Давид Шторк
Легенды Плавучих островов. Гхарр

Посвящается всем, кто есть и когда-либо был в моей жизни. Особенная благодарность:

К.Б. – за вдохновение и постоянную помощь и поддержку в процессе написания!

Людмиле Шторк – за редактуру, советы и поддержку!

Музыкальным составам Alestorm, Kortofertos, TheFatRat, Skillet, Disturbed, Dwar и Caprise, а также Дэвиду Гаррету, за вдохновение!

Спасибо всем! Вы делаете меня тем, кто я есть.

Белая Книга. Книга открытий.

Предисловие

Страшная беда человечества состоит в иерархии. Ведь пока человек бросает вызов человеку и побеждает – он чувствует себя Человеком. Но что же тогда остается тому, кто оказался на недосягаемой вершине, когда единственным, кому он может бросить вызов становится мироздание?

Спасибо тебе, Голос. Твое сияющее эхо навечно останется гулять по моей душе, сотрясая резонансом мою сущность.

Пролог

Каждый современный человек, задыхаясь в городах, наполненных дымом, гарью, копотью и остальными отходами жизни, мечтает или мечтал хоть раз оказаться на необитаемом острове. Кто-то создает свою райскую тропическую сказку, сидя в баре в компании с друзьями за горячительными напитками и обсуждая подробности этого сладкого «а что, если», кто-то дома, закрывшись от гнили и ужаса Внешнего Мира за крепкой стеной ноосферы и экраном монитора. Дети, рассказывая об этой мечте друг другу и взрослым, представляют огромные, красивые и невероятно вкусно пахнущие цветы, ласковое солнце, песок, настолько мягкий, что на нем можно спать как на перине, большие деревья с растущими на их ветвях фруктами, вкуса которых никто никогда не знал и не узнает. Дети видят себя новыми Маугли и Робинзонами Крузо, пиратами и путешественниками. Их не волнует, как на их острове, куда не ступала нога человека, появился сундук полных сокровищ, и как они заберут их домой, их тоже не особо заботит. Обо всех таких мелочах думать – забота взрослых, они пусть и парятся, как такой сундук упаковать, погрузить на лодку, на которой можно проплыть океан, переправить к людям, а потом еще и продать эти сокровища, не привлекая внимания бандитов и властей. В детской фантазии ребенок – главная власть и главный бандит и это тем, кто туда заглянет, стоит заботиться о своем благосостоянии!

Юноши и молодые девушки же, начитавшись книжек о первооткрывателях и путешественниках, более подробно и практично подходят к этой идее, расписывая себе, о каких потребностях стоит позаботиться в начале, а какие можно отложить на некоторый срок. И никогда не бывает так, чтобы прозорливые молодые люди оказывались с пустыми руками, хотя бы ножик-спички у них-то по любому будут! Они представляют себе, с кем бы хотели попасть туда, за что отвечал бы тот или иной член их команды выживших. Конечно, все это не лишено юношеской удали, самоуверенности и присущего этой замечательной поре романтизма. Редко какой остров в таких мечтах оказывается полностью необитаем, рано или поздно, кто-то из команды находит какие-нибудь признаки, оповещающие, что на этом острове было, а возможно и до сих пор есть жизнь и Большое Приключение…

Наиболее практичными в этом плане оказываются повзрослевшие, но так и не отпустившие эту мечту взрослые. Они, скорее всего, на этот необитаемый остров наткнутся случайно, проплывая рядом на своей собственной белоснежной двуярусной яхте, и ничто не помешает им погулять по диким пляжам, полежать в шезлонге, попивая прохладные напитки и насладиться нетронутыми, но безопасными для человека джунглями. Возможно, они задумаются, чтобы этот остров купить и расположить там свою загородную резиденцию, как богачи называют свои дачи.

Даже самый прожженный прагматик и реалист, знающий, что шансы у современного человека, с его-то недостатком знаний и умений, выжить в диких условиях тропического острова в самых смелых прогнозах не поднимается выше, чем один к пяти, нет-нет да задумывается о подобной перспективе с теплом в душе.

Лишь те, кто вырос в условиях тропиков и на островах, редко задумываются о подобном. Для них это – обыденный вид из окна, радующий глаз лишь в добром расположении духа. У них есть свои мечты – у кого-то о викингах, у кого-то о покорении больших городов, а у кого-то о жизни в горах или необъятных лесах Шервуда.

У всех этих людей есть одна общая потребность – оторваться от обыденности, стабильности и всепоглощающей Системы. Те, кто вырос или долгое время находился в условиях реальной опасности, что таит в себе дикая природа, не испытывают желания уменьшить шанс выживания за счет приключений или необдуманных поступков, они не тянутся к подобному, потому что слишком хорошо понимают, что значит оказаться в критической ситуации…

Глава 1. Скалящаяся Мэри

Одинокий корабль плавно рассекал мелкие волны, паруса ловили легкий ветер, уверенно направляя судно в открытое море. Единственным напоминанием о суше были тонкие, едва различимые линии на горизонте, увидеть их способен только опытный «вперед смотрящий». Полуденное солнце, лучи которого с легкостью пронзали те редкие отрывки облаков, что появлялись на небе, нагревало спины переругивающихся за работой матросов. Несмотря на достаточно размеренный ход и не слишком-то большую скорость, сорок восемь смуглых мужчин были заняты по полной программе – они бегали по палубе, завязывая новые узлы, исполняли приказы рулевого, который в свою очередь, орал во всю глотку, отдавая новые указания, корректирующие курс.

– Крепче завязывай! – грубым голосом отозвался крупный, мускулистый чернокожий моряк по имени Джордж с вытатуированной на плече русалкой.

– И так крепко! – отозвался не менее грубый голос его соседа, привязывающий канат двойным морским узлом к борту корабля. Он принадлежал лысому испанцу с тюремной меткой-шрамом на шее в виде креста, вписанного в круг. Это значило, что ее обладатель отбывал срок на испанской каторге. Увидев такую, любой испанский солдат имел право расстрелять человека на месте, ведь с такой каторги живым на свободе может оказаться только беглец. «Заклейменного» звали Грэгори, сокращенно Грэг. Конечно, ни Джордж, ни Грэг, не были настоящими именами этих парней, но на пиратском корабле была давняя традиция – брать себе псевдонимы, походящие на имена английско-испанской интеллигенции, высмеивая подобным образом всяких «сэров Чарльзов» и «фон Бьянов».

– Я тебе говорю, крепче давай! – не унимался первый.

– Venga ya! Вот сам и делай! – гаркнул испанец в ответ.

– Кристофер увидит, заставит все узлы на этом борту перевязывать – заметил другой работающий матрос, с упомянутым ранее именем Чарльз. У Чарльза отметок на теле не было, но был широкий, приблизительно на три пальца в толщину, шрам, проходящий от лопатки до поясницы. Обстоятельства, при которых он его получил, менялись от кабака к кабаку, стоило Чарльзу придумать более яркую и шокирующую байку.

– Кстати, о птичках… где наш квартермейстер? – задумчиво протянул Грэг.

– Ты, я смотрю, на корабле недавно – усмехнулся Чарльз – узлы вязать не умеешь, где Кристофер сидит, стоит кораблю отплыть не знаешь.

– На этом корабле впервые – честно признался матрос – а так в море уж года полтора. Меня же прямо на острове и наняли пару дней назад.

– То-то я тебя раньше не видел… сейчас наш квартермейстер на вершине грот-мачты – пояснил Джордж, состоявший в команде этого корабля уже несколько месяцев – у него весьма необычный способ проверять большинство мелких креплений и канатов. Думаю, сейчас мы будем это лицезреть.

– А перед этим, перетяни этот чертов узел избавь нас от повтора всей работы!

Пока остальные матросы заканчивали последние приготовления, сорок девятый член экипажа, голландец Кристофер, единственный белокожий человек и обладатель самого высокого среди них роста, сидел на краю стенки марса или «вороньего гнезда», как называли эту площадку пираты. Впередсмотрящий сейчас находился внизу и помогал остальным, так что Кристофер мог насладиться несколькими минутами покоя. Ни один из всех матросов, даже тех, кого Кристофер с легкостью мог назвать друзьями, никогда не понимал– как можно наслаждаться спокойствием, находясь на так высоко над палубой, небрежно болтая ногами, когда шпиль грот мачты постоянно качается взад-вперед на несколько десятков футов. Но они потому и не понимали, что самый опытный из них бороздил моря меньше двух лет в общем, а на этом корабле и подавно. Про таких говорят «зелен как водоросоль». Кристофер же, за те долгих три года в команде «Скалящейся Мэри» имея общий стаж плавания в пять лет, успел прочувствовать весь корабль до каждой дощечки. Он знал «Мэри» и доверял ей, знал, где и как она себя поведет и точно знал, что она-то его никогда не скинет за борт. Так что, он не видел причин для беспокойства, даже если бы качка была предштормовой. «Скалящаяся Мэри» была одной из лучших представителей своего вида.

Сейчас парень двадцати лет откинул соломенного цвета волосы, которые норовили закрыть собой вид на море и легким прыжком встал на бортик марса обеими ногами, взявшись за верхушку мачты рукой, вдохнул полной грудью морской воздух и пробубнил себе под нос:

– Хороший воздух. И день хороший, шторма можно не ждать. Похоже, парни закончили… Жалко, конечно. Я бы с удовольствием поболтал с вами еще пару минут, ребята. Увидимся завтра. – Его слова были обращены к морю. К ветру и солнцу. Именно их Кристофер считал настоящими друзьями любого моряка, верными и неизменными. Он был непоколебимо уверен, что нужно лишь прислушаться к ним, и они с радостью расскажут, будут ли сегодня спокойны или же наоборот, захотят повеселиться и разбудить Шторм.

Кристофер убрал покрытую мозолями руку от мачты, оставшись стоять на краю. Закрыл глаза, наслаждаясь ощущением высоты. Ветер развевал его волосы, волны медленно качали корабль.

Он балансировал на краю несколько минут, чувствуя всем телом мерные качки из стороны в сторону, слышал треск канатов, шум наполняющихся парусов и множество других звуков, создающих неповторимую симфонию. И у каждого корабля она своя.

Кристофер ловко перемахнул с бортика «вороньего гнеза» на сетку. Через минуту он уже был на палубе.

– Все прекрасно, но правые узлы грота завяжите крепче! – гаркнул он. В ответ послышалась матросская ругань в два горла.

– Теперь к капитану – пробубнил Кристофер себе под нос.

– Заапевай! – бодро проорал рулевой.

Матросы нестройным хором затянули одну из наиболее известных морских песен, а именно – «Йо-хо-хо и бутылка рома».

Тем временем, квартермейстер пересек носовую палубу корабля, мимо до сих пор переругивающихся трех матросов, а оттуда – на центральную палубу, откуда можно было попасть к каюте капитана.

Каюта капитана встретила его прохладным воздухом и мягким полумраком. Несколько секунд Кристофер не видел ничего, однако глаза быстро привыкли к освещению. В дальней части каюты, сидел за столом капитан корабля. Испанец по имени Джек Кровавый Туман. Этого имени боялись многие, как пираты, так и торговцы. Даже военные корабли, бывало, старались обойти его судно стороной. Его авторитет на море был столь непоколебим, что позволил ему установить среди своих матросов на время плавания сухой закон. Если на его корабле оказывался нетрезвый матрос – он сразу летел за борт, где его ждала неминуемая смерть. Это было жестоко, но справедливо, учитывая тот факт, что на этом корабле один-единственный плохо затянутый узел или не вовремя исполненный приказ, зачастую грозил смертью всему экипажу. Сейчас Джек, периодически поправляя длинные черные волосы, читал большую книгу. Кристофер не раз видел ее, так что легко узнал – это был труд под названием «Чингизхан. История правления.».

– Входи, друг мой – негромким басом позвал его Джек.

– Разве вы не дочитали ее в прошлом месяце? – приближаясь к столу, рассматривая на ходу книжные шкафы и различные артефакты ушедших времен, коих было предостаточно в коллекции капитана.

– Перечитываю снова. Удивительный человек был, этот Чингизхан. И, между прочим, ты обязан ему жизнью, ты помнишь? – Джек на секунду прервал свое чтение, но только для того чтобы посмотреть на Кристофера, улыбнуться, прищурив глаза, и снова погрузиться в свое занятие. В такие моменты, он напоминал квартермейстеру доброго отца большого семейства, но никак не пирата, который получил свое прозвище за невероятную кровожадность, когда дело доходит до схватки. Как говорил сам Кристофер «его глаза застилает кровавый туман».

– Помню. Когда вы с командой напали на судно, где я был юнгой…

– Ты в свои семнадцать лет в два прыжка оказался прямо передо мной и ранил меня кинжалом, выхваченным из-за пояса моего же канонира, оставив вот этот шрам – он немного оттянул рубаху, показывая широкую полоску, белеющую на фоне темной морщинистой кожи – чуть не убил меня.

– Но не убил. И боцмана вырубил – напомнил Кристофер.

– Верно, и его. Когда тебя, наконец, скрутили и связали, команда требовала крови. Эх, кто бы знал, что ты переживешь всех их…

– А вы уже в то время увлекались восточными полководцами и вместо того, чтобы убить ранившего вас, похвалили за проворность и предложили место в команде – не давая капитану уйти в воспоминания, продолжил он – на должность пороховой обезьяны, насколько я припоминаю.

– А ты и не согласился, пришлось сразу в матросы возводить – хохотнул Джек – да, наглости тебе всегда было не занимать.

– Воспоминания, бесспорно, сладкая штука, капитан – немного серьезнее отозвался Кристофер – но я пришел сюда не за ними. Указанный курс взят, корабль в полной готовности, можно ли теперь узнать, почему мы в такой спешке покинули бухту и куда мы направляемся.

Джек встал, закрыл книгу и положил ее на полку, взяв оттуда свиток. Затем, вернувшись к столу, развернул его, проведя пальцем плавную линию посреди карты. Его лицо изменилось настольно кардинально, что Кристофер опешил, хоть и не раз такое видел. От «отца семейства» не осталось и следа, сейчас перед ним сидел расчетливый и хитрый пират.

– Здесь указан маршрут торгового судна, чей владелец, толстосум Марко Джилл, совершил крупную сделку, обменяв огромное количество красного перца на золото и жемчуг. Так же на его судне осталось много товара, так как, стоило ему обогатиться, он отчалил, не успев допродать одну четверть своего трюма. Наверняка он сделал это, боясь, что информация о его удаче скоро попадет в плохие руки. Остальные пираты уже не успеют его догнать. Никто кроме нас… – он злобно оскалился – а учитывая спешку и скорость плавания, он просто не имеет возможности тащить с собой в сопровождении что-либо тяжелее мелкого полувоенного корвета. Легкая добыча для «Мэри».

– И мы перехватим его… здесь, возле острова Теркс? – предположил Кристофер, ткнув пальцем в квадратик возле крупного острова.

– Слишком опасно, есть шанс, что рядом покажутся испанцы. Пропустим их вперед и встретим возле младшего брата Теркса, Кайкоса.

– Со штурманом уже согласовали?

– Смеешься? – вскинул брови Джек – для меня на этом корабле ты – первый помощник, квартермейстер, штурман, клерк, шкипер, мичман, боцман, канонир и черт корабельный. Ты знаешь о мореплавании все, наверняка больше меня. Если кто-то из тех зеленых пацанов, что сейчас на палубе, был назначен тобой штурманом – пусть балуется. А мы тем временем займемся серьезными делами.

Обговорив еще несколько деталей предстоящего нападения, Кристофер пошел на палубу. Когда он был у двери, Джек снова произнес:

– Чуть не убил ведь…

– Не убил бы.

Это была чистая правда. Кристофер не был пацифистом и не боялся сражений. Любой воин, еще до начала тренировок, выбирает себе навык, которым в последствии оттачивает снова и снова. К примеру, силу удара, скорость, уклонение от атак. Крис выбрал точность. Он никогда не применял в бою удар, пока не повторит его на тренировках несколько тысяч раз, чтобы точно знать все, вплоть до длины и глубины оставляемой раны. А все по одной простой причине, которую Крис никогда бы не смог признать вслух – он боялся убивать. Видя в глазах противника жизнь, вперемешку с остервенелой яростью и желанием уничтожить самого Кристофера, он не мог заставить себя оборвать эту жизнь. Пусть даже жалкую, полную злобы, горечи и ненависти. К тому же, ему просто еще не попадалась такая ситуация, когда убийство было необходимо. Несмотря на многочисленные абордажи и схватки, до сих пор он умудрялся оставить противников в живых, пусть иногда и сильно раненными. С одной стороны, для парня это было предметом тренировки – мастерство владением меча необходимо оттачивать постоянно. С другой – Джек, догадываясь о неприятии убийства своего квартермейстера, считал это его слабостью. Отчасти Джек был прав, Кристофер никогда не понимал, какая причина может оправдать столь многочисленные убийства капитана, тоже не знал, но назвать слабостью свое отношение к смерти он назвать никак не мог. Кристоферу стоило больших усилий и немалой смекалки, чтобы до сих пор не убивать, несмотря на все попытки капитана обставить ситуацию так, чтобы убийство стало необходимостью. Кровавый Туман приблизил его к себе, а это значит, что все, что он посчитает слабостью должно исчезнуть.

Палуба встретила голландца слепящим солнцем и полуденным жаром.

– Если Ветер и Море не изменит нам, то уже к следующему полудню будем на месте… – говорил парень себе под нос, поднимаясь по ступенькам центральной палубы. Несмотря на дефицит матросов, Кристофера никогда никто не напрягал работой. Во-первых, звание не позволяло, во-вторых, что гораздо более важно, он сам брался за любую, даже самую грязную работу, если в этом была необходимость. Сейчас же он был сконцентрирован на планировании предстоящего события. Идеальным для квартермейстера было спланировать нападение так, чтобы не пролилось ни капли крови. Внезапный штурм, абордаж и пленение всей команды. Часто случалось так, что лишь увидев черный флаг с черепом, усеянным острыми зубами и перекрещенными за ним мечами, корабль сам спускал паруса, надеясь на милосердие капитана. Но если у Марко в сопровождении корвет, то без схватки не обойтись…

Волна разбилась о борт корабля, обдав палубу брызгами. В нос Кристоферу ударил резкий запах соли, ставший уже привычным. Кристофер поднялся на корму и направился к рулевому.

– Ветер хороший, квартермейтер! – шуточно отсалютовав, сообщил ему стоявший у руля чернокожий мужчина, Лэндон Черный Зуб, и широко улыбнулся, сверкнув белыми зубами. Кристоферу до сих пор не было понятно, почему ему дали именно это прозвище, хотя они плавали вместе уже порядочное количество времени и неплохо сдружились за это время. Лэндон воспринимал Криса как своего наставника, хотя более походил на правую руку Кристофера в вопросах мореходства.

– Держи этот курс и прибавь еще три узла, нам нужно спешить, – доброжелательно ответил ему Крис и хлопнул по крепкому плечу – а я пока займусь новенькими.

– Будет представление? – интригующе спросил Лэндон.

– Будет, Лэн, будет – он усмехнулся.

– Ждем! – бодро ответил Черный Зуб, после чего набрал побольше воздуха в легкие и громко крикнул – Три узла! Бом-брамселя, Янселя!

На палубе началось активное движение, несколько матросов, включая Чарльза, отреагировали на приказ почти моментально, отвязывая нужные паруса.

– И новеньких на центральную палубу! – прокричал Лэндон после небольшой паузы.

Через пять минут, все матросы, набранные недавно, стояли на месте, переминаясь с ноги на ногу.

На фоне центральной палубы, напоминающей сейчас разворошенный муравейник, выделялись шесть неподвижных фигур – пятеро построенных в ряд мужчин испанской наружности, которые, несмотря на подобное «армейское построение» стояли в развалку, и стоящий перед ними белокожий, на голову выше самого высокого из них, молодой голубоглазый голландец, одетый в свободную приталенную рубаху и нечто, напоминающее шаровары. Подобное одеяние гарантировало свободу и маневренность действий, но при этом была лишена возможности зацепиться за что-нибудь.

– Итак, орлы! – гаркнул он, перекрикивая шум, создаваемый остальными членами экипажа – Я – Кристофер, квартермейстер этого корабля, будем знакомы! – Именно благодаря мне вы сейчас не драите палубу, но поверьте, это ненадолго. Сразу введу вас в курс дела – вы находитесь на корабле «Скалящаяся Мэри» под предводительством капитана Джека по прозвищу Кровавый Туман. Если вам дорога ваша шкура – исполняйте его приказы как можно старательнее.

– Мы знаем, где находимся – сплюнув сквозь зубы, гнусаво ответил второй по строю смуглый тип в коричневых штанах и красной бандане, не вытаскивая рук из карманов.

Грэг, моряк с тюремной меткой, стоящий пятым в строю, удивленно выглянул из строя, рассматривая говорившего.

– Имя, матрос! – снова повысил голос Кристофер.

– Джон, черт возьми, Глоу! И я не собираюсь слушать приказы от пацана, будь ты хоть трижды квартермейстер и дважды Дева Мария в придачу. Так что заканчивай тут и погнали на кормовую палубу. Не знаю как ты, а я прекрасно всекаю, что и как мне делать, я уже полтора года под парусом хожу! – он усмехнулся, обнажая блестящий золотой зуб. Он сильно гнусавил во время разговора, но всем своим видом источая уверенность.

– Глядите-ка братва, у нас тут борзый! – громогласно усмехнулся Крис, с палубы его поддержал дружный гогот.

– А че смешного, я не понял? – оглядывая сидящих на перилах обоих палуб, кормовой и носовой, возмутился испанец.

– Предлагаю тебе пари, Джонни, братан – пародируя его гнусавую манеру речи, ответил парень – сможешь ударить меня в челюсть – станешь квартермейстером вместо меня и будешь тут всеми командовать, пари будет в силе до тех пор, пока ты не попросишь у меня любой помощи. Если попросишь – две трети твоей доли с плавания отходит мне, по рукам? И до конца плавания больше не вякаешь, пока не спросят.

– Мне портовая шлюха полезней тебя будет, черт бледнолицый! – глаза испанца налились кровью.

– Тогда погнали? – стараясь скрыть восторг, ответил Крис, но его глаза выдавали его с поличным – он получал искреннее наслаждение от происходящего.

– А ну стоять! – прокричал кто-то из матросов с верхней палубы – сейчас закончим, а потом начинайте костями трясти, не хочу такое представление пропустить.

– А пока мы ожидаем наших зрителей – имитируя голос конферансье, рявкнул Кристофер – прослушайте немного важной информации, запоминайте – повторений не будет.

– Чего говоришь? – раздался голос с другой палубы.

– Повторений, говорю, не будет!!! – проорал Крис. В ответ снова раздался смех нескольких матросов. Кристофер и сам хохотнул с незамысловатой шутки, но потом резко изменился в лице.

– Судно «Скалящаяся Мэри» – трехмачтовых шлюп, самый большой в своем роде. Уплощенное дно обеспечивает минимально глубокую посадку корабля, как сказал корабельщик, делавший ее – она плывет по воздуху чуть выше уровня воды. Три мачты обеспечивают внушительных набор парусов и как следствие – возможность развить невероятную скорость при условии, что трюм не забит, и может уплывать от военных кораблей любого типа на высокой скорости даже по мелководью. Однако для грамотного управления подобной ласточкой требуется команда минимум в сто пятьдесят хороших матросов. Вдобавок, недостаточно быстрое реагирование команды во время плавания, учитывая скорость, которую мы собираемся развить, чтобы догнать посудину одного богатого торговца красным перцем с полным трюмом добра, приведет к тому что нас размажет о волны. Так что, услышав приказ – ваша задача сначала его исполнить, а потом уже думать, вам ли он был дан, понятно, черви гальюнные?! Вас выбрали, потому что вы оказались лучше остального сброда, что обитал на том занюханном острове. Под чутким руководством капитана и меня, как его заместителя, Мэри бороздит моря уже более трех лет с командой в пятьдесят человек. Если вы не сможете обеспечить нужную отдачу наравне со всеми остальными членами экипажа – вылетите отсюда быстрее, чем услышите крик «земля!», нам троглодиты не нужны. Все вы – пираты, свободные мореплаватели, но наша команда – лучшая из всех, которые вам довелось видеть! Так что не подведите нашу Мэри, она доверила вам свое сердце и тело! И да, не знаю, сказали вам или нет, но на корабле объявлен строжайший сухой закон. Если выпьете хоть глоток рома, пока корабль не на якоре – пройдетесь по доске, я не шучу. Зато, когда спустимся на берег, вас будет ждать несколько бочонков просто первосортного пойла!

– Готово! – крикнул один из матросов.

Оглянувшись, Кристофер увидел, что все члены экипажа, за исключением впередсмотрящего, рулевого и нескольких его помощников, сгрудились на верхних палубах. На секунду, он почувствовал себя гладиатором в Колизее. Пора начинать представление.

– А теперь! – хлопнув в ладоши сказал Крис, смотря в глаза испанца, до сих пор источающих ненависть.

«Не слушал», подметил он про себя, «В команду не попадет. Вызовы вызовами, но каждый моряк должен разделять личные обиды от целей и правил команды».

Глоу, секунду назад стоявший на своем месте в расслабленной позе, внезапно набросился на Криса, пытаясь дотянулся кулаком до его лица.

– Слишком медленно! – восторженно усмехнулся Крис, легко отстраняясь назад и в бок, уходя от удара, его противника по инерции бросило на доски палубы. Следующий выпад потребовал чуть большей концентрации, Кристофер встал в боевую стойку и ударами ладоней отклонял удары, которыми осыпал его оппонент, рыча от злости. Белокожий парень легко прыгал на палубе, постоянно делая шаги назад.

– Кончай бегать, трус! – крикнул Джон, наступая все решительнее и остервенело.

– Ты сказал! – насмешливо отозвался Кристофер и сделал шаг навстречу. Если бы Джон не был так взбешен, он заметил бы, что его противник не только сделал шаг, но и встал в позицию, после чего резко пригнулся, выставляя выпрямленную ногу перед собой. Палуба в этом месте была мокрой, поэтому сбить его с ног не составило Крису труда. Джон повалился на мокрые доски под дружный смех и гул раззадорившейся толпы.

– Заканчивай свои игры, отродье! – опираясь на кулаки и одно колено, прорычал Джон. Его глаза окончательно заволокла кровавая пелена, он заметил, что Крис стоит к нему спиной и в ярости бросился на него с желанием разорвать нахального мальчишку.

– Ты сказал – уже спокойно ответил ему Крис и, вместо того, чтобы уйти от яростной атаки, поставил блок, раз за разом отбивая хоть и сильные, но неумелые атаки оппонента.

– Да сдохни наконец, тварь! – отчаянно взревел Джон, окончательно потеряв контроль.

