Анна Баканина
Проклятые судьбы. Месть отвергнутых

Пролог

Если раньше я думала, что со временем все обязательно наладится, то сейчас все больше понимаю ― это не так. Пропажи наших людей продолжаются, я уже успела потерять друга. Коуди был самым позитивным, добрым и улыбчивым человеком на базе. Он был одним из тех, кто первый готов прийти на помощь, его целеустремленности можно было только позавидовать. Парень от всей души пытался помочь многим ― всем, кроме себя. Я до сих пор не знаю, что произошло: воля судьбы или происки Барона. Но, как бы то ни было, его уже не вернуть, так же, как и всех тех, кого давно с нами нет. В свое время Уильям правильно сказал: «Единственное, что мы можем сделать – это хранить память об ушедших».

К сожалению, предатель еще не пойман. Этот человек продолжает оповещать Барона обо всем, что происходит на базе. А тот, в свою очередь, успешно этим пользуется. Мы не знаем, кто это и какие у него мотивы. Тут и дураку понятно: «крот» не просто так решил переметнуться на другую сторону. До сих пор в голове не укладывается, эти люди долгое время жили сообща, Марта даже называет нас семьей, и как так? Из-за этого под подозрением находятся абсолютно все. Дэвид не является исключением, ведь не просто же так Марта попросила следить за ним. Хотя он был самым первым, кто хотел нанести ответный удар и положить конец этой вражде.

Я помню, как Дэвид и один из его ребят из мастерской заявились на очередное собрание. Марта, определенно, не была в восторге от их предложений, даже грозилась выставить парней за дверь. Возможно, он немного перегнул палку. Но кому понравится отсиживаться в стороне, пока на нас ведется охота? В конечном итоге «старшая» наотрез отказалась от их предложения. Только она не подозревала, к чему приведет данный отказ. Недолго думая, Дэвид со своими ребятами выкрали местные автомобили и отправились собственноручно выискивать прихлебателей Барона. Без должного опыта, знаний и навыков, парням все-таки удалось выйти на их след. Мало того, что им удалось сорвать какую-то сделку, так вдобавок ко всему они сумели захватить пару людей.

Скажите мне на милость, как после такого поступка можно продолжать верить, что именно Дэвид является «кротом»? Я сама не была в восторге от данной вылазки, накануне даже успели поругаться из-за отказа брать меня с собой. Он взбалмошный, упертый, своенравный, но никак не может быть предателем.

Мне пришлось согласиться на просьбу Марты, эта женщина просто не оставила выбора. Не знаю, что у нее творится в голове, но сколько бы я ни пыталась доказать ей обратное, она отказывается воспринимать мои слова всерьез. Возможно, причина в том, что под подозрением не только Дэвид, но и я, в том числе. Однако это не меняет того факта, что мне придется следить за единственным человеком, кому вообще могу доверять на этой чертовой базе. Но, как говорится, во всем надо искать и позитивные стороны. Находясь рядом с ним, у меня будет отличная возможность попытаться доказать, что Дэвид не тот, кем «старшая» его считает.

И вообще, чем дольше я смотрю на все происходящее, тем больше кажется, что каждый ведет какую-то собственную игру. Эта игра очень похожа на паутину, которую плетет паук, чтобы добыча попалась в его сети. Вот и у нас на базе происходит нечто подобное. Сплетни, нескончаемые шепотки за спиной, шпионские игры ― ниточки этой самой паутины, а мы – и жертва, и паук одновременно. Это только вопрос времени, когда кто-то попадется в эти губительные сети и чем это обернется.

Глава 1

Барон

Никак не могу поверить, что эти двое умудрились запороть сделку. По своей молодости, глупости или что там у них ещё. Ладно Майкл, на него я вообще не рассчитывал, но Ксандра? Перспективная ученица, смышлёная, подающая большие надежды! От неё такого уж точно не ожидал.

Изначально им было поручено встретиться с поставщиками. Казалось бы, что сложного: приехать на место встречи и забрать товар. Но нет, по непонятным, известным только этим двоим причинам, они переложили данное поручение на двух кадавров. И самое интересное, что мне и слова не сказали об этом. Мало того, что эта сладкая парочка пошла мне в обход, но, вдобавок ко всему, они отправили их совершенно одних. Чёрт возьми, одних без какого-либо сопровождения или страховки. Это же уму непостижимо! Как можно было так безответственно положиться на двух тупоголовых болванчиков? За ними нужен глаз да глаз: внимательно следить, чтобы те ненароком ничего не напутали и сделали именно так, как нужно, а не в точности да наоборот. Но это только полбеды. Самое паршивое то, что их нет уже несколько дней с того момента, как они отправились за товаром.

Я не знаю наверняка, чья именно это была идея: Майкла или самой Ксандры. На девицу данная выходка мало походит, она слишком умна, чтобы совершать такие опрометчивые поступки. А вот Майкл очень даже мог. Из-за своей хронической лени или из-за нежелания что-то делать самому, он всегда любил перекладывать свои обязанности на кого-то другого. Видимо, подобная привычка сохранилась и по сей день.

Если это все-таки была его идея, куда смотрела Ксандра? Как она вообще согласилась на подобную задумку? В голове не укладывается. Чем дольше я об этом думаю, тем больше понимаю, что в этой чёртовой жизни могу положиться только на себя. Именно поэтому мне так необходимо заполучить записи Марты. Чтобы вместо обычных кадавров получались даже не обычные Неприкаянные, а такие как Дениз.

Подобная ситуация лишний раз доказала, что мои «ненаглядные» творения просто не способны сделать что-то в одиночку. Они даже не люди и ничем не отличаются от обычных животных: у них схожие инстинкты, возможно, даже немного тупее. А главная особенность человека от животного – это способность к абстрактному мышлению. Кадавры этим значительно обделены, их мозг не в состоянии выполнять когнитивные функции, в отличие от тех же самых Неприкаянных. Те же, наоборот, более развиты. Они в разы умнее обычного человека и значительно превосходят кадавров. Которые будут бросаться под поезд или прыгать с обрыва только потому, что им так сказали.

Я сделал ещё один глоток холодного чая, поудобнее уселся в кресле и попытался переключиться на что-то другое. Что-то более приятное, чем размышления о косяках сладкой парочки или ходячих марионетках. В этом мне помогли воспоминания о моей драгоценной Дениз.

Последние несколько ночей, когда я наблюдал за ней, на удивление, девчонка была совершенно одна. Это обнадеживало. Мне было абсолютно плевать куда подевался чёртов мальчишка, да хоть сквозь землю провалился. Главное ― это то, что его не было рядом. Благодаря этому я смог полноценно усладить свой взор её восхитительной бледной кожей, поближе разглядеть черты лица и просто побыть рядом.

Интересно, её кожа такая же приятная на ощупь, как и на вид? Уж больно хотелось прикоснуться к ней, провести пальцем по приоткрытым губам, вдохнуть аромат волос, привычно разбросанных по подушке. Каким бы сильным не было желание, я не мог этого сделать. Пришлось с силой сжать зубы и даже вернуться немногим раньше, чем хотелось, чтобы не совершить непростительную ошибку. Я был очень близок к ней, казалось бы, только руку протяни…

Звонок телефона разом вырвал меня из воспоминаний. Выругавшись себе под нос, я неохотно потянулся к трубке.

– Слушаю, – рявкнул от негодования.

– Простите, сэр, если вдруг помешал вам… Наверное, мне стоило сначала позвонить в приёмную… – слегка запинаясь проговорил мой информатор.

Неужели сам решил позвонить? В кои-то веки я позволил себе немного расслабиться, отвлечься от проблем, а тут ему вдруг понадобилось поговорить. Ладно, посмотрим, что он поведает на этот раз. Возможно, повезёт и это будет что-то стоящее.

– Я весь во внимании. Уверен, ты хочешь мне что-то рассказать, – постарался придать голосу немного любезности, дабы тот не передумал.

– Вы правы, у меня действительно есть для вас информация, – еле слышно произнёс собеседник.

Немного помолчал, скорее всего, отходил в безопасное место, а потом так же тихо продолжил:

– Буквально недавно на базе произошёл некий раскол. Он как раз связан с исчезновениями Неприкаянных. Выяснилось, большинство не разделяет мнение Марты, люди упорно хотят перейти к активным действиям. Так вот, это самое большинство не кто иные, как молодняк, а их предводитель – Дэвид…

– Какой ещё Дэвид? Я не могу помнить всего, и уж тем более, кто это такой. Может, у вас там грёбаная секта и все, кто там находятся, это Дэвиды? – нетерпеливо перебил на полуслове. Нет, он определённо издевается.

– Механик, а так же близкий друг Дебры, – вкрадчиво пояснил собеседник.

– Ах да-а-а, ну-у-у коне-е-чно, – задумчиво протянул я. Как же сразу не понял, что это тот самый поганец. – Продолжай.

– На днях он переругался с Мартой, в тайне от неё организовал несанкционированную вылазку и вопреки всем запретам вместе со своей шайкой отправился в город.

А вот это уже интересно. Подобная новость сама по себе хорошая. Разногласия между своими – это самый лучший поворот событий, который может подорвать доверие друг к другу внутри самого коллектива. А когда нет доверия – нет сплочённости. Это значит, что они будут ещё более уязвимы. К тому же мальчишки отправились в город одни, там-то их спокойно можно будет убрать по одному. Проблем это точно не составит. Тогда у меня появится замечательная возможность очной ставки с этим Дэвидом. Ему придётся ответить за то, что он сделал с Майклом и за то, что посмел покуситься на моё.

– Прекрасные новости, друг мой. Можешь же, когда захочешь, ― расплылся в довольной улыбке. Подобная информация скрасила моё недавнее негодование из-за сорвавшейся сделки.

В ответ на другом проводе послышалась тишина, а через несколько секунд информатор произнёс виноватым голосом:

– Это ещё не всё, сэр.

– Вот как? В таком случае я жду продолжения.

Мне сразу не понравился его тон. Предчувствие подсказывало, что тут явно что-то не то. Уж больно всё хорошо складывается, а значит, обязательно должен быть подвох.

– Несколько дней назад группа была возвращена обратно на базу. Если Дэвид вышел не героем, то точно не запорол своё дело, – усмехнулся мужчина. – Как позже выяснилось, ему удалось выйти на ваших людей, перехватить товар и взять двух пленников. Уж не знаю, оценила ли Марта по достоинству данный поступок, но в знак своей «благодарности» отправила его под заключение. Парнишка сейчас находится, так сказать, под домашним арестом, и в ближайшее время уже точно не покинет пределы базы.

