Анна Бесст
Телячьи неЖности

Глава 1

– Джес, милая… Я так волнуюсь… – Алекс сидел напротив Джес в элитном ресторане центрального Лондона, его бездонные тёмно-синие глаза влажно блестели. – Знаешь, я тут подумал о том, что мы с тобой уже шесть лет вместе, с первого курса университета…

Он засунул руку в левый карман бархатисто-серого пиджака от местного кутюрье и достал из него аккуратно сложенный белый шелковый платок.

Алекс, а точнее Алехандро Точчини, был из очень богатой семьи родовых итальянских виноделов. Вопреки желаниям родителей он еще юношей уехал в Лондон учиться. Позже благодаря своему цепкому уму он за короткий период времени сумел построить очень ценный бизнес, основанный на платежной банковской системе, и даже войти в список молодых миллионеров.

В это время Джес, очаровательная в своем нежно-розовом, обшитом бисером платье, с легкой усмешкой наблюдала за своим кавалером, догадываясь, что тот пытается сделать ей предложение о замужестве.

– У нас с тобой уже немало жизненно важных моментов прожито вместе, и как мне кажется, мы прекрасно дополняем духовный мир друг друга, – теребя платок с инициалами А.Т., говорил Алехандро.

Дожила. Столько лет вместе, и не может спокойно, по-человечески сделать предложение… Вечно включает свою философию, – Джес уже нервно заерзала на стуле.

– Знаешь, мне кажется, мы просто созданы быть вместе. И так думаю не только я, но и наши с тобой родные, которые уже успели подружиться.

Интересно, он успеет закончить речь до того, как у меня на лице появятся морщинки, или все же мне не удастся выйти замуж молодой, – думала Джес. Ее частенько раздражало многословие Алехандро, его манера растягивать речь, словно он на торжественном открытии нового предприятия.

– Понимаешь, я так долго к этому шел…

– Неужели? – не сдержалась Джес.

– Что неужели? – растерялся Алехандро.

– Алекс, ты мне предложение делаешь или проверяешь на мне свои ораторские способности? – вспылила Джес, однако быстро успокоилась и уже сидела, подпирая подбородок рукой.

– Ну, вообще-то да, я хотел, чтобы все было красиво и торжественно, – сказал Алекс и махнул рукой официанту, дав знать, что время нести шампанское.

– Тогда оставь уже все эти штучки и просто надень кольцо мне на палец, – капризно пробурчала Джес, протянув через стол руку с идеальным маникюром.

– Так ты согласна? – интонацией наивного ребёнка спросил вроде бы уже взрослый мужчина двадцати шести лет от роду.

– Слушай, ты меня до старости решил мурыжить или как? – все еще держа кисть над столом, злилась Джес. – Ты наденешь на меня кольцо, в конце концов?

– Ах, да! – спохватился Алехандро и, достав из своего платка кольцо, все же надел его своей невесте на палец.

– О, Боже! Свершилось чудо! – разглядывала кольцо Джес.

Джессика Дамп родом из Америки. Она была маленькой девочкой, когда из-за отцовского бизнеса вся их семья переехала в Лондон. Благодаря усилиям отца Джес училась здесь в дипломатических школах и окончила хороший университет, но ничто не могло изменить ее вздорный характер. Не будь Джес столь яркой внешне, из-за её порой вызывающего поведения на нее бы не обратил внимание ни один достойный мужчина. И только Алекс мог быть рядом с ней вот уже шесть лет.

– Джес, ты можешь хотя бы сейчас не ехидничать? Такая красивая, но невыносимая натура.

Действительно, личико Джеc было прямо кукольным. Она чем-то напоминала горячих мексиканок: жгучие карие глаза, аккуратный острый носик, слегка пухлые губки и густые каштановые волосы ниже плеч. Она бы легко победила на конкурсе Мисс Вселенная, если не папино строгое «нет» на все попытки его уговорить.

– Ты можешь хотя бы сейчас не ныть? Я могу хоть на миг почувствовать себя счастливой? Только представь себе: я дожила до этого чудесного момента, я думала, я умру.

– Дорогая, а где бы ты хотела сыграть свадьбу? – уже в салоне Aston Martin спросил Алекс. Несмотря на два бокала выпитого шампанского, он сам сидел за рулем престижного авто цвета мокрого асфальта.