– Ты сказал… – гораздо более холодно ответил ему Крис и резко развернувшись на одной ноге ударил его второй по лицу. За мгновение до того как удар был нанесен, Джон все-таки заметил, одну маленькую деталь – насколько резко и сильно изменились глаза Кристофера в этот момент. От искорки озорства и бахвальства не осталось и следа, взгляд стал стальным и пустым, он смотрел в сторону, будто ему не нужно видеть противника чтобы точно сказать, где и в какой позе тот находится.

Послышался громкий хлопок, по палубе зазвенел окровавленный золотой зуб, владелец же этого зуба, так и не достигнув досок палубы, отлетел на шесть футов назад, перевалившись через борт корабля. Через секунду громкий всплеск оповестил всех об успешном приземлении Джона за бортом. Никто кроме Глоу не заметил перемену в квартермейстере, потому как Кристофер, как ни в чем не бывало, вскочил на бортик, провис, схватившись за натянутую сетку и пристально посмотрел на все еще пузырящуюся воду, через несколько секунд, рядом с тем местом показалась мокрая голова в красной бандане. Его план сработал – вода быстро привела в чувство отключившегося матроса. Корабль набирал скорость и стремительно отдалялся от растерянного бедолаги. Несмотря на то, что суша была рядом, шанс, что акулы не съедят его раньше, почуяв запах крови растворенной в воде, чем он доплывет, был кощунственно мал.

– Пока, Джонни, был рад знакомству! – махал ему вслед Крис, остальная команда гоготала как сумасшедшая – не забывай нас, пиши письма.

– Помоги! – окончательно осознав свою ситуацию, крикнул ему в ответ Джон.

– Что прости? Не расслышал! – приставив руку к уху под дружное улюлюканье экипажа, ответил Кристофер.

– Помоги мне!!! – проорал не своим голосом пират. Всю его уверенность и дерзость будто водой смыло, он отчаянно барахтался в воде, пытаясь хоть немного уменьшить скорость своего отдаления от шлюпа.

– Без проблем! – все так же весело ответил Крис, заканчивая привязывать длинный конец веревки к своему торсу. После чего присел и с силой оттолкнулся от бортика, вытянувшись в стрелу. Войдя в воду, словно раскаленный нож в масло, он в считанные секунды преодолел то расстояние, которое их разделяло. Джону даже показалось, что он просто вырос перед ним после того как исчез в толще морской воды. Кристофер схватил его за грудки и крикнул:

– Вытягивай!

Несколько матросов сразу же схватили в руки другой конец веревки и с силой начали тянуть на себя. Не прошло и двух минут, как оба моряка снова оказались на палубе. Тот, что раньше представлял собой гордого и дерзкого морского волка, сейчас походил больше на провинившегося мальчика, которого мать застукала возле щели в заборе женской бани. Оглядев толпу и обнаружив там потерянные лица остальных новобранцев, Крис повернулся к ним и приветливо поинтересовался:

– Еще вопросы?

Те в ответ бодро отрицательно закачали головами.

– Ну, вот и славненько! А теперь марш драить палубу, щенки! – внезапно рявкнул он капитанским голосом.

– Кристофер, шут ты балаганный, ты долго еще с новичками возиться будешь?! – хриплый, низкий голос Джека заставил всех матросов, включая намокшего, плюющегося кровью Джона, моментально забыть про недавнее веселье и быстро вернутся на свои позиции – Зайди ко мне, разговор есть! А этого клоуна – к Лойду, пока он тут всю палубу кровью не залил.

Даже сам Джон не сразу обратил внимание, что помимо крови, которая постоянно наполняла его рот, была и та, которая сочилась из его предплечий и лба – то были последствия столкновения с ракушками, коими щедро были усыпаны оба борта корабля. За время плаваний, море отточило их до острейших лезвий, которые запросто могли снять кожу с любого, кто посмеет удариться о них.

– Хорошо, сейчас поднимусь! – казалось, что Кристофер единственный, кто не боялся капитана. В прочем, так оно и было. Подойдя к Джону, Кристофер коротко и холодно сообщил:

– Лойд – наш судовой врач, центральная палуба, вторая каюта справа. Там находится лазарет, сейчас он должен быть там.

После чего быстрым шагом направился к капитану, гадая, о чем тот хочет ему сообщить.

Когда Кристофер ушел, а Джон Глоу направился по указанному маршруту, Грэг, уже начавший драить палубу, повернулся к Джорджу, тому, что с русалкой на плече, и искоса глядя на разбитое лицо Джона Глоу, спросил:

– Ты такое раньше видел?

– От других – никогда – честно признался Джордж. – Знаешь, какое прозвище дали квартермейстеру еще задолго до того, как я начал плавать с ним?

– Какое? – глаза Грэга загорелись так, будто Джордж собирался раскрыть ему местоположение сокровища.

– Белый Дьявол – загадочно произнес он – я не знаю, почему именно так, но вариантов много. Я не видел раньше такие движения в бою, но думаю, он обучался этому специально, наверное, он раньше служил где-нибудь в офицерском составе, или и того больше. А еще ты сам видел, как он плавает, не каждая рыба угонится. И мореход из него отличный…

– Почему Белый, это понятно… – протянул Грэг – а вот дьяволом за что?.. Может, он душу продал за то чтобы стать таким… все-умеющим?

– Может и так, – не стал спорить Джордж – но что я понял за несколько выходов в море на Мэри, так это то, что на него всегда можно положиться. Чужая душа – потемки, конечно, но не похож он на того, кто эту самую душу дьяволу продал. Улыбается всегда, даже когда совсем туго. Да и не важно мне это, он – хороший парень, нам повезло, что он на нашей стороне.

Открыв дверь в каюту, служащую одновременно лазаретом, Джон Глоу сделал несколько шагов вперед по дощатому полу, рассматривая полки, на которой пылились несколько крупных книг, грубый шкаф и столик, уставленный банками с мутными жидкостями. В помещении было тесно, но достаточно места для передвижения трех-четырех человек.

– На кушетку! – раздался голос из дальнего конца каюты. Сейчас Джон обратил внимание, что одном из темных углов стоит человек и что-то мастерит перед небольшой тумбой, а у противоположной стенки стоит кушетка, о которой, судя по всему, говорил этот странный человек, одетый в кожаный костюм, закрывающий большую часть поверхности кожи.

– Если ты простоишь на этом месте еще секунд десять – заставлю самому оттирать кровь, которой ты заливаешь мой прекрасный пол.

Выйдя из ступора, Джон быстро зашагал в сторону кушетки и сел туда. Огонь в его глазах, потушенный появлением капитана, начал снова разгораться, раздуваемый болью от кровоточащих ран.

– Вот так – спокойно произнес человек в костюме, поворачиваясь к Джону с кривой полукруглой иглой, в которую был заправлен шнурок из шелка – сейчас починим тебя.

– Ты это заранее приготовил что ли? – скептически подняв одну бровь, спросил Джон.

– Когда ты сказал первую же фразу там, на центральной палубе, я сразу понял, чем все закончится и пошел готовить инструменты – пожал плечами тот – кстати, нас не представили, меня зовут Лойд и я корабельный врач.

Внешность судового врача была, мягко говоря, запоминающейся. Его кожа была неестественно желтой, точно позолоченной, но не как у больных печеночной хворью, у тех желтизна отдавала багрянцем и была неравномерной. Кожа Лойда словно и должна была быть такой, золотистой и гладкой, а в сочетании с чистыми и неестественно теплыми карими глазами почти на пол лица и отсутствием каких-либо волос, кроме ресниц, цвет кожи как-то отходил на второй план.

– Я не смогу зашить дыру, которую ты во мне сейчас просмотришь – недовольно нахмурился Лойд, приближаясь – понимаю твой интерес, но отвечать ни на что не буду – он плеснул на рану слегка солоноватой воды, это заставило Джона дернуться.

– Тебе бы стоило подготовить гроб для этого выскочки через пару дней – зло оскалился Глоу, когда игла вошла в его кожу. Он зашипел от боли и рефлекторно хлопнул по руке Лойда – Полегче, блин, не мясо шьешь, докторишка.

Лойд остановился, пристально посмотрел в глаза Джона и спокойно произнес:

– Ты можешь грубить и гнать картину перед кем угодно на этом корабле, но запомни одно простое правило, дружище. Никогда не ссорься с тремя людьми – с капитаном, потому что он тебя убьет, со мной, потому что я не стану тебя спасать, когда это будет нужно и с Кристофером – тогда тебя разорвет на части остальная команда. Я, да и Крис наверняка, прощаем тебе первую ошибку по незнанию, но впредь свои яйца держи при себе, целее будут.

Сказав это, Лойд снова принялся зашивать рану на руке Джона.

– И вообще, по правде говоря – продолжил Лойд, будто не замечая раздосадованного взгляда Глоу – тебе не стоит здесь ни с кем ссориться, а наоборот, постараться подружиться со всеми. Команда у нас маленькая, особенно для такого корабля, каждый работает за троих и естественно, если кто-то будет подрывать командный дух при таких-то нагрузках, земли он не увидит.

– Мне что, любезничать со всеми вами?

– Не любезничать, мы же не графья какие-то. Просто не цепляться. Кто-то тебя задел – скажи, а не лезь в драку и сам слушай, что говорят. Тогда, быть может, и поладим.

– А что говорить-то? Мы все тут не чисты перед законом, вот ты, почему тут, а не в каком-нибудь нормальном лазарете? По-любому убил кого-то, верно?

– Почти. Спас кое-кого. Сделав при этом то, что врачи обычно не делают. Хотели убить, но человек, которого я спас, помог мне сбежать и сесть на этот корабль.

– Ты типа принца в изгнании? Или живая легенда, которой давно и жить-то незачем? – решил сострить Джон.

– Второе ближе, конечно, но я скорее твой персональный проводник в мир иной – хмыкнул Лойд.

Посидев еще некоторое время за работой, и потратив изрядное количество нитей, Лойд затянул последний узел и развернулся к столику с банками, ища в них что-то.

– Ты хороший парень, Джон, если перестанешь задираться. Если что нужно будет – подходи, не стесняйся… да куда же я дел эту штуку?! – возмутился он – Ааа! Вот ты где, мой ненаглядный! – сказав это, Лойд вытянул бутыль, в которой плескалась какая-то жидкость, и открыв его, подошел к Джону. Затем он щедро плеснул жидкостью на раны Джона. Тот вскочил от неожиданной боли. Раны будто горели, жжение было нестерпимым. В нос ударил едкий запах спирта. Лойд спокойно смотрел, как Джон отчаянно трет свеженаложенные швы, пытаясь унять боль, затем грустно посмотрел на бутыль.

– Ну вот, едва от бухты отошли, а уже первый раненный. Надо бы аккуратней с настоем, а то закончится быстрее, чем мы первый раз остановимся.

Сказав это, он, шумно выдохнув, приложился к бутылю, сделав пару крупных глотков.

– Но… – забывший про боль от недоумения, Джон так и остановился, немного вытянув правую руку в останавливающем жесте.

– Во-первых, я не матрос, и знать не знаю, что там и как на корабле делается. Во-вторых, попробуй меня грохнуть и вся команда после первого же нападения передохнет от кровотечения и болезней. Так что ваш «сухой закон» на меня не распространяется, у меня с капитаном отдельный договор.

– И что же в нем прописано? – спросил Джон, накидывая на себя рубаху.

– Стоять! – громко скомандовал Лойд, уже слегка нетрезвым голосом – сначала повязка, потом рубаха! Я тебя что, зря стерилиз… ну ты это, понял короче. Смотри у меня! – Лойд быстро взял со стола несколько тряпиц и быстро, почти не глядя, перевязал Джона.

– И что теперь, док? – вопросительно глядя на повязку, спросил Глоу.

– Ее не снимать, пару дней канаты не затягивать и силой не хвастаться, а то швы порвутся ко всем морским ежам. Потом повязку принесешь обратно, не вздумай выбросить. Чтоб не бездельничал, поначалу в камбузе помогать будешь нашему коку, затем палубы драить, и лишь после этого снова канаты тягать. Тут не курорт, так что не привыкай к такой халяве, это делается лишь потому, что к моменту абордажа ты должен быть целехонек. Все, не задерживай меня больше. Топай на палубу, а оттуда – в камбуз. И да, в моем контракте написано, чтобы я всегда был начеку, на случай если кто-то из вас, остолопов, решит блудодействовать со своей саблей… Ик! – Лойд весело присвистнул и расслабленной походкой пошел к своему столику, попутно напевая песню «Пьяный моряк» («Drunken sailor»).

Джон не стал более задерживать удивительно быстро захмелевшего врача и пошел по направлению к камбузу.

Дамоклов меч, который, как казалось Кристоферу, навис над ним после вызова капитаном, оказался простой мелочью – капитан просто дал несколько распоряжений об изменении курса по ходу маршрута. Выходя из каюты с легким сердцем, Кристофер мельком осмотрел происходящее на корабле действо, улыбнулся и пошел на центральную палубу, где несколько минут назад занимался обучением одного строптивого матроса. Прихватив по дороге ведро с щеткой, он приблизился к пятнам крови, которые остались после драки, засучил рукава и штанины до колен, связал хвостом соломенного цвета волосы, прихватив их лентой, которую вытянул из-за пояса и начал оттирать пятна, под сначала слегка недоуменные, а затем полные уважения взгляд Грэга, испанца с тюремной меткой на шее.

– Как-то тихо – пробубнил себе под нос Кристофер – прямо работать не хочется… Эй ребята!!! Запевай! – внезапно прокричал он на весь корабль и первым же затянул:

A pirate's life is simple: we drink and steal and kill!

Always we are questing in search of bigger thrills!

Следом песню подхватили и остальные матросы, работа сразу пошла слаженней и оживленнее.

We've sailed across the oceans, got drunk in many bars!

But when we sail to Mexico, that's where we party hard!

Грэг не знал слов этой песни, но общий дух захватил его, заставляя петь со всеми, тем более что мотив был более чем заводным.

Woah-oh-oh! Tonight, we drink together!

Woah-oh-oh! Tomorrow, we may die!

Yo-ho, Mexico! Far to the south where the cactus grow!

Tequila and a donkey show! Mexico, Mexico!

Yo-ho, Mexico! Far to the south where the cactus grow!

Take me away from the ice and the snow! Let's go to Mexico!

(с) Alestorm – Mexico

Через несколько минут песня закончилась, однако на другой палубе кто-то начал другую, так что веселье продолжилось, но Кристофер уже не пел, Грэг, заметив это, тоже приумолк.

– Сэр Грэгори – после десяти минут и половины очищенной крови, усмехнулся Кристофер – у вашей светлости есть вопрос к моему затылку?

– Да не, просто это…

– Информативно – улыбнулся тот – если хочешь узнать чего, не стесняйся, мы же тут братия, как-никак.

– Ты где так драться научился? – в лоб спросил Грэг – и вообще, ты откуда такой взялся?

– Учти, я могу и соврать на этот счет – хитро прищурился Кристофер, смотря на него.

– Да пофигу, пусть хоть что-то будет – пожал плечами испанец.

– Только давай что-то одно, выбери, что тебе больше хочется узнать – снова схитрил Кристофер.

– Давай про плавание. Я хорошо плаваю, но с тобой бы заплыв на скорость устраивать не стал бы.

– Ты мне льстишь, Грэг. Я уверен, что если за тобой будет гнаться большая акула, то ты и саму «Мэри» на всех парусах обгонишь. Мотивация великая вещь – хохотнул он.

– Я без понятия что такое «мотивация», но смысл мне ясен. И все же, отвечай – парень с меткой уже улыбался в предвкушении.

– Русалка научила.

– Заливаешь ведь – немного расстроился Грэг.

– Ничуть – серьезно посмотрев на него, ответил Кристофер – у нее были зеленые как листья водорослей, глаза и черные, как бездонная пучина, волосы.

– И как она тебя так научила?

– Сначала сковывала мне руки камнями и учила плавать так, потом точно так же – с ногами, а один раз даже сковала цепями и пустила на дно.

Грэг не смог сдержать восхищенного вздоха. Обладая от рождения хорошей фантазией, он погрузился в нее, представляя как человек, скованный по рукам и ногам, плывет вверх, извиваясь всем телом.

Кристоферу это было на руку, он быстро закончил оттирать последнее пятно и к тому моменту, как Грэг спохватился, уже уносил ведро, насвистывая себе под нос какой-то мотив.

Вылив воду за борт, он поставил инвентарь тут же на палубе, остальные новички до сих пор были заняты очищением поверхностей, поэтому щетка и ведро могли еще понадобиться. Белый Дьявол посмотрел на солнце, которое уже миновало самый зенит, и начинало едва заметно склоняться в сторону заката. Жара не спадала, а значит, что скоро все находящиеся вне кают устанут и захотят есть. Поэтому вектором направления был выбран камбуз, где корабельный кок Оррелл должен был быть в самом разгаре приготовления стряпни для команды.

Зайдя в камбуз, Кристофер оказался в центре представления. Низкорослый, горбатый Оррелл, размахивая ножом и что-то невнятно крича, гонялся за Джоном Глоу, который уже успел посетить лазарет и, судя по всему, был направлен Лойдом прямо в камбуз, помогать коку. Как человек, знакомый с Орреллом достаточно долго, Кристофер не смог не заметить одну деталь, помимо того, что все вокруг было перевернуто с ног на голову. Небольшая лавка и таз с частично очищенным картофелем стояли рядом с открытой форточкой.

Вошедшего не заметил ни тот, ни другой, так что Кристофер позволил себе сесть на стул и несколько минут наблюдать за суматохой, после чего спокойно взял в руки две чугунные сковороды и с размаху стукнул их друг о друга. Звон оглушил как самого Криса, так и всех, кто находился в камбузе.

– Очистки? – с сожалением спросил Кристофер, глядя на горбуна.

– Очистки – грустно, с обидой ответил тот.

– Не серчай. Новичок он, еще не знает порядков на твоей кухне, ты меня, вон, тоже в первый день чуть не зарезал. И, по-моему, каждого, кто тебе хоть раз помогал.

– Если бы вы друг другу говорили, что нельзя выбрасывать очистки в окно, мне бы не пришлось тратить силы на каждого, кто так вот приходит «помочь». Помощнички, cоmеs mierdas!

– Знаешь принцип «дырки в стене»?

– Что еще за принцип такой? – раздраженно отозвался кок. Джон Глоу до сих пор пытался отдышаться, поэтому не встревал в разговор.

– Вот представь. Стоишь ты в очереди, а там каждый засовывает голову в дырку в стене, а потом быстро бежит за стену. Вот интересно тебе, доходит до тебя, ты засовываешь голову в дырку, а оттуда тебе прилетает сапогом по роже. Ты в гневе бежишь за стену чтобы проучить мерзавца, а за стеной – никого и только чья–то любопытная харя из стены выглядывает…

Кок на секунду задумался, потом поднял брови, осознав действие загадочного принципа «дырки в стене» и снова нахмурился.

– Поправка – я при всем желании не смогу заглянуть в дырку, в которую заглянешь ты или этот cabron! Так что чушь, этот твой принцип.

– Если бы тебе не нравилось вот так гоняться с ножом за людьми, изображая бесноватого – заметил Кристофер – ты бы сам предупреждал об очистках каждого новичка.

В ответ кок только хмыкнул. А Крис рассмеялся.

– Больные… – выдохнул Джон.

– Скоро привыкнешь и будешь с нетерпением ждать следующих новичков – рассмеялся в ответ Оррелл и хлопнул того по спине.

– Скоро уже обед, вам тут помощь не нужна? – отсмеявшись, наконец задал вопрос квартермейстер.

– Собери все кастрюли и помоги нарезать мясо – сразу же дал распоряжение горбун.

Кристофер коротко кивнул и начал собирать разбросанную кухонную утварь.

– Да что не так с этими очистками?! Ну выбросил я их за борт, это же мусор! – возмутился Глоу.

– Я из них себе «мундирки» готовлю – отозвался кок.

– Что еще за мундирки?

– Очень вкусная штука, очистки тонко нарезаются и жарятся в жире, посыпаются солью и перцем, чем больше перца – тем вкуснее!

– Никто кроме него эту гадость не любит – добавил Крис.

Джон, до сих пор не простивший ему поражение на палубе, сел обратно на скамью, заканчивать свое задание по очистке картошки. Смотря на то, как квартермейстер собирает кастрюли, он четко решил – он должен уделать этого самодовольного белокожего выскочку во что бы то ни стало. Раз сразу этого сделать не удалось, придется понаблюдать, чтобы выявить слабости голландца и в подходящий момент воспользоваться ими.

Тем временем на палубе обсуждали и спорили, какие клички дать новичкам. Грэгу досталось звучное имя Грэг Метка Калаки¹ или просто Меченый. Когда очередь дошла до Джона Глоу, вся команда быстро сошлась во мнении. Отныне воеватого Глоу называли Джон Золотой Зуб.

Глава 2. Голландец

Следующие несколько дней плавания слились для Грэга в один. Вахты были строго распределены, но попадались на разное время суток, особенно новичкам, которым оставались те смены, которые не хотели брать матросы основного состава. Выспаться удавалось редко, но общий позитивный настрой команды не давал выбиться из сил. Несколько раз над ним и другими новенькими подтрунивали, устраивая различные нелепые розыгрыши. Не трогали только Джона Золотого Зуба, во-первых, потому что он до сих пор был ранен и был у команды на «щадящем» счету, а во-вторых, потому что любую колкость он до сих пор воспринимал крайне остро и периодически ссорился то с тем, то с другим членом команды. Хотя по сравнению с первым днем, он вел себя на порядок спокойнее, Грэг часто видел его возле Кристофера, тот старался наблюдать, как показалось Грэгу, за самым опытным и уважаемым членом экипажа, стараясь не выдать этот факт. Гордость не позволяла ему попросить помощи, вместо этого Глоу просто наблюдал за Крисом во время своих вахт.

Кристофер эти дни вел себя весьма беспечно, практически не отдавал приказов, не контролировал курс, оставляя это на рулевого Лэндона. Капитана Грэг не видел за эти дни ни разу, хотя это можно было списать на большое количество «собачьих вахт» на долю испанца с меткой. «Собачьей вахтой» называли время примерно с двух ночи до шести, наиболее тяжелое для работы время. С другой стороны, он почти не видел, чтобы Лэндон отлучался со своего поста, Грэгу показалось, что рулевой живет за штурвалом дни и ночи напролет. Корабль приближался к указанной позиции. Еще одним интересным наблюдением для Грэга было то, что Кристофер каждое раннее утро встречал в вороньем гнезде, не в зависимости от того, когда лег спать. И каждое утро квартермейстер спускался на палубу и тренировался, пока не взайдет солнце – отжимания с хлопками, прыжки, подтягивания на мачте, приседания с бочкой на плечах… Выглядело это действо невероятно изнурительным. Грэг начал понемногу осознавать, какую цену Кристофер платит за свои «демонические» способности. Однажды Грэг заметил, что и Джон, стараясь остаться незамеченным, повторял программу тренировок Криса, но ему быстро надоело и он бросил, не выполнив и треть. После того, как солнце мелькало на горизонте, квартирмейстер умывался, шел к Черному Зубу и коротко общался. Чаще всего их диалог начинался с фразы «Ветер сказал…» или «Море говорит, что…». Испанец сгорал от любопытства, но старался придерживать коней, чтобы не показалось, что он вынюхивает чужие тайны. Подобный шпионаж не был редкостью, особенно если какой-то капитан раз за разом приходил с минимальными потерями и богатой добычей. И шпионов, естественно, никто не любил.

К островам Теркс и Кайкос «Скалящаяся Мэри» пришла раньше планируемого срока, ветер и течение были благоприятными почти весь путь. Якорь, по команде Кристофера, бросили в небольшой лагуне похожей, если смотреть сверху, на полумесяц. Эта лагуна была мелководной и закрывала обзор на корабль почти с любого ракурса. За счет этих факторов было крайне маловероятно, что корабль Марко Джилла заметит их до того пока не станет слишком поздно. По сути, они практически «вырастут» из острова за считанные минуты, у торговца не будет ни малейшего шанса уйти от преследования или дать грамотный отпор. На вопрос Грэга почему Марко пройдет именно по этому маршруту, не решив обогнуть остров с другой стороны, Кристофер взял из каюты капитана карту и коротко объяснил, что если торговец красным перцем решит сделать такой маневр он потеряет некоторое время, но самое опасное – он будет очень уязвим для внезапного нападения с нескольких сторон. Джилл, как его описывал Кристофер, был паникером и перестраховщиком, он бы никогда не пошел на такой риск, даже если был уверен, что впереди нет засады.

Встав на якорь, экипаж «Мэри» сразу принялся складывать паруса. Парусину и флаг сложили таким образом, чтобы их можно было снова распустить, развязав один-два узла, а большую часть канатов так и оставили. Сейчас корабль напоминал скрывшегося в листве хищного зверя, готового в любой момент одним мощным рывком захватить свою добычу.

За ночь до этого, капитан корабля и Крис долго обсуждали детальный план нападения. После этого разговора Кристофер впервые за это плавание не поприветствовал Ветер, Море и Солнце, он просто спал как убитый большую часть утра.

Днем же Кристофер лично проверил все узлы, состояние канатов, парусов, экипажа (никто кроме Джона Глоу не был ранен за время плавания, если исключить несколько потянутых сухожилий и одного новичка, которому выбило плечевой сустав). Удовлетворившись результатом и получив от судового врача удовлетворительный ответ о состоянии ран Джона, Кристофер подошел к рулевому.

– Ветер хороший, квартермейтер – дежурно отозвался Черный Зуб.

– Правду говоришь, Лэн. Капитан сказал, что по прогнозам, судно Марко должно появится в зоне видимости в течении ближайших двух суток. Я поплыву на остров, выберу точку наблюдения и вернусь на корабль только когда увижу его, до этого времени мои обязанности переходят к тебе. Проследи, чтобы все вооружение и команда были готовы к абордажу, особенно тщательно проверь состояние пороха, не хочется, чтобы сырость сыграла с нами злую шутку.

– Сделаю, дружище, можешь быть спокоен.

– Рассчитываю на тебя! – Кристофер хлопнул рулевого по плечу. После чего, взяв заранее собранную сумку с палубы и приладив саблю к поясу, легким движением вспорхнул на борт корабля, развернувшись лицом к команде.

– Братцы, скоро наступит наш час! – громогласно заявил он, вышагивая по бортику – судно, которое мы выслеживали скоро будет тут, так что чистите сабли и мыльте морды, нас ждет хорошая добыча! Я пойду на остров, прогуляюсь, Лэн вместо меня! Если есть вопросы перед нападением – обращайтесь к нему, когда я вернусь, выступаем сразу! Всем все ясно?

– Яснее дня – крикнул ему Джордж с верхней кормовой палубы – жарко будет?

– Вряд ли, максимум одна посудина в сопровождении, но пушки все равно подготовить как надо, не то я тебя в эту же пушку заряжу!

Крикнув напоследок пиратский слоган «Поймаем ветер, удачу и пиастры в придачу» на испанском, Кристофер оттолкнулся от борта, сделав в воздухе эффектное сальто, нырнул в воду. Наблюдавшие за этим Джон и Грэг, волей случая оказавшиеся рядом, переглянулись.

