Летуценнiца
Меч и перья

Глава 1. Удачная находка

1673 год Нового календаря, 14 Студзеня, Черный Лес

Серра уже полчаса как просто парила в восходящих потоках воздуха. Ей срочно требовался отдых, чтобы восстановить свой запас магии, но все, на что она надеялась – хотя бы перелететь Черный Лес.

Зачарованная граница территорий простиралась под ней плотным частоколом иссохших деревьев с остатками почерневших листьев на ветвях. Ее острые глаза и те с трудом различали мелькающие внизу тени. Черный Лес был чем-то ужасным, противоестественным, особенно в свете бледной убывающей луны. Проклятием, ниспосланным богами на высокомерных и излишне гордых людей. Однако, была версия и о том, что это было спасение, но сейчас девушке было особенно сложно поверить в это. Как нечто столь мерзкое может быть подарком?

Когда дикий лес Джангали сменился Черным, цара тут же это почувствовала. На душе стало мерзко, на плечи словно кто-то водрузил гору, а магия стала стекать с ее перьев, словно вода. Тогда она и поднялась повыше, рассчитывая, что крылья продержат ее в воздухе достаточно долго. Вот бы еще глаза не закрывались от усталости, а мышцы не сводило судорогой от перенапряжения.

Серре только и хотелось, что свалиться в какой-нибудь стог соломы и остаться там лежать.

Первый пункт был выполнен – она все-таки упала. Только вот земля ее встретила колючим настом сухих черных иголок и мерзким запахом разложения, царившем во всем Лесу. Цара приподняла свою оперенную голову, с сожалением и несколько отстраненно отмечая, что она потеряла парочку нежно-розовых перьев.

Девушка попробовала встать, но ноги предательски задрожали, и цара снова упала на землю. Все бы ничего, но она уже чувствовала на себе жадные взгляды местных хищников. Твари учуяли ее свежую кровь. Тени подкрадывались все ближе, в надежде впитать хоть капельку этой живительной жидкости. Чьи-то призрачные холодные руки коснулись ее лодыжки, Серра вскрикнула, мышцы тут же пришли в себя. Цепляясь руками за сухую кору дерева и сдирая нежную кожу, цара смогла приподняться. В панике оглядываясь по сторонам, она видела только тени. Смерть, холод, гниение, темнота. Всепоглощающий страх, вызванный точным знанием: они там есть. И они хотят, чтобы она к ним присоединилась.

Серра зажмурилась, с трудом сглотнула вязкую и горькую слюну. Почувствовала на лице чье-то теплое и влажное дыхание. Тихо и тоненько заскулила. Они играют с ней, они любят ее страх. Что-то острое уперлось в ее шею, Серра боялась даже вздрогнуть, чувствовала, как коготь водил над выпирающей веной.

Нечто коротко рыкнуло и надавило когтем сильнее. В мертвенной тишине было слышно, как лопнула кожа с тихим «чпоньк». Горячая кровь стремительно потекла по ключице и ниже, прячась в лифе ее походной рубашки. Из тьмы донесся тихий хохот, а потом возня. Твари спорят, кому она достанется.

Серра никогда не считала себя особо смелой. Вообще она не считала себя особенной хоть в чем-то. Заурядные магические способности на уровне любителя, красота полета была обычным свойством ее народа, в учебе она сильно не отличалась, да и не хотелось ей. Однако, всю жизнь ее преследовало чувство, что что-то должно произойти, что она зачем-то существует в этом мире. А потом за ней пришли.

Ее брат был смелым. Каррой бросился на обидчиков, давая своей сестре время убежать. Даже уйти от преследования и в том ей помогли. Вернее, помогла. Ее богиня, великая Прита, указала дорогу, скрыла следы ветками. Не оставила ее, кружась рядом незримой поддержкой. А сейчас, в Черном Лесу, чувство светлого присутствия богини плодородия пропало.

Серра часто заморгала, смахивая с глаз слезы. Она создана для чего-то, нужно быть просто достаточно смелой, чтобы дожить до этого момента. Девушка сделала над собой усилие и отлипла от холодного ствола дерева. Мягкие и слегка подрагивающие от страха слова заклинания сорвались с ее губ и заставили руки мерцать теплым золотистым светом. Цара так и застыла на секунду перед открывшимся ей зрелищем. Потом она вскрикнула и отпрыгнула назад к своему дереву, сбрасывая с рук магию.

Она не была настолько смелой, чтобы противостоять таким монстрам! Да что она, никто не может быть достаточно смелым, чтобы просто стоять перед этими изуродованными мордами!

И тем не менее девушка была уверена, что рассмотрела бордовое свечение рун на длинном клинке, который держала вполне себе человеческая рука. Призрак или проклятый, не иначе. Вокруг меча она рассмотрела ошметки плоти, осколки костей и… и ей совсем не хотелось знать, что еще. Но самым жутким в этом все было то, что слышала она по-прежнему только отдалённый гул, хоть битва и проходила в двух метрах от нее.

Серра обнимала ствол мертвого дерева и обреченно ждала результата борьбы за ее бьющееся сердце. Она посмотрела вверх, в надежде увидеть небо, луну и звезды, найти подтверждение тому, что она все еще в этом мире, но вверху была только тьма, как и вокруг. Девушка тихо заплакала, чувствуя, как корни дерева оплетают ее щиколотки, а стопы погружаются в землю. Но умирать в темноте она не собиралась. Собрав остатки своей силы, цара тихо пропела слова, и свет получился еще более интенсивным, чем в прошлый раз. Последняя вспышка умирающей звезды всегда самая яркая.

– Ай, выключи этот светильник или яркость убавь, по глазам больно бьет.

Серра в ужасе осмотрелась, ища источник этого странного голоса. Он был живым и бодрым, но в то же время она отчетливо чувствовала плохо скрытый могильный холод под ним. Когда же девушка нашла говорящего, то очень об этом пожалела. Парень прикрывал лицо согнутой в локте правой рукой, той самой, что держала меч. Оружие и сейчас было, и еле различимо светилось красным. Ужаснули ее не явно запрещенные заклинания на клинке, а левая рука. Точнее то, что от нее осталось: в свете заклятия цары очень ярко светилась белая плечевая кость посреди темных остатков мышц, кисть была заткнута за пояс, чтобы не болталась при движении.

– Я тут тебя спасаю, а ты меня слепишь, пожалуйста, выключи, мне неприятно.

– Ты… ты… – Серра не смогла выдать ничего внятного, она в принципе не любит разговаривать, а сейчас этот дар, казалось, и вовсе покинул ее.

– Я не один из них, нет. Они мертвы, – он указал мечом в сторону сваленных в кучу тел, – но тут полно других. Они вернутся и с большей силой, а я, как видишь, скоро стану недееспособным. Если только ты соизволишь проследовать за мной, то я выведу тебя прямо к таверне, тут недалеко на самом деле, я там работаю. Ну так как?

Он отнял от лица руку и подставил ей локоть. Серра не обратила внимания на этот жест, все что она видела – это две вертикальные щелки, пересекающие белок глаза.

– Вампир! – в ужасе выкрикнула Серра и снова прилипла к дереву.

Парень, которому можно было бы дать двадцать, не знай она наверняка, что ему больше ста, разочарованно вздохнул.

– Это весьма распространенное заблуждение, и все же я бы попросил не путать меня с этими отбросами, тем более что упомянутые твари висят вон на том дереве, они тоже хотели тобой поживиться. Я амару, попрошу это уяснить. Амару не бросаются на людей при виде крови, и в твоем случае, я бы сказал, это весьма кстати.

Амару красноречиво посмотрел на ее шею, на которой уже подсыхала дорожка крови. Серра потупила взгляд, но с удивлением отметила, что паника действительно ушла. Амару никто особо не доверял, в основном потому, что они редко выходили за пределы своего города в пустыне, но и поводов для ненависти они не давали. Официально дружелюбная раса. И что, что мертвые. Зато голос у них мягкий, размерный, гипнотизирующий даже.

– Прости, – глухо ответила Серра.

– Прощаю. Так начнем заново? Меня зовут Вес, у меня ужасно болит рука, а твой свет причиняет мне как физическое, так и духовное неудобство. Могу предложить использовать мое заклинание, раз уж твои силы на исходе, и проводить тебя в более приятное место.

Серра думала недолго, потому что где-то в темноте послышался шорох. Она погасила свое заклинание, и в воздух тут же взвилась маленькая серебристая сфера, напоминающая кусочек луны. Свет от нее шел холодный и мертвый.

– Извини, живой магии у меня самого раз два и обчелся, приходится использовать конфискованную у этих тварей. Нам стоит поторопиться, – объяснился Вес.

Серра кивнула и неожиданно для самой себя, прежде чем ухватиться за его локоть, присела в реверансе, без всяких слов выражая благодарность.

– О, да ты принцесса. Никогда не думал, что принцессы валяются в чернолесьи.

Амару усмехнулся, коротко поклонился и они быстрым шагом поспешили убраться из этого проклятого места.

От Веса пахло кровью и смертью, но было что-то еще, что заставляло чувствовать себя рядом с ним спокойней. «Наверное, так его жертвы до последнего ощущают безопасность», – подумала Серра, но твердо решила, что умереть в подобных руках всяко лучше, чем кончить в желудке какой-то зубастой твари с вонючим дыханием.

Глава 2. Ужин

1673 год Нового календаря, 14 Кветня, Празан

Он сильнее надавил ей на кожу, казалось, еще чуть-чуть и его пальцы проникнут между ребер, стремительно продёрнуться сквозь мышцы к бешено стучащему сердцу. Он хотел. Всего на секунду, но ему ужасно захотелось сжать в руке этот замечательный мышечный мешочек, неустанно качающий кровь, и еще ближе ощутить его биение. Такое быстрое, неостановимое, полное чего-то такого…

Полного жизни и тепла.

Он прижался к ней ближе, чувствуя, как ее горячее дыхание оседает конденсатом на его неизменно холодной коже. Он ненавидел это и нуждался в этом. Впрочем, подобная дихотомия преследовала его всю жизнь. С одной стороны, ему нестерпимо хотелось вырвать все эти шумящие источники беспокойства, остаться одному на целом свете, чтобы наконец обрести покой в мыслях. С другой стороны, как и все мертвое, он не мог не тянуться к жизни.

Ногти девушки впились в его спину, оставляя мелкие царапины, а сама она тихонько вскрикнула.

– Прости, – прошептал, приходя в себя, вырываясь из транса собственных мыслей.

Люди такие хрупкие, такие ценные. Но в данный момент его интересовала вовсе не их духовная ценность как порой приятных собеседников. Мелкие ранки на спине откликнулись голодом, он нежно поцеловал ее шею, мягко намекая. Девушка приоткрыла зажмуренный от удовольствия глаз, усмехнулась и кивнула. Она не первый раз была с ним, знала, что с ядом кайф выйдет на совершенно другой уровень.

Он почувствовал, как засвербело небо – активно заработали клетки выделительных желез. Из десен позади его изначальных клыков вылезли другие – тонкие и полые, змеиные, пусть и модифицированные специально под его нужды.

Губами он нащупал, где сильнее всего чувствуется стук сердца. Впился, ощутил, как втекает в кровоток девушки ослабленный яд, та тихо застонала, он подождал еще немного, пока эффект разойдется по всему телу.

Девушка сильно содрогнулась, впиваясь ноготками в его спину еще сильнее, а потом расслабилась, обмякла в крепких объятиях. Уже можно было переходить дальше, но он не спешил, позволил голоду подняться еще на пару ступенек выше. Приятно есть, когда никто не гонится за тобой с вилами и факелами.

Клыки втянулись, прячась назад в десну, а полость рта наполнилась теплой жидкостью. Слабый железный привкус – все, на что он мог рассчитывать, ничего специфического или сладкого. Вкусовые рецепторы, как и рецепторы обоняния у его вида были слабо развиты ввиду их ненадобности. Что нюхать в мертвом мире без солнца? И опять же, он был рад, что не чувствует всей отвратительности этой красной жидкости и может насладится лишь другой ее составляющей, более эфемерной. Но иногда он очень жалел, что не может разделить человеческий восторг от запаха какого-нибудь растения.

Он откинул ненужные мысли, нет смысла сожалеть о собственном существовании, можно только жить. Продолжать жить, несмотря ни на что.

Проглотил разжиженную от яда кровь и тогда почувствовал это. Тепло жизни. Оно мгновенно разошлось по всему телу, наполняя изголодавшиеся клетки магией – необходимой им энергией, залечивая незначительные царапины, приводя мысли в порядок.

Смазал ранки на шее девушки слюной, провоцирующей свертывание крови, и лег рядом.

Провел по ее коже уже нежнее, но при этом безразлично. Лишь еще одна маленькая жертва, что использует его, а он ее. Идеальный симбиоз тел, но, увы, не душ. Возможно, она будет чувствовать себя счастливой какое-то время, но это быстро проходит. Насколько он мог судить из частоты их посещений и забитости собственного графика.

Провел рукой по двум маленьким точкам на ее шее.

Маленькая и незначительная. Очередной ужин на его дороге. Безопасный и приятный, но такой невероятно однообразный и скучный. Он вдруг понял, что ему нужны перемены. Что-то радикальное и неожиданное.

Зевнул, чувствуя, как сытость вгоняет его в дрему. Мертвым не нужен сон, но если просто полежать вот так с закрытыми глазами…

Глава 3. Охота на темного жреца

1673 год Нового календаря, 14 Кветня, Празан

В таверне сегодня было немноголюдно, что вовсе не удивительно, ведь только позавчера одну из девушек удовольствий нашли обезглавленной в собственном покое. Люди почти не сомневались, что в город пожаловал жрец Дустатма, который в служении своему нечистому богу оборачивался по ночам в грамда – гигантского червя – и приносил в жертву кого попало. Но напугало это далеко не всех постояльцев, тем более что хозяин «Сонного блаженства» обещал обратиться к служителям Зарака, бога солнечного света и единственного, кто способен распознать грязную ворожбу своей темной противоположности.

За тремя занятыми небольшими компаниями столиками местные работницы пытались споить посетителей, чтобы те выложили как можно больше денег при минимальных усилиях со стороны скудно одетых девушек. В углу что-то тихое и грустное бренчал гитарист, увы, сегодня танцовщица уже закончила свое представление и вдохновлять его было некому. Мягкий свет магических сфер тонул в красном бархате, которым кое-где были обиты стены. Даже юноша за стойкой не протирал стаканы, а увлеченно беседовал с одной из официанток, зная, что посетителям уже не до еды. Сложно было не любить такие тихие и спокойные ночи, когда даже единственный хищник не высматривает себе жертву.

Вблизи камина сидел молодой человек и что-то увлеченно черкал ручкой в своем блокноте. Любого путешественника родом с северных земель могла удивить эта картина, но для городов южной границы Черного Леса это было нормальным явлением. Прогресс, рождаемый бессмертными жителями Камико, постепенно забирался все дальше, даруя темным людям блага цивилизации, пусть и по непомерно высоким ценам. Однако, собственное удобство и привычки юноша ставил намного выше всего остального, а учитывая, что купцы довольно быстро смекали, с кем имеют дело, приобрести желаемые инструменты ему удавалось за полцены.

Вдруг парень поднял голову и посмотрел на гитариста – фальшивая нота неприятно ударила по чуткому слуху. Бард с тенью ужаса в глазах кивнул, извиняясь, и взял другую, более знакомую ему мелодию. Юноша у камина недовольно провел изящными пальцами по черным волосам, забрасывая выбившиеся пряди назад, но, как обычно, пучок белых волос на правом виске все равно оттопырился, портя всю прическу. Впрочем, некоторым девушкам это наоборот казалась очень милым и даже загадочным. Парень же с удовольствием срезал бы это свидетельство дрогнувшей воли, если бы это еще больше не портило его внешний вид.

Выражение легкого презрения, с которым он посмотрел на других посетителей, удивительно гармонично сочеталось с его острыми чертами лица. Его прямая осанка, то, как он отводил мизинец, держа небольшую фарфоровую чашку с чаем, бледный цвет кожи, сдержанность в каждом движении – все это с головой выдавало в нем аристократа. Правда, подобные манеры странно смотрелись в месте сладких утех. Его хорошо сложенную фигуру в черном костюме должны были окружать также опрятно одетые слуги, полки, забитые книгами, массивный деревянный стол с затейливой резьбой, но никак не пьяницы и поддерживающие их девушки, тела которых прикрывали только полоски легкого шелка. И тем не менее он был здесь и каким-то непостижимым образом вписывался в интерьер таверны, совмещенной с борделем.

В следующий раз юноша оторвал взгляд от своих записей, чтобы со злостью посмотреть на вошедшего в таверну человека. По полу тут же проскользнул поток прохладного воздуха, черноволосый придвинулся ближе к камину и дополнительно укрылся мягким бордовым пледом.

Посетитель выглядел как обычный охотник на чернолесных тварей: легкая кожаная куртка, украшенная слабо мерцающими рунами и магическими письменами, под ней на фоне черного сукна виднелись стальные клепки пластинчатой брони; изрядно погрызенные и помятые железные наручи, небольшой меч и кинжал на поясе также отливали магией. Такой наряд мог стоить состояние и служить не одно поколение, знай только, подпитывай энергией заклятия, а мог быть чем-то обыденным, если хозяин и сам знался с волшебством. Этот, однако, выглядел как обычный воин. Каштановые волосы кротко подстрижены, на левой скуле виднеется три небольших шрама от чьих-то когтей, а подбородок покрывает щетина, карие глаза внимательно выхватывают каждое резкое движение, а походка его мягка, словно у кошки. Кто-нибудь другой мог бы даже предположить, что перед ним один из людей Джанавора – оборотень, но юноша у камина только фыркнул, опытным взглядом улавливая значительные различия. Путешественник был хорошим бойцом, но оставался человеком, истинная плавность животных движений ему была недоступна.

Не уделив ни минуты внимания скромной персоне у камина, посетитель прошествовал к парню за стойкой. Ерси, сын хозяина таверны, тут же встрепенулся и с доброжелательной улыбкой обратился к вошедшему мужчине.

– Охотник Ятри, я по поводу грамда, – представился мужчина и протянул руку.

– Добро пожаловать, Ерси к вашим услугам. Что-то случилось с господином Маневалем? – обеспокоенно спросил парень, ожидавший увидеть пятидесятилетнего, но все еще способного махать мечом жреца.

Мужчина скривился и присел на стул, махнул рукой:

– С ним все в порядке, просто он решил мне намекнуть, что я засиделся в храме.

– Пора переименовывать таверну в «Оплот изгнанников», – тихо пробормотал Ерси, косясь на человека у камина, потом продолжил громче: – Чем могу помочь в таком случае? Ах, насчет вознаграждения, у нас только на услуги жреца хватит.

– Вот и отдашь деньги жрецу, когда увидишь. Мне только надо расчистить место для круга Зарака, и чтобы все спустились вниз и выстроились вдоль стены.