– Ой, Алекс! Давай ты не будешь мне задавать сейчас такие вопросы. Разреши мне в течение лета свыкнуться с ролью невесты. К тому же пока ты сам созреешь для свадьбы, пройдет еще бог знает сколько лет.

– Как всё-таки в Лондоне красиво! Сегодня это город еще краше! – не обращал внимания на ворчание новоиспеченной невесты счастливый Алекс, на его лице была широкая белоснежная улыбка.

– Не могу не согласиться с твоими телячьими нежностями, – засмеялась Джес и положила руку на колено Алекса.

Они проезжали по одной из главных улиц Лондона – Парк-Лейн, граничащей с известным Гайд-парком. Вся эта улица утопала в свете ночной иллюминации, которая украшала уже далеко не новые, но по-прежнему впечатляющие здания. Море цветов, толпы людей и круглосуточная автомобильная пробка между дорогими магазинами и отелями – вот она, улица английской аристократии.

– Когда же мы сможем переехать на новую квартиру? – вслух рассуждала Джес и пила утренний кофе, сидя за белым лаковым барным столиком на кухне напротив окна.

– Дорогая, осталось всего каких-то шесть месяцев до того, как наш пентхаус будет готов, – спокойно ответил Алекс о долгожданной квартире в районе Челси.

– Я уже видеть не могу это колесо обозрения и Парламент.

– До чего же ты капризная по утрам. Лучше бы пошла переоделась, – на Джес был лишь коротенький летящий халатик чудесного фиолетового цвета.

– Ха! А что такого? Я что, Наташи должна стесняться? Она меня даже в купальнике на балконе видела.

Наташа приехала с Украины. Приятная женщина средних лет с широкими бедрами и большими как ведра грудями. Личико у нее как у всех украинок было очень светленькое и нежное – ну настоящая славянка! Но главное ее достоинство заключалось в том, что она прекрасно справлялась с чистотой и порядком в доме.

– Причем тут Наташа? Ко мне сейчас коллега придет и до встречи акционеров нам нужно будет обсудить с ним кое-какие дела. Так что будь добра – оденься, – терпеливо говорил Алекс, вполне отдавая себе отчет, с кем по утрам имеет дело.

– Ладно, в таком случае я лучше съезжу к папе, а потом поеду посмотрю офисы, вдруг что-нибудь приглянется.

– Я не понимаю, зачем тебе офис? Свои платья ты можешь рисовать и дома, да и шить ведь не ты будешь, – Алекс нежно приобнял любимую сзади и поцеловал в шею.

Джес припарковала свой купейный Bentley цвета лайма у родительского дома, окна которого выходили на Риджентс-парк. Из окон первого этажа из-за плотного высокого забора парка видно не было, зато с третьего уже можно было разглядеть зеленые деревья, в кронах которых селилось множество зеленых попугаев.

– Джес, как хорошо, что ты приехала, – воскликнул Джордж и поцеловал дочь в щеку.

Джордж Дамп был хорошо известен своим миллиардным состоянием в банковской сфере. Ему уже было около шестидесяти, однако ни седины, ни растущего живота не было и в помине. Вместе с женой он часто посещал спа-процедуры, поэтому по-прежнему был в форме и не потерял своего лоска.

– Папулечка, привет! – пристав на носочки, Джес поцеловала отца, который был почти на голову выше неё.

– Доченька, пойдем, я тебя познакомлю с моим новым приятелем. Он владелец одного частного швейцарского банка. Я хочу, чтобы ты поехала к нему месяца на два на практику, – по-отечески придерживая за талию, Джордж повел дочь в дом.

– Папа, ты же знаешь, я никуда не поеду! У меня готовы эскизы моей первой коллекции! Мне нужно как можно скорее выпустить ее, – настроение Джес изменилось, и она отошла от отца на пару шагов.

– Подождут твои платья. Ты что же, зря четыре года училась банковскому делу?

– Между прочим, я пошла туда учиться только из-за тебя. Мне бы эти банки и не приснились, – проворчала Джес, покрутив в руках тесемки белой кофточки от Marni и поправив при этом цветастую юбку.

– Ладно, потом разберемся, – Джорж умело сгладил назревающий скандал и открыл огромную белую дверь с золотой ручкой, пропуская дочь вперед.

Они прошли через огромный холл, залитый светом большой люстры дизайнера Чичули, и оказались в просторной комнате в стиле сафари.

