Герта Крис
Черная Дама, Белый Валет

© Крис Г., текст, 2021

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

Пролог

Юная хозяйка Чёрного замка среди ночи поставила на уши всю прислугу.

– Почему у моего предка браслет еле виден?!

– Миледи, но картине две тысячи лет…

– Там пыль и копоть!

– Я понял, миледи.

– Почему стёкла тусклые?! И на дверях пятна! Везде грязь!

Она металась по этажам и башням, словно ей блох в штаны напустили. Она орала и топала ногами. Как будто не по её вине в замке уже третий месяц царило запустение!

– Кто выращивает пауков в моей гостиной?! Какого беса шторы помяты?!

Дворецкий радостно строчил в блокноте список предъявленных претензий. Ещё бы! Великое чудо – хозяйка озаботилась состоянием замка!

Лишь перед рассветом она рухнула на диван в центральном холле и охрипшим голосом потребовала ужин. В один присест слопала омлет, придвинула к себе блюдо с эклерами и заявила:

– У меня будут гости!

– Вне сомнений! – подтвердил дворецкий, наливая ей третью чашку клубничного чая. – И они придут в восхищение! Я уверен, что грядущий бал…

– Завтра, после полуночи! – перебила миледи.

– Простите?..

– Гости будут завтра. Мои, личные. Мужчины! И это не обсуждается!

Дворецкий слегка напрягся. Конечно, личные гости – огромное благо для хозяйки, но, памятуя о последних её вывертах…

– Меню сами составлять будете или приказать повару?

– Повару прикажи. Но по высшему классу – как для вассалов, ясно? И чтобы всё было готово часам к двум ночи. Накрыть в моей башне, в малой столовой. И так, непарадно… Не для гостей, в общем.

– Э-э-э… В каком смысле, миледи?

– Ну как будто шикарный ужин на одного. Но еды должно на троих хватить. И никаких лакеев! Даже тебя! Вообще никого в моей башне чтобы не было. И в центральной тоже. Пока я не покину замок. Не появляться! Не препятствовать! Не мешать никаким образом! И никого не пускать! Ясно? Советника я сама предупрежу, но он и без того охотиться собирался.

– Позволено ли мне будет узнать, с чем связан именно такой… странный приём гостей? – осторожно осведомился дворецкий.

– Пожалуй, – кивнула миледи и откусила сразу половину пирожного. – Это будет ограбление.

Дворецкий решил, что ослышался. Немудрено – последнюю фразу она проговорила с набитым ртом.

– Прошу прощения, миледи, но я, кажется, не совсем понял…

Хозяйка проглотила эклер, отхлебнула чаю и чётко повторила:

– Ограбление! И я в нём участвую.

– А кто ещё примет участие? – ошеломлённо спросил дворецкий.

– Не твоё дело. Всё, я спать! – объявила она, поднимаясь. – К полуночи чтобы замок блестел!

Дворецкий вздохнул и покачал головой. Читать хозяйке нотации или кидаться в ноги с уговорами смысла не имело. Если что вбила себе в голову – хоть камнем по той голове колоти, не поможет. Тьма свидетель – вся в отца!

Глава 1. Те, кто правит миром

Где в тьму протянуты мосты,
Разнообразны лики зла.
Они прелестны и чисты —
От милой дамы до козла…

Когда умирает Тёмный лорд – свет торжествует. Любой свет – всемирное добро, светское общество белых магов, лампы маяков… Но особенно солнечный, ведь солнце наконец может позволить себе светить сколько угодно, по-прежнему отдыхая ночью, но не пуская в мир дожди, грозы, метели и прочие сумрачные погоды.

Если Тёмный лорд умирает летом – наступает засуха. Ветра, уставшие от жары, уходят в далёкие северные края, реки мелеют, а леса горят, потому что лето ликует, забыв о живых.

Если Тёмный лорд умирает зимой – наступает неурочная оттепель, вылезают из берлог медведи, тянется к небу трава и распускаются листья. Пробудившись от холодного сна, они очень скоро гибнут от жестокого мороза, потому что зима возвращается.