Предчувствие не подвело, рано радовался. Мой уважаемый «друг» подложил свинью ― оставил самую главную и не самую приятную новость на десерт. Сраная вишенка на сраном торте, мать его. Но благодаря этому стало понятно, куда подевалось всё моё оружие и в придачу к ним двое болванчиков. Что ж, могу сказать одно: со стороны Майкла и Ксандры это знатный косяк. Если с первым всё и так понятно, то девица низко пала в моих глазах. Она позволила сынишке принять такое глупое решение и пошла у него на поводу.

В любом случае я это просто так не оставлю. С этими двумя будет отдельный разговор. Им придётся хорошенько потрудиться, чтобы объяснить мне, какого чёрта они так облажались.

– Это всё?

– Не совсем, сэр.

– Что ещё на этот раз? – не скрывая недовольства поинтересовался я.

– Понимаете в чём дело, мистер Спенсер, – деловито начал собеседник и, понизив голос, продолжил: – Я тут немного подумал и понял: если какие-то неопытные мальчишки смогли провернуть такое опасное дело, то так ли оправданы ваши обещания? А ваши люди, простите за дерзость, показали себя уж точно не как профессионалы. Сейчас я рискую ещё больше, а сложившаяся ситуация заставила немного усомниться в правильности своего решения по поводу нашего с вами сотрудничества. Не хотел бы вас обидеть, но одних слов маловато. Мне нужны гарантии, что моя голова останется на месте и я не поплачусь за подобного рода помощь.

Чёртов сукин сын, манипулировать вздумал! Гарантии ему подавай! Ну ничего, ради достижения собственного успеха мне не составит труда немного прогнуться под его желания. Это временные трудности, сейчас проще согласиться на его незначительные меркантильные просьбы. Он думает, что раз ставит условия, значит ему удалось перетянуть главенство на себя. Пусть думает и дальше. Нет ничего плохого в том, чтобы ненадолго позволить ему такую блажь, чтобы этот паразит и в дальнейшем снабжал меня информацией.

– Что ж, опасения понятны и отнюдь не являются беспочвенными, – начал я участливым голосом, а сам с силой сжал пустой стакан. – Тогда предлагаю поступить следующим образом: я дам распоряжение, чтобы в течение дня тебе на почту пришла электронная копия нашего договора. Там будут все пункты, которые мы обсуждали ранее, а так же маленький бонус – аванс в виде двухсот тысяч на счёт.

– Это очень щедро с вашей стороны!

По голосу собеседника было слышно, как он расплылся в довольной улыбке.

– Пожалуй, такой расклад меня устраивает намного больше. Мы с вами – деловые люди, мистер Спенсер. Оба знаем, что подобные дела не заключаются договором только на словах. Я очень признателен, что вы меня поняли и пошли на встречу.

– Ну что ты, друг мой, если так будет намного спокойнее, то я не вижу никаких проблем. Деньги – это такая малость! Какие-то бумажки с цифрами, которые делают нашу жизнь немного проще и чуточку приятнее.

– Я бы так не сказал, – усмехнулся информатор. – Так считают только те, у кого они есть. А, таким как я, очень даже не помешало бы обзавестись хотя бы небольшой суммой этих самых бумажек.

Кто бы сомневался. Своим высказыванием он напомнил коллег по бизнесу. Таких же алчных и думающих только о том, как бы потуже набить свои кошельки. Я таких никогда не любил, а этот тип уже с самого начала показал свою истинную натуру. Хотя бы тем, что согласился на сотрудничество.

– Надеюсь, мы решили все важные для тебя вопросы?

– Конечно, конечно, сэр! Я свяжусь с вами сразу, как только удастся узнать что-то ещё, – чуть ли не проблеял он и довольный собой завершил вызов.

«Ещё бы тебе не быть довольным, ты добился чего хотел: раскрутил на бабки и какую-то жалкую бумажку со всеми нужными тебе условиями за свою никчёмную жизнь» – подумал про себя и со вздохом плеснул в стакан из-под чая остатки виски.

Могу представить, насколько он сейчас горд собой, раз ему удалось выставить условия самому Барону. Жалкое зрелище. Из-за таких самовлюблённых недоумков, которые поступают только в угоду себе и пойдут на всё ради мнимой прибыли, страдают нормальные люди. За всю свою жизнь я повидал многое: как деньги портят людей, как ради них сыновья убивали отцов, как родители продавали собственных детей. Всё ради чего? Человек сам по себе жадная натура и эта жадность не знает границ, постоянно мало, постоянно хочется больше. А жадный человек у власти – это ещё хуже, чем обычный глупец. Ему плевать на всё, он пойдёт по головам, только бы получить кусок побольше, и неважно какой ценой. Ценой жизни одного, десятка или тысячи людей.

Подобное дерьмо заставило меня пересмотреть свои приоритеты. Именно поэтому я стал уделять больше времени знаниям, науке и поддался в фармакологию. Лекарства – дорогая нынче вещь. Многие наживаются на этом, например, те же самые «уважаемые» коллеги. Моя цель – сделать этот мир чуточку лучше. Изобрести сыворотку, которая поможет забыть обо всех болезнях и, если не жить вечно, хотя бы очень долгие, долгие годы. Она будет доступна всем, людям не придётся разоряться на таблетках и тратиться на лечение в дорогостоящий больницах. Достаточно будет одной инъекции и на свет появятся новые Неприкаянные.

К сожалению, сейчас сыворотка находится на стадии разработки, а без записей Марты она так и останется не законченной. Обидно, что эта женщина не понимает всю важность и ценность этой информации. Не понимает, что с её помощью можно избежать многих проблем. Она упорно держит её у себя под боком ради каких-то своих личных целей, эгоистично думая, что тем самым творит добро. Типичное заблуждение того, кто считает, что поступает правильно.

Разговор с информатором порядком утомил и сейчас мне уже не хотелось разбираться с Майклом по поводу их с Ксандрой ошибок. Это может подождать до завтра, сейчас мне нужно привести нервы в порядок и немного расслабиться.

Ещё некоторое время я продолжал бесцельно сидеть в кабинете, затем встал и не торопясь направился в зал для медитации. Мысль, что уже через несколько минут увижу свою драгоценную Дениз, заставила улыбнуться. В груди сразу разлилось непривычное тепло, оно всегда возникало, когда я собирался «навестить» её или просто думал о ней. Эта девушка была своего рода спасением для меня, как в работе над сывороткой, так и в душевном плане. Она помогала отвлечься от различных проблем, на некоторое время позабыть обо всём и предаться мечтаниям. Я понимал, что сам забиваю гвозди в крышку гроба, закапываю себя, но остановиться было выше моих сил. И чем дольше я наблюдал за ней и думал, тем больше понимал, что уже не могу представить и дня, чтобы не желать видеть её рядом с собой.

***

Я уже не так сильно злился из-за выходки сладкой парочки или телефонного разговора с информатором. Возможно, причина кроется в Дениз. Мне довелось заметить некоторое изменение в её отношениях с этим поганцем. Не знаю, что произошло, но между ними чувствовалась некоторая напряжённость. Она буквально витала в воздухе и окутывала их своей невидимой шалью. Прошлая ночь показала, что даже во сне девчонка пытается держаться как можно дальше: свернувшись калачиком, она спала чуть ли не на самом краю кровати. Она периодически просыпалась, но не из-за моего присутствия, а чтобы проверить не оказалась ли слишком близко к мальчишке. Было видно, эти двое сейчас находятся в ссоре. Иначе бы девчонка не спала на краю кровати и не просыпалась бы каждые двадцать минут, нервно поглядывая на противоположный край.

На рассвете мне доставили ещё парочку Неприкаянных и всю первою половину дня я просидел в лаборатории. Было бы глупо упустить такую возможность, поэтому не стал терять время даром и с некоторой бодростью провёл очередные исследования. Я даже не был особо удивлён или так сильно расстроен, когда получились очередные кадавры.

Послеполуденная конференция по работе также не испортила приподнятого настроения. Я спокойно выслушал каждые из отчётов, внес правки в графиках, а по её окончанию осталось лишь лёгкое раздражение от вида некоторых товарищей – любителей большой наживы.

Впереди ожидало ещё одно небольшое дельце, откладывать которое было бы уже не целесообразно. Я позвонил в приёмную и попросил пригласить к себе Майкла и Ксандру. Эти двое появились ровно через несколько минут. Остановились посередине кабинета, в то время как сынишка упорно отводил взгляд куда-то в сторону, его подружка поимела смелости посмотреть на меня.

– Что-то случилось, сэр? – монотонно спросила Ксандра. Более чем уверен, девица уже догадывалась, зачем я их сюда позвал.

– Ну что ты, все в порядке! Я всего лишь не получил свой товар, а двое моих людей стали научным пособием для Неприкаянных, – ответил будничным тоном и пожал плечами.

Майкл заметно напрягся, как-то странно покосился на свою напарницу, а затем и вовсе потупил взгляд. Та же, наоборот, гордо вздёрнула нос, её лицо сразу посерьёзнело, в глазах читалось понимание. Она знала, что кроется за моим наигранным безразличием, но, в силу своей гордости, упорно это скрывала.

– Ну, так и будем молчать? – выжидающе посмотрел на неё, ибо с Майклом говорить бесполезно. – Я вызвал вас не для того, чтобы полюбоваться на ваши физиономии. Мне нужен вразумительный ответ, почему здесь до сих пор нет товара и двух моих людей, которых вы отправили на встречу вместо себя?

– Мы весь день изучали записи в библиотеке, и из-за этого не успевали на сделку, – сухо начала Ксандра без какой-либо вины в голосе. – Тогда я вспомнила, что в тот день вы отослали двоих в город. Поэтому, связавшись с ними, перепоручила задание им.

– Это всё объяснение? – недоверчиво покосился на девицу.

Она коротко кивнула.

– Думаешь, я поверю в этот бред, что вы якобы засиделись в библиотеке и тупо не успели?

– Но это правда, – прохрипел Майкл, встав на защиту своей подруги.

– А тебя вообще никто не спрашивает! – тут же рявкнул, на что он вздрогнул и сделал шаг назад.

Я снова повернулся к ученице, смерил её тяжёлым взглядом и медленно повторил предыдущий вопрос:

– Почему вы отправили кадавров вместо себя?

– Сэр, я сказала вам правду.

Ксандра еле заметно поджала пухлые губы, что было для неё редким проявлением подобных эмоций. Ещё бы, наверное, привыкла к похвалам, а тут я задел её самолюбие своими пустыми расспросами.

