Лео Даниело
Окно с розовыми занавесками. На повороте не оглядывайся

Глава первая

1.

1997 год.

Первый осенний утренний луч солнца коснулся самых верхних кончиков иголок хвойных деревьев и, пригрев их своим светом, уверенно начал скользить дальше вдоль бледно-зеленого молчаливого и безмятежного простора тайги. В низины оврагов и ложбин опускалась сырая прохлада последней летней ночи. Попав в заточение капелек росы, солнечные огоньки заискрились и тут же принялись обогревать пространство вокруг себя, освобождаясь из водяного плена. По равнинным вершинам древних Уральских гор, обтекая замшелые россыпи камней, струилось первое легкое дыхание свежего, лугового утра. Набирая силу, оно уносилось ниже в далекую обширную низменность, где большой промышленный город начинал свой трудовой день.

Добравшись до города, лучики солнца пронзили кроны деревьев, и, оседлав подоспевший ветерок, заиграли с листьями в пятнашки. Преодолевая мелкую рябь, в подсыхающих лужах плыли белые груды облаков.

Но вот дрогнули облака, и легкие круги разошлись по серой воде. Едва остановившись, изящные белоснежные туфельки, вновь легко обступая трещины и выбоины на асфальте, продолжили свой путь.

Внезапный и пронзительный визг тормозов обрушился на поспешное цоканье каблучков. Молоденькая девушка в испуге замерла на самой проезжей части.

– Ну, ты даешь, мать! Куда под колеса-то бросаешься? – басом прогремел голос из автомобиля, но мечтательная молодушка уже перебежала дорогу и потерялась среди пешеходов.

Со школьного двора все отчетливее и громче доносилось разновозрастное многоголосье. Неприятный слуху скрежет вырвался из динамиков и заставил неугомонных школьников затихнуть. Взгляды ребят тотчас обратились к нарядно украшенному крыльцу школы. Юра Васильев из одиннадцатого класса виновато оглянулся на стоявших неподалеку учителей и поднес к губам микрофон:

– Раз, раз, раз… Один-два-три…

Убедившись что все в порядке, Юра спрыгнул с крыльца и примкнул к своему шумному классу.

– Чё, Юрец, ближе к народу захотелось быть, да? – Навалился на него Митя Зацепин, теребя друга за большую белую астру, вставленную в петлицу. – Чё, под жениха «косишь» что ли?!

– Димон, да не трогай. Я её еле нацепил, – отмахиваясь от Мити, проговорил Юра. – Да ещё не начинают, чё мне там делать?

– Дай поносить! Дай сюда!

– Да отвали ты уже! – отбивался от него Юра. – Не трогай прическу!

– Прическу!? Хах! Я тебе сейчас свою сделаю!

Мальчишки принялись пихаться и расталкивать остальных ребят, вовлекая их в свою потасовку.

Осторожно протискиваясь между рядами первоклашек, к своим неуёмным одноклассникам приближалась Васнецова Вика.

– Привет, – улыбнулась она своей кроткой улыбкой и легонько смахнула с лица локон волос. – Че вы тут делаете?

– Ого! Вика! Ты где ходишь!? – выпалил покрасневший Юра, которого удерживал своим крепким захватом Митя.

– Вот я пришла. А чё такое-то?

Льняные вьющиеся волосы растекались по её плечам, придавая ей изысканное обаяние.

– Димон, да отпусти ты уже! Задолбал, блин! – пыхтел взъерошенный Юра, стараясь освободиться из-под его рук.

– Митя, да отпусти ты его, – хихикнула Вика. – Юр, ты че такой помятый?

– Вика, ты в курсе, что тебя Марфа искала. Ты читала текст? – Тяжело дыша и заправляя рубашку в брюки, Юра вытащил из кармана смятую бумажку.

– Блиииин. Я забыла, – принимая тетрадный листок, протянула Вика и оглянулась туда, где стояли учителя, среди которых была Мария Фёдоровна.

– Чё, чё чё там? «Дорогие родители…» – начал читать Митя, заглядывая через плечо Вики. – И кто? Ну, дай посмотреть!

– Да, блин, Дима! Отдай! – завизжала Вика, вырывая записку из рук мальчика. – Я пошла уже!

– Так, Вика, Юра! Вы что тут делаете? – послышался голос подошедшей Марии Фёдоровны.

– Зацепин у меня листок забрал! – плаксиво нахмурившись, пожаловалась Вика.

– Митя, отдай, – передавая листок обратно девочке, сказала Мария Фёдоровна. – Вика, ты еще не успела прийти, а уже шуму подняла на весь двор. Где Васильев?

– Тут я, – отозвался Юра.

– Ладно Вика, но ты-то что тут делаешь? А ну-ка живо на сцену!

– А чё Вика-то сразу? – надувшись, пробубнила Вика вполголоса.

Она с Юрой поднялась на крыльцо, и пока шли последние приготовления, они успели еще раз повторить свою речь, написанную от руки на вырванном из тетради листке.

– Не знаешь, сегодня уроки будут? – глядя в свое зеркальце и между прочим проверяя тушь на ресницах, обратилась Вика.

Она не дождалась ответа, потому что уже заиграла музыка, и Юра приготовился читать приветственную речь.

– Добрый день, уважаемые учителя, дорогие наши ученики и, конечно, мы торжественно приветствуем наших первоклассников и их родителей! – дружно объявили старшеклассники об открытии нового учебного года.

2.

В конце сентября погода ещё стояла теплая. По-доброму согревало солнышко, хотя небольшие тучки беззаботно уносили его тепло, отдавая взамен свою прохладную тень. Отгулявшее лето обессиленная листва отрывалась от веток и навсегда покидала свои родные деревья, опускаясь на тротуар, по которому Вика с Юрой неторопливо возвращались из школы домой.

– Завтра по физике самостоятельная… – будто бы сам себе напомнил Юра, глядя вверх на осеннее небо.

– Я знаю. А ты хоть готовился? – с полным равнодушием задумчиво спросила Вика.

– Да там вообще какая-то фигня написана! – воскликнул Юра.

– Ага. Сам ты «фигня». С третьего параграфа вообще-то начинать надо, – Вика немного помолчала и добавила. – Я так делала.

– Да, ё-маё, я тебе говорю: там отстой полный!

– Ну, блин, не знаю. Вечером тогда заходи. Я сама буду готовиться.

Нельзя сказать, что приглашение это несло в себе известный смысл, и было многообещающим, однако Юра взглянул на Вику весьма оживленно.

Дружба Вики и Юры началась еще с начальной школы. В самый первый день, когда детей рассаживали в классе, они оказались вместе за одной партой. Жили они в соседних дворах, поэтому часто бывали друг у друга в гостях. Они увлеченно играли и строили игрушечные города, где потом ездили машинки Юры и жила любимая кукла Вики, которую она носила с собой в школу до третьего класса.

Повзрослев, ребята стали реже встречаться дома и теперь игры переходили на улицу, где можно было веселиться среди детворы, играя в прятки, классики, вышибалы или «резиночку»

Появление новых игровых приставок навечно изменило само представление об уличных играх. С этой поры увлечение молодежи всех возрастов переместилось в квартиры к экранам телевизоров, а шумные и озорные дворы заметно опустели и теперь существовали сами по себе, оставшись за окнами.

В гостях друг у друга Вика с Юрой совместно готовили уроки, выполняли внеклассные поручения, и, конечно же, часами напролет самозабвенно и безотрывно играли в приставку до позднего вечера.

Так с самого детства привычка бывать друг у друга в гостях стала обычным явлением, и до этого дня она никак иначе не воспринималась и не могла еще иметь в себе двойного смысла.

Теперь предложение Вики неожиданно прозвучало в понимании Юры несколько иначе, и он, взбодрившись, посмотрел на подругу.

– Чё ты так смотришь? Мой плейер не забудь, – невозмутимо добавила Вика, глядя перед собой. – Затихарил у себя где-то, думает, я забыла.

– Ой, слушай, я тебе забыл сказать, там это… случайно крышка отломилась. У меня, короче, кассету зажевало, вот… Я такой стал её вытаскивать, и она там это… сама, – Юра с любопытством взглянул на Вику.

– Юр, ты чё дурак? Ты чё мне, типа, плейер сломал? – Вика остановилась, пристально глядя на Юру и недоуменно хлопая своими длинными ресницами. – Блин, меня мамка же убьёт!

Юра рассмеялся, глядя на испуганное лицо Вики. Догадавшись, что Юра просто дразнит её, Вика наиграно рассмеялась и недовольно пихнула мальчика рукой:

– Ха-ха. Блин, Юра, я тебя убью, если ты с ним чё-то сделал.