– Значит скоро будет буча… – осклабился Джон поигрывая мускулами. Его раны почти зажили, но все же еще болели, из-за чего он поморщился.

– Драться-то сможешь? – дружески поинтересовался у него Грэг, который ранее никогда не учувствовал в абордаже судна. Он неплохо дрался, но определенные моменты, как будет происходить абордаж, ему были непонятны.

– Я и без руки сражаться смогу! – возмущенно ответил ему Джон – Ты лучше о своей шкуре беспокойся.

Грэг не стал цепляться к брошенной Джоном фразе, лишь пронаблюдал за плавными быстрыми движениями силуэта под водой, после чего пошел к рулевому.

– Ветер хороший – на автомате выдал ему Грэг.

– Ты, я смотрю, как-никак, в квартермейстеры метишь? – хитро усмехнулся Лэндон.

– Да нет, я просто… – нехотя стушевался Грэг. Он понял, что только что с поличным сдал тот факт, что подслушивал их разговоры с Кристофером.

– Расслабься, я не думаю на тебя худого. Я долго выуживал из Криса то, как он узнает о предстоящей погоде, в конце концов мы сошлись на том, что он сам не понимает как именно, просто Ветер и Море говорят с ним. Я в мистику не верю, думаю, что он просто неосознанно замечает разные детали, которые подсказывают ситуацию. Но раз ты подошел ко мне, у тебя, наверное, есть вопросы о предстоящем нападении, не так ли? – Лэн поднял черные брови, отчего его и без того немаленькие глаза стали казаться больше и приобрели насмешливо-веселое выражение.

– Ты прав, друг. Как все это будет, в общих чертах? Я корабли еще не брал – серьезно сказал Грэг.

– Для тебя, как для новичка, все проще чем кажется – пока стреляют – сидишь и не высовываешься, когда зацепимся с ними – выбегаешь и рубишь, стараешься, по возможности, не умереть.

– Но ведь не всегда мне в новичках ходить, хотелось бы узнать поподробнее.

– А поподробнее будет так – если корабль один – подпускаем поближе, после чего обстреливаем ядрами и цепными книппелями. Если повезет – быстро сломаем им такелаж и основные рангоуты, пару мачт, например. После чего быстро приближаемся и стреляем уже гарпунами, цепляем намертво наши корабли и идем на абордаж. Далее – твоя задача – схватка на палубах, другая часть, что поопытнее пойдет в трюм и каюты. Между нами говоря – рулевой приблизился к нему, перейдя на заговорщицкий шепот – Кристофер как обычно постарается спланировать все так, чтобы оставить большую часть команды в живых. А капитан не любит этого и попытается сделать все наоборот. У них эта игра продолжается уже не один год, поэтому постарайся не оказаться меж двух огней в этом вопросе и сразу реши, как будешь поступать ты сам.

– По ситуации… – дипломатично ответил ему Грэг.

– Мудро! – похвалил его Лэн.

– Еще кое-что хотел узнать у тебя – сказал испанец, переминаясь с ноги на ногу – Ты с Кристофером долго дружишь?

– Давненько. К чему ты это?

– Он рассказывал тебе о русалке?

– О той, что научила его плавать? А как же! – усмехнулся тот.

– Ты сам сказал, что не веришь в мистику, так что ты думаешь, врет?

– Отнюдь – спокойно ответил Лэндон – просто не говорит всю правду. Я ничего не думаю, я знаю. Наш Кристофер как-то принял на борт слишком много рома в одном трактире и поведал мне всю эту историю.

– Расскажешь? – глаза Грэга загорелись.

Лэндон задумался. Надолго.

– Наблюдая за тобой, могу сказать, что Кристофер делает на тебя большую ставку. И доверяет тебе, несмотря на твой малый опыт, больше чем многим из «костяка» команды. Так уж и быть, расскажу, но при одном условии. Поклянись, что никому и никогда не обмолвишься об этом. Я вижу, что ты и так не собираешься пользоваться его секретами против него, но тайна должна оставаться тайной.

– Клянусь Розой Ветров.

– Сильно… – рулевой явно остался доволен – тогда слушай, расскажу так, как мне рассказывал он сам.

Кристофер смутно помнил, как они познакомились. Но хорошо запомнил то, что влюбился в нее с первого взгляда. Ее звали Лорой. Она была дочкой пирата, которого повесили в том городе, в котором они жили, для нее это было клеймом на всю жизнь. Ее презирали, ей приходилось выживать среди трущоб города. Она, как и сам Кристофер, очень любила море и часто, особенно после тяжелых дней, приходила любоваться на побережье, рядом с которым был его дом. Не ясно, почему, но эта бойкая, иногда даже воинственная девушка вызывала у него восторг, который Крис скрывал за постоянной жаждой соперничества. Они часто бегали наперегонки и плавали до самого вечера в любую погоду…

– Неправда, я первый коснулся рифа! – стараясь держаться на плаву, доказывал он черноволосой зеленоглазой, девчонке, которая держалась за выступ похожего на остроконечную пику, камня.

– Чем докажешь? – не уступала та.

– Да ты сама видела, просто признавать не хочешь! – обиделся он.

– Может, это ты не хочешь признать, что тебя обогнала девчонка? – ехидно отозвалась Лора.

– А вот и нет! Давай кто первый до берега, так и узнаем кто быстрее! – заявил Кристофер и не дожидаясь ответа, рванул в сторону побережья.

– Погоди! – возмутилась Лора и ринулась следом.

Им обоим было по четырнадцать лет. Кристофер плыл, поднимая тучи брызг и загребая руками воду, что было сил. Находясь почти на берегу и предвкушая победу, он оглянулся назад, чтобы поехидничать над отставшей подругой, но когда он повернул голову, то увидел, что в воде до горизонта нет и следа Лоры. Когда Крис повернулся к берегу, она уже выбегала из воды, весело смеясь.

– Как ты?.. – возмущенно крикнул Кристофер, широко распахнув глаза от удивления. Брызги морской воды попали ему в глаза, отчего он зажмурился и выругался сквозь зубы.

– Пока ты воевал с волнами, Море само вытолкнуло меня на берег! – смеялась она.

– Значит, победу нужно отдать не тебе, а Морю – сказал Крис, выходя из воды.

– Море на моей стороне, так что это одно и то же – бросила Лора ему в ответ, выжимая промокшую тунику. Кристофер мельком бросил взгляд на еще по-юношески угловатые, но уже приобретавшие природную женственной, линии ее тела. Когда девушка начала поворачивать голову в его сторону, Крис спешно отвернулся, пытаясь скрыть румянец. Он услышал ее смех и почти сразу же почувствовал сильный толчок в бок, от которого едва не потерял равновесие.

– Мне пора – повернулся Кристофер как ни в чем не бывало, стараясь не опускать взгляд ниже ее зеленых глаз – отец скоро начнет меня искать.

– Я тоже пойду – ответила Лора, до сих пор хихикая – увидимся завтра?

– Надеюсь. Отец последнее время все больше интересуется, куда я пропадаю.

– Тогда придумай что-нибудь, ты же хитрый.

Пока он думал, похвалили его или оскорбили, Лора уже побежала по кромке воды, оставляя цепочку следов на песке, ведущую в сторону окраины города.

Отец Кристофера был суровым человеком, он хотел воспитать из сына Воина и если бы он узнал, что Кристофер водиться с дочкой пирата, ничего хорошего можно было и не ждать. Именно это и произошло тем же вечером. Кто-то донес отцу, где пропадает его сын, за что Кристофера сильно высекли и заперли в комнате. Через неделю его все-таки выпустили, с обещанием, что если его еще раз увидят рядом с Лорой – закроют в комнате навечно. Конечно же, его это не остановило. Крис не перечил отцу, но никогда не был с ним согласен. И никогда бы не стал слушаться его приказов. Единственное, что сдерживало гнев отца, были слова матери. Его мама, спокойная, мудрая, любящая женщина, всегда находила скрытые тропы к сердцу отца. Правда не всегда это заканчивалось хорошо, однажды, пока Кристофер отбывал свое наказание, он слышал ссору родителей, которая закончилась звонким хлопком и звуком падающего тела. И с того момента он начал ненавидеть своего отца, посмевшего ударить самого близкого для него человека и запретившего видеться с единственным другом.

Вернувшись на пляж, Крис сел среди неприметного скопления камней и стал ждать. Если у них все было хорошо, дети всегда встречались именно среди них примерно в одно и то же время.

– Ну, наконец-то ты пришел! – услышал Кристофер из–за камней где-то после часа ожидания – я-то думала, что ты там помер.

– Отец прознал о наших встречах и закрыл меня дома – невесело отозвался он.

– А я так и думала – буднично ответила ему Лора – когда-то это должно было произойти. И знаешь, раз так, то тебе точно понравится, что я нашла, пока ты просиживал свои штаны. Пойдем скорее! – с этими словами они побежала к морю, на ходу снимая сандалии.

Кристофер последовал ее примеру, быстро стянув обувку, затем, поразмыслив, еще и рубаху, боясь порвать ее о рифы, побежал следом. Погрузившись в воду, Лора сразу взяла большую скорость, Кристофер едва поспевал за ней. Через двадцать минут плавания вдоль скалистого берега, она остановилась, показав пальцем на большой, покрытый ракушками, камень, имевший форму кольца.

– Вот отличительный знак, запомни его! А теперь возьми один из тех камней, что лежат рядом с кольцом.

Не дожидаясь ответа, она подплыла к рифу, напоминающему кольцо, и подтащила к себе поближе один из булыжников, которые находились на нем. Прижав камень к груди, она с силой оттолкнулась от рифа и тут же исчезла под водой. Кристофер как можно быстрее повторил действия Лоры и тоже погрузился. Открывать глаза в соленой воде было больно, но терпимо, он не раз тренировался. Разглядев силуэт Лоры, парень бросил камень и поплыл за ней. Кристофер плыл, а в легких уже начало накапливаться жжение. В этот момент он обратил внимание, что над ними нет неба или какого-нибудь признака воздуха, они плыли по природному тоннелю, заполненному водой. Крис в панике замедлил скорость, собираясь развернуться. Потом понял, что если он сейчас поплывет назад – наверняка утонет, осталось только довериться Лоре и плыть за ней. Когда парень был на последнем издыхании, силуэт перед глазами внезапно изменил направление, сделав рывок вверх.

Поступив так же, Кристофер неожидано для себя, вынырнул из воды. Он не смог сразу вдохнуть, легкие не отпускал болезненный спазм. А когда Крис наконец сделал вдох, перед глазами поплыли цветные мушки. Выбравшись на гладкую холодную поверхность пещеры, Кристофер оглядел ее своды, усеянные сталактитами и тонкий лучик света, который проникал в пещеру под косым углом и своеобразный «бассейн», находившийся в центре.

– Как ты нашла это место? – завороженно смотря на камни пещеры, спросил Кристофер.

– Хорошо искала – спокойно ответила Лора – тут нас точно никто не найдет. Это будет нашим тайным логовом – подойдя к нему, она неловко положила ему руки на плечи и в следующую секунду обняла.

– Я скучала – тихо призналась она.

Кристофер остолбенел, его мысли запутались, он не был в силах сделать ни единого движения. Лора же, рассмеявшись, толкнула его в воду, куда он полетел, подняв тучу брызг.

Вынырнув из-под воды, Крис возмущенно глянул на подругу.

– Там что, кипяток вместо воды? – ехидно спросила девочка.

– О чем ты? – недоуменно спросил Кристофер и только потом понял, что румянец, ранее пылавший на его щеках, сейчас покрывал все лицо. Не найдясь, что ответить он просто подплыл к краю, протянул руку, прося помощи, а когда Лора взяла его за руку, потянул на себя, опрокинув взвизгнувшую девченку в бассейн…

– Они встречались в этой пещере много раз он носил туда еду и разные вещицы типа одеял. Обустраивали логово вместе, даже свою систему разработали – рассказывал Лэндон – Кристофер украл из дома длинную веревку и привязал несколько камней к тому рифу, и когда хотел спуститься – просто поднимал их на поверхность, цеплялся стопами за узел и шел ко дну. А еще они так определяли – если камни спущены на дно, значит один из них в пещере, если на рифе – значит нет.

– Интересная история – признал Грэг – но кое-что не понятно. Почему он говорил, что она его однажды цепями сковала?

– Этого, друг мой, даже я не знаю. Крис рассказал мне эту историю всего раз и то, когда случайно напился. Как до, так и после этого он ни разу не рассказывал о своем прошлом больше, чем смутными, похожими на небылицы фразами, наподобие того, что сказал тебе о русалке. Не знаю я, ни кто его отец, ни кто мать, да и как он оказался на судне, которое грабил Джек Кровавый туман три года назад тоже ничего не известно. Когда в тот вечер я попытался выведать у него это, Крис начал что-то неразборчиво кричать, а после попытался меня ударить. Конечно, я его мягко выключил и отправил отсыпаться, а на утро он не помнил ничего.

– Напомни, ему сейчас сколько? – задумался Грэг.

– Лет двадцать, а что? – удивился вопросу рулевой.

– Пираты не врут друг другу насчет того, кто сколько под парусом ходит, это закон. Ему сейчас двадцать, три года назад он попал на Мэри, в семнадцать. Всего под парусом он ходит пять лет, если верить его словам. А в рассказе ему было четырнадцать, значит, через год после этого что-то заставило его покинуть родной дом и встать под парус…

– Послушай доброго совета, парень – голос Лэна резко охладил его – не копайся в чужом прошлом, тебя туда не приглашали. Я рассказал тебе об этом, но не стоит пытаться узнать слишком много.

– Я просто не могу понять. Он ведь не из трущоб, дом был на побережье, да и еще и, судя по всему, явно не из маленьких. Стиль боя указывает на очень серьезные тренировки с раннего детства, а отец у него явно военной выделки. А еще он голландец, насколько мне известно. Учитывая все это, можно с уверенностью сказать что он – сын одного из Нидерландских адмиралов, не меньше. Что же могло заставить пятнадцатилетнего сына столь высокопоставленного человека податься в бега и в итоге примкнуть к пиратам?

– И на этот вопрос – взял инициативу в свои руки Черный Зуб – мы никогда не узнаем ответа. Правда есть еще одна штука, правда она больше к смеху, чем к серьезным размышлениям. Наши ребята, пока в том трактире были, чуть животы со смеху не надорвали, когда видели, как он пытался познакомиться с одной девушкой. Он может быть прекрасным мореходом и бойцом, но вот когда с бабами говорит – до сих пор как мальчуган краснеет до ушей и заикается смешно. Причем в любом состоянии, хоть трезв, хоть пьян.

Грэг хотел что-то добавить, но когда он открыл рот, Лэндон сделал страшные глаза, давая понять, чтобы Грэгори заткнулся. Обернувшись, испанец с меткой на шее увидел Джона, который стоял у него за спиной, скрестив руки на груди.

– Вопрос по саблям – подал он голос, всем видом выказывая безразличие к теме разговора, который прервал – у кого точильный камень найти?

– Возьми мой, Братец-Зуб – хохотнул Лэндон, достав из поясной сумки интересующий Джона предмет. Тот коротко кивнул, не обращая внимания на, по его мнению, чрезмерно панибратскую кличку, которой наградил его Лэндон Черный Зуб. Да и не собирался Джон долго «Золотым Зубом» ходить, для него эта кличка была символом позора, напоминание о том, как Кристофер выбил ему зуб в первый день плавания. В предстоящем бою он намеревался заработать себе другое прозвище. И если в нем будет цвет, то это будет цвет крови и стали.

Глава 3. Абордаж

Тем временем Кристофер, уже пересекший береговую линию, шагал босыми ногами по траве острова, ища подходящую точку обзора среди джунглей.

– Пальма не пойдет – говорил он сам себе – слишком заметно будет слезать. Разве что… – он обратил внимание на относительно невысокую пальму, стоявшую на вершине небольшого холма. Вид с нее выходил прямо на тот участок моря, откуда должен был прийти корабль торговца, а благодаря невысокому стволу, проблемы спрыгнуть с нее на землю не возникало. Решив, что лучше места он все равно не найдет, Кристофер быстро забрался на крону растения. Здесь его ждал еще один приятный сюрприз – на пальме были большие зеленые кокосы, один их которых Крис сразу же отломал от грозди, срубил верхушку при помощи сабли и начал неспеша пить, рассматривая горизонт. Расправившись с кокосом, он начал по одному срывать тонкие острые листья пальмы и что-то плести из них.

Через несколько часов, к собственному удивлению, он держал в руках грубо сплетенную из листьев пальмы куклу. Рассмотрев ее внимательнее, покрутив и потянув за конечности, Кристофер остался доволен результатом. Внезапно что-то вдалеке привлекло его внимание. Сунув куклу за пазуху, он пригляделся вдаль.

– Не показалось! – воскликнул он. Действительно, вдалеке виднелся белый парус.

– Повезло… – снова начал бубнить себе Кристофер – Марко не стал нанимать сопровождение. Крови будет мало.

Встав на пальму, он легко спрыгнул вниз, перекувыркнулся и сразу побежал по направлению к лагуне.

Быстро достигнув побережья, Кристофер практически сразу нырнул под воду. Доплыв до борта Скалящейся Мэри на одном дыхании, он вынырнул и по-обезьяньи цепко в два прыжка достиг бортиков палубы. Заметив чью-то лодыжку, Кристофер не пренебрег подвернувшейся возможностью и резко схватил ее, потянув на себя. В ответ послышались испуганные ругательства и стук точильного камня о палубу.

– Не терять бдительности, матрос! Добыча рядом! – проорал Кристофер во всю мощь легких, по ходу дела замечая, что незадачливым матросом оказался Джон, который сейчас лежал на спине с вытянутой перед собой саблей. На секунду ему показалось, что Джон серьезно раздумывает, не пустить ли ее в ход. Но это было всего секунду, потому что Джон встал, отряхнулся и убрал оружие за пояс.

На крик из своей каюты вышел капитан. Шумиха приутихла, не успев разгореться. Джек Кровавый Туман обвел взглядом матросов, наступила долгая пауза. Все ждали от капитана какой-нибудь реакции, хоть приказа заткнуться.

– Ну что, повеселимся?! – проорал Джек во все горло, выхватывая свой длинный меч-фальшион и описав им красивую дугу над головой – Все на палубу!

Матросы поддержали его, взревев с утроенной силой и выхватив свое оружие. Кристофер же, воспользовавшись общей шумихой, тихо проник в каюты и пошел к Лойду. Лазарет встретил его прохладой и легкой сыростью. Лойд стоял у стойки с инструментами и подготавливал их.

– Если будет драка, то и без раненных не обойтись – не поднимая головы сказал он – надеюсь хоть кто-нибудь получит интересное ранение, мне все-таки нужно оттачивать свои навыки владения иглой, как ты оттачиваешь свое искусство меча. В каком-то роде, мы с тобой бойцы двух разных фронтов.

– Ты знаешь, зачем я здесь. Ты сохранил ее?

– Сохранил в лучшем виде – Лойд прервался, подошел к шкафу и достал из него сверток ткани, затем положил его на стол. Кристофер развернул ткань. Перед ним лежала рапира с гардой, напоминающей несколько щупалец, обвивающих руку, держащую клинок.

– До сих пор не понимаю, почему ты не используешь обычную саблю.

– Сабля не может нанести точечное ранение. Если ты дотянешься до стопы противника таким клинком – Кристофер взял в руку рапиру, взвесив ее в руке и пару раз стукнув клинком о край стола. Раздался глубокий звон – ты перережешь ему сухожилие. Сабля же отрежет ему всю ногу целиком.

– Получается, что с саблей проще? – поднял брови Лойд.

– Отнюдь. Только рапира сможет обойти все удары и поразить то место, которое враг считает самым защищенным. Это оружие профессионалов. В руках простака она – не более чем обыкновенная стальная палка, защищающая запястье. Капитан приказал тебе сидеть в каюте во время нападения?

– Да. А тебе он сказал, что если еще раз увидит эту побрякушку – выбросит ее за борт вместе с тобой. Так что мы оба собираемся поддаться кратковременной амнезии – его глаза азартно блеснули. Кристофер вышел из лазарета, а Лойд, закончив приготовления приборов, пошел к тому же шкафу и достал оттуда комплект легкой кожаной брони и два изогнутых ножа, напоминающих плоские бумеранги.

Когда Крис поднялся обратно на палубу, наиболее опытные члены команды уже заканчивали завязывать узлы на парусах. Эту систему узлов однажды подсказал Кристоферу один знакомый из флота, она звалась Рваным Поводком.

Все было готово к нападению. Учитывая, что цель приблизилась и теперь громкие выкрики могли быть услышаны, отныне все старались вести себя тише. Кристофер лично проверил качество узлов, держащих паруса. Вся система «рваного поводка» заключалась в том, чтобы паруса держались закрытыми на одном-единственном канате. Стоило перерубить этот канат – и раскроется весь парусный состав, от грота до бом-брамселя, придав кораблю полную скорость. Мэри буквально срывалась с места прямиком на добычу.

Пока Крис занимался последними приготовлениями, он заметил, что Грэгори переминается с ноги на ногу и то и дело поглядывает на то место, откуда должен был появиться корабль. Ему явно было не по себе. Кристофер, прервав свое дело, подошел к нему.

– Нервничаешь? – доверительно улыбнувшись, спросил он.

– Есть немного. Я ведь корабли раньше не брал… – отозвался тот.

– Не парься, братец, если что, я тебя прикрою – Кристофер хлопнул Грэга по плечу – обещаю. После этих слов, Грэг улыбнулся и вздохнул спокойнее. Крис кивнул ему и продолжил приготовления.

Несмотря на то, что Джилл плыл лишь на одном корабле, наверняка он был основательно подготовлен, и матросов на нем было больше, чем на Мэри. Единственным шансом победить быстро и с минимальными потерями – поддерживать боевой дух пиратов и надеется, что они войдут в раж. Капитан Джек понимал это, как никто другой, поэтому создавал ажиотаж, придавая предстоящему действу некий мистический смысл. Все матросы, обнажив клинки, стояли на носовой палубе, столпившись у ее края. Воцарилась гробовая тишина. Перед ними, спиной к толпе, обращенный лицом к носу корабля, стоял Джек, опустив фальшион. Ветер трепал его просаленные черные волосы, не ухоженно выглядывающие из-под треуголки. Воздух пах морской солью и казался густым как сироп. Из толпы плавно вышел Кристофер и встал по правую руку капитана. За ним, по левую руку вышел Лэндон, после – Лойд и Оррелл. Последний ковылял, опираясь на топор, рукоять которого была в два раза выше самого карлика. Кристофер поймал на себе неодобрительный взгляд капитана. Джек осуждающе кивнув в сторону его рапиры, в прочем, не нарушая общей атмосферы, напоминающей смесь тайной вечери и похоронной мессы. Когда из укрытия стал виден торговый барк Марко Джилла, Джек взмахнул мечом и разрубил веревку, сдерживающую рвущуюся в бой Мэри. Оскаленный череп русалки устремился вперед, желая получить свое. И ее жажда скоро должна утолиться.

Как только паруса рванули корабль вперед, все матросы разбежались по местам.

– Вперед, за добычей! – рявкнул Джек.

– Поймаем удачу за хвост! – поддержал его Кристофер.

Прежде чем матросы на барке успели заметить приближающийся на всех парусах пиратский корабль, они уже были в зоне поражения носовых пушек.

– ЗАЛП! – прокричал Джек. Звук ветра прервал оглушительный выстрел пушек. В носовые пушки были заряжены книппели, ядра, сцепленные цепью. Один снаряд прошел по касательной, едва зацепив бок корабля. Второй же с хрустом влетел в верхнюю часть бизань-мачты. На барке было всего три мачты – фок, грот и бизань, но только на последней был косой набор парусов так что с потерей практически половины кормовой мачты, которая накренилась и была готова упасть на палубу, скорость и маневренность судна сильно упала. Это позволило Мэри подплыть поближе и развернуться боком, хищно обнажив ряд блестящих черных пушек. Барк начал делать то же движение, но слишком медленно. Второй залп, уже обычными ядрами, нанес большой урон самому торговому судну, но и барк не остался в долгу. Грохот пушек быстро заполонил собой все окружающее пространство, как и запах пороха. Кристофер подбежал к мачте и ухватился за канат, обвивающий ее, в этот момент очередной залп торгового судна потряс корабль, выбивая щепки из борта. Послышались истошные крики. Крис не смог определить, чьи они были, их звук слишком быстро оборвался. Мэри начала описывать мягкую дугу вокруг барка, раз за разом жаля неповоротливую добычу. Она не собиралась топить его полностью, лишь ослабить настолько, чтобы исключить шанс побега.

В конце концов, корабль с обнаженной русалкой, вместо головы которой красовался череп с акульими зубами, приблизился к изрядно потрепанному судну Марко Джилла и сделал заключительный залп гарпунами, цепляясь мертвой хваткой за горло своей жертве.

– Без пощады! – заревел Джек Кровавый Туман с улыбкой на лице, столь ужасающей, что одной ее было достаточно для полного морального уничтожения всей вражеской команды. Его глаза застилала кровавая пелена, он получал искреннее наслаждение от начинающегося кровопролития. Когда корабли сцепились бортами, пираты с ревом бросились в бой. Лэндон с саблей наперевес, первым же размахом в прыжке разбил меч противника. Кристофер мягко приземлился на палубу, тут же выбрав себе в противники матроса с завязаной банданой на голове и в военной форме. Из всех представившихся противников у него было наиболее хорошее оружие бастард-полуторник. Правда, он не смог задержать Кристофера больше чем на десять секунд. К великому разочарованию самого Криса, воин вообще не умел обращаться с подобным клинком и пытался использовать его как обычный двуручный меч. Кристофер играючи нанес вертикальный удар снизу вверх, на ходу изменив направление движения и, обходя блок, нанес удар кончиком рапиры слева направо. Положение усугублялось для обладателя бастарда еще и тем, что Кристофер был левшой, а это очень сильно изменяло ход боя, потому как большинство приемов, изучаемых в боях на мечах, подразумевали противника-правшу. Тут же ударив противника в правое плечо, Кристофер увернулся от размашистого косого удара «с плеча». Отчаявшись, матрос вложил все силы в этот удар, но, не встретив сопротивления, клинок по инерции развернул своего хозяина, заставив сделать два шага в сторону. Кристофер мог добить его обычным колющим ударом в шею, но вместо этого он просто пнул его за борт. Обладатель полуторника выронил свой меч, и нелепо перевесившись через бортик, упал вниз. Послышался крик, а затем плеск воды. Развернувшись к остальной части битвы, Кристофер едва успел заметить, застывшую рядом фигуру с вытянутой рукой, после чего моментально согнув колени упал спиной на палубу, за мгновение до того, как громыхнул выстрел. В следующий момент на плечи стрелявшего с диким визгом приземлилось маленькое тело Оррелла, который выбил его из равновесия, отправив лицом в пол. Горбун занес топор над головой и, использовав инерцию падающего, вогнал острие в голову стоящего рядом моряка. Джон Глоу, прыгнув с большей частью команды, тут же принялся рубить направо и налево, не различая своих и чужих.

