Андрей Козьяков
Другие стороны

Человечество много отдало сил, чтобы приоткрыть «завесу тайны» на те трудные вопросы, которые не увидеть и не потрогать. Но до сих пор существует не так много истинных знаний. Перечислю несколько примеров. Физически Бог есть, или, может правильнее, Боги, и всегда ли так было? Как появилась жизнь и если есть продолжение после смерти, то, что там тогда происходит? Что находится за краем Вселенной? Предопределены ли события, происходящие с человеком, или все мы вплетены в судьбу планеты, а быть может всё случайно?

С вами, мои уважаемые, я поделюсь самым сокровенным, о чём нигде раньше не было сказано. Сначала же расскажу необычайную историю.

* * *

Каждый человек может воздвигнуть в своей душе храм. И, возможно, однажды, чтобы помолиться, в виде скромного прихожанина, туда зайдёт Бог, и воссияют купола того храма, даже если вокруг будет тьма.

Посвящается всем, кто до моих двух лет вкладывал в меня свою доброту, мудрость и заботу, настраивая «призмы восприятия»; а ещё Елене Винокуровой и Татьяне Заевой.

Главный герой книги изменяет планету не с целью спасения Мира. Просто он стремится жить, хотя бы ради любви.

Глава 1

Александр – восемнадцатилетний парень среднего роста со славянскими чертами лица, причёсанными на правую сторону мягкими, русыми волосами; средней ширины, густыми бровями и выразительными серо-голубыми глазами. Одетый в чёрный спортивный костюм и чёрно-белые кроссовки, он неспеша шёл по тихой зелёной улице родного города. Тёплая августовская ночь была наполнена звездами, большой луной и тишиной. С одной стороны – неторопливая река, с другой – одно- и двухэтажные частные дома, расположенные у дороги.

Перед одним из деревянных домиков на скамеечке, загораживаемой разросшимися кустами сирени, сгорбившись, сидела старушка в фуфайке, с повязанным на голове чёрным платком. «Сынок, дай руку, а то старой бабке не подняться», – попросила она его.

Молодой человек направился помочь; её из-за тени кустов было почти невидно, лишь морщины и сухая рука, твёрдо лежавшая на упёртой в землю клюке. Когда Александр приблизился на расстояние около шага, рука старушки взметнулась вверх, и острый стальной наконечник на древке проткнул бы шею парня, не успей он среагировать: отклонился в сторону, схватил левой рукой клюку, почувствовав недюжинную силу, а правой ногой ударил в область лица. Старушка свалилась со скамейки, сжалась и стала рыдать. Александр оставил её и, ошарашенный произошедшим, пошёл дальше, свернув в переулок.

Казалось, прошло несколько мгновений, а молодой персонаж уже возле родного, пятиэтажного панельного дома. Даже не вспоминая о том, что с ним только-только происходило. Улица пустынна: не было прохожих, припаркованных машин (кроме двух, по большей части растащенных), не было света ни в одном из окон многоквартирных домов, да и целых стёкол почти нигде не было. На покосившемся металлическом столбе с табличкой, потрескавшаяся от времени надпись красной краской гласила: «Опасная зона! Радиоактивное заражение». «Куда все уехали!? Почему меня здесь оставили?..» – проносилось, повторяясь в его голове. В тишине было слышно лишь собственное дыхание. Вдруг на перекрёстке, в пятнадцати метрах сзади, раздались шаги, он обернулся. Сгорбленная старушка, опираясь на клюку, волокла за собой труп крупной мохнатой собаки.

Зазвенел будильник. Просыпаясь, молодой человек подумал: «Хорошо, что это всего лишь сон».

Частенько, чтобы не идти в колледж одному, Александр заходил за своим другом Вовкой – худощавым, белокурым парнем, с удивительно компанейским характером, и добродушными, крупными, голубыми глазами; живущим тоже в пятиэтажке, через два дома. Так было и сегодня. Открыв дверь, Владимир улыбнулся и громко, задорно сказал: «Сашок, заваливай!»

Они познакомились в прошлом году, когда попали в одну учебную группу, но уже успели стать лучшими друзьями. Их объединяли не взгляды на жизнь или увлечения: компьютерными играми, автомобилями и кино, что не редкость для этого возраста, а то, что им было комфортно в общении между собой и вместе с другими, они дополняли друг друга, будучи в меру разными и похожими. А ещё каждый из них находил в характере и поведении друга то хорошее, что брал в пример, на что ровнялся и к чему стремился, да и жили поблизости. Из всего этого сама собой возникала и взаимовыручка.

Настоящая дружба получается при взаимной потребности в общении между индивидуальностями, в отличие от псевдо дружбы, когда в основе находится выгодность. А при недостатке общения дружеские чувства постепенно переходят в воспоминания.

Александр просматривал фотоальбом. В это время Владимир, расстегнув змейку, высыпал всё содержимое из своей наплечной сумки. После чего стал туда закидывать то, что было необходимо сегодня для учёбы, или могло пригодиться на его взгляд: электронную игру, планшетный компьютер, игральные карты, газету кроссвордов, газовый баллончик, три учебника, общую тетрадь, упаковку презервативов, журнал для автолюбителей, пенал и органайзер. Одновременно друг рассказывал о том, как уговорил родителей сменить тариф домашнего Интернета, что увеличило скорость вдвое. Гость остановил свой взгляд на девушке, на вид ничем не выделявшейся среди нескольких других студенток, запечатлённых на этом снимке. Он с ней отучился последний класс в одной школе, жили в домах по соседству, и уже второй год шёл, как оказались в одном колледже. Герой книги не сразу её разглядел: сначала совсем не замечал, затем ему показалось, что она стала часто попадаться на глаза, от чего и пригляделся. Уже вскоре считал симпатичной, потом оказалось, что красивая, а значит и в одном ряду с классными девчонками (в эту категорию он относил не только по внешним данным, а ещё с кем интересно говорить и тех, что приятны в общении). Через некоторое время понял, что она ему нравится. Конечно, нравились и другие девушки, с которыми было интересно гулять в одной компании и общаться, но Лена чем-то больше привлекала, о ней почему-то чаще думал, и каждый день хотелось увидеть. А теперь ещё, вот в последнее время – стала самой прекрасной на свете! Несколько раз собирался с ней заговорить, но до сих пор робел, откладывал: «Я хороший, – думал он, – но как она ко мне отнесётся, может ей «такие» совсем не нравятся. И парень у неё есть, ещё со школы».

Владимир понимал, почему Александр уже пару минут не перелистывает страницы. Подойдя, похлопал друга по плечу и посоветовал:

– Брось глупить, она не для тебя. Я поспрашивал, как ты и просил, у Олега с её группы и Карины. В общем, парень у неё Вадик Крагов, весь обкачанный мышцами, больше ста килограмм весом, и у него тачка за восемьдесят пять тысяч долларов!

– Мне это не интересно, хоть бы и не знал.

– Её отец какой-то известный учёный. Она ростом наверно даже повыше тебя и старше почти на год. Вадик из богатой семьи, где тебе столько же «бабок» взять? Из карманных расходов на столовую что ли? И вообще не пойму, что ты в ней нашёл. Фигурка, конечно, ничего, но мне кажется, что она не для семейной жизни, слегка распутная что ли…

Александр, не дав договорить, сказал спокойно, но твёрдо: «Назовёшь её как-нибудь так ещё раз, и я тебе нос в трёх местах сломаю. Не нужно судить по внешности!»

Не испугался Владимир дружеской угрозы, но судьбу решил не испытывать, а лишь посмотрел на друга с жалостью, как будто тот был неизлечимо болен и подумал: «Интересно, на что ты ещё купился, кроме внешности?»

За оградой колледжа бритоголовый парень бил своего одногруппника. Его не смущало ни то, что тот был на голову ниже, ни что не оказывал никакого сопротивления. За его спиной стояли три парня, тоже без причёсок, они не проявляли никакого интереса к происходящему, курили и посматривали по сторонам.

– А что, Вов, может, поможем? – спросил друг.

– Да ты что?! Это же Плах, может, у него и мозгов нет, а драться он умеет, и конечно есть какая-то причина.

Александр, наслышанный про эту компанию, подозревал, что «какой-то причиной» могло стать, что пострадавший: «не то сказал», «не так посмотрел» или просто оказался «не в том месте». Сам он в ратных делах имел мало практического опыта, но раньше всегда удавалось выходить победителем; может, поэтому сейчас подумалось: «Будь мой друг порешительней, можно бы было попробовать «отделать» этих четверых».

Сценка продолжалась меньше минуты, потерпевший вскрикнул и упал на жёлтые листья возле стриженых кустов.

На первой паре занятий, доктор исторических наук растянуто и безэмоционально рассказывал наполовину пустой аудитории про времена декабристов. Александр с Владимиром сидели на предпоследнем ряду в центральных местах. Оба в джинсах, кроссовках и рубашках с длинным рукавом, отличавшихся цветом и фирмами. Все вокруг были очень заняты. Кто играл в карты, кто с телефоном, некоторые спали, компания слева разгадывала кроссворд, несколько студентов по краям были заняты планшетными компьютерами, а большинство читали: детективы, фантастику, любовные романы или глянцевые журналы. Владимир негромко говорил, как он мечтает о суперкомпьютере, и что профессия хакера для него наиболее привлекательна, поэтому после окончания колледжа будет поступать в институт на программиста. А Александр пытался слушать сразу всех и ещё что-то основное из лекции записывать в конспект.

После занятий друзья болели за свою женскую сборную по волейболу, встречавшуюся в товарищеском матче с командой из соседнего колледжа. Внимание Александра было приковано лишь к одной из участниц, само собой, ведь герой книги уже несколько дней как просто перестал смотреть на других. Она, на его взгляд, лучшая девушка среди всех, кого он когда-либо видел, и с самой хорошей фигурой в спортивном зале, да и не только в зале. И сейчас мысли были о том, что сделал бы всё возможное, чтобы Елена была его девушкой. Он представлял её в вечернем шёлковом платье, с роскошными ювелирными украшениями, вокруг колышется пламя свечей… А может, этот молодой человек думал и не об этом вовсе. Как бы то ни было, он решил в ближайшее время с ней познакомиться лично. Толкнул друга в бок в тот момент, когда тот собирался задремать, и с видом государственной важности спросил:

– А деньги у тебя с собой есть?

– Да, а что?

– Сколько?

– Несколько сотен, мне нужно будет…

– Давай быстрее все. Я сегодня тебе отдам!

Через несколько минут герой романа выбирал белые розы с крупными, только начинавшими раскрываться бутонами, на длинных стеблях, и не думал о том, что придётся отдать Владимиру почти все свои сбережения, или о вероятности общения с парнем Елены. Ведь он находился весь в ожидании знакомства с девушкой своей мечты, после того, как преподнесёт ей свежие и колючие цветы.

Александр стоял у стены посередине коридора, начинавшегося от выхода со спортивной площадки, и внешне было почти незаметно, каким был охвачен волнением, а он буквально чувствовал биение своего сердца. Зазвучал финальный свисток, и в дверях стали появляться девушки из команды его колледжа, утомлённые и довольные, ведь в напряжённом матче победа осталась за ними. Соперницы покидали площадку с противоположной стороны, в направлении своей раздевалки.