Не дожидаясь ответа, Ятри принялся растаскивать тяжелые столы в стороны. Ерси же шепнул что-то официантке, с которой до этого болтал. Та обеспокоенно замахала хвостом, покрытым короткой бурой шерсткой, и достала из-под стойки «палочку-отрезвлялочку», которая представляла собой обычный зачарованный посох. Вскоре девушка-пуча уже бегала по второму этажу из комнаты в комнату, даруя посетителям волшебное исцеление от алкогольного яда.

– Вставай, мне может понадобиться доступ к камину, – навис над завернутым в плед человеком Ятри.

Юноша поднял на него глаза, и охотник от неожиданности сделал пару шагов назад. У этих глаз не было радужки, только черная вертикальная полоска посередине белка расширялась и сужалась в ответ на смену освещения.

– Что амару делает в таком месте? Не думал, что кто-то из вас вообще отходит так далеко от Камико и Красных облаков, – добавил Ятри и инстинктивно потянулся к мечу на поясе.

Зрачки бессмертного сузились еще больше, но до ответа он не снизошел, спокойно встал, сложил плед и подобрал свой блокнот. Еще на секунду задержал взгляд на охотнике, а потом потерял к нему всякий интерес и обратился к Ерси:

– Смешай что-нибудь бодрящее, нужно разбудить госпожу Каппа пораньше.

– Ей не понравится это, Вес.

Живой мертвец повел плечами и закатил глаза, словно отвечая: «Разберусь». Схватил протянутую деревянную кружку и скрылся в подвале. Ятри несколько раз моргнул, пытаясь понять увиденное. Все его знания о народе амару твердили, что в подобном заведении их ни за что не встретишь, а если они и путешествуют, то только как короли, и уж точно они не будут ухаживать за кем-то живым, да еще и звать его «госпожой». Либо же в подвале сидит ужасно важная персона, что казалось еще более невероятным.

– Как к вам попал такой постоялец? – забыв о перестановке столов спросил Ятри.

– Постоялец? Вес у нас работает. Ты не обращай внимание, он всегда становится таким, когда занимается своими чертежами или еще чем. Он на самом деле милый парень.

Ерси беззаботно протирал стойку, словно в его подвале не жило бессмертное и невероятно могущественное существо. Вспомнив о том, что обряд по привлечению грамда потребует от него полной сосредоточенности, Ятри постарался как можно быстрее выкинуть из головы все мысли, связанные с кровопийцей. Если в этом городке все живы, значит не имеет смысла вообще о нем беспокоится. На данный момент.

Достав из кармана бумажку с рисунком круга Зарака, Ятри начал переносить его мелом на пол таверны. Когда эта часть была закончена, охотник осмотрелся. Возле стен стояло около дюжины крайне недовольных мужчин и примерно столько же персонала в виде девушек в спешно накинутых поверх голого тела халатах. Помимо хвостатых пуч, была здесь так же одна пернатая красавица цара, что куталась сейчас в свои мягкие крылья. Почувствовал Ятри и магию оборотней, но от кого она исходила сказать не мог. И был этот Вес, от которого вообще ничем не тянуло. Охотник быстро нашел мертвеца, чтобы на всякий случай держать его в поле зрения, и весьма удивился увиденному. Не было на лице Веса маски превосходства и пренебрежения, теперь он мурчал что-то на ушко девушке, сидящей у него на коленях. Амару перебирал своими тонкими пальцами ее светлые волосы и вообще выглядел очень располагающим к себе. Конечно до тех пор, пока взору охотника не открылись две небольшие ранки на шее девушки. Но, опять же, Ятри был вынужден отогнать от себя эти мысли и сосредоточится на призыве.

Нечистый жрец мог быть сейчас уже очень далеко, но часть его сущности осталась тут, на месте жертвоприношения, и пробудет еще несколько дней, пока полностью не впитает энергию. Светлые жрецы обычно просто могли увидеть темный след, по которому передавалась магия грамду, и так выслеживали и убивали в их же телах. Ятри же планировал провести кое-что более рискованное и призвать нечистый дух червя в тело одного из присутствующих здесь человек. Вообще это был не самый гуманный и хороший способ, но охотник был достаточно уверен в себе, чтобы с легкой душой рисковать своей жизнью, и теми, кто его окружал, потому что если у него не удастся, то… Возможно, амару спасет всех остальных, если захочет конечно, у него то сил наверняка хватит после трапезы.

Но Ятри только помотал головой. Беспокоится не о чем, тело даже не пытались спрятать, а значит жрец совсем новичок и не имеет настоящей силы. Вполне возможно, что это будет невероятно маленький червячок, не превосходящий человеческих размеров. Охотник достал меч, еще раз окинул взглядом посерьёзневшие лица посетителей, до которых из-за стены алкогольных испарений наконец-то дошло, что тут происходит, и принялся считывать слова призыва с другой бумажки. Проживание так близко к границам Черного Леса научило этих людей относится к собственной жизни с заметным пренебрежением, а потому никто не стал мешать проведению ритуала, даже наоборот у некоторых глаза загорелись любопытством. Когда средняя продолжительность жизни еле превышает сорок лет, учишься жить ярко и на полную катушку, пока можешь.

По началу Ятри не был уверен, что правильно понимает почерк, каким был написан призыв, выдерживая трагическую паузу, он хмурил лоб, вчитываясь в слова. Когда же он решил, что все прозвучит как надо, то потянул первые слова громко и резко, так что все присутствующие вздрогнули от неожиданности, кто мог, потянулся к мечу. Охотник тем временем завыл, пытаясь правильно передать магические слова. Это могло бы выглядеть глупо со стороны, если бы каждый из присутствующих не видел хотя бы раз в жизни, как после такого завывания маг оставляет выжженными гектары полей. Язык магии был не столько языком, сколько чувством и желанием, он был абстрактным, как и сама энергия, из которой проистекает его сила. На языке богов можно было говорить между собой, он даже был признан одним из официальных в Утпати – городе Источника. А если маг начинал говорить на своем, то неизбежно происходили чудеса и катастрофы.

Голос охотника уже множество раз успел изменить свою тональность и громкость, еще больше заставляя людей нервничать, но вот он начал затихать, а магический свет замигал. Вот сферы на секунду потухли, потом снова загорелись. Кто-то зашуршал в углу и получил подзатыльник от своего испуганного соседа, остальные дружно их обругали. Сферы света же остановились на том, что часть из них теперь светила черным и погружала помещение таверны в жуткий полумрак. Однако, никакой твари не вылезло, никто не кричал и не бился в истерике, пытаясь не пропустить через свое тело нежданного гостя. От этого люди только еще больше насторожились.

Ятри недовольно взирал на начерченный им круг.

– Может где загогулину не так перерисовал? – раздался у него над ухом чей-то мягкий голос.

Охотник почесал шрамы на скуле.

– Да не, вроде все так… – задумчиво ответил, словно говорил сам с собой.

– Значит это был не грамд, – заключил голос.

– Кто еще мог быть… – Ятри нахмурился. – Какая-нибудь маленькая ехидна, может просто ведьма сюда прошла, но если я правильно помню, лекарь говорил, что раны были рваные. Голодную химеру тоже заметили бы раньше. Может, обозленный домовой?..

– Нет, точно не домовой, бедняга съехал уже очень давно.

И только в этот момент до охотника дошло, что ведет он отнюдь не мысленный диалог. Ятри обернулся – на него смотрели хитро сощуренные глаза без радужки. Инстинктивно отступил подальше от бессмертного, а то на секунду показалось, что он как-то странно принюхивается к его шее. Мужчина уже хотел что-то ответить, но вдруг кто-то вскрикнул, указывая на круг.

Сферы, что источали черный свет, вдруг слетелись друг к другу и зависли над причудливыми меловыми закорючками, в воздухе тут же запахло озоном, а в следующий момент раздался треск молнии, которой ударили сферы в центр круга. Ятри понял, что облажался.

– Быстро на выход все! – закричал он, махая на людей, но их не нужно было уговаривать.

Охотник с робкой надеждой посмотрел на амару, но тот только пожал плечами, подхватывая свою подопечную и еду по совместительству.

– В данный момент я любовник, а не боец, – и, небрежным движением откинув волосы назад, вышел из таверны.

– Что б тебя… – но Ятри не пришло в голову подходящее проклятие для мертвеца, он уже во всю пытался угадать, на сколько же все плохо и сможет ли он уйти живым.

Только сейчас охотник понял, что грамд мог оставить жертву на видном месте потому, что его спугнули. Ятри ясно видел, как червь доедает голову девушки и в этот момент слышит мягкие шаги амару, понимает, что зашел в чужие охотничьи угодья, и поспешно покидает место преступления, лишь бы выиграть немного времени перед повторной стычкой. Почерневший свет, прямая материализация в круге – грамд наверняка хорошо задобрил своего бога ради такой силы.

В центре комнаты появился черный круг около метра в диаметре. Ятри вытянул шею, пытаясь заглянуть туда, но при этом не подходить ближе, чем необходимо. В слабом свете, что все еще давали исправные сферы, влажно заблестели десятки, если не сотни зубов, неровными рядами уходящие куда-то вглубь. Ятри покрепче сжал свой меч, мысленно заставив руны на нем вспыхнуть посветлее. Он боялся, но ровно на столько, чтобы страхом подпитать свою решимость. В Черном Лесу попадались твари и пострашнее. Во всяком случае так он хотел думать.

Приятный запах озона вытеснило зловонное дыхание червя, чьи зубы уже вылезли выше уровня пола. Охотник присел, готовясь к нападению, надеясь, что закончить бой удастся с первого удара. Последний раз окинул взглядом помещение, убеждаясь, что никого не осталось и он может уделить все внимание бою.

Вторая волна вони накрыла его, а потом послышался низкий рев грамда. Мгновение – и червь выпрыгнул из своего портала вверх, ударяясь о потолок и сверху накидываясь прямо на человека. Ятри отпрыгнул в сторону, а за ним послышался треск ломающихся половиц и их же шипение от едкой слизи, покрывающей тело червя. Пока грамд в очередной раз взревел, зовя, по-видимому, амару, которого ожидал тут увидеть, Ятри попробовал прикинуть его размеры. Тело, покрытое грязно-белой склизкой кожей (или кутикулой, как бы назвали ее ученые из славного города Камико), могло иметь в себе все пятнадцать метров длины и заканчивалось тонким хвостом, который был значительно уже основной части и сейчас с визгом рассекал воздух, словно хлыст. Голова с жутким ртом обратилась в сторону притихшего охотника. Он ожидал максимум пятиметрового малыша сантиметров тридцать в обхвате, а не это.

Червь стрелой бросился к нему, Ятри с трудом успел перекатиться, заклинания на одежде зашипели под брызгами слизи, мужчина предусмотрительно надвинул на голову капюшон и прикрыл лицо повязкой, что болталась у него на шее. Стараясь более не медлить, охотник прыгнул к червю, делая выпад мечом. Лезвие коснулось кожи, но благополучно соскользнуло, не нанеся противнику урона, только ярче вспыхнули магические слова на стали. Ятри выругался и потянулся к поясу, где в кошельках находилась масса полезных приспособлений. Снова ему пришлось попрыгать, уворачиваясь от острых клыков твари, один раз у него прямо над головой просвистел тонкий хвост, еще бы на сантиметр ближе – и битва бы для него закончилась.

Запрыгнув на стойку, которую уже во многих местах проела слизь, Ятри свистнул, отвлекая грамда от пережевывания стола. Червь зашипел, обнаружив было утраченную добычу, и, раскрыв свою круглую пасть, со всей скоростью помчался к человеку. Ятри довольно улыбнулся и бросил в монстра небольшую бомбочку, а сам нырнул за стойку. Червь врезался выпирающими жвалами в стену, заставленную бутылками алкоголя. Ятри тут же оказался покрыт литрами самых чудесных жидкостей, но не подобное расточительство заставило его печально выдохнуть. Тихий «бух» прозвучал где-то у грамда внутри, не причинив тому никакого беспокойства.

Охотник выпрыгнул из своего укрытия, пока червь пытался достать застрявшие в толстых досках клыки. Ятри занес меч, чтобы просто перерубить замешкавшегося противника, но тут за своей спиной он услышал пронзительный визг рассекаемого хвостом воздуха. Горько усмехнулся и быстро, как мог, опустил меч на червя. Не оставалось времени, чтобы уклониться, да и подобной возможности для атаки могло более не представится. Ятри зажмурился, ожидая, когда же его голову снесет хвост твари, и не увидел, как прыснула из разрезанного надвое червя его кислотная голубая кровь. Чудище взвыло, продолжая барахтаться, но колебания его умирающего тела быстро затухали.

Ятри открыл глаза, не до конца понимая, почему еще жив. Воздух неприятно покалывал глаза и нос, руны на его одежде и мече светились ярче магических сфер, стараясь уберечь себя, а заодно и хозяина от кислоты, которая вовсю разъедала остатки пола и стойки. Ятри проследил взглядом еще слегка подрагивающее, но уже быстро разлагающееся под действием собственной слизи тело червя и обнаружил хвост в руках у человека, стоящего за его спиной.

Глава 4. Выбор пути

Амару как ни в чем не бывало спокойно держал склизкий хлыст на расстоянии десяти сантиметров от головы охотника.

– Тебе стоило знать, что желудок грамда ведет в омут Дустатма. Возможно, из-за тебя у Черта разбилась его любимая ваза, кто знает. Но задумка неплохая.

Вес улыбался, тряся в воздухе хвостом червя, и весьма очевидно наслаждался ситуацией.

– Ты спас меня, – удивленно заключил Ятри, отчего улыбка бессмертного стала еще более самодовольной.

Амару отбросил в сторону разлагающиеся остатки червя и вытер руку об уцелевший кусочек стойки. Тот, впрочем, тут же начал шипеть, растворяясь в слизи. Вес же смахнул со своей ладони заклинание, одно из таких, которые защищали одежду Ятри. Охотник напрягся. Ему все меньше нравилось происходящее. Эти монстры не бывают такими дружелюбными, а еще они презирают магию, считая, что с ней жизнь становится слишком легкой, поэтому они полностью от нее отказались, хотя Красные Облака и позволяли им колдовать без всяких ограничений. Вернее, разлитая в воздухе магия питала их мертвые тела, а колдовство было приятным бонусом, который показался бессмертным слишком скучным. В остальной же части мира магия не была столь легко доступной, и амару вынуждены были подпитываться непосредственно от источника – другого живого существа или же из набирающих в последнее время популярность накопителей, ведь мертвое сердце утратило способность добывать энергию из скрытых вен этого мира. Из этого следовало, что каждое примененное заклинание приближало мертвеца к необходимости очередной трапезы.

– Слушай, – Ятри махнул в сторону спасителя рукой с мечом, но вовремя сообразил, что подобный жест не поспособствует образованию доверительных отношений, и опустил клинок, – я человек простой и поэтому скажу прямо: мне не нравится, что подобный тебе ошивается тут. Почему ты забрался так далеко от Камико? – заметив кислое выражение на лице амару, мужчина добавил: – Как охотник, поклявшийся защищать людей, я требую ответа.

– Присядем? – Вес указал на кресла возле давно потухшего камина, который ничем не смог помочь охотнику против столь большого противника.

Ятри втянул носом едкий воздух и помотал головой.

– Давай лучше снаружи.

Вес передернул плечами и кинул недовольный взгляд в сторону дверей.

– Там ветрено и многолюдно.

Но тут в метре от него пол просел, утянув за собой в подвал одно из кресел, а вслед за этим с грохотом упали доски, на которых некогда лежало уже растворившееся тело грамда. Амару был вынужден признать, что снаружи сейчас действительно лучше, но настоял на том, чтобы выйти через служебный выход на кухне. «Там хотя бы пол целый», – буркнул и махнул рукой, приглашая последовать за ним.

Ятри в последний раз обернулся на развороченную таверну. Красный бархат был сорван со стен и частично растворился, пол представлял собой странную смесь досок и чего-то черного, во что превратились эти доски после контакта с червем. Дерево стен в некоторых местах тоже прогнулось и почернело, даже потолку досталось. А из магических сфер осталось летать только три штуки из двенадцати изначальных, а ведь подобный источник света стоил достаточно дорого.

Вот поэтому люди предпочитали звать жрецов, что могли выжечь нечисть одним своим словом, даже не вступая толком в драку. Но жизнь священников представлялась Ятри чем-то ужасным, хотя он и провел при храме последние полгода. Хорошо еще его не заставляли посвящать себя служению, как это делали жрецы. Истязания тела и духа, руки, что вечно сложены в знаке мольбы, часы, проведенные за изучением священных текстов. А самое неприятное для него – бесконечная покорность судьбе. Жрецы не сражались с течением, они привязывали к себе камень веры и прыгали в пропасть, каким-то образом умудряясь наслаждаться приключением. Священники не могли ответить нападавшим на них людям, их руки поднимались только против нечисти, по крайней мере это было справедливо для светлых богов, которым был Зарак. Цена почитателей тьмы была еще более жуткой, но зато удовлетворяла их грязные желания сполна.

Ятри посмотрел на амару, идущего впереди. Каких богов почитает он?

Сзади таверны оказался небольшой яблоневый сад, который даже в блеклом свете неполной луны казался уютным. Вес стряхнул белые лепестки рано зацветших деревьев с двух ближайших кресел-качалок и небольшого столика с необычайно мастерски вырезанной ажурной ножкой. Перед охотником открылся удивительный вид на поле, которое слабо мерцало серебряным светом из-за цветущих кади. Обычно фермеры старались избавиться от этих растений, считая их сорняками, хотя на самом деле магия, текущая в их лепестках, помогала росткам перезимовать и в последствии взойти.

Вся эта утонченность никак не вязалась с экстравагантным убранством таверны. Вернее, с тем, которое там царило до появления грамда. Ятри вопросительно посмотрел на армару, но тот с едва уловимой горечью во взгляде наслаждался лунными лучами, словно они могли согреть его кожу.

Ятри учтиво кашлянул. Вес вздрогнул и вернулся мыслями на землю, где бы он ни витал секунду назад.

– Можешь удивиться, но уговорить фермеров оставить на полях кади не было такой уж сложной задачей, а мне очень хотелось как-то разнообразить этот вид.

Амару стянул со спинки своего кресла бардовый плед и закутался в него, хотя Ятри очень сильно сомневался, что мертвецам есть какое-то дело до окружающей их температуры.

– Получилось весьма уютно, – кивнул охотник, ерзая на кресле, внутри него все еще отдавалось эхом возбуждение битвы, – а теперь рассказывай, что ты тут забыл.