Взгляд Кристофера приковался к оседающему телу с почти надвое разрубленной головой. Та искорка веселья, которая уже витала в его глазах, напрашиваясь на новые поединки моментально исчезла. Его глаза остекленели, теперь от удовольствия не осталось и следа, осталось лишь холодное выполнение миссии – обезвредить максимально количество солдат до того, как их убьют соратники. Из толпы ярко выделялась низкая фигура Лойда. Он управлялся с двумя кинжалами с такой скоростью, что даже Кристофер не мог уследить за руками судового врача. За то время, пока Крис победил одного, Лойд уже обезвредил четверых, они сейчас катались у его ног, схватившись за разные участки тела в тех местах, где сухожилия проходили максимально близко к коже. Внезапно врач повернул голову в сторону, отвлекаясь от сражения. Заметив в разгаре битвы раненного матроса, которым оказался Грэгори, он быстро убрал один кинжал в ножны на груди и, отбиваясь вторым, пошел в сторону пострадавшего. Кристофер белой тенью обходя одну схватку за другой, скользил по полю боя в том же направлении. Когда Лойд дошел до Грэга, рядом упал еще один пират, Кристофер не был уверен, как его зовут, но кажется это был Джордж, чернокожий и с татуировкой русалки на плече. Победивший их солдат с каролингским мечом, собирался добить обоих, занеся свое оружие над головой. Тут перед ним выросла фигура в кожаной броне и легким быстрым движением перерезала обе сонные артерии незадачливому воину. Тот выронил свой клинок и схватился за кровоточащее горло. Лойд убрал второй кинжал в ножны. Кристофер знал, что врач придерживается его тактики боя, но в данный момент перед Лойдом стоял выбор – убитый противник или убитый союзник. Когда он встал на одно колено, взяв за пояса Грэга и Джорджа, Кристофер уже был возле них. Лойд зарычал от напряжения и рывком поднял обоих раненных, после чего побежал в сторону Мэри. Кристофер прикрывал его, переманивая на себя все атаки, проходившие возле них. Он прикрывал судового врача до тех пор, пока тот не нашел место, где корабли терлись бортами. Лойд встал одной ногой на борт корабля и неимоверным усилием оттолкнулся от него, перепрыгнув на палубу Скалящейся Мэри. Затем Кристофер вернулся к своему основному заданию. Так как драка на палубе становилась все тише, самое время было переместиться во внутренности корабля. Из всех вариантов куда пойти, Кристофер выбрал трюм – там наверняка было наибольшее количество солдат, а если повезет – и сам Марко Джилл. Однако, спустившись в трюм, он не встретил ожидаемого сопротивления. Все оставшиеся в живых матросы сложили оружие и встали на колени, подняв руки перед собой. Потерпев поражение на поверхности, они не видели смысла в продолжении боя, тем более, что большинство из них было нанято толстяком Джиллом в порту.

– Нам не складывать здесь свои головы! Отпустите нас с корабля, и мы обещаем не доставлять вам неудобств – пробасил один из них, крупный и грузный матрос с белой бородой.

Кристофер обвел взглядом собравшихся. Владельца корабля среди них не было. Так же он не мог не заметить одной режущей глаз детали – грузовой трюм, который должен быть заполнен оставшимся товаром, был абсолютно пуст. Судя по затихшему звону мечей, наверху бой так же был окончен…

Через несколько минут все выжившие пленные были собраны в одну группу на центральной палубе, обезоружены и связаны. Большое количество мушкетов лежало на носовой палубе. Каждый из двадцати матросов, которым было велено охранять пленников, достал по одному такому, зарядили и взяли наизготовку. Марко Джилла нашли в капитанской каюте, прячущимся в шкафу.

– Сам не удивлен, как ты туда поместился, с таким-то брюхом? – Джек Кровавый Туман шлепнул торговца фухтелем своего меча по растягивающему камзол пузу. Марко Джилл, которого даже не обезоружили, стоял на кормовой палубе. Он сильно потел, а его руки дрожали.

– Посмотри на них – сказал Джек, указывая ладонью на связанных моряков – они не стали жертвовать своей жизнью ради денег, которые ты им обещал. Ведь каждая жизнь бесценна и не может оцениваться в пиастрах, верно говорю, Кристофер?

Кристофер, сидящий на бортике корабля, коротко кивнул. Его взгляд не изменился – он оставался таким же стеклянным и холодным.

– Во-о-о-т – протянул Джек – однако! – он щелкнул пальцами – ты поставил меня и себя в очень неловкое положение перед другими благородными мужами, а если быть конкретнее – перед моей командой. Мы долго хотели встретиться с тобой и попросить поделиться богатствами, которыми одарила тебя фортуна, потому что слышали, что ты очень щедрый и добрый господин. И что же я вижу? Корабль пуст. Ни перца, ни золота мы не нашли. Конечно, нам, может быть, стоит поискать получше, но разве вежливый гость станет копаться в грязном белье доброго хозяина, который так любезно пригласил нас на свой корабль?

– Что тебе нужно, г-грязный пират? – заикаясь и бегая маленькими глазками, пролепетал торговец.

– А вот грубить не стоит – спокойно сказал капитан Скалящейся Мэри. Затем он коротко ударил торговца в брюхо, тот шумно выдохнул и рефлекторно начал сгибаться. Но согнуться ему не позволил фальшион, тут же приставленный к его горлу. Холодная сталь легонько оцарапала толстую шею свиноподобного Марко, заставив его вытянуться в струнку, насколько ему позволяли его габариты.

– Говори, куда спрятал золото. Если не скажешь – убьем тебя и всю команду.

На центральной палубе начался шум, но его быстро прервали щелчки взводящихся курков. Один из матросов, видимо, не выдержав напряжения, встал и побежал в сторону борта корабля, истошно крича. Его вопль прервал громкий выстрел, который повалил его на спину. Кровь быстро расползлась и начала стекать по ступенькам, на которых лежал труп матроса.

– Смотри, твоя непокорность уже стоила жизни одному из твоих товарищей. Бесценной жизни, Марко! Говори! – Джек пристально посмотрел в глаза торговцу. Его взгляд, похожий на взгляд удава, сковал торговца, тот перестал дрожать и завороженно смотрел на капитана.

– Ц-ценностей на корабле нет… Я… я… я обменял все золото и остаток товара…

– На что обменял? – с ненавистью спросил Джек.

– Н-на это… – он медленно поднял толстые руки, которые снова охватила дрожь, и полез во внутренний карман камзола. Стоящий рядом Лэндон напрягся, сжав свою саблю, но капитан взглядом остановил ретивого пирата.

Марко Джилл, отчаянно стараясь унять дрожь, выудил из-за пазухи странный камень. Плоский, треугольной формы, обтесанный по краям. На нем был нанесен рисунок. Он притягивал взгляд, Кристофер невольно засмотрелся, стараясь запомнить каждую деталь. Краска была ярко-голубой, настолько яркой, что даже при полуденном солнце казалось, что символ светится. Полукруг, похожий на арку, в центре – две точки, а по краям арки, к краям камня ветвились кривые линии, напоминающие трещины.

– Э…это древний артефакт…

– Это руна – сразу поправил его Джек, уперевшись взглядом в камень – ничем другим это не может быть. Капитан протянул руку, но Марко, противореча инстинктам самосохранения, прижал руну к себе. Стоило рисунку исчезнуть из поля зрения, как наваждение спало. Джек заулыбался.

– Дорогой Марко, ты сделал меня невероятно счастливым и ужасно несчастным! С одной стороны моей команде не досталось добычи, которую можно поделить и положить в свой кошелек, но с другой! – он топнул ногой – ты, видимо, знал, кто именно жаждет встречи с тобой. Я даже не думал, что ты знаешь о моем страстном увлечении древностями, а ты приготовил мне такой интересный подарок.

– Но…

– Поэтому! – капитан повысил голос и кивком головы приказал обступающим торговца пиратам отступить – я поступлю как честный человек. Мы – пираты, не палачи. Я предлагаю тебе сразиться со мной на дуэли, один на один, за этот артефакт. Если ты откажешься – я отберу у тебя руну и выкину тебя в море. Остров рядом, доплывешь.

По виску Марко потекла капля пота, он нервно облизнул передние зубы.

– Но тогда я не смогу отпустить твою команду. У меня есть знакомый работорговец, который неплохо заплатит за крепких ребят вроде них, но вот проблемка – думаю, они разорвут тебя, прежде чем я успею забрать камушек. Так что выбор у тебя прост, Марко. Сразись со мной. Одержишь верх – выживешь, оставишь себе руну и получишь все ценности, что найдешь на моем корабле – Джек хищно улыбнулся – а проиграешь – хотя бы спасешь жизни своих ребят. В раю тебе это точно зачтется, не находишь?

Бедный толстяк в конец потерял самообладание, на него было жалко смотреть. Пот лился ото всюду, торговец лепетал что-то невнятное и шмыгал соплями, вытирая лоб и лицо от слез и пота каждые секунд пять. Кристофер скривился.

– Будь по-твоему, пират – наконец выдавил Джилл – я п..принимаю вызов.

На центральной палубе послышался нестройный хор облегченных вздохов. Видимо матросы не были уверены, что для их нанимателя дороже – своя шкура или все их вместе взятые. Кристофер и сам был удивлен благородством поступка такого человека.

Все присутствующие, исключая пленников собрались на носовой палубе, сформировав неровный круг. Марко Джилл попросил дать ему пять минут в каюте чтобы помолиться, хотя, судя по звукам, его просто рвало. Когда он вышел, пот перестал литься с него ручьем, оставив после себя лишь испарину.

– Я готов – хрипло заявил он Лэндону – давайте начнем.

Кристоферу было противно. От всего происходящего. Джек мог бы просто забрать руну и сжечь корабль, но вместо этого он упивался страхом торговца, его жалостью и болью. Капитан «Мэри» жаждал кровопролития, дуэли, в которой он сможет полностью раскрыть свою извращенную, голодную до чужого страдания, сущность. Он всегда так поступал – обязательно брал себе одну жертву из команды. Конечно, Кристофер был наслышан о пиратах, не оставляющих в живых вообще никого, но тех Крис считал обычными отморозками, не лучше бешеных собак. Кровавый Туман же напротив, отдавал себе отсчет больше других. Каждое его действие было уверенным и продуманным. И сейчас Крис терпеливо ждал окончания противного его взгляду, но необходимого для поддержания репутации, действия.

В круг вошли двое. Торговец вооружился обычным обоюдоострым мечом, Джек – фальшионом. Началась дуэль.

Марко, стараясь держать фокус зрения на противнике начал делать аккуратные шаги в сторону, обходя его. Джек стоял на месте, гипнотизируя Джилла взглядом. Острие меча всегда оставалось направленным на Марко.

Первым не выдержал торговец. Он бросился на капитана, визжа и размахивая своим мечом, словно это был топор. Кровавый Туман, внимательно следя за траекторией оружия Марко, поймал лезвие кончиком своего фальшиона и со звоном и скрежетом начертил обоими клинками полукруг в воздухе. Кристофер не раз наблюдал этот прием, остается только резко поднять свой меч и оружие противника вылетит из рук и взлетит в воздух. Но вместо идеального парирования, Джек провел свой меч дальше, минуя рукоять торговца, и пропорол ему руку от запястья до локтя, оставив длинную глубокую рану, которая сразу выплеснула на палубу первую кровь. Марко заорал, схватившись за раненную руку, но меч не отпустил. Пользуясь замешательством противника, Джек взял размах ногой, и подался вперед, отводя клинок Марко в сторону, после чего прыгнул, закрутив свое тело в полете, как танцор. На мгновение они оказались стоя спина к спине, а рука Джека с зажатым клинком – между ними. Кровавый Туман блеснул глазами и одним движением распорол торговцу спину от правой лопатки до левого бедра. Кровь уже не текла, а лилась ручьями, заливая все вокруг. Джилл захрипел.

Джек снова прокрутился, оказавшись перед лицом противника и улыбнулся, кровожадно и счастливо, будто ожидал, что Марко оценит его пируэт. Однако торговец лишь упал на одно колено. Его вгляд плавал туда-сюда, словно у блаженного, а лицо исказила гримаса боли. Джек полоснул его выпирающему по толстому животу, а когда заметил, что Марко заваливается на бок, резко придавил его плечо ботинком. Поймав ничего не видящий взгляд торговца на своей фигуре, Джек произнес:

– Увидимся по ту сторону – и вогнал широкое лезвие промеж глаз Марко, с хрустом ломая переносицу. Раздался мерзкий хлюпающий «чавк». Труп Марко Джилла повалился на палубу, истекая кровью, а капитан «Мэри» склонился над ним, рыская по внутренним карманам. Искомый предмет был быстро найден, Джек взял руну в руку, с которой капала свежая кровь, и посмотрел на нее со всех сторон, внимательно изучив рисунок.

Кристофер выдохнул.

«Закончилось… Наконец-то» – подумал он. Однако чутье никак не успокаивалось. Наоборот, чем больше Джек смотрел на камень, тем неспокойнее становилось Кристоферу. Кровь, попавшая на камень, словно испарилась, оставляя после себя струйки красноватого дымка. Парню показалось, что от камня исходили потоки кровавой энергии. Они проникали в глаза и рот капитана, отчего те наливались алым светом.

– Капитан – набравшись смелости, сказал Крис.

Джек посмотрел на него. Кристоферу хватило этого, чтобы незаметно сжать рукоять рапиры. В глазах капитана плескалось настоящее безумие. Артефакт наполнил капитана чем-то ужасающим. Парень никогда не верил в магию, но сейчас он видел, как полупрозрачные щупальца, видимо, не ограничившись одной жертвой, полезли дальше, ища новые души. Один из них направился прямиком к Кристоферу. Едва щупальца коснулись его, мозг Криса словно пронзило холодными иглами. Неконтролируемое желание убивать неудержимо охватывало его. Убивать и плыть вдаль. Куда конкретно он не мог понять, но интуитивно чувствовал направление и ясно знал, когда поймет, что приплыл.

– Убить их – прошептал капитан – УБИТЬ ВСЕХ!!! – его голос звучал как гром среди ясного неба.

Мгновение – и послышались выстрелы, вперемешку с криками умирающих людей. Они оглушили Кристофера. Двадцать человек из команды Скалящейся Мэри сначала расстреляли безоружных, сдавшихся матросов, а затем, обнажив мечи, спустилась добить раненных. Глаза Марко Джилла уже закатились вверх, он испустил последний вздох, а кишки вывалились наружу синими червями, испустив зловонное содержимое.

Кристофер был готов исполнить этот приказ, несмотря на сковавший его тело ужас, он сделал шаг вперед, вытащив клинок. Внезапно кто-то схватил его за плечо и сунул под нос едкий порошок. Наваждение спало, он повернул голову и увидел перед собой большие карие глаза без бровей на золотистой коже.

– Быстро вали ко мне в каюту – прошипел Лойд – сейчас ты никому не сможешь помочь.

Крис повиновался беспрекословно. Он перемахнул через борт корабля, очутившись на палубе Скалящейся Мэри. За его спиной были слышны только крики умирающих смертью скота матросов.

Очутившись в каюте, он снова почувствовал желание. Оно нарастало с каждой секундой. Плыть вдаль и убивать всех, кто мешает. Зов звал его обратно, на палубу, присоединиться к кровавой вакханалии пока еще можно.

Он лег на кушетку и закрыл глаза. Спустя вечность послышался скрип двери. Кто-то насильно открыл ему глаз, всматриваясь в зрачки, и пробормотал что-то на непонятном Кристоферу языке.

– Хотя бы тебя вытащил, у остальных даже шанса не было.

– Мне нужно идти – просипел Крис – меня тянет убивать, Лойд!..

– Сейчас-сейчас… – торопливо ответил врач – вот, это должно помочь. Глотай, не держи во рту ни секунды.

Рот Кристофера обожгло неимоверной горечью и солью. Он чудом подавил кашель и послушно сделал несколько крупных глотков, лишь после этого позволив себе откашляться и отплеваться.

– Ч..что это?! – скривившись, спросил Крис.

– Это лекарство. Оно очищает разум от дурмана. Когда-то я выбросил эту дрянь в море и никогда не думал, что увижу ее вновь, но, видимо, этой проклятой самой судьбой вещице, указано найти меня снова.

– Ты видел ее раньше? – пытаясь восстановить дыхание, удивился Крис.

– И был уверен, что уничтожил, до сегодняшнего дня.

Голова Кристофера разрывалась от вопросов. Он снова начал задыхаться, из последних сил пытаясь выдавить из себя хоть один из них, пока в глазах не начало темнеть.

– Не смей вырубаться на моем столе – гневно прошипел Лойд. Как ни странно, это привело парня в сознание на некоторое время.

– Я…

– Слушай сюда – перебил его врач – сейчас ты встанешь и не спеша пойдешь к самому защищенному месту. К месту Силы, твой, Кристофер, силы. Ты знаешь это место, там ты всегда чувствуешь себя в безопасности. По дороге не смотри в лица проходящих, не встречайся глазами ни с кем. Если кто-то остановит – смотри сквозь него и отвечай как можно проще, после чего снова иди. Только когда дойдешь, сможешь позволить себе расслабиться.

– Понял – кивнул Крис, аккуратно вставая с кушетки. Голова кружилась, мысли путались, но цель свою он понял. Это придавало сил.

Выйдя на палубу, парень уперся взглядом в доски и пошел. К марсу. В воронье гнездо. Туда, где Солнце, Ветер и Море смогут уберечь его. Он благодарил все высшие силы, что никто не захотел с ним говорить, проходящие мимо люди словно не замечали его. Крис машинально схватился за веревки сетки, поднялся наверх, даже не понял это, пока не увидел перед лицом бортик гнезда. Забравшись в него, он лег на дно марса и отключился, моментально и без сновидений.

Глава 4. Остров Кайкос

Барк сожгли. День плавно сменился вечером. Стоило команде отплыть на несколько миль то, что происходило на «торговце», забылось, точно дурной сон. Несмотря на то, что абордаж прошел почти без потерь для команды, измотанными себя чувствовали все. Через несколько часов, после того как кровавое безумие покинуло и капитана, он отдал приказ причалить к ближайшему острову чтобы проверить корабль на наличие повреждений, отремонтировать и, что не менее важно – привести в порядок команду. Уставший матрос – невнимательный матрос, а такой, как водится, хуже пьяного. Больше всех, бесспорно, в этом бою досталось Грэгу, Джоржу, которые лежали в наспех организованном лазарете у Лойда, и Кристоферу, который остаток плавания провел в вороньем гнезде. На удивление знающих его привычки членов команды, они не видели свисающих вниз босых ног Белого Дьявола, он сидел внутри марса обессиленным, прижав одну ногу поближе к груди и уронив на нее голову с растрепанными волосами, а вторую оставив полусогнутой в колене. Он был похож на ребенка, над которым только что с упоением издевались сверстники. Но этого, конечно, никто не знал. Все стало как прежде.

Тот остров, к которому причалило судно «Скалящаяся Мэри» не имел никаких признаков обитаемости. Когда-то давно, почти сотню лет назад его открыл какой-то испанец, с тех пор сюда изредка заглядывают англичане, собирают соль, а после уплывают восвояси. Большая часть людей, с которыми встречалась команда «Мэри» называла эту группу островов Кайкосом, а конкретно этот остров – Западный Кайкос, он был в разы меньше своих двух более восточных собратьев, а потому и представлял меньше интереса со стороны английских и испанских кораблей, нарваться на которые во время ремонта и подготовки к дальнему плаванию своего корабля, для любого пирата была наименее желанной из возможных перспектив. Лучше поплавать с медузами или наесться маленьких осьминогов, глотая их живьем – от такого смерть наступит в разы быстрее, чем от рук военных мореплавателей.

Сейчас черный флаг, вышитый в соответствии с названием корабля и гальюнная фигура в виде обнаженной по пояс русалки с широко раскрытыми объятиями и улыбающимся черепом вместо головы, зубы которого напоминали скорее акульи, чем человеческие, были сняты и лежали на берегу, замаскированные среди остальных спущенных на берег вещей. Без этих отличительных знаков было почти невозможно определить хозяина огромного, слегка потрепанного, но от этого вызывающего лишь больший страх и трепет, шлюпа, не подплывая близко.

Глубокая ночь радовала глаз обилием звезд и яркой луной. В такую погоду плавание – одно удовольствие! Однако, команда «Мэри» ничуть не расстраивалась невозможности выйти в открытое море – ночь на берегу для них была не меньшим удовольствием. Стоило солнцу зайти за горизонт как рулевой, исполняющий сейчас и обязанности квартермейстера, известный по кличке Лэндон Черный Зуб, скомандовал заканчивать с ремонтом корабля и разжигать костер. Матросы к такому приказу отнеслись весьма одобрительно и через минуту на корабле не было ни души.

Если за выполнением ремонтных работ приходилось следить неустанно, чтобы неопытные, а местами, откровенно халатные моряки выполнили все точно по приказу капитана, то, как только речь зашла об отдыхе и веселье, по качеству исполнения им не было равных. Учитывая жесткий «сухой закон» на корабле, пираты «Мэри», попадая на сушу, начинали выпивать все то, что не могли выпить, пока были в море. Луна неспешно плыла в небе, освещая черный силуэт корабля столь большого, что для идеального мореходства на этой красавице потребовалось бы не менее ста пятидесяти членов экипажа разной степени обученности. Ветер гонял по пляжу мелкий песок, шумели пальмы, растущие на берегу, будто перешептываясь и негодуя на сегодняшних шумных соседей.

Большинство матросов собрались вокруг большого костра, раздуваемого ветром и пели старые пиратские песни про госпожу Удачу и перестук костей тех, от кого эта капризная дама отвернулась. Пели они нескладно, перебивая друг друга в несколько глоток, но под хороший бочонок рома, это звучало даже задорно. Костер, не перестававший пускать вверх огоньки тлеющей пальмовой древесины, был достаточно ярким, чтобы осветить улыбающиеся лица всех присутствующих, широкий круг песка, на котором он был разведен и часть шатров, которые на скорую руку соорудили для тех, кто не желал продолжать веселье. Сейчас шатры пустовали, если не считать палатки, где расположился Лойд и двое раненных. Было ли то случайность или вселенское равновесие, но Лойд, единственный, кому позволено было пить на корабле, сейчас вынужден был оставаться трезвым и неустанно следить за раненными.

В двадцати шагах от общего костра, возле которого раскрасневшиеся то ли от жара костра, то ли от выпитого спиртного, пираты уже пускались в пляс, был разведен еще один костер, но гораздо меньше. Возле него стояла одинокая небольшая палатка, поставленная гораздо профессиональнее и крепче, чем общие шатры. Возле костра на двух стоящих друг напротив друга бревнах, сидели двое мужчин, один из них, ярко испанской наружности, темно-карими глазами, цепким, словно когти ястреба взглядом, крючковатым носом со шрамом на левой щеке от прошедшей вскользь сабли. Капитанская треуголка лежала рядом с ним. Большую часть экипировки капитана Джека сейчас лежала в палатке, при себе он оставил только саблю и один пороховой пистолет. Некогда белая щегольская рубашка сейчас больше всего напоминала просаленную тряпку, они уже давно не появлялись в порту. Кристоферу, сидящему напротив капитана, приходилось слегка сутулиться, чтобы держать свои глаза на уровне с глазами собеседника.

– Вот, знаешь, Кристофер, что мне нравится в пиратстве? – Джек пристально, слегка насмешливо смотрел на собеседника – стоит тебе попасть в команду, ты можешь стать кем угодно. К примеру, ты… – он сделал глоток из своей кружки, в которой, как бы это странно не звучало, был обыкновенный сладкий чай, который он украл с английского торгового судна. Капитана «Мэри» никто никогда не видел пьяным. Если для команды, стоило им сойти на берег, Джек готов был лично откупорить бочонок хорошего рома, то для себя «сухой закон» он не отменял никогда.

– А что я? – слегка удивился Кристофер. После произошедшего ранее, его периодически пробивала дрожь, но он старался не подавать виду. Да и Лойд, с которым они с того момента не разговаривали, всеми силами давал понять, что эту тему нельзя поднимать.

Капитана Кристофер уважал, но последние события очень сильно поменяли его в глазах Криса. Конечно, за три года плавания, он уже привык к характеру своего капитана и допускал мысль, что знал о нем если не все, то многое. До прошлого дня. Парень не был уверен, знает ли Джек о его отсутствии на бойне, но если так, ему несдобровать. Будь любой из них сейчас на месте Кристофера – на один труп на этом острове точно стало бы больше, спасала Кристофера только его незаменимость в глазах капитана. Но даже ее будет недостаточно, если Джек решит, что его статусу угрожает самовольство подчиненного.

– Если тебя спросят о том, откуда ты, ты, не задумываясь, скажешь, что из Голландии.

– Это так – ответил Крис, продолжая разглядывать угли в костре.

– Но скажи мне, кто может это проверить? А еще лучше – кому до этого есть дело? – улыбнулся, сверкнув золотым зубом Джек – так же и с остальными. Никому не интересно, ни кто мы, ни откуда, ни кем были в прошлой жизни. А волнует лишь одно – сколько ты ходил под парусом. Эти-то – он указал в сторону пьющей команды – еще щенки, у самого опытного из них – три года, да и то, в качестве корабельного кока.

– Они славные ребята – улыбнулся в пустоту Кристофер – надежные.

Не то, чтобы Крис был уверен во всех пятидесяти людях, но где-то десятерых из них он с легкой душой мог назвать друзьями, а это значит, что и остальные, не посмеют бросить команду в опасный момент. Лэндон, Оррелл, Лойд, Джордж, Чарльз, а с недавних пор и Грэгори были теми, на кого он может положиться. Особенно Лойд, но этого он, естественно, не произнес вслух.

– Вот поэтому они тебя и любят! – немного зло проговорил капитан – гораздо больше меня любят! И если у меня есть шанс проснуться ночью в каюте с перерезанным горлом, то у тебя – никогда! Вот почему бы тебе и не встать на пост капитана? – с вызовом в голосе спросил Джек, после чего оперся одной рукой на песок, а второй взял и протянул Кристоферу свою капитанскую шляпу. Крис все так же смотрел на огонь, не отрываясь, в его голубых глазах танцевали языки пламени.

