нас не пустят в зал.

Селина выбралась из кучки навоза, взяла сумку и обреченно пошла вслед за монахом. Свет из распахнутой двери заливал небольшой пятачок двора, отдавая все остальное во власть ночи. По дороге она пыталась хоть как-то очистить обувь, но местные конюхи были слишком ленивы, а лошади слишком много жрали. Путники уже вступили в пятно света, когда им навстречу вывалился один из посетителей. Мужчина неуклюже пробежался на полусогнутых, два раза споткнулся и упал, прямо им под ноги, да так и остался лежать. Брат Йован преступил через тело, попутно вытерев об него обувь, и направился дальше. Селина замешкалась, может быть бедняге нужна помощь? Нагнувшись к нему, она едва не задохнулась от вони.

– Шевелись, давай…те! – раздалось над самым ухом и в локоть больно вцепились пальцы монаха.

Селина и не думала возмущаться, если бы не эта поддержка она упала бы рядом с поверженным постояльцем. Помощь ему была не нужна, судя по плотному духу, тот испытывал неземное счастье.

Зал встретил их шумом и тяжелой смесью запахов какой-то еды, пота, и алкоголя. Рука сама потянулась за платком.

– Туда, – кивнул монах в сторону стойки.

Селина молча брела за ним. Мысли вяло перекатывались в тяжелой голове, ни говорить, ни есть не хотелось. Аппетит испарился еще во дворе. Сейчас бы помыться и спать… Она с ужасом подумала о том, что это только первый день их путешествия.

Тем временем брат Йован о чём договаривался с хозяином заведения. Селина сосредоточилась на разговоре.

– …вместе. Не пристало девице одной в таком заведении ночевать.

– А, вы святой брат, стало быть, будете бдеть… всю ночь?

Хозяин игриво сделал бровками и оценивающе оглядел Селину. Лицо обдало жаром, лучше бы она не слушала!

– Именно, – кивнул монах, игнорируя иронию трактирщика.

Тот неопределенно хмыкнул и крикнул куда-то за спину:

– Михай! Проводи гостей в третью угловую.

Из-за стойки выскочил юркий, вихрастый мальчишка и понесся по лестнице. Монах бодро направился следом. Селина удобнее перехватила сумку и потащилась за ними.

Мальчишку удалось догнать только у самой двери их комнаты. Открыв дверь, он метнулся внутрь, зажёг лампу и так же быстро исчез. Селина проводила его завистливым взглядом, ей бы столько энергии, и вошла в комнату.

– Угловая, значит, – проворчала она, скользнув взглядом по потолку, который под острым углом встречался с полом.

Эта особенность конструкции делала комнату мизерной. Нормально стоять можно было только у самой двери. Окна и мебель в комнате отсутствовали, но пара матрасов, заботливо свёрнутых в трубочку, должны были заменить кровати.

– Располагайтесь, – буркнул монах, подвинув к ней один из них.

Пока Селина раздумывала как ей лучше разместиться: ногами к выходу или наоборот, брат Йован хлопнул дверью, оставив её в одиночестве. Этот звук прокатился по телу, и внутри что-то сломалось, Селина рухнула на колени и беззвучно расплакалась. Вот, дура! Ну зачем, зачем ей эта работа, куда она лезет? Ни знаний, ни опыта, ни сил… Тренировки она не забросила, ах, какая молодец! Один день пути превратил её мышцы в желе! Тело болит, голова тяжёлая как с перепоя, а что будет завтра? Романтики и приключений ей хотелось? Пожалуйста! Голодная, вонючая, чёрт знает где, в одной комнате с мужчиной, лица которого она толком и не видела! Монах? Да, кто его знает! Не просто же так он бросил сына заказчика, или это был подельник? Ещё день и Селина просто трусливо сбежит домой. Янка права – лучше заняться поиском мужа, хотя, кто её теперь возьмёт-то?!

В коридоре послышались шаги. Селина быстро смахнула слезы, придвинула матрас к стене и спряталась за сумкой. Дверь скрипнула.

– Ужин будет готов через полчаса. Здесь больше привыкли пить… – хмыкнул брат Йован, разворачивая свою постель у другой стены.

– Хорошо, – кивнула она.

– Завтра встанем пораньше.

– Хорошо.

– Головой к двери будет удобнее.