Да уж, удумал папа. С бизнесменом в этой комнате встречаться. Солидного человека в охотничий мир привел. Комната и в самом деле напоминала жилище страстного охотника: диваны из кожи бизона, шкуры зебр на стенах, а с потолка свисала люстра из рогов оленя как из средневекового замка.

– Кевин, разреши тебе представить мою дочь Джессику.

При входе Джес не обратила внимание на фортепиано, расписанное под зебру, и теперь вздрогнула от неожиданности, увидев встающую оттуда мужскую фигуру.

– Джессика, здравствуйте! Очень рад нашему знакомству, – произнес Кевин, протягивая руку.

– Здравствуйте, и мне очень приятно, – ответила Джес и изящно протянула руку для поцелуя. К немалому удивлению Кевин всего лишь её пожал.

Странный какой-то мужчина. Совсем что ли этикета не знает, – мелькнуло в мыслях Джес.

Кевин был очень приятным на вид американцем сорока двух лет, пятнадцать последних из которых жил в Цюрихе. Он был из тех представителей финансовой элиты, которые всячески избегали разных тусовок: Кевин просто не переносил шумные компании и мог себе позволить игнорировать их. Он был разведен, и от этого брака с пуэрториканкой у него был уже взрослый сын.

– Какая прекрасная девушка. Вы бы могли подружиться с моим сыном Рикардо. Ему сейчас как раз двадцать один год.

Как же я не люблю, когда меня начинают сватать, – подумала Джес и резко ответила:

– К вашему сведению, у меня есть молодой человек, который, между прочим, вчера мне сделал предложение. А к тому же я старше вашего сына, и, думаю, буду старовата для него.

Какая характерная и вспыльчивая особа, – подумал Кевин.

– В наше время свидетельство о браке ничего не значит. А дружеское общение никогда не навредит, – Кевин взял со стола из рога аравийского орикса стакан с виски и закинул ногу на ногу. – Так что порой не отказывайтесь от новых знакомств – они, возможно, когда-нибудь вам понадобятся.

А этот Кевин легко бы мог подойти на роль Джемса Бонда. Такой же симпатяшка: брутальные черты лица, накаченное тело… Хотя под костюмом, конечно, может скрываться все, что угодно. Но лицо приятное: голубые прищурившиеся глазки, тонкие губы, светло-русые волосы… – думала Джес, разглядывая нового знакомого.

– Возможно.

– Джес, привет! – прозвучал женский голос.

В комнату вошла дама лет пятидесяти с темными до плеч волосами, одетая в элегантный костюм персикового оттенка. У неё были очень красивые черты лица – свою привлекательность Джес унаследовала именно от неё.

– Мам, привет! – подойдя поближе Джес поцеловала её в щёку.

Маму Джес звали Кэти. Она просто боготворила своего мужа и была его главной опорой. А он, в свою очередь, подарил ей сказочно-красивую жизнь, которая позволила Кэти с молодости купаться в роскоши.

– Я сказала Лизи, она нам сейчас принесет чай, – присев на край дивана, произнесла Кэти.

– Кэти, Алекс сделал нашей дочери предложение.

Мама всегда была настроена против Алехандро из-за его нерешимости. Но никогда раньше ее личная жизнь не обсуждалась при посторонних. И сейчас Джес почувствовала себя перед Кевином неловко.

– Неужели? Значит, еще через каких-то лет десять сыграем свадьбу, – недовольно высказалась Кэти.

С самого начала она не понимала, почему Алехандро тянул со свадьбой, тогда как с Джорджем они сыграли свадьбу спустя уже несколько месяцев после знакомства. Не говоря уже о самом предложении – его Джорж сделал через неделю после их первой встречи.

Глава 2

– Джес, и все же, несмотря на твою свалившуюся свадьбу, я бы хотел, чтобы ты поехала в Швейцарию к Кевину. У него есть чему поучиться, – закрыв за гостем входную дверь, Джордж продолжил разговор с дочерью.

– Пап, я не поеду ни в какую Швейцарию. Мне там с этим дяденькой нечего делать.

– Давайте, вы продолжите разговор за обеденным столом. Лизи что-то вкусное должна была приготовить, – Кэти перебила начинающуюся брань между мужем и дочкой.

Нежно поглаживая мужа по руке, тем самым успокаивая, она провела его в обеденный зал.

В центре зала стоял большой деревянный стол в стиле модерн с кожаными вставками на коричневых ножках. Спинки деревянных стульев также были с кожаными вставками на спинках. Освещение здесь было в виде многочисленных больших и маленьких рассыпанных по потолку лампочек. Для создания романтического настроения достаточно оставить голубую подсветку.