– Ничего я тут не забыл, – недовольно огрызнулся Вес, – были бы варианты получше, меня бы уже давно тут не было. Но какой у меня выбор? Как неприкаянный, шляться из одной деревни в другую, в страхе, что на следующий день полоумные крестьяне поприветствуют меня с факелами и вилами? Словно вор, через окна прокрадываться в спальни к миловидным девушкам и пить их кровь? Увольте, я еще не потерял остатки своего достоинства. А тут… – он слегка притих, но потом недовольно скривился и продолжил свой монолог уже бодрее, объясняясь не столько перед охотником, сколько перед самим собой. – Мне от них что нужно? Правильно, кровь. А этим несчастным и одиноким барышням? Чтобы я был красивым, обворожительным и мог доставить им удовольствие. Красив и обворожителен я в силу своей смерти, так почему бы мне не воспользоваться этим и не получить еду, кров и приятную компанию вместо паранойи и ночевки в грязи? И это однозначно лучше, чем, когда на тебя с криками: «Вампир!» – Вес изобразил, как, по его мнению, выглядят испуганные крестьяне и замахал руками, – бежит орава грязных людей с кольями в руках. Почему вообще деревянные колья? Ими даже упыря не убить. Бредятина. И вот это терпимость к официально дружелюбной расе? – но потом его мысли снова перескочили. – Хоть можешь представить, каково доставать из тела занозы? Это просто ужасно!

После этой гневной триады, Ятри мог с уверенностью сказать, что амару очень давно не разговаривал ни с кем так открыто. Вес сбросил с себя плед и могло даже показаться, что на мертвенно-бледных щеках проступил румянец, но скорее всего это было какой-то блик или отсвет от бардового пледа. Ему даже стало немного жалко бессмертного и одновременно стыдно, ведь сам неоднократно сдерживал себя, чтобы не назвать его вампиром, что явно очень сильно задевало Веса. Вампиры считались лишь немногим интеллигентнее упырей, но все равно представляли собой жалкое зрелище, особенно в сравнении с мертвецами из пустыни Ниджи.

– Так вернись назад в Камико, делов-то.

Вес тут же метнул на охотника гневный взгляд и закутался в плед. Ятри понял, что задавать этот вопрос не стоило. Судя по рассказам, которые доходили до его ушей, еще никто в здравом уме не покинул Камико по собственной воле.

– Поэтому твое имя такое короткое… – заметив недовольно приподнятую бровь амару, Ятри поспешил объясниться: – Вас не более двухсот человек, у нас есть книга, где записаны имена всех поколений. Учителя пытались заставить меня их выучить, но я запомнил только, что они все звучат странно и длинно.

– Зачем вам запоминать нас? Это не имеет никакого смысла, – Вес недовольно отбросил лист, упавший ему на голову, с еще большей злобой он посмотрел на таверну, в которой уже начинал подниматься хлопотливый шум.

– Разве неправда, что вы из гордости не называетесь никакими другими именами? Чего стоили хотя бы те двое, которые разыграли войну полтора века назад. Лютеус и Виридан, я потом оба имени нашел в той книге, они из одного поколения были. До сих по не понимаю, как вам удалось всех убедить, что проигравший был человеком. Но нельзя не признать, что план был хорош, злой человечишка побежден благородным Лютеусом из племени амару. Светлый Лютеус дарует темным блага цивилизации! И другие лозунги того времени.

Ятри так углубился в остатки своих знаний о народе пустынь, что не заметил, как лицо его собеседника стало темнее ночного неба при упоминании величайшего обмана. Но последний вопрос заставил Веса и вовсе закутаться в плед с головой.

– Я никогда не слышал, чтобы амару кого-то изгоняли. Вы же как бы самые цивилизованные. Это что же нужно такого натворить?..

А потом Ятри увидел, в какое состояние погрузили бессмертного его слова и проглотил свое любопытство. Скорее всего, ему не хотелось знать ответа. Но скука Веса по разговорам взяла свое, и он ответил:

– Меня не изгоняли. Лишили имени, да, но они прекрасно знают, что я умен, и оставили мне мою лабораторию и дом. Только не оставили своих недовольных взглядов. Мне надоело это терпеть, я переехал подальше в пустыню. Но когда я поймал себя на том, что веду светскую беседу с Амат пожирательницей, то понял, что нужно что-то делать, иначе демоны окончательно заберут меня к себе. И вот так я вляпался в еще большее дерьмо, которое представляет из себя ваш мир, – злобно закончил он, махнув на таверну у себя за спиной, из которой уже доносились душераздирающие крики хозяина.

– Ну спасибо, – кисло ответил Ятри, пытаясь как-то разобраться во всей этой истории.

В целом он не обиделся на столь нелестное описание его родного мира, вынужден был признать, что последние полгода сам именно так и думал о нем. Да и понять чувства изгоя ему было невероятно легко. Только тут сморщенный в напряжении лоб охотника разгладился, ему пришла в голову просто замечательная мысль.

– Ты должен пойти со мной в Сакар!

– Да, я уверен, что другие охотники будут так же рады моему появлению.

– Они могут придумать что-нибудь.

– Они пошлют меня назад в Камико и еще эскорт приставят, хотя это меня нужно оберегать от всех этих… грязных и необразованных существ!

Вес взмахнул рукой, решительно отвергая такое предложение. Ятри умолк, прислушиваясь к крикам из таверны. Люди были испуганы и не решались выйти в сад. Или просто не могли дойти до кухни по проломанному полу, а между соседними домами было не протиснуться. В любом случае, охотник предпочел бы убраться отсюда до того, как его обнаружат. Может, они решат, что червь сожрал его и не станут сильно проклинать за разрушения.

Поднялся небольшой ветер и деревья зашуршали, разбрасывая по округе ароматные белые лепестки. Послышались хлопки птичьих крыльев, а потом кто-то тихо шикнул:

– Вес.

Амару обернулся на голос, который, к удивлению Ятри, доносился из кроны дерева.

– А, принцесса, что случилось?

Охтник посмотрел внимательнее и разглядел среди листвы миловидное личико девушки-цары, которую приметил еще в таверне. Ее большие янтарные глаза без белков внимательно осмотрели Ятри, словно она пыталась решить, можно ли говорить при нем или нет. Но поскольку она прекрасно знала, сколь нелюдим был Вес со всеми, кто не является его клиентом, то пришла к выводу, что беспокоится не о чем. Девушка аккуратно спорхнула вниз, и теперь у Ятри было больше времени, чтобы рассмотреть ее повнимательнее.

Цара была невысокой, как и все представитель ее расы, но из-за легких одежд, которые с трудом прикрывали нужные места, она казалась еще более хрупкой и нежной. По-детски маленькие, но по-женски красивые ручки стеснительно прикрывали то, с чем не справлялась одежда. Хотя, казалось бы, работа в подобном месте должна была вынудить ее привыкнуть к большей раскрепощённости. Вес тем временем встал с кресла и расправил плед, аккуратно накинул его на плечи девушке, стараясь не смять прекрасные нежно-розовые крылья. С заботливой улыбкой пригладил перья у нее на голове, складывающиеся в забавный хохолок на затылке. Девушка благодарно улыбнулась, но в кресло не села, продолжая переступать с места на место босыми ножками. Ее пухленькие щечки слегка надулись, а губки сложились в недовольной гримасе.

– Лучше случая не будет.

– Разумеется, принцесса, я как раз это и обдумывал. Удалось тебе забрать деньги и мои записи?

Цара кивнула, указывая на сумку, перекинутую через плечо.

– Ятри, знакомься, это Серра, работала здесь танцовщицей, можешь просто звать ее принцессой.

Охотник почему-то решил, что единственным правильным приветствием будет преклонение и легкое касание губами ее ручки. Девушка смущенно потупилась и глубже закуталась в плед, отчего ее молодое лицо стало выглядеть совершенно детским. Ятри все хотел спросить сколько ей лет и не нарушал ли хозяин таверны закон, принимая ее на работу, но вовремя вспомнил, что народ цара стареет немного странно и до последнего выглядит очень молодо. Ей могло быть шестьдесят, а могло и двенадцать. Да и амару, судя по его отношению к ней, вряд ли допустил бы подобное. А это в свою очередь навело Ятри на мысль о том, насколько приписываемый ей бессмертным титул является милой шуткой. Только вот у короля Парящих Островов было свыше тридцати наследников и их имена надолго не задержались в голове охотника, благополучно вытесненные более необходимой для выживания информацией.

– Работала?

Амару иронично повел изящной бровью.

– Будет сложно продолжать без пола. Мы уходим, хотя я так и не решил куда. Изволишь сопроводить нас в начале пути? Тебе тоже стоило бы начать собираться.

– А как же твои проблемы с питанием?

– В компании охотника мне вряд ли будут досаждать другие люди. А насчет питания, я приноровился за последний год делать это почти незаметно, прижму официантку в углу, она и не поймет ничего. В крайнем случае я могу рассчитывать на принцессу, – Вес слегка поклонился ей и добавил: – Тебе стоит переодеться, ты ведь знаешь, где я спрятал одежду?

Серра кивнула и, тихо шелестя крыльями, скрылась между деревьями.

– А она и правда, это, принцесса? – запинаясь, спросил Ятри. Охотник чувствовал себя не в своей тарелке в подобной компании.

Вес пожал плечами.

– Не знаю, она не особо разговорчива, просто мне показалась, что это будет подходящим. Во всяком случае мне принцессы представляются именно такими: нежными, но с пламенем в душе. Она больше подходит на эту роль, чем многие отпрыски королевских кровей, которых мне довелось знать.

Ятри посмотрел на амару и не выдержал:

– Сколько, говоришь, тебе лет?

– Больше ста, – язвительно фыркнул Вес.

Ятри решительно на него обиделся, ведь всем известно, что за последнюю сотню лет среди амару не появилось нового поколения. Однако, охотнику пришлось смягчиться, когда к ним вышла Серра. Теперь на ней были широкие штаны глубокого синего цвета, настолько широкие и свободные, что были больше похожи на юбку, и легкая нежно-голубая блузка. Цара никогда не мерзли, разве что только в землях Вечного Мороза. Казалась, что девушка парит в нескольких сантиметрах над землей, а не идет, так бесшумно касались ее ботинки земли. И это вполне могло быть правдой, на самом деле им нет нужды в махании крыльями. Хотя они и играют очень важную роль, в полет человека поднимает природная магия.

Серра передала Весу ножны с мечом, походный плащ и сумку с привязанным к ней одеялом. Тот кивнул, но доставать оружие для проверки не стал, на что Ятри разочарованно покачал головой. Даже судя по витиеватой гарде с позолотой, в ножнах скрывалось настоящее сокровище.

– Нам стоит поспешить.

– Куда? – на всякий случай уточнил Ятри, потому что перед ними было только поле и лес.

– В лес, – спокойно ответил амару, как будто этот лесок не прилегал к чернолесью, а ночь не была молодой.

– Да, конечно, как я мог не понять это сразу. Эй, ты что, серьезно? Погоди! Мы не можем просто так взять и пойти туда ночью! Нас сожрут!

Вес остановился и полуобернувшись посмотрел на него, словно на беспокойного и крайне надоедливого ребенка.

– Но с нами ведь отважный охотник, ты же нас защитишь? – с издевательской ухмылкой ответил бессмертный и уверенно пошел вперед, подхватив под руку свою подругу.

– Тем более там они точно не станут искать, – добавил, помахав Ятри рукой.

Охотник выругался, но так, чтобы это не услышала Серра. Крики в таверне немного утихли, но теперь был слышен грохот опрокидывающихся деревянных досок. Ятри снова выругался и последовал за новым знакомым. Возмещать ущерб ему совсем не хотелось.

– Подожди, у меня же там лошадь и сумки. Они мне нужны.

– Мф, живые, все то вам надо… Хорошо, Серра, будешь так добра умыкнуть сумки нашего провожатого? Лошадь придется оставить в качестве прощального подарка.

Девушка кивнула, отдала плед, которым все еще укрывалась, и мягко вспорхнула ввысь. Ятри проследил за ее полетом, а потом обратился к амару:

– Зачем я тебе, только честно?

Вес натянул кожаные перчатки, поправил лямки рюкзака, чтобы удобнее было нести, и только потом ответил:

– Чтобы ты защитил принцессу от лесных тварей. Хотя, если ты действительно такой тугодум, то мне придется искать нового охотника в скором времени.

– Послушай, – прошипел Ятри сквозь зубы, становясь прямо перед бессмертным, – мне нужно хоть что-то знать, чтобы я мог тебе помочь.

Вес с безразличным выражением лица схватил охотника за правую кисть и стянул с нее перчатку. Ятри попробовал вырваться, но было поздно. Даже в столь неярком свете луны были заметны рубцы, оставшиеся после прижигания охотничьей метки раскаленным металлом.

– Что же нужно такое совершить, чтобы охотники изгнали одного из своих? – не без иронии в голосе заметил Вес.

Ятри недовольно отдернул руку и надел перчатку. Вес продолжал:

– Ты не копаешься в моей жизни, я не трогаю твои шрамы. Ты веришь, что я заинтересован в том, чтобы все мы к чему-нибудь пришли, я прикрываю твою спину в случае необходимости. Как ты смотришь на такую сделку? Или все еще рассчитываешь, что, завидев амару в твоих руках, сакарцы примут тебя назад?

Теперь пришел черед Ятри становиться темнее ночного неба. Охотник чувствовал, словно вокруг его шеи все туже сжимается кольцами змея, лишая воздуха. Но вместе с этим он понимал, что выбор у него невелик. Он не может брать официальные заказы охотников, остается податься в наемники или же осесть и открыть пекарню. Ятри почему-то всегда казалось, что из него мог бы выйти отличный пекарь.

– Утпати…

– Что?

– Если бы принцессе удалось войти в Утпати, то ей бы там ничего не грозило. В смысле, это же Источник, там никому ничего не грозит, исключительно счастливая жизнь и пекарни…

Вес посмотрел вверх на стремительно увеличивающуюся светлую точку и немного грустно улыбался.

– Да, в Утпати ей ничего не будет грозить, это точно. Правда, нас туда вряд ли пустят.

– Там не такой уж строгий отбор. Кипара пропускают всех, кто не замышляет зла. Я слышал, что туда проходили и бывшие убийцы, и воры.

Вес опустил взгляд и поправил перчатку, хотя она и так хорошо сидела.

– Может вас и пропустят, почему бы и нет.

– А ты?..

– Мертв, мне нет прохода к Источнику.

Ятри ясно ощутил многолетнюю грусть бессмертного существа за этими словами, но легко это проигнорировал, только напомнив себе, что амару питаются живыми людьми, и вообще выпустить всю магию из своего тела и умереть им никто не мешает.

Глава 5. Домик ведьмы на восьми копытах

– Надо бежать, – крепко прижимая к себе сумки Ятри и с опаской посматривая на таверну, сказала Серра.

– Что случилось?

– Они видели, как принцесса тянет твои вещи, и это придало им смелости. Затопчут весь мой сад, – недовольно пробормотал Вес, вслушиваясь в доносящийся гул голосов. – Нужно идти в Черный Лес.

– Что? У тебя окончательно крыша поехала? Выплаты хозяину таверны не стоят моей жизни. Я никуда не иду.

Ятри скрестил руки и твердо вознамерился остаться. Вес обменялся уставшими взглядами с Серрой.

– Эта территория Леса контролируется одной моей знакомой ведьмой, и она уже неделю как уехала куда-то к океану, так что сейчас там безопасно. Ее зверушки охранники меня знают и пропустят без лишних вопросов, она дала мне разрешение.

Ятри нервно взглянул на таверну. Разрешение все меняет. Почитатели темных сил обладают сомнительным моральным ориентиром, но они не глупы. Одна треть заказов охотников поступает от таких ведьм и колдунов: у кого-то химера сбежала, на кладбище появилась нежелательная живность, часто встречаются договоры о полтергейстах и банши, которые вернулись за своими мучителями. Словом, не было причин, по которым скучающий бессмертный не мог взять подобный заказ. А выданное разрешение отпугивало всех тварей, которые были в подчинении у мага.

– Покажи его.

Вес раздраженно закатил глаза, но послушно достал из внутреннего кармана пиджака маленького засушенного ужа. Ятри оценил юмор ведьмы, прикоснулся к талисману и тут же отдернул руку, ощутив пугающий мороз темной магии. Охотник внимательно посмотрел на амару, но на лице мертвеца невозможно было хоть что-то прочесть, кроме легкого презрения. Но эта эмоция, похоже, являлась у него основной, с успехом заменяющей все другие.

Снова посмотрел на таверну. Дверь служебного выхода открылась с громким стуком, и из нее повалили, словно муравьи, люди с факелами и свечами. Кто-то уже тянул с собой вилы, предчувствуя веселье. Помещение грамд с охотником, конечно, разгромили знатно. А платить так не хотелось…

– Двадцать шесть лет – прекрасный возраст, чтобы умереть. Мой отец прожил только немногим больше, – пробормотал про себя Ятри. – Пошли. В Черный Лес.

Охотник забрал из рук цары свои вещи и уверенно потопал навстречу тому, чего он пытался избегать последние шесть месяцев. Приключению.

Вскоре им пришлось бежать, потому что горожане оказались излишне настойчивыми и почти не отставали, пока не стало ясно, что беглецы направляются прямиком в Черный Лес. Ятри замер, прежде чем переступить границу. Наст из прелых листьев и молодой зелени резко переходил в покров из черных иголок. Все живые растения росли хотя бы в метре от мертвых деревьев проклятых земель. Рядом с охотником остановилась Серра. Похоже, она уже знала, что произойдет, если сделать еще шаг вперед.

Вот ты вдыхаешь чистый и прохладный воздух, ветер колышет волосы, где-то вдалеке ухает сова, тихо поскрипывают дриады в деревьях, если хорошо прислушаться – где-то копошится белочка, резво прыгает заяц. Мирные звуки жизни.

Первое, что пугает в Черном Лесе, абсолютная тишина, прерываемая только твоим дыханием и стуком сердца. Ятри не знал точно, что не так тут со звуками, но ты можешь стоять в метре от рычащего монстра и ничего не слышать. Это первая причина, почему здесь погибали простые заплутавшие люди. Охотникам долго приходилось тренировать свое магическое восприятие, чтобы просто знать, куда бить. Потому что вторым ужасом была слепота. Свет луны редко достигал земли, а днем над Лесом кружили непроницаемые тучи, почти как Красные Облака над Камико. Только те все-таки пропускали хоть бордовый цвет, черные не пропускали ничего.

По сравнению с этим эмоции полного опустошения и безнадежности, вечная сырость, запах гниющего мяса, ускоренное расходование магического запаса (если не заключить сделку с кем-нибудь из темных богов) – все это казалось лишь маленькими неприятностями.

Ятри тяжело выдохнул, бросая последний взгляд на серп луны, и достал из кошелька на поясе небольшой кристалл. Вес остановил его:

– Не трать сейчас его энергии, только внимание привлечешь. Пойдем под моим светом, мертвой магии на это у меня хватит.

В воздухе появилась маленькая серебряная сфера, словно копия луны.

– Я думал, только твари и демоны могут такую использовать.

– Ага, она ужасно непластична, для нее нужны свои заклинания, но, увы, демонов-магов я как-то не встречал. Я могу забрать у них энергию, но использовать вот разве что на светильники. Даже регенерировать с ней не выходит. Зато в Черном Лесе она расходуется как обычная.

Вес поморщился, подкручивая яркость сферы, и переступил границу.