– Хорошо, – Селина послушно пересела.

– Ладно, – он наградил её долгим взглядом и, вздохнув, поднялся. – Я сейчас.

Дверь опять хлопнула, но не так громко. Слез уже не было, истерика прошла, испепелив все внутри. Селина тупо уставилась на лампу, в отсутствии полок и мебели, монаху пришлось оставить её на полу посередине комнаты.

Время растянулось, сколько она так просидела, не знала. В коридоре чем-то звякнули, дверь открылась. Селина вскинула глаза, ожидая увидеть святого брата, но в комнату вкатился мальчишка, Михай, кажется? В руках он держал блестящий тазик с кувшином.

– Во, – плюхнул он свою ношу перед Селиной. – Брат Йован велел сказать, что будет ждать вас в низу.

Как только он ушел, Селина бросилась к кувшину. Вода! Целый кувшин чудесной, теплой, чистой воды! Надо же, позаботился. Чувство благодарности затопило грудь, дыхание сразу стало каким-то рваным, глаза опять наполнились слезами. Был бы он здесь, точно расцеловала!

Селина представила, как она бросается в объятья брата Йована, а он, перемежая молитвы воплями и ругательствами, отпихивается руками и ногами. Нет, поцелуи это, пожалуй, слишком!

В зал она спустилась уже другим человеком. Шляпа и пиджак остался в комнате. Селина решила, что для ужина в таком заведении переодеваться не стоит: серая юбка от костюма прекрасно гармонировала с синей рубашкой. Ну, а то, что она слегка помята, тут вряд ли кто заметит. После водных процедур, хотелось распустить волосы, уж слишком долго они были стянуты в пучок, но не решилась. Коса тоже неплохой вариант: и скромно, и аккуратно. В результате сборы заняли чуть больше времени, но теперь Селина чувствовала себя намного лучше, от вязкой апатии не осталось следа.

На лестнице она остановилась, ища глазами брата Йована, он так и не сказал, где именно будет ждать. Зря она это сделала, с каждой секундой пока её взгляд спотыкался на чужих лицах, зал замирал. Когда тишина стала абсолютной, и собственный пульс казался оглушающим, из самого темного и дальнего угла медленно поднялась знакомая фигура. Селина с трудом сдержалась, чтобы не броситься навстречу.

Новые знакомства

Как заворожённая она следила, за братом Йованом. Сколько в нём было опасной грации и силы, даже сутулость куда-то исчезла! Синие глаза под темными бровями горели, словно драгоценные камни, и смотрели только на неё. Коленки дрогнули, дыхание на мгновение сбилось. Селина медленно выдохнула. Низкий потолок дешёвой забегаловки в её воображении рванул вверх, грязь и копоть скрылись за таинственным полумраком, а сам монах, казалось, вот сейчас сбросит рясу, а под ней окажется изысканный костюм аристократа. Слегка поклонившись, он протянул руку, Селина вложила свою ладонь в его и сделала первый шаг. Пальцы почему-то дрожали, сердце билось у самого горла. Под прицелом молчаливых взглядов они прошли к столику. Здесь он опять поразительно выверенным движением помог Селине занять своё место и устроился напротив. Как только он сел, посетители отмерли и зал наполнился привычным гулом, разве что сейчас все разговоры, как думалось девушке, велись только об их странной паре, но хоть пялиться перестали.

Нервозность постепенно отпустила, Селина выдохнула и улыбнулась:

– Я…

– Обязательно нужно было там торчать? – раздражённо перебил монах.

Волшебство, окутывавшее её, исчезло, а море благодарности усохло до мелкой лужицы. Лучше поблагодарить сейчас, а то под конец ужина настроения может и не остаться.

– Спасибо, – буркнула Селина.

Монах подвинул к ней тарелку с чем-то жидким и парящим, оставив себе только высокую кружку. Наверное, уже поел.

– Быстрее ешьте и пойдём, вы слишком много привлекаете внимания.

– Чуть больше теплоты и это прозвучало бы как комплемент, – проворчала Селина, пробуя похлёбку.

Потерянный, казалось бы, аппетит вернулся с удвоенной силой. Что это и из чего готовилось, она предпочла не знать. Но, если в это макать хлеб, ммм! По вкусу намного лучше вчерашних бобов.