– Правильно – усмехнулся капитан, убирая шляпу обратно – тебе оно никаким боком не сдалось. Все мы – пираты. Убийцы, преступники, отбросы общества. И если таких, как они не держать в страхе, на корабле тут же воцарится хаос. Они боятся меня, я это знаю. И то, что они не одобряют мои правила я тоже в курсе. Но кто еще, кроме меня, способен их построить и заставить хоть что-то делать?.. Несправедливо это…

Кристофер только коротко пожал плечами. Джек думал, что собеседник не заметил, как тот разжал руку, лежавшую на песке. В том месте песок немного рассыпался, обнажая спрятанную в нем рукоять ножа. Стоило бы капитану почувствовать замешательство или двусмысленную фразу от Кристофера – он бы не задумываясь вогнал нож ему в шею. На «Мэри» ни для кого не было секретом, что авторитет Белого Дьявола в глазах матросов был выше, нежели капитанский, но вместо того, чтобы пытаться занять это почетное место, Кристофер предпочел оставить его такому же, как и большинство членов «Мэри» – кровожадному, хитрому и злобному убийце, который, к тому же, был гораздо прозорливее и опытнее остальных.

– Так и получается, я для них палач и судья, а ты – их друг и защитник. Но все же, хочу напомнить, что я и твой капитан тоже и не потерплю неповиновения!

– И все-таки Белым Дьяволом прозвали именно меня – Кристофер мягко перевел разговор в менее напряженное русло.

– Когда я увидел, как ты плаваешь, я тоже ни о ком другом подумать не смог! – усмехнулся Джек.

Кристофер встал, выпрямился, потянулся, слегка хрустнув позвонками и спросил:

– Сколько мы планируем здесь оставаться?

– Пока неизвестно – хитро, будто фокусник, который только что, незаметно для вас, вытащил из вашей сумки кошелек, ответил капитан – Меня интересует другой вопрос. Ты ведь уже имел опыт общения с дикарями?

Кристоферу подобный риторический вопрос не понравился ни капли. До того, как попасть на Мэри, он три года плавал как свободный мореход, за это время он успел приобрести все необходимые навыки, чтобы обеспечить себе максимальный шанс на выживание, а затем отточил до совершенства. Однажды он действительно выступал переговорщиком с племенем каких-то полуголых варваров, но те переговоры с треском провалились. Он умел многое. А вот общаться с теми, кто даже одежду приличную сшить не может он не умел и не любил. Кристофер взял свой плащ, лежавший рядом, одел, развернулся и не спеша пошел к костру.

– Мы поплывем на северо-восток – гаркнул Джек вслед – и как можно скорее. И мы убьем любого, кто посмеет встать на нашем пути!

От этих слов Криса передернуло. Он вспомнил то желание, тот зов, который захватил его на корабле. Плыть на северо-восток и убивать.

Повсюду слышался шум пальм и звенящие мелодии ночных насекомых. Кристофер кивнул капитану и пошел дальше. Когда до костра оставалось шестьдесят футов, он остановился. Пираты выглядели веселыми и беззаботными, но как только Кристофер ловил взглядом кого-то из них, перед ним всплывал образ охваченного безумной жаждой крови чудовища. В конце концов, он просто вздохнул, обошел костер стороной, нашел и забрал карту из вещей Лэндона, лежавших в палатке и приблизился к отдаленной пальме. Она показывала, что на северо-востоке нет ничего, кроме моря. Поэтому он направился к палатке Лекаря. Подойдя к врачу, он застыл, не зная, что сказать. Вопросов было много, но ни один из них парень не мог сформулировать. Двое пациентов глубоко дышали, но не приходили в себя, Лойд был занят сменой повязок.

– Отчего ты в смятении, друг? – первым подал голос врач, подняв голову.

– А ты не в курсе? – растерялся Кристофер, садясь на поваленное бревно, на которон ему кивнул Лойд.

– То, что он совершил, ужасно. И он ответит за свое преступление, рано или поздно.

Повисла напряженная пауза. Они были на достаточном расстоянии от общей шумихи, но Кристофер все равно обернулся, боясь, что их подслушивают.

– Кто ты?

– Меня зовут Лойд, я судовой врач на пиратском корабле – улыбнувшись ответил он.

– Откуда ты знаешь эту штуку? – не сдавался Крис.

– Я не расскажу тебе…

– Ты знаешь, что это? – с нажимом перебил его Кристофер

– Да. – На этом моменте парень выдохнул, а Лойд продолжил – Я не расскажу тебе все, но кое-что тебе важно узнать. Ты не раз спасал жизни, и мою, и другие, ты хороший парень. И только поэтому я поделюсь с тобой этим. Отговорить капитана плыть туда, куда он собрался не получится, сосуд искупления уже захватил его. В сущности, эта «руна», как ее назвал капитан, она не плохая, просто она стремится домой. И ничто не сможет помешать ее воле. Она словно раненный зверь, который убегает из чужого, враждебного места, коим является этот мир. Тебе нужно сбежать. Бросить все и всех. Мне придется остаться, а остальных уже не спасти, но у тебя есть шанс!

– Да откуда ты это знаешь?! – воскликнул Кристофер.

– Молчи – прошипел Лойд – я спасал тебя не для того чтобы ты подох вместе с остальными!

– Ты сказал много, но я ничего не понял, словно слушаю бред сумасшедшего.

– И слава богам! – Лойд бросил на него злой взгляд – это последний раз, когда я говорю с тобой на эту тему. Запомни мой совет и беги, пока есть возможность. Пойдя по этому пути, назад не вернется никто.

Кристофер посмотрел на кареглазого врача, а затем удалился прочь. Он положил карту обратно, незаметно проскользнул в палатку и, выбрав себе наиболее дальний угол, укутался в плащ и уснул.

Сон нельзя было назвать спокойным. Ему снился странный кошмар, будто два цвета – Красный и Черный, сошлись в грозной схватке. Весь мир сотрясало от их ударов. И в центре этой битвы стоял Кристофер. Он стоял до тех пор, пока Красное и Черное, позабыв обо всем на свете, кроме ненависти друг к другу, сконцентрировали всю свою мощь для последнего удара. И их целью был Крис.

Проснувшись в холодном поту, Кристофер быстро огляделся. Ему редко снились кошмары, и обычно они были предвестниками плохих событий. Все матросы еще спали. Отходили от ночной гулянки. Перешагивая через спящие, дышущие перегаром, тела, он направился к морю. Умывшись водой из котелка, стоящего возле седых углей костра, он сел, погрузив ноги в мокрый песок.

– Просто тяжелые дни – прошептал Кристофер в пустоту – скоро это пройдет.

– Что пройдет? – послышался нетрезвый голос позади. Кристофер вскочил от неожиданности, нечасто кому-то удается подкрасться к нему со спины, а уж пьяным – вообще впервые. Перед ним, покачиваясь и сжимая недопитую бутылку, стоял Джон Золотой Зуб.

– Я тебе не забыл, – заплетаясь, заявил Джон, указывая на свою челюсть – я помню, как ты меня унизил.

– Ты пьян, братан, иди, поспи – спокойным голосом ответил Кристофер.

– Я… помню. И я тебя убью. Не сейчас. Но помни. Когда-нибудь мы с тобой встретимся. И будет бой.

– Не будет – уверенно отозвался Крис – наш бой будет не друг с другом. В море выживет сильнейший, а слабого пожрет пучина.

– Так и будет! – крикнул Джон, подняв руку. Не удержав равновесия, он упал на песок, что-то промычал и неожиданно заплакал.

– Я ненавижу тебя, голландец, но что бы я ни делал, тебе это на руку. Судьба заставляет мне помогать тебе… Ненавижу!..

После чего его речь превратилась в невнятное бормотание, а после – в храп. Кристофер покинул его в глубокой задумчивости.

На острове они провели три с половиной дня. Кристофер больше не подходил к Лойду, он избегал врача, сам не мог понять почему. Крис не забыл совета, и даже пытался навести капитана на мысль о смене курса. Трижды. И трижды тот грозился убить его разными способами, если квартермейстер еще раз заговорит об этом. В конце концов, Кристоферу ничего не оставалось, как следовать указаниям капитана. Некоторые матросы жаловались друг другу, что Белый Дьявол стал вести себя очень закрыто, будто вся лихость и удаль их квартермейстера смыло волной. Но капитану никто ничего не сказал. Его боялись больше, чем были недовольны Кристофером. Особенно обеспокоенным по этому поводу выглядел Лэндон.

Выбрав для выхода в море ясный, теплый день, «Скалящаяся Мэри» подняла якорь и направилась в море…

Глава 5. Артефакт и Буря

После пятнадцати дней плавания корабль попал в штиль. Команда находилась в открытом море, под палящим солнцем, без малейшего ветра целый месяц. То тут, то там раздавались раздраженные крики, матросы затягивали все новые узлы, закрепляя паруса в надежде поймать хоть какой-нибудь бриз. Припасы таяли на глазах день ото дня. И за это время капитан ни разу не вышел из своей каюты. Обстановка накалялась.

– Да завяжи ты его крепче, Нептун тебя подери! – возмутился Джордж – вот нас обоих потрепало в той буче, но я нормально вяжу, а ты хуже юнги-первогодки!

– Нормальные узлы, чего прикопался? – отозвался Грэг. Общая атмосфера на корабле была напряженней, чем привык видеть новичок Грэгори Метка Калаки. Когда они только начинали плавание, казалось, что все они – команда авантюристов в погоне за легкой добычей. Сейчас же Грэгу казалось, что все перевоплотились в тех каторжников, убийц и насильников, которыми были там, на суше. Ему не было понятно, что именно изменилось с того нападения, но даже миролюбивый Джордж стал гораздо более агрессивным.

– Послушай – Грэг хлопнул его по плечу, отчего Джордж вздрогнул – пошли, поболтаем?

– Сначала перевяжи, потом поговорим – не терпящим возражений тоном заявил тот и потом тревожно кивнул, будто уловил суть предстоящего разговора.

Закончив с узлами, Грэг отвел товарища в сторонку и начал говорить полушепотом.

– Тебе не кажется, что пока мы с тобой валялись в отрубе, что-то поменялось?

– Да не слепой я, все вижу, только понять вот не могу. Дьявола нашего вообще теперь почти не видно, ходит тенью, даже улыбаться и шутить перестал. Остальные тоже… взгляд у них, точно у зверей каких, крови напившихся. Не по себе мне, друже, ой как не по себе…

– По-моему только мы с тобой, да Лойд, врачеватель, не изменились так. Я вот что думаю. Тут явно колдун замешан, и думать нечего. Не знаю, что поменялось, но без нечистой силы не обошлось. А вот теперь прикинь – все изменились кроме нашего Лойда. И штиль этот… Точно его рук дело. Он мне с первого дня странным кажется. Кожа его…

– Да и безбровый – закивал Джордж – и все время со склянками да порошками проводит! Ты думаешь…

– А ты сам пораскинь мыслей. Когда все нечисто, всегда колдун виноват. И если некоторых и не признаешь сразу, то этого за версту учуять можно! Может, не угодил ему чем капитан, или квартермейстер наш?

– А что делать-то будем? – заговорщицки спросил он – убьем?

– Тогда сами за борт полетим, тут и думать нечего. Убивать не надо, но что-то придумать нужно.

– Может просто подойдем и попросим не губить нашу команду? – без энтузиазма предположил Джордж.

– Вот ты и иди, чего бы нет? – хлопнул в ладоши Грэг, будто только этого и ждал. Джордж не успел опомниться, как Грэг начал выталкивать его к палубе, на которой сейчас стоял, закрыв глаза и облокотившись о борт, Лойд.

Поначалу Джорджу показалось, что врач спит, потому как тот не обратил на него никакого внимания. Обернувшись, пират посмотрел на своего собрата умоляющим взглядом, затем снова посмотрел на Лойда и вдохнул полную грудь воздуха.

– Ты это… – пытаясь напустить на себя грозный вид, заговорил Джордж.

– Я что? – спокойно отозвался тот.

– Ты это… – откашлялся он – хватит на нашу команду свою нечистую силу напускать. Раньше ведь помогал, все хорошо было, а теперь…

– Не я причина всего происходящего тут. Ты, и твой друг… – он кивнул в сторону прячущегося Грэга – вам бы уплыть на шлюпке, да поздно спохватились.

– Не будем мы команду бросать!

– Тогда вас ждет та же участь… – бросил он в пустоту, глянув на горизонт.

Джордж не нашел в себе сил продолжать этот разговор, поэтому вернулся к Грэгу.

– Что сказал? – все тем же полушепотом спросил Грэг, переминаясь с ноги на ногу.

– Говорит, не он тут порчу развел. И пророчит нам скорую гибель, как-никак. Говорит, мол, валите или со всей командой сгинете. Точно колдун слушай, даже и отрицать не стал ничего!

– Брешет небось! – неуверенно буркнул Грэг.

– Может, с остальными поговорим? Две головы хорошо, а если толпой, то и голова не нужна – предложил Грэгори.

– Давай – согласился Джордж.

Они кивнули друг другу и разошлись.

Грэг пошел на верхнюю палубу, где обнаружил Оррелла, он сидел и точил топор. Его взгляд насторожил матроса, он был отсутствующим.

– Оррелл, дружище – подсел к нему Метка Калаки – чем занят?

Кок не ответил.

– Не знаешь, куда мы направляемся, вообще?

– На северо-восток – механически ответил он.

– И что там?

– Нам нужно туда. Капитан ведет нас верным курсом.

– Если ты не заметил, мы в штиле уже месяц! У нас заканчивается вода и еда.

– Это не проблема, мы уже близко.

– Да к чему?!

Оррелл поднял глаза на Грэга.

– Ты серьезно не чувствуешь? – подозрительно произнес он – ты не чувствуешь, что там нас ждет?

Грэгори стушевался. Если бы сейчас под рукой было оружие, он бы непременно схватился за рукоять, Оррелл будто заподозрил в нем шпиона или предателя, именно так он смотрел на матроса.

– Да нет, что ты. Все я чувствую, просто… не могу понять, что. И куда мы плывем.

– Я понимаю тебя – сразу смягчился кок – я тоже не могу понять, что именно ведет меня и всех нас. Но мы близко, чем ближе мы становимся, тем ярче чувство, что манит нас. Мы будем плыть на северо-восток. И мы убьем любого, кто нам помешает! – по-детски счастливо, улыбнулся карлик. Спина Грэга словно покрылась корочкой льда. От этой блаженной улыбки и мрака, что за ней скрывался, мутило. Он отошел. На центральной палубе его уже ждал Джордж.

– Что-нибудь узнал? – тревожно спросил Грэг.

– Ни черта! Их всех словно подменили! Болтают про нечто на северо-востоке, а ничего толкового сказать не могут. Мне страшно, дружище!.. – внезапно прошептал он с дрожью в голосе – боюсь, что они нас убьют, если поймут, что мы не околдованы.

– И я… – вздохнул пират с меткой – надо Кристофера найти, узнать, что там по погоде обещает быть – беспокойно ответил пират.

Кристофер сейчас сидел в вороньем гнезде. Море и Ветер сегодня молчали. Как и вчера, и за день до этого, и неделей ранее. Такое он видел впервые, создавалось ощущение, будто его верные друзья собирались предать его, но Крис отогнал от себя эти мысли. Море не человек, чтобы предать. Оно говорит всем, и злым, и добрым, просто слышит только тот, кто умеет слышать.

Кристофер устал. Когда на острове все начали вести себя как обычно, он понадеялся, что все обойдется, а Лойд просто перенервничал или съел что-нибудь не то. Когда начался штиль команда начала меняться на глазах. Наверное, Крис был бы рад, если бы кто-то подрался или поднял ругань, как это бывает в таких напряженных ситуациях. Но вместо этого пятьдесят человек изо дня в день словно все глубже впадали в транс. Они говорили все меньше, ни шуток, ни песен, ни ссор. А запасы еды и воды таяли на глазах. Капитан не выходил из своей каюты, а сам Крис все больше опасался за свою жизнь.

Просидев там еще около часа, он вздохнул и начал было спускаться, решив, что сегодня Ветер опять не скажет ни слова. Не акробатически, как обычно, а по сетке, как все. Уже на середине спуска Кристофер внезапно замер, почувствовав на спине приятный холодок. Он боялся, что почудилось, но тут его волосы мягко пощекотали лицо. Ветер. Небольшой, но это лишь начало! Кристофер воспрянул и в два прыжка преодолел оставшееся расстояние.

– Мужики, ветер поднимается! – объявил он, сияя – поднимаем паруса, закончились наши мучения! – он рассмеялся.

Но палуба не откликнулась. Все остались на своих местах, кто сидя, кто стоя. Поэтому Кристофер, не теряя ни секунды, побежал в капитанскую каюту.

Стоило двери каюты захлопнуться, Лойд тяжело вздохнул.

– Начинается – прошептал он и удалился к себе.

Каюта встретила Криса привычным полумраком. Парень сделал несколько уверенных шагов, пока под его ногой что-то не хрустнуло. Он сразу встрепенулся. Учитывая количество реликвий в капитанской каюте, Крис предполагал худшее. Когда глаза привыкли к темноте, его опасения подтвердились, под ногой лежали осколки хрустальной статуэтки, изображающей зеленого дьяволенка, восхитительно тонкой работы. Откуда ее достал Джек, он уже не помнил, но ценность этой вещи была велика, это точно.

Оглядев каюту получше, Кристофер впал в кратковременный шок. Все реликвии, артефакты древности, книги были разбросаны, что-то попадало с полок, что-то было разбито или разорвано. Огромный фолиант истории Чингизхана лежал на полу, открытый где-то в середине, на страницах были видны пятна, следы сапог и чего-то еще. Джек сидел за столом. Единственным предметом на столе перед ним была руна Марко Джилла. Он смотрел на нее, не отрываясь.

– Капитан… – аккуратно подал голос Крис – простите за статуэтку.

– Это пустое – спокойно ответил капитан – она давно перестала быть для меня ценной.

– А остальное – снова оглядев кавардак, спросил квартермейстер.

– Это? – Джек удивленно поднял глаза, словно только сейчас заметил разруху, творящуюся в его каюте – тоже. Это всего лишь вещи. Зачем ты пришел?

Кристофер вгляделся в лицо капитана. Оно стало вытянутым, щеки немного впали, а глаза, судя по красноте, давно не знали отдыха.

– Ветер поднимается – успокоив себя, ответил Крис – время крепить паруса.

– Ветер это хорошо! – потер руки Джек, это заставило парня облегченно выдохнуть – плывем на северо-восток.

– Но капитан – поправил Крис – ветер дует на юг. Не знаю, что там ждет нас на северо-востоке, но сейчас любой ветер хорош, нам нужно в порт, пополнить запасы. Вряд ли нашей воды хватит еще на месяц простоя.

– Нет – отрезал капитан – мы плывем на северо-восток.

– Но как же так?! – возмутился Крис – вы понимаете, что если мы сейчас упустим ветер, то рискуем сгнить на корабле живьем?!

– Мы почти у цели, мы не можем уплыть.

– Возле какой, черт побери, цели?! – крикнул Крис – это руна вам рассказала?

– Подбирай слова, щенок – прорычал Джек.

– Капитан, при всем уважении! Я иду к команде и прикажу разворачивать корабль – он понимал, что играет с огнем, но сейчас на кону стояла жизнь всей команды.

– Ты… – Джек посмотрел на него с такой ненавистью, что парень отшатнулся.

– Иначе мы все погибнем – сказал Крис холодно и быстро зашагал обратно к палубе. В спину ему донесся злорадный смех.

Кристофер вышел.

– Слушай мою команду! – он прыгнул на бортик и набрал побольше воздуха, люди на палубе оживились и даже собрались поближе – Курс на юг, ловим ветер! Паруса раскрыть! Ловим ветер, пока есть что ловить, так вас!

– Но нам нужно на северо-восток – гнусаво возразил кто-то из толпы, кажется, это был Джон Глоу.

– Если мы сейчас не отплывем на юг, то никакого северо-востока никто из вас не увидит! – так же громко бросил в толпу Крис – Друзья! Мы все одна братия, единая команда! И если вы хотите выбрать, куда плыть в поисках добычи, я смогу это устроить! Но сейчас нам нужно уплыть на юг, иначе мы все рискуем погибнуть. Капитан внушил вам, что нечто ожидает нас на пути, но он ошибается! Я сам смотрел карты, на северо-востоке ничего, кроме открытого океана! И сейчас он ведет нас на погибель, а все из-за штуки, которую он отобрал у торговца Марко! Разве вы не помните, что она сделала с нами тогда? Мы – с нажимом на этом слове крикнул Крис – перерезали ни в чем не повинных матросов, кто так поступает?! Но что было, то было, никого судить я не собираюсь. Единственное, чего я хочу – чтобы все мы выжили и добрались до суши, а потому – он снова набрал в легкие воздуха – Разворачивай посудину, поднимай паруса!

На палубе повисла тишина. Ее нарушали только одинокие хлопки.

– Браво, браво! – улыбаясь, аплодировал ему из толпы Джек Кровавый Туман – пламенная речь! Ты только что попытался поднять бунт, ты в курсе?

– Капитан – Крис спрыгнул и подошел к нему, сверля глазами – вас одурманили. Обманули, заворожили! И только идиот этого не заметил. Эта штука – он сморщился, кивая в сторону предмета, зажатого в руке капитана – от нее надо избавиться. И если надо, я готов забрать ее силой! Она сулит нам беду!

Он почувствовал, что за его спиной смыкается кольцо.

– Гляди – прошептал Грэг, яростно тряся за плечо Джорджа и, стараясь не привлекать внимание, указывая на небо. Тучи, которых совсем недавно не было и в помине, начали быстро затягивать небо. Ветра при этом почти не было.

– Глядите–ка, братва! – рассмеялся Джек, повысив голос – у нас тут пророк! – никто из команды даже не усмехнулся.

– Послушай, пророк… – тихо промолвил он – ты видимо не понимаешь всей ценности нашей миссии. Предмет, который я держу в руке, обладает невероятной силой и он готов передать ее нам всем! Нам нужно на северо-восток. Только там руна сможет поделиться с нами своей силой! Если ты хочешь забрать ее у меня – я дам тебе такой шанс. Заткни свою пасть или выступи со мной на дуэли. И тогда я зарежу тебя, как зарезал ту свинью Марко – его глаза жадно блеснули.

– Мужики, кажись буря надвигается… – пролепетал Джордж, стараясь придать голосу хоть какую-то мужественность – надо бы паруса, того… снять…

Никто не обратил на него никакого внимания, все члены команды зло и пристально смотрели на квартермейстера.

Кристофер, еще с начала разговора, сам того не замечая, встал в оборонительную стойку. Но сейчас он заметил страшное – то безумие постепенно возвращалось. Однако отступить он не мог.

– Хорошо, я принимаю вызов! – зло ответил ему Крис – я заставлю тебя уничтожить эту штуку.

Ненависть капитана снова начала захватывать команду. Они не спеша доставали ножи и сабли, поигрывали ими в руках, хищно улыбаясь.

Кто-то из толпы протянул ему его рапиру. На палубе была вся команда, лишь Лойд куда-то запропастился, они быстро сформировали круг. Среди толпы оскаленных лиц, стоявших в кругу, выделялись двое, напуганные еще больше, чем сам Кристофер, Джордж и Грэг не понимали, что происходит, жались друг к другу спинами, они ясно понимали, что назревает кровопролитие. Их сабли были сжаты в руках. В круг вошел Джек.

– Хочешь, я покажу тебе то немногое, на что способна эта руна? – спросил он, улыбнувшись. Он приложил свою руку к фальшиону, висевшему на поясе и прижал ладонь, медленно проведя вдоль. Лезвие меча окрасилось алым. В другой руке лежал артефакт. Кровавый Туман вытянул ее вперед и сжал в кулак окровавленную руку, капая на камень кровью. Стоило крови попасть на руну, она мгновенно испарялась, словно артефакт выпивал ее. И взамен выпускал едва различимые красные щупальца. В ушах у Кристофера начала стучать кровь, в глазах потемнело.

Солнце скрылось за тучами, ветер постепенно начал нарастать.

– Да иди ты к черту! – проорал Крис, замахиваясь рапирой и в прыжке преодолевая расстояние, разделяющее их. Он нацелился на камень и зажмурился, боясь, что муть в глазах собьет его прицел.

Послышался свист клинка, резкий удар… Затем хруст.

Открыв глаза, он не смог выдохнуть. Легкие сковало от ужаса, а холодный пот моментально покрыл спину. Перед ним стоял Джон Глоу. Рапира пронзила его в районе груди.

– Ты ведь не убивал никого раньше? – прохрипел Джон, улыбаясь. Его глаза застилал красный свет – но теперь ты тоже убийца, Кристофер – он попытался засмеяться, из его рта потекла струйка крови. Крис попытался отпрянуть, но Джон схватил лезвие его оружия и еще глубже всадил в себя.

– Ты убийца, Крис. Ты видишь? Ты убил меня, Крис! – он снова попытался рассмеяться, но это больше было похоже на клекот и булькание, из его рта пошла кровавая пена.

Послышался первый раскат грома. И подул первый ветер.

Джек рывком откинул Глоу в сторону и направил на своего противника клинок. Рапира Криса так и осталась внутри Золотого Зуба, он остался безоружным. То, что произошло дальше, Кристофер не ожидал и не сразу смог понять, была ли это просто игра света с его еще не восстановившимся сознанием или же все было так, как он видел.

Джек Кровавый Туман воинственно взревел и размахнулся. Послышался звук удара стали о сталь. Перед ним показались две крупные фигуры – Джордж и Грэг. Они вдвоем заблокировали удар, который должен был разрубить Кристофера пополам.

– Образумьтесь, вы! Шторм идет!!! – проорали они в две глотки.

Послышался новый раскат грома, вдалеке сверкнула молния.

– Ну что вы стоите, слабаки?! – в ответ взревел Кровавый туман. Безумие снова охватило разум команды. Кристофера даже не заметили. Команда бросилась на матросов со всех сторон, рыча и размахивая оружием. Они давили друг друга, не замечая этого, в отчаянной попытке схватить Джорджа с Грэгом. Их глаза казались пурпурными в свете скрывшегося за облаками солнца. Те двое тоже не остались в стороне, они пулей побежали к лестнице, ведущей на носовую палубу, Кристофер едва успел среагировать и помчаться следом. Когда они добежали до середины лестницы, Грэг кинул Кристоферу саблю, выхватив из-за пояса вторую.

– Порубим окаянных?! – весело взревел он.

– Полундра! – поддержал его Джордж боевым кличем.

Вместе они начали отбиваться, шаг за шагом отступая наверх. Буря все усиливалась. Крис старался отбить как можно больше атак, но снова и снова отступал. Скорость, с которой они втроем отбивали мечи, летящие со всех сторон была нечеловеческой. Звуки ударов слились в один. Кристофер никогда бы не подумал, что эти двое настолько прекрасные фехтовальщики, а смелость, с которой они встали на защиту Кристофера поражала. Но они отступали. Шаг за шагом воинственная троица приближался к носу корабля, пока не оказались у края палубы. Пираты, окружив их плотным полукругом, словно по команде, перестали наносить удары. Джек вышел вперед.