– Да, ладно тебе, я ж так. Вик, ну ты чё? Обиделась что ли? – крикнул ей вслед Юра, глядя как Вика направилась к своему подъезду.

Мальчик немного постоял и повернул в сторону своего двора.

…Над микрорайоном нависли умиротворяющие осенние сумерки. Многоквартирные панельные дома беспорядочно зажигали свет своих окон. Несмотря на поздний час, во дворе до сих пор кто-то тщательно и добросовестно выбивал пыль из ковра; уныло скрипя, раскачивались давно несмазанные качели; назло им со стороны беседки часто разлетался гогот молодежи, а откуда-то, отражаясь от стен домов, доносилось гулкое ритмичное звучание музыки из чьей-то машины.

Дверь одного из подъездов протяжно скрипнула, и на крыльце показалась фигура Юры. Мальчик не придержал за собой входную дверь, и она с силой захлопнулась под натяжением пружины, эхом пошатнув вечернюю прохладу двора.

Неся в руке полиэтиленовый мешок, Юра шел быстрым шагом по знакомой дорожке.

…в квартире Васнецовых раздался звонок. Вика вскочила со стула и начала суетливо прибирать свой письменный стол.

– Викуля, мне открыть? – послышался голос Оксаны Борисовны.

– Да, мамочка, открой, пожалуйста! – крикнула Вика из своей комнаты, оживленно поправляя прическу.

– Кто это? Юрка что ли? – спросила мама, проходя мимо комнаты дочери к входной двери.

– Я не знаю!

– Не знаешь ты… – с улыбкой проговорила Оксана Борисовна, отпирая дверь в прихожей.

– Здравствуйте.

– Здравствуй, проходи, разувайся, – пригласила Оксана Борисовна. – Как у мамы дела?

– Хорошо. Она Вам какие-то вырезки из журнала передала, – Юра вынул из мешка целлофановый конвертик с вырезанными страницами из журнала мод, который ему положила мама.

– Ага, да, да. То, что я просила. Спасибо передай, – рассматривая страницы, проговорила Оксана Борисовна. – Ну, проходи, чего стоишь-то?

Юра повесил ветровку и разулся. Затем прошел по коридору и постучался в комнату Вики.

– Да заходи… – послышалось из-за двери.

Юра зашел и остановился. Он, будто бы впервые, осматривал знакомую ему с детства комнату, освещенную только настольной лампой. Стены с книжными полками, яркие плакаты зарубежных и отечественных звёзд эстрады, небольшой шкаф, на котором умещалось огромное количество мягких игрушек, открытое лакированное пианино возле окна с розовыми занавесками. Наконец, он остановил свой взгляд на письменном столе, за которым непринужденно сидела и что-то писала Вика.

Находясь впервые у Вики в комнате, можно было почувствовать себя в уюте кукольного домика. Все было прибрано и прилежно сложено. Обстановка комнаты, словно, вынуждала гостей вести себя скромно и воспитано. Наблюдая за Викой в школе, за невинным баловством юной сердцеедки, вряд ли можно было поверить, что дома эта непоседа такая скромная и застенчивая. Но именно здесь, в своем созданном пространстве, она была естественна и неподдельна. В обстановке своего дома проявлялась Викина изысканная и трепетная натура.

– Садись, что ты стоишь? – оглянулась Вика.

– Откуда у тебя столько? – спросил Юра, пристально разглядывая полку, где красовались статуэтки, грамоты и медали.

– Здрасьте. Ты чего в первый раз их видишь? – удивилась Вика и развернулась на стуле.

– «Первое место в региональном конкурсе юных пианистов»? – прочитал Юра на одной статуэтке.

– Представьте себе, – заулыбалась Вика.

– Ну ты даешь… – Юра повернулся к Вике и протянул ей кассетный плейер. – Вот, я тебе принес… спасибо.

– Он хотя бы еще работает? – насторожилась Вика, сменив улыбку.

– Да работает, что с ним станет-то, – с невозмутимым спокойствием проговорил Юра и подошел ближе к девушке. – Что пишешь?

– Физику, что еще? – Вика положила ручку и отодвинула тетрадки, затем окончательно развернулась к Юре и сказала. – Ну, садись, короче. Вон, стул возьми там.

…Посреди стола лежал учебник физики и тетрадки. Вика с Юрой низко склонились над ними и, вероятно позабыв о самостоятельной работе, тихо хихикали. Делая вид, что внимательно слушает, что читает из учебника Вика, Юра между делом незаметно опустил руку под стол и легонько ткнул Вику заостренным карандашом в бок. Вика дернулась и вскрикнула:

– Ай-я, блин! Ты что ли совсем?! – Вика будто бы вспомнила, что кричать нежелательно и снова перешла на шепот. – Больно же! Блин, ненормальный вообще какой-то…

Дверь приоткрылась и в комнату заглянула Оксана Борисовна.

– Дочь, предложи Юре чаю.

На мгновение ребята замолчали и в один миг оглянулись на маму.

– Я пирог испекла. Идите, пока горячий.

Мама снова закрыла дверь.

– Давай. Пошли… – Вика встала со стула.

– Да ладно, чё я… – замялся Юра.

– Чё? Пойдем, пока не остыл.

Юра повиновался и поднялся со стула.

На кухне они пили чай с пирогом. Вика совершенно беззаботно до слёз смеялась над шутками Юры, а он, подогреваемый её настроением, забавлял её тем, как напоказ, громко прихлебывая, пил чай из кружки и блаженно с великим облегчением выдыхал воздух обратно.

– Юра, хватит! – смеялась Вика. – А то я сейчас подавлюсь!

После этих слов Юра поперхнулся и изрядно забрызгал стол. Он начал откашливаться, делая это ещё смешнее. Веселье и смех Вики было невозможно остановить. Раскрасневшись и переведя дух, Юра внезапно спохватился и промолвил:

– Блин, уже поздно.

Вика попробовала перестать смеяться и, убирая слезу с уголка глаз, выразила озабоченность на лице:

– Мы так ничего и не сделали…

Ребята посмотрели друг на друга и снова брызнули от смеха, не сумев сдержаться.

3.

Одиннадцатый «А» построился в шеренгу в школьном спортивном зале. Перед ребятами стоял молодой, подтянутый мужчина в тренировочном костюме.

– Здравствуйте, ребята! – громко и по-военному чётко поприветствовал он.

– Здравствуйте! – эхом раскатилось в пространстве зала.

– Меня зовут Дружков Вячеслав Геннадиевич. Я у вас буду проводить уроки физкультуры вместо Юрия Андреевича. Для начала предлагаю познакомиться.

Вика на мгновение оторвалась от разговора со своей подругой и несколько высокомерно посмотрела на нового физрука. Оценив его взглядом и не найдя в нем ничего привлекательного для себя, она снова повернулась к Ирине и продолжила вполголоса что-то рассказывать.

– Васильев? – прочитал фамилию Вячеслав Геннадиевич.

– Я! – выкрикнул Юра.

– Расскажи, каким видом спорта ты увлекаешься? – прикрыв журнал, посмотрел на него тренер.

– Я? – Юра немного смутился и повернулся на своих приятелей. – Ну, мы с Димоном и Толстым на лыжах, бывает, ходим…

– Кроме лыж еще чем-то занимаешься? – спросил Вячеслав Геннадиевич.

Юра вновь посмотрел на Митю, будто обращаясь к нему за советом.

– На коньках катаемся… Блин, чё ты ржешь?! – Юра заметил, как Дима хохочет.

Ребята зашумели.

– Тише, тише… – продолжил тренер, заглядывая в журнал. – Так, Васнецова Виктория?

– Здесь… – негромко отозвалась Вика.

– А ты, Вика, спортом увлекаешься? – почему-то тоже понизив голос, спросил Вячеслав Геннадиевич.

– Раньше ходила на художественную гимнастику.

– А почему перестала?

– Ну, не знаю. Желание пропало, – ответила равнодушно Вика и добавила. – С возрастом интересы меняются.

Послышались голоса, и ребята зашевелились.

– И какие же у тебя сейчас интересы? – едва улыбнувшись, спросил тренер.

Вика нахмурилась и сдержано проговорила:

– Какая разница? Это не имеет отношения к уроку.

– В любом возрасте интерес к спорту не должен пропадать… – напомнил Вячеслав Геннадиевич, и продолжил дальше по списку. – Зацепин Дмитрий?

– Я! – отозвался Митя.

– Вика, клёво! – злорадно улыбаясь, одобрила Ирина и приобняла подругу. – Видела, как он замолчал сразу?

Ира торжествовала, будто свершилась какая-то неведомая победа.