– Человек ли, монстр ли?.. – сказал Ятри тихо, но амару, без сомнений, его услышал.

Охотник почувствовал на своем локте легкое прикосновение дрожащих рук. Серра с ужасом смотрела в черную чащу. Нельзя было судить ее за это. Был бы только выбор, но в такой близости к границе намного безопаснее на подконтрольной дружественной ведьме территории, чем в нормальном лесу. То, что он был живым, никак не отменяло заплутавших в нем тварей. Создания тьмы, как правило, погибали каждый день с первыми лучами солнца, но в последнее время их мозг начал медленно, но верно развиваться, а так они становились только опаснее.

– Все будет хорошо, принцесса.

Ятри улыбнулся и легонько сжал ее руку в ответ. Улыбка Серры вышла блеклой и неправдоподобной, но цара послушно пошла вслед за ним.

Двадцать километров по прямой, и можно выйти на территории оборотней, там оставалось только перелететь лес Джангалу, и попадешь прямо на фермы Парящих Островов, откуда и была родом раса крылатых людей. Они же планировали провести в Черном Лесу остаток ночи и к рассвету вернуться в мир живых, там на тракт и прямиком в ближайшую деревню. Дадут боги, жители городка Празан к тому времени будут уверены, что их всех сожрали твари, и не станут никого искать. Ятри старался мыслить позитивно и не обращать внимание на ноющие от усталости мышцы. Уснуть все равно здесь не получится.

Вдалеке послышался стон, а за ним полный ужаса визг. Охотник машинально присел и потянулся к мечу, пытаясь понять, в какой стороне кричали.

– Расслабься, это птицы, – только и махнул рукой идущий впереди Вес.

– Никогда раньше их не слышал.

– У Лисмы был период создания химер. Поверь мне, по сравнению с их внешним видом, их крики довольно милые. Не отражают они, на мой вкус, всех мук, которые испытывают эти существа.

Ятри аж передернуло. Химеры – одно из самых ужасных творений магии. Насильственно скрещенные половинки продолжали отторгать друг друга, причиняя несчастным существам неимоверную боль. Выбор Черного Леса в качестве места жительства стал понятным, ни в каком другом месте магу не позволили бы заниматься таким родом колдовства.

– А сейчас у нее какой период?

Вес на секунду задумался.

– Меня она отправляла только за химерами и зомби, но у нее я видел занимательные книги по созданию големов. Я бы не стал утверждать наверняка, над чем она работает.

Ятри любил старых добрых озлобленных на весь мир темных колдунов. Они сидели в своих гротескных замках и придумывали один за другим гениальные планы по захвату или уничтожению мира, при этом с избытком заливая все это старинными винами, киснущими прямо у них в руках. Словом, безобидные ребята. Намного больше стоило опасаться вот такой деятельной молодежи, которые выбирали темную сторону не в силу ненависти к окружающему миру, а трезво воспринимая реальность и ставя перед собой конкретные цели. Ведьма занималась магической наукой, не удивительно, что она пришлась по вкусу так или иначе, но повёрнутому на исследованиях амару.

Мирное течение мыслей Ятри прервал вынырнувший из мрака человек. Охотник уже доставал меч, когда Вес раздраженно помахал рукой и обратился к существу с мертвецки синей кожей.

– Что бы там ни было, Смерд, я не в настроении исправлять ваши ошибки.

Вампир зашевелил губами, то ли скалясь, то ли пытаясь изобразить извиняющуюся улыбку. Трудно было сказать, выпирающие в два ряда клыки ему очень сильно в этом мешали.

– Госпожа Лисма хотела бы с вами поздороваться. Извольте следовать за мной, господин Вес, и ваши спутники не пострадают.

– Она уже вернулась? – спросил Вес, игнорируя угрозу. Вампиры умели разговаривать, но с мыслительным процессом мертвые мозги справлялись намного хуже, так что они просто повторяли формулировки своих господ.

– Да.

Вес моргнул, а Ятри вдруг понял, что амару не совершал это простое движение на протяжении последнего часа. Вслед за этим пришло понимание, что мертвец не дышит, когда не разговаривает. Вдруг различия между одним синекожим мертвецом и другим с бледно белой кожей стали скорее условностью. Охотник легонько сжал руку дрожащей Серры. Очень захотелось почувствовать живое тепло.

– Веди, – только и сказал Вес, даже не посоветовавшись с остальными.

Ятри решил, что выскажет свое недовольство тогда, когда они выберутся отсюда живыми. А если нет, то он найдет Веса даже будучи призраком и предъявит свои претензии.

Чем дальше они шли за вампиром, тем менее действенным становился источник света. Он все еще горел ярко, но тьма вокруг была теперь более густой. Над головой что-то снова завыло, Ятри посмотрел вверх и пропустил тот момент, когда вокруг вдруг стало хорошо видно. Серра тихонько вскрикнула и прижалась сильнее к нему.

Компания вышла на открытое пространство. От деревьев тут остались только пеньки, хищно восстающие из рыхлой земли острыми шипами, словно их ломали, а не срубали. Тут и там валялись кости – отходы черномагического ремесла. На некоторых еще виднелись куски гниющего мяса и остатки одежд. Ятри нервно сглотнул. Когда-то он клялся защищать людей от таких, как эта ведьма. Только вот больше клятва на него не распространялась, он сам ее нарушил. Ятри машинально почесал правую руку. Ужасно захотелось оказаться в толпе негодующих горожан. Они с вилами, но хотя бы живые.

Вампир тем временем поклонился и указал на дом ведьмы.

На восьми мощных лошадиных ногах длинной метров в пять находился весьма уютный с первого взгляда двухэтажный домик. В Черном Лесу жители очень ценили мобильность. Порой им приходилось убегать от собственных экспериментов, так что подобный выбор казался вполне обоснованным. Дальше под дом к лестнице их повел Вес, но Серра так и не смогла ступить на первую ступеньку.

– Я-я не могу, – всхлипнула, – там зло.

– Дорогая, – мягким и терпеливым голосом начал Вес, – тут везде зло, таким уж создали это место боги. Тебе нечего бояться рядом со мной.

Амару тепло улыбнулся и протянул ей руку. Девушка еще немного колебалась, но все-таки пошла вперед. Ятри бросил на Веса недобрый взгляд и тут же получил в ответ такой же, но более раздраженный. Охотник явно ощутил магическое воздействие, но оно не было заклинанием, лишь воля – гипноз, который на самом деле мало чем отличался от аналогичного у нечисти. Разница лишь в том, что у одних он пробуждает первобытный страх, а у других приязнь и даже страсть.

Поднявшись в прихожую, Ятри с удивлением легко вздохнул. Ощущение давления и дискомфорта пропало, а вонь гниения сменилась легким запахом лаванды. Охотник с любопытством осматривал опрятную прихожую. Вот резная лавочка, под которой ровными рядами стоят ботинки разной теплоты и босоножки из кожаных полос, красивая костяная вешалка почти пуста, на ней висит только походный женский плащ, подбитый белым мехом. А потом его взгляд нашел владелицу дома.

– Вес! Какой неожиданный визит. А я ведь была уверена, что у тебя нет друзей. Ты полон сюрпризов, амару.

Ведьма провела по воротнику своего бирюзового шелкового халатика, ужасно напоминающего те, в которые наспех оделись девочки из таверны. Справлялся он с работой верхней одежды так же плохо. Средней длины пепельные волосы были еще влажными, большие лазурные глаза смотрели зазывающе, обещали неземное наслаждение. На секунду Ятри даже пожалел, что ее внимание направлено на Веса, а не на него.

Вес же не казался взволнованным этим видом вовсе. Он безразлично смотрел на ведьму, разве что недовольный задержкой и проделанным крюком. Лисма тоже это заметила и капризно заявила:

– Господин зализанные назад волосы может удалиться и вернуть мне веселого Веса!

Амару устало вздохнул.

– Лисма, нам просто нужно пройти через твои земли, у меня нет настроения.

Ведьма кокетливо прислонилась головой к дверному косяку и немного отвела в сторону воротник своего халатика.

– Уже так поздно, может, останетесь, я вас к рассвету подкину куда скажете.

Несмотря на инстинкт самосохранения, Ятри очень сильно захотелось воспользоваться этим предложением. Ему нужно было отдохнуть, привести мысли в порядок. Ведьма ведьмой, но она же тоже человек, да и заинтересована она только бессмертным.

– Вес, можно тебя на пару сл…

– Нет.

Ятри с трудом удержался, чтобы не сделать шаг назад и не выхватить меч. Зрачки амуру превратились в две тончайшие щелки и смотрели с нескрываемой злобой и презрением. А в довесок охотника парализовала мощная аура страха, в которую перешел продемонстрированный ранее безобидный гипноз. Ятри замолчал и более не двигался. Вес явно вел какую-то игру, хотя его приказ подыграть был не самым приятным переживанием.

– Спасибо за предложение, Лисма, но мы не намерены задерживаться и дальше.

Ведьма обиженно скрестила руки на груди, но теперь ее внимание переключилось Ятри. Охотник понял, почему амару среагировал на его вопрос так остро.

– Куда направляетесь, кто твои спутники?

Лисма все еще говорила с Весом, но при этом мягко зашагала в сторону Ятри и Серры. Неестественно яркие лазурные глаза смотрели пытливо, они словно снимали слой за слоем с предмета своего любопытства, желая узнать, как все устроено и можно ли это как-то изменить.

– Тебе нет нужды в этой информации, уверяю.

– Я не могу пропускать через свои территории кого попало! – возмутилась Лисма, уже внимательнее присматриваясь к спрятавшейся за спиной охотника Серре. – Но я могу закрыть на это глаза, раз уж они идут в твоей компании. Правда, за определенную цену…

Ведьма потянулась к оперенной голове Серры, но ее руку резко сжал Вес. Деликатно, но настойчиво отвел подальше от своих спутников. Взгляд амару, сосредоточенный на их переплетенных пальцах, стал теплее, все его лицо оттаяло, принимая игривое выражение. С легкой усмешкой он посмотрел на ведьму.

– Они следуют за мной, а значит и плату ты будешь брать с меня.

– Хитрый какой, – Лисма прислонилась к нему поближе, но тут же оттолкнула, – тогда я возьму у тебя немного яда, того, который парализует.

В руках у нее из ниоткуда появился небольшой стаканчик, который она торжественно вручила Весу. Тот пожал плечами и, бросив короткий взгляд на своих спутников, отвернулся, лишив охотника возможности увидеть ядовитые клыки. Вскоре амару уже передал стаканчик с небольшим количеством мутной жидкости и стал поторапливать остальных. Ведьма еще бормотала что-то приторно сладкое в адрес бессмертного и махала им всем рукой.

– Надо быстрее сваливать отсюда, – заявил Вес, когда они снова погрузились во мрак леса.

– Ученые из Камико доказали, что если рассказывать своим спутникам больше информации, то это всем значительно облегчает жизнь, – неприятная атмосфера Черного Леса и усталость заставляли Ятри язвить, хотя обычно он определял себя как человека дружелюбного.

– Я не думал, что она тебе понадобится. Лисмы не должно было быть здесь. Быстрее, принцесса, у нас совсем нет времени, – поторопил он Серру, споткнувшуюся о корень дерева. – Как только мы выберемся отсюда, я все объясню.

– Если выберемся… – мрачно добавил Ятри, чувствуя на себе внимание мертвых деревьев.

Ятри на самом деле был оптимистом, взять хотя бы его фокус с призывом грамда, но даже сейчас вынужден был признать, что поводов для счастья в этой обители темных богов у них не много. Быстрым шагом они шли еще примерно полчаса, Ятри с великим трудом удавалось сохранить чувство времени, а вот сказать, где он находился, уже было выше его сил. Серра же и вовсе находилась в какой-то прострации, судя по ее отсутствующему взгляду.

Потом Вес на секунду замер, обеспокоенно обернулся, вслушиваясь в мертвенную тишину, и скомандовал: «Бежим!» – но Ятри уже и сам почувствовал это. Всепоглощающий страх. Такой волны темной магической энергии он не ожидал. За ними гналась такая свора, что все вопросы напрочь вылетели из его головы. Осталось только одно – выживание.

Глава 6. Поцелуй на удачу

– Следуйте за моим светом, я попробую их задержать, – бесцветным голосом сказал Вес и растворился во мраке.

Ятри нервно сглотнул. Он, пожалуй, мог бы подарить Серре несколько минут, если ситуация станет патовой, но жить что-то хотелось. Полгода назад наверняка бы кинулся вслед за амару в самую гущу бойни, но сейчас он только снова вздохнул полной грудью. Так хотелось жить…

– Будь проклят этот чертов мертвец, – прошипел сквозь зубы Ятри, когда впереди вдруг что-то зашевелилось, а магический свет взлетел выше, расширяя зону видимости.

Серра была рядом. Согнувшись пополам, пыталась вернуть себе дыхание.

– Что это? – на выдохе прошептала цара, рассматривая открывшийся вид.

– Стена? – предположил Ятри.

Дальше пути не было, только камни, оплетенные тонкими стволами деревьев. И это действительно казалось стеной. Пока оно не начало двигаться.

– Серра, включи какой-нибудь светлый барьер! – выкрикнул прибежавший Вес.

Девушка исключительно машинально зажгла небольшой огненный круг вокруг них. Амару сморщился, попробовал вытереть испачканное вязкой черной кровью монстров лицо, но весь его плащ был заляпан тем же, так что он просто все размазал. Ятри попробовал определить, насколько его союзник был ранен, но сквозь грязь что-то рассмотреть было сложно, а движения мертвого тела не выдавали ровным счетом ничего. Зато охотник смог распознать мягко светящиеся бордовым запрещенные руны поглощения на полуторном мече.

Стена же тем временем медленно, но верно принимала антропоморфную форму.

– Голем… – пробормотал Ятри, отходя на пару шагов назад.

– Он жив, – тоненько пискнула Серра, пока не испытывающая дискомфорта от потери магии.

– Это голем и химера, я слышу его сердце. Эта ведьма просто монстр.

Амару сплюнул. Видимо, мертвому не нравилось такое безответственное обращение с жизнью. Потом Вес обернулся – в свете магического огня уже показывались первые скалящиеся морды монстров. Голем не спешил атаковать.

– Серра нужна ей живой. Нам понадобится просто куча удачи, если мы хотим отсюда выбраться, – Вес многозначительно взглянул на Серру.

Девушка испуганно на него посмотрела, потом перевела взгляд на Ятри.

– Но ты же говорил… – она замолчала и только посмотрела на окружающих их кольцом монстров.

– Я знаю, что я говорил, – Вес подошел к ней ближе, хотел прикоснуться к щеке, но, вспомнив про грязь, отвел руку, – мы что-нибудь придумаем. Я уверен, что существует способ все вернуть. Я не оставлю тебя, принцесса. И Ятри будет с нами.

Сам Ятри имел большие сомнения на этот счет, но Вес так выразительно на него посмотрел, что охотник только рассеяно кивнул. Тогда кивнула и Серра, медленно начала идти к нему. Вес же наставлял:

– Чудно. Ятри, ты должен будешь убить голема. Просто пробуй все, что только придет тебе в голову. Серра отдаст тебе свою удачу, так что может сработать даже полный бред. Ну, разве что не пытайся порезать мечом камень, – Вес нервно хихикнул. – Я буду защищать принцессу от тварей. И, если боги будут к нам благосклонны, все останутся живыми и способными к передвижению. Рассвет уже скоро, я чувствую.

Вес посмотрел вверх, где, предположительно, все еще находилось небо и спасительный свет солнца. Потом он кивнул Серре, правда улыбка у него была такая горькая, словно он готовился отдать свою жизнь и просто был рад, что личико цары – последняя прекрасная вещь, которую он запомнит.

Серра уже стояла вплотную к Ятри. Она тоже кивнула бессмертному, и тогда светлый огонь вокруг них погас, тут же погрузив пространство в непроглядный мрак. Охотник думал, что на них тут же накинутся монстры, но этого не произошло. Ятри только нащупал в кармане светящийся кристалл, когда Серра его поцеловала. Просто быстренько чмокнула в губы, но от этого по всему телу прошла какая-то странная волна тепла. Кристалл в руках загорелся без всякого приказа, получив небольшую отдачу.

Размышлять или наслаждаться произошедшим времени не было: в ярком белом свете стало видно, что на них летит огромная каменно-деревянная рука живого голема. Похоже, теперь планы ведьмы поменялись.

Ятри быстро оттолкнул от себя Серру, а сам отпрыгнул назад. Куча камней, скрепленных ветками, рухнула, поднимая в воздух пыль и иголки. Ятри натянул на нос повязку. Подкинул кристалл в воздух, активировав при этом заложенное в него заклинание левитации. Голем был здоровенным, охотник ни за что бы не смог сказать точно, сколько у этого существа конечностей. Ятри вдруг почувствовал, как сзади на него мчится какая-то тварь и, не раздумывая более ни секунды, бросился вперед на медленно поднимающуюся руку голема. Уцепился за ветки и только и услышал, что щелк челюстей, сомкнувшихся в нескольких сантиметрах под его ногой.

Кристалл полетел вслед за ним, позволяя хотя бы видеть, за что цепляться. Острые камни больно впились в руки даже сквозь плотные перчатки, а подъем все продолжался.

В какой-то момент Ятри взлетел в воздух, подгоняемый инерцией. Плечевые суставы неприятно хрустнули, когда рука голема потянула его вниз.

«Какого черта я вообще делаю? На что я, блядь, рассчитывал?» – мысленно вопрошал себя Ятри.

А потом он услышал крик Серры. Это было до ужаса похоже на крики птиц-химер, но охотник точно знал, что это кричит от страха, а может, и от боли маленькая цара. Ему даже показалось, что внизу на секунду нежно-розовым пятном засветились ее крылья.

Ятри посмотрел в ту сторону, где должно было находиться тело голема.

– А черт с ним, – бросил охотник и медленно пополз туда по руке, стараясь не упасть. Благо голем был не слишком подвижным.

Дальше стали чаще попадаться ветки, пока тело монстра не стало целиком из дерева. Охотник достал кинжал и начал помогать себе им, вгоняя лезвие глубоко в трухлявую древесину. Света не хватало, чтобы хотя бы примерно определить, где он находится и стоит ли рассчитывать на появление предположительно уязвимой головы. Так он и лез, тихо радуясь, что монстры поменьше не бросаются на большого.

А потом руны на клинке вспыхнули, на секунду ослепив привыкшие к полумраку глаза. Послышался стон, чем-то напоминающий звук падающего дерева. Собственно, сам Ятри тоже ощутил, что земля стремительно приближается. Тогда он просто оттолкнулся, надеясь, что ничто его случайно не придавит.

Сухие иголки больно впились в лицо, но в остальном ему жутко повезло: он только один раз ударился о дерево, а потом тут же упал на землю. Можно даже предположить, что ребра не сломались, а максимум треснули. Но не успел охотник порадоваться своему счастью, как что-то резко дернуло его вверх за шиворот куртки.

– Беги! – прокричало ему в лицо создание тьмы.