Но в мире должно быть равновесие, и на смену свету всегда приходит тьма. Новый Тёмный лорд распахивает окна на башне Чёрного замка, что стоит на высокой скале.

В своё время и он покинет мир – зимой или летом. Потому что Тёмные лорды не умирают ни осенью, ни весной.

* * *

Мой отец умер на исходе января.

Об этом мне сообщил Белк, служивший в Чёрном замке дворецким. Не знаю, откуда он взялся, но клятву верности дал ещё деду… а может, и прапрадеду.

– Миледи, – сказал Белк, ворвавшись в столовую и забыв поклониться. – Миледи, я принёс вам страшную весть.

Чем можно испугать дочь Тёмного лорда? Нет в мире таких существ, вещей и событий. Их просто не бывает. И потому я испугалась.

– Миледи, ваш отец… Его больше нет.

– А где он? – тупо спросила я, разглядывая Белка. – Я жду его к завтраку.

Дворецкий был взволнован до того, что позволил себе стать почти прозрачным. Теперь сквозь его коричневую ливрею я видела чайный столик у камина – стеклянный, низкий и трёхногий, подарок мастера, имени которого я не знала. Любимый столик отца, и на нём кувшин со свежими сливками.

– Он убит в бою, миледи.

– Когда? – машинально спросила я.

– На рассвете, – ответил Белк и вздохнул так громко, что вздох показался мне очередным завыванием снежной бури за окном. Но буря кончилась. Буря кончилась ещё на рассвете.

– Как убит? Что ты такое говоришь, Белк… Что тебе нужно вообще?! Ты же видишь – мы сейчас будем завтракать!

Дворецкий внезапно опустился в низкое кресло у столика.

– Миледи… Простите, что я помешал. Но я…

Зачем призраку сидеть? Кажется, я никогда не видела Белка сидящим. По крайней мере, при мне он себе такого не позволял. Хотя нет, вру! Белк часто играл с отцом в шахматы. Они сидели в гостиной маленькой башни, и Белк брал фигуры так, что в ладони не видно было – слон это или пешка. А когда проигрывал, тогда да – его рука становилась всё прозрачнее и прозрачнее…

– Белк?

– Да, миледи?

– А ты хорошо играешь в шахматы?

– Миледи… Ваш отец – мастер гамбитов. Но иногда мне удаётся…

Голос Белка оборвался странным звуком. Как будто всхлип.

– Я – Первый Вестник лорда, миледи, – сказал он, помолчав. – Наверное, поэтому мне достаточно часто удавалось пройти дальше гамбита и даже выиграть.

– Вот как? – удивилась я. – Даже часто? Я никогда не обращала внимания на исходы ваших партий. Отец всегда побеждает.

– Не всегда, Тэль, – мягко произнес дворецкий. – Он не всегда побеждал.

– Не всегда? – уточнила я.

– В шахматы – нет. А сегодня на рассвете ваш отец пал в схватке со Светлым рыцарем. Лорд Хальгер мёртв. И буря кончилась.

Буря кончилась. За окном было светло, невыносимо, немыслимо светло, свет резал глаза.

Мой отец действительно мёртв?

Он не придёт на завтрак… Он обожает сливки, но теперь они ему не нужны. Ведь так?

Я даже руку поднимать не стала – только прищурилась, и Белка словно судорогой прошило. А синий кувшин лопнул, разлетелся на сотни осколков, сливки хлынули на столик и полились на светлый паркет.

– Тэль… – попросил дворецкий. – Отпусти…

– А Светлый рыцарь?.. – спросила я очень тихо и отвела взгляд.

– Тоже мёртв.

– Как жаль…

– Не жаль! Миледи, отец не оставил вам долг мести, но зато дал время и…

– Шторы, – выдавила я сквозь зубы.

– Что?..

– Задёрни шторы! У меня болят глаза!

Белк подскочил с табурета и тут же сел назад.

– Сама закрой, – нагло парировал он.