– Этого оставьте мне – рассмеялся Джек. Его голос изменился, стал утробным и хриплым – твоя участь – сдохнуть тут, как собака! – крикнул он Кристоферу. Внезапно, лишь на мгновение, все звуки замерли.

И Море вздохнуло.

Кристофер, несмотря на стресс, хорошо расслышал этот звук. Он напоминал отдаленное шипение, которое быстро приближалось. Будто вода в море вскипела и тут же остыла. Волна, которая «шипела», мягко качнула корабль. И снова наступила тишина. Кто-то прыгнул на их троицу, отбивая мечи. Кристофера больно ударили в ухо и отбросили от остальных.

– Попался! – ехидно засмеялся кто-то из команды, хватая и скручивая его.

Они подняли квартермейстера и под радостные вопли, потащили к ближайшей мачте. Капли дождя бились о палубу, ветер разрывал паруса, волны раскачивали корабль все сильнее и сильнее. Туда же повели Грэга. Джорджа Крис заметил не сразу, дюжина людей обступили его и раз за разом вонзали мечи в его лежащее тело. Быстро отвязав один из скрипящих от напряжения канатов, часть команды удерживала веревку, чтобы та не улетела наверх по инерции, другая часть быстро связала на освобожденном конце петлю. Надев петлю на едва живого Грэга, они застыли, удерживая того от преждевременного удушья. Капитан Джек Кровавый Туман спокойной походкой подошел к мужчине, мельком глянув на Кристофера. От его взгляда веяло багровой тьмой, глаза капитана не были похожи на глаза человека. Повернувшись к Грэгу, он широко улыбнулся.

– Глянь, не видна ли земля? – после чего кивнул своей команде.

– Сейчас полетаешь! – восторженно и ехидно смеялся Оррелл, он был одним из тех, кто держал веревку. Пираты разом отпустили канат, который с силой потянул тело привязанного к нему человека ввысь. Он завис в пятнадцати футах над палубой и начал отчаянно царапать веревку, пытаясь ослабить хватку и вдохнуть. У него не выходило это сделать, а попытки становились все более вялыми, движения – размашистыми. Не досмотрев мучения повешенного, капитан повернулся к Кристоферу.

– Теперь твоя очередь, сопляк – в безумных глазах капитана, плескалась кровь и тьма. Он занес свой меч для последнего удара.

В этот момент между ними возникла тень в легкой кожаной броне. Лойд размахнулся обеими руками, пытаясь ранить капитана в шею своими кинжалами. Оба удара достигли цели, капитан возвышался над низкорослым врачом, удивленно таращась. На его шее красовалась глубокая крестообразная рана. Но кровь из нее так и не хлынула, вместо нее, булькая, полилась густая, словно кисель, аместистово черная жижа.

– Ты хотел убить меня обычным оружием, Лорайду-ти? – с иронией спросил Джек, его голос словно двоился. Он улыбнулся и ударил Лойда в ответ. Меч вгрызся в плоть на плече судового врача, удар почти разрубил его надвое, фальшион остановился только в районе пупка.

– Развлекайтесь, парни! – прогоготал Джек, высвобождая меч и пинком отправляя тело Лойда в сторону. Те, кто держали Криса, бросили его и кинулись на еще живого врача. Матросы смеялись и вонзали ножи в тело человека, не раз спасшего их от смерти. Вокруг тела быстро начала растекаться алая лужа. Лойд поначалу дергался от наносимых ударов, но вскоре прекратил всякое движение.

Кристофер стоял посреди кровавой вакханалии как вкопанный. Молнии метались, гром оглушал его. Он не мог поверить, что все это происходит наяву, первобытный ужас сковал его тело, холодными пальцами сцепив горло одной рукой и скрутив кишки второй. Перед глазами мелькали мушки, раскачивалось на ветру тело Грега, тело же Лойда, от которого так и не отстали смеющиеся безумцы, уже больше напоминало разделанную тушу животного. Кристофера вырвало.

Джек посмеялся, наблюдая за потугами Криса и, не спеша, приблизился к нему.

Что-то в стороне отвлекло Джека. Кристофер испугано посмотрел в ту сторону, в которую посмотрел капитан. Издалека на них быстро приближалась волна невероятной структуры, словно два шестидесятифутовых морских гиганта дрались и перекатывались друг на друга.

– Что за дьявол?! – только и успел сказать Джек.

Волна достигла корпуса Скалящейся Мэри и с ревом вонзилась в древесину, разбивая бок корабля вдребезги. Гальюнная фигура с треском отломалась, а весь корабль накренился и перевернулся. Вокруг начался хаос. Кристофер полетел вниз, даже не осознав, что произошло. Упав в холодную воду, он быстро пришел в себя. Сейчас он еще не понимал, что и как происходит, но его инстинкты уже начали борьбу за выживание, взяв под контроль сознание. Он начал быстро приближаться к обломку корабля в попытках ухватиться за него. Океан качало, Шторм разгулялся по всей красе. Пришедший в себя после резкого охлаждения мозг Кристофера начал быстро подмечать странности – несмотря на бурю, дождь почти не шел, а точнее шел очень скудно, ветер метался из стороны в сторону, словно не зная куда дуть. Волны шли не одна за одной, а в разнобой, ему казалось, что это похоже на схватки роженицы. Затем Крис увидел ее. Огромная, похожая на купол, волна, существующая против всех законов моря, показалась вдалеке, быстро приблизилась и мягко приподняла обломки Мэри над уровнем океана почти на семьдесят футов. С такой высоты Кристофер наконец увидел, чем собирался разродиться Океан…

И началась Черная Буря.

Сразу после куполообразной волны, он попал в чашу, которая была за ней. Вода начала стремительно чернеть, ее температура упала настолько, что кожа Кристофера моментально покрылась коркой льда, а волосы обледенели и прилипли к спине и щекам. От шума беснующихся волн он почти оглох, вдобавок брызги соленой воды, стоило им отделиться от волн, замерзали на лету, превращаясь в острейшие иглы, разбивавшиеся о куски корабля и вонзавшиеся в тело Кристофера, или пролетали вскользь, оцарапывая в кровь кожу. Он хотел кричать от боли, но не мог. Холод сковал его легкие, сердце сжалось и прекратило биться…

– Нет! – крикнул себе Крис, пытаясь перекричать бурю, слезы на уголках глаз превратились в ледышки, а изо рта вырвалось облачко пара, которое тут же унес ветер – Я! Обещал! – он оторвал одну из примерзших к дереву рук и, хрустя коркой льда на коже, ударил себя по левой стороне груди. Сердце откликнулось толчком, после чего Кристофер, превозмогая боль в суставах, коже и мышцах, начал шевелить ногами и рукой, пытаясь выплыть из этого кошмара. Боль заставила выть и рычать, но он не останавливался, извиваясь всем телом. Лишь на мгновение Крис услышал в шуме бури крик:

– Белый Дьявол!!! – раздался громогласный голос капитана – Встретимся в аду, отродье!!!

Обернувшись на крик, квартермейстер увидел изуродованный корпус Скалящейся Мэри, разломанный пополам. На вершине того, что осталось от носовой палубы, стоял Джек Кровавый Туман с фальшионом наперевес. От него исходила все та же красная аура, буря раздирала корабль в клочья. Перед тем, как Буря окончательно расправилась с палубой, Джек поднял что-то лежавшее у его ног, и вытянул перед собой руку, сжимающую круглый предмет. Это была голова Грэгори.

А после раздался нечеловеческий смех, утонувший в звуке грома.

Кристофер вспоминал все годы тренировок плавания в холодной воде, но с ужасом осознал, что они почти не помогают. Вода была слишком холодной, а буря – слишком сильной. Его просто метало как щепку из стороны в сторону вместе с примороженным намертво к его руке куском обшивки корабля. Когда силы Кристофера были на исходе, он заметил неяркий свет. Парень не мог открыть глаза, боясь соленых игл, поэтому просто двигал ногами и рукой, что было сил, пытаясь грести в том направлении, где почувствовал свет. Его старания казались тщетными, учитывая, что обмороженные почти до кости ноги двигались медленнее ног сухопутной черепахи. Единственное, на что у него хватало сил – это урывками произнить про себя два слова, но этого было достаточно. Должен. Выжить. Должен. Выжить. Должен…

В какой-то момент очередная волна набрала силу и подняла на свою верхушку полумертвое тело Кристофера. Он уже не чувствовал боли, что было ему на руку, потому что в своем апогее, волна с размаху бросила окоченевшего Криса на жесткое переплетение иссине-коричневатых корней. Мощный удар окончательно отделил сознание Кристофера от тела, погрузив его во мрак…

Часть вторая. Становление Белого Демона.

– Кристофер… – позвал далекий мужской голос из темноты.

Крис плавал в густой темноте. Ему казалось, что где-то вдалеке видно мутное пятно света. Но стоило ему попытаться рассмотреть пятно, оно пропадало из виду. Пятно пульсировало, постепенно становилось все больше до тех пор, пока не приблизилось к Кристоферу настолько близко, что ему казалось – стоит протянуть руку и это мутное светлое варево рассеется как туман. Вместе с пятном, сильнее стал и голос.

– Кристофер… – он точно слышал этот голос раньше, очень часто, но никак не мог вспомнить, кому он принадлежит.

Крис вытянул правую руку и попытался коснуться пятна. Внезапно из тумана выросла человеческая рука, часть кожи была разорвана, обнажив жилы и кости. Она схватила парня за плечо мертвой хваткой. Кристофера ослепила вспышка жгучей боли в том месте, где мертвые пальцы сжимали его руку. Из густого варева показалось лицо и другая рука.

– Кристофер! – грозно звал его капитан Джек Кровавый Туман, ухмыляясь разорванным и иссеченным безжалостным Штормом лицом. В другой руке была зажата голова его друга Грэгори, которая смотрела на него немигающим взглядом, будто пожирая глазами – Встретимся в аду, жалкое отродье! Пошли с нами, Кристо-о-ф-е-е-е-р – прошипел мертвый капитан, утягивая его в светлое пятно. Боль была нестерпимой, Кристофер рванулся от пятна, пытаясь другой рукой разжать ужасную кисть. Тело Криса сковал ужас, он пытался закричать, но не мог. Все что он мог – вырываться и стонать, наблюдая как зловещий образ капитана утягивает его на Ту Сторону. Все существующее начало быстро растягиваться, пятно стало удаляться от Криса, но рука по-прежнему тянула с нечеловеческой силой. Кристофер, собрал всю оставшуюся у него силу и закричал, что было мощи. Его крик резонировал от незримых стен этого места, возвращаясь и достигая своего апогея. И вот, сама Вселенная дала трещину…

Кристофер очнулся от собственного крика и нестерпимого жжения в правом плече. Тело само выгнулось дугой, приподнимаясь над поверхностью, на которой лежало тело. Он резко сел и прижал левой рукой правое плечо. Посмотрев на плечо, парень увидел глубокую рваную рану, которая, в прочем, почти не кровоточила. Рефлекторно потерев рану, Кристофер сильно об этом пожалел. Ладонь левой руки была покрыта почти невидимым слоем соли. Именно соль и была причиной столь жгучей, резкой боли. Крис стиснул зубы и зашипел. Тело ломило, голова буквально раскалывалась от боли. Приходя в себя, он проверял другие части тела на повреждения, но ничего кроме обморожения, синяков всех цветов спектра от синего до пурпурного и многочисленных мелких порезов, не обнаружил. Лишь когда боль начала стихать, он, наконец, осмотрел место, где находился.

Первое что Крис заметил, были черные вертикальные зрачки толстого ящера, стоявшего рядом. Животное напоминало дракона, варана или сильно разъевшуюся саламандру размером с крокодила. Ядовито-зеленые радужки глаз были неподвижны, ящер пристально смотрел на незнакомца периодически немного наклоняя голову, будто интересуясь, как у него дела. Кожа ящера была грязно-коричневой. Он вел себя неагрессивно, все действия были ленивыми и неуклюжими, под стать комплекции.

Кристофер лежал на крепких корнях, напоминающих огромных змей, плывущих над водой, а некоторые – и под ней. Одна его нога лежала на сухой поверхности корня, выступающего над водой, вторая погружена в соленую воду по лодыжку. На горизонте не было ничего, кроме темной океанической дали. Даже у самого начала корней вода была темной, цвета глубоководной пучины. Повернув голову в другую сторону, он увидел остров. Крупные сине-коричневые корни создавали некую подушку, на которой Крис сейчас сидел, только после нее начиналась береговая линия из белого, с желтоватым оттенком, песка. На песке, то тут, то там, были разбросаны большие, размером с взрослого человека, черные булыжники со странными красноватыми прожилками неизвестной породы.

Береговая линия заканчивалась достаточно резко – дальше начинался лес. Только вот деревьев в нем не было. Все пространство леса создавали грибы. Толстые белесые стволы некоторых из них достигали двенадцати футов в высоту. Они росли и ветвились, создавая крону, которая вместо листьев имела приплюснутые округлые образования бледно-бирюзового цвета. Солнце слепило Кристофера, поэтому он не смог рассмотреть их лучше. Его взгляд опустился ниже, среди высоких «деревьев» находились растения поменьше – синеватые грибы, похожие ни то на кораллы, ни то на кусты, они ветвились примерно до пояса взрослому человеку, а на концах некоторых ответвлений краснели странные круглые образования, напоминающие опухоли, которые Кристофер видел когда-то на лицах больных бродяг.

Тут же рядом росли грибы, похожие на огромные сиреневые лисички и другие, похожие на белые боровики. То тут, то там летали мелкие насекомые, несколько десятков крупных черных жуков с большими сильными жвалами. Несмотря на достаточно густую растительность, солнечный свет свободно проникал вглубь странного леса, лес был едва ли менее светлым, чем сам пляж. Вдобавок, темные сине-коричневые корни сильно контрастировали с бледным лесом, самым ярким цветом которого были те жутковатые опухоли-ягоды. Остальные цвета были словно разведены, будто когда Всевышний создавал это место, у него заканчивались краски. Серо-зеленая трава ковром покрывала территорию леса, ограничивая ее от пляжа.

Ящер еще раз дернул головой и лениво развернулся в сторону острова, видимо, решив для себя, что новый гость не является пищей. Только сейчас Кристофер поймал себя на шокирующей мысли – корни росли прямо в воде. В соленой, горькой, морской воде! Причем не только росли, но и пили эту соленую воду, будто она родниковая! Крис нахмурился. Он раньше видел на берегах Флориды похожие заросли, которые питались в солоноватых, заболоченных водах, и слышал, что некоторые деревья, как те же пальмы, которые растут на самом берегу, могут фильтровать морскую воду, растворенную в песке, но чтобы пить прямо из океана, без земли, на таком расстоянии… о таких он никогда ни от кого не слышал. Да и самих деревьев видно не было, только корни.

Он попытался встать, опираясь на левую руку. Та подкосилась, едва не уронив все тело на корни. Сознание пронзила острая вспышка боли. Вторая попытка увенчалась успехом, парень встал и, шатаясь, пошел в сторону берега. Хотелось пить и есть. Крис привык терпеть голод, но это сильно тормозило процесс восстановления любых ран. Вдобавок, ему вспомнилась фраза, которую когда-то слышал, когда ему было лет тринадцать – оказавшись на неизвестной местности, первым делом стоит найти источник воды, после – еды и только потом искать убежище.

Моряк без корабля шел, спотыкаясь о корни, и был едва ли быстрее того злополучного ящера. Тот, казалось, совершенно не удивлен человеку, выброшенному штормом, будто видит такое по нескольку раз на дню. Ящер спокойно вышагивал, переваливаясь с одного бока на другой, длинные, с мизинец размером, черные когти обхватывали то один то другой корень безошибочно, несмотря на то, что их обладатель постоянно смотрел то вверх, на небо, то в бок, на Кристофера.

Когда ноги Криса погрузились в крупный, грубый песок, он заметил еще одного обитателя странного острова – больших, почти по колено, улиток, которых он издалека не разглядел на фоне песка, их вытянутый спиральный панцирь был того же цвета что и песок. Несколько улиток плавно передвигались по песку, ища в нем лужи воды, а когда находили, вытягивали из того места, где должен находится рот, небольшой мягких хоботок и принимались пить. Если бы сейчас Кристофер был в состоянии это сделать, он бы запрыгал на месте от радости, ведь улитки на дух не переносят соль, а значит и вода в лужах должна быть если не пресной, то гораздо менее соленой, даже пригодной для питья. Опустившись на колени перед одной из более-менее крупных луж, он зачерпнул воду обеими руками и сделал один глоток. Язык обожгло горькой морской солью, Крис начал отплевываться.

– Может, руки в соли? – спросил сам себя Кристофер, после чего опустил кисти в воду и поводил ими, растворяя слой соли с рук. Попробовав еще одну каплю на язык, он окончательно разочаровался – вода казалось еще соленее, чем океаническая. И эти странные улитки пили соленую воду, как и эти странные корни.

Криса начало подергивать, организм требовал воды. Внезапно его посетила мысль поискать внутри леса гнездовья птиц, однако подняв голову, парень не увидел ничего, напоминавшего гнезда. Зато на глаза попалось еще одно странное существо – ящерица. Гораздо тоньше и меньше той береговой саламандры. У новой незнакомки были перепонки между пальцами и большой красноватый капюшон, который был сложен на шее как плащ. Ящерица наблюдала за ним с выского гриба, после чего тонко зашипела и резко подпрыгнула, вытянув все лапки вдоль тела. «Плащ» на ее шее резко раскрылся и странная ящерица начала планировать куда-то вглубь леса, схватив в зубы пролетающего мимо толстого жука. Крис всмотрелся вглубь чащи. Среди грибов, почти у самой земли, гуляла хорошо различимая сизая дымка. Подойдя ближе к границе леса, Кристофер подметил, что то, что он поначалу принял за серо-зеленую траву, на деле оказалось сплетением множества тонких корешков, вместе образующих нечто, напоминающее мох или лишай.

– Грибница значит… – прохрипел Крис, делая первый шаг. Поверхность отозвалась хрустом тоненьких корешков, стопа Кристофера провалилась внутрь «мха» чуть выше щиколотки. Про себя он тут же решил, что сейчас вглубь такого леса он точно не пойдет – эти корни легко могли скрыть собой яму или овраг, как это делают стелющиеся вьюны, а если он туда провалится, некого будет позвать на помощь. Подобная «природная» ловушка не была редкостью в местах с большим количеством зелени.

Стараясь наступать как можно аккуратнее, парень вошел под грибные кроны. Теперь он смог рассмотреть своеобразные листья получше – они напоминали древесные грибы, которые каждый человек хоть раз видел на стволах поваленных деревьев, отличия были только в цвете и толщине. «Листья» были настолько тонкими, что казалось, что они пропускают сквозь себя свет, хотя на самом деле, как заметил Крис, сорвав один из низкорастущих листиков – на них был слой чего-то липкого и блестящего, из-за чего тысячи «листьев» бликовали и играли светом, распространяя его повсюду. Приступ боли заставил его облокотиться о ствол древогриба, так для себя обозначил странное растение Кристофер, лист которого он сорвал. Ствол растения на ощупь напоминал плохо обработанный, еще немного сыроватый пергамент, однако плотность материала наводила на мысль, что подобный ствол крепче многих сортов древесины, известных Крису.

Кристофер отчаянно искал глазами что-то, чем можно утолить жажду, но не нашел ничего подходящего. На глаза снова попались страшные красные наросты на синих ветвях одного из кустов. Прекрасно понимая, чем это может грозить, парень все равно поплелся к коралловидному грибу и попытался сорвать один из красных плодов. Тот словно вышел из паза и легко упал Кристоферу на ладонь, оставив ветвь с пустым концом, напоминающим изуродованную кисть, которая отчаянно хочет схватить того, кто украл у нее красную «ягоду». Вблизи плод казался еще более страшным. Мелкие волокна напоминали вены, на секунду Крису показалось, что эта штука пульсирует.

– Грибы… Повсюду эти чертовы грибы… – зло бормотал он – Древогрибы, Коралловые кусты, плоды эти… бес-плоды… – Кристофер зажмурился и поднес красный нарост к лицу. Первый укус наполнил рот горьким едким соком, Крис быстро выплюнул откушенный кусок и отбросил от себя бес-плод, отплевываясь. Организм постепенно терял влагу, а как ее восполнить, попавший в абсолютно чужой мир человек, не представлял.

В какой-то момент он запнулся о собственную ногу и упал на землю, продавив корни грибницы. Внутри нее забегали насекомые. Они, похоже, тоже не испытывали никаких проблем с отсутствием пресной воды. Никто, кроме Кристофера не испытывал таких проблем! От гнева и бессилья на глазах начали собираться слезы. Соленые, как и все в этом мире. Перевернувшись на спину, измученный путник не нашел в себе силы встать и забылся в тяжелом, бредовом сне.

Сны ему не снились, лишь отдаленные образы, мелькавшие перед глазами с такой скоростью, что разглядеть их не представлялось возможным. Вдобавок, во сне его не покидал странный свистящий гул. Проснулся Кристофер опустошенным. Солнце было на горизонте, но всходило оно или садилось, парень не смог определить. Сильно хотелось есть, еще сильнее – пить. Тело ломило немного меньше, чем до сна, но общее состояние ухудшилось.

Прохлада, исходящая от земли немного привела потерпевшего в чувство, он аккуратно встал, стараясь не делать резких движений. Сделав несколько шагов в сторону моря, Кристофер почувствовал под ногами крупный, грубый песок. От соли уже начало жечь стопы, но он не обращал на это внимание. Решив, что идти в таком состоянии вглубь леса – самоубийство, пленник соленого острова поплелся по береговой линии, обходя черные камни со странными прожилками красной породы и улиток, чьи вытянутые раковины с острым концом казались сделанными из извести.

Пляж вился желтоватой змеей несколько сотен футов, потом делал резкий поворот. Кристоферу было тяжело поднять голову, перед глазами мелькали цветные мушки, скорость его ходьбы была немногим больше скорости этих больших улиток, как показалось самому Крису. Зайдя за поворот, он заставил себя поднять голову и посмотреть вперед. Картина не изменилась за двумя исключениями. Первое – где-то в море виднелся черный конусообразный остров, похожий на вулкан. Второе, и более важное для Криса – через тысячу футов, грибной лес заканчивался и начинался обычная, древесная роща! Сердце забилось чаще, он ускорил шаг по направлению к роще. Странности путник заметил не сразу. Когда до первого дерева оставалось пара десятков шагов, он остановился и обратил внимание, что, несмотря на большое количество стволов, напоминающих смесь кедра и лиственницы, это было одно-единственное дерево около двенадцати футов в высоту, у деревьев была общая крона. Стволы дерева-рощи стояли друг от друга на расстоянии, будто учтиво. Между ними можно было легко проскакать на лошади. Однако, чем дальше вглубь уходил взгляд, деревьев становилось все больше, в пока они не заграждали собой все пространство, словно стена крепости. Кристофер пригляделся и начал отмечать другие особенности – крона была мелколистной, но листва росла густо, как у ясеня и лишь на самых тонких веточках. Земля под ними была голой и по цвету напоминала глину, однако кое-что на ней все-таки росло.

– Вот оно! – прохрипел почти обезумевший от жажды Крис. Его взгляд уцепился за небольшой кустик, на котором, подобно утренней росе, висели яркие шарики ягод. Они выглядели съедобными, уж всяко съедобней тех мерзких бес-плодов.

Небольшой, ниже колена, низкий куст с розоватыми, полупрозрачными ягодами. Конечно, в иной ситуации, он никогда не стал бы есть незнакомые ягоды, тем более в таком странном месте, но сейчас выбор был невелик – немного утолить жажду и голод или позволить им обессилить себя окончательно, что означало бы мучительную смерть. Круглые, упругие, полупрозрачные ягоды с прожилками, напоминали смородину. Кристофер почти добежал до него, упал на колени и дрожащими руками потянулся к ягодам. Земля влажно чавкнула под его весом. Приготовившись к худшему, парень оторвал один розовый шарик, вздохнул и закинул его в рот. Короткий хруст смешался с блаженным «м-м-м-м».

– Не знаю, ядовиты ли вы, ребятки, но вы чертовски сочные и сладкие! Если бы еще не эта странная кислинка, цены бы вам не было! – закинув в рот сразу горсть, Крис счастливо улыбнулся. Его рубаху и штаны порвало в нескольких местах, обувь он давно потерял, но особенно пострадала рубаха, которая теперь напоминала старую безрукавку-жилет без пуговиц. Остаток рукава, который висел на куске материи на левом плече, Кристофер без раздумий оторвал до конца и сделал небольшой узелок, собрав с куста остаток ягод. Таких же кустов рядом обнаружено не было, поэтому голландец решил, что все-таки ягоды стоит экономить. Затем он просто лег на влажную землю, смотря на небо сквозь бледно-зеленую крону. Светло-коричневые стволы с почти оранжевой корой, все-таки были гораздо менее яркими, чем привык видеть Кристофер, все деревья казались выцветшими.

Когда голод, жажда и ноющая боль немного отступили, Крис вернулся на пляж и сел на торчащий из песка черный булыжник. Сил заметно прибавилось, боль притупилась. Невольный житель острова понаблюдал за морем, которое, хоть и вело себя так же, но стало каким-то неуловимо другим.

С самого первого дня попадания на этот остров, Кристофер все гадал, кому принадлежат странные океанические корни. Грибам они принадлежать не могли, потому как были деревянными, хоть и странного цвета. Теперь все встало на свои места, но от этого стало лишь загадочнее и непонятнее. В некоторых местах, где жирная, глиняная почва отступала, обнажая корни дерева-чащи, были видны те же самые сине-коричневые змеи, переходящие в каштаново-кирпичные стволы. Но разве может одно-единственное дерево иметь настолько поражающую воображение корневую систему, пронизывающую весь остров насквозь? Все вокруг пугало его, однако Кристофер не собирался поддаваться этому страху. Годы пиратства научили его, страх – главный враг человека, а худшим противником страха был смех. Поэтому в течении некоторого времени он отгонял от себя тяжелые, полные страха, мысли.

Ну и что, что один-одинешенек на чужом острове? Зато выжил, невообразимым чудом, да и еще и отделался без тяжелых повреждений, если не считать рану на правой руке. Есть и пить почти нечего? Есть лес, если можно так назвать рощу от силы четыреста футов в диаметре. На крайний случай – ящерицы и улитки, мясо и кровь, хотя их еще надо поймать. Пока Крис сидел, облокотившись здоровой рукой о холодную поверхность камня, на руку прыгнуло что-то мокрое и склизкое. От неожиданности, он одернул руку, стряхивая непонятное нечто. Перед ним на камне показалась, глупо тараща большие глаза, сине-зеленая лягушка с красными глазами.

– Ну, вот и еще один претендент на роль ужина – улыбнулся своему страху Кристофер – хотя, нет, ты выглядишь чересчур ядовитой. Надо бы прогуляться по берегу, проверить, насколько остров большой…

Сказав это, парень встал и не спеша, стараясь не напрягать ушибленные части, пошел вдоль острова. Солнце поднималось все выше, все-таки это был восход.