– Допустим, – я слегка наклонил голову на бок. – Тогда другой вопрос: почему вы не предупредили об этом меня? Что за самодеятельность? Почему я узнаю об этом только спустя несколько дней, да и то не от вас?

Стоило об этом вспомнить, как меня тут же охватила злость, а от хорошего настроения не осталось и следа.

На тот момент я как раз собирался связаться с этими двумя болванчиками, чтобы узнать детали, но тут они говорят, что едут на сделку, которая была поручена Майклу и Ксандре. Это был последний наш разговор – в течение всего дня мне больше удалось до них дозвониться. А вчера по чистой случайности стало известно, что они и партия моего оружия оказались в загребущих лапах Неприкаянных. Какие-то неопытные мальчишки смогли сорвать сделку, дабы подняться в глазах своей начальницы.

– Я подумала, что они смогут справиться с заданием. Там всего-то надо было встретиться и забрать, – ответила Ксандра. Немного помялась и добавила: – Вы тогда были очень заняты своими делами, сэр. Мне не хотелось отвлекать вас.

– Очень любезно с твоей стороны. Но с каких это пор ты возомнила, что можешь отдавать поручения моим людям? То, что ты моя ученица, ещё не даёт тебе никакого право указывать. И уж тем более спихивать свои задания на кого-то, кто в разы тупее тебя, – строго произнёс я, ещё больше закипая от гнева.

Подумала она, молодец какая. А последствия, как всегда, разгребать мне. Совсем распоясались! Ладно Майкл, от него ещё можно было ожидать нечто подобное. Собственно, поэтому мне сразу показалось, что это была его идея. Даже больше скажу, я был уверен в этом. Ксандра крайне неприятно удивила меня, уж от неё-то я точно не ожидал.

– Простите, сэр, – безэмоционально проговорила она и только сейчас отвела взгляд в сторону.

Вся её бравада сразу куда-то подевалась, она уже не стала пытаться скрывать свою обиду: нахмурила лоб и снова поджала губы.

– А что с товаром? – вновь осмелился заговорить Майкл.

– Стал подарком для Неприкаянных. Я же чёртов Санта Клаус, раздаю оружие и кадавров на право и налево, бери кто хочет! – проговорил я наигранно дружелюбным голосом и с широкой улыбкой развёл руки в стороны.

Майкл немного поёжился, по обыкновению, нервно огляделся по сторонам, что зачастую делал, когда слышал об этих бледных упырях.

– Что мы можем сделать, чтобы исправить свою ошибку? – вполголоса спросила Ксандра не поднимая глаз.

– Не совершать этих чёртовых ошибок и впредь думать своей головой, прежде чем что-либо делать! – взревел я уже не в силах сдерживать себя в руках.

Одна только мысль, что кто-то осмелился пойти в обход моим указаниям, не поставить в известность, вводила в бешенство. А тут какая-то девица с раздутым самомнением и чувством собственной важности, которую я считал лучшей ученицей, поимела наглость совершить такой глупый и необдуманный поступок. И вместо того, чтобы действительно признать свою вину, она буквально выплюнула жалкое «простите» словно подачку.

– Значит так, – сурово продолжил я. – С этого самого дня вы отстраняетесь от дальнейшего обучения. Вам запрещено: посещать лабораторию, выезжать в город и заниматься практикой. Так будет до тех пор, пока вы, – по очереди указал на них пальцем. – Не осознаете свою ошибку. Мне плевать чья это была идея и почему вы не успели. Больные, косые, хромые, да хоть мёртвые, но вы должны делать так, как вам сказано! Я не потерплю такого хамского и неуважительного отношения в своём же доме.

По лицу Ксандры было видно, что она определённо не довольная сложившийся ситуацией. Мало того, что была оскорблена подобными словами, они здорово задели её самомнение, так теперь ещё последовало наказание за подобный проступок. Её привычное спокойствие и хладнокровие как рукой сняло: девица поморщилась, словно от пощёчины, ещё больше надулась, а на лбу залегла морщинка. В попытке что-то сказать она то и дело беззвучно открывала и закрывала рот, будто рыбёшка выброшенная на берег. Но в какой-то момент передумала и отвернулась в сторону.

Майкл же продолжил стоять рядом с отсутствующим взглядом. Из-за чего было непросто понять, насколько он расстроен и расстроен ли вообще. Смею предположить, что сынишке было до лампочки на все эти ограничения. Возможно, где-то в глубине своей мёртвой души он был даже рад.

Несколько минут я наслаждался негодованием Ксандры, это заметно поубавило степень моего гнева. Её давно было пора поставить на место, чтобы не зазнавалась лишний раз. Нет, ну серьёзно, а на что она рассчитывала? Что я ни о чём не узнаю? Закрою глаза на эту выходку и оставлю всё как есть? На что, мать её, она рассчитывала?

– Свободны, – холодно проговорил я, сложив руки на столе.

– Но… Сэр… – начала было девица, но тут же осеклась на полуслове.

– Вы ещё здесь? – не дал договорить. Смерил её взглядом, а затем молча указал пальцем на дверь.

Им ничего не оставалось, как хотя бы в этот раз повиноваться и, наконец, покинуть кабинет.

С тяжёлым вздохом я вышел из-за стола, поставил излюбленную пластинку Людвига Ван Бетховена, чтобы немного успокоить и без того расшатанные нервы.

Ещё утром казалось, что сегодня ничто не в силах испортить этот день. Я только сейчас понял, как же сильно ошибался: этот бессмысленный разговор просто вывел меня из себя. С трудом верилось, что подобная задумка принадлежала Ксандре. Ну не могла она так опрометчиво поступить. Девица слишком хитра, слишком умна и расчётлива. А значит, тут два варианта. Первый: либо она, по какой-то ведомой только ей причине, прикрывает задницу Майкла. Второй: ведёт какую-то собственную игру. Как первый, так и второй, оба варианта имеют место быть.

Только она не учла один «незначительный» факт: излишняя самоуверенность может обратиться против неё самой же. Она уже допустила ошибку, когда положилась на болванчиков. А сейчас у неё будет прекрасная возможность хорошенько подумать, прежде чем совершать ещё одну.

Глава 2

Дебра

Если в самом начале недели казалось, что она пролетит быстро, то сейчас смело могу сказать: я ошибалась. Даже походы на утренние тренировки, работа в салоне и общение с сотрудниками, не меняли того факта, что Дэвид до сих пор под домашним арестом. Пока я занималась своими делами, он безвылазно сидел на втором этаже. Приходилось всячески отвлекать себя от этой мысли, поэтому я с радостью бралась за обучение новых людей, которые вдруг решили сменить род деятельности. Правда их было немного: парнишка из отряда Билла, коренастый рабочий из бригады Уильяма и женщина средних лет из новоприбывших. Даже такая незначительная нагрузка была мне на пользу. Приходилось меньше думать о Дэвиде и недавней «просьбе» Марты.

Вроде бы всё шло свои чередом, я с головой погрузилась в работу, но где-то на середине неделе заметила, что Дэвид повадился спускать к нам в зал. Я обратила на это внимание, когда в очередной раз пришла после тренировки, а он уже сидел на диване в самом дальнем углу. Стоило не малых трудов, чтобы вообще не обращать на него внимание. Но, как назло, его пристальный взгляд с нотками любопытства сводил все попытки на нет. Не то чтобы он как-то мешал, но, по крайней мере, отвлекал это точно.

Сам того не зная, своим молчаливым присутствием Дэвид лишний раз напоминал, что по истечению этой недели мне придётся выполнять то, что хотелось меньше всего. И чем чаще я об этом думала, тем меньше переставала злиться на него. Я почти забыла о причине нашей ссоры. Не знаю почему, но вся злость постепенно куда-то улетучивалась, а на её место приходил стыд. Естественно, мне было стыдно перед ним. Вместо того чтобы послать «старшую» с её дурацкой «просьбой» ко всем чертям, я согласилась, а теперь очень сильно жалею об этом. Хоть она не оставила выбора, грубо говоря, решила всё сама, но можно же было попытаться отказаться.

– Деб, можно тебя на минутку? – раздался голос Сары с другого конца зала.

Девушка не торопясь убирала своё рабочее место, а когда я подошла к ней, немного виновато улыбнулась и тихо спросила:

– Ничего такого не подумай, но почему он постоянно там сидит? – она бросила короткий взгляд в сторону дивана, на котором сидел Дэвид, и снова посмотрела на меня.

– Понятия не имею, – пожала плечами. – Не проще ли спросить у него самого?

– Я, пожалуй, воздержусь, – усмехнулась подруга. – Просто стало интересно: какой смысл целыми днями сидеть на одном месте и смотреть на нашу однообразную работу?

– А какой смысл сидеть одному наверху? – парировала я с лёгкой улыбкой. – Любому бы это надоело. Вот он и решил немного разнообразить свой досуг.

Сара ненадолго задумалась, а затем вздохнула:

– Ты права. Прости, если вдруг обидела.

– Всё нормально. На самом деле, самой было интересно, но… – поспешно заверила я, но потом немного замялась. Не очень-то хотелось обсуждать эту тему, тем более в непосредственной близости от Дэвида.

Сара быстро сообразила что к чему. По её лицу прошла тень удивления, потом она вновь спросила:

– Так вы что, до сих пор не общаетесь?

– Нет, – без особого желания выдала максимально короткий ответ.

– Ла-а-адно, я тебя поняла, – протянула она и аккуратно покосилась мне за спину. – Не буду лезть с расспросами. Но, если вдруг захочешь поговорить, я с радостью тебя выслушаю.

Уже находясь в комнате Дэвид впервые нарушил наше затяжное молчание:

– Знаешь, мне нравится наблюдать, когда ты чем-то занимаешься. Напоминает прежние времена, – шёпотом произнёс он.

В его голосе слышалась неподдельная грусть, парень невесело усмехнулся и продолжил: – Нравится смотреть на твоё сосредоточенное лицо, как ты задумчиво закусываешь губу или барабанишь пальцами по столу. Как улыбаешься во время разговора… Жаль, что эта улыбка предназначается не мне.

Я молча лежала на краю кровати, ошарашенная и сбитая с толку, и впервые не знала, что сказать. От звука его тихого голоса во мне вновь всколыхнулось желание придвинуться ближе, положить голову ему на плечо и забыть обо всём на свете. Скорее всего, я бы так и сделала, но мы столько времени не разговаривали друг с другом, что это было бы попросту не уместно.