Я даже подумать не могла, что наш дворецкий способен на такой тон.

– Секундное дело. Куда проще, чем разбить кувшин. А угнетать и гонять старого призрака – нехорошо, девочка. К поединку ты сейчас не готова, во всех смыслах, это факт. Но уж закрыть-то шторы точно сумеешь.

Если я сорвусь на него – я сорвусь в истерику. Я, дочь Тёмного лорда, буду рыдать перед своим дворецким? Нет!

Тёмный Хальгер мёртв? Этого не может быть. Он умер и даже не оставил мне возможности отомстить? Нет! Мой отец – мёртв?.. Это неправда!

Я махнула рукой, и в столовой стало темно.

– Какой поединок? Что ты вообще несёшь?.. Рехнулся?

Дворецкий переместился – раз, другой, третий, зажигая свечи в напольных канделябрах. За окнами – я почти ощущала это кожей – зазвенела капель.

– Белк! Какой поединок? Мне надо поднять его из мёртвых и убить снова?..

А мысль недурна! Очень даже приятна. Я буду думать об этом. Поднять – и убить. И снова поднять. И снова убить. И снова…

– Миледи, – сказал Белк прежним почтительным голосом. – Новый Светлый рыцарь придёт не раньше весны. А возможно, только осенью. И это благо для нас, ибо сейчас вы не готовы, миледи. Но вы не должны плакать. Теперь у вас слишком много дел, чтобы тратить время на слёзы.

Разве я плачу? Я убью их всех – того, кто придёт весной, и того, кто придёт осенью, а потом подниму и убью опять!

Но больше я не успела ничего подумать.

Дворецкий Белк, Призрак Чёрного замка и Первый Вестник Тёмного лорда, заговорил другим, очень низким, гулким голосом. Нараспев, чеканя слова, и слова поползли по мне, словно сливки по стеклянному столику.

– Когда Светлый рыцарь убивает Тёмного лорда… А это случается редко, очень редко! Он вызывает на бой его наследника. Если Светлый рыцарь погибнет вместе с Тёмным лордом, то за жизнью наследника явится преемник рыцаря. Но если новый лорд одержит победу – мир обретёт равновесие на много лет.

Убить нового лорда? Но кого?

У Тёмного Хальгера нет сыновей. А у меня нет брата…

Дверь снова распахнулась без предупреждения, и на пороге появился главный советник отца – герцог Шэрр.

– Кайтэлли![1] – хрипло выдохнул он. – Тэль!..

Белк, обратившись дымком, вылетел прочь из комнаты, а я кинулась к герцогу, схватила его за отвороты сюртука и наконец разрыдалась.

* * *

Чёрный замок стоял на холме, заросшем соснами. Каменный, мрачный, со стрельчатыми арками и узкими окнами. Пять башен возносились к небесам, и казалось, что между ними гуляет тьма, поглощая свет. Ограда, сложенная из гранитных глыб, заросла диким виноградом. Лишь немногие знали, что она скрывает сад, полный цветов и мандариновых деревьев.

Вассалы Тёмного лорда слетались к замку, как вороны на место закончившейся битвы. Некоторые действительно прилетали, принимая человеческий облик только у ограды, другие осаживали коней в шаге от распахнутых настежь ворот, третьи просто возникали из ниоткуда.

Я смотрела на них из окна своей башни, машинально вращая вокруг запястья массивный стальной браслет. Будь моя воля и не сдерживай меня рассудок – прокляла бы каждого. Только не за что на самом деле. Никто из прибывших не пришёл лишь по долгу вежливости, и я это знала. Но для меня они выглядели сейчас именно так – воронами, слетевшимися на мертвечину.

Вот упал наземь пыльный смерч, и из него вышел Господин ветров – бравый капитан с загорелым лицом, в треуголке и синем камзоле с эполетами. Бешеная смесь запахов донеслась даже до моего окна – морская соль, пустынный жар, хвойная влага… Донеслась и исчезла. В замке лорда циклоны не в почёте.

