Андрей Скоробогатов
Случай с Р. Афанасьевым на целине

Я три минуты молча смотрел на зелёный росток. Наверное, так же смотрят на особу дворянских кровей, если она вломится в двери захудалой пивнушки на окраине спальника в Шацке. Впрочем, нет, Шацк – слишком крупная планета для такого сравнения. Скорее, в двери борделя на планете с дикарским терраформированием, вроде Мангазеи из Новгородья. В порванном платье. С отключенным голомакияжем.

У нас терраформирование не дикарское. Ростки на таком раннем этапе у нас не планировались.

Во-первых, атмосферы пока было только сорок пять процентов от нормы, по сути, высокогорье. Особо отчаянные уже пробовали снимать шлем, я к таким не относился. В северном полушарии стояло лето, температура в дневные часы подползла к нулю, но ночью падала до минус тридцати. Аэроприонщики, конечно, пытались уложиться в план, но по слухам из бригады Денисова, с генерацией углекислого и инертных опять затянули.

Во-вторых, для растений нужна вода, а океаны ещё только наполняются, в них сбросили всего тысячу капсул, а надо как минимум три. Концерн богатый, тягловое поголовье большое, но, как всегда, поставщики запаздывают со сроками, да и везти от ближайших океанов далековато. Ну, и в-третьих, в этом квадрате планировалось голое поле под промышленное строительство, а квадрат даже под это дело ещё не готов. Лес в соседние ещё не завезли, его привезут с плантаций и раскидают в шашечном порядке. Затем начнётся стадия "шлифовки", начнут допиливать получившийся ландшафт, сваривать швы. Вот тогда-то здесь и будет что-то расти. А пока никакой травы быть не должно.

Чёрт, да и не может в принципе расти трава в таких условиях! Даже я, троечник, обучавшийся грамоте в трущобах планеты каторжников Дзержинск, понимал, что это бред. Здесь микрофлора местная – и то, в грунте, не выше пары сантимов от поверхности.

– Бред, – сказал я и потрогал пальцем росток.

Высотой сантиметров двенадцать. Стебель толщиной миллиметра три. Пять… нет шесть листков, между ними – почка, или как там оно называется у ботаников.

Посмотрел на бурую пустыню вокруг, тронул иней на камнях. На горизонте виднелась небольшая горная гряда.

– А? – послышался голос дежурного техника.

– Да вон, смотри, – сказал я и послал трансляцию в регистратора.

– Ого! Уже высадили?

– Кого высадили? – спросил я. – Огурцы?

– Я б не отказался от малосольных. Знаешь, марийские, такие в стеклянных баночках продаются по поллитра, – вставил напарник, Даня, ковыряющийся в пятнадцати километрах севернее.

– Вы что тут, тупее меня?! Какие огурцы, блин, марийские на третьем этапе полевых? Тут голый этот… суглинок, или как его там. Ещё океаны не налили!

– Ну скосячил кто-то, – предположил дежурный. – Раньше засеял.

Боже, с какими дебилами я работаю.

– Кого? Огурцы засеял? – Я поднялся с корточек, подхватил левитирующую в двух метрах над землёй консоль и подтянул к себе. – Ты много видел засеянных по плану огурцов в зоне промышленного строительства? И вообще, куда сеять, тут целина, над ним ещё будет метров пятнадцать всяких пород навалено слоями. Я вот как раз сейчас припринтер запускать буду.

Припринтер, он же нуль-принтер – принтер прионного синтеза. Простейшие сущности-четырёхмерники скрестили с нанороботами и засунули в печатающие 3D-головки. Если им подсунуть кусок прототипа, то начинают клепать чистые химические элементы и простейшие породы оксидов из подпространственного эфира по заданному шаблону.

Даня в окошечке на проекции шлема поддакнул.

– Да и некому было тут сеять. Ты в этом квадрате первопроходец, однозначно. Ну, разве что бессарабцы могли заглянуть до нас или пираты какие. Но им-то это зачем?

– Выкопать его, что ли? – предположил я. – Только не донесу, он завянет же.

– А другие рядом есть? Разведдроны что-то показали?

– Вот, только его и нашли. Я и приехал сюда. Может, остальные не проклюнулись ещё.

Проклюнулись. Слово-то какое дурацкое.

– Да засыпь всё нахрен, чего ты грузишься. Никто и не узнает. Ну вырос и вырос. В инструкциях нет ничего на этот счёт. Ладно бы реликтовое что-то, местное, а то – земной огурец.