– Это когда я ещё жила в родительском доме и мы общались через записки? – молчать больше не было сил и я решила пойти ему на встречу. Выдала первое, что пришло на ум.

– И тогда, и сейчас, – последовал такой же тихий ответ. – Ты очень забавно радовалась, когда находила на столе ответ. Или расстраивалась, когда его не было.

– Хочешь сказать, это тоже было забавно? – не сдержалась от улыбки. Медленно повернулась к нему лицом, как тут же встретилась с ним взглядом.

Дэвид лежал на спине, повернув голову в мою сторону, и, несмотря на то что в комнате было темно, трудно было не заметить, как изменилось его лицо. Из глаз исчез привычный холодок, сейчас они источали тепло, хоть и оставались по-прежнему грустными.

– А почему нет? – угол его губ дёрнулся в неком подобии ответной улыбки. – Ты тогда подходила к окну и упорно делала вид, что разглядываешь там что-то интересное, а сама краем глаза поглядывала на стол. Разве это не забавно?

– Мне тогда было четырнадцать. Конечно, я расстраивалась, что не получила долгожданный ответ, – произнесла с наигранной обидой и незаметно придвинулась чуть ближе. – А ещё было любопытно собственными глазами увидеть, как ты это делаешь.

– Делаю что? Беру карандаш и пишу им по бумаге? – его улыбка стала шире. – Единственно, что бы ты увидела – это как он парит в воздухе и ничего больше.

– Погоди, – немного приподнялась на локте и в упор посмотрела на Дэвида. – То есть ты специально так делал, чтобы понаблюдать за моей реакцией?

Он снова усмехнулся, а его лицо приняло задумчивый вид. Это было лучше всякого ответа и давало понять, что я попала в точку.

– Дэвид, так не честно! – слегка толкнула его в плечо. – Я так ждала, а тут выясняется, что ты делал это специально!

– Я не говорил, что делал это специально. Ты сама это только что придумала, – рассмеялся он в ответ.

Парень повернулся ко мне лицом. Он в миг посерьёзнел, а глаза наполнились ещё большей грустью.

– После твоего отъезда я места себе найти не мог. Всё думал, надеялся, что ты рано или поздно вернёшься. Но этого не произошло. Помнишь, я тебе рассказывал, как впервые за столько лет очнулся в теле человека?

Я медленно кивнула, тогда он продолжил:

– После того, как мне удалось вспомнить своё имя и немного освоится в человеческом обличье, я понял, что хочу найти тебя. Хоть та встреча была случайной, но моё появление в этом городе было вовсе не случайным. Я искал тебя, Дебра. И вот, когда ты теперь рядом, пообещал себе, что ни за что на свете не отпущу тебя, но в тот вечер…

Я видела насколько трудно давались ему слова, он то и дело замолкал, а после продолжал вновь. Не мудрено, что из-за своей гордости, он не привык извиняться, из-за чего казалось, что сейчас это делал в первый раз.

– Дэвид, не надо, – я перебила его. На что он аккуратно приложил палец к моим губам и по не воле пришлось захлопнуть рот обратно.

– Прошу, не перебивай.

Парень поморщился, затем убрал палец и продолжил:

– В тот вечер я сам оттолкнул тебя. Повёл себя, как типичный эгоист, который думает только о себе. Я знал, что поступаю не лучшим образом, нужно было прислушаться к твоим словам, но… Чёрт подери, почему-то не мог этого сделать. – он перевернулся обратно на спину и провёл рукой по волосам. – Ты была в полном праве винить меня за это, но на тот момент я этого не понимал. А сейчас понимаю. На досуге было время подумать и представить, чтобы я сделал будучи на твоём месте. Скажу честно, поступил бы точно так же. Жаль, что нельзя вернуть время назад, тогда бы я прислушался к тебе, мы бы не поругались, а ты бы не была такой отдалённой, чужой… – глубоко вздохнув, Дэвид снова замолчал и устало прикрыл глаза.

От его слов у меня защемило в груди, каким-то непостижимым образом ему удалось задеть за живое. То не немногое, что осталось во мне от человека. Подобные разговоры случались достаточно редко, быть может, просто не было причины для откровений. Из-за своего необузданного характера в основном Дэвид предпочитал забывать о разногласиях и делать вид, словно ничего не было. Собственно, это были не те случаи, чтобы вспоминать мелкие обиды. Проще было действительно забыть и жить дальше. Из-за этого мне было не привычно слышать от него такие слова, которые буквально трогали за душу.

Не в силах больше держаться в стороне, я чуть ли не вплотную придвинулась к нему. Положила голову на плечо и уткнулась носом в шею. Дэвид на секунду замер, казалось, даже перестал дышать, но после обвил рукой моё плечо, тем самым ещё крепче прижимая к себе.

– Я рада, что хотя бы сейчас ты меня понял. Да, жаль, что нельзя вернуть время назад. Но единственное, что можно сделать – это постараться забыть. Оставить в прошлом и никогда больше не вспоминать, – сонным голосом прошептала ему в шею спустя несколько минут молчания.

– Ты права. Но я все равно виноват перед тобой.

Несмотря на то с какой твёрдостью он произнёс эти слова, его рука нежно гладила меня по плечу, обводя пальцами контур татуировки.

– Дэвид, всё нормально, мы помирились и это главное.

– Спасибо тебе, что ты рядом и не оставила меня.

Для нашей группы сегодняшняя тренировка была последней. Она заняла чуть больше времени, чем полагалось, зато мы прошлись по всему отработанному материалу. В самом конце Сара даже похвалила меня, что не могло, не радовать. Это случалось ещё реже, чем доводилось слышать извинения Дэвида.

Несмотря на похвалу, отчасти я всё равно была немного расстроена. Всё еще не верилось, что это было наше последнее занятие и уже завтра не нужно будет вставать ни свет ни заря, чтобы успеть в зал. Это чем-то напомнило обучение в колледже, когда в самом начале ты чувствуешь себя не в своей тарелке, хоть и среди таких же новичков, как ты и сам. Но к середине года осваиваешься, привыкаешь к новому распорядку дня, и всё это не кажется каким-то уж страшным, как было в первом семестре. К этому моменту появляются друзья, с которыми ты посещаешь пары, общаешься и вместе проводишь время. Оно летит настолько быстро, что за этот период даже не замечаешь, как наступает последний год обучения. Казалось бы, только вчера было первое занятие, а сейчас нужно готовиться к выпускному. И вот настаёт этот момент, ты забираешь диплом и понимаешь, что больше никогда не придёшь сюда. Что это последний совместный день с друзьями, через несколько часов ваши дороги разойдутся и, возможно, вы больше никогда не увидитесь.

Глупо, конечно, сравнивать колледж и какие-то тренировки (в одном из многих помещений подземного бункера базы), ведь именно с этими люди ещё доведётся увидеться и не раз. Как-никак мы все находимся на одной территории, рано или поздно будем пересекаться по каким-нибудь делам. Но даже такие мелочи не отменяли того, что ощущения были очень схожи с выпуском из колледжа, только без диплома и грандиозной вечеринки.

– Деб, приём, Земля вызывает, – Сара помахала передо мной рукой.

А когда я наконец посмотрела на неё, коротко усмехнулась:

– Опять ты где-то в своих мыслях прибываешь. Судя по лицу, не всё так плохо, ведь так?

– А? Ну да, – задумчиво кивнула на ходу.

– О чём хоть думаешь, если не секрет? – как бы невзначай поинтересовалась она.

– Не поверишь, о колледже.

Я снова посмотрела на подругу, ожидая, что та рассмеётся. Но вместо этого она спокойно пожала плечами, а на её лице отразилось пониманием.

– В этом нет ничего плохого, если ты иногда вспоминаешь те беззаботные времена, – улыбнулась она в ответ.

Я сильно ошиблась, когда посчитала, что Сара будет смеяться надо мной. Поэтому решила не скрывать правду и выдала как есть:

– По правде говоря, я вспомнила об этом только сейчас. Просто наша последняя тренировка почему-то очень напомнила выпускной. Даже не вериться, что всё так быстро закончилось.

– Ну и что, Деб? Это же здорово, когда человек помнит, как прошёл его выпускной, – с тоской в голосе произнесла она. Немного помолчала и чуть тише добавила: – И вообще, всегда здорово, когда человек запоминает только хорошие моменты своей жизни. К сожалению, за столько лет моего, скажем так, существования, таких моментов было меньше, чем любого другого дерьма. Я, например, не помню свой выпускной. Даже более чем уверена, что его и не было. В те времена мало кто хотел отмечать окончание учёбы, просто было не до этого.

Сара говорила медленно, иногда прерываясь на раздумья о чём-то своём. А когда закончила, я почему-то не решилась продолжить этот разговор. Хоть мне и было интересно узнать о её прошлом немного больше: что за времена были, как она жила и чем занималась до того, как стала Неприкаянной. Но Сара настолько погрузилась в себя, что я решила не задавать лишних вопросов и сочла правильным промолчать.

В абсолютной тишине мы дошли до салона и только тогда я вспомнила, что именно сегодня последний день окончания домашнего ареста Дэвида. Чёрт, стоило нам помириться, как время почему-то вдруг ускорилось. Словно издеваясь, оно пролетело настолько незаметно, что я и вовсе забыла предупредить подругу о том, что следующие несколько недель меня не будет в салоне. Как же паршиво всё получается. Терпеть не могу делать всё в последний момент. Стоило подумать об этой слежке, чтоб её, как на душе сразу стало тошно.

– Сара, можно тебя на минутку? – начала я, когда мы уже зашли в салон. ― Я хотела бы поговорить кое о чём,

Перед тем как продолжить, я первым делом бросила взгляд на диван, на котором ожидала увидеть Дэвида. Но его там не обнаружилось: он оказался пустой, а парня поблизости нигде не было видно. С одной стороны, это было даже на руку, не придётся откладывать разговор на потом. В его непосредственном присутствии будет очень не легко говорить подобные вещи. С другой стороны, я уже настолько привыкла видеть Дэвида тут, что было даже немного не привычно без него.

– Я тебя слушаю.

Сара повернулась ко мне, когда я так и продолжила стоять на одном месте. Проследила за мои взглядом и, изогнув бровь, спросила:

– Я ведь правильно поняла, что ты хотела что-то сказать?

– Да, хотела. Давай отойдём, – кивнула и отвела её подальше в сторону.

В зале мы были совершенно одно, но несмотря на это, я решила не рисковать. Поэтому продолжила уже тише:

– В общем, на днях у меня был разговор со «старшей», то есть с Мартой. Она попросила на несколько недель приглядеть за Дэвидом, предварительно даже освободила от всей работы. Мне придётся ходить вместе с ним в мастерскую и из-за этого я не смогу появляться здесь.