Елена после игры вновь вспомнила о беспокоивших проблемах: «Вадим разочаровал меня, но я не знаю, как об этом сказать и какой реакции от него ожидать, вдруг будут плохие последствия. Вот раньше: ходили с подружками друг к другу в гости, ездили на концерты… А теперь чтобы встретиться даже с Анфиской, приходится спрашивать у него разрешения! И настаивает на сексе, а мне бы не хотелось, чтобы это произошло так рано, в отличие от многих девушек. И…» – эти мысли внезапно прервались из-за молодого человека, появившегося на пути.

«Лена, прими эти цветы. Они для девушки, о которой я мечтаю во снах и наяву», – услышала она, увидела букет своих любимых цветов, почувствовала острые шипы у себя в руках и встретила сияющий взгляд. «Моё имя Саша, – сказал он, и, выждав пару секунд, попрощался. – До встречи», – затем, развернувшись, пошёл, не оглядываясь, к двойным дверям на улицу.

«Счастливая», – сказала партнёрша по игре, проходя рядом. А у Елены на некоторое время пропала способность говорить. Конечно, она замечала, что этот парень, живущий поблизости, обращает на неё внимание, но такой поступок оказался неожиданностью, большой и скорее милой.

В своём подъезде, заглянув в почтовый ящик, Александр, обнаружил извещение на посылку и, не заходя домой, пошёл её получать. По пути он думал о Елене, прокручивая в памяти мельчайшие детали встречи. После чего сделал заключение: «Если даже она никогда и не станет моей девушкой, преподнести цветы оказалось приятно. И ей букет понравился, это было заметно. А что, может и я понравился тоже, ну или когда-нибудь понравлюсь».

Присланный ящичек оказался совсем лёгким, а на адресе, в строке отправителя, значилось: Брянская обл., от Григория. Старший брат собирался привезти с раскопок какой-нибудь сувенир, но экспедиция обещала затянуться, и посылка от него стала приятным сюрпризом.

Дома Александр, скинув кроссовки, взял на кухне нож и начал открывать крышку. Ему показалось, что из-под неё повеяло холодком. Внутри сверху лежал листок бумаги из тетради в клетку, где брат от руки написал:

«Здравствуй, братишка! Мне, как и предполагали, придётся задержаться. Похоже, мы наткнулись на неизвестный храм или что-то подобное. Совершенно нетипичная архитектура, там даже статуи, подпирающие потолки! Всё под землёй, очень древнее место, быть может, здесь целый город!

Если бы ты видел, какие нам пришлось поднимать подъёмными кранами плиты, прежде чем добрались до первых находок! Одна книга с металлическими страницами чего стоит, её как будто вчера штамповали! Там, возможно, древнейшие письмена, которые находили в России, а то и на Земле!

Я взял себе одну вещичку. С разрешения старшего, конечно. Только никому об этом не рассказывай. На мой взгляд, это головоломка какая-то и подарок на твой день рождения! С пожеланием успешных начинаний, здоровья и любви!!!

«Мы попали под контроль правительства», – так нам объяснили. Теперь все находки передаём на учёт и хранение «людям в штатском».

Всем передавай привет! Теперь, где-то только раз в неделю буду звонить. Пока».

Всё остальное пространство в ящике занимали тряпки, когда-то бывшие белым пододеяльником. Развернув их, Александр увидел то, что поразило его тонкостью выполнения, поначалу даже было страшно дотронуться, настолько хрупким выглядело. Это был шар, состоящий из маленьких граней, расположенных в разных плоскостях по отношению друг к другу, они, в свою очередь, находились на слое из таких же граней, а глубже ещё и ещё… Размером всего со средний апельсин, из лёгкого металла, светлее серебра, с чёрным отливом. Весь шар усыпан жёлтыми шариками, подобно капелькам росы на паутине. Молодой человек дотронулся кончиком пальца до одной из капель, оказавшейся гладкой и упругой. Она скатилась по грани вниз до пересечения с другими, там рассыпалась на несколько поменьше, двинувшихся в разные направления, при этом, огибая другие капли, либо ударяясь в них. Те же от этого, в свою очередь, рассыпались, или происходило объединение, либо они тоже начинали куда-то двигаться, или и вовсе оставались стоять на месте, оттолкнув врезавшуюся от себя. Всё это продолжалось несколько секунд, после чего замерло в том же виде, как было первоначально. «Вот это здорово!» – не удержался от возгласа Александр. «Но в чём же здесь головоломка?» – подумал он и, решив отложить этот вопрос на потом, отправился навестить Владимира, чтобы отдать деньги и попытаться «раскрутить» его на пиво.

Молодой человек шёл по своей улице; в кармане олимпийки, рукой на ощупь, дотрагиваясь до шариков необычного предмета, ощущая, как они, щекоча ладонь, двигаются по граням. Вдруг что-то насторожило его. Он услышал лёгкое шипение с потрескиванием, которое исходило из его кармана с древней вещичкой. Александр остановился, достав странный шар с любопытством и тревогой. Капельки сосредотачивались по слоям к центру в форме воронки, в течение какой-то секунды, затем всплеск, во время которого всё вокруг замерло.

Глава 2

Герой книги находится рядом с центром города, в бежевом длинном плаще. Его ноги, обутые в кожаные ботинки на высокой платформе, наступали в лужи на тротуаре (в которых: дома, проезжающие машины, светофор), отчего отражение искажалось, разделяясь на волны и брызги, после чего, в успокаивающейся ряби, появлялось вновь. Он идёт к своему другу. Александр обратил внимание на стройную женщину на шпильках, с длинными светлыми волосами и сочно-красными губами, в облегающем, красивой формы, платье и расстёгнутой белой куртке с капюшоном, переходящую перекрёсток с собакой маленькой породы на руках. В уличный шум врывается рёв двигателя фуры… и хрупкое тело отбрасывает на несколько метров в лобовое стекло такси; она даже не успела понять, что произошло… удивлённые глаза и чуть приоткрытый рот с ещё тёплым дыханием. Тяжёлый грузовик, тормозящий юзом, мотаемый из стороны в сторону по мокрому асфальту, останавливается, лишь въехав в витрину магазина, осколки двойных стёкол которого разлетаются фейерверком. Из кабины вылез, с трудом держась на ногах, пьяный водитель, хлопая глазами, будто пытался их шире открыть, затем, обхватив руками голову, сел на подножку. Собачка после удара, с испугом отскочившая в сторону, подбежала к своей хозяйке и стала по-своему плакать. У молодого, невольного свидетеля подступил комок к горлу, сжало грудь, и в глазах стало всё расплываться от появившихся слёз, он её не знал, но было очень жалко, что жизнь так глупо оборвалась.

И вот герой книги на крыльце нужной парадной, говорит в домофон: «Рома, это я».

Щёлкнул замок в двери, и Александр пошёл по затенённому коридору, слыша, как захлопывается за ним дверь.

За компьютерным столом сидит Роман в чёрной парчовой рубашке с белыми вышитыми русскими национальными узорами и тёмно-коричневых вельветовых брюках. Если описать его внешность, то читатель обязательно узнает в нём Владимира, лишь волосы на голове мудрёно уложены в беспорядочность…

«Сашка, оцени мою новую игрушку», – сказал он и указал на сорока двух дюймовый монитор. Там огромный монстр держал в левой руке самоходную, межконтинентальную ракетную установку с выглядывающей округлой боеголовкой. Изображение постоянно движется, видны попадающие в обозрение под разными углами полупрозрачные крылья, структурой как у стрекозы, от шагов гиганта вылетают стёкла из домов, со всех сторон палит армейская техника. «Это «Манер», и игра так называется, – комментировал Роман. – Он вылез из глубин Земли, видимо стало тесновато, разгромил одну из крупнейших военных баз и захватил термоядерную боеголовку, сделанную для отражения вторжения с других планет. Его хотят убить, но не понимают, что при этом пострадает вся планета. Я управляю механической стрекозой. С помощью импульсов аппаратуры, установленной в ней, при непосредственном контакте, могу влиять на действия Манера, стараясь всех спасти».

Тем временем монстр перестал дышать, но глаза ещё блестят. Улицы залиты его коричнево-красной кровью, проносятся истребители, оставляя следы ракет и сея гильзы, бронебойные орудия ведут перекрёстный огонь с земли. Механическая стрекоза отрывается от затылка гиганта, крылья в трещинах, пули пробивают смотровые окна… дым, пламя… вспышка, Земля сотрясается… черный экран.

«Ты, создал игру, в которой не можешь выиграть?» – поинтересовался Александр.

И получил задумчивый ответ: «В этой игре невозможно победить – люди давно отказались от здравого смысла… На вот, возьми, это может тебе пригодиться – пистолет-пулемёт для линейной стрельбы», – сказал он уже повеселей и вручил другу неигрушечную вещь. Оружие напоминало укороченный автомат с длинными обоймами и стволом в обкладках из матово-серого металла. Некоторые части пистолета сверкали хромом, другие чёрные, сверху оптика с наружным диаметром трубки сантиметра полтора и выпуклой линзой спереди, сбоку три кнопки и очечник. Роман стал рассказывать: «Это электронный прицел, в который можно не смотреть, он передаёт сигнал вот на эти симпатичные, тонированные очки. Будешь в них видеть, как в обычных солнечных, плюс изображение с оптики с мишенью. Кнопки на нём – это управление: «приближение/удаление», «инфракрасный спектр» и «включение/выключение». Снизу рукоятки выключатель, видишь? Он приводит в действие аккумулятор, который здесь находится, отключай его, когда не пользуешься, чтобы не садился без надобности, и ещё это своего рода предохранитель. Вот здесь, сбоку, переключатель режимов. Запоминай, снизу вверх: одиночная, очередями и линейная стрельба. Эту обойму (рифлёная пластина с капсюлями с одной стороны) с сорока патронами, при верхнем положении флажка, отстреливаешь меньше чем за секунду! Стреляет на порядок тише обычного оружия, похоже не на выстрелы, а на хлопки. Пули пробивают бронежилеты и большинство стен, так что будь осторожней. Обойма вставляется с левой стороны, это стандартная модификация для правшей, при выключенном аккумуляторе её можно отвести в сторону из пулеприёмника для компактности».

С видимым изумлением Александр сказал:

– «РЛП – тысяча двести» их же выпускают только для спецподразделений по борьбе с организованной преступностью и терроризмом! Где ты его взял?

– Как раз у них и взял. Я имею в виду… ну, не важно. В общем, оказывал некоторые информационные услуги, а наличных оказалось маловато, вот на парочку таких и договорились. Да, если всё пройдёт нормально, то заработаешь на мотоцикл. О! Нам уже пора, – посмотрев на наручные часы, скомандовал Роман и, открыв дверцу шкафа из дуба, достал оттуда два мотошлема, короткое ружьё восьмого калибра и две гранаты «Ф-1м».

В это же время в нескольких километрах от дремучих лесов Брянской области, рядом с рекой Беседь, посередине лагеря археологов, в недавно вырытый колодец, при свете прожекторов трое мужчин, через блоковое приспособление, лебёдкой опускали тяжёлый ящик. Внизу – пятидесяти шести летний начальник экспедиции и заведующий кафедрой археологии с усами и густой короткой бородкой, напротив четверо: молодые археологи, среди них одна девушка и старший брат Александра. У Григория схожие черты лица, а ростом на пять сантиметров выше и волосы на два тона темнее. Он, как обычно, быстро излагал свои мысли, показывая план уже вскрытых строений: «Я уверен, что за этой стеной есть помещения, для завершения формы треугольника. А если оттуда сможем попасть на более глубокие уровни, то подтвердится версия, что это подземная пирамида и может, мы попадём в историю!»