– У вас, Селина, слишком яркая… наружность, – между тем продолжил брат Йован. – Если бы не глаза, я бы решил, что вы маг.

Она бросила взгляд в тень капюшона… и ничего нового не увидела. Вздохнула. Глаза у неё действительно были скучно-серого цвета. У магов, напротив, цвет был ярким и насыщенным.

– У отца были зелёные. Он лекарь, – на всякий случай пояснила Селина.

Святые братья и отцы обычно плохо относились к магам, предпочитая их не замечать. Ну а маги не замечали всё это святое семейство. Уж слишком по-разному они подходили к понятию чуда: первые в него верили, вторые творили.

– Умер?

– Да, двенадцать лет назад.

– В семье мужчин больше не осталось?

Селина поняла, к чему он клонит:

– Вы правы, брат Йован, всё дело в титуле. Аристократы руку и сердце предлагать не торопятся, остаётся продлить существующий и купить у Академии лицензию.

– А, что без титула никак не прожить? – хмыкнул он.

– Да, что вы понимаете? – рассердилась Селина.

Она сама от себя не ожидала такого всплеска эмоций. Как он смеет так буднично, одной фразой, принизить все усилия, которые она потратила на достижение цели?!

Монах медленно отхлебнул, словно не заметив её гнева:

– Вы ешьте, быстрее. Спать пора.

Можно подумать, это она к нему с вопросами пристаёт, в самом деле! Селина фыркнула и вернулась к похлебке, на ночь ругаться не хотелось.

Она почти доела, когда почувствовала какое-то напряжение. Селина бросила быстрый взгляд на спутника, тот пристально вглядывался во что-то за её спиной. Неужели местные решились на что-то посерьёзнее разглядывания и сплетен? Селина выпрямилась и покрепче вцепилась в вилку, баланс так себе, но метать она её и не собиралась.

– Добрый вечер, – ломающимся баском прогрохотало рядом. – Госпожа Ерош?

Селина вскинула глаза. И стоило так волноваться? Юноша хоть и по-селянски крепкий, но ему всего-то лет шестнадцать не больше.

Селина улыбнулась, и … тихий голос монаха опередил её.

– А кто спрашивает?

– Брат, я Лойзо, па отправил меня, вас встретить, – не растерялся парень и ехидно добавил. – Если бы вы так не спешили утром, я бы вам всё рассказал.

Чужие глаза ощупали её лицо… и всё что ниже. Ещё по-детски пухлощёкое лицо попыталось изобразить очень взрослую ухмылку. Селина брезгливо повела плечами, даже не пытаясь скрыть своего отношения. Мальчишки, конечно, подражают старшим, но тут явный перебор.

– И кто у нас отец? – невозмутимо продолжил брат Йован.

– Па – староста Белых Камней, – сальности во взгляде добавилось. Боже, куда там трактирщику! Селине нестерпимо захотелось встать, чтобы избавить себя от разглядывания сверху. Кокетливо расстёгнутые еще в комнате две верхние пуговицы рубашки теперь казались ей глубоким декольте. – Па очень ждёт вас, госпожа Ерош, поэтому и прислал меня.

– Сомневаюсь, что с тобой мерин будет бежать быстрее, – хмыкнул монах.

Если до этого Селина и хотела вмешаться в разговор, то теперь она предпочла отдать инициативу Брату Йовану. Его спокойная ирония выигрышнее, чем её гнев или смущение.

– Не, я ж верхами. Для госпожи Ерош, – и опять этот липкий взгляд, – нашлась самая смирная лошадка. А вам, – юнец достал худой мешочек и бросил его на стол перед монахом, внутри звякнуло, Селина похолодела.– Велено заплатить за труды, а мерина и телегу я потом заберу.

Монах посмотрел на кошель и лениво спрятал его в рукав. Неужели брат Йован оставит её с этим озабоченным юнцом?

– Мне с вами по пути, так что я, пожалуй, провожу вас молодые люди, – довольно кивнул монах.

Не успела Селина облегчённо выдохнуть, как Лойзо предпринял ещё одну попытку избавиться от лишнего попутчика:

– Так даже лучше! – обрадовался он. – Мы с госпожой Ерош поедем верхом, а вы брат пригоните телегу в деревню, она в полном вашем распоряжении! Не пешком же вам идти…

Селина переводила испуганный взгляд с одного лица на другое. Она почувствовала себя багажом, которые два носильщика не могут поделить. Страх сменился раздражением. Вот уж нет! Она вскинулась возразить, но тут брат Йван поднялся и подал руку. Селине ничего не оставалось, как принять её.