Я не знала наверняка, могла ли говорить Саре такие подробности и имела ли на это право. Тут же возникло сомнение: а правильно ли поступила? Но стоило напомнить себе, что моё согласие на подобную «просьбу» Марты уже само по себе было не правильным, как это сомнение сошло на нет. Достаточно того, что мне придётся врать Дэвиду. Но завираться ещё больше, а потом путаться в собственной лжи, было не из лучших и определённо не входило в мои планы. Чёрт, да вообще ничего из этого не входило в планы, всё было решено заранее и без моего ведома.

Сара окинула меня многозначительным взглядом, немного подумала и так же тихо произнесла:

– Думаю, раз Марта попросила о данной услуге, значит, у неё есть на это основания, – немного помолчала и добавила: – Поправь меня, если ошибаюсь, но в основном Дэвид прислушивается только к тебе. И тем более он не станет выкидывать никаких фокусов в твоём присутствии.

– Знаешь, она сказала то же самое, когда просила меня об этом. Ты права, только меня это совсем не успокаивает. Наоборот, как-то не по себе от мысли, что придётся приглядывать за ним, как за каким-то рецидивистом, который только и думает о том, чтобы вытворить на этот раз,– ответила с горьким смешком.

– Деб, без обид, но разве это не так? – осторожно поинтересовалась подруга.

И как только я собралась возразить, тут же продолжила:

– Отодвинь на секунду все свои чувства и здраво посмотри на ситуацию. Он соврал Марте об амулете и в итоге так его не сделал. Не смотри на меня так, – Сара слегка нахмурилась, когда я уставилась на неё. – Не нужно быть особо одарённым, чтобы не обратить внимания на то, что за всё это время он ни разу не пришёл к нам. Потом организовал эту вылазку, или ты уже забыла, как мы искали их три дня?

– Такое разве забудешь, – ответила я и отвела взгляд в сторону.

Воспоминание того дня, когда мы нашли компанию Дэвида на заброшенном заводе, вновь встало перед глазами. Пришлось с силой зажмуриться, чтобы поскорее отогнать их. Не хотелось лишний раз возвращаться туда и ворошить прошлое, которое с таким отчаянием я пыталась забыть.

– Ты же сама знаешь, что Дэвид был одним из первых, кому изначально не понравилось решение Марты, – продолжила Сара. Глубоко вздохнула и, ещё больше понизив голос, добавила: – Если бы не его выходка, возможно, Марта не стала бы просить тебя об этом. Я знаю, у вас с ней не самые лучшие отношения. Поверь мне, ничего плохого она не имела в виду. Таким образом она всего лишь хочет оградить Дэвида от других возможных ошибок и тем самым обезопасить базу.

– Ты специально это говоришь, чтобы успокоить меня? Или потому что сама являешься её правой рукой? – ляпнула я от нарастающего негодования.

У меня не было намерения обидеть или задеть. Но её слова уж очень походили на оправдание, нежели на попытку действительно успокоить.

– Это тут совершенно не при чём, – девушка с грустью покачала головой. – Просто я хочу тебе помочь перестать видеть в Марте врага номер один. Не знаю почему у вас изначально сложились такие отношения, но она не такая плохая, как ты думаешь. Прошло не так много времени, чтобы вы могли узнать друг друга получше. А вдобавок ещё эти обстоятельства, – она неопределённо махнула рукой куда-то в сторону. – Нападки Барона, пропажи наших людей – всё это накладывается друг на друга…

– Ладно, я тебя поняла, – прервала её.

Не хотелось продолжать этот разговор, и уж тем более обсуждать мои отношения с Мартой. Они такие, какие есть, и вмешивать в это подругу было бы не самым верным решением. У нее без того забот хватает. Я же не маленькая девочка, в конце концов. Да и верилось с трудом, что Сара не пытается меня успокоить. Ее преданность делу и Марте, в том числе, говорят сами за себя. Мы хоть и были достаточно близки, чтобы считаться подругами, но при выборе: «старшая» или я, девушка несомненно выберет первую. Это совершенно нормально, обижаться было бы глупо. Они знакомы столько, что не перечесть. Многое повидали, да и доверия у них больше.

Я всего лишь хотела предупредить её о своём отсутствии, а всё закончилось тем, что она пытается защитить «старшую». И если это не так, то во всяком случае выглядело очень похоже. Возможно, Сара права и эта женщина не такая уж плохая, но сейчас мне совершенно не хотелось думать об этом.

– Ты так негативно относишься к ней из-за того, что она попросила присмотреть за Дэвидом? – осторожно поинтересовалась подруга, не обратив внимания на моё нежелание говорить.

– А сама как думаешь? – слегка наклонила голову на бок. – Конечно мне неприятно. Две недели, а то и больше, придётся следить за ним, в то время как он даже подозревать не будет, – я специально сделала акцент на «следить», ибо слово приглядывать для меня было неуместно. – Поставь себя на моё место. Если бы «старшая» попросила тебя о подобном, как бы ты отнеслась к данной просьбе?

Девушка немного нахмурилась, отвела взгляд в сторону, а спустя несколько секунд ответила:

– Я бы постаралась понять причину. А, как показывает практика, такие просьбы не возникают просто так. Ничего не бывает просто так. Но это лично моё мнение. Дебра, мы с тобой разные, нет ничьей вины, что и мнения могут быть разными, – она слабо улыбнулась и пожала плечами.

После разговора с Сарой я, по обыкновению, погрузилась с головой в работу. Всегда так делала, когда хотела отвлечься от неприятных мыслей. К счастью, остаток дня пролетел относительно незаметно. Я продолжала обучение новичков, пока подруга занималась основным делом – нанесением амулетом.

Уже вечером, когда Сара покидала салон, только тогда я впервые за весь этот день бросила взгляд на диван. Дэвид сидел там в своей привычной манере, ― закинув ноги на кофейный столик, и неотрывно смотрел на меня.

– Давно пришёл? – спросила я с наигранным безразличием. Пришлось скрыть любопытство в голосе, чтобы он не понял, насколько было непривычно сегодня без него.

– Не особо.

Он лениво встал с дивана.

– Сильно устала?

– Не особо.

Хоть мне и хотелось поинтересоваться, чем он занимался весь день и почему пришёл только сейчас, я решила придержать язык за зубами. Мало ли какая могла быть причина, к тому же он не обязан постоянно сидеть тут.

Губы Дэвида растянулись в слабом подобии улыбки. Он издал нечто похожее на смешок и указал взглядом в сторону лестницы.

– Пошли? – он протянул руку и выжидающе посмотрел на меня.

В гостиной было уже темно, если не брать в расчёт несколько горящих свечей на накрытом столе. Я не могла разглядеть, что за блюда были на нём расставлены, но запах, исходивший от них, буквально сводил с ума.

Когда он успел всё это сделать? А главное, как? Ведь ему пока ещё запрещено покидать пределы салона, откуда здесь столько обалденно пахнущей еды? Хотя… Если хорошенько подумать, не исключено, что без посторонней помощи тут не обошлось. Кажется, я даже знаю чей именно. Ульям – наш общий бородатый друг. Как же я раньше не догадалась!

Мне потребовалось от силы несколько минут, чтобы придти в себя. Я стояла как вкопанная на одном месте и не могла отвести взгляда от стола. Все это время Дэвид находился позади меня. Он аккуратно положил руки мне на плечи и где-то над самым ухом раздался тихий голос:

– Уверена, что не устала?

– Даже не знаю, – ответила словно завороженная, затем медленно повернулась к нему. – Как тебе это удалось? – всё-таки не удержалась от вопроса.

– Пустяки, – он улыбнулся одними глазами. – Хотел сделать тебе приятно. Провести этот вечер вместе, чтобы ты немного расслабилась.

Не дав сказать и слова, Дэвид мягко подтолкнул меня к столу, галантно отодвинул стул, а потом сел напротив. Пока я всё ещё прибывала в лёгком изумлении, он продолжил ухаживать: наполнил бокалы вином, открыл передо мной крышку с тарелки, на которой лежал мой любимый салат и хорошо прожаренный стейк.

– Знаешь, тебе это удалось. Мне безумно приятно, – наконец, я пришла в себя и смогла сказать что-то стоящее.

Ну надо же, парень на славу постарался! Дэвид, ты ли это? Теперь понятно, почему он весь день не появлялся в зале.

– Я рад, – его улыбка стала шире, и он поднял свой бокал. – За нас?

– За нас, ― повторив его жест, я пригубила немного вина.

Даже не помню, когда в последний раз у меня был романтический ужин при свечах. Не то чтобы я была большой любительницей подобного времяпрепровождения, но, чёрт подери, устоять было сложно. В прошлой жизни, когда мы с Майком были ещё вместе, он ни разу не делал ничего подобного…

Стоп, стоп, стоп! Какого дьявола я вообще вспомнила о нём? Он давно мёртв. И всё то, что было между нами, тоже мертво. Так на кой мне тогда портить себе настроение тем, что осталось в прошлом? Молодец, Дебра, вспомнила «былые времена», а теперь точно так же забудь. Вот ещё, что удумала.

Какое-то время мы ели в тишине, но уже через несколько минут Дэвид первый нарушил молчание. Он начал спрашивать, как прошла тренировка, много ли было работы и обо всём дне в целом. Казало бы, обычные будничные вопросы, которые люди задают друг другу при встрече или когда разговор заходит в тупик. Но я знала: Дэвид не из тех, кто предпочитает спрашивать о подобном. Не в его манере говорить о погоде и прочих не значимых вещах, только лишь для того, чтобы скрасить неловкость молчания. Таким образом он показывает своё небезразличие, волнение и заботу, что было крайне приятно для меня.

Я с радостью рассказала ему о тренировке, даже поделилась своей грустью, что она была последней. О успехах своих учеников и о обыденности рабочего дня. После поведала о своём недавнем разговоре с Брэдом и о своём решении переоформить салон на него. Рассказала ему обо всём, что происходило в последнее время. Почти обо всём, за исключением того, зачем именно «старшая» вызывала меня к себе. Чуть было не проболталась, но вовремя захлопнула рот, чтобы не ляпнуть ничего лишнего.

От этого вновь всколыхнулось чувство стыда, настроение тут же пошло на спад. Но, к частью, сам того не зная, Дэвид удачно перевёл тему, благодаря чему мне удалось отвлечься.