– Ну а мне-то что? – невозмутимо ответила Вика и снова равнодушно посмотрела в сторону преподавателя.

4.

Дул сырой порывистый ветер, гроздьями выхватывающий ледяные капли дождя. Мокрые ивовые листья вихрем неслись в сторону стелящегося вдоль реки тумана. Небо было затянуто плотными серыми облаками, не пропускавшими ни единого луча солнца. Застывшие лужи кое-где подернулись настом, и на дорожных рытвинах замерла грязь.

Вика и Ира брели из школы домой. Словно не замечая неприветливую погоду, девчонки разговаривали между собой и смеялись. Серёжа с Юрой плелись за ними, молча смотря им в спины, и морщась от сырого ветра.

– У Вики скоро день рождения. Ты как? Дарить что-нибудь собираешься? – спросил Серёжа, глядя перед собой и жмурясь от измороси.

– А ты? – Юра посмотрел на друга. – Я не знаю чё дарить.

– Ну, это…, может, пригласи её куда-нибудь. Ты же с ней, вроде как, гуляешь?

– Я? Да мы просто так, – растерялся Юра.

– Давай сейчас, как-нибудь, предложи ей пройтись, пока она домой не зашла, – предложил Сережа.

– Ага, в такую погоду? – Юра поежился.

– Какая разница. Ну, скажи, типа: давай пойдем, в кафе сходим.

– Давай ты первый? – Юра лукаво посмотрел на Серёжу.

– Чё я-то первый? Давай уже! Кому надо-то?

– Ладно… – Юра немного ускорил шаг и громко, чтобы ветер не унёс его слова, прокричал, – Вика, ты чё сейчас будешь делать!? Пойдём в кафе сходим?

Девчонки разом обернулись на его голос, будто бы Юра обращался к ним обеим. Ира с любопытством посмотрела на Вику, выжидая, что она найдет для ответа.

– Сейчас что ли? – добродушно улыбнулась Вика, оборвав напряженное ожидание.

– Ну, можно попозже, – немного успокоившись, ответил Юра.

– Нет, Юрчик, – ответила за Вику Ирина. – Мы сейчас к Насте идём. Так что извиняйте, идите гуляйте сами с собой.

Вика обреченно посмотрела на Юру, мол, ничего не поделаешь, и повернулась к подружке. Мальчишки понемногу отстали.

– Вот, я тебе говорил, – подтвердил Юра. – Вечно эта коза-Симоненко вмешивается.

– В натуре, – согласился Серёжа и крикнул, что есть мочи ей вслед. – Симоненко, тебя вообще не спрашивали, поняла?!

– Ой, Стоянов, с тобой вообще никто не говорил! – оглянувшись, бросила ему Ира.

– Да ладно, Серый, пусть идут себе, – успокаивал Юра. – Идем ко мне, я тебе покажу, как третий уровень проходить.

– Ты его, что, прошел? – с блеском в глазах оживленно посмотрел на него Сережа, тут же позабыв и про Иру, и про день рождения Вики.

Мальчишки оживленно загорланили, увлеченно обсуждая свою увлекательную игру на телевизионной приставке.

Девочки посмотрели им вслед и продолжили идти своей дорогой.

5.

Вика чувствовала себя неловко, осознавая в душе своё слабоволие и всё ещё детскую зависимость и несамостоятельность. Она уже не могла найти выхода из образа избалованной, всеми любимой девочки-куклы, который проявлялся в её поведении, и тем самым обязывал к определенным мыслям и поступкам. Кроме того, тесные отношения с Ириной не давали ей взглянуть на изменения и течение жизни иным взглядом. Она будто была подвластна подруге, которая умело пользовалась наивностью и незаурядной красотой Вики, в своих излюбленных кознях, интригах и проделках.

– Ой, Настька, откуда у тебя это? – Вика поднялась с дивана и потянулась к полке, на которой сидел большой плюшевый белый медведь, с сердечком в лапах.

– Ты че забыла что ли? Мне Толик его подарил, – возмущенно напомнила Настя, считая, что каждый должен был помнить об этом памятном дне.

– Какой хорошенький! – воскликнула Вика, прижимая медведя к себе.

– Какой Толик? Это тот бывший? – спросила Ира у Насти, глядя на осчастливленную игрушкой Вику. – Вик, дай посмотреть.

– Вы чё гоните что ли? Сами же тогда со мной к нему в шарагу пришли. На восьмое марта. Блин, капец.

– А! Ну! У тебя с ним что-нибудь было? – спросила Ира и, не забывая про медведя, обратилась к Вике. – Ну дай ты уже посмотреть.

Вика протянула мягкую игрушку.

– Ну так, встречались мы с ним несколько раз… – присев в кресло напротив Вики и, закинув ногу на ногу, загадочно улыбнулась Настя.

– Не, ну, расскажи! – с нескрываемым любопытством обратилась Вика, живо глядя на подругу.

Годом ранее, в десятом классе Настя была знакома с молодым человеком из техникума, поэтому в их кругу она считалась опытной и знающей гораздо больше о серьезных и, может быть пока еще, запретных отношениях с парнями.

– Вик, ну что я тебе расскажу? Ну, в общем, всё вообще круто было… – с прикрытым восторгом проговорила Настя.

– Не, ну как? Ну, расскажи, Настька!!!! Ну, пожалуйста!!! – с капризной улыбкой Вика потянула Настю за край брюк.

– Вика, вот ты только спрашиваешь всё время, – вмешалась Ира. – Ты уже в девятом классе могла с Андреем такое замутить! Насть, скажи?

– Да, Вик, кстати, зря ты с ним не продолжила.

– Ага, конечно, она ж только со своим первоклассником может встречаться, – недовольно проговорила Ира.

– Блин, мы просто общаемся, – уточнила Вика.

– Да, блин, Настя! – вмешалась Ира. – Сама знаешь, Юра вообще кадр еще тот! Вон, они со Стояновым до сих пор в танчики играют на своей приставке!

– А что, пригласи его к себе на денюху! – неожиданно предложила Настя.

– Точно! – Ира подвинулась ближе к Насте и обратилась к Вике. – Давай, короче, их всех позовем и что-нибудь замутим?

– О, девчонки, смотрите – снег пошел! – позвала к окну Вика.

6.

– Митя, ну, в чем дело? Ты же почти все времена перечислил. Ну, что осталось? – спрашивала учительница английского языка Надежда Кирилловна.

Митя стоял у доски и вытягивал из памяти названия английских времен:

– Present Perfect…, Present Progressive… и Present…

– Ну, ребята, помогайте! – обратилась учительница к классу. – Да, Юра.

– Present Perfect Progressive.

– Совершенно верно, – похвалила Надежда Кирилловна и обратилась снова к Мите. – Ну, а теперь запиши на доске следующее предложение…

Юра сел на свое место и тут же обернулся назад, внезапно услышав тихий голос Вики.

– Юр… – Вика указала взглядом под парту.

Юра наклонился и под своим стулом заметил записку. Он поднял её и вопросительно посмотрел на девочку.

– Ну, читай… – полушёпотом произнесла Вика.

Юра скрытно развернул записку и прочитал: «У меня пятнадцатого День Рождения. Приходите». Юра придвинул записку соседу и, придав голосу таинственности, прошептал:

– Смотри…

– Вика что ли? – Серёжа оглянулся назад.

7.

В квартире, посреди комнаты, стоял накрытый праздничный стол. Именинница была в новом, скроенном под заказ, элегантном черном платье, поверх которого был надет кухонный фартук. Искусно уложенные волосы, обрамленные тонким сверкающим ободком, таинственный вечерний макияж, подчеркивающий и без того выразительные глаза и чувственные губы, превращали Вику в неотразимый, наполненный волшебными внутренними силами, образ молодой искусительницы.

Прекрасная хозяйка немного нервничала. Она переставляла блюда с салатами и без конца пересчитывала вилки и ножи.

– Вик, сколько можно считать эти вилки? – завистливо наблюдая и разглядывая наряд своей подруги, обратилась Ирина.

– Два, четыре, пять, шесть, семь… – считала Вика. – Блин! Ира, я из-за тебя пересчитываю уже третий раз! Сколько нас? Шесть?

– Блин, Семь! – решительно ответила Ира и забрала у Вики вилки с ножами. – Вот, как раз. Эти можешь уносить.

В комнату вошла Настя, в руках неся тарелки.

– Вика, курицу можешь ставить в духовку! – послышался голос Оксаны Борисовны из кухни.

– Сейчас, мама, – ответила Вика и обратилась к Насте. – Насть, расставь здесь три и с этой стороны три, ладно?

– Ладно, ладно, иди уже! – улыбнулась Настя.