Двое мужчин сняли с ящика крышку и разложили борта. Там на шести колёсах с прожектором и навесным оборудованием для долбления, резки, бурения и взятия проб, стоял метровый робот с видео камерой вместо глаз и гордой надписью на боку: «Первый». С помощью клавиш ноутбука начальник экспедиции начал управлять им. Электропривод делал движения почти бесшумными, а с видеокамеры изображение передавалось на монитор. Робот направился по тёмному коридору выполнять свою миссию.

А двое молодых людей были уже на площадке для машин перед домом возле мотоцикла, сверкающего в свете фонарей лаком и хромом, Александр сказал другу: «Мне кажется, имя Владимир подошло бы тебе больше».

Роман удивился и ответил: «Мать хотела меня так назвать, но отец настоял, чтобы было в честь деда. Странно, что ты об этом сказал».

Друзья выехали на большую эстакаду, поднявшись над крышами ближайших домов, их взорам предстал очень красивый закат. На одной кромке неба только что скрылся алый диск солнца, в окружении нескольких чёрных облаков, залив горизонт красным цветом, плавно переходящим кверху в жёлтый, голубой, серый и постепенно темнеющий синий на противоположной стороне, которая вот-вот укутается звёздной ночью. Александр подумал: «Красота заката не уступает восходу», – он не знал, ни куда они едут, ни по какому поводу: Роман не считал нужным углубляться в подробности. В мотошлемах звучала модная песня, и ни о каких заботах думать не хотелось.

Через четверть часа они подъехали к одноэтажному зданию большой площади, используемому как охраняемая автостоянка не менее чем на тридцать машин. На входе мужчина в чёрной униформе передал что-то по рации, и металлические барьеры въезда опустились на уровень бетонного пола, впустив мотоцикл. Не останавливаясь, Роман проехал внутрь.

В центре, на свободной площадке стояли три парня лет тридцати. Тот, что впереди был в чёрном кожаном плаще, лакированных ботинках, с короткими усами и бородкой, поверх майки золотая цепь с крестом, на пальцах перстни, его лицо улыбалось. Два здоровяка стояли в одном шаге позади, держа руки в карманах дутых курток. В ближайших трёх машинах сидели ещё несколько мужчин, наблюдавших за происходящим.

Друзья слезли с мотоцикла и сняли шлемы. Роман подошёл к парню с бородкой, они обменялись рукопожатием, после чего спросил: «Хен, наличные покажешь?»

Стало понятно, что это их главный – лишь махнул рукой, и ему принесли из большого внедорожника цвета чёрный металлик, новый тёмно-коричневый кожаный рюкзак, который он, дёрнув за шнурок сверху, чтобы развязать петлю, передал Роману. Александр от увиденного количества денег внутри приоткрывшегося наполовину мешка, еле удержался, чтобы не показать своего удивления! Там две трети места занимали запечатанные банковской лентой пачки зелёных сторублёвых купюр с изображением Михаила Фёдоровича Романова.

«Если хочешь, пересчитывай», – предложил Хен.

Роман, завязав увесистый рюкзак, отдал Александру, затем достал из бокового кармана на змейке флеш-диск в виде брелка с карабином и, протянув взамен, сказал: «Это того стоит. Ключ для декодировки, как и договаривались, закину на электронную почту», – довольный Хен пристегнул его на связку ключей и убрал покупку в карман брюк. Они не впервые встречались и не чувствовалось никакого напряжения.

Справа, примерно в двадцати метрах, пять ступенек поднимались к дверям, выкрашенным в белый цвет, с табличкой «Запасный выход», ручки соединены толстой металлической цепью, на которой висел амбарный замок, качнувшись, звякнувший о железные двери.

Все взоры устремились в ту сторону. «Там мой человек», – спокойно сказал Хен.

В следующую секунду взгляды Романа и Хена встретились. Рядом с лицом Романа было дуло пистолета, а у лба Хена ствол ружья, которое Роман держал в правой руке, а левую, что до данного момента не вынимал из кармана куртки, медленно достал, показав зелёную ребристую гранату без чеки, после чего сказал: «Я не знаю, что происходит. Ты же отвечаешь за безопасность!»

«Значит договор в силе», – заключил Хен, с его голосом слышно было, учащённое дыхание.

Александр держал под прицелом высокого лысого здоровяка, поднявшего большой револьвер на друга. Новичок в таких делах даже не ожидал, что так быстро получится подготовить оружие, а на него самого уже были направлены четыре ствола автоматов с разных сторон. Ещё семь человек, выскочив из машин, взяли в прицел выезд и двери запасного выхода. После долгих трёх секунд Хен, осторожно доставая из кармана рацию, сказал: «Я с ним свяжусь».

И тут раздался страшный грохот. Двери запасного выхода, вместе с кусками бетона из стены, вылетели на десяток метров и ударились в колонну, от которой поотскакивали осколки плитки. Зазвучали сигнализации у машин. В образовавшемся проёме с покорёженными краями металлической арматуры, в облаке пыли от строительных и отделочных материалов возникли очертания человека. Сразу из нескольких стволов в ту сторону полетел рой пуль. Того, кто там стоял, откинуло назад, и Роман кинул ему вдогонку гранату, от взрывной волны которой качнуло стоящий ближе других автомобилей микроавтобус, ещё у нескольких машин осколками попробивало стёкла. Стена вокруг проёма стала испещренной следами от пуль.

Александр ни разу так и не выстрелил, не потому, что было жалко патронов, а просто не понимал смысла. Стрельба стихла, от неё звенело в ушах. Хен крикнул, чтобы было слышно, несмотря на сигнализации: «Альберт и Фома посмотрите, что с Георгием и сматывайтесь», – после махнул Роману в сторону выезда, тот ответил кивком.

Друзья на большой скорости рванули на мотоцикле к воротам, но барьеры на пути ещё не успели опуститься, а между ними было слишком мало места, чтобы проехать, и они как по трамплину подлетели на среднем. Александр разбил шлемом две лампы дневного света, расположенные в конце тоннеля у ворот, но удержался на сидении.

Альберт и Фома, быстро и слегка пригнувшись, подбежали с разных сторон к месту, где недавно были двери, и когда их зрачки, встретившись, расширялись, они, держа линию прицела автоматов чуть ниже глаз, синхронно заскочили в дверной проём.

Примерно в трёх метрах от них был незнакомец на коленях, подобрав под себя руки и уткнувшись в пол лбом. На нём длинный плащ с капюшоном из толстой кожи серого цвета.

– Ещё ни разу не видел трупов в такой позе. И одет в какие-то странные лохмотья, – сказал Фома.

– Какие твои годы?! – ответил Альберт старшему товарищу и добавил. – Контрольный выстрел, – поднеся ствол на расстояние нескольких сантиметров, всадил незнакомцу пулю в голову, тот даже не шевельнулся. В паре метров лежал Георгий с оторванной головой, а ещё через метр был закрытый на засов выход на улицу. Единственная уцелевшая лампочка делала изуродованный взрывом коридор похожим на пещеру.

«Интересно, чем можно было так двери выставить?» – подумал вслух Фома. Отслужившие в спецназе, по армейской выучке, синхронно закинули автоматы за спины на ремень и, подойдя к своему, нагнулись, чтобы забрать его останки – и тут услышали странное слово, сказанное леденящим голосом. Со всех сторон к незнакомцу устремились мелкие, тёмные обрывки материи, затем за секунду он поднялся, согнув в локтях руки с открытыми, пустыми ладонями, где на каждом указательном и безымянном пальце по перстню, блеснувшему гранями драгоценных камней, и повернулся лицом. К этому времени специалисты своего дела уже взяли его в прицел. Странный бородатый человек сказал второе слово, смысл которого был также непонятен, и выпрямил руки вперёд. После была стрельба, от чего по стенам побежали ручейки крови.

Роман подвёз друга к дому, где-то невдалеке были слышны сирены полицейских машин, и напоследок сказал: «Мы просто катались по городу. Завтра вечерком нужно найди время, всё обсудить, а оружие оставь у себя – вдруг пригодится» – включил передачу, двигатель взревел, заключая в себе огненную мощь, и уже через несколько секунд мотоцикл скрылся в одном из ночных поворотов, оставив основного персонажа наедине со своей тревогой.

Дома у Александра уже все спали. Он потихоньку прошёл на кухню, вынул из холодильника бесцветную стеклянную полулитровую бутылку кефира с широким горлышком, под крышкой из зелёной алюминиевой фольги с тиснением и включил радио. Хрипловатый голос молодого ведущего новостей, немного спеша, и почти без эмоций читал: «После совещания с императором и премьер-министром, глава парламента изложил позицию руководства страны, на запуск военных спутников Американо-Канадской «Системы Противоракетной Обороны». Подчеркнув, что это не отвечает политике добрососедства на Американском континенте». Основной персонаж тем временем налил кефира в бокал и прошёлся к окну, за которым ни что не привлекло его внимания. «…В Санкт-Петербурге – столице нашей Родины, прошла выставка мировых достижений в области межмолекулярного синтеза». Прохладная жидкость полилась по пищеводу, освежая и успокаивая мысли. «Лекарство от СПИДа уже со следующего месяца поступает в аптеки всех девятнадцати губерний России». Подошёл к столу и сел на табуретку допивать напиток, с домашними пирожками на блюде под льняным полотенцем. «…Применение оружия нового поколения «Русская зима», из серии «Чудеса природы», на лагере террористов у границы Армянской губернии, вызвало негодование западной прессы. По официальным данным уничтожено: тысяча сорок семь боевиков и тридцать два местных жителя, случайно оказавшихся поблизости. Но некоторые информационные агентства заявляют, что мирных жителей погибло намного больше боевиков». Главный герой книги представил людей, застывших в какое-то мгновение в различных позах с остекленевшими глазами, замёрзшие листья на деревьях, птицы. «…В Китайской Федерации продолжаются массовые забастовки с требованием увеличения заработной платы. А теперь новая музыкальная композиция, от популярного финско-польского дуэта, лауреатов Всероссийского конкурса песни»…

Ложась в постель, Александр вспомнил своего брата (который уже месяц находился на раскопках какого-то древнего сооружения) и подумал: «Он сильно удивится, увидев меня на мотоцикле», – отчего улыбнулся. Затем стал вспоминать о событиях сегодняшнего дня, но никак не смог припомнить, что же было утром; а через минуту его мысли уже растворились во сне.

Ночью, главный герой книги почувствовал дуновение лёгкого тёплого ветерка, пошевелившего его волосы и освежившего лицо. Внезапно, на границе сна и реальности, понял: кто-то уже давно его зовёт. Он, от охвативших переживаний, что может опоздать, подскочил на ноги и сразу после сел на кровати. Фонари во дворе с двух ночи до пяти утра горели тускло, из экономии, и окно загораживали шторы, но всю комнату наполнял бледно-жёлтый свет, как будто сам воздух светился. Молодому, сонному человеку это не показалось странным. Он вздохнул и почти сразу успокоился, удивившись нахлынувшей тревоге. Хотел снова лечь, но взгляд привлёк силуэт сидящего в дальнем углу комнаты. Совершенно неподвижная, неожиданная фигура была чернее самой ночи, и казалась просто тенью, единственной тенью в этой комнате, пока стремительно не встала, одновременно развернувшись к Александру. На двух с половиной метровом теле, под не отражающей свет тончайшей накидкой, застёгнутой ремнём на шее, крупная сеть из чёрных глянцевых косичек и светло-серого каната, за которой блестят золотом доспехи. А от вида головы – главного героя книги обдало холодными мурашками – там не лицо, а тонкая, вытянутая морда животного! Волчья голова произнесла баритоном, на чистом русском языке: «Помоги Нам внести необходимые изменения в судьбу планеты».