Кристалл сгинул где-то во мраке Леса и сейчас только мягкое свечение крыльев Серры, которую существо закинуло на плечо, позволили Ятри рассмотреть расширенные зрачки амару. И тогда Ятри побежал. Он не знал, куда бежит, только что делает это на пределе своих возможностей. Однажды пришлось убегать от своры обозленных пьяных оборотней, и тогда он это делал значительно медленнее. Что такое волки, когда тут сам Черт кусает за пятки?

Остановился он только тогда, когда Вес упал.

– Эй-эй-эй, ты чего?!

Ятри тут же подскочил к нему и попробовал поднять, но только потом понял, что они находятся в живом лесу, а первые лучи солнца уже зажигают ярко-зеленые свежие листочки на макушках деревьев, чувство присутствия тварей значительно уменьшилось.

– Нога… сломалась… – с трудом прошептал Вес, получше укладывая бессознательную Серру.

Рассматривая бессмертного, Ятри понял, что ему самому действительно невероятно сильно повезло. В том хаосе охотнику удалось отделаться лишь царапинами и синяками. На шее Веса красовались три глубоких пореза, которые и мешали ему говорить. Левую руку он явно слишком часто использовал в качестве щита: даже кости предплечья были изгрызены, от мышц остались лишь ошметки. Ранения его тела было рассмотреть трудно из-за слоя грязи и крови. Из правой ноги торчал осколок кости.

– Тебе стоит подумать над приобретением брони. Хотя бы наручи… – рассеяно пробормотал Ятри.

Вес прислонился спиной к дереву и как-то странно посмотрел на него, а потом рассмеялся. Точнее, попытался. Понять это можно было по крови, которая толчками полилась из ран на шее. Потом амару закашлялся, сплевывая всю ту же темную кровь.

– Почему ты не регенерируешь?

Вес снова кашлянул и попробовал ответить:

– Нет… энергии…

И сразу же перестал дышать, лишь бы кашель не выбил из него все последнее.

– Тебе нужна кровь?

Вес только моргнул. Ятри вздохнул, но начал отстегивать наруч.

– После этого ты мне все расскажешь, понял? Что сделала Серра, зачем ты впутал нас во все это, – заметив приподнятую бровь амару, Ятри фыркнул: – ты предложил идти, хотя вполне мог договориться с хозяином таверны. С твоей-то магией. Ты предложил схорониться на территории ведьмы, хотя наверняка знал, что та заинтересуется Серрой, если ее увидит. Ты все это подстроил, хотя, видят боги, я не знаю зачем. Или же ты просто мазохист. Особо извращенный мазохист.

Вес улыбнулся так, словно был учителем, а Ятри особо глупым учеником, неожиданно быстро разобравшимся в новой теме. Улыбка эта охотнику не понравилась. Стало ясно, что амару расскажет правду, но так, что в этот раз ученик точно ничего не поймет.

«Хотел увидеть клыки, вот получай», – подумал Ятри, наблюдая, как из-за обычных клыков Веса появляются друге – тонкие и острые.

– Без яда только! – вовремя вспомнил, а амару издевательски подмигнул: поздно рыпаться, когда чужие клыки уже в твоем запястье. Однако, особого дискомфорта Ятри не испытал, лишь почувствовал, что захотелось очень сильно спать, а запас его магии изрядно уменьшился, впрочем, ей он все равно не умел толком пользоваться.

Сразу же после того, как Вес оторвался от руки охотника, на его лице отразилось блаженство, но в следующую секунду черты исказились в выражении ужасной муки, да так и застыли. Ятри только завороженно наблюдал, как кость скрывается в ноге, вставая на место, а на левой руке Веса начинают заново расти мышцы.

Охотнику подумалось, что это немного неприлично, поэтому он отвел взгляд. Из сумок у них осталась только та, которую несла Серра, остальные пропали в Черном Лесу, упущенные в пылу драки. Ятри проверил, удобно ли лежит цара и не требуется ли ей помощь, но девушка мирно спала, только на лбу разбухала шишка. Вес относительно хорошо справился со своей работой.

Когда Ятри вернулся из леса с охапкой хвороста, то амару уже сидел рядом с Серрой и встревоженно смотрел на нее.

– Ты не должен больше далеко от нее отходить, – немного хрипловато сказал Вес.

– Ну так объясняй, во что я ввязался.

Вес тяжело вздохнул, прячась от солнечных лучей в тени дерева. Солнце не могло убить амару, как оно это делало с вампирами и упырями, но хорошо прижигало их бледную кожу, так что даже с этой невероятной регенерацией восстановление занимало много времени и причиняло боль. Ятри молча снял свою куртку и передал ему, чтобы можно было прикрыть разорванную одежду. Вес благодарно кивнул. Морщась от отголосков боли, он тихо начал объяснения.

– Слышал когда-нибудь о детях удачи?

Ятри смутно припоминал одну легенду, но отрицательно помотал головой.

– Такие люди обладают редким даром, хотя скорее проклятием. Они могут отдать свою удачу другому человеку. Иногда это больше похоже на слияние душ. Была одна грустная легенда про двух влюбленных, там в конце девушка, обладающая таким даром, погибла, но ее душа слилась с душой ее любимого. Там все достаточно странно закончилось, да и не в этом суть, надеюсь, нам удастся избежать вообще какой-либо смерти. Главное, что менее моральные колдуны и просто недобрые люди выискивают таких детей удачи и насильно заставляют заключить этот контракт.

Вес сморщился и замолчал, положил руку себе на грудь, переводя дыхание.

– Все еще больно?

– А ты как думаешь? – огрызнулся Вес, но от этого ему стало только еще более, и он перестал дышать вовсе.

Ятри разжег огонь, надеясь, что так бессмертному станет лучше, все равно темных сил можно не бояться днем. Попутно он размышлял над услышанным.

– Так а как все вернуть назад ты знаешь? Мне не нужна ее удача.

– Не знаю. Но ты не должен отходить от нее далеко, иначе она может случайно умереть.

Огонек разгорался, а охотник печально посмотрел на мирно спящую Серру. Должен быть способ освободить девушку от проклятия. Только вот, если такая возможность действительно существует, то та же Лисма будет преследовать ее. Да даже то, что цара находится так далеко от своей родины, говорило, что кто-то еще помимо ведьмы знает. И если жадности темной еще можно было доверять, то неизвестным нет.

– Слушай, в этой деревушке, Халу, там есть небольшой храм Приты. Может, жрецы что-то знают? Они хороши в снятии проклятий.

Вес приоткрыл глаз, заметил разгорающийся костер и потянулся ближе к нему.

– Если там будет хоть один настоящий жрец, то можно даже рассчитывать на помощь богини. Хорошая мысль, охотник.

Ятри бы ни за что не признался, но похвала амару его приободрила. Вес еще немного помолчал, всматриваясь в сторону Черного Леса, а потом тихо произнес:

– Ложись, вздремни, я буду сторожить. Мне отдых не нужен.

Ятри очень не хотелось доверять Весу, но уставшее тело было другого мнения. Охотник кивнул и, как только голова коснулась мягкого наста старых листьев, то сразу же провалился в тяжелый сон, наполненный страхом Черного Леса и неясными переживаниями за будущее.

Через секунду из сна его вырвал невероятно приятный запах жареного мяса. Ятри вскочил, напрасно хватаясь за меч. Серра все еще спала, а Вес сидел возле костра и жарил на нем зайца.

– Надеюсь, тебе хватило времени отдохнуть?

Голос амару вернулся в норму, а вместе с этим вернулись и нотки превосходства и пренебрежения. На лице его больше не было грязи, куртка Ятри была плотно застегнута, видимо, рубашку и пиджак было не спасти. Самые большие дырки на штанах он заштопал быстрыми и не особо аккуратными стежками. Глубоко надвинул капюшон, так что Ятри не сразу увидел, что на носу у Веса теперь были круглые черные очки. Рядом с ним лежала сумочка Серры, а на ней открытый блокнот с какими-то записями, видимо, зашифрованными, потому что для охотника ни одно слово не имело смысла.

Солнце уже прошло высшую точку и клонилось к горизонту. Секунда оказалась парой часов.

Безмятежную тишину леса вдруг прервал пронзительный крик – проснулась Серра.

– Нет, нет, нет! – кричала девушка, слепо шаря по земле руками.

Ятри быстро подскочил к ней и прижал к себе. Зашептал что-то успокаивающее и начал гладить по мягким перьям на голове.

– Не надо… – тихо всхлипнула Серра и уткнулась ему в грудь.

– Все кончилось, тише, ты в безопасности.

Яри говорил, но прекрасно понимал, что их злоключения только начинаются. Он винил в этом Веса, но где-то внутри понимал, что за девушкой рано или поздно все равно бы пришли.

– Принцесса, дорогая, ты намного смелее, чем сама думаешь, – сказал Вес, снимая с огня зайца. – Поешьте, надеюсь, это будет хотя бы съедобно, я не готовлю обычно. Нам нужно успеть словить какую-нибудь повозку и добраться до Халу до заката. В жилой пункт ведьма так просто не сунется, особенно если там есть храм светлой.

Вес протянул им зайца, а сам вернулся в тень дерева. Мясо у амару получилось суховатым и пресным, но грех был жаловаться на завтрак, за которым бегал кто-то другой. Серра не произнесла больше ни слова. Собрав все пожитки, они отправились на тракт в надежде, что добрые люди им помогут. У Ятри вызывал сомнения только облик Веса: порванные брюки совсем не шли к кожаной куртке, которая вдобавок неярко светилась, не признавая хозяина. Полностью закутанное лицо и очки, которые во всем остальном мире все еще стоили бешеных денег, совсем не добавляли его виду дружелюбности. Может, люди в повозке попадутся подслеповатые или Ятри удастся столкнуть амару поглубже в лес, чтобы его не сразу увидели потенциальные помощники.

Глава 7. Боги и их жрецы

А вот фразу «ты не должен отходить от нее далеко» Ятри понял в полной мере, когда Серра возвращалась на дорогу из леса. Поиски кустика попышнее, дабы справить нужду, завели девушку слишком далеко, так что на обратном пути удача оставила ее, ногой она угодила прямиком в силки и теперь висела на дереве вверх тормашками, забавно размахивая большими крыльями.

– Нога болит, – со слезами в глазах пожаловалась цара, стараясь не смотреть на стопу, торчащую под неправильным углом.

– Лодыжку вывихнула. Это же надо так неудачно… Оу, я понял.

Вес только издевательски повел бровью, так и говоря: «Неужели, правда доперло?». Амару уже держал в руках деревяшки для будущей шины и веревку.

– Хочешь обезболивающее или потерпишь, пока будем вправлять?

Серра упрямо замотала головой, словно пыталась хоть так оправдать звание смелой девушки, которая осталась в живых в Черном Лесу.

– Потерплю.

Перья у нее на голове распушились, а губы она сжала в тонкую полоску. Вес пожал плечами, вручил Ятри деревяшки, при этом многозначительно ему подмигнув, и нежно взял в руки правую ногу цары. Кивнул, подавая охотнику следующий знак.

– Три… два…

На «два» Ятри громко стукнул деревяшками у Серры прямо над ухом, девушка испуганно вскрикнула, а Вес тем временем на «один» вправил сустав. Ничто не помешало Серре снова вскрикнуть и второй ногой лягнуть амару в плечо. Тот этого словно не заметил и только аккуратно провел по стройной ножке цары.

– Ну будет тебе, принцесса. С полной уверенностью заявляю, что когда ногу отрывают, то это намного больнее.

Вес добродушно улыбнулся, а его острые черты лица заметно смягчились. Но это не успокоило боль в ноге Серры.

– Это не оправдание! – упрямо заявила девушка и скрестила руки на груди.

– Ну будет тебе, будет. Хочешь, я тебя понесу?

Серра подняла носик повыше и капризным тоном, прямо как самая настоящая принцесса, ответила:

– Хочу!

Вес не переставал улыбаться и аккуратно накладывал шину, а Ятри не мог перестать удивляться, как в одной личности помещается так много других. Мысль о том, что амару просто хороший актер, Ятри упрямо отгонял прочь. Он чувствовал искренность. А может просто спустя столько лет все еще видел только хорошее в людях. Охотник скривился, последний раз такая неосмотрительность привела к катастрофе. Не хотелось совершить ту же ошибку, но и путешествовать, не доверяя спутнику, ему было сложно. Так что Ятри просто не спешил делать какие-либо выводы.

– Ятри, – отозвался Вес, прислушиваясь к чему-то, – там повозка едет. Нет, скорее карета. Иди попробуй ее приостановить, мы догоним.

– А расстояние не большое?

– Пять метров, Ятри, не драматизируй. Тем более я рядом. Давай, я почти закончил.

Охотник пожал плечами и вышел на тракт. Поднимая тучу пыли, со стороны Празана действительно ехала карета, запряженная тройкой лошадей. Ятри не нашел ничего лучше, как стать посреди дороги и начать размахивать руками. Он уже был готов отскочить в сторону, когда возница все-таки остановил лошадей. Из неказистого и излишне вычурно завешенного пестрыми тканями экипажа показалась кучерявая голова недовольного пассажира.

– Что за задержка? – голос у него был пронзительный, немного даже визгливый, как для мужчины, но потом кучерявый увидел Ятри. – Ты кем будешь? Почему смеешь задерживать жреца великой Приты?!

Большие и, вероятно, до появления в них выражения непоколебимого превосходства, очень даже красивые янтарные глаза с подозрением смотрели по сторонам. Логично было подозревать худшее, хотя по наблюдениям охотника даже самые отпетые головорезы предпочитали держаться подальше от границ Черного Леса, но Ятри все равно поспешил заверить его, что беспокоиться не о чем, просто их подруга повредила ногу и, раз уж его светлейшество все равно направлялся в храм, то было бы очень мило с его стороны их подкинуть.

– Подруга?

Ятри очень не понравилось, как жрец при этом поджал губы. Охотник видел хорошее там, где было хоть что-то, этот же парень, которому нельзя было дать больше двадцати пяти, пока что вызывал только отвращение. Ятри уже приходилось встречаться с божьими служителями, которые во всю пользовались своим титулом, только вот подавляющее их большинство были темными.

– Так вы поможете нам?

Тут из леса донесся возглас Веса: «Боги, Серра, крылья!» – потом только треск веток. Смяв случайно куст, амару вышел на дорогу, держа сопротивляющуюся девушку на плече. Серра отчаянно махала крыльями, так что Весу пришлось придерживать и очки, и капюшон.

– Я понимаю, как это может выглядеть, но по-другому ее нести очень сложно.

– Бесчувственный мертвый хам! – вскрикнула Серра и еще сильнее забила крыльями.

Взгляд же жреца был сосредоточен лишь на одной точке: попке Серры, которую так соблазнительно облегали легкие штаны. Вес, как и Ятри, это заметил.

– Я бесчувственный мертвый хам, а вас как величать, уважаемый?

Ятри сказал бы, что это не самая лучшая тактика разговора, ведь им нужна была помощь, сколь не противным был протягивающий руку, но жрец на это не обратил внимания.

– У девушки что-то с ногой? Давайте ее в карету, тут есть подушки, устроим с комфортом. Правда… Ее крылья могут занять все место.

Вес только фыркнул.

– Ятри щуплый, поместиться, – и аккуратно передал свою ношу отнюдь не щуплому охотнику. – Так как, говорите, ваше имя?

– А? А, Поликарп Сантхеми, давай, давай, осторожно, вот так.

Жрец уже во всю хлопотал вокруг Серры, стараясь как можно чаще прикасаться к ее телу и вообще держаться поближе. Только когда цара смогла устроиться удобно, Ятри заметил, что с его товарищем происходит что-то странное. Вес стоял на месте и, прикрыв рукой и так закрытый повязкой рот, мелко дрожал.

– Вес, все в порядке?

– П-полик-карп, – сдавленно сказал амару и положил свою руку Ятри на плечо, – Поликарп, – потом он и вовсе уткнулся охотнику в плечо, стараясь спрятать там смех.

Чуть переведя дыхание, но все еще хихикая, он объяснил:

– Это же как полиэтилен, только вместо углерода там – ха-хах, ой, не могу – карпы.

И потом он все-таки не выдержал и заржал в полный голос.

– У вас там все хорошо? – спросила выглянувшая Серра. Вслед за ней появился и сам Поликарп, явно ничего не понявший, но уже обидевшийся.

– Думаю, мы стали свидетелями шутки прямиком из Камико. Вот поэтому там все такие зануды, – заключил Ятри и хлопнул товарища по плечу.

Вес махнул рукой, мол, все, прошло и забрался на козлы, совсем немного потеснив возницу, плечи у амару были значительно уже, чем у охотника.

– А чой-то ты весь закутанный? – задал возница несомненно важный вопрос, который упустил жрец, занятый более приятными мыслями.

– Светочувствительная кожа, – Вес поднял палец вверх, словно для собеседника это все объяснило.

Возница не стал спорить, только пожал плечами и причмокнул лошадям.

***

К сожалению смех из Веса выветрился уже совсем скоро, его прогнало нарастающее раздражение. Амару точно знал, что Поликарп лишь выдает себя за жреца, а реальной силой и благоволением богини не обладает. Это не было чем-то из ряда вон выходящим. Послушник мог находиться в поисках своего бога, на храмы часто работали вообще далекие от служения люди. А Поликарп в наглую врал и пользовался тем, что обычные люди не отличают осененного божественной аурой от простого проходимца.

Вес вообще рассчитывал, что сможет отключить биение сердца и немного расслабиться по пути, но постоянная болтовня Поликарпа не позволила ему сомкнуть глаз. Чем ближе к деревне они приближались, тем более похабными становились комментарии жреца и тем выше он позволял себе массировать травмированную ногу Серры, на сколько Вес слышал. Даже Ятри этого не выдержал и сделал Поликарпу замечание. Наглеца это не сильно остановило, более действенным оказался «случайный» пинок от Серры.

Солнце уже почти скрылось за горизонтом, когда они въехали в Халу, но вместо того, чтобы с облегчением стянуть с себя повязку и капюшон, Вес сильнее насторожился. То, что исходило от этой земли очень сильно напомнило ему Черный Лес, разве что в десятки раз тоньше. Ощущение зла только увеличилось, когда они оказались возле храма богини Приты, но дело тут было в контрасте. Вес облегченно выдохнул, когда все тело закололо от светлой энергии, излучаемой святым местом. Хотя бы один настоящий жрец тут есть, а значит можно ожидать помощи от богини.

Амару получил настоящее удовольствие, наблюдая, как Серра бьет Ятри по лицу крыльями, пытаясь аккуратно выбраться из тесной кареты. Он торжественно улыбнулся, когда маленький, но весьма тяжелый для своих размеров кулачок цары влетел охотнику прямо в глаз. Сценка подняла ему настроение, но потом он сделал неосторожный шаг в сторону храма, и ужасная судорога скрутило все тело. Весу стоило великих усилий просто вернуться назад. С Притой у него были сложные отношения.

– Поликарп! – стараясь снова не заржать, подозвал жреца Вес.