Белые сани, не коснувшись земли, сбросили снежный сугроб и умчались в небо, а сугроб обернулся седобородым осанистым старцем. Любимый облик Хозяина холода, обожающего делать людям подарки – то россыпь льдинок вместо зимней ягоды, то сугробную шубу на дом, а то и ледяную статую заблудившегося путника…

Взметнулась с белого единорога стая ярких птиц, открывая легко спрыгнувшего Короля эльфов. В длинных волосах перемежались белые и чёрные пряди, а черты бледного лица словно ювелиром отчеканены. Образ такой – добрый и прекрасный властитель лепреконов, фей-злыдниц и прочих очаровашек маленького народца.

Наместник лесов явился стройным деревцем, в мгновение выросшим у гранитной стены, а в ворота шагнул большеротым юношей в ярко-зелёном фраке. Это он здесь топольком прикидывается, а волю дай – такие чащи раскинет, что ничему в мире места не останется.

Рядом с ним неторопливо спешился с чёрного угловатого коня Король мёртвых. Пропали доспехи, исчез шлем, и мелькнувший было жёлтый череп подёрнулся рябью и сменился худым человеческим лицом с резко обозначенными складками, тянущимися к узким губам от крыльев горбатого носа. И без доспехов воин, а уж воинство его и на могучих магов жуть нагоняет.

А вот и Сумеречная мадам – Повелительница ведьм. Без изысков прибыла, на метле. Но соскочила с метлы сгорбленная карга – не поймёшь, плащ на ней или лохмотья, волосы на голове или заброшенное гнездо. Или вообще морок – потому что по мозаичной дороге к ступеням замка плыла безупречная леди, со сложной высокой причёской, в строгом платье приглушённых фиолетовых тонов.

Вассалы Тёмного лорда сходились на траурную трапезу – отдать последний долг мёртвому господину и приветствовать живого.

Их было около дюжины, и последним явился Князь нечисти… ах нет. Я всмотрелась: последний гость не прилетел, не прискакал и не возник, просто вышел уже человеком из-за деревьев аллеи, ведущей со склона. Призрачный Охотник – Властитель бесов. И только он, повернув голову, глянул вверх и влево, на мою башню.

Клянусь, я отпрянула от окна вовсе не потому, что он мог меня увидеть. Просто на широкий малахитовый подоконник плюхнулась большая птица. Так выглядел бы свежевылупившийся птенец орла, если его сильно увеличить, а вместо редких перьев покрыть пучками белой шерсти.

– Ты опоздал! И знаешь, что я терпеть не могу тебя в таком виде!

– Прости, – неискренне сказал Йоухйоуш[2] и мгновенно обернулся здоровенным белым котом. – Но и ты не готова.

– А я могу себе позволить! – огрызнулась я. – Вороны подождут!

– Тэ-эль?.. – Кошара муркнул, тычась холодным носом мне в шею. – Не спала?.. Опять ты не спала?

– Тебя ж не было всю ночь, вот и не спала!

– У меня своих дел полно. А вам, миледи, я не подушка и не тряпочка для соплей, – сообщил пушистый поганец. – Да и вы, миледи, пансион давно покинули, нет?

В каком-то смысле Йош был прав. Подушкой и тряпочкой он пробыл двое суток напролёт. И хватит. Да и пансион давно позади.

Огромное зеркало в серебряной литой раме отразило правду: заплывшие глаза, безжалостно и кое-как стянутые в пучок волосы, впавшие щёки и прочие прелести. Я вытащила шпильки, тряхнула головой и скомандовала:

– Следи! Могу забыть что-то…

– Не думаю, – хмыкнул Йош, растягиваясь на подоконнике и не сводя с меня взгляда.

И опять прав. Трудно забыть личину, которую носишь с младенчества. А мужской одежды у меня – две гардеробные.