– Я могу пригласить тебя на танец? – спросил он, когда с едой было покончено, а бутылка вина давно оказалась пустой.

– Серьёзно? Прямо сейчас? – я не сдержалась от улыбки, на что парень кивнул и встал из-за стола.

Через несколько секунд гостиную заполнил звук знакомой мелодии. Без особых усилий я смогла в ней узнать ту самую песню, которая играла в его особняке на «семейном барбекю». Это было уже чуть больше полугода назад, а то и год. Но я до сих пор помнила тот вечер, словно это было только вчера. Он точно так же пригласил меня на танец, а я без сомнений согласилась.

Сейчас же музыка была не громкой ― то что нужно. Воспоминания подтолкнули меня к тому, чтобы согласиться и в этот раз. Дэвид подошёл ко мне, протянул руку, а я без колебаний приняла её и позволила ему вывести себя на середину гостиной. Он обнял меня за талию, слегка притянув к себе, в то время как я обвила руками его шею. Было безумно приятно вновь оказаться в его объятиях, чувствовать его тепло, ощущать разгорячённое дыхание на своей коже.

Не сговариваясь, мы повторили танец того вечера, а по окончанию песни я не сразу заметила, что гостиная вновь погрузилась в тишину и мы продолжали стоять в обнимку.

– Я был полным идиотом… Деб, прости меня, – прошептал Дэвид мне на ухо спустя несколько минут молчания.

Мне пришлось немного отстраниться, самую малость, чтобы посмотреть на него, как тут же встретилась с ним взглядом. Было понятно, что так же как и я, он, без сомнения, помнил тот вечер. Его глаза были наполнены неподдельной грустью и теплотой.

– Всё нормально, мы вместе и это главное, – ответила я вполголоса и добавила: – Спасибо за чудесный вечер, Дэвид.

Вместо ответа он снова притянул меня к себе, уткнулся носом в шею и глубоко вздохнул. Его дыхание в миг обожгло кожу, по ней побежали мурашки, а по телу прошла лёгкая дрожь. От этого незначительного действия, казалось, я совершенно забыла как дышать, и только сильнее прижалась к нему. Не хотелось отстраняться, я настолько соскучилась по нему, по его теплу, прикосновениям, что уже не понимала, как могла столько времени злиться на него.

Дэвид сделал небольшой шаг назад, и снова заглянул мне в глаза. Сейчас его взгляд был не читаем под стать моему. Несколько долгих секунд он смотрел на меня, давая время подумать, но я сама потянулась вперед и коснулась его губ в поцелуе. Дэвид с шумом выдохнул, одну руку положил на затылок, зарываясь пальцами в волосах, слегка наклонил голову на бок и чуть ли не с отчаянием ответил на поцелуй. Его губы были настойчивые, требовательные, они терзали мои, а я в беспамятстве расстёгивали пуговицы на его рубашке, дрожащими от волнения пальцами. Она бесшумно соскользнула с его плеч на пол, я с непреодолимым желанием провела пальцами по бледной крепкой спине и ещё сильнее прижалась к нему.

Не помню, как мы оказались уже на кровати. Вся наша одежда валялась где-то в стороне, а Дэвид продолжал осыпать поцелуями моё лицо. Он спустился вниз к шее и легонько прикусил зубами кожу. У меня из груди вырвался стон, я выгнулась ему навстречу, но в следующий же момент меня вновь накрыла волна удовольствия. По телу прошёлся опаляющий жар, сердце забилось чаще и казалось, что вот-вот выскочит из груди.

Меня переполнял избыток чувств, я уже давно была на грани потери рассудка и даже позабыла обо всём на свете. Хотелось, чтобы эта ночь не заканчивалась никогда, в которой были только мы и никого больше…

***

Если Дэвид и удивился, когда вместо того чтобы пойти в зал салона, я отправилась вместе с ним, то никак этого не показал. Он не стал задавать никаких вопросов, лишь слегка вскинул брови и одарил многозначительным взглядом. По нему было видно: он явно хочет что-то сказать, но по какой-то непонятной причине всё-таки решил промолчать. Я же не знала, хорошо это или плохо, поэтому не отважилась начать разговор. Иначе бы пришлось врать, на кой, чёрт, мне вдруг приспичило пойти вместе с ним. Несмотря на то, что уже был заранее заготовленный ответ, как раз на такой случай, меньше всего хотелось обманывать его. Из-за чего я вздохнула отчасти с облегчением, когда мы молча пошли к нему в мастерскую и по дороге не пришлось ничего объяснять.

Шум работы заглушал все мысли, роящиеся в моей голове. Я сидела чуть ли не возле самого входа и с неприкрытым интересом наблюдала за активной деятельностью. Это было отличным шансом хоть ненадолго забыть о том, зачем вообще тут нахожусь. Мне самой было непривычно сидеть здесь, вместо того чтобы помогать сейчас Саре в салоне.

Каждый был занят своим делом и, к счастью, никто даже не заметил моего скоромного присутствия. Ребята вовсю трудились над новой партией автомобилей, недавно которые Уильям с Биллом пригнали на базу. Вместо привычных внедорожников на этот раз были: грузовые фуры, несколько спортивных мотобайков, парочка «Харлеев» и квадроциклы. Сразу несколько парней крутились возле одной из фур, что-то обсуждали между собой и периодически заглядывали в салон. Чуть позже к ним подошёл Дэвид со свёрнутым листом бумаги в руках. Судя по всему, это был план необходимых действий. Парень развернул лист и принялся за объяснения, после чего они уже вместе осмотрели салон, заглянули в кузов и вернулись к обсуждениям.

Со своего «наблюдательного пункта» я не слышала о чём именно они говорят: слов было не разобрать, к тому же их заглушал шум основной работы в целом. Подойти ближе и спросить я не решилась. «Старшая» дала указание присматривать за Дэвидом, а ходить по мастерской и устраивать общий опрос договора не было. Но, в силу своего личного увлечения автомобилями, я всё-таки взяла на заметку потом поговорить с Дэвидом. Не для того, чтобы потом рассказать Марте, а чтобы утолить собственное любопытство.

Ещё в детстве мне всегда нравилось наблюдать за тем, как папа ремонтировал наш старенький автомобиль. Как перебирал детали, натирал их маслом или заменял на новые. Я с интересом наблюдала за его действиями, а иногда даже пыталась помогать.

Это воспоминание ненадолго вернуло в то беззаботное время, благодаря чему день прошёл относительно незаметно и наступил вечер. Но даже тогда, когда на улице окончательно стемнело, ребята и не думали закругляться. Они как заведённые продолжали свою работу, только иногда прерывались обсудить некоторые нюансы.

Уже через пару дней моих визитов к Дэвиду в мастерскую, парень всё же не выдержал и решил поинтересоваться:

– А у тебя что-то вроде отпуска? – как бы невзначай спросил Дэвид, как только я вышла из душа. Он, по обыкновению, сидел на краю кровати с задумчивым выражением лица, а его изучающий взгляд был устремлён на меня.

Несмотря на то, что он зашёл издалека, это был вопрос времени, когда Дэвид захочет узнать, почему я каждый день наведываюсь к ним. Этого стоило ожидать, но почему-то меня всё равноне покидала мысль, что подобный разговор случится ещё не скоро.

Я остановилась в нескольких шагах от него, и как назло из головы вылетели все нужные слова. Отчаянно хотелось сказать правду. Грёбаную правду, потому что я понимала, что, если начну врать, до добра это не доведёт. Мне претила мысль обманывать близкого человека только из-за того, что кому-то вдруг понадобилось держать его в поле своего зрения. Испортить наши отношения и потерять его доверие – вот, чего я боялась больше всего.

С одной стороны, было бы неплохо прислушаться к словам Сары и посмотреть на ситуацию под другим углом. С другой ― не хотелось быть чьей-то пешкой, пусть даже и для благих намерений. Эта внутренняя борьба, что правильно, а что – нет, только сильнее заставляла чувствовать вину перед Дэвидом. Хоть в тот раз он поступил не лучшим образом, но, чёрт подери, он тоже хотел как лучше. Он не заслуживает этого вранья.

Несколько секунд мы продолжали смотрели друг на друга. Его взгляд неотрывно был прикован к моему лицу. Уж не знаю, что именно он там увидел, как вдруг аккуратно спросил:

– Деб, у тебя всё нормально?

В его голосе слышались нотки волнения, Дэвид даже встал с кровати. Подошёл ближе, нежно дотронулся до щеки и провёл по ней подушечкой пальца.

– Да… Нет… То есть да… – запинаясь и путаясь в словах, произнесла охрипшим голосом.

Я попыталась отвести взгляд в сторону, но парень не дал этого сделать: обхватил лицо ладонями и посмотрел прямо в глаза.

– У тебя всё нормально? – медленно повторил он.

Чёрт. Чёрт. Чёрт. Как же это, блин, сложно! Если бы он продолжил дальше сидеть, то, возможно, было бы чуточку проще. Но его прикосновения, взволнованный голос… И этот пристальный взгляд, будь он не ладен, окончательно добили меня.

– Нет, не нормально. Марта попросила следить за тобой, чтобы ты не наделал никаких глупостей. Именно поэтому я каждый день хожу вместе с тобой в мастерскую. Я хотела отказаться, но она ясно дала понять, что это никакая, на хрен, не просьба, а долбанный приказ. А сейчас я должна была соврать тебе, но не смогла… – быстро произнесла словно скороговорку. А когда поток слов иссяк, я с силой зажмурила глаза.

Подобная новость непременно приведёт Дэвида в бешенство, это по меньшей мере. Из-за этого я не хотела видеть разочарования в его глазах. Только не сейчас, когда мы буквально недавно наладили наши отношения.

Минуты шли, он так и продолжал держать моё лицо в своих ладонях. Я чувствовала его дыхание на своей коже, а сама будто парализованная стояла на месте, боясь пошевелиться. В этот момент казалось, да что там говорить, я была уверена, что стоит открыть глаза, а его уже не будет рядом. Было страшно потерять его. Хоть и сказала правду, но это не давало гарантии, что он сейчас не возьмёт и не уйдёт.

– Так вот в чем дело. Теперь понятно, почему ты в последние дни буквально сама не своя, – послышался его тихий и спокойный голос.

Я смогла только кивнуть, так как не решалась вымолвить ни слова. Тогда Дэвид снова погладил большим пальцем по щеке, что по не воле заставило меня наконец открыть глаза. Парень с грустью смотрел на меня. В его взгляде не было даже намёка на ожидаемое разочарование или злость, только грусть.