Основной персонаж почувствовал в себе стремление бежать, сколько было силы, чтобы сделать то, о чём его просят. Но не мог понять, что именно от него хотят. Во рту пересохло, хотелось что-то объяснить, но выдавить из себя он смог только: «Н-е-т».

От глаз, смотрящих в него, Александр почувствовал головокружение, не было сил даже пошевелиться.

Незваный гость, изменившимся, более низким, приглушенным голосом вынес приговор: «Потомок выживших, тебе предстоит ощутить дыхание смерти. От приставленных хранителями к судьбе бесполезно прятаться».

В глазах у молодого человека всё расплылось и потухло.

* * *

Поутру Александр, проснувшись и выключив звенящий будильник, первым делом подошёл к окну. Раздвинул синие шторы и стал рассматривать окрестности безлюдной спортивной площадки, в поисках возможного источника ночного освещения – пришёл к выводу, что в его комнату на двадцать втором этаже с этого пейзажа вряд ли что-то могло так светить. «Очень реальный сон, нужно поменьше телевизор смотреть. И жаль, нет какой-нибудь таблетки от головной боли», – думал он. Раздался телефонный звонок, основной персонаж вышел в прихожую и снял трубку: «Алло».

Это Григорий звонил домой из кабинки таксофона, установленного рядом с палаточным лагерем археологов, посреди луга, у столба:

– Привет, братишка! Я тебя не разбудил?

– Привет! Всё нормально, позавтракаю и буду собираться на учёбу. Рад тебя слышать! Как дела?

– Мы на пороге открытия! Сегодня снова идём под землю. Сотовые телефоны у всех забрали, оборудование тут очень чувствительное понавезли. Что у тебя нового?

– Приедешь, удивишься.

– Как мать, отец?

– Всё нормально, на работе.

– Скажи, что я их люблю. Ну, меня зовут. Позвоню ещё на неделе. До скорого!

– Пока.

Тем временем в здании полиции двадцати пяти летний офицер зашёл в массивную, деревянную дверь кабинета с металлической табличкой: «Майор Е. И. Кабанов».

– Ваше высокоблагородие, поручик Стрелков для доклада прибыл.

– Присаживайтесь.

– У нас чрезвычайное происшествие…

– Я это уже слышал. Можете переходить к фактам.

– По звонкам граждан с сообщениями о стрельбе, выехала группа быстрого реагирования. Вокруг автостоянки патрульные машины перекрыли все выезды из квартала, но задержать никого не удалось…

– Сколько времени на это ушло?

– Около пятнадцати минут.

– Слишком долго. Дальше продолжай.

– Оба охранника были усыплены и ничем не могут нам помочь. Вероятнее всего снотворное было подмешено в пищу. Сейчас посуда и остатки еды на экспертизе. Видеокамеры системы наблюдения оказались отключены! У нас есть только запись со звукозаписывающего устройства в коридоре запасного выхода, пока в него не попала пуля, этому предшествовали два слова на неизвестном нам языке. Прогнали их через компьютер и получили неожиданный результат. В нескольких североафриканских наречиях сходные по звучанию слова переводятся, как «плоть» и «рабы». Там в коридоре и были обнаружены трупы, все трое ранее служили в войсках специального назначения. Двое изрешетили друг друга из автоматов, а у третьего просто голова оторвана. Принадлежность к каким-либо группировкам выяснить пока не удалось. Гильз набрали целую сумку. Её отвезли на баллистическую экспертизу. Трудно сейчас сказать, из скольких стволов стреляли и для чего, возможно какие-то трупы были забраны до нас. Следы крови изучаются. Это всё.

Моментальные фотографии с места происшествия вызвали у повидавшего множество кровавых картин за свою службу майора, смесь беспокойства и озадаченности.

Александр под вечер, надушенный и аккуратно причёсанный, сидел на диване в гостиной Романа, смотрел видео клипы по спутниковому каналу и понемногу отпивал апельсиновый сок из большого хрустального стакана. Обстановка стильная и красивая, но без намёков на роскошь. Друзья собирались на домашнюю вечеринку, организуемую по случаю начала учебного года Эльвирой – девушкой, учащейся в одной с ними группе техникума: общительной, гостеприимной, симпатичной и вдобавок окружённой множеством подруг. Зазвонил телефон: «Слушаю», – с отвлечённым видом сказал основной персонаж в антикварную трубку.

Оттуда донёсся знакомый голос парня, также приглашённого на предстоящее мероприятие: «Саш, выходите к дороге, через пять минут мы подъедем».

«Михайло, нет проблем», – ответил Александр, уже поднимаясь с дивана.

За большим столом, посреди прямоугольного зала, расположились в произвольном порядке пять парней и столько же девушек. По комнате лилась спокойная инструментальная музыка. Все друг друга знали, большинство улыбались и шутили. Стол был красиво сервирован, с холодными и горячими закусками, напитки на выбор: сок, минералка, вино, водка, сидр; а по центру большое блюдо с фруктами и виноградом. На Александра нахлынули плохие предчувствия, он подумал: «Что я здесь забыл, зачем сюда пришёл?» – но себя смог пересилить, отогнав, показавшиеся ему беспочвенными, беспокойные мысли.

Когда все накушались, то девушки собрали угощенья, кроме фруктов. Сменилась посуда со столовыми приборами, и пополнились салфетницы. Парни водрузили на стол большой парящий самовар, а Эльвира принесла, с вазой домашнего печенья, по бутылке медовухи и вишнёвой наливки.

По завершению застолья, совместно убрали со стола, сложили его и отставили к стене, чтоб освободить место для заготовленных весёлых конкурсов. Инициатором и ведущей выступила хозяйка вечера. Первый конкурс, по результату открытого голосования, достался ребятам. На соревнования с бутылками вышли Роман, Михаил и Максим. Эльвира в метре перед каждым из них поставила по пустой полулитровой бутылке из цветного стекла. На пояса привязала по нитке с карандашом, свисающим до колен, под углом градусов тридцать. Для победы следовало, после команды «марш», раньше других попасть своим карандашом в горлышко бутылки, не помогая руками.

Следующий конкурс для девушек. Посоревноваться в искусности обращения с ленточками вызвались: Елизавета, Татьяна и Наталья. Эльвира каждой из них на талию повязала по ленте из яркого материала, шириной пять сантиметров. На свисающий спереди край подвесила по полулитровой, пластиковой бутылке с водой, так чтобы дно было сантиметрах в двадцати от пола. На исходной позиции, в конце комнаты, перед участницами положила по свежему огурцу среднего размера, а в двух с половиной метрах поставила символические ворота из пластиковых стаканчиков, шириной семьдесят сантиметров. Для победы нужно первой закатить свой огурец в ворота, толкая раскачиваемой бутылкой, без помощи рук.

Победителям конкурсов, Михаилу и Татьяне призом стал совместный танец, захвативший всеобщее внимание великолепностью исполнения, после чего, в свете торшеров и подсветки музыкального центра, началась домашняя дискотека. Под модные современные композиции почти каждый «зажигал» так, как именно он чувствовал эту музыку, не обращая внимания в одной ли он «теме» с остальными.

На улице уже было по ночному темно, на безоблачном небе низко висела крупная, жёлтая луна и только еле заметная дымка колыхала и искажала её изображение в причудливо-жуткое подобие провала в небесах. Через приоткрытую дверь балкона, в комнату, аккуратно покачивая занавески, проникало жёсткое дыхание осени, а молодость, танцы и алкоголь прямо-таки нуждались в некотором охлаждении.

Александр присел на диван, облокотившись на спинку и, закрыв глаза, расслабился. Перед его взором в свете луны и звёзд появилась покрытая травами долина с горами у горизонта. Позади шумно взлетели четыре ворона, поблёскивая металлическими отливами на мрачных перьях, и стали подниматься, кружась над этим местом. Молодой человек обернулся, увидев, что спиной к нему стоит кто-то в тёмном плаще с одетым капюшоном. «Брат!» – вырвалось у главного героя книги радостное приветствие (не видя бороды и глаз, светящихся голубым огнём), но вдруг сомнение и тревога промелькнули в его сердце. И тут основной персонаж почувствовал, как тёплая, нежная ладонь легла на его руку, и устремился к этому теплу – взлетев по диагонали назад и вверх, не двигая при этом ни руками, ни ногами. Стоявший в плаще этим временем стал поворачиваться, но весь пейзаж уже обрушивался в бездну тьмы вместе со звёздами, начиная с горизонта, и также стремительно, как Александр, удалялся от этого места, к нему приближалась музыка. Он открыл глаза, рядом, держа его за руку, сидела Екатерина, на его взгляд, очень привлекательная девушка.

– Ты не спишь? – дыша влажно-тёплым воздухом через чуть приоткрытый рот на щёку и шею главного героя книги, спросила она.

– Нет, просто прикрыл глаза. Катя, давно здесь сидишь?

– А говоришь, что не спишь! Пойдем, потанцуем, а то у тебя кожа ледяная уже стала.

Они говорили в полголоса, при этом чуть подавая тела друг к другу. Звучала медленная композиция, и наша пара присоединилась к другим танцующим. Основной персонаж обнял Екатерину за талию. Она положила руки ему на плечи, прислонилась своей щекой и шёпотом, касаясь губами уха, сказала: «И я, и наши родители хотят нас видеть вместе. Когда же ты смиришься со своей судьбой и полюбишь меня?»

Александр не ответил, хотя ему было приятно чувствовать её рядом и вдыхать согревающий аромат духов.

Вскоре Эльвира порядком утомилась: сон стал одолевать, и веки начали «примагничиваться» друг к другу. Она убавила музыку и сказала: «Я была очень рада всех видеть, но уже довольно поздно и мне пора спать».

Михаил с Максимом, решив продолжить вечер с другой компанией, вызвали такси до модного клуба. Пётр, никогда не пьющий ничего крепче безалкогольного пива, поехал развозить девушек. А основной персонаж с Романом, вежливо отказавшись его подождать, пошли пешком.

Друзья шли по местами освещённому тротуару, кое-где в окнах горел свет, по дороге изредка проезжали автомобили. Высказав положительный отзыв о вечере, поддержанный главным героем книги, Роман спросил:

– Почему ничего не спрашиваешь насчёт вчерашнего?

– Это не моё дело, хотя, конечно, таких денег я ещё не видел и за что их можно получить, не представляю.

– Я помогаю в разных странах финансам «перетекать» с одних счетов на другие, оказываясь у моих партнёров, но связать их с теми, которые «уплыли» практически нереально. Деньги, как правило, нечестно заработанные, потому и заявления о пропаже редкость. Техническую сторону вопроса рассказывать долго, да и ни к чему. Я же довольствуюсь предоплаченными процентами. Ещё «вирусы» делаю некоторым компаниям, «ключи для взлома», ну и так, ещё кое-чего по мелочи. Вот только приходится, как видишь, быть подпольным миллионером и скромничать, даже внедорожник на бабушку оформлен. Но это временно.

– Надеюсь, к тому времени эти деньги не обесценятся, – пошутил Александр и добавил с сожалением в голосе. – Но вчера всё было близко к провалу.