Зарёванная девица в зеркале преображалась неторопливо. Потемнели и, щекотнув шею, укоротились волосы. Опухшие карие глаза изменили форму и цвет, блеснули злым синим льдом. Девичий подбородок чуть раздался, из шеи выпер кадык, плечи стали шире – впрочем, ненамного. Вот рост – да. Если уж парень смазлив как барышня, то пусть хотя бы будет высоким.

Я вполне могла преобразиться и за пару секунд. Облик несуществующего брата рос вместе со мной, и часто приходилось жить в нём подолгу. Мы были похожи – не как две капли воды, но как брат с сестрой. Вот только о сестре не знал никто из посторонних.

Рубашка, штаны, сюртук, мягкие сапоги. Всё чёрное, и вовсе не из-за траура. Это любимый цвет наследника. Или я уже не наследник?.. А тёмно-синий шейный платок подчёркивает цвет глаз. Браслет оставляю. Он отцовский. Его столько народу знает…

– Мой лорд?..

Я вздрогнула и подавила яростное «Не называй меня так!». На плечо юноши в зеркале легла кошачья морда, лениво вытягиваясь, покрываясь матовой серо-зелёной чешуёй. Вокруг пояса обвился хвост, а тело огромного змея кольцами улеглось за спиной.

– Вас ожидают вассалы, мой лорд, – сказал Йош. – Пора идти.

Похороны были вчера. Сегодня – траурная трапеза. Завтра – вассальные клятвы. Шэрр сказал, что порядок именно такой, но клятвы приносят полновесному милорду. Начал ещё что-то говорить, но я не слушала, и советник это быстро понял. А я поняла только одно – клясться мне будут не завтра. Ну и славно. И сегодняшнего хватит по горло!

Меня ждут мои вассалы. Ждут нового господина – и прекрасно знают, что ему ещё и двадцати одного года не сравнялось. Немыслимое, небывалое дело! Особенно на фоне Тёмного Хальгера, стальной рукой державшего эту свору на поводках почти две тысячи лет. А вот с новым лордом вполне можно попытаться схитрить и расширить сферу владений и влияний. Убедить, что водные стихии обижают воздушников, что ведьмы подсиживают лепреконов, что бесы взяли много воли и лезут в дела эльфов. Уломать на льготы, исподволь дать понять, как будет лучше – нет-нет, не Князю нечисти или Наместнику лесов! Всё только для мирового равновесия…

Новым лордом можно крутить как угодно. Этот сопляк сильнее их всех, вместе взятых, но он юн, недоучен, неопытен.

Папа, как ты мог?! Как ты мог меня вот так бросить?! И мир тоже…

– Тэль? Ну ты чего?

– Ничего. С мыслями собираюсь.

Чешуйчатая голова блеснула зелёными, совершенно кошачьими глазами. А потом Йош хмыкнул, продемонстрировал горизонтальные узкие зрачки, облизнулся раздвоенным острым языком и сказал:

– Главнюков боишься? Ты не думай. Ты им просто покажи, кто ты.

– А кто я?

Вопрос вышел не то чтобы дурацким… Скорее, детским, и Йош это уловил.

– Ты – Тёмный лорд. Всё решаешь ты. Ты очень молод, но отец готовил тебя в свои преемники с младенчества.

– Он не готовил!!!

– А кто об этом знает? – ухмыльнулся змей. – Ты готов принять власть, но пока всё останется по-старому. Это если спросят. Но они не спросят. Идём, Тэль. Потом пострадаешь.

Тёмный лорд – ужасно юный и безмерно мрачный – со значением кивнул. Он явно презирал трусившую девчонку. Скривил лицо в брезгливой гримасе и мерзко облизнулся. Точь-в-точь как его чешуйчатый фамилиар.

– Тэ-эль… – прозвучало около уха.

– Я помню, Йош, – холодно произнесло отражение. – Следуй со мной!

Я шагнула вперёд и растворилась в зеркале. Мы справимся, братец. Обещаю. Деваться нам некуда.

Очень далеко от башни и намного ниже по уровню моё отражение в полированной гранитной стене обрело цвет, объём… До дверей малой приёмной оставалось несколько шагов.