– Настька, ты принесла? – оглянувшись на дверь и убедившись, что Вика вышла, шёпотом спросила Ира.

– Ну да. А ты как думала? – Настя подняла с пола сумку и показала Ире бутылку коньяка.

– Класс! Я тоже кое-что прихватила.

Ира вытащила из-за кресла свой ранец в виде щенка и вынула из него бутылку водки.

– Ирка, ты че гонишь что ли? – немного напугано проговорила Настя, косясь на водку.

– Да всё нормально, Настюха! Ещё нашему первокласснику. Так что…

В прихожей раздался звонок.

– Вика, откроешь? – послышался голос мамы.

– Мамочка, открой, пожалуйста! – последовал голос Вики из кухни.

Настя с Ирой переглянулись.

– Кто это? Пацаны что ли уже? – спросила Ира, взглянув на Настю.

– Наверно. Пойдем, посмотрим.

Девушки направились в коридор.

– Здравствуй, Олечка! – с улыбкой поприветствовала гостью Оксана Борисовна, пропуская новую гостью в переднюю.

– Здравствуйте! Поздравляю Вас! – взаимно улыбаясь, ответила Оля.

Настя с Ирой вышли из комнаты, и тут же из кухни стремительно выскочила Вика.

– Привет! Извини, у меня там на кухне крем слегка переварился… – Трогательно улыбаясь, объяснила Вика, почти незаметно кончиком языка слизав крем с уголка губ.

– Какая ты красивая! – восхищенно и очарованно разглядывая именинницу, улыбнулась в ответ Оля, – Ух ты! От тебя такой запах классный!

– А, да. Это мне подарили новые духи, – похвасталась Вика, светясь улыбкой. – Пойдем, я тебя тоже брызну.

Внезапно из предбанника послышался громкий голос Мити.

– Открывайте дверь! Здесь самая красивая девушка живет!??

Вика чуть заметно покраснела и потупила взгляд.

– Ой, застеснялась, застеснялась! – засмеялся Митя и встал на пороге. – На вот, это тебе лично!

Митя вынул из кармана небольшую цветную коробочку, в которой была электронная игрушка-зверек. – Будешь заботиться и кормить его.

– Ой! Это ж «Тамагочи»! – едва подпрыгнув на месте, Вика всплеснула ладошками. – Ой, Димка, спасибо тебе!

Радость на лице Вики и блеск её глаз заговорили лучше всяких слов о её настроении. И как было не обрадоваться, когда этот брелок только-только начал появляться в магазинах, ларьках, рынках и вот теперь был у неё в руках!

– А поцеловать? – шутя напомнил Митя.

– А по башке? – одернула его Ирина.

– Не считается! – загоготал Митя. – Она именинница! Сегодня можно!

Смеясь, Вика обняла Диму и поцеловала его в щеку.

– Ого! – ошалел Дима. – А еще можно?

– Димон, щас отхватишь! – рассердилась Ира.

– Девчонки, смотрите! Теперь у меня у первой в классе будет Тамагочи! – обрадовалась Вика, вынимая брелок из коробочки.

– Да я уже такой видела у пацана в десятом «Б» – равнодушно сообщила Ира. – Дай посмотреть. Митя, купи мне такой же!

– Ладно, – покровительственно пообещал Митя, присаживаясь на табурет, чтобы снять туфли. – Дверь не закрывайте: пацаны сейчас поднимутся, я их видел.

– Э-э! Не закрывайте! – с лестничной клетки громом прокатился голос Серёжи и Юры.

– Димон, ну дай пройти, – Своим телом внушительных размеров, Сережа ввалился в квартиру, притиснув сидящего Митю. – Чё вы тут столпились все?! На вокзале что ли?

– Чё деловой, да? – возмутился Митя и пихнул приятеля.

– Блин, да тихо ты, – отмахнулся от него Сережа. – Вик, вот, мы тебя поздравляем и это от нас. Юр, ты где?

Юра выглянул из-за спины Сережи и навалился на Митю.

– Вот, там, в общем, все серии фильма, а это для твоего пианино, – пояснил Юра. – Там, короче, удобно ноты записывать и еще какая-то фигня внутри.

– Ой, я знаю что это! Это для наклеек! Здорово! Класс! Мама, смотри! – осчастливленная Вика побежала на кухню показывать подарки. – Блин, спасибо!

– Ребята, проходите в комнату, – выйдя в коридор, пригласила Оксана Борисовна и накинула на себя шубу. – Вика, иди сюда.

– Девчонки, проходите, – обратилась Вика к подружкам и подошла к маме.

– Викуля, папа приехал – мы пошли. Будь умницей, не забывай покормить рыбок и Сёму не выпускай из клетки.

– Оксана, ну, ты где? Я тебя уже минут пятнадцать внизу жду, – послышался голос Викиного отца Николая Сергеевича, который, устав сидеть в машине, поднялся в квартиру за супругой.

– Коль, пейджер тебе для чего? – Оксана Борисовна поправила перед зеркалом челку и накинула на голову капюшон. – Всё, доча, мы пошли.

– Пока, мамуль! – Вика поцеловала маму и посмотрела на отца, стоявшего в дверях. – Пока, пап!

– Давай, следи за собой, много не пей, – Николай Сергеевич махнул дочери и вышел на лестничную площадку. Следом за ним вышла Оксана Борисовна и щелкнула за собой дверью.

– Вик, куда это у тебя предки «смотались»? – спросила Ира, когда Вика зашла в комнату.

– С друзьями куда-то, на базу отдыха.

– О, круто! Гуляем, Викуль!!! – обрадовалась Ира и обняла подругу.

– А Толстому стула не хватает! – завопил Митя, выхватывая стул из-под Сережи, когда тот уже усаживался на него.

– Э! Митяй, ты чё!!! – чуть было не рухнув на пол, возмутился Сережа.

В комнате поднялся хохот.

– Юра! Юра! Держи быстрее! – горланил Митя, держа стул над головой.

– Давай! Давай! – подхватывал Юра, принимая стул у Димы.

– Да сядьте вы уже! – закричала на них Настя. – Больные совсем что ли?

– Блин, как дети, – проговорила Ира, наблюдая, как мальчишки начали униматься.

– Чё, чё мы пить будем? – задорно полюбопытствовал Митя.

– Ну, вот. Сок, газировка… Что еще? У меня вот, шампанское даже есть, – ответила Вика, дотронувшись до бутылки.

– Ха, ты что смеешься?

– Ну, не знаю… Я могу посмотреть, может что-то еще есть у родителей, – Вика задумалась, пытаясь вспомнить, что имелось в запасах у родителей.

Она уже попыталась встать, чтобы идти на кухню, как её удержала Ира.

– Стой, Вик, – она потянулась за своей сумкой в виде щенка и вытащила из неё бутылку водки. – Вот! Что бы вы без нас с Настькой делали?

– О-о-о!!! – одобрительно протянули мальчишки и начали рассматривать бутылку. – Офигенно!

– Девчонки, ну вы даете… – никак не ожидая этого, вздохнула, слегка улыбнувшись, Вика. – Так чё, шампанское не будем что ли?

Ира с тоской посмотрела на Вику, как на несмышленого ребёнка.

– Вика, пора взрослеть. Давай, Настя, говори первый тост! – объявила Ира.

– Подожди! – прервал её Митя, разливая всем водку. – Я не понял. Вика, ты чё первый раз «бухаешь» что ли?

– Ну, нет… Я уже пила… – попыталась оправдаться Вика и показать, что она не отстала от жизни, но вдруг встав в самооборону, решительно добавила, – Блин, а чё такого, если первый раз?

– Мить, я тоже не пила, и что? – заступилась за Вику до этого скромно сидевшая Оля.

– Ну, ладно, я ж не настаиваю! – решил согласиться Митя. – Так вот за это и выпьем тогда! За первую выпитую кружку водки!

– Кружку! – засмеялся Сережа. – А давайте, правда, в кружку нальём!

– Ага, губу раскатал! – оборвала его Ира. – Короче, давайте за первый раз! Вик, давай!

– Как первую допьёшь – так год и проведешь! – сказал в рифму Митя и поднял свою рюмку. – Давай, Вик! Твой День!

Вика с легким недоверием посмотрела на свою рюмашку и, зажмурив глаза, словно от страха, залпом выпила спиртное.

– Ви-ка! Ви-ка! Ви-ка! – начали хором подбадривать друзья.

– О-о-о!!! Молодец! Теперь тебе можно!

– Ф-у-у!!! – выдохнула Вика и закашлялась. – Что «можно»?

– На, на, на! – будто ожидая этой реакции, Настя немедленно протянула ей стакан с соком.

