Ари Дале
Одинокий потомок

Папа нажал на педаль газа. Костяшки его пальцев побелели. Кровь отхлынула от лица. Только черные волосы и глаза отличали его от призрака. Папа нервно поглядывал в зеркало заднего вида. Мама не отводила от отца испуганного взгляда. Ее зрачки были расширены. Она вцепилась в сиденье тонкими пальцами. Светлые волосы рассыпались по плечам.

Маленькая сестренка захныкала в детском кресле.

– Шшш, – я машинально потянулся к ней и взял за ручку. Она ладошкой обхватила мой палец. В ее голубых глазках все еще стояли слезы, но плакать малышка перестала.

Мне захотелось вытащить сестру из кресла и прижать к себе, дать хоть немного спокойствия. Но машина все набирала скорость, а за нами гнались внедорожники.

Мы с Сашей переглянулись. Он был младше меня на целых два года, но все понимал. Его трясло от страха. Брат вопросительно взглянул на меня, но я лишь пожал плечами. Я даже представить не мог, что нас ждет дальше. Только переводил взгляд с отца, который смотрел то на дорогу, то на внедорожники.

Резкий поворот. Ремень безопасности врезался в грудь. Папа нажал на педаль тормоза и повернулся к нам.

– Олег, забирай брата и сестру и бегите в лес! – он смотрел то на меня, то на заднее окно.

– Но… – я попытался возразить, хотя ремень безопасности отстегнул.

– Живо! – отец выскочил из машины.

– Мы любим вас, – прошептала мама со слезами на глазах.

Она еще раз обвела взглядом каждого своего ребенка, дрожащей рукой открыла дверцу и пошла к папе.

Я вытащил Ксюшу из кресла. Саша вышел из машины и взял у меня нашу сестру. Я хотел пойти к отцу, но тот одним взмахом руки меня остановил.

– В лес! – крикнул он и крепко сжал мамину руку.

– Беги, – прошептал я брату, забирая у него Ксюшу.

Малышка вцепилась в мои плечи, словно испугалась, что я ее уроню . Но я ни за что бы не отпустил.

Мы помчались в лес. Ноги цеплялись за сухие ветки и корни деревьев. Трава была почти по пояс. Я спотыкался, но продолжал бежать, прижимая Ксюшу к груди.

И вот, наконец, лес. Деревья в нем росли так густо, что, казалось, сама природа решила нам помочь.

Мы скрылись в чаще, когда услышали звуки взрыва. Я резко остановился. Саша, который бежал позади, врезался в мою спину. Я этого даже не почувствовал. Потому что узнал крик раненого зверя – папа.

Я заметил его сквозь крохотный просвет между деревьями. Он стоял на коленях и держал в руках женское тело. Мама. Я даже отсюда мог разглядеть дыру в ее груди размером с кулак. Кровь стекала по штанам отца и собиралась в лужу.

– Мамочка, – прошептал Саша и дернулся вперед, но я успел схватить его за запястье.

Брат взглянул на меня глазами, полными слез. Я смог лишь помотать головой. Горло словно сдавили тиски. Дыхание застряло в груди. Я старался держаться ради брата и сестры, но стоять и смотреть, как какой-то мужчина подходит к отцу и направляет на него пистолет…

Ксюша захныкала, и я закрыл ей ладонью глаза.

Отец поднял голову. Убийца вздрогнул. Один миг, и отец обратился. Белый медведь с головой волка бросился на своего палача и впился зубами в его горло. До нас снова донесся душераздирающий крик, но принадлежал он уже не отцу.

Женщина в черном костюме выскочила из внедорожника и подняла пистолет.

Выстрел. Всего один. И мой мир, словно стеклянный снежный шар, разлетелся на небольшие кусочки. Тело отца рухнуло на землю, а в моей голове прозвучал звон. Осколки от прежней жизни впились в сердце, оставляя после себя раны, которые никогда не затянутся.

Горячие слезы сестры капали мне на руку. Наверное, они были той же температуры, что и кровь отца. Она вытекала из его головы и смешивалась с кровью матери. Они даже после смерти тянулись друг к другу.

Я не мог оторвать взгляда от отца. Его голова была повернута в нашу сторону: даже в последний момент своей жизни он хотел убедиться, что дети в безопасности. Помутневшие глаза будто молили нас бежать и не останавливаться. Единственным его желанием было защитить нас. Он даже пожертвовал своей жизнью. Мама тоже…

Женщина, которая выстрелила в отца, подошла к своему напарнику и проверила его пульс. Возле нее остановились еще три человека, и выглядели они также – никаких красок. Лишь черные тени. Женщина помотала головой.

– Нам нужно идти. – Я дернул брата за руку. Саша продолжал смотреть на родителей. По его лицу тоже текли слезы. – Пойдем.

– Но… – прохрипел он и потянулся вперед, к родителям.

Я усилил хватку. Но рыдающая в моем плече сестренка не давала мне полностью сосредоточиться на том, чтобы остановить брата.

– Мы не можем.

Горло свело, когда я произносил эти слова. Они были чужеродными. Не этому учил меня папа.