* * *

Отец был приверженцем благородной классики и сдержанной роскоши интерьера: массивная мебель, плотные шторы с ламбрекенами, приглушённый свет настенных бра, коллекции холодного оружия, картины… Чёрный замок выглядел обителью тьмы лишь снаружи. Но внешность бывает так обманчива! Взять хотя бы моих вассалов и эту трапезу: безупречно воспитанные господа за изысканно сервированным столом.

Каждого из них я знала с младенчества. Они видели, как я расту, они дарили мне подарки на дни рождения, они мне кланялись! А ведь все в весьма солидном возрасте, мудрые, хитрые. Кто-то и подревнее лорда Хальгера многих Тёмных лордов пережил… Стоп, так думать нельзя! Тут все свои – далеко не все друзья, но все свои.

И всего лишь вассалы. Да, главнюки, как выразился Йош, но не надо мной. Да, правят частями мира – но, на минуточку, под рукой моего отца… под моей рукой! Хочу – кормлю, хочу – выгоню!

Однако есть традиции, и созданы они именно для удобства общения.

Трапезный стол радовал кулинарными шедеврами – только человеческими, ни единой жабы в тарелках. Белоснежный фарфор удачно контрастировал с красным нефритом столешницы. И тёмными пятнами стояли три узкие вазы с багрово-чёрными пионами – любимыми цветами отца.

Во главе стола восседал юный Тёмный лорд, неторопливо поедавший устриц.

Стоявший рядом Белк капал в очередную лимонный сок, несчастное тельце моллюска съёживалось, и я накалывала его на серебряную вилку. Дворецкому Чёрного замка вовсе не по чину торчать около стола, но из всех слуг сегодня мог присутствовать здесь только он. А мог не присутствовать, и потому я была ему очень благодарна.

Вассалы молча и с видимым удовольствием вкушали предложенные блюда. Хотя я отлично знала, что Правителю вод радужная форель под грибным соусом поперёк глотки становится. Он бы лучше рыбака утопил и сожрал вместе с удочкой. А Король эльфов не выносит пряности, но ведь лопает баранье рагу с тмином и не морщится. Впрочем, я тоже устриц не люблю. Вот Сумеречной мадам точно всё прекрасно – таких пирожных, как в Чёрном замке, больше нигде не подают, проверено.

Периодически поднимались бокалы – бессистемно, не разом и без тостов. Но перед тем как выпить, каждый гость смотрел на меня и чуть склонял голову. Я реагировала тем же, поднося к губам фужер и удерживая на лице очень сложное выражение: лёгкая брезгливость, немного скуки, тщательно скрываемая печаль. Правдивой в этом букете была только печаль. Брезгливость свойственна личине лорда Кайтэла как факт – таким уж мой неродившийся братец уродился, терпите. А вот скуки я не испытывала. Холодно наблюдала за вассалами и думала, думала, думала…

Несомненно одно: каждому из них тоже печально. Не из-за вида нового лорда, вальяжно развалившегося в отцовском кресле, и даже не из-за огромного змея, сменившего орла, который сотни лет просидел на резной спинке этого самого кресла. Точнее, новый лорд и новый фамилиар усугубляли плохое настроение моих вассалов. И причину их грусти я понимала: Тёмный Хальгер был им не чужой. Соратник ли, враг ли, друг ли – но столько лет!..

Вот только имелась и вторая причина.

Мои вассалы посматривали вокруг с почти нескрываемой тоской. Сейчас их объединял траур по ушедшему лорду. Здесь, в малой приёмной Чёрного замка, такой привычной, уютной, с богатейшей коллекцией кинжалов на торцовой стене… Но кто знает, что станет с этой приёмной в следующий визит? И не только с ней.

Мир мог измениться. Причём в пользу соседа по трапезному столу.

Третья причина, скорее всего, существовала только в моём воображении, но отбросить её я не могла. Кто из вассалов знает, что во главе стола сидит не лорд Кайтэл, а леди Кайтэлли? Отец уверял, что никто. Но так ли это?