– Почему ты не хочешь ехать в Цюрих? – уже более настойчиво спросил Джордж.

– Пап, вот скажи, тебе нравится работать в банковском мире? – Джес решила сменить тактику общения с отцом.

– Конечно! Я обожаю свою работу, а точнее, обожаю деньги, а они обожают меня в ответ. Именно поэтому я и хочу, что бы ты тоже продолжила этот бизнес, – эмоционально сказал Джордж, даже отложил отрезанный кусочек утки в апельсиновом соусе.

– А мне, папа, не нравится заниматься финансами. Как я тебе уже говорила, я и в университет пошла учить банковское дело лишь из-за тебя. Ты даже не представляешь, какое мне приносит удовольствие придумывать новые образы, – ответно высказалась Джес и сделала несколько глотков китайского чая тигуанинь.

– Тебе никто не запрещает этим заниматься в свободное от работы время. Тем более твои эти дизайнеры особо большие деньги не зарабатывают.

– Это ты глупости говоришь. Одни Дольче и Габбана имеют такой профит!

– Вот именно, Джордж, – поддержала дочь Кэти.

– Все-таки женщины есть женщины. Да ваши Дольче и Габбана выплатят налоги и останутся у разбитого корыта, – Джордж резко встал из-за стола, поблагодарил за обед и покинул своих женщин.

– Знаешь, Джес, мне сегодня приснился очень смешной сон, – попивая чай, начала Кэти.

– Сон?

– Да. Слушай. В общем, пришли мы с тобой в магазин одежды и рассматривали стеллажи. Тут я каким-то образом оказываюсь по середине скверика сидящей на крутящемся кресле, светлом таком, с сеткой на спинке. Тут ты начинаешь меня искать и, выйдя на улицу, ты замечаешь, что я сижу в этом кресле, и спрашиваешь, зачем я украла этот стул. А я и сама не понимаю, как это получилось, представляешь? Как же я смеялась ночью! Сон в руку, точно офис сегодня найдешь, если ты еще не передумала, – смеялась Кэти.

– Цветные сны мама – это, как говорят врачи-психотерапевты, признак шизофрении, – слегка ухмыльнулась Джес.

– Так, ладно, ты мне скажи, где вы планируете играть свадьбу?

– Ой, мам. Ты сама знаешь Алехандро. Я скорее умру, чем скажу «да» на свадьбе.

– Ну да. Не спеши. Выпусти сначала свою коллекцию, а Алекс подождет. Ты шесть лет ждала, теперь его очередь. Просто невероятно, как ты сама еще не сделала ему предложение?!

– Возьму на заметку в следующий раз, – Джес встала из-за стола и перекинула через голову золотую цепочку от леопардово-синей сумки Marc Jacobs. – Мне пора идти. Офис надо подобрать.

– Так, а если у тебя уже готова коллекция, в смысле эскизы, может, тебе сразу поехать на фабрику и выбрать ткани для кройки и шитья?

– Может, ты и права.

Попрощавшись с мамой, Джес поцокала по мраморному полу золотыми туфельками от Jimmy Choo, села за руль и направилась через весь Лондон на встречу. Город просто кипел от количества пробок, и одновременно с ним от невозможности ехать быстрее кипела Джес.

Зазвонил телефон.

– Да? – ответила Джес по апельсинового цвета Vertu, выпущенному специально для любителей Bentley.

– Джессика, здравствуйте. Это Бенджамин. Я хотел вам сообщить, что уже на Слоун сквер и дожидаюсь вас около магазина Tiffany. Вы скоро будете?

Слоун-сквер – это центр богемной публики, которая приходит сюда либо просто прогуляться и отдохнуть, либо так же прогуляться и найти источник вдохновения. Он считается элитным районом, как и Мэйфер, но здесь нет офисных центров, поэтому людей в строгих костюмах встретишь нечасто. Слоун-сквер – место арт-галерей и магазинов.

– Если бы не пробки, то я бы уже стояла рядом с вами, но, по всей видимости, у меня займет еще как минимум минут десять, чтобы до вас добраться. Прошу прощения за опоздание, – сказала Джес и чуть не врезалась в стоящий перед ней Peugeot.

– Не торопитесь.

Убрав телефон в сторону, Джес потянулась за водой, чтобы хоть как-то снять напряжение из-за затора на дороге. В центральном Лондоне пробки просто невыносимы.