– Противно как!!! Гадость! – скривившись, поделилась своими первыми ощущениями Вика.

– Привыкай! – подмигнула Ира, – Со второй лучше пойдет.

– Да не, «паленая» водка какая-то! – морщась, согласилась Настя.

– Да чё, нормальная. – Ира подняла бутылку и посмотрела на этикетку.

– Да ну – «палево»! – согласился с Настей Сережа. – Где вы такую взяли? Мы потом сходим, другую купим.

– Давай с тобой скажем речь? – обратился к Юре Сережа.

– Да, блин, вы говорить не умеете! – перебил всех Митя.

– Ну, ты скажи! Давай! – набросились на него мальчики.

– Ну, хорош вам галдеть уже! Давайте уже выпьем! – остановила всех Настя. – Всё! Давайте, в общем, за самую младшую из вашего класса, которой сегодня наконец-то исполняется шестнадцать лет!

– А-а! Вика-малолетка! – дразня именинницу, засмеялся Митя.

– Давай, Вика! Взрослей! – пожелала Ира.

Ребята звякнули рюмками и дружно выпили.

– Ух! Вторая лучше пошла! – сказал Сережа, переведя дыхание.

– А чё мы без музыки сидим? – спохватилась Настя и перевела взгляд на Вику, которая сидела на месте, слегка прикрывая ладонью глаза. – Вик, поставь чё-нибудь. Вика!!!

– Чё?

– Музыку, говорю, давай поставим!

– Сейчас, – Вика с небольшим усилием поднялась со стула. – Чё ставить-то будем?

Настя и Ира переглянулись.

– Ладно, я сборник поставлю. Вот, новый «Союз». Мама вчера купила. – Вика достала компакт-диск и вставила его в музыкальный центр.

– Прикольно! У тебя на дисках! – вытянув от любопытства шею, проговорила Ирина.

– У нас и на кассете есть, – промолвила Вика.

… У стены стояли пустая бутылка шампанского, коньяка и водки. Пространство комнаты нагрелось дыханием молодежи, музыка поддерживала настроение и всем было уютно находится друг с другом. Юра, Митя и Сережа пересказывали анекдоты, нарочно громко смеялись и перебивали друг друга, поглядывая на девочек и стараясь развеселить их. Оля и Настя с ухмылкой наблюдали за ними и время от времени делились своими размышлениями по поводу этих недалеких мальчиков с их глупыми шутками. Ира же увлекла Вику и полушепотом вела с ней разговор.

– Ну, блин, ты нормальная? – ответила Вика и посмотрела в сторону мальчишек.

– Вик, ты чё такая? – рассердилась Ира. – Пошли поговорим.

– Куда пошли-то? – Вика распахнула удивленные глаза, вскинув длинные ресницы.

– На кухню пошли, – Ира взяла Вику под руку и потащила за собой.

Пользуясь тем, что оказалась на кухне, Вика принялась за дело и начала нарезать торт.

– Ну, ты как вообще? – не унималась Ира.

– Я – нормально. А ты? – невозмутимо посмотрела на неё Вика.

Ира вплотную подошла к подруге и вполголоса произнесла:

– Ты как хочешь провести эту ночь: одна или с пацаном?

Вика посмотрела на неё настороженным взглядом и слегка отстранилась от навязчивой подружки.

– Что ты предлагаешь, чтобы я делала?

В прихожей послышались громкие голоса ребят.

– Ирка, вы чё тут делаете? – раздался голос неожиданно вошедшего на кухню Мити.

– Зацепин! – послышался из комнаты разудалый смех Серёжи. – Симоненко тебе изменяет!!

– Мить, дай нам поговорить, – Ира отошла от Вики и вытолкнула Митю за дверь, после чего она вновь подошла к Вике, глядя ей прямо в глаза.

– Ир, чё ты на меня так смотришь? – спросила Вика, пытаясь уйти от пристального взгляда подруги.

– Вик, ну почему ты себя так ведешь, как-будто ты моя бабушка?

– Чё я как бабушка-то сразу? – удивилась Вика и посмотрела на Иру с упрёком. – Самой что ли к нему «клеиться»? Ага, спасибо.

– Да, блин, он же «тормоз» еще тот. Чё не знаешь какие у нас пацаны?

– Ир, не маши ножиком, – посоветовала Вика и наклонилась, чтобы достать из шкафа корм для канарейки. – Блин, Сёму не покормила.

– Вот ты, Вика, последняя из нас всех останешься. Будешь, такая, ходить потом: «Ой, расскажите. А чё? А как?» – пробубнила Ира, глядя, как Вика поднялась на табуретку и потянулась к клетке.

– Ну и чё из-за этого мне теперь со всеми спать что ли? – серьёзным тоном проговорила Вика, глядя на Иру сверху.

Внезапно, без предварительного учтивого стука, в кухню ввалился, слегка пошатываясь, Сережа, чуть было не задев дверью стоявшую на табурете Вику.

– Осторожней ты! Чё тебе надо? Вам тут чё, проходной двор? – возмутилась Ира.

– Вик, у тебя есть маринованные огурцы? – не обращая внимания на Иру, спросил Серёжа, подняв глаза на Вику.

– Стоянов, хватит под юбку пялиться! – с ухмылкой проговорила Ира.

– Симоненко, ты дура что ли? Тебе завидно, да? – отозвался Сережа.

– Спасибо, – спускаясь с табуретки, поблагодарила Вика, воспользовавшись протянутой рукой Сережи.

– Иди погуляй на улицу! – набросилась Ира. – Дайте нам поговорить!

– Чё ты лезешь во всё? Я ж не к тебе пришел! – возмутился Серёжа.

– Иди, иди. Поговорить нормально не дают. – Ира развернула Серёжу и легонько пихнула его за дверь.

– Вик, ты мне скажи хотя бы, тебе Юрик нравится?

Вика посмотрела на неё и, промолчав несколько мгновений, ответила:

– Ну, да.

– Блин, капец. У меня башка поплыла, – поделился своими ощущениями Митя.

– Чё, может, тогда ещё по одной? – предложил Сережа, сидя полулежа и лениво глядя на друга. – Ты, Юр, будешь?

– Давай, чё, – Юра потянулся к столу и посмотрел на Олю. – Оль, ты как?

– Не, Юр, спасибо. Я уже, наверное, всё.

В комнату вошли Ира с Викой. В руках у Вики было большое плоское блюдо, на котором возвышался торт со свечками.

– О, торт не забыли! – Митя оживился и привстал, чтобы рассмотреть количество свечей. – А сколько тут?

– Блин, а сколько ты думаешь? – ответила Настя, помогая подружкам поставить его на стол.

– Ща, я зажигалку возьму, – Митя привстал, но Ира его остановила, передавая свою.

– Не надо, вот. А мы чайник-то принесли? – она обернулась на Вику.

– Щас схожу, – Вика направилась на кухню.

– Вика, тебе помочь чашки принести? – окликнул её Юра.

– Ну, помоги, – послышался из коридора голос Вики. – Они в гостиной, в шкафу.

– Ну, я пошёл… – сообщил Юра.

– Давай, чувак. Не теряйся, – шепнул Митя и позволил ему встать.

Юра поднялся и выбрался из-за стола. В дверях он встретился лицом к лицу с Викой, которая возвращалась с чайником. На мгновение они задержались взглядами и разошлись.

– Ну, садитесь, – пригласила Вика. – Димка, ты зажигаешь?

– Вика, а где они? – раздался голос Юры из прихожей.

– Вика, он, похоже, в комнату твоих родителей пошёл, – догадалась Настя.

– Юр, да в зале я ж тебе говорю! – Вика поднялась и вышла из комнаты.

Юра остался в полутемной спальне родителей Вики, пытаясь собраться с мыслями, которые рассеивались и куда-то исчезали. В голове все плыло, и он стоял, упираясь ногами в широкую кровать.

Вика миновала двери и в полутьме неожиданно натолкнулась на оказавшегося прямо перед ней Юру.

– Я сказала, что они в зале, а не здесь… – тихо сказала Вика и замерла на месте глядя на мальчика.

Она ощутила, что в этот миг перешагнула не порог комнаты, а какую-то неизведанную черту в её сознании, после которой наступало тревожное и в то же время еще не разгаданное для неё ощущение. Нераспознанные чувства пробежали по телу девочки. Она не могла понять то ли ей безумно приятно и сладко находиться сейчас в этой комнате, то ли жутко страшно оставаться здесь одной.