И когда трапеза подошла к концу, я уже не могла думать ни о чём другом. Гости подходили ко мне прощаться – по одному, и я пристально смотрела на каждого. Понятия не имею, как они оценивали тяжёлый взгляд своего нового лорда. Были всё так же спокойны и молчаливы. Правда, не все.

Сумеречная мадам, единственная женщина среди присутствующих, протянула мне руку для поцелуя. Уверена, что поддержу традицию, заведённую отцом? Хотя почему бы и нет?

Я склонилась над её тонкими пальцами, глянула на длинные сиреневые ногти… И вдруг меня посетила совершенно идиотская мысль: вдруг она на самом деле не женщина, не древняя перечница, а мужчина? А Король мёртвых вовсе не король – а королева? И никто, никто об этом не знает, потому как страшно даже подумать такое!

– Мой лорд? – певуче спросила Повелительница ведьм, и я опомнилась.

– Даже сегодня я не в силах не заметить, насколько вы прекрасны, мадам Гедея.

– Благодарю, лорд Кайтэл. – Она чуть улыбнулась. – И знайте – если вам понадоблюсь именно я, то в любой момент… Возможно, завтра? Уверяю, вам не придётся сожалеть. Я подберу самый лучший вариант.

Это она о чём? Я в лёгком недоумении свела брови, а из-за спины вылезла голова Йоша.

– Что-то случилось, мадам? – учтиво осведомилась я.

– Нет-нет, мой лорд. Если в ковене произойдёт что-то, требующее вашего внимания, – вы узнаете первым.

– Мадам-с желает-с быть полез-с-сной, – прокомментировал Йош. – Милорд услыш-шал вас-с-с.

Сумеречная Гедея присела в реверансе и отошла. А змей приблизил треугольную морду вплотную к моему уху и без всякого шипения еле слышно произнёс:

– Никакого изумления, милорд, умоляю. Слушать надо было Шэрра. Надеюсь, эльфийская немочь не позволит себе намёков. Мадам-то простительно – женщина-с!..

– А точно женщина? – спросила я одними губами.

– Дуриш-ш-шь?

Я отпихнула наглую морду – едва не больше моей головы! – и переключила внимание на Короля эльфов. Надежды Йоша оправдались: я не услышала ни слова. Только уважительный поклон, только взгляд, полный сочувствия и грусти.

Наконец приёмная опустела. Лишь один гость продолжал сидеть за столом, справа от меня, совсем рядом. Играл вином в бокале. Красное, густое, оно выливалось дрожащим языком через край, описывало спирали вокруг запястья гостя, лизало цепочки, соединяющие перстни на пальцах левой руки, и ныряло обратно в бокал. Я не могла оторвать глаз от этой руки, а может, просто боялась посмотреть на его лицо. Почему он не уходит?

Призрачный Охотник, Теневой Крупье, Вечный Игрок, Джек Картёжник, Ловец душ… Властитель бесов – тех, что заставляют людей уплывать в наркотические грёзы, любить бутылку спиртного больше детей и жены, убивать в подворотнях, жить в компьютерных игрушках и за карточными столами. Бесы сводят с ума и слабых, и тех, что казались сильными. Питаются сначала их вниманием, потом их жизнью. А самое сладкое – пропащие души – преподносят своему господину.

Мне было лет четырнадцать, когда я узнала, что бесы могут соблазнить не только людей. Сам Хозяин холода однажды встал на колени перед Призрачным Охотником, умоляя избавить от одержимости ледяным вариантом маджонга. И Джек избавил – но какой ценой, мне так и не сообщили. И чем насолил ему пострадавший стихийник – тоже не ведаю.

Историю о ледяном маджонге рассказал мне отец в присутствии самого Ловца душ, посмеиваясь и следя за моей реакцией. Предостеречь хотел. Только опоздал. Я внимательно слушала, улыбалась и искоса смотрела на Джека – самого неотразимого в мире мужчину. В человеческом облике, конечно, но какая разница. И, оказывается, самого крутого. После отца – но всё равно.