– Поздно уже, – прошелестел монах. – Лойзо, завтра выезжаем в пять.

Выезжаем! Словно камень с души снял, не думала она, что будет так радоваться его компании.

– Но у меня только две лошади, – растерянно пробормотал юнец им в спины.

– Ну, там где две, там и три. Разберёмся.

До комнаты они добрались молча, рука об руку. Брат Йован открыл дверь и опять поразил своей галантностью, поклонился и пропустил её вперёд.

– Вы что, пили? – поинтересовалась Селина, усаживаясь на свою постель.

– Ложитесь спать, – буркнул монах, задувая лампу.

Селина ждала, что он ещё что-нибудь скажет, но темнота безмолвствовала.

– Вы ничего не хотите мне объяснить? – не выдержала девушка. – Зачем нужно было сбегать от этого Лойзо утром? Зачем эта сцена внизу?

– Для маринада.

Послышалось шуршание. Селина отчётливо представила, как наглый монах только что отвернулся от неё, как от назойливого комара. Она поняла: более вразумительного ответа не получит. Ну и ладно, завтра дожмём! Селина поймала себя на мысли, что улыбается. Странное ощущение, когда весь день эмоции, словно на сумасшедших качелях, летят то вверх, то вниз. Кажется, она начинает привыкать к попутчику.

– Богт, что ж вы такое пили? – хмыкнула она в ночь, и ожидаемо ничего не получила в ответ.

Селина ворочалась на непривычной постели. Сна не было. Хотя ещё вечером она еле передвигала ноги, только и мечтая, упасть на ровную поверхность и уснуть. В комнатушку доносились звуки со двора, наполняя собой спёртый воздух. Тревожные мысли метались в голове. Ей все не давали покоя попутчики. Во-первых, монах этот странный, зачем едет в деревню? Селина кожей чувствовала какую-то тайну связывающую брата Йована с делом о драконе, и эта тайна манила её до мурашек. Во-вторых, Лойзо этот озабоченный, зачем заказчик направил ещё и его, если уже договорился с монахом о сопровождении? Хотел сэкономить? Тут была тоже какая-то загадка, но не такая притягательная как в случае с монахом. Селина вспомнила обстоятельства знакомства с сыном старосты и порадовалась, что брат Йован не взял деньги. Перед глазами появилась картинка с исчезающем в рукаве кошелём. Чувство благодарности слегка померкло, но не оставило: пусть деньги монах взял, но и её не бросил! Хотя, что ему мешает завтра с утра исчезнуть? Зачем ждать, может уже сейчас его нет? Селина прислушалась и кроме приглушённого шума с улицы ничего не услышала. В какой-то момент она испугалась, что осталась одна.

– Спасибо, – голос неуверенно дрогнул.

Молчание. Ей очень нужно было услышать его, чтобы успокоиться. Селина попыталась ещё раз:

– Я не о воде и ужине, – на всякий случай уточнила она. – То есть и за это спасибо тоже. Но сегодня вечером вы обращались ко мне уважительно. Это приятно.

– Целесообразно, – прошелестело в темноте. – Здесь на ты обращаются только к шлюхами.

От злости сразу же бросило в жар:

– Да, что вы себе поз…

– Одно то, что ты проводишь ночь с мужчиной в одной комнате, уже наводит на некоторые размышления. Пока от неприятностей нас спасает только моя ряса.

– Да, я…

От былой благодарности не осталось и следа. Хотелось сказать ему что-нибудь резкое и обидное, но монах не дал ей даже подумать:

– Но если ты опять будешь демонстрировать себя, как сегодня на лестнице…

– Спокойной ночи! – рыкнула Селина, думая лишь о том, чтобы он замолчал.

– И тебе, дочь моя.

День второй

Утро началось внезапно. Селина привыкла рано вставать и даже собираться в полумраке, дома вечно был дефицит свечей. Но вот к чему она была не готова так это к ночёвке на старом, жёстком матрасе.