– Да. Опасно потерять контроль, теперь встречи будут в самых людных местах. Можно было бы отказаться от наличных, но если начнут меня «раскручивать», у них будет больше «зацепок». И я до сих пор не могу понять, что же произошло на стоянке.

– Мистика какая-то…

– С Екатериной вы в танце казались влюблённой парой, я был здорово удивлён! Непонятно, почему ты её отвергаешь.

– Катя очень хорошенькая, но чувство какой-то ложности, неестественности преследует меня. Ты видел, как у неё сегодня блестели глаза? – встревоженно жестикулируя, заговорил молодой человек. – Ни у кого больше они так не блестели.

– Это алкоголь, которого ты малость перебрал, успокойся.

А основной персонаж его не слушал:

– Но она спасла меня сегодня, возможно от того парня, по которому стреляли вчера, там в гараже. У меня было видение: я думал, что передо мной брат, а оказалось, что нет. Переживаю за него, – он был сильно растревожен воспоминаниями, затем остановился, его глаза смотрели куда-то далеко вглубь себя. Друг тоже остановился. Уже через секунду Александр выглядел вполне нормально и извинялся: «Сам не знаю, что на меня нашло, захотелось даже поплакать».

«Всё проходит, – заключил Роман, улыбнувшись, хлопнул его ладонью по плечу и подумал, что друг перебрал больше, чем он предположил ранее, да и себя ощущал в пьяно-приподнятом настроении. – Сашка, пойдём этой дорогой, – и указал в сторону довольно мрачного переулка, – там хоть и немного темнее, зато намного ближе; я ещё в детстве гулял в этих местах».

Молодые люди направились к переулку, откуда ветер выкинул пустой пакет, переступая через россыпь булыжников вдоль края проезжей части и поёживаясь от начинавшей пробирать прохлады. Стал моросить мелкий, но довольно частый дождик. Здесь в производственных зданиях не было света в окнах, а небо всё больше затягивало тучами, вот уже и от луны осталась лишь кромка. До друзей начали доноситься ритмы панк-рока. «Здесь что находится, какой-нибудь клуб или дискотека?» – спросил Александр.

Друг пожал плечами, ему хотелось лишь добраться поскорей до дома: «Если будешь замерзать, скажи, я вызову нам такси – погода не особо располагает к прогулкам перед сном», – сказал он.

Метрах в десяти перед ними всё более отчётливо вырисовывалась арка высотой до трети соединяемых шестиэтажных зданий: суживающая проезд, непонятно для чего построенная и, по виду, значительно старше окружающих домов: во многих местах с осыпавшейся толстой штукатуркой, местами с вывалившимися, либо выбитыми кирпичами и большой трещиной от середины правого основания до центра вверху.

Глаза над аркой наблюдали за приближающимися, но те в полумраке этого не разобрали. Человек, держась там за железную лестницу, обернулся, пригибаясь, и поднёс к вытянутым губам указательный палец правой руки, а левой показал двойку.

Роман спросил у основного персонажа: «Ты готов преодолеть очередные ворота в жизни?.. Никогда ведь не знаешь, что за ними тебя ожидает», – с улыбкой завершил он.

Тот пожал плечами и ответил: «Я ничуть не удивлюсь, если от этого памятника зодчеству отвалится кусок, и мы не преодолеем эти «ворота», и не узнаем, что там за ними».

Сразу за ветхим архитектурным сооружением друзья сбавили шаг, а затем и вовсе остановились. На них были устремлены решительные взгляды из технологической пустоты в показавшемся здании, на высоте около метра, с ведущей туда лестницей и используемой, по-видимому, для погрузки или разгрузки грузовых машин, о чём свидетельствовала и куча пустых коробок. Там находилось больше двадцати парней возрастом от шестнадцати до двадцати пяти лет: в кожаных куртках с сияющими заклёпками и молниями, в джинсах или кожаных брюках; в «казаках» или тяжёлых ботинках. Среди них несколько в спортивных костюмах и кроссовках и, ближе остальных, единственная девушка, при виде которой у Александра перехватило дыхание, и сердце учащённо забилось в груди. Он не верил в любовь с первого взгляда, это на него навалилась тяжесть каких-то чувств или воспоминаний. На музыкальном центре нажали паузу; «Елена», – сказал главный герой книги негромко, с некоторым сомнением в голосе. Она это услышала и несколько удивилась. Девушка сидела поперёк сидения мотоцикла, возле стены, в метре от группы парней. Одна её нога в облегающих чёрных джинсах была на подножке, другая на дороге. Серый по фигуре свитер с белым орнаментом, высоким воротником, закрывающим всю шею, и рукавами до основания большого пальца. Длинные, гладкие, светло-русые волосы уложены назад и скреплены большой, сияющей кристаллами, заколкой. Свет от двух рабочих ламп в этом переулке, на противоположной стороне, отражался от её искрящихся, перламутровых губ на белом лице.

Спускающийся по лестнице парень, за спинами ещё не понимающих на что попали, молодых людей, вызывающе закричал: «Ну, что «пингвины». На разведку пришли? Мы уже думали, что вы все как крысы попрятались по углам и вас придётся вылавливать и давить по одному!»

И тут Романа словесно прорвало: «Какой сюрприз увидеть среди этого сброда самую красивую достопримечательность нашей губернии! Что, после победы на чемпионате Европы по фулл-контакт каратэ, захотелось земных зрелищ? Так вот не на тех напали! И на пингвинов мы похожи не больше чем вы все!»

Между тем девушка поднялась с мотоцикла и небыстрым уверенным шагом направилась к свежеприбывшим. На её лице было невозможно прочитать, какие бы то ни было мысли. Она спустилась по ступенькам и приблизилась к Александру, не отрывавшему от неё глаз, так, что он оказался посередине между ней и другом.

Тем временем, парень, спустившийся с арки, подошёл к Роману, говоря: «Я переломаю тебе ноги и бегом отправлю к остальным «пингвинам» и нечего мне «пургу гнать», что здесь случайно оказался в это время», – на его футболке под расстегнутой курткой красовался череп со сломанными зубами и надпись «Этот тоже был моим врагом».

Девушка тихо сказала: «Вы спутали меня с сестрой, но откуда её знаете? У меня здесь друг, а Лена никогда не приезжала в этот город, и уже два года, как в монастыре».

Роман, подавшись всем телом вперёд, согнул руки в локтях и, сжав кулаки, наступил достаточно близко подошедшему собеседнику на носок ботинка. А тот, попытавшись от неожиданности отпрянуть назад, потерял равновесие и упал спиной в лужу.

У главного героя книги с волос падали капли дождя, он, глубоко вдохнув цветочный аромат духов смешанный со свежестью промокшего вечера, ответил: «Она мечта из моих снов! Наверное, я знал её в детстве, но для меня сюрприз встретить её сестру близнеца!» – девушка на это чуть заметно улыбнулась.

Парень, упавший в лужу истерично кричал, схватившись за лодыжку: «Кажется, этот «урод» сломал мне ногу!»

Роман через плечо сказал другу: «Те, кто имеют авторитет, обычно не начинают потасовок, чтобы не ударить в грязь лицом».

В большой компании, поначалу одобрительно улыбавшейся, лица вытянулись вниз, и показалась злоба. «Ты чего о себе возомнил!?» – спросил один из них.

Роман, чтобы всем было слышно, отчеканивая каждое слово, ответил: «Если вы сейчас просто извинитесь, то я оставлю вас в покое, и мне не придётся огорчать ваших родных и близких».

Один из парней достал из-за пазухи охотничий нож с лезвием длиной сантиметров двадцать. Ещё один, в кожаных перчатках, стал наматывать на ладонь цепь довольно приличной длины и толщины. Остальные остались сидеть, видимо решив, что с ними будет перебор, хотя и поглядывали на стоящие в ряд вдоль стены дубинки.

Собеседница сказала Александру: «Пообещай, что поможешь вернуть сестру к нормальной жизни и будешь бережно к ней относиться, тогда я помогу вам», – в её глазах мелькнула надежда.

«Обещаю», – согласился он.

Упавший на дорогу немного отполз и поднялся на ноги, показывая, что сделать ему это было больно. Парень с ножом спрыгнул с возвышения и быстро направился к Роману, а тот под рубахой взялся за рукоятку пистолета.

Девушка вышла наперерез к молодому человеку, крутящему холодное оружие с отполированным лезвием между пальцев и, протянув вперёд руку, показывая открытую ладонь, сказала: «Стой на месте!»

Тот остановился, у него нервно дёрнулась голова на бок, после чего ответил: «Глаша, я просто отрежу ему ухо и со вторым отправлю, чтобы «пингвины» наложили себе в штаны от страха», – и уже не так уверенно, но сделал ещё один шаг. За следующую секунду Глафира сделала в его направлении два шага и её нога так быстро, что можно было и не заметить, коснулась головы парня. Ещё через секунду нож выпал из руки и воткнулся в трещину старого асфальта рядом с его ногой. А в течение следующей секунды он сам упал на колени, и туловище запрокинулось назад.

Друг основного персонажа убрал руку с пистолета. Чемпионка, повернувшись к остальным, на усиливающемся дожде, властно сказала: «Дважды повторять не стану. Они не имеют отношения к «пингвинам» и пойдут туда, куда сочтут нужным».

Самый крупный из присутствовавших здесь, расстегнул свою куртку и пошёл к ней. Приблизившись на расстояние вытянутой руки, снял куртку и накинул ей бережно на плечи: «Не мокни, пожалуйста, и я извиняюсь за Дэна».

Глафира достала из заднего кармана бархатистую визитку и протянула главному герою книги; свет фонарей отблесками отражался от её красиво украшенных, природных ногтей средней длинны. Тот положил её во внутренний карман, куда ещё не добралась влага.

Вслед за здоровым парнем подошли ещё двое, взявшие Дениса с двух сторон и поднявшие на ноги, тот уже начал приходить в себя; они положили его руки себе на плечи и осторожно повели к лестнице под крышу.

Роман глубоко вздохнул и посмотрел на Александра, в его взгляде была видна усталость от большого напряжения сил после длинного дня.

Музыкальная композиция зазвучала с места остановки. Со стороны, откуда недавно пришли два друга, а затем и с противоположной, послышался стремительно приближавшийся рёв моторов. Свет фар, пронизывая темноту, прыгал и дрожал, казалось даже в такт музыке. С каждой стороны ехало по паре мотоциклов, на каждом по двое в чёрных одеждах и мотошлемах с тонированным забралом. Под ними, в разлившихся лужах, из-под колёс веером поднималась вода. Как только первый проехал арку, мелькнул огонёк, летящий в сторону основной массы ребят, под козырёк. Но бросивший не учёл скорость езды, инерция которой отнесла его «гостинец» на пару метров дальше намеченной цели. Оказалось что это бутылка с зажигательной смесью, она, ударившись об выступ в стене, разлетелась огненными брызгами.

Такого развития событий, похоже, не ожидали. Глафира со здоровяком присели от неожиданности, но уже в следующий момент он поднял с дороги полуметровый обрезок металлической трубы и, кинув, попал им в диск переднего колеса второго мотоцикла. Сначала из седла вылетел пассажир, затем водитель, потом из руки пассажира освободилась бутылка с горящим фитилём, поднимаясь по схожей траектории. Молодой человек, ехавший им навстречу, даже рот раскрыл, видя, как над ним пролетают два его знакомых, а за ними и мотоцикл!