Тот с явным сожалением отвлекся от облапывания Серры и подошел к нему.

– Чего еще?

Вес постарался состроить максимально безобидное и извиняющееся лицо, входя в роль маленького человека с еще более меньшими ожиданиями от жизни.

– Это ведь ваш замечательный храм, верно? То есть вы в нем служите и живете?

Поликарп горделиво поднял голову.

– Верно.

– Мне ужасно неудобно вас об этом просить, но, видите ли, моего бога несправедливо, – на этих словах покалывание под кожей на секунду увеличилось: Прита так не считала, – недолюбливают все другие боги. Я имею в виду и темные, и светлые, и никакие. Только Аго меня любит, но он вообще все мозги любит. Так вот, – Вес начал тараторить, видя, что трепыхающаяся в руках Ятри девушка забирает все внимание жреца, – мне нужно разрешение любого работника, чтобы войти на территорию храма. Если вы соизволите меня пригласить, то в долгу я не останусь.

– Что за ерунда? – фыркнул Поликарп, но собеседник его был серьезен. – Кто ваш бог?

Вес просто снял свои непроницаемые очки.

– Смерть.

Он очень старался не улыбаться. Знал, какую реакцию в таких ситуациях вызывает его улыбка. Невинной она никогда не выходила при таких словах.

Поликарп испуганно сделал два шага назад.

«Черт, улыбнулся», – подумал Вес и тут же стер всякое выражение эмоций со своего лица. Каждый раз так. Может, дело все-таки в глазах?

– Ты вампир!

У Веса нервно дернулся глаз. Поликарп только что окончательно пробил дно и вошел в ранг кровных врагов.

– Уважаемый, – Вес очень пытался произнести это не так, как если бы он сказал «говноед», Вес вообще не ругался, – я амару, и я торжественно клянусь, что не собираюсь никого насильно лишать жизни. За своего бога не ручаюсь. Я могу предложить оплату любого рода, я бы просто не хотел оставлять друзей без присмотра.

Поликарп посмотрел на очки в руках Веса. Паренек сейчас на пределе своих возможностей соображал, какую выгоду он может извлечь из всего этого безобразия. Амару не каждый день встречаются, и не каждый день ты можешь просить у них что угодно.

– У тебя есть что-нибудь из Камико?

Вес улыбнулся. Как бы его не коробило от таких людей, именно они были самым удобным материалом для работы и развлечения. А за последнюю сотню лет жизнь почти не предоставляла ему поводов повеселиться. Что он только все это время делал? Больше половины жизни ушло в никуда, а он…

Вес отмахнулся от ненужных мыслей. Без сомнения, это все чистое Добро с одной стороны покалывающее кожу, а с другой чистое Зло, источаемое самой землей и скручивающее кишки.

– О, у меня есть просто невероятное приспособление! – амару улыбнулся так, словно жрец заключал сделку с самим Чертом или Огнем. – Особенно жрецам оно придется по вкусу! Момент, только заберу его у принцессы.

– Принцессы?

Вес четко услышал, как быстрее забилось сердце жреца. Прямое попадание. Вес изобразил нашкодившего щенка.

– Черт, слушай, я не это имел в виду. А, послушай, не говори ей об этом, хорошо? Я обещал называть ее только по имени. Обещай мне, что никто не узнает.

Вес уже тряс замечтавшегося Поликарпа, надеясь, что все те грязные мысли никак не отразятся на самочувствии Серры. Жрец, конечно, не настоящий, но на магии может знаться неплохо.

– Не скажу, не волнуйся. Эта тайна останется со мной, не будь я жрецом великой Приты!

Вес нарочито серьезно кивнул и пошел к своим спутникам, которые все-таки смогли выбраться из кареты, пусть и с потерей нескольких перьев.

– Серра, милая, дай мне сумку.

– А что случилось? Проблемы? – спросила цара, вытягивая из перьев нитки и листочки, она успела и на земле поваляться.

– Да так… – Вес неоднозначно махнул рукой. – Ятри, могу я тебя попросить не называть Серру принцессой в присутствии посторонних?

Охотник нахмурился, явно чувствуя подвох.

– Почему?

– У меня есть одна идейка насчет этой деревушки. Просто подыграй мне, хорошо?

Ятри уткнул руки в бока.

– Как я должен был это сделать в доме ведьмы? Либо ты мне все рассказываешь, либо выкручивайся сам.

Вес ожидал этой реакции. Амару склонился ближе к уху охотника и зашептал:

– Я же вижу, тебе тоже не нравится этот жрец. Просто подыграй мне, и мы посадим его в лужу даже не запачкавшись брызгами. Ну же, тебе понравится, обещаю.

Ятри с подозрением посмотрел на него, потом на Серру, ища поддержки, но в данный момент пацифистка цара не имела ничего против маленькой мести жрецу.

– За такие дела тебя изгнали из Камико? – в итоге спросил охотник.

– Отчасти.

Вес не стал врать, ему нужна была поддержка, да и не имело это никакого смысла. Ятри закатил глаза, но кивнул. Амару торжествующе улыбнулся и вернулся к жрецу со своим чудо приспособлением.

– Узри же, человек, дар бессмертных! Это перьевая ручка, которая не дает клякс! Только посмотри, кончик не надо подтачивать, не надо больше ощипывать гусей. Всегда идеально острое. Сюда нужно лишь перед письмом заливать чернила и почаще чистить. Многим из нас такие приспособления служат в течении десятков лет, а ты должно быть знаешь, что долговечность для нас приоритетное качество!

Вес расхваливал ручку как одно из чудес света. Глаза жреца горели алчным блеском, в своей голове это творение бессмертных не просто не оставляло клякс, а само переписывало многотомные писания святых. Вес мог бы построить печатный станок, но у всего должны быть рамки. Одним из условий путешествий амару было не выдавать никаких секретов прогресса, иначе весь эксперимент, который длился уже не одно столетие, пойдет насмарку. Ручки и очки были признаны безопасными. А также контактные линзы и крем против загара, но это добро у него закончилось уже давно, а новое купить было нереально.

В общем где-то между восторженными вздохами Поликарп пробубнил: «Приглашаю тебя на территорию храма богини Приты, жрец Смерти». Вес облегченно выдохнул и отправился за Ятри и Серрой разыскивать какого-нибудь целителя.

Хам был небольшим. В центральном помещении находились скамейки для прихожан и алтарь для мелких жертвоприношений. Но нужно отметить, что вся обстановка была выполнена с душой. Красивые барельефы на стенах изображали природу: пышные луга пшеницы, где колосья склонялись почти до самой земли под собственным весом, полевой луг изображен с таким мастерством, что Вес мог легко отличить один цветок от другого. Сам же алтарь был исполнен в виде очага, в котором находилась гипсовая скульптура огня со вставленными в нее красными кристаллами.

Витражи и множественные стекольные вставки твердили о прошедшем богатстве, а слабо мерцающие кристаллы алтаря наводили на мысль о сложной системе зеркал, хитро спрятанной в стенах. Даже ночью сюда попадал свет, а магия святого места его усиливала, так что в основном помещении храма стоял уютный полумрак.

Вес не понимал, почему люди, постоянно испытывая недостаток в ресурсах, тратят так много на ублажение богов, хотя тем всегда хватало простой молитвы. Но он также был этому рад. Тут было красиво и, наверное, умиротворяюще, злопамятная богиня продолжала его мучить, пусть не так болезненно, как без приглашения. Со Смертью все было проще. Каждое поле битвы – алтарь, каждое убийство – жертва. Да и особых правил бог не ставил.

Налюбовавшись вдоволь, путники двинулись в левое крыло, где должны были находиться технические помещения. Госпиталь нашелся в самом конце не слишком длинного коридора, тут уже не было такого богатства, как в основном помещении. Только несколько не самых красивых гобеленов, чтобы сохранить побольше тепла в камнях, кое-где обитых деревом.

– Ну что же вы так долго, меня уже Смерть заждалась, а вы все не приходите, – проворчала старушка, склонившаяся над свечами.

Глава 8. Окончание долгого дня

Вес застыл. Перед ним была жрица и при том могущественная, но за ее спиной он видел не только светлую Приту. Серра, опирающаяся на его плечо, ударила ручкой, поторапливая.

Вес и Ятри поудобней усадили девушку на одной из восьми кроватей и только потом согнулись в почтительном поклоне. Амару был впечатлён чувствительностью охотника к магии, но никак это не прокомментировал. Все его внимание было приковано к старой жрице. Бессмертный в принципе уважал старых людей, а если им удавалось сохранить силу в тщедушных телах, то таких он ставил выше всех древних мудрецов Камико просто потому, что у этих обычных людей хватило смелости состариться и прожить полную жизнь. Мертвец прекрасно понимал, что лишен многих привилегий живых, и не сильно об этом сожалел. Он просто уважал жизнь, особенно когда она проявляла подобную стойкость в борьбе со временем.

– Ой, чего же вы на меня так вылупились. Смущаете старушку, ей-богу. А если и пялится, то стекла свои снял бы, мил жрец.

Вес послушно стянул очки. Перед жрицей не было никакого смысла притворяться или лгать. Сейчас она была более зрячей, чем самые острые глаза любого из расы цар. Ятри только бросил на него очередной взгляд «когда ты уже начнешь рассказывать мне правду». Вес проигнорировал его. Когда-нибудь, когда сам Ятри расскажет свою правду.

Старушка же поднесла свечу ближе к парням, рассматривая, а потом и к Серре.

– Ну и впутались же вы. Горе, а не молодежь. Не могу я помочь вашей беде, – ответила жрица на незаданный вопрос. – Я постаралась сделать кое-что, но надолго его не хватит.

Она протянула Ятри плетеный из кожи браслетик с большим янтарем посередине, такой же отдала Серре.

– Надевайте, они позволят вам отходить друг от друга на большее расстояние, может пташка хоть взлететь сможет, – на этом моменте соскучившаяся по небу Серрза засияла и прижала браслет к груди. – Но они лопнут, как только вы разойдетесь слишком далеко, и если произойдет мощный выброс магии!

Жрица предупреждающе помахала узловатым пальцем, а потом закашлялась. Вес все четче видел тень своего бога за ее спиной. Жалость сжала его сердце, как и каждый раз, когда угасала столь старая жизнь. Он так и видел весь тот опыт, который разлетается на мелкие кусочки и превращается в ничто. Однажды пришлось наблюдать, как горит библиотека, чувствовал примерно то же самое.

– Спасибо вам большое! – сказала Серра, пытаясь обнять свою спасительницу. – Что мы можем сделать в ответ? Если есть хоть что-то…

На глазах девушки навернулись слезы, когда старушка отрицательно закачала головой и снова закашлялась.

– Это все богиня, нравишься ты ей, пташка, но ты и так это знаешь. А мне уже ничего не надо. Разве что, у меня есть одна просьба, – жрица перевела дыхание и наложила руки на больную лодыжку цары. – В этой деревне есть зло, ты, жрец, наверняка его почувствовал. Свет богини сдерживал его, но когда я уйду, то не останется здесь ничего светлого и тогда… – жрица тяжело вздохнула. – Если вам удастся извести эту пакость, я буду вам благодарна.

– Мы сделаем все, что в наших силах, – Ятри снова поклонился.

– Хорошая шина, – старушка закончила исцелять ногу Серры и теперь поглаживала мягкие перья крыльев. – Еще, если господину жрецу не будет в тягость, я бы хотела попросить об одной услуге…

Ей не надо было продолжать, Вес и сам все понял. Не единожды он провожал умирающих в последний путь, скрашивая одиночество и облегчая боль.

– Конечно, это меньшее, что я могу сделать для вас.

Старушка благодарно улыбнулась, а потом охнула от неожиданности, когда Серра уткнулась в ее пеструю шаль, накинутую поверх рясы.

– Простите, – девушка отстранилась, пытаясь утереть выступившие слезы, – у меня была бабушка, вы так на нее похожи, только без крыльев, – залепетала обычно молчаливая цара, – и она умерла, а я так и не обняла ее. Простите…

– Тебе не за что просить прощения, пташка.

Жрица погладила ее по голове и дотронулась до щеки, потом снова обняла.

– У меня никогда не было внучки, но, думаю, я была бы рада, если бы она была похожа на тебя.

Совсем неважным было, что сегодня они встретились впервые. Сейчас жрица знала историю каждого из них.

– Береги пташку, ты хороший человек, охотник, – она сжала его плечо, словами попав прямо в сердце, судя по скорбному выражению лица Ятри.

Потом она молча приняла подставленный локоть Веса и, опираясь на него, зашагала вперед со странной царственностью в походке. Никто из тройки не знал эту женщину, но для каждого в эту ночь она воплотила в себе родную бабушку. Сердце сжималось от любви и тоски, но в итоге оставалась только теплая и даже приятная грусть.

Весу же еще предстояло проводить ее до той границы, за которой он однажды оставил свою душу.

Амару никак не мог взять в толк, почему здесь никого нет, почему никто из других самопровозглашенных жрецов не дежурит возле умирающей старушки. Они не светлые, но ведь все еще люди. Даже когда он сам умирал, рядом были старейшины и родители, хоть уже тогда испытывали к нему стойкую неприязнь.

– Не зыркай ты так, не придет никто. Они боятся меня, – сказала жрица, удобней устраиваясь на своей мягкой постели.

В комнате почти не было вещей. Кровать, тумбочка со статуей богини и свечой на ней, шкаф, книжная полка, стол, так же заваленный разными свитками и инструментами для магии, да несколько небольших портретов, изображающих красивую девушку в обнимку с высоким молодым человеком. Обстановка собственных жилищ без излишеств всегда была характерной чертой светлых жрецов.

– Почему они вас боятся? Вы же светлая?

Старушка задумчиво посмотрела на деревья цветущей вишни за окном, их силуэты, очерченные белыми лепестками цветочков, чем-то напомнили Весу призрак невесты. Нехорошая то была ассоциация, благодать покидает деревушку Халу.

– Зло в течение многих лет проделывало дорожки для своих корней в их сердцах, особенно окрепло оно за последний год. Это зло приказывает им бояться, потому что само боится. Если ничего не сделать, то Халу исчезнет с лица земли, как когда-то исчезла Дики. Слышал эту историю?

Вес кивнул. В свое время ему пришлось подробно изучить то, что произошло там четырнадцать лет назад. Люди думали, что всех жителей изничтожили твари из Черного Леса, но это было не так. Твари никогда не оставляют ничего живого. Тут же не пострадали животные и даже спасся один ребенок, которого только чудо и прозорливость старой ведуньи отвадили от склизкой дорожки мести. Да и мстить было некому. Тот человек, что, превратившись в монстра, вырезал собственную деревню, в качестве платы отдал свою душу и тело Джанавору.

– Так вы думаете, что тут живет такое же зло?

– Зло никогда не бывает одинаковым, – тихо произнесла жрица, было видно, что силы ее на исходе. – Это зло само любит играть в человека.

Амару кивнул и присел на край кровати. Взял жрицу за руку и покрепче сжал, ему был приятен жар ее кожи. Старушка только слабо улыбнулась.

– У тебя красивые зеленые глаза, жрец Смерти, – Вес, твердо уверенный, что после смерти радужка у него исчезла, вздрогнул. Что сейчас видела умирающая женщина, какие тайны открыли ей боги?

– У моего мужа были похожие. Скоро я их увижу снова. Знаешь, у нас была мечта, мы хотели однажды встретить кого-нибудь родом с Парящих Островов и напроситься в гости. Увидеть их невероятные храмы, встретить рассвет, сидя на самой высокой колонне, провожать закаты, свесив ноги с какого-нибудь уступа. Нам было так хорошо вместе, – старушка неуклюже смахнула подступившие слезы, – и снова будет, правда ведь, жрец?

Весу трудно было удержать взгляд на ней. Свет уходящей жизни слепил его, но он не смел отвести глаза.

– Будете, – мягко, как только мог, ответил, – он сядет рядом с тобой, разодетый в свой лучший сюртук и чистые ярко-зеленые носки, как бы невзначай коснется твоих пальцев, придвинется ближе и тихо прошепчет: «Скучала?». Он будет кружить тебя в воздухе и смеяться. Он снова будет целовать твои мягкие губы и гладить по щечке, приговаривая: «Моя пташка». Потом он попросит закрыть глаза, и в следующий момент вы окажетесь высоко в небесах, а под вами раскинется бескрайний океан и зеленые луга ферм. Вы будете лететь все выше к свету. Вы будете так счастливы, что мысль о пробуждении от этого прекрасного сна покажется дикостью. И вам не нужно будет просыпаться уже никогда…

Вес смотрел на деревья вишни и видел под их сенью пару влюбленных. Красивая молодая девушка тихонько хихикала, то и дело даря высокому мужчине краткие поцелуи. Потом она побежала вперед и спряталась за деревом. Выглянула, показала язык своему любимому и снова спряталась. Парень рассмеялся и побежал за ней. Так, перебегая от дерева к дереву они удалялись, пока совсем не растаяли в ночи.

Больше ничто не слепило чувствительные глаза мертвеца, присутствие злопамятной богини не покалывало кожу, только тяжелый камень тянул вниз его сердце.

– Когда же ты придешь ко мне, милый? – послышался мелодичный, словно журчание ручейка, женский голос.

Вес повернулся к двери. Прислонившись головой к косяку, там стояла девушка. Самая красивая девушка, которую только встречал за свою жизнь бессмертный. Серебристые волосы мягкой волной ниспадали до самых пят и колыхались от каждого, даже самого незначительного движения. Большие аквамариновые глаза смотрели на него с тоской, яркие алые губы молили, чтобы их накрыли поцелуем, мягкие изгибы тела манили дотронуться до них. Девушка протянула к нему бледную руку и снова заговорила:

– Я жду тебя уже так долго…

А потом она назвала его по имени. Не тому, которого он лишился, не тому, что сам выбрал, а по тому, которое однажды прошептала ему Смерть.

Страшная боль прокатилась по всему позвоночнику. Вес упал на пол, руками потянулся к загривку, словно мог содрать с себя проступившую на коже метку, что сжигала его заживо. Но ничего не могло помочь ему, кроме ее прикосновения.

– Я буду ждать тебя, я никогда не покину тебя, любимый.

Она поцеловала его в макушку, освобождая от собственного проклятия. Облегчение холодной волной пронеслось по его горящему телу. Она ушла. Они все ушли.

– Сата, – тихо произнес Вес ее имя, чтобы снова почувствовать себя более живым, чем мертвым.

По коже прошла дрожь, сам того не заметив, он вернул своему телу полную жизнеспособность, на что протестующе отозвался болью пустой желудок. Вес тут же усыпил все, кроме нервной системы, мышц и сердца. Тяжело опустился на кровать рядом с телом жрицы. Ее лицо выражало покой, значит задача была выполнена, а это радовало его больше, чем расстраивала встреча с мертвой подругой.

Амару почувствовал, что не может больше находиться в этой комнате. Тут было слишком душно, пусть он и не дышал. Так что Вес поспешил вернуться к своим живым друзьям. У него было еще много дел, а ночь только началась.