Девиз моего отца: «Если ты сильнее, значит должен защищать».

Папа безоговорочно ему следовал и старался передать своим детям. Я не мог подвести отца, уж точно не сейчас, поэтому защищу брата с сестрой.

– Пойдем, – я снова потянул Сашу за руку, надеясь, что мне не придется тащить обоих детей на себе.

– Дем, – повторила за мной Ксюша и протянула ручки к Саше.

Умоляющему взгляду малышки невозможно было сопротивляться.

Саша молча забрал у меня Ксюшу, прижал к себе и пошел вглубь леса. Когда он проходил мимо меня, я заметил отблеск солнца на его мокрых щеках.

Я не удержался и оглянулся. Окровавленные тела моих родителей все еще лежали на дороге.

«Сломанные куклы падших ангелов. А вокруг муравьиный отряд, который собрался утащить добычу».

Моя нормальная жизнь превращалась в клубок из неопределенности, страха и боли. Грудь ныла, будто дикий зверь изнутри царапал ее острыми когтями. Он хотел вырваться наружу, завыть от несправедливости и разорвать тварей, которые подняли тела родителей и понесли к машинам.

Жар начал распространяться по телу. Трава под ногами обуглилась. Воздух стал горячим. Легкие охватил огонь. Мир потемнел. Ярость рвалась из моего тела. Она крепчала с каждым мгновением. И готова была вырваться вместе со зверем, но…

– Дем, – писклявый голосок проник в мой затуманенный жаждой расправы разум.

Я сделал вдох, потом еще один и еще. Влажный лесной воздух проник в легкие и постепенно потушил огонь, который начал полыхать.

Последний взгляд на кровавую лужу, которая осталась от родителей – и я повернулся. Саша и Ксюша ждали меня.

Я кивнул, и мы вместе пошли вглубь леса. У нас была одна цель – выжить. И теперь появилась еще одна – защищать. Я должен был спасти брата и сестру. Этого хотел бы от меня папа.

– Ты будешь мной гордиться, – прошептал я, обращаясь к духу отца, который всегда будет с нами. – Обещаю…

***

Я вышел на улицу, закрыл за собой красную дверь и снова задал себе вопрос: «Зачем я сюда все время возвращаюсь?». Я уже устал считать, сколько раз пытался уйти навсегда. Но очередная миссия каждый раз приводила меня к этой двери.

Я взглянул на солнце, которое только начало показываться над горизонтом. Такой контраст: ярко-голубое небо и оранжевая полоса с желтыми проблесками, отделяющая его от земли. Сложно поверить, что это отличие существует только благодаря белому шару посередине. Хотя можно было бы добавить немного красок. Я поднял руку и щелкнул пальцами. Миг – и ладонь загорелась, а мир потемнел. Иногда мне хочется со всем покончить. Дыру в сердце, которая появилась много лет назад в лесу, ничего не может заполнить. Я вздохнул и тряхнул рукой. Огонь исчез. Мир снова обрел прежние краски, а я дотронулся до груди. Столько лет прошло, но легче не стало.

Я сбежал по бетонным ступеням и вскочил на байк.

Шлем. Ключ в замке зажигания. Рев двигателя. Ветер.

Больше ничего не нужно, чтобы на время забыть о пустоте, которая с каждым днем засасывала все больше. Она была похожа на воронку в океане – нужен всего один виток, чтобы опуститься ниже. В конце тебя ждет лишь дно и вечное одиночество. А еще, может быть, спокойствие?

Дорога в беспамятстве привела меня к белоснежному двухэтажному дому, где находилась моя семья. Только ради них я каждый день вставал по утрам. Лишь они вытаскивали меня из пучины, в которую затягивала несправедливость нашего мира.

– У нас дело, – Ксюша взмахнула белокурыми волосами и забежала в дом.

– А поздороваться? – крикнул я ей вслед, слезая с байка.

Сестра всегда ждала, когда я вернусь ночных вылазок. И каждый раз встречала у двери, стараясь скрыть, что волновалась. Мы не говорим о том дне. И я давно перестал надеяться, что она не запомнила кровавое месиво на асфальте, которое осталось от наших идеальных родителей. Или хотя бы забыла подробности. Иногда я замечал, как она смотрела в лес за нашим домом, и ее голубые, почти прозрачные, глаза наполнялись печалью. Она думала, что незаметно вытирает слезы со щек, и снова натягивала улыбку. А я не показывал, что знаю о моментах ее слабости наедине с собой. Все по-своему справляются с утратой.

Я зашел в дом. Матвей уже ждал меня с кофе. Аромат наполнил комнату, заставляя взбодриться до того, как я сделал глоток.

– Тебе это понадобится, – усмехнулся друг, протягивая мне пол-литровую чашку. – Как ночка?

Матвей не отводил от меня хитрых глаз и играюче пошевелил бровями. С его бритой головой, ростом около двух метров и горой мышц это смотрелось устрашающе. Будто нарвался на уголовника, который только и ждет малейшей ошибки, чтобы вспороть тебе живот. Но поддаваться на провокацию я не собирался.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.