Крупный парень, перекрывая рёв двигателей орал: «Все от стен… рассредоточиться… ленту!» – сам подбежал к кем-то уроненной дубинке и поднял её.

Тем временем, с взлетевшего мотоцикла ощутили стремительное приземление, а сама машина, упав со скрежетом и искрами, перегородила дорогу второму экипажу, ехавшему с противоположного направления. Водитель затормозил и попытался избежать столкновения, но упавший мотоцикл, развернувшись, их подсёк, и уже второй «железный конь» заискрил по мокрому асфальту. Неподалёку за аварией приземлилась бутылка с зажигательной смесью, всплеснув огненными брызгами.

Очередная бутылка полетела с большей точностью, но была поймана в кожаную куртку. Здоровяк, вышедший к этому времени на дорогу, хотел смахнуть проезжавшего рядом мотоциклиста, но тот увернулся, а пассажир выставленной ногой вперёд ударил его в плечо, свалив на землю. Отъехав несколько метров, им рядом с передним колесом приземлилась вернувшаяся бутылка из куртки. После этого некоторое время колёса были в огне, но дождь делал своё дело и всё достаточно быстро тухло.

Случайно здесь оказавшиеся друзья, стояли с другой стороны дороги, у стены вдвоём и внимание мотоциклистов пока не привлекали.

Подкошенных железных коней быстро подняли те, кто на них приехали и рванули в разные стороны.

Поперёк дороги раскатывается самодельная металлическая лента с шипами из заточенных и приваренных уголков. Молодой человек с цепью раскрутил её над собой: три металлических шара, которыми она заканчивалась, описывая окружность радиусом два метра, издавали характерный, ухающий звук. Несколько парней, в их числе и Александр с Романом, закидывали пустыми ящиками и коробками проезд в арке, под руководством здоровяка, мышцы которого колыхались на руках и под белой майкой, сотрясая воздух.

Уже с метров десяти от приближавшегося мотоцикла полетела очередная бутылка с огнеопасным содержимым. Горящая жидкость попала от стены на спины двоим, не успевшим отскочить, они легли на мокрый асфальт и стали по нему кататься. Двое других, что были поблизости, побежали помогать тушить своими куртками. С мотоцикла нападающих послышались приглушённые выстрелы. И вот один из оборонявшихся падает, схватившись за грудь, ещё один, вскрикнув, опускается на землю, держась за живот. Колёса преодолевают шипованную ленту. Водителю по мотошлему ударяют шары на цепи, от чего тот раскалывается, и забрало отлетает в сторону. Он, не меняя направления, проезжает в арку, разметав на куски, разлетавшиеся до самого потолка, ящики и коробки. Ещё немного отъехав, остановился и заглох, мотоциклист свалился на бок, а пассажир, уперев ноги в асфальт, удержался от очередного падения.

Глафира подбежала к ближайшему из подстреленных, он уже поднимался на ноги, держась одной рукой за живот. Она быстро приподняла ему джемпер с футболкой: там была гематома, но раны не было. «У них пневматическое оружие или резиновые пули!» – громко оповестила она всех.

С мотоцикла, с покрышками, шипевшими выходящим воздухом, пассажир весь в чёрной одежде слез, выставил подножку, присел к упавшему товарищу и снял с него шлем. Кожа на лбу у того была рассечена, но дышал ровно. Со стороны арки к ним уже бежали с возгласами и дубинками. Стрелок направил на них пневматический пистолет и крикнул: «Стоять!» – никто не послушался, и раздались три выстрела, после чего один из приближавшихся упал, схватившись за колено. Сообразив, что ото всех отстреляться не получится, парень убрал пистолет, запрыгнул на сиденье и завёл мотор. Но вот уехать на спущенных колёсах не успел. Несколькими ударами в три дубинки его свалили на асфальт вместе с мотоциклом, разбили фары, зеркала, вырвали, по возможности, проводку, а затем также бегом стали возвращаться на исходную позицию. Потому что на помощь уже возвращались на мотоцикле, за которым бежали человек десять с угрожающими окриками и различными подручными средствами, пригодными для ведения драк.

Особенность этого переулка заключалась в том, что выходов из него было два. Дома были пристроены один к другому, и только в одном месте железные ворота, ведущие на какое-то предприятие, на которых крупными чёрными буквами, под трафарет, надпись: «Территория охраняется собаками».

Александр подумал, что возможно он не сможет выполнить своё обещание, данное при столь странном стечении обстоятельств, но страха не было, а неожиданной мысли нашёлся противопоставить лишь улыбку. Дождь стихал, переходя в изморось, небо прояснялось, ветер затаился и по улицам начал расстилаться туман.

Глафира завела свой мотоцикл, съехала по ступенькам, остановилась и указала прямой рукой, ладонью вниз, с выпрямленными указательным и средним пальцами, на группу более пятнадцати человек, с мотоциклом во главе, приближавшихся и с другой стороны. Уже понимая, что место «стрелки», возможно, оказалось неудачно выбранным, что позволило дать себя окружить, но зато и отступать некуда, а чемпионке не к лицу отступать. Девушка кивнула на заднее сидение своему другу: «Сергей, ты со мной. Все остальные в круговую оборону!» – он подсел с половинкой кирпича в правой руке и дубинкой в левой, а она, стремительно тронувшись, направилась на основные силы противника.

Спортсмен мощным броском кирпича угодил встречному водителю в правую область груди и плечо. Тот дёрнул руль, передним колесом попав в выбоину на асфальте. Не смог выправить мотоцикл, и он врезался в дорогу боковым отбойником, затем зад машины закинуло вперёд и вверх, ещё немного проскребя по дороге, он ударился в стену, посылая в разные стороны град грязных брызг. Глафира просчитала, что этот мотоцикл может оказаться опасной помехой. Ей пришлось значительно сбавить скорость, чтобы не столкнуться с неуправляемым железом на узкой проезжей части. Это увеличило риск быть остановленной грозными ребятами. Как только она миновала разворачивающийся мотоцикл, с всё ещё крепко за него держащимися «наездниками», то подняла своего железного коня на дыбы и в таком состоянии въехала в толпу. Послышалось несколько вскриков, взметнулась вверх вылетевшая у кого-то из рук бейсбольная бита. С другой стороны этой плотной группы людей сначала выскочил какой-то парень, за ним приземляясь на переднее колесо, вырвался мотоцикл, пошатываясь на амортизаторах, словно стальной зверь, обузданный воительницей.

Обескураженные таким поворотом событий «пингвины» остановились в состоянии нерешительности. Самый рослый среди них скомандовал: «Поможем братьям добить придурков, – гримасничая лицом и выпучивая глаза, он кивнул в сторону уже начавшейся драки. – А эти двое и так сиденье обделали, что будет не отмыть, – добавил он, и окружающие поусмехались. – Вперёд!!!» – широко раскрытым ртом закричал он и показал рукой направление. Гигант был одет во всё красное и чёрное: куртка нараспашку, брюки, ботинки и футболка с надписью «Хочешь нежной смерти? Обращайся сюда!», поверх неё золотая цепь. Видимо он у них за лидера, ведь кто смогли – тут же убежали. Остались: пострадавшие с мотоцикла, один лёжащий посреди дороги и ещё двое, хромая на разные ноги, опирались на биты и друг друга.

Высокий парень оттащил лежащего на обочину, тот тихо бредил: «Ну, бабушка, я не буду манную кашу». После чего обратился к остальным: «Я возьму свою машину и приеду за вами, а пока уйдите с дороги», – и побежал по затенённому краю переулка за прорвавшейся парой.

Глафира с Сергеем выехали из переулка. С другой стороны дороги, возле перекрёстка, стояло пять легковых автомобилей, которые с полчаса назад они здесь ещё не видели, когда направлялись на условленное место. Сразу на углу курили двое парней, и даже подумать не успели, что это может быть незнакомый мотоцикл, как спортсмен одним ударом резиновой дубинки по широкой дуге сбил с ног их обоих, после чего прикрутил на её окончание металлический набалдашник, вынутый из кармана. Глафира, проехав на другую сторону дороги, развернулась и остановилась. Там Сергей спрыгнул с сидения и, подбежав, начал быстро и старательно бить дубинкой по стёклам машин. На разные лады стали пищать и выть сигнализации.

Возле арки драка была в полном разгаре, несколько человек уже лежали на земле: одни приходили в себя, а другим уже стало неинтересно в этом участвовать. Не смотря на перевес в численности «пингвинов», силы оказались примерно равными. Общий шум «общения» пополнялся музыкой и лаем собак, породы Московская сторожевая, за воротами. На звуки сигнализаций поначалу не обратили внимания во всеобщей суматохе. Кто-то из обороняющихся громко высказался без эмоций: «Захлопнулась ловушка». И уже менее чем через минуту нападающих охватило коллективное беспокойство, они стали отступать, при этом старались держаться группами и отбиваться от преследовавших по пятам.

Сергей замахнулся дубинкой над лобовым стеклом последнего целого автомобиля и услышал властный голос позади, перекрывающий сигнализации: «А ну, стой! – это гигант, перешагивая через тех, что лежали на углу, шёл к нему. – Эй, пацан, брось дубинку, если ты не трус, и давай один на один», – не замедляя шаг, произнёс он, при этом засунув левую кисть в боковой карман куртки. Крупный парень опустил руку и разжал пальцы: дубинка выпала на асфальт. Он был мастером спорта по рукопашному бою, и ростом метр восемьдесят восемь, но парень в красном оказался на голову выше. Гигант, проходя мимо мотоцикла, покосился на Глафиру и слегка улыбнулся. На расстоянии удара от Сергея он вытащил из кармана руку с кастетом, на передней пластине которого в шахматном порядке располагались четыре трёхсантиметровых шипа в форме усечённых пирамид. Реакция не подвела спортсмена, он успел отпрянуть назад, но майка на груди оказалась разорвана, и царапины на коже защипали от общей сырости. Сердце усиленно застучало, подгоняемое адреналином. Мозг как-то ясней начал всё воспринимать, мгновенно изолировавшись от ненужного в этот момент. Он вдруг почувствовал всю холодность окружающего мира и что не может проиграть в этом бою, на глазах у Глаши, ведь он хочет связать свою судьбу с ней… Высокий парень с ходу нанёс удар правой рукой в челюсть. Сергей лишь отчасти успел увернуться, и хотя ему было привычно на ринге держать удары, его замутило, а ещё как будто ноги ненадолго стали двигаться несогласованно с туловищем, и в глазах появились тёмные, неровные круги со светлыми каёмками. Но у него хватило здоровья устоять и сделать шаг навстречу, а оказавшись на подходящем расстоянии и лишив соперника преимущества в росте, вложиться в удар после которого ещё никто не смог устоять, попав в нижнюю челюсть, чуть ниже уха. У гиганта лишь немного дёрнулась голова, и он ответил с левой. Сергей поставил блок рукой и их предплечья встретились, кастету не хватило нескольких сантиметров до его головы, после этого нанёс свою отработанную, коронную серию по противнику: правый хук, левой удар в солнечное сплетение и правой апперкот. У парня в красном и чёрном руки обвисли вдоль туловища, кастет свалился, зазвякав шипами по асфальту, затем ноги подкосились, и он свалился на колени, голова с открытыми глазами свесилась на грудь. Спортсмен поднял дубинку, Глафира подъехала к нему и отдала олимпийку. Он, застегнув молнию, подсел на сиденье, говоря: «Я слышал про этого парня, мало походившие на правду рассказы. А представь если с такими данными ещё тренироваться».