Я, конечно, не какой-нибудь зелёный сектант или что-то в этом вроде, но, стыдно признаться, но у меня что-то шевельнулось в душе. Видимо, сработали гены – как-никак, три поколения планетарных ссыльных из сословия агротехников. Плюс воспоминания из детства, когда у меня прямо на глазах за утро снесли десяток квадратов джунглей за посёлком, где мы любили бегать. Я немного помялся, потом озвучил:

– Жалко что-то его. Один такой вымахал.

Дежурный заржал.

– Чего тебя на сантименты пробило? Ну, давай Степ Артемьичу доложим, он примет решение. Скорее всего, то же самое.

Степан Артемьевич – наш бригадир, отвечает за начальные этапы терраформирования северной половины этого континента. Сарказм в предложении я проигнорировал и принял его вполне всерьёз. Сделал аудиовызов – отклонён, видать, занят. Написал предложение: «Степан Артемьевич, тут странное что-то, росток вроде огурца, хотя почва ещё не готова, и температура нулевая».

Принимать решение предстояло самому и прямо сейчас, задача – есть задача. Разведка и разметка дронами по квадрату произведена, автоотчёт составлен. По плану нужно было проинициализировать обновление почвы, и я не нашёл ничего лучшего, как подогнать глайдер к ближайшим скалам, отломить манипулятором пару кусков породы помощнее и завалить росток камнями так, чтобы над ним осталось свободное воздушное пространство.

– Рэм, ты долго возишься, по графику следующий квадрат через восемь минут, – напомнил дежурный.

– Сейчас, ага.

Я и без него видел, таймбар на проекторе шлема уже горел красным. Отъехал на полкилометра, вызвал в консоли припринтера программу саморепликации и фрактальной генерации слоистых почв и запустил. Позади меня расцвёл бутон шевелящихся нанороботов, которые стали строить конструкт опорной сетки с квадратами по пятьдесят метров. Завалит зелень – и завалит, я хотя бы попытался, совесть чиста.

За ту смену я прошёл ещё восемь квадратов и в итоге из графика не выбился.

Вернулся на точку сбора уже затемно – сутки длились двадцать семь часов, из которых я проработал тринадцать и ещё два часа на обратную дорогу до места взлёта. Вытащил регистратор с программатором и бросил в пасть грузового отсека челнока глайдер с консолью. Поднялся в пассажирский, на третий уровень, хлопнул по плечу Даню, спросил:

– Как смена?

– Да ничего. На два квадрата перевыполнил. И что-то всё думаю про тот росток. Какой-то он мутный, ненастоящий. Надо бы сказать кому.

Несмотря на усталость, мысли об Огурце действительно не выходили из головы. Бригадир, судя по всему, спал и сообщение моё не прочитал. Звонить по аудио и сон его тревожить по таким пустякам было негоже – как-никак, Степан Артемьевич был в звании инженера – куда до него нам, рядовым техникам со стажем работы в пару земных лет. У него таких, как мы, сто двадцать хлопцев. Можно, конечно, сказать его заму по подбригаде, но зная трусливый характер Кима Александровича Сонга, тот наверняка ничего нового не скажет – забыть, засыпать, сильно не распространяться. Впереди было сорок часов «отсыпных» и отгульных – можно было дважды, а то и трижды вдоволь выспаться и погулять.

– Надо. Успеем ещё.

Челнок был большим, сюда согнали двести техников из четырёх бригад. Пристегнулись, дождались выравнивания атмосферы, сняли шлемы. В грузовом скрежетал тромбователь, прессующий глайдеры и выкусывавший из них микроэлектронику, ценную органику и синтетику. В других компаниях уже давно перестали экономить и возят глайдеры челноками. У нас же до сих пор для облегчения взлёта и ремонта выбрасывают металлические корпуса и шлёпают их заново перед каждой сменой. Затем пасть грузового отрыгнула излишки металла, объявили готовность ко взлёту. Кресло воткнуло обезболки в затёкшие мышцы, и нас тут же потащило вверх с двумя «же» – о рабсиле на стройках особо не парятся, плавный взлёт оставлен бортам разного «бизнес-класса», дворянским и офицерским сословиям.

Но не всем офицерам везёт. Я скосил глаза и увидел красную вздувшуюся рожу молодой лейтенантика имперских внутренних войск на соседнем ряду, приставленного к челноку на случай каких-нибудь волнений и неразберих. Это он ещё не взлетал с «троечкой», тогда бывают ощущения покруче.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.