Только вот за дверью его уже ждали четверо мужчин, возглавляемые самим жрецом Поликарпом. Только угнетенное состояние не дало Весу улыбнуться, при виде этой кучерявой несуразности в ночной рубашке и с факелом в руке.

– Что ты делал в комнате жрицы Вирлины?

«Так вот как ее звали, – перед глазами Веса предстала молодая девушка, что бегала между деревьями, – красивое и очень ей подходит». Только потом он вспомнил, что в комнате осталось лишь мертвое тело, а его, можно сказать, только что застали за возможным преступлением. Неудобно.

– Светлейшая плохо себя чувствовала и попросила меня сопроводить ее.

Даже почти не соврал, можно собой гордиться.

– Пропусти меня, я хочу с ней поговорить. Что-то странное случилось.

Каким бы ни был испорченным Поликарп, но и он почувствовал уход богини.

– Но она уже спит, не стоит ее будить. Разве вопрос не подождет до утра?

Вес настойчиво закрыл дверь, перегораживая собой путь.

– Не подождет, отойди! – но видя, что амару не собирается выполнять его приказ, парень добавил: – Ты мой гость в этом храме и будешь делать, как я скажу.

За его спиной покивали другие псевдожрецы, Вес не хотел раскрывать то, что в общем-то земля храма уже совсем не святая и никакое приглашение ему не нужно, но решил выбрать что-то между двумя крайностями. Он начал очень медленно отходить от двери. И так раздражённый сильнее некуда Поликарп ожидаемо вспыхнул и замахнулся на Веса рукой, желая поторопить его, убрать толчком со своей дороги. Амару внимательно наблюдал, как меняется поза жреца, как он отводит руку назад, как перемещается его центр тяжести. Потом был маленький толчок. Такое слабое магическое воздействие, какое так и не смогли ощутить даже старейшины в Камико. Небольшой вакуум, образовавшийся в воздухе, оттянул ногу Поликарпа немного дальше, чем тот рассчитывал. Жрец пошатнулся, вокруг всего его тела возникли небольшие завихрения воздуха, незаметно толкая его на землю. Вес гордился своей техникой бесконтактного боя.

Поликарп с грохотом упал на пол, уронив на себя факел. Его сорочка тут же вспыхнула, обволакивая несчастного пламенем. Больно, Вес это прекрасно знал, но когда сгораешь до конца, то еще больнее. Жрецы тут же отпрянули, в руках у них были только свечки, а ими тушить огонь проблематично. Вес закатил глаза, люди ужасно нерасторопны, сдернул со стены ближайший гобелен и накрыл им горящего. Поликарп еще немного подергался под ним, а потом вскочил и закричал:

– Что это было, мать твою? Что, я спрашиваю?!

Другие мужчины переглянулись. Они видели, как их друг неудачно упал и как незнакомец в черных очках его спас. Сам же Поликарп точно знал, что упасть ему кто-то помог, но уверенность его слабла с каждой секундой.

– Тише, ты разбудишь светлейшую, – шикнул на него Вес. – Иди лучше обработай ожоги, вопросы никуда не денутся, задашь их завтра.

Вес уже начал уходить в сторону лазарета, как обернулся и с ядовитой улыбкой добавил:

– И всегда пожалуйста.

Подкопчённый Поликарп так и остался стоять с гобеленом в руке, не зная, как реагировать на произошедшее. Но потом, к удовольствию Веса, он просто сплюнул и дал отбой своим товарищам: ожоги, видать, и правда болели.

Издевательства над Поликарпом немного исправили его мрачное настроение, но Серра успела узнать его достаточно хорошо.

– Она…

Девушка приподнялась с кровати, хотела встать и подойти, но Ятри удержал ее на месте. Чтобы магия полностью исцелила поврежденную ногу нужно хотя бы сутки ее не напрягать, иначе могут появиться нежелательные осложнения.

– Она ушла в покое. Ей там хорошо, поверь мне.

Вес мягко улыбнулся и пригладил ее хохолок. Серру это не сильно успокоило, вероятно, девушка снова переживала смерть своей бабушки. Вес не мог сказать наверняка, о ней он действительно ничего не знал в сравнении с той информацией, которая была у него на Ятри.

– У меня поганое предчувствие насчет всего этого.

Ятри уже сидел на соседней кровати и рассматривал браслет в свете свечи.

– Это зло, что пытается пролезть на территорию храма, ничего удивительного.

Охотник внимательно посмотрел на Веса, в его глазах зажегся тот огонек, какой бывает у собак, получивших четкую команду преследовать жертву.

– Как ты его ощущаешь, расскажи подробней. Оно пьянит разум, затуманивает взгляд или от него хочется тошнить?

Вот поэтому Весу и нужен был охотник. Амару, конечно, внимательно изучал тварей, с которыми может столкнуться, но большая часть его знаний устарела лет на сто пятьдесят.

– Как кишки скручивает.

– Несварение?

– Нет, вот если в живот вогнать изогнутый прут и покрутить его, то будет примерно так. А как ощущается несварение, я не помню.

Ятри опасливо посмотрел на бессмертного.

– Знаешь, создается впечатление, что амару далеко не такой приятный народ, каким его рисуют.

Вес повел плечами. У него в воспоминаниях бережно хранились двадцать пять лет пыток, которым подвергли его сородичи за то, что именно столько он посмел их дурачить. Эти переживания сохранились куда ярче, чем несварение.

– Так и должно быть. Они те еще ублюдки. Умные и бессмертные под Красными Облаками ублюдки.

Ятри только покачал головой и вернулся к более насущным проблемам.

– Ладно, если предположить, что это похоже на несварение, да еще и ощущаемое только тобой, то наши дела не так плохи. Думаю, это может быть ирша, низший демон, ему необходима поддержка людей и правильная атмосфера, чтобы причинить реальные неудобства. Или просто носитель, готовый заключить с ним сделку. В варианте с носителем убить его проще, но тогда погибнет и человек. А так мы можем только ненадолго уменьшить его влияние, надо будет точно вспомнить ритуал, а потом рассказать об этом демоне жрецам, и они осветят землю. Странно, что жрица сама так не сделала.

– Она слишком поздно ощутила его. Думаю, просветление пришло к ней вместе с богиней и вестью о нашем приходе. Она пыталась рассказать другим жрецам о зле, но они ей не верили, поскольку уже были подвержены влиянию. А если бы отправилась в путь сама, то и нас пропустила бы и в дороге умереть могла. Ладно, тогда проведем обряд завтра днем, а пока ложитесь спать. Это были очень долгие сутки. Я попробую прикупить себе одежду и вообще прогуляюсь по деревне.

Ятри согласно кивнул, Серра так вообще уже находилась в полудреме, ей интересно было слушать о демоне, но исцеление у ее организма отняло много сил. Так что, закутавшись в крылья, девушка тут же уснула, получив на то отмашку. Ятри еще сопротивлялся, у него остался один вопрос.

– Когда это ты успел стать жрецом? Я вообще не слышал, чтобы у Смерти были жрецы.

Вес пожал плечами, он и сам не рассматривал себя как жреца.

– Когда умер, тогда и успел. Оживление амару – это ужасно сложный процесс, но в итоге получается что? Вечно молодые, сильные и красивые мертвецы. Мы ходячая реклама смерти. Умри – и останься навечно прекрасным. Мне так кажется. Если честно, на меня сегодня хватит всех этих богов. Хочу напиться и потерять сознание. Спокойной ночи, Ятри, – раздраженно бросил Вес и вышел из комнаты.

В коридоре еще стоял запах подпаленных волос и ткани, даже нечувствительный нос бессмертного это чуял. Но ускорил он шаг не поэтому. Здесь было холодно, на стенах храма все еще чувствовался отпечаток Смерти. Метка на загривке Веса неприятно пощипывала кожу. Он пытался выкинуть подальше воспоминания и ту боль, которую они неизбежно приносили. Лучше ему стало только тогда, когда приятный весенний вечер разворошил его аккуратно зачесанные назад волосы.

Вес привычно откинул их с лица, попытался убрать за ухо непокорную белую прядь. Да, из-за той черты совсем не хочется возвращаться. Он знал это как никто другой, и бог озаботился тем, чтобы Вес никогда этого не забывал.

Амару посмотрел на луну, словно там можно было найти какие-то ответы, но потом только помотал головой и пошел вперед.

В объятиях какой-нибудь милой портнихи и с ее кровью на губах отвлечься будет намного проще.

Глава 9. Выродок

1673 год Нового календаря, 15 Кветня, Халу

На следующий день Вес действительно чувствовал себя намного лучше. Наспех подогнанная рубашка не стесняла движений, пиджак аккуратно лежал на плечах, а длинный плащ с глубоким капюшоном надежно защищал остальную одежду от пыли дорог. Но особенно его радовало, что можно было избавиться от рваных штанов и слишком большой куртки Ятри, которая вдобавок не переставала неприятно жечь его кожу. Черный шарф закрывал рот и нос от вездесущих солнечных лучей, которые все равно больно резали чувствительные глаза даже сквозь темные стекла очков.

После вчерашнего он чувствовал себя только немного более мертвым, чем обычно.

Халу оказалась деревушкой довольно большой, в будущем она могла бы рассчитывать на получение статуса города. На сколько Вес успел узнать, на местном рынке можно было купить почти все необходимое в дороге. Но прежде чем развлечься торговлей, он не мог не заглянуть в храм, проверить своих подопечных.

И очень вовремя, поскольку Ятри что-то возбужденно обсуждал со старшиной, как можно было судить по богатой одежде и висящем на толстой цепи на шее гербе здешней правящей семьи.

– Если мы не предпримем сейчас никаких мер, то пострадают все жители Халу без исключения! – вторил охотник, но пухлый мужичек брызжа слюной отвечал:

– Вы нам угрожаете?! Жителям не нужны лишние переживания. Закапайте тело как полагается без всей этой клоунады!

– Но тут живет зло! – пискнула Серра, цепляющаяся за плечо Ятри.

А Вес покачал на это головой, девушке полагалось быть в постели. Старшина же провел рукой по своей лысеющей голове и ответил только громкое и решительное: «Нет!». Тогда Ятри, решил рискнуть и использовать последнее преимущество:

– Да будет вам известно, что умирают в страшных муках те, кто не принял помощь охотника!

Мужичок тут же спасовал, но потом скрестил руки на груди и выдвинув подбородок вперед, потребовал:

– Ах, господин охотник? Показывай метку!

Ятри очень недобро посмотрел на собеседника, но стягивать перчатку не спешил. Тут сзади на плечо старшины положил руку Вес.

– Не верить достопочтенному господину охотнику? Да вы посмотрите, у него же на лице написано: убийца тварей. Одна такая тварь на нем даже расписалась.

Амару ухмыльнулся, указывая на шрамы от когтей на скуле Ятри. Мужичок остался непреклонен:

– Татуировка или проваливайте.

– Ну так пусть вам будет стыдно!

Игнорируя встревоженный взгляд Ятри, Вес схватил его руку и стянул перчатку. Старшина не так сильно удивился, увидев переливающееся золотым изображение грифона, как сам охотник. Амару быстро вернул перчатку на место, настолько хорошая и детальная иллюзия поедала магию не хуже личинок призрачных долгоносиков. Старшина еще немного поворчал, но вынужден был признать, что будет невероятно глупо не воспользоваться советами охотника, особенно бесплатными советами. Тут же в подчинение Ятри перешли все послушники и ресурсы, которые мог предоставить храм в проведении обряда.

Но как только старшина ушел, Ятри совершенно незаслуженно накинулся на Веса:

– Ты смог подделать метку охотника, даже заклинание идентичности горело как надо!

– Я колдовал тогда, когда ты еще не родился, конечно я могу это сделать! – фыркнул амару, обиженно скрестив руки на груди и надув губы.

– Нас за это могут сжечь! Если бы здесь был другой колдун, то…

– Но его же не было? Расслабься. Я научу этому заклятию Серру и больше проблем вообще не будет. Держи куртку.

Ятри вырвал у него из рук свою куртку, та радостно засветилась золотистым, но охотник не обратил на это внимания.

– Не научишь! Не хватало Серру подвергать опасности! И не делай так больше.

– О, так может ты хочешь догнать старшину и сказать, что тебя изгнали и ты больше не охотник? – язвительно спросил Вес еще пуще обижаясь на товарища.

Ятри немного скис, опустил раздраженно мельтешащие руки.

– Не в этот раз, но впредь больше никогда!

Ятри развернулся на каблуках своих обитым железом ботинок и скрылся в храме. Серра покачнулась, потеряв опору в виде его плеча, но взмахнув крыльями смогла устоять на одной ноге.

– Мог бы хоть спасибо сказать, – проворчал Вес, подхватывая девушку.

– Спасибо, – Серра чмокнула его в щеку, – ты ведь меня все равно научишь, правда?

– Конечно, принцесса.

Обида тут же прошла, нельзя на кого-то обижаться, когда рядом есть этот маленький лучик счастья. Убедившись, что браслеты, выданные жрицей, работают, Вес отнес Серру назад в храм. Там уже царила суматоха, послушники бегали по комнатам, выполняя приказы Ятри по подготовке. Даже Серре сразу нашлась работа в виде нанесения символов богов на простыни и ленты, а с Весом Ятри не заговорил, так что амару со спокойным сердцем отправился на рынок, согласно первоначальной задумке. Да и попадаться на глаза жрецам не хотелось. Особенно Поликарпу. Не время.

Рынки были теми редкими местами, где Вес радовался бесчувственности своего мертвого тела. Можно было не вдыхать ни неприятный запах, ни дорожную пыль. Люди, подсознательно ощущая угрозу, старались огибать его, давая больше свободного пространства. Острый слух позволял вылавливать полезную информацию из обрывков фраз, которую он не чурался использовать после, торгуясь или же откровенно шантажируя купцов. Вес считал это хорошей разминкой для своего скучающего разума.

Амару задержался возле лавки с оружием, цокнул, с удовольствием отмечая, что его работа была в десятки раз лучше. Потом оценил ткани, но и там его ничего не впечатлило. Так прогуливаясь и чисто машинально находя, чем же товары этого мира хуже тех, что создавались в Камико, он дошел до своей цели.

Торговля была в самом разгаре, Вес уже почти убедил продавца отдать ему двух лошадей и небольшую кибитку за полцены, когда на рыночную площадь ворвалось разъяренное кудрявое чудо.

– Где этот упырь?! – вопрошал Поликарп.

Веса так передернуло, что купец испугался и просто ответил: «Идет, забирай», – опрометчиво не уточнив за какую цену. Амару бросил ему три загаля, что еле покрывало одну треть от первоначальной стоимости. Купец вздохнул, но деньги забрал и поспешил отступить прочь с дороги взъерошенного Поликарпа, сопровождаемого двумя вооруженными стражниками.

– Это был он! Он убил жрицу Вирлину, этот грязный упырь!

Поликарп успешно привлек к себе и скромному амару все внимание людей на площади. Вес только усмехнулся в шарф. Он ждал, пока размахивающий руками жрец приблизится к старушке возле соседней лавки, что очень придирчиво рассматривала ткани в кампании своего увальня внука. Тут было важно толкнуть бабулю, но так, чтобы та не пострадала, и создалась только видимость того, что Поликарп до нее дотронулся. Вес поглаживал шею новоприобретенной рыжей лошадки, на секунду, которую заняло колдовство, его рука застыла на месте и сильно сжала гриву.

Поликарп снова взмахнул рукой, не заметив, что множество маленьких завихрений в воздухе скорректировали траекторию. Рука не достала до сивой головы старушки какой-то сантиметр, но выглядело это так, словно он со всего маха по ней ударил. Бабуля тяжело упала на землю, к ней тут же подскочил ее внук, а с боку уже подстраивался Вес, готовый оказать помощь пострадавшей. Амару плавно перенял старушку из рук парня, тот только кивнул и обратил разъяренный взгляд своих маленьких глазок на Поликарпа.

– Ты ударил мою бабушку, – внучок цедил слова, чтобы у Поликарпа было время представить, на какие муки он себя только что обрек.

– Да я ее даже не коснулся! Она сама упала!

– Все видели, как ты махнул рукой, – не удержался и вставил свое слово Вес, если бы на нем не было шарфа, все бы могли увидеть довольную улыбку.

– Ты ударил мою бабушку! Извинись! – настаивал внучок при полной поддержке публики и даже тех самых двух стражников.

Но Поликарп не воспользовался этой возможностью уйти невредимым.

– С чего я буду извиняться, если ничего не…

Здоровенный кулак внучка полностью накрыл лицо жреца и отправил его в недолгий полет.

– Убил, что ль? – вытянув шею, спросил стражник. Поликарп не двигался.

– Поделом будет. Пошли бабуль. Спасибо, – кивнул внучок Весу, принимая у него из рук старушку.

Амару был крайне доволен собой. Но он еще не закончил.

Только хотел Вес подойти к Поликарпу, чтобы утвердить свое превосходство, как дорогу ему преградили двое стражников.

– Вроде и жрец, а такое вытворяет. Куда катится этот мир? – спросил один из стражников, подчеркнуто поправив меч на поясе. – Мы, конечно, извиняемся, но вас все-таки обвинили в убийстве. Снимайте свой маскарад и поговорим.

– Просим прощения, – тихо поправил Вес.

– Что?

– Ничего, у меня глаза чувствительные, очки придется оставить, не возражаете?

Стражники неодобрительно посмотрели на него, но протестовать не стали. Представившись, Вес изложил им свое видение событий.

– Жрица Вирлина себя очень плохо чувствовала вчера и попросила меня сопроводить ее до кровати, что я и сделал. Она очень быстро заснула, и я постарался как можно тише покинуть ее покои, но за дверью уже стоял в сорочке Поликарп. Понимаете, он уже тогда себя как-то странно вел. Он попытался поджечь себя, когда я сказал, что жрица уже спит и не может его принять. Вы видели у него ожоги на шее и руках? – стражники синхронно покивали, уже с подозрением посматривая на слабо шевелящего руками Поликарпа. Не издох все-таки. – Вот и сегодняшнее происшествие. Я его меньше суток знаю, может, он всегда такой, м-м-м, нервный?

– Да нет, он всегда был достаточно тихим, – ответил один стражник.

– Но этот год! – добавил другой, толкнув в плечо напарника. – Вспомни этот год! Я сам хотел ему врезать! Давно!

Вес пожал плечами и натянул шарфик обратно на нос.

– Мне очень жаль, что жрица Вирлина умерла, но, когда мы виделись последний раз, она была жива. Может, старость, а может…

Амару красноречиво повернул голову в сторону Поликарпа.

– Спасибо за сотрудничество!

Стражники пошли к лежащему жрецу, а Вес нахмурился, он хотел улучить хотя бы минутку с ним наедине. Амару оглянулся, ища что-нибудь подходящее для отвлечения. Собака, стягивающая кусок мяса с лавки, купец и ругающаяся на него жена или любовница, слабо держащаяся на гвозде сабля… Все не то.