Юра также сейчас смотрел на неё тревожным взглядом и не находил подходящих слов. Оба они молчали и не знали, что нужно делать дальше. Лишь волнующий блеск глаз обоих был различим во мраке комнаты. Обоим казалось, что проходит слишком много времени, и от этого становится еще невыносимее. Видимо Юра, сам не осознавая того, что происходит, шагнул навстречу Вике и приблизился к ней. Девушкой овладел страх и трепет, которого она не смогла скрыть, однако, все же Вика оставалась на месте боясь шелохнуться и сделать лишнее движение. Их взгляды были направлены друг на друга, и Юра сделал то, к чему бы ни пришел, быть может, еще долгое время. Он прикоснулся своими губами к слегка приоткрытым, горячим и едва дрожащим губам Вики и осторожно обнял её. В ответ Вика лишь немного попятилась, но через мгновение её ладонь легла на руку мальчика и там осталась.

Из Викиной комнаты не умолкая звучала музыка, и вместе с ней доносились то разгульные выкрики, то ответный игривый громкий смех. В разгаре этого хмельного веселья лишь Оля чутко прислушивалась к тишине коридора и с большим нетерпением ожидала, когда же вернутся Юра с Викой.

Душа Оли терзалась страшными мыслями и тревожными предчувствиями. Чем дольше не появлялся Юра, тем отчетливее она слышала своё сердцебиение. Она беспрестанно смотрела на дверь в комнату и пыталась предположить, что могло заставить Юру с Викой так надолго задержаться.

В спальне родителей продолжала властвовать тишина и полумрак, которые только усиливали чувства и страхи юноши и девушки. Не произнеся ни звука, они опустились на край кровати и, обнимая друг к друга, продолжали целоваться. Пересилив себя, Вика осторожно отклонилась от новой волны поцелуев и стыдливо опустила глаза, боясь посмотреть на Юру. Сердце учащенно стучало у неё в груди, и неиспытанный до этого сладкий страх охватил всё её существо.

– Всё, пойдем обратно… – переведя дыхание, тихо произнесла Вика и отвернулась, скрывая свое волнение от не менее взволнованного Юры.

Наконец, спасительный голос Мити снял напряжение с Олиного лица.

– Эй! Ну, вы где там? – крикнул он, обернувшись на дверь. – Мы чай хотим!

Затем он так же беззаботно вновь присоединился к спору между Сережей, Настей и Ириной.

В дверях показались Юра и Вика.

– А вы чё, их зажгли что ли уже? – приятно удивилась Вика, глядя на торт с горящими свечами.

– А чё, кого-то нужно ещё ждать? – усмехнулся Сережа, – Вы ничего не забыли?

– Чё вы смеётесь? – улыбнулась Вика, заметив Иру, что-то шепотом сообщающую Насте.

– Ничё, ничё! – ответили девушки и расхохотались глядя друг на друга.

– Вы за чашками уходили вроде, – напомнил Сережа и рассмеялся.

– Ой, блин, точно! – засмеялась в ответ Вика и вышла из комнаты.

Оля не сводила с Юры своих наполненных тревогой глаз, пытаясь уловить на лице мальчика ответ своим подозрениям. Но Юра довольно спокойно занял своё место рядом с Митей и о чём-то весело с ним заговорил.

«Всё-таки что-то произошло» – промелькнуло у Оли в голове. Все её надежды провалились в бездну. Ей во что бы то ни стало, захотелось проверить истину своих предположений, но как можно было это сделать?

Вика разливала чай и о чем-то щебетала с подружками. Юра с Митей были поглощены слушаньем какого-то пошлого анекдота, который рассказывал Серёжа, но ничего не могло отвести внимания Оли. Её мысли находились вдали от этих бесед.

– Ну, чё, Вик, давай, задувай свечи! – засмеялась Настя, когда у всех был разлит чай.

– О! Тихо, тихо!!! – Сережа прервал всех и побежал выключать свет.

После этого Вика набрала полной грудью воздух, и решительно выдула его обратно, гася все до одной свечки.

– Давай! Давай! Давай! – поддерживали её мальчишки. – Зачёт, Вика!

– Викульчик, давай я тебя поцелую!!! – завизжала от радости Ира и набросилась на именинницу.

– Ну, давайте, берите торт! – присаживаясь на стул, пригласила счастливая и разрумяненная Вика.

– Чё свет-то включать? – спросил Юра.

– Да оставь так, – ответила Ира, видя, что комната достаточно озарена светом торшера, который создавал подходящую обстановку.

– О, эта моя любимая!!! – вскочила Ира с места, услышав начало медленной композиции. Она подошла к музыкальному центру и усилила звук.

Митя вышел из-за стола и обнял Иру. Серёжа придвинулся ближе к Насте и предложил ей выпить, завлекая её каким-то разговором.

Оля опустила глаза и вновь повернулась в сторону, где сидел Юра. Она ждала, что он всё-таки пригласит её. Но в тот же миг Юра склонился к Вике и что-то ей прошептал. В ответ Вика посмотрела на него и, ничего не ответив, поднялась с дивана. Ира и Митя потеснились и освободили им место около себя.

Оля уже понимала всё, но последняя надежда не покидала её. Она была ещё уверена в том, что Вика ничего серьёзного не испытывает к Юре, и этот танец всего лишь очередная хорошо подготовленная уловка Ирины. Эта мысль её утешила, и Оля даже улыбнулась сама себе.

Настя с Серёжей сидели напротив Оли и тихо беседовали между собой, наслаждаясь своим уединением. Танцуя, Митя с Ирой совершенно беспечно обнимались и без смущений откровенно целовались. Они уже не стеснялись друг друга: все таинства ухаживания ими были открыты, в то время как рядом с ними безмолвно и несколько скованно танцевали Вика и Юра.

Всё произошло на глазах у Оли. Вблизи от себя она видела, как сближались её одноклассники. Она видела, как Юра осмелился едва поцеловать шею Вики и то, как Вика позволила ему продолжить начатое ухаживание. Осторожно Юра коснулся губами Викиной щеки и незаметно приблизился к алчущим поцелуя губам девочки. Вика ответила ему взаимным прикосновением губ и бережно провела по его волосам рукой. Оля изо всех внутренних сил старалась не верить тому, что она видит. Горькая, режущая пополам сердце, ревность овладела всем её телом. Она не могла находиться здесь и быть вольным свидетелем разрушения своей любви. Внутри диким воплем разрывался крик отчаяния, которому не позволяли вырваться наружу. Ей хотелось убежать, быть вдали от этого разрушительного огня, не ощущать источник сердечной боли рядом с собой.

«Убежать сейчас? Нет. Этим можно испортить всем вечер и привлечь на себя ненужное внимание» Оля тяжело поднялась и незаметно вышла в коридор. Она зашла в ванную комнату и взглянула на себя в зеркало. В глазах блестели слезы. Опрыскав лицо холодной водой, Оля присела на край ванны.

В полутемной комнате всё так же продолжали целоваться Митя с Ириной и, несмотря на то, что музыка давно сменилась, Вика с Юрой не спешили разъединяться. Они так же молча танцевали, прижимаясь друг к другу.

Вскоре Вика слегка отстранилась от Юры и отошла, присев на диван. Последовав за ней, Юра устроился рядом, и увлек её тихим разговором. Незаметно мальчик взял Вику за руку и прислонился к ней. Вика ответила тем же, и они сомкнулись в легком поцелуе, который незаметно перешел в затяжной. В эти минуты они словно оказались вдали от всего, что окружало их.

– Ух, ничё тут что происходит! – с умилением присвистнул Митя, присаживаясь на диван.

Не вмешиваясь в их дела, ребята вновь разговорились, но старались не нарушать созданную обстановку романтической тишины и покоя. Никто и не заметил, как в дверях тихо появилась Оля. Она безропотно наблюдала за Викой в объятиях Юры и не могла оценить того, что происходило у неё перед глазами. Мальчик, которого она любила, открыто целует её одноклассницу. Слёзы затопили глаза, губы дрогнули. Внутри её тела образовалась давящая пустота, которая перекрывала дыхание. Взгляд затуманился, и сердце до болевых ощущений в мгновение окуталось плотным коконом, который стиснул его и не позволял биться. Оля не смогла перенести этого и, отвернувшись, вышла в прихожую. Она быстро надела свои сапожки, накинула полушубок и, неслышно открыв входную дверь, тихо защелкнула её за собой.

Никто, кроме Серёжи, не услышал, как закрылась входная дверь. Он насторожился, но увлекаемый рассказом Мити, продолжал его слушать. Словно почувствовав внезапное волнение мальчика, Настя обратилась к нему:

– А Оля-то где? А, Серёж?

Серёжа посмотрел на Настю совершенно отрезвленным взглядом:

– Наверное, в ванну пошла.