Остров оказался небольшим, если не сказать незначительным, обойти его по береговой линии можно было за каких-то два часа, если идти быстрым шагом. В состоянии Кристофера ему понадобилось четыре. Пока гость острова шел, ему на глаза периодически попадались крупные ящеры, гулявшие по грибной чаще, и, время от времени, откусывающие некоторые части разных грибов, а после не спеша их пережевывающие. Когда Кристофер обогнул весь остров и вернулся к роще, перед Кристофером предстал красивый вид – рядом с его островом виднелся другой, о котором парень успел забыть – не больше того, на котором сейчас был Крис, красивой конусообразной формы. Издалека новый остров казался почти полностью черным, а на свету отливал обсидианом.

Крис почувствовал острое желание добраться до него. Хоть остров и был близко, добраться до него вплавь было очень затруднительно, особенно учитывая рану на руке. Вода между этими островами вела себя странно, образуя течение, которое усиливалось у края корней, и продолжалось вдоль них, будто облизывая коричнево-синюю подушку. Посмотрев вдаль, Кристофер убедился, что вблизи конусовидного острова, вода ведет себя точно так же, правда в другом направлении. Так же он заметил, что на том острове не было ни деревьев, ни грибов, по крайней мере, высоких, так же отсутствовала подушка из корней перед береговой линией.

– Еще одна загадка этого странного места – пробормотал он себе под нос.

Желание переплыть на другой остров осталось теплеть в груди. Кристофер привык доверять своей интуиции, которая не раз служила ему верой и правдой, поэтому он еще раз сходил вглубь леса в поисках еды и палок, из которых можно соорудить плот. Прибавка сил принесла с собой болезненные воспоминания о пережитом. Вопросы начали наваливаться на него, и Крис остановился, отгоняя их. Сейчас не время. Подумать о недавних ужасах можно будет и позже, если он все-таки выживет.

Еды Крис не нашел, однако палки разной толщины были здесь в достаточном количестве. За некоторыми приходилось идти вглубь острова, протискиваясь между стволами, но это, почему-то, перестало быть для Кристофера проблемой. После долгой ходьбы по странной глине, чувство жжения в стопах усилилось, будто он ходит по чистому соляному грунту. Эксперимента ради, парень подцепил небольшой кусочек земли и аккуратно притронулся к нему языком. Предположение оказалось верным – земля, как и все вокруг, была почти насквозь пропитана солью. Съев несколько ягод, парень продолжил собирать палки. Поначалу он боялся, что такая нагрузка будет отдаваться болью при каждом движении.

В начале так и было, но чем больше он работал, тем меньше боли чувствовал, так что, хрустнув очередной ягодой, Крис ускорил темп работы. Энергии становилось больше с каждой палкой, Кристофер быстро дышал и уже не ходил, а бегал то в лес, то из лесу, с охапкой палок в руках. Когда энергии стало слишком много, он громко зарычал. Не от боли или тоски, этот рык был веселым, переходящим на громкий хохот.

– Р-р-а-а-а-а-а-а-а-а! – Крис быстро оценил глазами кучу веток разного размера на песке, от прутьев до бревен, на секунду задумался.

– Нужны лианы! Или гибкие ветки! Или куски кожи! Или парусина! – обернувшись, он заметил лягушку, наблюдающую за ним с того же камня, где он ее увидел впервые.

– Где тут у вас можно найти парусину, ты ведь местная лягуха, должна знать? – спросил у нее Кристофер, пытаясь сдержать распирающий его смех. А затем снова убежал в лес в поисках интересующего его материала. Крис, конечно, прекрасно понимал, что никакой парусины на острове нет, но слишком веселой казалась сама ситуация. Закинув в рот еще одну ягоду и оббежав несколько больших деревьев, он нашел нечто подходящее – у одного из редких высоких древесных исполинов, почти у самого основания ствола, была большая трещина, из которой сочилась густая, темно-янтарная смола. Коснувшись ее и перетерев между пальцами, Кристофер пришел в восторг – эта смола была лучше любого клея, который ему доводилось видеть. С трудом расклеив пальцы, Крис собрал несколько растущих рядом веток, щедро измазал их в этой густой жиже, и опять рванув в сторону пляжа.

– Лягуха! Никогда не угадаешь, что я нашел! У вас тут клей – хоть все дырки мира заклей! Хотя тебе-то что, главное не попади в него, то-то потехи будет!

Когда сделанный на скорую руку плот был почти готов, на Кристофера, будто молот, опустилась резкая усталость.

– Слыш, лягух… походу ягоды те… не совсем безвредные были…

Кристоферу не нужно было быть гением, чтобы догадаться, что такой прилив сил в его состоянии не мог иметь естественного происхождения, а те ягоды явно обладали определенным стимулирующим эффектом. Его живот утробно и громко зарычал, а глаза Криса начали быстро округляться. Крис моментально ускорил шаг по направлению к ближайшим деревьям, которые были пошире. Только сидя среди них, он задумался – вокруг ни души, от кого по лесам прятаться? Но инстинкт тяжело переучить, да и бесполезно, в итоге природа науку победит. В этом состоянии любой человек чувствует себя беспомощным, поэтому первый рефлекс – уйти с открытой местности.

Справив внезапную нужду, Кристофер бодрым шагом пошел к плоту. Силы возвращались, пусть и в меньшем количестве. Ягод у него не осталось, а других таких кустов парень не нашел, пока бегал как ошпаренный взад-вперед. Молодой человек вполне предполагал, что мог просто упустить их из виду. Как бы то ни было, перед тем как действие ягод окончательно прекратится, нужно найти хотя бы воду, а если повезет – немного еды. Не прошло и часа, как плот был закончен. Несколько бревен, хорошо смазанных смолой, две параллельные перекладины, да длинная широкая палка, выполняющая одновременно роль весла и горизонтальной лопасти, чтобы направлять движение плота по ходу течения.

Сначала Крис хотел смастерить какие-нибудь паруса из своей одежды и подручных материалов, но эту мысль он благополучно отбросил – такие паруса будут не более чем декоративными, а одежда хоть немного, но защищает от солнца, которое начинало припекать. К тому же, как считал Крис, весла должно было хватить. Он потащил свое сооружение с пляжа на корни, а оттуда – на воду. Сначала Кристофер беспокоился, что корни станут тоньше и, в конце концов, начнут ломаться под тяжестью, но это ему не грозило – в какой-то момент извивающиеся на поверхности коричнево-синие змеи, словно сговорившись, устремлялись вниз и вбок, по направлению течения, словно стараясь создать спираль. Боль в мышцах возвращалась, тащить плот становилось все тяжелее. Подобное поведение корней смутило Кристофера, но он решил не обращать на это внимания.

– Ведь это далеко не первая вещь, которая мне тут кажется подозрительной, не правда ли? – спросил он пустоту. Внезапно его стошнило.

Спустив свое сооружение на воду трясущимися руками, Крис успешно пересек первое течение, а после и расстояние до соседнего острова. Его беспокоила боль в конечностях и животе, которая периодически то вспыхивала, то угасала, за время плавания его вырвало еще два раза, на этот раз – лишь желтоватым желудочным соком. Ноги налились свинцом и начали сильно ныть и болеть при каждом движении. Попав в такое же «огибающее» течение у другого острова, путешевственник направил движение плота к берегу и посадил на мель «морскую могилу», как называли такой плот пираты. Первое же, что удивило Кристофера, стоило ему сойти на берег – на острове не было ничего живого. Абсолютно. Ни деревьев, ни ящериц, ни лягушек, ни даже травы или водорослей. Остров был пуст и черен, повсюду на гладкой и приятной для стоп твердой поверхности, были разбросаны такого же цвета округлые камушки. Такую форму им могла придать только вода, много лет полируя острые углы, формируя небольшой овал, но камушки были даже там, где воды точно не могло быть много лет. Когда Кристофер сделал первых шаг, они зашуршали, стукаясь друг о друга со звуком, напоминающим стеклянный. Не зная, куда дальше идти, Кристофер остановился и посмотрел на вершину горы. Она была похожа на вулкан, вот только жерла не было.

– На том острове я изучил края, значит, на этом изучу центр – сказал он сам себе – заодно осмотрюсь, быть может, замечу корабль или еще один остров…

Раньше, будучи окруженным людьми, он не любил разговаривать, и делал это с неохотой, заставляя себя выдавать яркие эмоции и кучу энергии, хоть команда и не замечала этого. Однако сейчас, в полном одиночестве, которое может не прекратиться до конца его жизни, он чувствовал острую необходимость говорить хоть что-то, лишь бы слышать звук человеческого голоса. Крис шел вверх, в гору, пока не дошел до самого верха, это стоило ему немалых усилий.

Камушки звенели под ногами, а легкий ветер поддувал в спину. Вся вершина была усеяна мелкими отверстиями, напоминающими норы змей или сурков. Кристофер сел на корточки и всмотрелся в одну из таких дыр. Оттуда дул теплый, слегка душноватый воздух. Взяв один из лежащих рядом камешков, Крис бросил его в темнеющую нору. Тот отозвался несколькими звонкими ударами о стенки, после чего наступила тишина. Когда Кристофер уже собирался встать, послышался еще один звонкий щелчок, на этот раз с гулким и долгим эхом.

– Как я и думал, внутри есть пещера – пробормотал Крис, вставая. Как и почему она образовалась, для него было загадкой. Кристофер всмотрелся в океан. Потер глаза, попытался всмотреться лучше. Учитывая, что парень был на возвышенности, он рассчитывал увидеть больше, нежели с берега. Но этого не произошло, линия горизонта показалась ближе, чем он привык видеть. Будто сам земной шар уменьшился в размерах. Списав это на истощенность, путник начал рассматривать черную гору, на которой стоял, ища возможный путь проникновения внутрь. Чутье подсказывало, что на изучение пещеры стоит потратить иссякающие на глазах силы.

Найдя взглядом более-менее крупное отверстие, Крис начал спуск. Это не заняло много сил, вся поверхность острова казалось начисто лишенной острых углов, а твердый материал, из которого состоял остров, почти не скользил, однако ноги продолжали звенеть от усталости. На поверхности, возле входа в тоннель, почти до самого моря тянулось нечто, похожее на пустое черное «русло», будто оставленное текшей когда-то давно рекой. Встав прямо перед входом, достаточно высоким, чтобы Кристофер мог пройти, не пригибаясь, он попытался вглядеться в беспросветную тьму, но ничего не разглядел. Парень захромал по узкому природному коридору, наощупь выбирая направление. Чем дальше Крис заходил, тем больше тревоги ощущал внутри. Стены, казалось, становились все уже и уже и готовы были раздавить всякого, кто рискнет войти. Внезапно стало не хватать воздуха. Сжав зубы, Крис сделал еще несколько шагов вперед и неожиданно для себя, оказался в жарком просторном помещении.

Некоторое время спустя глаза привыкали к темноте, казавшейся поначалу непроглядной. Затем Крис заметил, что из некоторых отверстий наверху мягко сияют лучики света, недостаточно большие, чтобы осветить хоть что-то, но достаточные для того, чтобы можно было разглядеть во мраке то место, в которое Кристофер попал. Он стоял на небольшой площадке, огибающей кругом всю залу, но если сделать всего пару шагов вперед – упадешь в темную бездну, откуда веяло жарким, душным воздухом. Крис предположил, что если это все-таки вулкан, как казалось издалека, то где-то там, внизу, медленно остывала лава.

Глаза постепенно привыкали к темноте. Посмотрев с покатого обрыва вниз, на стенки. Кристоферу казалось, что они имеют правильную форму спирали, с каждым витком становящуюся все меньше и меньше. Создавалось впечатление, что эту воронку сделал кто-то мыслящий, но это ощущение легко можно было списать на почти полную темноту. Это не могло быть делами рук человека, даже если когда-то здесь были люди. Очередная причуда местной природы. Ему снова стало плохо. Голова закружилась, горло сдавил спазм. Кристофера качало из стороны в сторону, он боялся упасть. Тогда он продолжил движение вдоль стены, опираясь на нее. Крис заметил, что где-то посередине его пути, на почти самой дальней к выходу из вулкана части стены, есть относительно неприметная, но все же широкая полость, похожая на вход в коридор. Немного поразмыслив, парень зашагал по нему, рассчитывая найти другой выход. Этот тоннель был шире, Кристофер мог легко сделать по шагу влево и вправо. Ожидания не оправдались, тоннель закончился тупиком. В этом месте темнота стала совсем непроглядной. Его привлек странный, до боли знакомый звук.

Пшшшш…. Пшшшш… Пшшшш…

Кристофер наощупь определил, что в одной из стен тоннеля была широкая трещина, звук шел именно оттуда. Определив ее точное местонахождение, парень собрал последние силы и с размаху ударил ногой по краю трещины. Тот хрустнул и рассыпался, открывая вход в небольшое помещение, а Крис, не удержавшись, упал на пол. Ребра негромко, но очень болезненно хрустнули, а правая рука с незажившей раной хрустнула гораздо громче, заставив парня несколько минут корчиться от приступов боли. Позывы к рвоте не прекращались все это время, он едва не потерял сознание от невозможности вдохнуть. Когда все закончилось, парень с трудом встал, всеми силами стараясь не отключиться снова. Хотелось плакать, но слез не было.

Помещение напоминало длинный вытянутый пузырь, стенка которого истончилась и лопнула, стоило Крису по ней ударить. Потолок в помещении был немногим выше головы Кристофера, ему не нужно было нагибаться, чтобы ходить. Шириной пещера была около девяти-десяти футов, а длиной больше тридцати. В комнате было душно и жарко, жарче, чем в тоннеле. Сейчас воздух, который навевал у Кристофера мысли о бане, активно выходил в тоннель, запуская вместо себя более прохладный. «Пузырь» был светлее, чем тоннель, но все равно очень темным. Единственным источником света была такая же нора, как и в большой зале, только тут она была в единственном экземпляре. Но волновало Кристофера не это. Звук стал отчетливее и звонче.

Пшшшш… Пшшшш… Пшшшш…

Это был звук воды, испаряющейся с раскаленной поверхности. Только сейчас Крис обратил внимание, что в одном месте, прямо над отверстием, из которой бил тонкий блеклый лучик света, есть возвышение – небольшой плоский камень. Подойдя к нему ближе, Крис ротянул руку, чтобы прикоснуться к его поверхности, но остановился в нескольких дюймах. От камня веяло сильным жаром. И на него сверху, из отверстия в потолке мелкими каплями падала вода. Кристофер уже собирался уходить, давно убедивший себя в том, что в этом проклятом мире не существует пресной воды, но прямо перед выходом, он остановился. Развернувшись и внимательней посмотрев на камень, Крис понял, что его смутило – на нем не было кристаллов соли! А это могло значить только одно.

Боясь своей догадки, Кристофер протянул руки, которые снова охватила дрожь, к тому месту, где вода капала на камень, он стал напряженно ждать. Через несколько секунд на его пальцы капнуло несколько капель. Он поднес руки к лицу.

– Пожалуйста, Господи, пусть она будет пресной, молю… – шептал он, не решаясь вытянуть сухой, обложенный налетом язык и коснуться кончиков пальцев. Голова кружилась, последних сил вряд ли бы хватило даже на то, чтобы выбраться из пещер.

Лизнув пальцы, он почувствовал вкус соли. Кристофер был готов расплакаться, но потом понял, что это вкус той соли, которая покрыла его за время путешествия по этому злополучному миру. Повторив процедуру еще раз, он почувствовал на языке странный, почти безвкусный привкус пресной воды…

Крис все-таки заплакал. Слезы лились из глаз неохотно, он был слишком обезвожен, но счастье, которое его охватило, было слишком велико, чтобы сдерживать всхлипывания и стоны. Стараясь не потерять равновесие и не упасть в обморок, он наскоро протер под капающей водой руки, а после сложил их ковшом.

То время, пока в его ладонях образовалась небольшая пригоршня, показалось Кристоферу вечностью. Затем он, стараясь не расплескать ни капли, поднес руки ко рту и сделал первый глоток. Вода смочила язык и теплой волной облила горло. От удовольствия в глазах потемнело, Крис пошатнулся и снова подставил ладони под дыру в потолке. Еще несколько минут томительного ожидания. Следующий глоток позволил начать трезво мыслить. Он заметил, что, несмотря на то, что поначалу, она была вкуснее лучшего вина на свете, сейчас она уже не казалась таковой. Вода пилась «как воздух» не давая чувства насыщения или ощущения, что ты напился, лишь утоляла сильную жажду. Делая все новые и новые глотки, Крис начал рассуждать, откуда здесь появилась пресная вода, проверяя тем самым трезвость ума. С самой первой минуты появления в этом мире главным и самым насущным вопросом для Кристофера была его собственная адекватность.

– Учитывая то, что здесь есть раскаленные камни, это все-таки вулкан. Хотя где тогда жерло?.. а, не важно. Наверное, один из подводных протоков подходит почти вплотную к лаве, там вода раскаляется и по вот этой трубе, хрен пойми какого происхождения, поднимается к этой пещере. А потом просто оседает на стенках и капает. Ведь если бы это был пресный родник, воды бы больше было? – спросил он сам у себя – и вообще, по-моему, я слишком зажрался. Какое мне дело, откуда и какая вода, главное, что я теперь не умру от жажды… Теперь-то все начнет налаживаться…

Для себя он решил, что надо бы ее как-нибудь собирать, не хочется каждый раз стоять столько времени в позе просящего подаяние.

– А ведь ничем другим это, по сути, и назвать нельзя… Прошу подаяние у природы…

Его посетила интересная мысль. Но Крис не собирался отходить от камня, пока не напьется. Сделать это ему не удалось, через несколько пригоршней, руки начали сильно затекать, поэтому он решительно направился к выходу из вулкана.

Частично утолив жажду, Кристофер, безусловно, почувствовал себя лучше. Теперь мучило другое – голод. Не считая тех ягод, Крис не ел два дня, а может и гораздо больше. Вдобавок, тело до сих пор ломило. Он пересек пещеру и темный коридор, вышел наружу, снова почувствовал свежий морской воздух. Плот был там же, где Кристофер его оставил, кирпично-каштановый квадрат было видно издалека. Щелкая камушками, Кристофер бодрым шагом направился к нему и уже через пять минут спускал свое сооружение на воду. На этот раз борьба с «приостровным» течением заняла больше времени и сил. С момента спуска и до момента поднятия плота на корневую подушку прошло не менее двух часов. Рассудив, что он поплывет обратно на вулкан совсем скоро, Крис не стал закреплять плот. К тому же течение было ниже самих корней, некоторые из них даже успели высохнуть. Кристофер быстро приблизился к пляжу, на котором обитали ничего не подозревающие улитки. В момент поиска способа быстро и беспроблемно умертвить создание, не повредив раковину, его посетила другая интересная идея. Он пошел в сторону дерева-рощи. Подыскав там подходящего размера палку, чуть меньше человеческого роста, Крис начал затачивать ее об острые камни, лежавшие тут же рядом. Занятый этим делом, Кристофер позволил себе уйти в воспоминания. В голове всплыл образ Лойда.

– Что же ты знал, Лойд? – пробубнил Крис – и сколько не успел сказать? Да и не сказал бы, наверное…

Перед глазами появилась картина, окровавленное тело врача, разрываемое на куски. Голова закружилась.

– Нет… – прошипел себе Крис, зажмурившись – об этом позже…

Он открыл глаза, ища, к чему бы прицепиться, чтобы не думать о Лойде. На глаза попались улитки и лужи на песке.

А почему на песке – лужи? – подумал Крис – Да еще и в таком количестве, несмотря на время суток, приливы и отливы. Вода ведь должна просачиваться через песок, верно? Может, внизу, под ним, почва, не впитывающая воду? Или сам песок создает некую водоотталкивающую поверхность? И если те улитки пьют эту воду, то что они делают с избытком соли? Откладывают внутри раковины, что ли? Это было бы неприятно… А что они едят?..

Раздумывая над обитателями местной фауны, он сам не заметил, как плоское копье, обточенное до прилично острого состояния, оказалось у него в руках. Кристофер вернулся на пляж. Приметив сразу трех, пьющих из одной достаточно крупной лужи, парень направился к ним. Оторвать существо от песка не составило большого труда, однако тут его ждал другой сюрприз – улитка весом около двух фунтов, под чьим весом поврежденная рука Криса отозвалась острой болью, начала тонко и громко верещать. Звук исходил из того же хоботка, которым улитка пила воду. На несколько секунд Кристофер оглох, затем быстро захромал в сторону трещины, из которой сочилась клейкая смола с пищащей улиткой наперевес. Дойдя, он приметил место, в котором смола растеклась по более-менее плоской поверхности, ею оказался сам ствол дерева, он развернул раковину острием к лицу и прилепил улитку к клейкой поверхности. Затем крепко схватил края остроконечной спирали и с силой потянул на себя. С неприятным чмоканием, улитка покинула свое жилище.

Поначалу Кристофер гадал, почему существо не спряталось под свою естественную защиту, теперь все стало ясно – улитка была настолько раздувшейся и толстой, что попросту не помещалась в собственный дом. И несмотря на это, продолжала питаться. Никакого инстинкта самосохранения. Хотя, учитывая их количество, это не удивительно. Улитка уже не пищала, но еще извивалась, поэтому Кристофер быстро вогнал копье в предполагаемую зону головы животного, чем прекратил ее мучения.

Около получаса он потратил на отдирание улитки от просмоленного ствола. В итоге Крис просто срезал прилипший слой, положив остальное на камень перед собой. Аппетитной зеленоватая тушка не выглядела, также как и ядовитой. Решившись, он отрезал копьем кусок полупрозрачного «мяса», больше напоминающего желе. Принюхался, сморщился. Пахла улитка специфически – мускусом и перебродившими яблоками. Живот заурчал, побуждая к действию. Вздохнув, Кристофер взял пальцами край отрезанного куска, и с громкий хлюпаньем втянул его в себя. Вкус у мяса-желе оказался неприятным, как и консистенция, но относительно сносным, правда после употребления во рту появилась неприятная пленка. Для себя Крис охарактеризовал этот вкус так – кусок свиного сала долго терли о потные части матросов после трех месяцев плавания, размешали до состояния требухи и смешали с холодной водой. Его передернуло.

– Хотя, если вымочить это… ну, допустим, мясо, в пресной воде, то этот ужасный вкус притупится. Конечно, не сейчас, пока вода в дефиците, но позже…

Сделав еще один надрез, парень задел острием копья небольшой темный пузырь в толще тушки. Тот лопнул, все вокруг него быстро пропиталось содержавшейся внутри жидкостью. Будто кубик рафинада опустили уголком в чай. Почерневшая тушка сморщилась и свернулась.

– Вот значит, как? – немного удивился Кристофер – желчный пузырь, я полагаю. Впредь буду осторожней.

Отловив еще двух улиток, он повторил процедуру извлечения из панциря и аккуратно начал нарезать тонкие ломти съедобной части. И в обоих случаях он не успел снять все мясо, по неосторожности лопая желчный пузырек. Но собранного мяса хватило на легкий перекус, после чего Кристофер принялся выполнять свою задумку. Посмотрев на три раковины, лежавшие перед ним на земле, подобрал одну из них и попытался отломать острую верхушку. Несколько попыток не принесли никакого результата. Попытка разбить их небольшим камнем так же потерпела фиаско. В итоге, он положил известковую раковину на черный плоский булыжник, лежавший на пляже, и приложил сверху камнем покрупнее, крича и проклиная весь мир от боли в руке. Раздался хруст. Крис получил то, что хотел – от большой и широкой раковины остался только наконечник. Подобрав палку, похожую на первую, Кристофер примерил наконечник – тот подошел. Аккуратно, стараясь не испачкаться и не пролить ни капли, Кристофер набрал внутрь раковины смолы и вставил ветку. Облокотив импровизированное оружие о дерево, он проверил, под ровным ли углом скреплено древко и острие.

– Теперь хоть будет, с чем охотиться на дичь покрупнее – улыбнулся Крис.

Оставив засыхать результат своей работы, Крис взял оставшиеся раковины и пошел к плоту. Прополоскал их и оставил там же, снова пошел к дереву-роще. Но теперь его целью была земля. Жирная глинистая почва. Он накопал себе небольшой ком, взял его и направился к плоту, сбросив груз на него. Повторял Кристофер эту процедуру, пока не вымазался в грязи с ног до головы, и на плоту не образовалась крупная, по колено, куча глины. Воткнув в кучу раковины, Кристофер снова отправился к острову-вулкану. Крис очень устал, но знал, что если остановится, поддастся слабости и усталости – не сможет снова встать, поэтому стараясь не думать о боли и головокружении, он доплыл до черного берега вулкана и начал перетаскивать материалы в темную комнату по ту сторону кратера. Стараясь экономить силы, Кристофер сначала перенес все с плота ко входу в пещеру, затем – в комнату. Когда Крис совершал третью ходку с глиной в руках, проходя по полукруглой тропе возле спиралевидного жерла, он внезапно потерял сознание на какие-то доли секунды. Но этого хватило для того, чтобы потерять равновесие. Поняв, что падает вниз, Крис рванулся в сторону стены и упал на край тропы, сбросив вниз один из черных камушков. Тот начал щелкать о края жерла падая все ниже и ниже… Судя по всему, жерло было действительно глубоким, если бы туда упал Кристофер, он не смог бы выбраться. Перетаскав наконец-то все припасы в комнату, он начал конструировать своеобразную подставку из грязи на камне. Глина почти сразу начала сушится и шипеть. Перед тем, как она окончательно не потеряла податливость, Крис воткнул одну из раковин в то место, где сверху капала вода. Проверив, что вода капает ровно в раковину, он сел рядом, ожидая пока та наберется.

Кристофер зевнул, потер уставшие глаза. Влажный жар, которым была наполнена комната, заставил тело наконец-то расслабиться, оно заныло и заболело. Сам того не заметив, он погрузился в тяжелый глубокий сон.

Во сне Крис чувствовал пульсацию вен в черепе. Темноты не было, вместо нее снова было мутно-коричневое марево. Кристофер попытался осмотреться, но ничего не вышло.

– Как же я устал от таких снов… – устало проворчал он – ни черта не высыпаешься…

– А я теперь только их и вижу – прохрипел кто-то рядом.

Кристофер затравлено обернулся. Перед ним стоял Грэгори. Свою голову он держал подмышкой.

– Здоров будь, квартермейтер – улыбнулась голова.

– Ты мертв. Вот таким и оставайся – зло отозвался Крис.

– Другим я и не могу быть. Но отсюда не уйду.

– Ты фантом, плод моей фантазии! Сделаешь, как я повелю! – крикнул Кристофер ему в лицо. И я говорю – исчезни!!!

Тот некоторое время постоял, будто ожидая чуда, но так и не исчез, не растворился и не был поглощен маревом.

– Похоже, Дьявол, не все так просто – ухмыльнулся Грэг.