Прибыв на место встречи, Джес столкнулась с другой проблемой – найти парковочное место.

Этот Лондон – самый настоящий геморрой. Дома понастроили, людей понапихали, а толком ничего сделать не могут. Только дай денег! – бурчала Джес пока, не нашла, где припарковаться – и не так уж близко от места встречи.

– Вы прекрасно выглядите, прямо как с обложки журнала! – поприветствовал Джес Бенджамин.

Ей оставалось лишь промолчать в ответ. Да уж какая тут обложка журнала? Мне даже не отдышаться после кросса на каблуках по небрежно асфальтированной дороге. Не говоря уже о поте, что ручьем течет у меня по спине, – мысленно ругалась Джес.

– Мы начнем с офиса над Cartier. Он очень просторный, светлый и уютный. Впрочем, вы сейчас сами в этом убедитесь.

Если бы не столь красноречивая речь этого темнокожего по всей видимости француза, я бы даже не зашла в этот офис. Все здания в Лондоне просто ужасны без ремонта. На них без слез не взглянешь. Помню, как папа решил меня проучить и заставил пожить в общежитии за две тысячи фунтов в центре Лондона. Вот дура! Лучше бы не врала и в общежитии осталась, там хотя бы веселее было, так ведь нет, снимала каморку с плесенью и кучей вечной пыли. Кроме того, в соседнем здании шел капитальный ремонт и постоянно работала дрель. Вот что значит выбрать квартиру, не взглянув на неё собственными глазами! О боже! Лучше даже не вспоминать, аж дурно стало.

– Проходите. Видите, какой просторный кабинет? Правда, подключена, к сожалению, только холодная вода. Вот тут справа туалет с душевой. Об интернете можно договориться с Cartier, они предыдущему арендатору просто за красивые глазки разрешили пользоваться их вайфаем.

Непонятно, зачем снимать здесь офис, если самим даже платить за интернет тяжело.

– А почему бывший арендатор съехал? – Джес спросила только лишь из вежливости, самой было просто все равно. Помещение для офиса ей категорически не понравилось. Стены обшарпанные, место малюсенькое, диван с журнальным столиком особенно некуда поставить, окно одно, сторона не солнечная… При английской пасмурной погоде можно будет ослепнуть, и никакие очки потом не помогут.

– Он сказал, что нашел офис лучше, но я считаю, что это прекрасный вариант, – гнул свою линию Бенджамин. – Посмотрите, какой замечательный вид из окна. Даже сквер виден.

Он меня совсем за дуру держит? Тут видно только одну сотую того скверика, а остальная часть – это рядом стоящий кирпичный дом.

– Скажите, у вас есть другие офисы показать мне? Только что-нибудь получше этого.

– Жаль, что вам не понравился этот офис. Тогда пойдемте, я вам покажу еще один, расположенный прямо в сквере, – сказал агент, пропуская Джес вперед.

Пройдя по коридору, они спустились через сверкающие по обе стороны стеллажи от Cartier и оказались на улице.

– Вы, наверное, не местная. Первый раз снимаете офис в Лондоне? Знаете, к превеликому сожалению, в Англии действительно офисы желают лучшего. Они просто все уже состарившиеся, а делать ремонт или что-либо менять нельзя – власти пекутся о сохранении своей культуры, – грустно поведал Бенджамин, направляясь к пешеходному переходу.

Он, как и большая часть жителей Лондона, был одет в белую рубашку и легкий черный костюм. Мда… Спасибо тебе, парень, что просветил. А то я не зала, в какой ужасной квартире я жила. Я в нее даже ни разу подруг не привела.

– А что тут делает этот стул? – вдруг спросила Джес.

Они проходили по скверику, заполненному людьми – сидящими на лавочках и любующимися посаженными многовековыми деревьями.

По середине площади в метре от скульптуры человека стоял стул, а точнее крутящееся кресло, очень похожее на то, что описывала Кэти.

– О, это был настоящий концерт! Сегодня утром какая-то женщина в качестве протеста против накрутки цен украла из магазина этот стул, притащила его сюда и всем прохожим что-то орала.

Этот рассказ Джес рассмешил. А может, это была мама – просто забыла? Чуть не споткнувшись, продолжала смеяться Джес.

– У вас заразительный смех, – произнес Бенджамин с улыбкой.