– Прости меня, – прошептала я, прильнув щекой к его руке.

– За что? – коротко спросил он с неприкрытым удивлением.

К чему эти лишние вопросы? Неужели он действительно не понимает?

– Пусть это даже и не просьба, но я не должна была соглашаться, – нашла в себе ещё немного сил, чтобы ответить.

– Ты ни в чём не виновата, – он мотнул головой. – Я ожидал от Марты нечто подобное, но ты, – Дэвид максимально близко приблизил своё лицо к моему и повторил твёрдым, не терпящим возражений голосом: – Ни в чём не виновата, Дебра.

Не верю своим ушам. Я прокручивала в голове чуть ли не сотни вариантов развития событий: начиная с обычной ссоры и заканчивая его уходом. Но никак не могла предугадать того, что Дэвид настолько спокойно отреагирует на мои слова.

– Значит, ты правда не злишься на меня?

Вопрос прозвучал совсем по-детски ― с надеждой и волнением. Но мне было плевать. Я заглянула в его светлые глаза, которые до сих пор были устремлены на меня.

– На тебя – нет, а вот что касается Марты…

Он ненадолго замолчал, видимо, подбирал правильные слова, а затем продолжил:

– Скажем так, не особо приятно, что она упорно продолжает верить в то, что я снова могу сделать нечто подобное той вылазке. Трёхдневное заключение ясно дало понять: как бы ты ни старался помочь всё равно найдётся тот, кто будет этим недоволен. Так зачем тогда делать что-то ещё? Стараться, когда результат будет идентичен предыдущему? Я так не хочу. Уж лучше продолжать свою работу, чем потом снова оказаться виноватым и выставленным на посмешище. Рано или поздно Марта сама поймёт, что мирно сидеть и продолжать окапываться – далеко не вариант. Она поймёт это, только будет уже совсем поздно.

– Откуда ты знаешь? ― слегка нахмурившись, поинтересовалась я.

Не понятно, к чему он вообще клонит, а главное, откуда столько уверенности? Дэвид сказал это так, будто уже давно знал итог этой бессмысленной вражды.

– Это лишь догадка, – не весело усмехнулся он.

Своим неоднозначным ответом он ввёл меня в ещё большее замешательство. Из-за чего сложилось неприятное ощущение, будто что он знает намного больше положенного, но упорно продолжает молчать.

– «Всего лишь догадка»? – как можно аккуратнее переспросила я.

Пусть лучше думает, что страдаю проблемами со слухом, чем потом сама буду строить эти самые догадки по поводу его слов.

– Ну да, – Дэвид с долей безразличия пожал плечами.

Без особого желания парень отстранился и принялся расхаживать по комнате.

– Сама посуди, пропажи наших не прекратились, даже наоборот, их стало в двое больше. Их тела находят по всему грёбаному городу, а мы тем временем продолжаем покорно ждать непонятно чего.

Он на секунду остановился и, посмотрев на меня, вдруг спросил:

– На какой срок Марта приказала тебе следить за мной?

– Две – три недели, – ответила я после короткой заминки.

Вот чёрт, мне только сейчас пришло на ум, что это не Дэвид знает больше положенного, а я. В тот вечер «старшая» пояснила, что подобные меры необходимы для того, чтобы она могла дождаться ответа от какого-то там Совета, а немногим ранее настоятельно рекомендовала молчать. И я молчала до этого самого момента. А сейчас уже стала задумываться: есть ли в этом смысл?

«Старшая» пытается вычислить «крота» на базе, подозревает всех и вся, но при чём тут Дэвид? Неужели она считает, что раз у него нет защитного амулета, значит, это обязательно он сливает всю информацию Барону? Бред какой-то… Я уверена на все сто, а то и двести процентов, что он тут совершенно не при чём. Ну не может человек, который так рьяно хочет помочь прекратить весь этот фарс, оказаться предателем и вести двойную игру. К тому же Марта не учла один «незначительный» факт: именно Дэвид убил Майка. А теперь вопрос: стал бы Барон сотрудничать с тем, кто убил его сына? Очень сильно сомневаюсь в этом.

– Как думаешь, за эти несколько недель, сколько нас останется в живых? – продолжил Дэвид свои размышления.

Вопрос был задан в пустоту, пока я думала стоит отвечать или нет, он вновь заговорил:

– Да почти никого не останется. Нас скоро можно будет по пальцам одной руки пересчитать. Понятия не имею, чем она вообще руководствуется, но в одном я уверен точно: Марта не просто так назвала приблизительный срок. Она определённо что-то знает, просто зачем-то тянет время, – он остановился возле кровати, сел на её край и тяжело вздохнул.

Я продолжала стоять на том же месте, во мне опять началась мысленная борьба с самой собой. Что мне мешает рассказать Дэвиду правду? Настояние «старшей»? Её подозрения на его счёт? Что? Я понимаю её опасения, но это не значит, что наши мнения совпадали. А что, если предатель так и не найдётся? Сколько ещё нужно будет молчать и скрывать от него правду? И вообще, если хорошенько подумать, Дэвид был единственным среди всех на базе, кто до сих пор оставался в полном неведении. Даже я была в курсе существования этого Высшего Совета.

Кстати об этом. Странно, что «старшая» вдруг решила рассказать мне. Неужели я не входила в список её подозреваемых? Или входила и таким образом она решила выяснить это каким-то своим путём? Она же сама знает, мы с Дэвидом чуть ли не всегда вместе, за исключением того времени, когда находимся на «работе». Откуда такое доверие? Или это своего рода проверка? Проверка как долго я смогу держать язык за зубами и помалкивать в тряпочку.

– Мне кажется, ты прав, и она действительно тянет время. Истинные причины мне не известны, но Марта сама как-то обмолвилась, что на базе завёлся «крот», – еле слышно произнесла я чуть ли не одними губами. Стоило это сказать, как на душе вдруг стало немного легче, словно невидимый груз сошёл с моих плеч.

Дэвид медленно поднял голову и невидящим взглядом уставился на меня. Ладно, с лёгкостью, пожалуй, немного переборщила: она тут же куда-то испарилась, а вместо неё появился неприятный осадок. На негнущихся ногах я подошла к кровати и опустилась рядом.

– Есть уже подозреваемые? – тут же последовал незамедлительный вопрос.

– Как она выразилась: «Под подозрением могут быть все». Это всё, что я знаю, – ответила со вздохом.

– И когда это она рассказала тебе об этом?

Дэвид повернул голову в мою сторону и, сквозь упавшие на лицо волосы, одарил мрачным взглядом.

– На следующий день, после того как ты уехал. Ту ночь я провела у Сары и уже утром всё ей рассказала. Чтобы найти тебя, нам ничего не оставалось делать, как пойти к Марте и рассказать ей. Тогда-то она и обмолвилась об этом.

– Хм, забавно, – иронично усмехнулся он. – Прошло уже столько времени. Если сопоставить твоё молчание на этот счёт, к нему присовокупить приказ Марты, то… Получается, она подозревает в этом меня?

Я с силой сжала зубы, но всё-таки не смогла выдержать его взгляд и первая отвернулась в сторону. Мне даже не пришлось говорить о том, что она просила молчать. Дэвид сам обо всём догадался.

Дерьмо. За этот вечер я вывалила на него столько всего, что будет уже не удивительно, если он сейчас и вправду встанет и уйдёт. Будь я на его месте, возможно, поступила бы именно так. Какой бы ни была правда и когда бы она ни была сказана, это не смягчает того, что я пыталась её скрыть. Даже представить не могу, что сейчас происходит у него в голове.

– Прекрасно, – он зарылся руками в волосах и снова усмехнулся. – Кем меня только не называли. Но чтобы предателем, ещё ни разу.

– Она может так думать сколько угодно, Дэвид. Но я так не считаю.

Я мягко дотронулась до его плеча, а когда он снова повернулся ко мне, продолжила:

– Ты имеешь полное право злиться на меня. Но я сразу ей сказала, что это может быть кто угодно, только не ты. Я никогда не считала тебя предателем. Так думала тогда, думаю и сейчас.

Несмотря на уверенность в моём голосе, слова прозвучали как жалкое оправдание. Однако вместо того чтобы уйти, Дэвид притянул меня к себе и крепко обнял.

– Глупышка, я ни в коем образе не злюсь на тебя. Можно было послушаться Марту и продолжать молчать дальше, но ты этого не сделала. Не важно, когда ты решила поделиться этим со мной. Главное то, что ты это сделала, – прошептал он мне в шею, крепче сжимая в объятиях.

– Просто я не могла больше молчать. Достаточно того, что вообще согласилась на это, так же как и на её «просьбу», – произнесла, не скрывая вины в голосе.

Немного помолчала, а потом подняла на него взгляд.

– Дэвид, что мне теперь делать?

– С чем?

– С этой дурацкой слежкой, – на последнем слове я немного скривилась, словно пришлось съесть дольку кислого лимона. Пусть он теперь и знает, но мне всё равно было крайне неприятно говорить об этом. Тем более с ним.

– Ничего, просто забудь об этом. Считай, это маленький отпуск, когда мы, наконец, можем видеться каждый день. Пусть даже и в мастерской, – ответил Дэвид с намёком на улыбку.

– То есть мне продолжать ходить вместе с тобой? – решила уточнить правильно ли поняла смысл его слов. А то мало ли, может, у меня действительно начались проблемы со слухом.

– Ну да, – его улыбка стала немного шире. – Плевать на обстоятельства. Я всё равно буду очень рад, зная, что ты рядом. К тому же это будет отличный шанс доказать мою непричастность к тому, что кто-то информирует Барона. И это даже не в угоду Марте. В первую очередь, ради тебя, Деб. Я хочу доказать тебе прозрачность своих намерений. Чтобы ты знала, что меня ничто не связывает с этим фанатичным ублюдком.

Глава 3

Дебра

Мы с Дэвидом зашли в мастерскую, но вместо того чтобы остаться в основном помещении, где уже во всю трудились его ребята, он отвёл меня в дальнюю часть. Парень открыл неприметную дверь, после чего мы оказались в небольшом коридорчике. По обе его стороны тянулся ряд дверей, что отдалённо напоминало типичный офисный коридор в каком-нибудь простеньком бизнес-центре.

Дэвид открыл самую первую дверь и пропустил меня вперёд. Внутри находились несколько рабочих столов, они были завалены различными чертежами, схемами и прочей документацией. За каждым из них сидели другие сотрудники: Неприкаянные, которых я раньше даже не видела.