Гигант был неподвижен и вдруг глаза моргнули. Сергей почувствовал, что мотоцикл тронулся без него. Высокий молодой человек за шиворот сдёрнул его, только нитки затрещали, поставил подножку, продолжая тянуть левой рукой по плавно снижающейся траектории, а правой два раза «накрыл» сверху в голову, затем, уже по приземлению, отпустил бессознательное тело.

Глафира оставила свою двухколёсную машину посередине дороги, не глуша, и подбежала к гиганту. Первый сдвоенный удар ногой в корпус и по шее прошёл, на вертушке в прыжке парень в красном и чёрном поймал её за голень, затем подсёк вторую ногу. Девушка, сгруппировавшись, упала спиной на асфальт. Подтянулась, согнув ногу, находящуюся в захвате и свободной ногой ударила в ухо противнику, от чего тот её отпустил. Глафира снова оказалась на дороге, парень попробовал наступить на край одежды упавшей девушки, но она, перевернувшись два раза, откатилась и вскочила на ноги.

В домах рядом с перекрёстком зажигалось всё больше окон разбуженных людей. Сигнализации начали отключаться, и стали слышны приближающиеся полицейские сирены. Одновременно приходил в себя Сергей, и поднимались двое парней упавших на углу.

Высокий не мог поверить, что какая-либо девушка может оказаться сильнее его, и поэтому шёл на неё с опущенными руками, затем, резко подавшись вперёд, попытался схватить. Но Глафира «поймала» его на этом движении, прогнула назад туловище и, раздвинув изящные ноги до состояния шпагата, каблуком встретила подбородок. На этот раз от мощного удара гигант упал навзничь.

В переулке убегающих «пингвинов» уже не преследовали. А в семистах метрах от перекрёстка, из-за поворота, стали выезжать автомобили с синими проблесковыми маячками. Спортсменка запрыгнула на мотоцикл, к ней, ещё пошатываясь, подсел её друг, и они резко рванули с места в противоположном направлении машинам полиции. Двое молодых людей на углу, оправившиеся от удара, поспешили к своему главному и стали поднимать его с земли, но тот, по-видимому, и сам был в состоянии справиться, лишь оттолкнул их в стороны, сказав: «Быстро уезжаем» – и направился к оставшейся целой машине, на ходу открывая центральный замок с брелка на ключах.

Автомобиль парня в красном и чёрном с выключенным освещением, взвизгнув покрышками, сорвался с места. Уже через десять секунд он увидел в зеркала заднего вида, как сотрудники спецподразделения, в городском камуфляже, с автоматами в руках, у въезда в переулок, кладут драчунов на землю лицом и одевают наручники. Гигант, вытирая рот, сказал попутчикам: «Вот это баба! И почему я её не встретил при других обстоятельствах? – и, посмотрев на руку, добавил. – Губину, блин, разбили».

На другом конце переулка, за аркой, вдоль тротуара уже стояли три машины скорой помощи и четыре полиции с включёнными проблесковыми маяками. Поручик лет тридцати пяти, с усами и бакенбардами, отдаёт последние указания подчинённым: «Запомните, они там, в ловушке, так что не нужно рисковать», – тут уголёк от его сигары, которую он перекладывал из одного уголка рта в другой, разлетелся роем искр. Перед ним промелькнул мотоцикл с Глафирой и Сергеем, они проверяли для «своих» путь к отступлению с этой стороны. Один из городовых выдохнул: «Ва-а-ау! Больше двести пошёл!»

Офицер убрал ладонь от губ и, посмотрев, нет ли на ней крови, развёл руками воздух: «Кто-нибудь успел увидеть номер?.. И куда делась моя сигара?!»

Уже через минуту, под этим местом, по канализационной трубе, освещая путь сотовыми телефонами и зажигалками, шла группа молодых людей, чуть пригнувшись, в колонну по одному, и в их числе Александр и Роман, говорящий с улыбкой: «Всё дружище, по коротким дорогам больше не ходим».

А за воротами, на своей охраняемой территории, одна из собак подумала: «Мы поругались, и они, перестав шуметь, ушли. Ничего нового».

Главный герой книги потихоньку, чтоб не разбудить домашних, прошёл в ванную комнату. Снял грязную одежду, загрузил её в стиральную машину и задал программу, в блестящий барабан начала поступать вода, а он открыл краны у душа.

В мягкой кровати все приключения сегодняшнего, затянувшегося дня показались основному персонажу чем-то далёким, и лишь несколько ушибов на теле подтверждали реальность и свежесть этих событий. Он закутался поплотней в одеяло, и сладкая дрёма стала обволакивать со всех сторон…

* * *

Александр в подъезде своего двадцати трёхэтажного дома, на втором этаже, одетый в пижаму с корабликами и кроссовки на босу ногу. Свет горит только на этой лестничной площадке. Внизу с лёгким протяжным скрипом открывается дверь на улицу и резко, как от ветра, захлопывается, не слышно больше никаких звуков. Главный герой книги с появившимся беспокойством, от непонимания того, как и зачем здесь оказался, нажал на кнопку вызова лифта. Перед ним сразу открылись двери и он, зайдя в кабину, выбрал предпоследний этаж, где находилась его квартира. В кабине он подумал, что неловко себя почувствовал, если бы кто-нибудь незнакомый там, внизу, вошёл вместе с ним. Где-то сверху появился усиливающийся с подъёмом металлический скрежет. Лифт проехал предпоследний этаж и остановился на последнем. Прекратившийся шум сменила тишина, давящая на уши. Основной персонаж несколько раз нажал кнопку своего этажа, но лишь двери открылись. В висках у него запульсировала кровь. Сработал привод закрывания дверей. Внутренний голос задал вопрос: «Сможешь сделать шаг, если знаешь, что лифт сейчас упадёт?» – и Александр шагнул меж закрывающихся дверей. Как только он переместил центр тяжести на площадку этажа, кабина лифта сорвалась вниз, вслед за ней устремились троса с распушёнными концами, искря по стенам шахты. Она удалялась с ускорением, шелестя по пути, затем глухой удар, отразившийся многократным эхом.

Главный герой книги услышал быстрые шаги по лестнице где-то под ним, и шум воздуха, похожий на учащённое дыхание. Молодой человек подумал, что его могут обвинить в порче лифта и постарался быстро и тихо забраться на крышу. Где отбежал на пять метров от дверей. Остановился и повернулся направо, любуясь ночным городом, а краем глаза стал наблюдать, не выйдет ли кто за ним. Думая тем временем про себя: «Скажу, что бессонница и вышел подышать свежим воздухом. Да вообще, разве кто ещё додумается забраться сюда, посреди ночи?..»

Но вот от тени в проёме выхода отделилось нечто, от чего в основном персонаже проснулся страх, находившийся где-то в глубинах подсознания. Там – существо ростом два с половиной метра, в доспехах с воротником под горло. Тело и шею прикрывают подвижно соединённые элементы замысловатой формы: орнаментированные золотом, плавно сливающиеся на ровных участках в одно целое и выглядящие как тёмная, полированная древесина. На плечах доспехи переходили в чёрный, плотный материал с металлическим блеском. Брюки из такого же материала с выпирающими золотистыми, горизонтально расположенными, овальными пластинами, шириной в пару сантиметров и с такими же интервалами, а в длину сантиметров по пятнадцать. Белоснежная обувь с заострёнными и приподнятыми носами. Тело вроде человеческое, а вот голова как волчья и глаза какие-то странные: светлые в серединках и тёмные по краям. Александр превозмог оцепенение, отвернулся и побежал прочь, услышав за собой глубокий, раскатистый голос: «Даже можешь думать, что убегаешь от судьбы, но от себя не убежать».

Главный герой книги достиг края, встал на полуметровый бордюр и сгруппировался перепрыгнуть на соседнюю крышу, находящуюся на расстоянии чуть более полутора метров от него, и тут его поражает сильнее, чем произошедшее до этого, мысль: «Рядом с моим домом нет другого!» – поворачивается, видит, причину испуга на прежнем месте и, успокаивая себя, тихо говорит: «Это сон, – отклоняет назад голову, поднимает в стороны руки с открытыми ладонями и также тихо задаёт вопрос. – Как Вас зовут?» – видит, как незнакомец срывается в его сторону, не касаясь крыши на такой огромной скорости, что расплываются очертания. Тот пронёсся сквозь Александра, которого лишь обтянуло ветром, прижав спереди к телу одежду, а в барабанных перепонках с резонансом отдалось: «Изу».

Основной персонаж обернулся – никого кроме него не было, но и дом рядом не пропал. Слез с бордюра, поднял камушек и кинул на соседнюю крышу, тот несколько раз коснулся покрытия, и с шумом ударившись об вентиляционную трубу, остановился. Мысли у Александра стали путаться и он, почувствовав, что стал мёрзнуть, пошёл в свою квартиру, воздержавшись от вызова подъёмной машины.

Утром главный герой книги проснулся в бодром расположении духа, услышав мягкий голос мамы за дверью: «Саша, вставай завтракать!»

Основной персонаж, соображая, как будет сегодня в техникуме отвечать, если его спросят, подошёл к кнопке вызова лифта. Там висела табличка: «Лифт не работает». На первом этаже двери лифтовой шахты были раздвинуты, рядом стоял полицейский, что-то записывающий в блокнот, и два рабочих ремонтника, показывающие ему какие-то схемы на развёрнутых листах бумаги. Александр заглянул в шахту и увидел кабину, разорванную на куски от сильного удара. Один из рабочих одёрнул его за плечо: «Эй, парень тебе здесь нечего делать. Или ты знаешь, кто повредил трос и почему не сработали аварийные тормоза?»

В ответ молодой человек лишь покачал головой и отправился к выходу. Многие, волновавшие его совсем ещё недавно проблемы, вдруг показались мелочами.

Выйдя на улицу, главный герой книги обошёл вокруг свой дом и убедился, что ближайшее здание находится метрах в пятидесяти от места, где сегодня ночью он его видел! «Значит, я на самом деле чуть не спрыгнул с крыши! И где бы я оказался?.. В месте, которое нельзя увидеть при обычных обстоятельствах, а если так, оттуда, интересно, можно вернуться? А может просто погиб, и меня посчитали одним из этих слабаков, которые кончают жизнь самоубийством? Или это было испытание, где-то между сном и явью, а тогда кто объяснит, прошёл я его или завалил?» – раздумывал основной персонаж.

Пройдясь, Александр сел в трамвай и, проехав три остановки, сошёл, несколько отвлечённый тем заключением, что: «Некоторые пассажиры украсили бы любую кинокомедию своей внешностью, но наверняка никому из них не приходило и мысли сходить на кастинг отбора на роль или овладеть актёрским ремеслом в театральном училище». Там, рядом, его уже поджидал Роман, они здесь встречались, чтобы вместе идти в техникум. У него была припухшая переносица и заретуширован синяк под глазом.

– Саш, смотрю, у тебя талант для драк, всего две чуть заметные царапины на лбу. Я не ожидал! – закончил он восклицанием с доброжелательной улыбкой, дополнившей это солнечное утро.

Александр осторожно достал из кармана увесистый кастет, с впаянными круглыми подшипниками:

– Видел, какую я вчера вещичку прихватил, как трофей?