– А что с той женщиной стало? – поинтересовалась Джес, пока они переходили на другую сторону сквера.

– Да из магазина заявили в полицию о краже, а когда те приехали, женщины той и след простыл.

– Насмешили вы меня.

Второй офис Джес глянулся больше, чем предыдущий. И все же это несчастное помещение не могло сравниваться с роскошью, к которой привыкла Джес. Лестница на второй этаж была явно измучена временем, но зато застланная красным ковром.

– Господи, как все банально и скучно, – вздохнула Джес. – Но этот офис хотя бы имеет пристойный вид.

– Да, здесь недавно делали ремонт, поэтому выглядит свежо.

– Ну, я бы не сказала, что прямо свежо, но довольно аккуратно.

Джес ходила по пустой комнате примерно в двадцать квадратных метров. Из темного дерева пол был покрыт полиэтиленом. Стены и потолок были свеже выкрашены. Свет в этой комнатушке отсутствовал: ни люстр, ни ламп не было, были лишь свисающие на стенах шнуры, указывающие на возможность размещения настенных светильников.

– Здесь довольно светло, я хочу сказать.

– Да. Солнечная сторона играет свою роль. Плюс окно широкое без деревянных вставок, которые разрезают пространство, когда смотришь вдаль, – сказал Бенджамин, подойдя ближе к окну. – Как вам этот офис?

Джес стояла у окна и размышляла, нравится ли ей вид из окна и вообще нравится ли само месторасположение. Не буду ли я себя чувствовать, как белка в колесе, видя в окне только скверик, вокруг которого не переставая кружат машины и толпы туристов?

– Даже не знаю. Можно было бы попробовать, но меня смущает, что дальше сквера ничего не видно. Я думала, что буду видеть Слоун-стрит тоже.

Слоун-стрит, длиною около километра, упирается в Слоун-сквер. Когда гуляешь по этой улице, можно представить, что ты на неделе мод. С обеих сторон бесконечно сменяют друг друга бутики разных брендов. Витрины на столько ярко оформлены, что многие туристы не только останавливаются рассмотреть на сколько живописно они придуманы, но и не стесняясь делают сэлфи на память.

– Я вчера в какой-то статье вычитал, что вокруг оживленных участков никогда не застаивается энергия и там всегда будет прибыль. А вот длинные прямые дороги, которые напрямую ведут к зданиям, могут все разрушить.

Парень, ты это о чем? – Не понимая, что за бред он начал нести, Джес недоброжелательно на него посмотрела. Еще будет меня учить какой-то энергии. Сказал бы он это папе, тот бы быстро ему покрутил у виска.

– Я думаю, мне этот офис не подходит, – сказала Джес, глядя в окно, там проходили люди, на ходу поглощающие бутерброды. – Подыщите мне лучше офис с другой стороны Слоун-cтрит. Новое здание все же будет мне интереснее.

– Вы имеете в виду над магазином элитных машин? Мой знакомый как раз сейчас там. Можем съездить, но там все очень дорого.

Зачем мне эта лишняя информация? У меня достаточно денег, чтобы арендовать все, что захочу, – вслух она этого произносить не стала, потому как знала, что за такие слова получила бы от отца выговор.

Оказалось, что свою машину Джес припарковала рядом с машиной агента, Bentley рядом с Mini Cooper. Было видно смущенное лицо Бенджамина, теперь-то он понимал, что для нее все ни по чем в плане финансов.

Они вместе отправились смотреть офис. По дороге агент ничего не говорил. Он всего лишь с поникшим взглядом посмотрел на припаркованные у отеля дорогие машины с арабскими номерами и, открыв дверь в новое высотное здание, пропустил вперед Джес.

– Вот тут мне уже нравится, – Джес рассматривала окна во всю стену, черный блестящий мраморный пол и золотые вазоны с живыми пионами разного цвета.

Здесь повеселее, обрадовалась она.

– Чем могу быть полезен?

За стойкой консьержа в темно-синем костюме и коричневом галстуке стоял приятный улыбчивый мужчина лет тридцати. К счастью Джес, это был не индус с ломанным английским, а, вероятно, мулат с испанскими корнями. Разглядев его поближе, Джес расправила плечи, после чего выглядела более высокой.

– Джим Робертсон должен был оставить ключи от офиса на седьмом этаже.

Протянув ключи агенту, консьерж кивнул Джес в знак уважения к молодой даме.