Настя оглянулась и встала с дивана. Она подошла к ванной комнате и постучала в дверь.

– Оля? – позвала она, но ответа не последовало. – Оля, ты тут?

Настя толкнула дверь и заглянула внутрь, но никого не обнаружила.

– Её нету там… – проговорила немного растерянно Настя. Услышав её голос, все затихли. Юра и Вика перестали целоваться и обернулись.

– Оля! – позвала Настя громким голосом.

– Это она, наверно, только что вышла! – спохватился Серёжа и выскочил из-за стола. – Я слышал!

Мальчик на ходу накинул свой пуховик и выскочил в подъезд.

– Чего это она ушла? Даже не попрощалась, – проговорила Ира.

– Да. На Ольку это не похоже, – подтвердил Митя.

– Да сейчас Толстый узнает. Если догонит, – улыбаясь, добавила Ира, снова оказавшись в объятиях Мити.

Задумавшись на мгновение, Вика с Юрой снова слились в поцелуе, даже не подозревая, что именно они были причиной ухода Оли.

Этой ночью во дворе царила непогода. Поднялась метель, и снежные вихри без разбора захватывали всё, что было на их пути.

Оля шла рассеянным неровным шагом, охваченная порывами ветра. Сапог на левой ноге так и остался не застегнут, шарф небрежно наброшен, а шубка и вовсе была нараспашку. Оля рыдала, глядя заплаканными глазами на заснеженное ночное небо, а горячие слезы, стекая тоненькими ручейками по щекам, застывали обращаясь в кристаллики льда. Снег колючими иглами летел навстречу одинокой девушке, вонзаясь ей в лицо и руки, пытаясь сбить её с пути. Снежные круговерти трепали волосы и залетали под шубку, стараясь сорвать её с хозяйки. А Оля и не пыталась защититься от свирепого вихря и мороза. Похоже, и метель была с ней заодно. Она словно хотела, отвлечь и перенести на себя всю душевную боль Оли, но, к сожалению, даже пурга ничего не знала о человеческих страданиях и не могла, как ни старалась, их пересилить.

Оля шла в неизвестном направлении, ничего не замечая вокруг. Не услышала она и далекий крик, доносившийся откуда-то позади.

– Оля! Оля! – все ближе и ближе доносился голос Серёжи, который бежал следом, преодолевая наметенные сугробы.

Когда он вплотную подбежал к ней, Оля оглянулась и посмотрела на него глазами полными дикого отчаяния.

– Оля! – обратился Серёжа и обнял девушку, запахивая её шубку от снежного бурана. Неожиданно Оля с несвойственной ей грубостью оттолкнула его и в слезах прокричала опешившему пареньку:

– Оставь меня, Серёжа! Оставь! Слышишь?! Мне никто, никто не нужен! Понял?! – и резко развернувшись, быстрым шагом направилась навстречу вьюге.

Мальчик был ошеломлен. Никогда такого он не ожидал от Оли. В этом состоянии он видел её впервые. Что же случилось с ней? Оставшись в недоумении, Серёжа посмотрел вслед исчезавшей в снежных вихрях фигурки своей одноклассницы. Постояв ещё немного, он застегнул пуховик и повернул обратно.

Оля продолжала идти, громко рыдая. В слезах она опустилась на заснеженную скамейку и расплакалась навзрыд.

8.

На другой день в воскресенье погода совершенно изменилась. В ослепительно синем бескрайнем небе светило зимнее солнце и ни одно, даже самое невесомое облачко, не препятствовало его свету.

Около двух часов дня Настя потянулась в своей постели и открыла глаза. Приятные воспоминания о вечере на дне рождении Вики, заставили её улыбнуться. Настя вспоминала вечеринку с того момента, когда они с Ирой вручили подарок имениннице, как один за другим собирались гости, как с Ирой сговорились напоить Вику, и как они успешно свели их с Юрой.

«А потом? Потом мы танцевали и, что было дальше…» – У Насти промелькнула мысль о внезапном исчезновении Оли.

«Так, а куда же Олька-то ушла? Она пошла в ванну… или нет?» – пыталась вспомнить Настя. – «Стоп. За ней же Серый куда-то побежал … ну, и что потом? Он вернулся… или не возвращался? Блин, сама я ни фига не помню»

Мучаясь в воспоминаниях, Настя глядела в потолок.

«Да уж, хорошо погуляли. Ничего не скажешь. Ну, так что ж с Олькой-то?»

Тут Настю осенило: «Она же не перенесла того, что было между Юрой и Викой! Бедная Олька!» Настя спрыгнула с постели и бросилась к телефону. Набрав по памяти домашний номер Оли, Настя с нетерпением начала ожидать, когда кто-нибудь ответит, но в трубке раздавались монотонные и безучастные гудки.

– Блин, неужели она спит?

9.

Утром в понедельник, Юра стоял у подъезда, где жила семья Васнецовых и дожидался, когда выйдет Вика. Оксана Борисовна, стоя на кухне около окна, краем глаза наблюдала за ним через занавеску и допивала свой кофе.

– Вик, гляди. Юрка стоит, тебя караулит, – мама улыбнулась и повернулась к дочери. – Давай выходи уже – замерзнет ведь.

– Я видела, мам, сейчас иду, – ответила Вика, сидя в прихожей и застёгивая свои сапожки. – Всё, мамочка, я побежала, пока!

Вика захлопнула за собой дверь и выбежала на улицу.

Оксана Борисовна с улыбкой продолжала наблюдать за тем, как из подъезда вышла Вика, и Юра её встретил. Обнявшись, они поцеловались и пошли вместе в школу.

Оксана Борисовна понимала, что после этого дня рождения отношения между её дочерью и Юрой укрепились и стали более определёнными.

К слову сказать, Оксана Борисовна никогда не препятствовала, а наоборот уважала решения дочери и поддерживала её во всём, и не была против отношений Вики с Юрой. Кроме всего, она хорошо его знала с детства, часто бывая в гостях у его матери – своей подруги Татьяны Алексеевны.

После этих выходных Юру и Вику стали чаще видеть в одних и тех же местах. Они вместе уходили на перемены, вдвоём куда-то бегали за школьный двор, слегка опаздывали на занятия и на многих уроках уже сидели за одной партой.

В классе произошли перемены и с ещё одной ученицей. За последнее время успеваемость по предметам у Оли Ситцевой снизилась. Она всё чаще не являлась на занятия по не совсем веским причинам. Из круглой отличницы Оля постепенно становилась хорошисткой, а однажды учительница по математике Вера Сергеевна была вынуждена поставить ей тройку. Такое неожиданное поведение девочки и её отношение к учёбе настораживало не только её маму и бабушку, но и учителей, в особенности классную руководительницу.

– Оля, подойди ко мне, – сказала однажды после урока литературы Мария Фёдоровна.

Оля молча подошла и взглянула на учительницу.

– Оля, ты мне можешь объяснить, что происходит? Вчера Любовь Николаевна пожаловалась мне, что ты пропустила её урок. В чем дело, Оля?

Оля молчала, опустив голову.

– Ни в чём… – еле слышно проговорила девочка.

– А Вера Сергеевна поставила тебе тройку в журнал. Это как, Оля? Ведь по математике ты одна из сильных учеников в классе. Ты же на олимпиаду даже ездила, а тут на тебе – тройка.

Оля молчала, а Мария Фёдоровна продолжала, не дожидаясь ответа:

– Конечно, отрывок из поэмы ты тоже к сегодняшнему уроку не подготовила? – она взяла руку девушки и, ласково улыбнувшись, заглянула ей в глаза.

Оля осторожно подняла голову и посмотрела на добрые глаза Марии Фёдоровны. Ей показалось, что учительница догадывается о причинах её переживаний.

– Олечка, я тебя прошу, – обратилась Мария Фёдоровна к Оле, как к своей родной дочери, продолжая держать её руку. – К следующему уроку подготовь и прочитай нам вот этот отрывок, – учительница придвинула уже заложенные страницы книги, – Мне кажется, что в нем ты найдешь для себя ответ на свои беспокойства.

Оля взглянула на открытый и искренний взгляд своей учительницы и ответила:

– Хорошо, Мария Фёдоровна, я выучу.

– Давай, Оленька, всё наладиться… – она выпустила руку девушки.

Оля подняла свою сумку и вышла из класса.

10.

На одной из больших перемен, когда все отправились на обед, Ира подошла к Вике и спросила её:

– Ну, что, Викуль, как делишки?

– Ну, вроде, нормально всё, – улыбаясь, ответила Вика, глядя на себя в зеркало и поправляя ворот сорочки.

– Как Юрик?