Роман в ответ одобрительно похлопал в ладоши. Друзья вышли на пешеходную улицу, с довольно оживлённым движением занятых своими мыслями людей, спешащих, в большинстве, на работу или учёбу. Основной персонаж говорил:

– Сотовый телефон уже три недели в ремонте держат, не понимаю, что в нём столько времени можно чинить?.. Ром, ты когда-нибудь слышал про Изу?

– Нет, а кто это или что?

– Я не знаю. Что-то сверхъестественное, и мне кажется, он хочет моей смерти.

– Попробую что-нибудь найти через знакомых из научного мира, по Интернету.

– Представляешь, сегодня ночью в моём подъезде упал лифт, и я в нём был за секунду до этого, и мне не хотелось выходить, мне было интересно…

– Видимо у тебя сильный ангел-хранитель!

– Рома, а как ты считаешь, есть судьба?

– Я думал об этом и мой ответ – нет. Хочешь, докажу?

Александр, заинтересовавшись, кивнул. Друг показал взглядом на неприметную девушку, прошедшую мимо них в противоположном направлении. Затем развернулся, быстро её догнал, левой рукой, нежно обхватив спереди, взял за правое плечо. Девушка, тут же остановившись, обернулась, и тут он поцеловал её прямо в губы. Она растерялась и замерла. Роман отпустил её и, не дав опомниться, сказал: «Извини, пожалуйста, но ты так прекрасно выглядишь, что я не смог удержаться».

«Да ладно», – ответила, засмущавшись, незнакомка и, зардев, улыбнулась, после чего продолжила свой путь.

– Ну, видел? – спросил довольный Роман, подходя к другу.

– Кто знает, возможно, ты не мог поступить иначе, а если бы этого не сделал, то изменил свою или её судьбу. Да и вообще, может, мы живём по сценарию, сводящемуся к определённому финалу, а изменить можем лишь незначительные детали своего существования, но не судьбу?

Друг пожал плечами: «У науки нет ответа на эту дилемму. Да, может, лучше об этом и не знать».

На крыльце техникума, как обычно в это время, толпилось множество студентов, которые говорили друг с другом или просто курили.

Когда Александр с Романом заходили в здание, двое стоявших неподалёку от входа переглянулись и пошли за ними, уже внутри к ним присоединились ещё трое. Один из которых догнал друзей и, поравнявшись с ними, не поворачивая головы, сказал: «С вами хотят поговорить, идите за мной».

Основной персонаж спросил: «Кто?» – возможно, он от Глаши, мелькнула мысль в голове.

Но парень лишь добавил: «По важному делу».

И тут вмешался Роман: «Нас не волнует твоё важное дело. Вали отсюда!»

Сзади к ним вплотную подошли остальные четверо парней, и один из тех, что караулили у входа, сказал сквозь зубы: «Сейчас или потом будет хуже».

Александр кивнул другу, и их повели по коридору к двери на лестницу, ведущую к запасному выходу, один впереди, а остальные сзади.

В это время проход здесь был открыт, но из-за неудобства в расположении тут почти никто не ходил. Парень, шедший на пару метров впереди, подпёр дверь на улицу, перегородив её ногой. Друзья остановились, из них первым обернулся Роман. Остальные, отстав на четыре шага, заслонили путь назад.

Самый маленький из компании (второй, что поджидал у входа) и до сих пор молчавший, начал с того, что скрестил руки на выпяченной груди и вышел вперёд: «Вчера или, может точней, сегодня ранним утром, меня и много моих корешей отвезли к городовым, продержали в «обезьяннике». Сообщат по месту учёбы и даже родителям могут наложить штраф. Мы теперь под контролем и так далее. А вы свистками поводили и ушли?!»

Александр попытался возразить: «Да мы случайно там оказались».

Мелкий шагнул вперёд и толкнул его в плечо: «Чё ты, меня паришь в натуре! Ты и твой дружок должны денег. Давайте быстро всё, что есть! Хреново вкурили что ли?!» – двое из парней за его спиной достали и раскрыли ножи «бабочки».

Главный герой книги полез в карман за кастетом, но друг, предвидя это, остановил его, покачав головой. Малый не унимался: «Не, я не понял, мне чё, два раза, что ли, повторять? Сейчас сам у вас карманы выверну!»

Роман засунул руку себе за пазуху и вытащил оттуда пистолет с глушителем, торнув его в удивлённое лицо мелкому. Парни с ножами, было, подались вперёд, но Роман выстрелил, как показалось, не целясь, чем значительно поубавил энтузиазма. Пуля, пробив кепку ближайшему из них и вспылив штукатуркой, застряла в кирпичах… гильза звякнула по кафелю пола… Александр обернулся к проводнику, но тот уже успел выскочить за дверь, о нём напоминали лишь частые, удаляющиеся шаги… на пол упала простреленная кепка.

Малый натянуто улыбнулся: «Парни, да это же шутка. Илья – это наш лидер, сказал, чтобы мы кого из «ваших» увидим, извинялись. Ну, ты же не убьёшь меня за это?»

Роман пожал плечами и улыбнулся. Парень перед ним, казалось, стал ещё ниже, и он решил его дожать: «Видел, я остановил своего друга? – тот кивнул. – Он бы не успокоился пока вам всем бошки не продырявил. А у меня сегодня хорошее утро. Просто не хотелось бы его начинать с кровавых сцен. Бегите отсюда, пока я не передумал!» – тем второй раз повторять не пришлось.

По субботам занятия были сокращёнными, и сегодня после них друзья зашли в современный торговый центр: двухэтажное здание в форме шаровой зоны с прозрачной крышей и огромным залом, где в центре бил мощный фонтан, от которого открывался вид на всё великолепие сооружения. По периметру в два яруса расположились витрины. Второй этаж состоял из террас, соединённых между собой. Туда вели эскалаторы и две широкие лестницы, перпендикулярно расположенные к главному входу.

Александр остановился у бесплатного таксофона, позвонить Глафире. Роман пошёл к буфету.

В следующую минуту через центральный вход вошёл мужчина, ростом метр шестьдесят, в плаще до пола, с одетым большим капюшоном, в тени которого не видно лица, только седая борода до пояса. Руки, скрытые в широких рукавах, соединены на животе. Плащ из серой кожи, местами потёртый и с множеством отверстий от пуль…

Главный герой книги закончил разговор и, положив трубку, с приятными мыслями о скорой встрече с Еленой, заметил незнакомца раньше, чем тот его. У основного персонажа сердцебиение стало учащаться, он развернулся и, стараясь быть естественным, пошёл к выходу с другой стороны здания. А сам подумал: «Это, наверное, мне кажется, ведь он не может быть тем же человеком, тот – покойник. И на него никто не обращает внимания!»

Александр, аккуратно обернувшись, увидел, что незнакомец не исчез, и к нему подошёл полицейский, смотря сверху вниз из-за разницы в росте, и, приставив ладонь к козырьку, проговорил: «Старшина Мелов. Предъявите, пожалуйста, документы».

Главный герой книги на какое-то мгновение встретился взглядом с глазами под капюшоном и похолодел от увиденного: из зрачков у того появились языки прозрачного пламени. Незнакомец плавно развёл руки, как будто хотел обнять блюстителя порядка, а тот на грани безумия выхватил из кобуры пистолет и выстрелил ему в лицо, показавшееся самой смертью. Пуля не успела достичь цели, когда подобно взрывной волне, произошло смещение пространства от странного человека к выстрелившему. Кляксы из расплавленной пули врезались в ствол пистолета и значок полицейского, потерявшего земную опору и устремляющегося спиной, как ядро от пушки. Его откинуло на пять метров полёта, без изменения траектории, в зеркала с человеческий рост, установленные через полсантиметра, одно за другим, без оправ, на специальной стойке. Из промежутков между зеркалами брызнули осколки стекла, вперемешку с капельками крови. Полицейский, пробив большую часть такой двухметровой стены, остановился в виде массы, не поддающейся опознанию и частично стекая на пол.

Роман, услышав шум, взглянул на происходящее и, не дожидаясь продолжения, заскочил в ближайшую дверь, женский туалет, рядом с которым оказался.

Незнакомец возвёл руки кверху, местами, поверх костей и сухожилий, их покрывала кожа с пепельным оттенком, а большая часть замотана серыми тряпками. И туда же устремил свой взгляд, запрокинув голову. Капюшон свалился и открыл череп, обтянутый потрескавшейся, высохшей кожей. Уши и нос присутствовали в сильно деформированном состоянии, и было непонятно, почему он до сих пор жив. В торговом центре, замершем не на долго, началась паника, на то время, пока необычный посетитель произносил непонятное слово. После чего люди, в не зависимости от расстояния и возраста, упали на колени, кто где находился, и склонили головы. Несколько человек в неестественных положениях, молча, попадали с внутренних балконов второго этажа.

Роман в этот момент хотел вылезти в открытую форточку, но ноги подкосились, а всё вокруг стало казаться состоящим из полупрозрачных песчинок, слегка покачивающихся между собой. Он ухватился за край форточки и, приложив всю волю, выбрался наружу. Свалившись на тротуар, стал приходить в себя, пока ещё не слыша, что говорят люди, собравшиеся вокруг и пытающиеся его поднять. А когда увидел, что его ноги, которые он перестал чувствовать, находятся вместе с туловищем, вымолвил заплетающимся языком: «Всё не так плохо». Мужчина, лет сорока, в очках, сказал остальным: «Да он пьяный, наверно».

В торговом центре на ногах остались только двое, включая странного посетителя. Александр чувствовал, что ему всё тяжелее и тяжелее идти. Он как будто во сне: хочет бежать, но не может, а до выхода ещё далеко. Останавливается, чтобы достать кастет и надеть на руку. Вслух негромко говорит, не поворачиваясь к незнакомцу, который уверенным неторопливым шагом приближался к нему, наступая или перешагивая склонившихся людей на пути: «Не возьмёшь меня чарами, придурок, потренируйся сначала», – слыша собственные слова как издалека, подходит к большому стеклу, отделяющему от улицы, тёмному и непрозрачному снаружи, и начинает изо всех, сколько смог приложить сил, бить по нему кастетом. После первого удара разбежались трещины, после второго его рука уже вырвалась с мелкими осколками с другой стороны. Александр прибавил скорости в удары, и ещё через несколько, раскрошил довольно большую поверхность, в которую и вывалился.

Приземлившись на тротуар лопатками, решил, что не располагает временем для отдыха, к тому же свежий ветерок несколько вернул его к жизни, но все звуки вокруг слились в единый шум. Он не услышал, как в нескольких метрах, только что поднявшийся, ещё шатающийся на ногах и придерживаемый с двух сторон пожилыми женщинами, друг зовёт его и активно жестикулирует руками, телом и головой, находящимися в некоторой несогласованности между собой. Основной персонаж торопливо поднялся, уронил в урну, стоящую рядом с фонарным столбом, кастет и побежал меж припаркованных автомобилей, через дорогу, ничего отчётливо не видя по сторонам. В его сознание, постепенно отделяясь от общего фона и усиливаясь, пробилось лишь одно: торможение покрышек по асфальту. На последней, из оставшихся перебежать полос движения, он остановился и повернулся в сторону тревожного звука. Перед ним возникли красные полосы в виде креста на жёлтом полотне микроавтобуса, водитель, которого жмёт на не воспринимаемый сигнал, а рядом женщина в белом, с широко открытыми чёрными глазами. Для Александра наступила тишина, и всё потемнело до мрака, затем закрылись глаза.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.