В доме Джес было запрещено ставить себя выше прислуги. Именно по этой причине Джордж в один момент лишил дочь безлимитных финансов. Продолжалось все до тех пор, пока она не научилась по-человечески общаться с людьми ниже ее ранга. Это требование не распространялось на людей, одного уровня с её семьёй: в высшем свете высокомерность между собой не считается хамством. Но поклон консьержа все же передернул Джес. Он заставил ее вспомнить скандал, произошедший в день, когда Джес довела домработницу до слез, после чего та уволилась. Отец не выдержал и лишил свою дочь возможности жить в роскошном доме, отдыхать на престижных курортах. Ей было выделено две тысячи фунтов стерлингов в месяц – для Лондона сущие копейки. Спустя полгода жизни впроголодь, переступив свою гордость, Джес извинилась перед отцом, и с тех пор в ее характере остались только капризы золотой молодежи и высокомерное преподношение себя, но уже без хамства.

Как только Джес зашла в лифт, сразу же отвлеклась. Своим видом лифт понравился бы даже арабскому шейху: зеркальные стены, золотые пол, потолок и перила. Когда же двери лифта открылись, сразу стало понятно: Джес остановит свой выбор именно на этом офисе.

Коридор. Какой коридор! Бежевый мраморный пол. Поверх него бежевый ковер. Внизу зеркальных стен подсветка белого цвета, а сверху – разнообразные картины в золотых рамах.

– Удивительно, как зеркала увеличивают пространство. Просто потрясающе! – Бенджамин с улыбкой открыл дверь в кабинет.

Пол из светлого дерева – в цвет мраморному полу в коридоре, на стенах золотые светильники, стеклянный рабочий стол с золотыми ножками и стул из светлой кожи с золотыми колесиками стояли спиной к окну – все в этом пространстве говорило о роскоши!

– Я беру этот офис! – нисколько не сомневалась Джес.

Она стояла у окна и смотрела вниз на проезжающие мимо Ferrari, Rolls Royce, Lamborghini, на витрины дорогих ювелирных магазинов и бутиков. Жизнь за окном кипела и звала не отставать от нее.

Глава 3

Через неделю Джес уже сидела в своем новом офисе и ждала, когда же к ней соизволит явиться человек, рекомендованный мамой как поставщик тканей из Италии.

Звонок на рабочий телефон.

Отбросив цветные эскизы на стол, Джес, гордо подняв голову, взяла трубку лежащего на столе бежевого телефона с золотыми кнопками:

– Да? Джессика Дамп слушает.

– Джессика, к вам пришел Леонардо Бручелони.

– Пригласите его.

Положив телефон, Джес ощутила прилив тревоги из-за ответственности в деле, которое она делала впервые, не имея советчиков.

Через минуты две послышался стук в дверь. Джес встала из-за рабочего стола, готовая легким объятием и поцелуем встретить своего первого гостя.

– Джессика, добрый день!

В кабинет зашел очень интересный мужчина, в котором сразу чувствовался стиль. Загорелый итальянец лет тридцати пяти, приглаженные гелем волосы, острый орлиный нос, глубоко посаженные глаза, ухоженные брови. На нем был надет костюм синего цвета с тонкими желтыми полосками, белая рубашка и туфли из синей крокодиловой кожи. В руках он держал блестящий синий кейс.

– Оу! Леонардо, вы так ярко одеты! Вам к лицу! – начала разговор Джес. Такой воодушевленный тон можно часто встретить в высшем свете.

– Что же говорить про вас? Вы выше всяких похвал.

Джес была одета в бежевое короткое платье от Versace, прекрасно сочетавшееся с обувью от Valentino – сине-бежевые босоножки с шипами.

– А еще у вас изумительный офис. Хотя, что тут говорить? Такая девушка могла оказаться только здесь.

– Ах, благодарю! – на выдохе ответила Джес, слегка дотронувшись до локтя гостя, показывая что польщена комплиментом. – Присядем? Я покажу свою коллекцию, и вы мне поможете подобрать материалы, идеально подходящие к каждому образу.

– С удовольствием! – улыбаясь, произнес Леонардо.

– Может быть, я могу предложить чаю или кофе?

Джес сидела с ровной осанкой, руки лежали на столе, и на ее пальцах поблескивали драгоценные украшения.

– Благодарю, я бы не отказался от крепкого кофе без молока.