– Да и черт с тобой! – рыкнул Кристофер в ответ – просто не буду с тобой говорить.

– А если не со мной, то с кем? – улыбнулся Грэг – ты, знаешь ли, мог помешать моей смерти, а вместо этого сделал все, лишь бы меня уничтожить. А еще другом меня считал. Мог бы не выступать против смены курса. Мог бы сказать нам о предупреждении Лойда и вместе продумать план побега.

– Тогда бы капитан убил меня.

– Да не прикидывайся, кэп бы не догадался, он же не выходил из каюты! А теперь посмотри на дело рук своих, доволен? – Грэг с обидой выставил отрубленную голову перед собой.

– Не знал я, что так все обернется! – прошипел Кристофер.

– Вы посмотрите, он не знал!!! – разъяренно крикнул Грэг – и мне от этого должно быть легче?! Я мертв, хотя даже не участвовал в той резне, я не заслужил этой участи! Не знал он!..

– Не могу больше – простонал Крис – когда этот сон закончится?

И сон закончился. Кристофер шумно вздохнул и оглядел полутьму, что окружала его. Вода капала в раковину, ее звучание сообщало, что раковина, хоть и не до краев, но наполнена водой. Язык снова пересох, урчание в желудке приносило болезненное покалывание. Взяв обеими руками потяжелевший улиточный панцирь, Кристофер вынул его из грязи и принялся жадно пить солоноватую воду. Та соль, что была на внутренней стенке раковины, растворилась, следующая партия, по мнению Криса, должна была быть полностью пресной.

– Я мертв из-за тебя, Кристофер… – прошептала темнота. Крис выронил раковину. Та гулко ударилась о пол и прокатилась, выливая остатки содержимого. Холодный пот мгновенно прошиб Кристофера, он медленно повернулся в сторону выхода из комнаты. В трещине выхода стоял Грэг. На этот раз голова была на плечах, пришита грубой стальной проволокой.

– Как ты… – дрожащим голосом проговорил он.

– Я. Мертв. И ты тому виной, Дьявол! – крикнул призрак в ответ, двигаясь в сторону Криса.

– Отстань! – он попытался толкнуть подходящую к нему фигуру, но лишь споткнулся и упал, не почувствовав руками сопротивления. Крис поднял глаза. Мертвая, полупрозрачная голова с запавшими глазами и раздувшимся языком была прямо перед его лицом. Кристофер закричал. Он быстро пополз, перебирая руками и ногами в сторону выхода.

– Ты умрешь, Кристофер. Ты нарушил обещание! Помнишь, как ты обещал мне, что прикроешь меня?! Там на корабле! А вместо этого, ты стал причиной моей смерти! Ты обещал! – взревел призрак, не сходя с места.

Кристофер побежал к выходу. Каждый шаг отзывался неимоверной болью в мышцах. Выбегая из первого коридора, он остановился посреди жерла, тяжело дыша.

– Раковина! Я забыл поставить ее! – прошептал Крис.

Осознание, что от того, вернется ли он обратно, зависит его жизнь, в груди все сжалось, а нутро скрутило. Парень развернулся.

– Это всего лишь фантом. Он не причинит мне вреда – пытался убедить себя Крис, мелкими шагами направляясь к разлому. Ноги стали ватными. В голове все перемешалось, нутро сжалось еще сильнее. Руки покрылись гусиной кожей, а ноги едва слушались. Кристофер заглянул в проход. Призрак все еще стоял там, прямо перед тем камнем, на который стекала вода. Он не двигался. Его зеленая, полупрозрачная, прогнившая голова, была запрокинута, а рот открыт. Но его полные гнева глаза пристально смотрели на Кристофера.

Не отводя глаз, Крис сделал первый шаг в комнату. Крадучись подошел к раковине. Присел, нащупав ее рукой, крепко ухватил, не отрывая глаз от призрака. Затем делая шаг за шагом, подошел к камню. Неподвижная серо-зеленая фигура Грэга наблюдала за бывшим другом, его взгляд съедал трясущегося от страха Криса. Бледный парень поставил раковину в землю, лишь на секунду отвернувшись от фигуры. Когда он снова поднял глаза – призрака не было. Затравленно обернувшись, парень не обнаружил никого. Кристофер сделал шаг в сторону выхода, затем еще один. Нервы не выдержали напряжения, и он побежал, почти не глядя. На повороте едва не угодил в воронку, но вовремя опомнился и затормозил.

– Отстань, отстань, отстань, отстань, отстань!!! – шептал он себе под нос.

Прямо на выходе из пещеры, Кристофер снова увидел фигуру в лучах света, Грэг раскачивал своей головой точно кадилом, весело посмеиваясь. Кристофер закричал, закрыл глаза и пробежал сквозь нее. Только попав на свет, он почувствовал себя в безопасности, упал на колени и наконец-то смог вдохнуть. Его руки тряслись, со лба капал пот. Отдышавшись, Крис быстрым шагом направился к плоту. Когда он встал на плот, течение заставило парня оступиться и едва не упасть в воду, трясущиеся руки не хотели слушаться. Справившись с управлением, он пересек расстояние между островами и, вытащив плот на корни, пошел в сторону дерева-рощи. Шум морского ветра в кроне успокоил его, живот снова заурчал. Измученный пленник острова подошел к одному из плоских черных булыжников, лег, и, как показалось, уснул. Состояние между сном и бодрствованием немного восполнило силы, а холод камня прочистил голову. Крис сел, переводя дух.

– Это всего лишь фантом. Призрак.

Кристофера потряхивало, но он снова продолжил движение. Он боялся остановиться. Каждая остановка может стать последней. Остановиться значит умереть, попасть в то варево, где его ждал озлобленный призрак Грэгори и сам капитан…

Найдя копье, Крис постучал им о дерево, проверяя, хорошо ли застыла смола. Удовлетворившись результатом, он пошел в сторону пляжа, а оттуда – в грибной лес. Поразмыслив, Кристофер решил, что между крупными ползучими и мелкими летающими ящерицами, вкуснее всего выглядят ползучие. Встав на грибницу, охотник оглядел окрестности. Среди белесых стволов, синих «кораллов», сиреневых лисичек и белых боровиков, некоторые из которых достигали груди Криса, он не заметил никакого движения, кроме разных жуков.

Наконец-то удача улыбнулась ему, где-то в глубине чащи заворочался, неповоротливо перебирая лапами, искомый ящер. Аккуратно проверяя перед собой землю древком копья, Кристофер направился к нему. Подойдя на расстояние шести футов, он замер рассматривая добычу. Шкура выглядела толстой, если исключать мягкую часть шеи, но когда ящер поворачивал голову, в сторону Криса, достать до шеи копьем было нереально. Кристофер приблизился на расстояние удара. Только сейчас ящер заметил охотника, рассмотрел в течении нескольких секунд и… не обратил на него никакого внимания. Ящер подошел к ближайшему древогрибу, принюхался, оперевшись на него двумя лапами, оторвал зубами кусок плотной «древесины» и не спеша начал его пережевывать. Крис даже опешил от такого вопиющего неподчинения законам джунглей. Тогда он коротким ударом вонзил копье в шею ящера, тот дернулся, вытянулся, зашипел и обмяк. Удар пришелся по наиболее хрупкой части позвоночника. Из раны полилась темная кровь вперемешку с какой-то слизью. Вытащив копье с неприятным чавканьем, Крис протер острие о ближайшую шляпку и взвалил на плечо тушу добычи. Туша оказалась тяжелее, чем выглядела, рана снова заныла и защипала. Быстро вытащив на пляж ящера, охотник начал разделку, раскладывая отрезанные части на черные камни с красными прожилками. Делать все это копьем было невыносимо, но другого орудия не было. Кожа была порезана полосками для будущих ремней и веревок, жир отделен от мяса, а скелет разобран по косточкам. Всю остальную требуху он собрал в кучу и выбросил в море.

– Надо бы запомнить это место – пробормотал Крис – потом прикормленную рыбу буду тут ловить.

– Верно мыслишь, друг – усмехнулся басовитый голос рядом. Крис напрягся и повернул голову на звук. На песке рядом сидел Лэндон. Он выглядел живым, это был тот Лэндон, которого еще не коснулось безумие капитана. Он сидел на песке и улыбался, глядя на море.

– Зачем ты здесь? – все еще напряженно подергиваясь, спросил Крис.

– Да по что мне знать, ты всегда был башковитее, вот сам и думай – пожал плечами его старый друг.

– Лэн, ты погиб на том корабле, ты помнишь? – уже спокойнее спросил Крис.

– Помню, конечно. Но это прошлое. Сейчас, я думаю, никому до этого уже нет дела.

– Грэгу есть.

– А, Грэгори, новичок… Жалко парня, но ничего не поделаешь, в море люди и в более обычных условиях умирали. От цинги вот, или от травм.

– Ты не злишься на меня из-за произошедшего?

– Отчего мне злиться? Да и Грэг, наверное, не злиться. Это ты сам себя грызешь, ты всегда это любил – пожал плечами Лэн – а даже если и злиться, кому какое дело? Нет уж, не хочу я целую вечность провести в гневе и обидах. Не по мне такой расклад – засмеялся призрак.

Крис продолжил заниматься раскладыванием, а Лэн просто сидел и смотрел на море. Минут через десять, Лэн встал и направился вглубь грибной чащи. Проходя мимо Кристофера, он повернул голову, улыбнулся и сказал:

– На твоем месте я бы сделал лодку получше, да и огонь развести не помешает – после чего спокойно пошел дальше. Грибница под ним не проминалась. Его силуэт растворился в сизой дымке.

Пока мясо сушилось, Кристофер решил последовать доброму совету и развести костер. Притащив из дерева-рощи немного трута и выбрав две подходящей толщины палки, Крис принялся тереть их друг о друга. Его ждал неприятный сюрприз – палки хоть и грелись, но никак не хотели начинать тлеть. Истратив все силы и потратив немало времени, он бросил попытки сделать костер и решил есть мясо сырым. Солнце уже клонилось к закату. Прожевывая жесткие куски, Кристофер сел на песок, где до этого сидел Лэндон, взял тонкую ветку и написал на песке.

«Развести огонь»

За последнее время в его голове творился сущий кошмар, поэтому он решил расписать все задачи, которые предстоит сделать, чтобы жизнь на острове перестала быть ежесекундным испытанием выносливости.

«Сделать запасы воды и еды»

«Сделать инструменты: т, м, у, п»

Так он обозначил топор, молоток, удочку и пилу. Как и из чего делать эти инструменты, парень не представлял.

«Построить хижину»

«Построить лодку»

Солнце зашло, небо погрузилось в темноту. Почувствовав насыщение, Кристофер отложил оставшееся мясо и улегся прямо на камне. В этот момент он услышал музыку. Прилив достиг верхушек корней, отчего они то погружались в воду, то оказывались над ней. Эти движения сопровождались сначала чем-то напоминающим одновременный хрип с бульканьем, а затем коротким свистящим «у-у-у-у». Вся поверхность острова пела.. Корни шептали, тихонько напевая сказки, а потом вздыхали, набирая воздуха, пели и баюкали, словно дикий лохматый колдун, крадущий сны. Не давая спать при луне и звездах…

Кристофер не мог уснуть всю ночь. Едва он проваливался в сон, пение корней вытягивало его обратно. Закончилось это лишь когда небо начало светлеть и начался отлив. У Кристофера было не так много времени, перед тем, как горячее слепящее солнце сделает его сон невыносимым. За эти два часа он ушел из реальности, надеясь выспаться как можно лучше. И действительно, к тому моменту как солнце разбудило его, парень чувствовал себя относительно отдохнувшим.

Глава 6. Цветы и Лора

Следующие три дня Кристофер выполнял задания из списка. Надписи стерлись почти сразу, но в голове хорошо засели все пункты. Огонь он так и не смог добыть, поэтому питался Крис сырым мясом. Через пару дней, он заметил, что ящеры не едят все подряд, а лишь определенные места, такие как, к примеру, странные выросты на стволах древогрибов, немного отличающиеся по цвету от остальной поверхности. Попробовав как-то один из таких, он решил, что наросты они съедобны, пусть и не особо приятны, поэтому, когда дело дошло до запасов, он делал запасы не только мяса и жира, но и тех частей растений и грибов, которые посчитал съедобными. Тут были срезы наростов древогрибов, куски верхушек боровиков и несколько разноцветных ягод, кусты которых все-таки были найдены после поисков в дереве-роще. Пока он ничего из этого не ел, решил отложить эксперименты на более спокойное время. Воду, которую он старательно экономил, Крис поначалу собирал в раковины, все равно больше трех раковин никогда не наполнялось, однако с момента, когда он смастерил себе топор из острого плоского камня и древка, в котором было выточено небольшое овальное отверстие под него, парень смог срубить древогриб. Его древесина оказалось очень крепкой из-за того что большая часть удара гасилась. Кора прогибалась, будто спрессованный влажный папирус, а в центре была легко отделяемая мякоть, поэтому Крис сделал несколько полых «болванок» в которые с одной стороны он накрепко забивал срубом обычной древесины, заполнял его водой и закрывал «крышкой», из такого же сруба, но с высверленной копьем дыркой, в которую крепко вбивал щепку. Вся конструкция частично пропитывалась водой и разбухала, закрепляясь.

Еду и воду невольный житель хранил на обоих островах – в пещере и в дереве-роще. В пещере так же были расставлены несколько блестящих грибных листьев, которые хоть немного, но добавляли освещения в темный «пузырь». Молоток был сделан таким же образом, что и топор, а вот пилу он долго вытачивал из раковин, добавляя ей зуб за зубом и скрепляя их клеем. Получилось не ахти, но приноровившись, Кристофер все-таки мог ее использовать. Хижину он решил поставить возле трещины со смолой из бревен, обклеенных этой же смолой, а место крыши занимали несколько верхушек «лисичек», обклеенных бирюзовыми листьями.

Чтобы не спать на сырой земле, Крис сделал себе нечто наподобие кровати, приклеенной к одной из стенок и с подпорками внизу. Свернутая кожа ящеров заменяла ему подушку, охота на них оказалось одной из самых простых, которые Кристоферу приходилось проводить. Пол парень застелил подсушенным «дерном», как он для себя назвал грибницу. Сходив один раз вглубь грибного леса, Крис обнаружил для себя две неожиданности – первая была в том, что его опасения насчет оврагов, скрытых дерном, были беспочвенны, он ни разу не провалился в скрытую полость и даже не споткнулся о камни. Второй вещью оказался вьюн, имевший по форме сходство с морскими водорослями и консистенцию чуть менее твердую, чем пальмовые листья. Рос вьюн на тех стволах древогрибов, которые оказывались в тени, видимо, это растение не особо любит прямой солнечный свет. Учитывая освещенность леса днем, растения было мало. Вьюн лучше всего подходил для плетения чего бы то ни было, особенно учитывая, что конкурентов у него на острове не было. Цветом вьюн был похож на подсохшую траву.

Нарвав себе охапку этого вьюна, Крис вернулся на пляж, где, наконец, сплел себе обувь и небольшой плащ-циновку. Его одежда порвалась и изветшала, поэтому подобное решение отлично защищало плечи и руки от солнца. Призраки больше не посещали Кристофера, но крепко спал он не больше двух часов в сутки – между тем моментом, когда корни переставали выть и восходом солнца. Когда все было готово, еды и воды было про запас, Крис попытался поспать в хижине при свете солнца. Несмотря на то, что хижина была в тени, а крыша полностью блокировала солнечные лучи, в ней было слишком жарко, да и бессонница Кристофера к тому моменту приобрела хронический характер.

– Надо бы построить лодку – пробубнил он, пережевывая обеденный кусок мяса. Парень задумался над тем, как выглядит со стороны и слегка ужаснулся, представив. На корточках посреди острова сидело человекообразное существо в травяной циновке, с красными глазами, под которыми прочно обосновались синие мешки, в руках и зубах – кровавое мясо. Когда он не жует, то говорит, короткими, иногда бессвязными фразами, смысл которых понятен только ему одному. Дикарь-дикарем.

– А это ли не сущность каждого человека? – гнусаво усмехнулся за его спиной кто-то.

Крис обернулся, не отпуская из рук кусок мяса. На камне сидел Глоу, Золотой Зуб.

– Ты не очень-то подходишь умом для рассуждения о человеческой природе. Неужели мой разум не смог придумать на эту роль кого-то получше.

– Может, меня? – усмехнулся голос позади. До боли знакомый, но кому он принадлежал, Крис не вспомнил. Пока не обернулся. Перед ним стоял Ричард. Учитель был таким же молодым, каким Крис видел его последний раз, в далеком детстве. Его длинные золотые волосы были собраны в хвост, а из одежды, только черные штаны, да бинты, стягивающие мышцы, выступающие в роли «бинтовых доспехов», а в руках был деревянный меч.

– Ты лучше кого бы то ни было подходишь на эту роль – тепло улыбнулся Крис, на уголках его глаз начали собираться слезы.

– Это еще кто – сплюнув сквозь зубы, спросил Золотой Зуб.

– Это человек, который спас меня однажды. А потом снова и снова.

– А по точнее?

– Я не собираюсь делиться этой частью себя со столь мерзким типом как ты, Глоу, даже если ты лишь призрак – отрезал Крис.

– Интересно, когда ты сдохнешь, останешься таким же мудаком? – прошипел Джон.

– В интересную передрягу ты попал, ученик – протянул Ричард – хотя прежде чем тебя критиковать, замечу, что ты еще жив, а значит, я не зря старался. Хорошо.

– Сколько тебе сейчас, как думаешь? Настоящему тебе?

– Лет тридцать, наверное.

– Надеюсь, ты еще жив.

– Вряд ли – честно, без тени сожаления произнес Ричард – после того, как ты сбежал, меня, скорее всего, повесили. Ты ведь знаешь характер своего отца…

Крис простонал.

– Прости…

– Пустое – тепло улыбнулся блондин – ты мне лучше скажи, какого дьявола ты сидишь тут? Ты сколько не тренировался?!

– Ну, так… – смутился Крис – нечем. И не с кем. И незачем.

– Я тебе сделаю, незачем!!! – взбесился Ричард – быстро отыскал себе палку, я тебе сейчас хайло чистить буду!!!

Кристофер пулей побежал вдоль пляжа близь древорощи, ища глазами подходящее оружие. Только когда ему в руки попалась довольно длинная прямая палка, он задумался, как фантом в его голове может что-либо ему начистить. Но как только он обернулся и увидел летящего на него в прыжке Ричарда эту мысль смело. Рефлексы, отточенные за года, оказались сильнее, он перекатился, пропуская блондина над собой и встал в стойку, тяжело дыша от нахлынувшего адреналина.

– Погоди… – только хотел задать сопернику интересующий Криса вопрос, но Ричард был быстрее. Он всегда был быстрее Кристофера, это его восхищало и бесило одновременно. Его тренер поднял деревянный меч и с размаху опустил. Удар был принят в блок, после чего Крис с силой отвел меч в сторону. Вот оно! Противник был открыт, парень протянул руку, чтобы схватить плечо тренера, одновременно высвобождая импровизированный меч для бокового удара по ребрам. В этот момент нога Ричарда поднялась взмыла вверх и больно ударила его по локтю, а захват плеча, хоть и был произведен, но оказался только во вред, потому как теперь Крис был полностью открыт для ударов, чем Ричард сразу воспользовался. Несколько ударов и Крис лежит на в луже на песке, пытаясь восстановить дыхание.

– Ты… фантом! Как так?! – тяжело дыша, прохрипел Крис.

– Можешь называть меня как хочешь, но помни что в самую первую очередь я, черт возьми, твой учитель! А ты – ленивый и безалаберный ученик, который позволил себя поймать, обезоружить и умертвить. И пока не будет по-другому, я не уйду. Ты на вражеской территории, дубина! – Ричард присел над поверженным учеником – в любой момент может появиться то, что захочет тебя убить. И если ты продолжишь вести себя как тот варан – он указал в сторону леса – то станешь жирным и ленивым, как он. И враг, найдя тебя, даже удовольствия от драки не получит, просто размажет тебя по песочку. Ты не знаешь, на что будет способен твой враг, поэтому готовиться надо втрое упорнее, а не греть седалище на песочке, понял?

– Понял – кивнул Крис.

– И чтобы к следующему приходу ты отработал тот захват, который пытался провести три тысячи раз. И каждое утро после пробуждения сначала разминался, мне до фени, сколько ты спал и чем занимался все время.

– Уяснил – нахмурился Крис – сбавь обороты.

– Ну ладно – усмехнулся Ричард – на самом деле я тобой доволен. Ты стал сильнее, малек глубоководный.

Кристофер счастливо улыбнулся. Бок и живот болел в тех местах, где его ударил тренер, но как только парень подумал об этом, они перестали болеть, словно никогда и не болели. Он даже не смог определить для себя, какие конкретно места подверглись избиению.

– Удобно – довольно пробормотал Крис – и подрался, и не болит ничего.

– Надеюсь, в следующий раз будет! – серьезно ответил Ричард – пропущенный удар должен о себе напоминать! До скорого! – он махнулученику напоследок и ушел. Стоило призраку выйти из поля зрения, как тот перестал существовать для Кристофера.

Одинокий островитянин вспомнил для себя ценный урок – чтобы разум не ослабел окончательно нужно закалять тело. Ричард никогда не советовал ему пустого, а Крис никогда не игнорировал его советы и этот раз, как решил сам Крис, не станет первым.

Теперь каждое утро парень посвящал упражнениям. А днем начал строить лодку. Для каркаса он использовал дерево, такелаж соорудил из полых древогрибов, вместо гвоздей – смола. Конструкцию нужно было делать с постоянными паузами, чтобы клейкая масса окончательно застыла, придав той или иной части лодки правильную форму. На седьмой день своего пребывания на острове, небольшая, но добротная плоскодонная лодка-челн, с мачтой и парой весел была готова. Киль и шпангоуты были сделаны из древесины, из-за ее прочности, как и две скамьи, остальное, по большей части, из древогриба. Начинающий мастеровой сам не понял, зачем сделал именно две скамьи, просто заметил, что так лодка будет выглядеть лучше. Так же во время работы Кристофер успел смастерить небольшие леса, куда он складывал бревна для обработки. Парусину он решил сплести из того же вьюна, но идея провалилась – когда парень пытался вязать им плотной вязкой, вьюн рвался, поэтому мачта так и осталась без парусов.

«Чайка». Так назвал свое судно Кристофер, когда закончил его.

Пока Кристофер забивал между корней большой кол из дерева, чтобы потом прикрепить к нему свою лодку, он размышлял.

– Седьмой?.. Или все-таки восьмой?.. Может вообще девятый? – парень потерял счет своим дням на этом острове.

Рассмотрев, по большей части, зажившую рану, он решил, что шрам на этом месте будет большим и уродливым, спасибо вездесущей соли. За это время Крис много думал, по большей части о Лойде. Умный, холодный разум врача обладал большими знаниями, но он так ничего и не сказал. Никто не знал, ни откуда он, ни о том, что Лойд знал о происходящем. И сколько бы Крис не анализировал, понятней не становилось, это раздражало.

Кристофер уже ходил вглубь грибной рощи, был на острове-вулкане, изучив его вдоль и поперек. До сих пор единственным местом, где парень не был, являлся центр дерева-рощи. Деревья охраняли что-то, в этом он был уверен. Внутри, за стенами из стволов была небольшая поверхность, поляна, возможно, которая не была заросшей деревьями, Крис видел ее сквозь одну маленькую щель, когда рубил деревья на постройку лодки.

Топор уже основательно натер руки еще на третий день, но мозоли быстро огрубели, поэтому сейчас это было только к лучшему. Взяв свое орудие, Крис пошел к дереву-роще. Около получаса он решал, откуда начинать рубить, наконец было выбрано место неподалеку от смолистой трещины, где для прохода внутрь нужно было срубить только два дерева. Деревья были толстыми и высокими, такие явно не сдадутся без боя. Но у Кристофера было одно преимущество – ему некуда спешить. Теперь, когда все готово, припасы сделаны на несколько дней вперед, есть крыша над головой и лодка, единственное что парень до сих пор не удовлетворил – любопытство. Он размахнулся и ударил по первому стволу. Гулкое эхо по всему дереву, первый сноп щепок…

На то, чтобы вырубить первое дерево, понадобилось около пяти часов, если не больше, день сменился вечером, корни уже готовились к пению. Когда дерево с хрустом, начало заваливаться набок, Кристофер едва успел отскочить. С оглушительным грохотом, ствол упал на землю, из сруба медленно сочилась смола. Теперь Кристофер ясно видел – внутри чащи действительно была поляна! Деревья не только защищали ее со всех сторон, но и расставляли листья таким образом, что даже вечернее солнце успевало освещать ее.

– И как же выглядит это сокровище Чащи? – бормотал под нос Крис – может, внутри дерево, от которого растут все остальные? Или какой-нибудь древесный паразит? К ночи я это узнаю… – он ухмыльнулся. Сделав небольшой перерыв на восстановление сил, попив воды из грибного бочонка, и наскоро перекусив мясом ящеров, он вновь принялся за работу. Оглянувшись через плечо, он увидел знакомую до боли сине-зеленую спинку и красные глаза, таращившиеся на него с камня.

– Здоров, лягух – улыбнулся Крис – пришла проверить, кто нарушает твой ночной покой? Увы, раз я не могу спать из-за этих дурацких завываний вашей местной флоры, то и другим я спать не дам. Принцип, понимаешь?

Лягушка лишь наклонила голову. Ее шея постоянно мелко пульсировала, насколько помнил Крис, они так дышат, быстро-быстро. Он нанес еще один удар. Затем еще один. Войдя в ритм, хозяин острова начал напевать себе под нос одну из морских песен-шанти:

Поднимите его на борт и перенесите на корму

Вперед, Маринго, вперед на всех парусах!

Положите его там, где следует

Вперед, Маринго, вперед на всех парусах!

Вытащите из мешков и пусть он отлежится

Вперед, Маринго, вперед на всех парусах!

Туго скатывайте его в тюки, в них он и останется

Вперед, Маринго, вперед на всех парусах!

Запрячьте его поглубже в трюм

Вперед, Маринго, вперед на всех парусах!

Там ему и место, а затем в дорогу

Вперед, Маринго, вперед на всех парусах!

Когда я вернусь в Ливерпуль,

Вперед, Маринго, вперед на всех парусах!

Я брошу швартовы малышке Сэлли Браун

Вперед, Маринго, вперед на всех парусах!

Я отбуксирую ее туда-сюда

Вперед, Маринго, вперед на всех парусах!

Я сниму с нее шкивы и поставлю под паруса

Вперед, Маринго, вперед на всех парусах!

Шанти была размеренной и спокойной, идеально подходила для мерных ударов топора, хотя когда-то, насколько слышал Кристофер, ее пели матросы, работающие с хлопком, а не дровосеки. Собственно, про хлопок в песне и поется.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Calaca – Смерть, скелет забирающий души в мексиканско-ацтекской мифологии

Вернуться