– Это технический отдел, – пояснил Дэвид, обведя рукой помещение. ― Здесь мы разрабатываем планы для будущих заготовок: детали, движки и прочая комплектация для наших тачек. Тут я провожу большую часть своего времени. Ты, наверное, заметила, что на днях Уильям хорошенько постарался и пригнал нам новую партию машин.

Я огляделась по сторонам и уже во второй раз убедилась в сходстве с обычным офисным кабинетом. Интересно, что я даже не задумывалась о том, что сама мастерская вовсе не ограничивается одним лишь основным залом.

Выйдя обратно в коридор, Дэвид продолжил своеобразную экскурсию. Мы зашли в соседний кабинет, где, по всей видимости, была бухгалтерия. Там мы пробыли недолго, да я и сама понимала, что счета не самое интересное о чём можно было рассказать.

– Здесь у нас инженерно-технический отдел, а так же серверная всей мастерской, – вновь пояснил он, когда мы зашли в следующее помещение.

Оно оказалось в разы больше двух предыдущих. На столах находилось множество компьютеров и, самое главное, что первым делом бросалось в глаза – это проектор. Он был направлен на одну из стен, на которой было выведено изображение какой-то детали.

– Сейчас мы проводим разработки новых экспериментальных движков, чтобы в дальнейшем автомобили не были зависимы от обычного топлива. Оно заканчивается достаточно быстро, а если будет аналог, то это избавит от таких проблем, как заправка в самый неподходящий момент, – продолжил Дэвид.

Я вопросительно посмотрела на него, тогда он добавил:

– Не спрашивай зачем, сам не знаю. Указ Марты. Она сказала, мы – делаем.

Он позволил мне оглядеться по сторонам, затем мы дошли до самого конца коридора, где располагался грузовой лифт.

– Я понятия не имела, сколько тут у вас всего, – задумчиво произнесла во время спуска вниз.

– Это не просто мастерская. Здесь так же ведётся небольшое производство автомобилей и их комплектующих, – улыбнулся Дэвид. – Сейчас сама всё увидишь.

После нескольких секунд ожидания раздался характерный звонок, двери лифта открылись и мы вышли в одно из ответвлений подземного бункера. Перед нами располагались два больших ангара, они находились буквально в паре метров друг от друга, из-за чего занимали собой всё свободное пространство. На их фоне я тут же почувствовала себя настолько крошечной под стать муравью, который смотрит на окружающий мир с высоты своего не менее крошечного роста.

В первом из ангаров действительно выполнялась роль своеобразного цеха по производству: в воздухе витал запах железа, резины, масла и краски. Множество работающих станков заглушали остальные звуки, возле самой дальней стены стояли уже готовые движки, дверцы и колёса. Рядом находились несколько столов, на них лежали более мелкие детали и прочие комплектующие вплоть до солнечных батарей.

– Вот, собственно, об этом я и говорил, – раздался голос Дэвида над самым ухом. Из-за общего шума ему пришлось чуть ли не вплотную наклониться ко мне, чтобы я могла расслышать его.

– Получается, здесь же происходит и сама сборка? – поинтересовалась я с неприкрытым любопытством.

– Если автомобиль нуждается в полном апгрейде, да, – кивнул он и продолжил: – Если же просто нужно заменить его внутренности, то после изготовления они доставляются наверх, непосредственно в саму мастерскую. В основном мы предпочитаем сразу разбирать на запчасти и спускать их уже сюда. Так намного проще, нежели пригонять тачку и разбирать её здесь.

– Возможно, тебе покажется это глупым, но как машины выезжают отсюда?

– Ничего не глупо, – Дэвид снова улыбнулся и указал на дверь. – Сейчас покажу.

После его слов мы сразу зашли в соседний ангар. В отличие от предыдущего он оказался совершенно пустым, за исключением одного внедорожника и спортивного мотобайка. Глядя на них, я сначала не поняла, почему они находятся в таком неприглядном виде. И это ещё мягко сказано. Машина была полностью побитая, если не окончательно раздолбанная в хлам. Дверца со стороны водительского сиденья полностью отсутствовала и стояла непосредственно возле самого автомобиля. Бампер висел на одном лишь честном слове (того и гляди вот-вот отвалится), а лобовое стекло «украшала» дыра размером с арбуз. Это я молчу про вмятины и царапины: на общем фоне они вообще не бросались в глаза и были почти незаметны.

Если внедорожнику хоть немного повезло и он оказался в более-менее уцелевшем состоянии, то на байк без слёз не взглянешь. Он представлял собой одну сплошную груду металла. Было ощущение, словно его пустили под пресс, после которого он сложился в «гармошку» и уменьшился чуть ли не вдове.

Чёрт бы меня побрал, это что же надо было сделать, чтобы превратить такие классные тачки в какие-то отбивные?

Я ещё раз посмотрела на эти жертвы аварии и только потом заметила, что на каждом из них был еле заметный жёлтый кружок с двумя чёрными полосками.

– Тестовые образцы, – будто бы прочитав мои мысли, Дэвид ответил на невысказанный вопрос.

Он убрал руки в карманы и остался стоять на месте, в то время как я подошла поближе, чтобы хотя бы разглядеть к какой марке относились эти несчастные. Но из-за слоёв пыли и местами ободранной краски, понять так и не удалось.

– Изверги, вы их пытали что ли?

Я не выдержала и повернулась к Дэвиду. Смотреть на это безобразие было выше моих сил.

– Я должен был заранее предугадать твою реакцию, – рассмеялся тот. – Понимаю твоё неравнодушие к автомобилям, но никак иначе проверить их дееспособность мы не могли.

– И что с ними будет потом? – не глядя указала в сторону.

– Внедорожник, скорее всего, будет дорабатываться. Я ещё точно не решил, – он безразлично пожал плечами. – А с ним, – мотнул головой на байк. – Как говорится, медицина тут бессильна. Восстановлению не подлежит, только на утиль.

Говоря это, Дэвид с интересом наблюдал за тем, как я невольно скривилась от его слов. Он тихо усмехнулся и продолжил:

– Позволь я отвечу на твой предыдущий вопрос, – он успешно сменил тему и указал пальцем в самый конец ангара, где виднелись створы металлических дверей. – Это выезд на парковку. После завершения работы с автомобилями нам приходится перегонять их из одного ангара в другой, чтобы потом доставить в саму мастерскую.

– Теперь понятно, почему собирать наверху намного проще.

– Именно, это значительно сокращает время и его не нужно тратить на столь затруднительные действия.

В этот момент раздался скрежет металла, двери медленно открылись и внутрь заехал ещё один внедорожник. Не такой побитый на вид, как его предшественники, пара царапин и сдутая шина. Он еле-еле доковылял до середины помещения, как вдруг раздался громкий хлопок и автомобиль окончательно заглох. Из-под капота начал струиться пар, его тонкие струйки поднимались к потолку, медленно растворяясь в воздухе.

– А-а-а вот и ещё один подопытный вернулся, – деловито произнёс Дэвид и не торопясь подошёл к машине.

Его коллега уже вышел наружу. Он первым делом открыл капот, как из него тут же вырвалось густое облако пара. Молодой человек поспешно отошёл в сторону и тихо выругался себе под нос.

– Движок сдох, – коротко ответил он, когда Дэвид остановился рядом.

Парни дождались, пока пар немного рассеется, затем Дэвид сам заглянул под капот. Оценивающим взглядом прошёлся по его содержимому и задумчиво протянул:

– Не-е-ет, тут дело не в движке. Вот она причина, – он указал на какую-то деталь и добавил: – Хорошо, хоть ты доехать сюда смог.

– Вижу, – кивнул молодой человек. – В проектном же остались чертежи, верно?

– Несомненно, это даже не обсуждается.

Дэвид ненадолго задумался, бросил короткий взгляд под капот и снова заговорил:

– В целом проблем больше вижу. Всего-то нужно заменить эту деталь, подогнать нужные размеры и дело с концами. Загляни к парням и обрисуй суть дела, они должны быть в курсе.

Я дождалась, когда они договорят, после чего мы с Дэвидом направились обратно к лифу. И, вновь оказавшись в коридорчике, он открыл последнюю дверь.

Это оказался просторный кабинет, не смотря на весьма простенькую обстановку, он был очень даже уютным. Мне всегда нравился такой минимализм. Рабочий стол, на котором стоял компьютер, небольшая книжная полка с аккуратно расставленными папками и кожаный диван. За самим столом, привалившись к стене, стояли свёрнутые листы бумаг. Судя по всему, это были какие-то чертежи.

– Дай угадаю, это твой кабинет? – с улыбкой поинтересовалась я и примостилась на диван.

– Ага, он самый, – Дэвид вполоборота повернулся ко мне и лениво закинул локоть на спинку дивана. – В отличие от проектного отдела, я бываю здесь достаточно редко. Иногда сам не понимаю: зачем мне вообще нужен кабинет, если большую часть времени провожу в соседнем напротив.

Он внимательно посмотрел на меня, его лицо в миг посерьёзнело, а от прежней улыбки не осталось и следа. Я не знала, о чём он сейчас думает, но, судя по выражению лица, явно не о тестовых образах из ангара. Хотелось спросить, что именно так повлияло на его настроение. Было же видно, оно определённо не такое хорошее, как было несколько минут назад.

Не успела я и рта открыть, как Дэвид снова заговорил:

– Видишь, мне нечего скрывать. Я показал тебе всё, чем мы тут занимаемся. Как уже говорил ранее, это не в угоду Марте. Пусть думает что хочет. В первую очередь, для меня важно то, чтобы ты верила и знала, что каждое моё действие максимально прозрачно. Никаких сговоров с Бароном, чтоб его, ничего такого тут нет. Только машины и ничего больше.

Его голос был тихий и спокойный. За столько времени проведённое вместе, я научилась понимать, что за внешним спокойствием кроется неподдельное волнение. Ещё вчера вечером я успела это заметить, Дэвид дал понять, что готов сделать всё, чтобы доказать свою непричастность к утечке информации. Он сдержал своё слово: провёл меня по всем помещениям мастерской, обо всём рассказал, ответил на все интересующие вопросы. Хоть он и улыбался весь день, пытался шутить, но в нём до сих пор ощущалась напряжённость. Смею предположить, так же как и я вчера, он волновался, что, несмотря на его честность и открытость, я встану и уйду.

– Дэвид, я верила тогда и верю сейчас, – взяла его за руку и слегка сжала её. – Я знала, что ты априори не можешь работать на Барона. Иначе не было бы той вылазки, будь она не ладна. И что бы ни случилось, я всегда буду на твоей стороне.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.