Потом острые глаза Веса выловили в толпе маленького хвостатого воришку. Пришлось помочь невнимательному купцу, правда, ценой стала разбитая ваза якобы задетая пушистым хвостом мальчугана.

– Вор! Вор, стража! – взвизгнул купец.

Стражники, как и ожидалось, решили, что отдыхающий Поликарп никуда не денется, и погнались за благодарностью купца и возможной скидкой на глиняную посуду в будущем. Вес уже навис над жрецом и приподнял очки, так чтобы несчастный мог видеть его жуткие глаза.

– Тебе не выиграть в этой игре, смертный, – состроить издевательскую улыбку было проще простого, – на принцессу впредь даже не заглядывайся, она моя. И эти люди вокруг мои. И ожоги на твоей коже от меня. Помни это и впредь, становясь на моем пути. И постарайся вбить в свою башку, что над тобой стоит именно амару и никто другой. Или же в следующий раз я отрежу тебе язык.

Вес видел страх в глазах жреца, но это не то, чего он добивался. Вернее, не только это. Покатал несколько слов на языке, выбирая подходящее, то, что попадет прямо в сердце и заставит вспыхнуть ненавистью. Это должно было быть что-то такое обидное и глупое, что разозлит только этого кучерявого доходягу. Особенно большие глаза и прямой нос никак не давали Весу покоя, они выглядели как-то неправильно на крестьянском лице.

– Выродок.

Поликарп вздрогнул, а потом посмотрел на Веса с такой ненавистью, словно был готов тотчас его убить, знать бы только способ. Амару довольно заключил, что не прогадал и наверняка затронул детскую травму и гордость противника.

Выполнив задуманное, Вес резко встал, поднимая полами плаща в воздух пыль, и пошел к своим лошадям и кибитке.

– А нехрен меня вампиром и упырем называть, – буркнул Вес, поглаживая теплый нос лошади.

Возле храма люди суетились и бегали послушники, но атмосфера была тяжелой и унылой, видимо, тело жрицы готовили к похоронам. Вес нашел Ятри в комнате Вирлины в компании еще какой-то старушки, которая и хлопотала над мертвой.

– Могу я чем-нибудь помочь?

Вес постарался заглянуть через плечо Ятри в книги, которые тот изучал, но охотник только отмахнулся, похоже, еще немного злился.

– Это зависит от того, что вообще должен делать жрец Смерти. Никто о таких раньше не слышал.

Вес повел плечами. Не было никаких предписаний, как и не было никакого могущества в связи с этим титулом. Разве что вот бессмертие, но амару расценивали это больше как сделку.

– Я свою работу выполнил, ее душа упокоена. Я имел в виду что-то по организации. Как ты вообще собрался это провести?

Ятри остановился и отложил книги, по его лицу было видно, что что-то его не устраивает, но Вес просто не мог взять это на свой счет. Он ведь помощь предлагает. Хотя и трюк с меткой, по его мнению, был помощью.

– Скажи мне, Вес, у тебя есть душа?

Амару на секунду замялся.

– Ну, она как бы есть, но не здесь…

– Вот и не порти атмосферу. Тебя Поликарп искал, займись лучше им, – Ятри снова вернулся к книгам.

– Мы с ним уже переговорили. Что случилось? Ты какой-то дерганный.

Охотник потянулся к поясу, чтобы поправить меч, но потом вспомнил, что оставил его в госпитале. Негоже расхаживать по храму с оружием, пусть богиня и оставила это место.

– Сегодня утром за окном кукарекала курица. Мы ее закопали, но когда госпожа Дайла, – он кивнул на старушку, поправляющую волосы и одежду мертвой, – обмывала Вирлину, то заметила, что у нее все еще были теплыми ноги. Не к добру это. Ждать надо еще одной смерти. Надеюсь, что нам удастся ослабить демона раньше, чем он принесет беду. Поэтому тебе лучше ничего тут не трогать, чтобы случайно не испортить обряд. Ночью мы сожжем тело Вирлины на въезде в деревню, выпустив накопленную в нем благодать, и так замкнем демона под землей. Если верить книгам, это будет действеннее.

Вес кивнул, он здесь был не нужен. Судя по всему, сейчас ему лучше было подкрепиться, чтобы восполнить заметно опустевший после манипуляций на рынке запас живительной магии, и убраться подальше. В целом, его все устраивало.

С заходом солнца все окна храма завесили белыми полотнами, черными зашторили окна домов, которые прилегали к главной улице, ведущей прочь из деревни. Первыми пробежали самые юные послушники, устилая дорогу лапками ели. Потом прошлись девушки, что раскидывали белые лепестки цветущей вишни. Люди выносили на пороги своих домов черные свечи. Им был в новинку такой ритуал, но Ятри как-то удалось создать серьезную и несколько гнетущую атмосферу, так что люди подчинялись общему настрою. Делали все прилежно и молча. Четверо мужчин несли на плечах небольшой плот из досок, на котором в окружении сухих веток и увядших цветов лежало тело жрицы Вирлины. По бокам от них юные послушники играли на дудочках и били в барабаны. Тяжелая ритмичная музыка застревала в воздухе, создавая основу для заклинания. Замыкал процессию Ятри с оголенным мечом, он тихо шептал магические слова, которые должны были сплотить все вместе в нерушимые путы. Жалость, горе, скорбь, страх, но сильнее всего должна была сиять надежда на рассвет. Живые эмоции должны были прогнать демона далеко под землю и позволить людям впервые за последний год свободно вздохнуть, сбросив со своих сердец темные путы.

Барабанная дробь постепенно учащалась, дудочки играли выше, менее торжественно. Мимо процессии с телом пробежали девушки в легких одеждах с яркими лентами на запястьях и с факелами в руках. Плот с Вирлиной положили поперек дороги, ведущей в Халу. Барабанный бой становился все быстрее, а за ним учащались и биения сердец. Люди тихо запели, но на языке магии. Они кричали и молили, плакали и смеялись, вскоре к их хору начали присоединяться все новые и новые голоса, пусть слова знали только пятеро изначальных магов. Души людей зажигались одна за другой, искра перепрыгивала, подпитываемая журчащей в каждом живом существе магией. Сеть увеличивалась и горела только ярче с каждой секундой, с каждым ударом барабанов.

Огонь поминального костра взметнулся высоко в небо, а потом деревня вспыхнула ярким золотистым светом и все стихло. Люди умолкали, не понимая, как они только что смогли говорить на неизвестном им языке. Они смотрели друг на друга в свете свечей и видели четче. Давно угасшая между супругами страсть вспыхнула с новой силой, старики смотрели в темноту ночи, но чувствовали, что они больше не будут одни, внуки же вспоминали о своих родных и сердца их сжимались от упущенного за последний год времени. Желание жить вспыхнуло куда ярче, чем костер, пожирающий остатки старой жрицы.

Тишину нарушил только один пронзительный вскрик.

Глава 10. Ненависть сближает

– Да как вы не понимаете? Он вампир!

Дунху только покачал головой, остальные товарищи Поликарпа тоже не спешили его поддерживать, они уже были наслышаны о происшествии на рынке.

– Вампиры не ходят днем, а тем более в компании охотников. Поликарп, успокойся, нам нужно готовиться к обряду.

– Но госпожа Серра! Я видел, как они с ней обращались! У нее же синяки по всему телу, мы должны ее выручить!

Мужчины даже не сподобились ответить, просто уставились в выданные им бумажки с заклинанием.

Поликапр осмотрел общую комнату, никто на него не обращал внимания, а если и поднимал глаза, то там читалась только жалость. Демонстративно столкнув с тумбочки на пол стопку книг, парень громко хлопнул дверью.

– Значит я сам ее спасу. Принцесса будет моей. Этот самодовольный вампир буде блевать кровью и молить меня о пощаде, – тихо шептал Поликарп, расталкивая послушников на своем пути из храма.

Вообще в своих мыслях не только принцесса принадлежала ему, но и целое королевство Парящих Островов, ведь после спасения она наверняка согласится стать его женой, а ее отец наверняка будет очень щедр. Поликарп представлял себя королем. Совсем не важно было, кем править, главное сделать так, чтобы больше никому не пришло в голову назвать его выродком.

О, как долго он дрессировал жителей деревни Халу. Чего ему стоило добиться их уважения. Титул жреца значительно облегчал эту задачу. В других городах, где он путешествовал, мог во всю пользоваться преимуществами своей громкой фамилии. Девушки тут же таяли в его руках, слушая историю о несравненном Поликарпе Сантхеми, который избрал путь служения богине. Но возвращаясь в Халу, где все прекрасно знали, что он лишь выброшенный богатым отцом нежелательный сын, Поликарп держал ухо востро и решительно пресекал каждые попытки заговорить о нем в таком нежелательном ключе.

А потом появляется какой-то упырь и…

Поликарп пнул пробегающую мимо курицу.

– Убью.

Жрец был твердо уверен в своих намерениях, но вот как их воплотить в жизнь, он еще не знал. Если и было что-то в его книгах по магии, то они все остались в храме, а возвращаться туда ему совсем не хотелось. Поэтому он решил пойти в таверну и посоветоваться со своей старой подругой.

Каро буквально родилась в этой таверне. Ее безалаберная мамаша даже не знала, что вообще беременна, а свое плохое самочувствие регулярно заливала пивом. В тот день она так и не проснулась, когда у нее вдруг отошли воды. Пока пьяные мужчины поняли, что происходит, официантки уже вскрывали живот мертвой женщины, надеясь спасти хотя бы ребенка. Девочка выжила, хоть и не отличалась умом, но всегда была очень дружелюбной и никогда не обижалась на оскорбления, даже если ей объясняли их значение. А за ее советом ходили совсем отчаявшиеся да Поликарп, считавший, что только блаженный мозг и способен видеть в самую суть.

Может быть, это сработало бы и сегодня, только вот…

– Поликарпик! Приветик!

Вечно растрепанная девушка в слегка запачканном переднике чмокнула его в щеку. Каро не могла стоять на место слишком долго, поэтому она постоянно подпрыгивала. Если других людей эта черта ужасно раздражала, то Поликарп был от нее без ума. Ему нравилось, как светилось от счастья это усыпанное родинками личико, как дергались в такт ее движениям светлые кудрявые локоны. Вот она снова подпрыгнула, и волосы откинулись на спину, приоткрыв небольшую круглую ранку на плече. Ее бы закрывала одежда, если бы Каро не имела привычку постоянно стягивать как можно ниже рукава своих блузок.

Поликарп еще немного отодвинул ворот, на что девушка хихикнула, и увидел совсем близко вторую точно такую же ранку, покрытую корочкой запекшейся крови.

– Он тебя… – Поликарп сглотнул подступивший к горлу ком и схватил подругу за плечи. – К тебе приходил мужчина, одетый во все черное?

Каро сначала не поняла вопроса и засмеялась, тогда Поликарп встряхнул ее и спросил снова очень серьезным тоном. Девушка нахмурила бровки и начала грызть ноготь указательного пальца.

– Ну тут недавно был один, он был таким хорошим, назвал меня милой, мы так мило болтали, и он был милым, а потом вдруг стало так хорошо, мне сразу захотелось работать еще больше, так классно, так классно! – восторженно затараторила Каро.

Поликарп почти не слышал ее. Зачем слушать жертву, если он и так все знает? Проклятый упырь посмел навредить его подруге. Кто знает, что он еще принудил ее делать? Его милую Каро!

– Этот ублюдок заплатит, я тебе обещаю!

Девушка недоуменно на него посмотрела, но Поликарп только поцеловал ее в лоб и выскочил из таверны. Он знал, что нужно делать, он и раньше слышал шепот, чуть больше года назад, когда был готов окончить свою жизнь, что-то остановило его, дало смысл и цель, помогло захлопнуть рты особенно упрямых людей. Оно поможет ему и сейчас.

Поликарп отправился в лес к большому дубу, под которым впервые услышал шепот. Первый час он молился неизвестному существу с упорством, которого никогда не знала его богиня. Но чем ближе к горизонту клонилось солнце, тем быстрее угасал его запал, пока он и вовсе не начал угрожать неведомой силе.

– Если ты не поможешь мне сейчас, то я, я… Да я тебя изничтожу! А потом и упыря того! Всех убью! Всех, всех, всех!

Поликарп махал руками и тряс головой, он был в ярости от своего бессилия. Но в этот момент жрец услышал мерный стук барабанов. Дробь все убыстрялась, вбирая в себя человеческие голоса и эмоции. Поликарп заметил какое-то движение в тени, что-то зашипело, как если бы раскаленный металл опустили в воду.

– Мы можем друг другу помочь, как помогли тогда, но времени мало, – растягивая слова прошелестело нечто, что теперь выглядело особо темной тенью, клубившейся под деревом.

Поликарп и сам почувствовал, как что-то обволакивает его сердце, ему казалось, если помедлит еще секунду, то потеряет всю свою храбрость и решимость. Всю свою ненависть.

– Я согласен! Согласен на все, только помоги убить упыря.

Демону не нужны были никакие другие слова, тень на секунду стала меньше, а потом прыгнула на Поликарпа. Юноша сначала тихо вскрикнул и закружился на месте, пытаясь снять с себя нечто, но потом замер. Почувствовал, как отступила на секунду тревога, как утих в голове барабанный гром.

Но лишь на секунду.

Потом он увидел столп пламени и такую ослепительную вспышку, что подумал, будто глаза его вытекли и больше не смогут видеть. Но это не было ни капли больно по сравнению с последующей судорогой. Каждую мышцу, каждый сантиметр его тела пронзила такая боль, в существование которой он не верил. Словно Поликарп разлетелся на много маленьких кусочков, а злая воля не позволила ему умереть и собрала назад. И так снова и снова, превращая доли секунды в года.

Он закричал так громко, что связки в его горле разорвались.

А потом все та же злая воля свела плоть воедино. Поликарп сгорал в агонии, но умереть не мог.

– Идем убивать… – шелестел голос внутри, и Поликарп внимал ему.

Почему страдает только он? Другие тоже должны страдать.

Но потом в его памяти всплыло, казалось, давно забытое лицо, эта насмешливая улыбка, черные очки, две точки на шее подруги, а демон продолжал шептать:

– Больше никто не назовет тебя выродком. Они все пожалеют.

– Они все пожалеют, – не своим, каким-то ломанным голосом поддакнул Поликарп.

Юноша и демон отправились в деревню, которая не хотела принимать их обоих. В деревню, которая сильно об этом пожалеет…

***

Вес сидел перед огнем, разведенным посреди основного помещения храма, и чувствовал себя просто замечательно. Поле этого удивительного заклятия по извлечению зла из сердец людей, многим кровь ударила в голову и не только, так что сейчас он пользовался вниманием сразу пяти прекрасных девушек, которые подтянулись вместе со своими подругами на небольшой праздник жизни, устроенный жрецами. Амару пытался уговорить остальных провести ночь Костров немного раньше и устроить маленькую оргию, но Ятри почему-то не согласился, только предостерегающе на него посмотрел и отправился в обход по деревне. Вес решил, что оно и к лучшему, в таком приподнятом настроении, как сегодня, он был склонен к опрометчивым поступкам, которые могли сильно опустить его в глазах компаньонов. Так что бессмертный просто наслаждался приятным обществом, стараясь не распускать клыки.

Но вдруг девочки перестали вздыхать, их взгляды ожесточились, а ручки больше не гладили его по волосам. В следующий момент Вес почувствовал, как сворачиваются в трубочку его кишки.

Двери храма отворились и на пороге показался Поликарп. Вернее, его силуэт выглядел как Поликарп, само же существо вообще мало походило на человека. Серая кожа была вся покрыта мелкими черными шипами, на лице застыла жуткая, неестественно широкая улыбка, а глаза его были полностью черными.

Девушки, как, впрочем, и присутствующие мужчины, в ужасе вскочили и заметались по комнате, от страха забыв, куда нужно бежать и как вообще открывать двери. Вес ощущал это страшное давление, но знал, как с ним совладать. Взглядом нашел свой меч, но пока двигаться не стал, поскольку и сам демон не двигался, только не мигая смотрел в направлении амару. Так продолжалось, пока одна из сошедших с ума девушка не врезалась в Поликарпа. Она плюхнулась на пол, а он резко, словно был куклой в неумелых руках, посмотрел вниз. Девушка всхлипнула, а демон молниеносным движением откусил ей голову.

Двигаясь с такой же невообразимой скоростью, Вес в этот момент добрался до своего меча. Руны поглощения голодным красным огнем вспыхнули на лезвии, чувствуя большое скопление магии рядом. Демон повернул голову боком, словно любопытная тварь из Черного Леса. Вес только уверенно усмехнулся и бросился на Поликарпа. Меч без каких-либо препятствий пронзил тщедушное тело жреца, руны вспыхнули, впитывая магию и передовая ее своему создателю. Широкая улыбка Поликарпа стала еще шире и теперь она тянулась от подбородка и до глаз. Вес непонимающе моргнул. Никакой магии он не получил.

– Убью-ю-ю, – завыло чудовище и раззявило свою пасть, собираясь откусить голову противника.

Вес в тот же момент отпрыгнул назад, ошарашенно рассматривая демона. Теперь в его голове стучала только одна мысль: «Нужно найти Ятри!». Не особо заботясь сохранностью обычных людей, Вес бросился в деревню искать охотника, который вместе с Серрой сейчас бродил между домами, удостоверяясь, что все в порядке.

– Ятри-и-и-и! Это нихрена не ирш! – прокричал Вес, спрыгнув с крыши дома. Так бежать было быстрее, чем по улицам, заполненным гуляющим людом.

– Что? – непонимающе уставился на него охотник.

– Я пырнул его, а ему хоть бы хны! Приличные демоны умирают от моего клинка.

– Его это кого? Вес, что ты несешь?

– Демон вселился в Поликарпа, и они хотят меня убить, вот что!

Вес позволил себе немного запаниковать, для пущей выразительности снял очки и затряс охотника за плечи. Вообще ему действительно было немного не по себе. Демоны встречались редко, а такого, которого нельзя бы было убить, вытянув из него всю магию, Вес и вовсе не видел раньше. Ятри проникся. Особенно когда спустилась Серра, с небольшой высоты осматривающая территорию, и подтвердила:

– Ятри, сюда что-то идет. Оно… Оно какое-то неправильное.

Ятри тут же переключился в охотничий режим, его лицо стало невыразительным, если не сказать каменным, голос теперь был зычным и требовательным.

– Как он выглядит?

– Шипы по всему телу и пасть выше ушей.

Ятри кивнул, обрабатывая информацию.

– Точно за тобой идет?

Вес виновато улыбнулся и почесал шею.

– Вроде как.

Недалеко послышались вскрики людей, Ятри отдал приказ:

– Беги в поле и задержи его. Больше не пытайся ударить, просто не дай уйти и ранить кого-то. Мне кое-что нужно найти.

Вес кивнул, получив от Серры небольшой поцелуй и напутствие «будь осторожен», отправился на ближайшее пшеничное поле ждать непобедимого врага. Столь волнующее переживание однозначно стоило проделанной работы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.