Обслуживающий персонал принес кофе для гостя и воду без газа для Джес. В этот момент она по-деловому, без эмоций доносила до Леонардо каждый созданный карандашом образ. После полученных комплиментов, в которых она так нуждалась, Джес почувствовала неописуемую легкость во всем теле.

– Знаете, все ваши платья, юбки, брюки и элементы верхнего гардероба очень воздушные, и я уверен, для них должно использоваться как можно больше натурального шелка. Вот только здесь я на вашем месте подумал бы и не стал делать подкладку, – взяв руку Джес, Леонардо подвел ее к зеркалу. – Представьте, насколько это будет сексуально. Если женщина наденет летящее платье без нижнего белья, то ткань, попав под легкий ветерок, прильнет к ее груди и взбудоражит воображение любого проходящего мимо мужчину.

От такого прелестного описания платья у Джес слегка закружилась голова. На ее лице появился легкий румянец. Ведь представив платье на теле Джес, Леонардо мог запросто ею увлечься.

– Значит, мы смогли за одну встречу подобрать материал к каждой модели. Это просто прекрасно! – радостно заключила Джес и аккуратно сложила эскизы в альбом.

– Знаете, вы молодец, – обратив внимание на папку, заявил Леонардо. – Эскизы обязательно нужно держать в отдельно выделенном портфолио – это, так сказать, ваше лицо.

– Я как-то сразу стала все откладывать в папочку, чтобы не затерялось и не стерлось, – расслабленным голосом сказала Джес и убрала папку в выдвигающийся ящик стола. – Главное сейчас найти хорошее ателье для качественного пошива.

– К этому вопросу надо подходить крайне серьезно. Малейшая деталь может сильно сказаться на вашей репутации. Особенно в первый раз! – Леонардо откинулся на спинку стула. – Важно также понимать: для того, чтобы вашу линию одежды стали раскупать, – нужно сначала заработать имя. То есть должен сложиться бренд.

– Это я все прекрасно понимаю. Надеюсь, что папа мне поможет все организовать.

– Безусловно. Финансовая помощь и знакомства очень помогают продвинуться. Как говориться, были бы деньги, – Леонардо взглянул на наручные часы Ulysse Nardin. – Я через полчаса должен буду вас покинуть.

– Да, конечно. Я и так, наверное, вас уже замучила, – закинув ногу на ногу, предположила Джес.

– Милая леди, вы не можете никого замучить. Стоит только раз на вас взглянуть, и вокруг уже больше ничего не существует.

Как же я не люблю когда начинаются эти телячьи нежности! Приятно конечно, когда тебе обращено так много комплиментов, но порой это бывает чересчур.

– Кстати, вот что я хотел сказать. Совсем забыл. У меня есть один друг из Франции. Он ранее помогал шить коллекции для Gucci. Вас с ним познакомить? Вы же не будете сразу весь мир обшивать одним показом. Вам нужно по одному комплекту каждого образа, а он, как никто, в этом деле мастер.

– Я буду вам очень признательна.

– Джес, дорогая, как прошла твоя встреча? – спросил Алекс, расстегивая рубашку и кладя ее на стоящий по середине гардеробной черный лаковый стол.

– Он обещал меня познакомить с портным, который якобы работал с Gucci.

Джес лежала на кровати и листала глянцевый журнал.

Спальня в квартире была с довольно приглушенным освещением. Стены из коричнево-фиолетового бархата, пол из темного дерева, под цвет стен постельное белье, такого же оттенка кожаная спинка кровати. По обе стороны обитые бордовой кожей деревянные тумбочки, на стенах расположились светильники – и тоже в цветовой гамме спальни. Выглядело все в богатом, но сдержанном стиле.

– И это все? Gucci, конечно, хорошо, но я думал, вы должны были выбрать ткани.

Оставшись только в черных трусах от Versace, Алекс лег рядом с Джес и провел рукой по ее волосам.

– Ну, это само собой! Ткани мы выбрали первым делом, – Джес не отрывала глаз от журнала.

– Как ты смотришь, если мы распишемся на Мальдивах?

– Не знаю. Я об этом еще не думала. Я сначала хочу выпустить коллекцию и только потом заняться свадьбой.

– Разве этим нельзя заниматься в свободное время? – Алекс убрал за ухо свисающую прядь волос Джес.

– Ты прямо как папа! И прекрати уже ковыряться у меня в волосах.

Джес встала с кровати в цветном нижнем белье от Agent Provocateur, бросила журнал на тумбочку и, схватив халатик, покинула комнату.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.