– Да прикольно всё. Даже не представляешь, мы так клёво время проводим! – подмигнула Вика и, повернувшись от зеркала лицом к Ире, направилась в сторону столовой.

– Это тебе так кажется или на самом деле? – недоверчиво посмотрела Ира, догоняя подругу.

– Слушай, по-моему, всё отлично. Что будет дальше – увидим, – не останавливаясь ответила Вика.

– А, по-моему, Юрик тебя вообще не воспринимает, как свою девушку, – донимала Ира. – Мы с Наськой заметили, как он изменился с того раза.

– Ну, и что же вы заметили? – лукаво улыбаясь, посмотрела на неё Вика.

– А ты будто не видишь. Сама ж знаешь, пацанов нужно «динамить», а то они сразу начинают «выделываться».

– Да ничего он не «выделывается». Сама ж говорила, что, типа, хватит из себя… сама знаешь кого строить, – Вика с упреком посмотрела на Иру.

– Ты чё с ним уже спала? – Ира остановилась и настороженно уставилась на Вику.

– Чё я совсем ку-ку?! Ненормальная. – Обиделась Вика и зашагала прочь.

Ирина догнала её и продолжила идти рядом.

– Слушай! Юра никогда сам ничего не сделает, его нужно как-то «развести».

– Ира, отстань от меня. Никого я не буду обманывать, поняла?

– Ну не обманывать, а просто проверить. Есть один способ, посмотреть, как он себя поведет.

Вика остановилась и посмотрела на подругу.

– Какой ещё способ?

– А то мы с тобой никогда так не прикалывались! Короче, все знают, что Дружков «запал» на тебя… – заговорщицки начала Ира, чуть снизив тон.

– Ты что говоришь-то?! Думай вообще! – Вика не поверила своим ушам, хотя понимала, что хочет сказать Ира.

Вика, конечно, и сама замечала, что новый тренер по физкультуре Дружков Вячеслав Геннадиевич всячески оказывал ей знаки внимания. Он был молод, хорошо сложен, но Вика не проявляла особого расположения к нему, тем более у неё с Юрой начинали завязываться более тесные отношения.

– Да ладно тебе, Вик. Прикольно «развести» его! Я ж не говорю переспать, – Ира горела желанием обвести вокруг пальца взрослого мужчину и, вероятно, эта мысль не раз приходила ей в голову. – Короче, дать ему понять, что ты, типа, не против, а заодно на Юрика посмотреть – чё он делать будет! Викуль, делов-то!

– Ир, ты ненормальная… Вика недоуменно смотрела на подругу. – Мне кажется, что прошло то время, когда мы с тобой этим занимались. Потом, мне не нужно Юрика проверять: я итак вижу, как он ко мне относится.

– Викуль, ну чисто для прикола. Тут такой случай клёвый! Делать-то ничё не надо: тебе лишь намекнуть и всё! Ну, давай поприкалываемся над ним? – Ира сделала умилительное лицо и нетерпеливо дожидалась Викиного ответа. – Ну, последний раз.

– Нет. Не знаю я, Ирка. Как-то это… не знаю, короче. Нет. Всё.

С этими словами они зашли в столовую.

11.

– Класс! В одну шеренгу становись! – скомандовал учитель физкультуры Вячеслав Геннадиевич.

Ребята построились вдоль «шведской стенки» и успокоились.

– Так, сегодня у нас пройдет подготовка к предстоящей сдаче нормативов по легкой атлетике, – объявил Вячеслав Геннадиевич. – Сначала мы с вами проведем разминку, а потом, если останется время, перейдем к предварительным смотрам. Вопросы есть?

– А оценки в журнал? – спросила Ира.

– Сегодня нет. Я же сказал, мы будем только готовиться и работать над ошибками. Всем понятно? – выждав небольшую паузу, тренер продолжил. – Класс, равняйсь! На первый-второй рассчитайсь!

В группу с четными номерами, куда попали Ира и Вика, перешли Митя и Юра, поменявшись местами с одноклассниками.

– Четные номера идут на канаты, нечетные – на «козла» – объявил Вячеслав Геннадиевич, и ребята разошлись по залу.

Пока Вячеслав Геннадиевич объяснял, каким образом нужно подниматься по канату, Ира перешептывалась с Викой, стоя в сторонке ото всех.

– Вика, ты меня слушаешь? – остановил объяснения тренер, обратившись к Вике, хотя разговаривала одна Ира.

– Да, да, мы вас очень внимательно слушаем, – отозвалась Ира, скрывая свою плутовскую улыбку.

– Ира, я вижу, как ты внимательно слышишь всё! Потом опять будешь переспрашивать и говорить, что не поняла, – сказал Вячеслав Геннадиевич. – Вика, тебе все ясно?

– Мне всё ясно, Вячеслав Геннадиевич! – заманчиво улыбаясь, мягким голосом ответила Вика.

Как только учитель снова повернулся к ним спиной, девочки едва не лопнули со смеху.

– Чё вы ржёте? – подошли к девушкам Юра с Митей.

– Ой, не спрашивай, – прикрывая улыбку ладонью, ответила Ира.

– Так, Зацепин, готов? – раздался голос Вячеслава Геннадиевича.

– Да! Я готов.

– Всё, Зацепин, иди, – отправила его Ира, продолжая улыбаться.

– Давай к канату. Ребята, смотрим внимательно, – похлопав по Митиному плечу, Вячеслав Геннадиевич отошел в сторону. Митя начал карабкаться вверх, а Ира тем временем отвела Вику к запасному канату, закинутому за «шведскую стенку».

– Ну, чё, давай тоже попробуем? – спросила Ира и перекинула канат.

– Давай я первая! – увлеченно попросила Вика.

– Ну, на.

– Ой, слушай, как тут хвататься? – с усмешкой посмотрела на Иру Вика.

– Ну, вот так, наверное.

– Не, не, не! Не так! – смеясь, отгоняла её Вика, стараясь зацепиться.

– Вика, у тебя хватка не совсем удобная! – неожиданно послышался голос Вячеслава Геннадиевича.

Учитель подошел к ней сзади и, взяв её запястья, попытался поставить Викины руки в правильное положение. В этот миг, длившийся, быть может, несколько секунд, Вике показалось, что прикосновение становится уже чересчур продолжительным, и она приложила силы, чтобы самостоятельно подтянуться. Вячеслав Геннадиевич отступил на шаг и оставил девочку без своей страховки.

– Вот, а сейчас старайся подтягивать к рукам корпус.

– Ага, особенно с маникюром классно лазать… – чуть слышно промолвила Вика и переглянулась с Ирой.

– Шире, шире руки ставь, Вика! И тянись, тянись! – сопереживая, приговаривал Вячеслав Геннадиевич.

– Вячеслав Геннадиевич, я не могу! – изо всех сил стонала Вика, едва удерживая смех.

– Давай, Вика! Ногами помогай! – «болел» Вячеслав Геннадиевич, направляя её ноги в обхват каната.

Вика уже просто визжала и смеялась, представляя себя в совершенно неловком положении перед одноклассниками и тренером.

– Я не могу!!! – сквозь смех кричала уже ослабленным голосом Вика. – Я падаю! Я падаю!

Она отпустила руки и упала в объятия Вячеслава Геннадиевича, который был начеку и успел вовремя подхватить её. Забывшись на мгновение, Вика еле улыбнулась, глядя истомным взглядом в глаза учителя и, немедленно придя в себя, поднялась и отошла к Ире.

– Так, ну, кто следующий? – обратился немного вспотевший Вячеслав Геннадиевич к ребятам.

– Вик, молодец! – одобрила подружку Ира, отводя её всторону. – Видела. Как на вас Юра смотрел?

– Кто? Юра? – спросила раскрасневшаяся Вика. – На кого он смотрел?

– На тебя с Дружком!

– А чё такого было-то?

– Ну, он, типа, тебя обнял! Юрец, явно заревновал!

12.

Прозвенел звонок с урока, и коридорное безмолвие начало оживать детскими голосами школьников начальных и средних классов, для которых этот пронзительный вызов на перемену означал не только окончание скучного урока, но и давал начало детскому бесстрашию и безумству. Ребятня почти единовременно хлынула из распахнутых дверей классов и заполонила коридоры и лестницы, носясь и сбивая с ног недовольных учителей и свирепых старшеклассников.

Позади шумного и озорного водоворота детворы, прислонившись к стене, стояли Юра с Митей, молча наблюдавшие, как в конце коридора у окна Ира с Викой, о чем-то отвлеченном беседуют с учителем физкультуры Вячеславом Геннадиевичем. Сидя на подоконнике, Вика кокетливо покачивала своими стройными ножками, с поддельным любопытством слушая учителя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.