После вчерашнего ей не удавалось долго заснуть, мысли не давали покоя. Сначала она очень злилась на монаха. Да как он посмел сказать такое! Если бы они остановились более приличном заведении тогда не пришлось прикрываться его рясой, так кажется он выразился. Нет, он зачем-то остановился в этой дыре! Сколько денег ему выделил заказчик, Селина не знала, она не привыкла совать свой нос в чужой кошелёк. Но ради личного спокойствия могла доплатить из своих! Потом, немного успокоившись, она признала, что с удобствами путешествовать придётся не всегда. И этот опыт для неё, пожалуй, даже полезен. К тому же монах вряд ли привык к комфорту, поэтому он выбрал что подешевле, а тут она со своими претензиями… Стало даже немного стыдно. Селина решила, что в следующий раз, во избежание конфликтов, сама выберет место для ночлега и, если потребуется, заплатит из своего кошелька. Конечно, заказчик расщедрился только на путешествие в одну сторону, и деньги ей понадобятся на обратную дорогу, но по расчётам должно хватить, ведь в деревне она получит свой гонорар.

Приняв решение, Селина попыталась заснуть, тем более ровное дыхание Брата Йована, странным образом убаюкивало. Но тут взбунтовалось тело. Оно устало лежать в одежде на комковатом старом матрасе и просилось в свою родную постельку. Вторая половина ночи прошла в поиске более удобного положения, и только ей удалось нормально разместиться, как Брат Йован её разбудил.

Пока она собиралась и умывалась, монах ушёл вниз договариваться насчёт завтрака. Обеденный зал был полон народу, как будто они вчера отсюда и не уходили. В этот раз Селина не задерживаясь прошла к нужному столику. Брат Йован допил из своей кружки и, буркнув что-то про лошадей, сбежал. Завтракала она в полном одиночестве, под пристальным взглядом постояльцев.

– Доброе утро, госпожа Ерош, – знакомый басок заставил её вздрогнуть.

Напротив с пыхтением устраивался Лойзо. Она наблюдала, как он протискивал за стол своё большое неуклюжее тело. Пожалуй, она ошиблась, ему больше шестнадцати. Вчера в полумраке её обманули пухлые щёки и редкая растительность на лице, принятая ею за подростковый пушок. Сейчас она дала бы ему все двадцать-двадцать пять, по меркам деревни уже достаточно зрелый возраст.

– Доброе утро, Лойзо, – вежливо кивнула она и, не удержавшись, добавила, – присаживайся.

– Так я уже.

Сарказм прошёл мимо цели.

– Хорошо ли вам спалось?

Селина прищурилась, подозревая теперь его в издевательстве, но он так честно облапывал её взглядом!

Лойзо что-то залепетал, но Селина отвлеклась. За окном поднялась какая-то суматоха и также быстро сошла на нет, видно кто-то из гостей спешно собирался в дорогу.

– ..ая! – восторженно закончил свою речь парень.

Слушать, а тем более принимать участие в беседе не хотелось. Селина быстро оглядела парня, отчего тот пошел пятнами. Взгляд задержался на интересной вышивке на вороте. Она уже собралась задать вопрос о мастерице, которая это вышила, как заметила золотой отблеск в отвороте. На шее у Лойзо красовалась тонкая цепочка. Интересно, как такая вещь могла оказаться у деревенского?

– Какая красота, – искренне поразилась Селина. – Можно взглянуть?

Слащавая улыбка медленно сползла. Мелькнув маленьким круглым медальоном, по виду женским, Лойзо упрятал его глубже под рубашку:

– Это подарок… очень дорог мне, – смутился он и тут же сменил тему. – А где брат Йован, уже оставил нас?

– Нет! – поспешно взвизгнула Селина и, прокашлявшись, нормальным голосом добавила. – Ушёл решать проблему с лошадьми.

– Какую проблему? – переполошился Лойзо.

Селина пожала плечами, от необходимости отвечать отвлёк местный мальчишка. Он плюхнул перед Лойзо кружкой чего-то хмельного судя по запаху, и тарелкой с огромным бутербродом. Селина представила, как сын старосты будет засовывать это себе в рот, как куски овощей и зелени будут вываливаться и зависать на редкой поросли бороды. Её передёрнуло.

Пока Лойзо рассчитывался, Селина вспомнила, что неплохо было бы купить провизии в дорогу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.