Охотиться на Тёмного лорда смысла, разумеется, нет. Но вот его дочь, она стала бы лёгкой добычей, уверяю…

Я с трудом сглотнула и уставилась на кончик носа Призрачного Охотника. Изящно вырезанные ноздри, небольшая горбинка… Дальше нельзя! Главное – не смотреть в мерцающие тёмно-серые глаза…

– Вы что-то хотите сказать мне, Джек?

Да, фамильярность. Да, неуместная. Или наоборот? Вот он был отцу другом. Ну, насколько это возможно…

– Устал? – спросил Охотник.

Красив, да. То есть с Королём эльфов, например, и сравнивать глупо. Но Джек для меня живой, настоящий. И улыбается по-настоящему… Он…

Он многолик. Призрачен. А я просто влюблённая дура!

– Устал, – подтвердила я.

– Я сейчас уйду.

– Нет. Я не от вас. Я сам… устал.

– Кай… Право, жаль, что я не могу быть тебе полезным сейчас. Но боюсь, даже Сумеречная… не поможет.

– В чём?

И я всё же поймала его взгляд – недоверчивый и холодный. А губы Джека – чётко очерченные, узкие, подвижные – сложились в улыбку. Совсем не настоящую.

– Мой лорд, вам следует поторопиться. Как старый друг вашего отца, я могу сказать это.

И между нами мгновенно всплыла змеиная морда. Раскачиваясь перед лицом Джека, Йош без акцента пояснил:

– Лорд пока не в курсе. Печальное событие потрясло его больше приемлемой меры, уважаемый Ловец. А потому не стоит ловить момент…

Бокал принял в себя вино, плавно отплыл в сторону и утвердился на столе, а Призрачный Охотник поднял раскрытые ладони перед собой в умиротворяющем жесте.

– И в мыслях не держал, – ухмыльнулся он. – Пожалуйста, милорд, уберите своего грозного фамилиара.

– Да что происходит вообще?! – не выдержала я, отталкивая в сторону голову Йоша. – Что за намёки, Джек?! Куда я должен торопиться?

– А некуда? Хотя и в самом деле, что это я… – И он фальшиво опечалился. – Воля лорда превыше всего!..

Я едва не раскрыла рот от удивления.

– Хотите это оспорить?..

– Ни в коем случае, – очень любезно ответил Охотник. – Просто хочу сказать, что вы, милорд, вольны страдать сколь вам угодно.

– Джек, у меня отец умер.

– Что не мешает вам разглядывать мои руки. Как жаль, мой лорд, что я давно не охочусь сам!..

Я залилась краской так, что сама ощутила – щёки буквально полыхали. А голос Ловца душ продолжал литься ручейком, и вовсе не медовым:

– Приди в себя, Кай. Я оглушён прозвучавшей здесь фразой. Тёмный лорд, который не в курсе… Подумать только!

Да он же попросту издевается! Да как он смеет! Да я!..

– Вы правы, Джек, – медленно сказала я. – Вы совершенно правы.

Откинулась в кресле, закинула ногу на ногу, поправила браслет и рявкнула:

– Белк! Советника ко мне!!! Кто вообще позволил герцогу уйти?!

Дворецкий возник прямо из стола и точно рассчитанным движением задел злосчастный бокал. Вино выплеснулось, и Охотник, хмыкнув, перенаправил его в чашу с виноградом. Цепочки звякнули, но я сумела даже не покоситься на них.

– Герцог Шэрр провожал ваших гостей, – с поклоном сказал Белк. – Вы готовы выслушать его, милорд?

– Немедленно! В моём кабинете!

– Великолепно! – восхитился Джек. – Я вижу перед собой истинного Тёмного лорда! Прошу прощения, но я откланиваюсь. Удачи, Кай.

Я смотрела ему вслед и думала: «Чтоб твои бесы тебе чесотку принесли!.. Под каждый перстень…»

Глава 2. Вопросы воспитания

Чтоб максимум от жизни взять —
Купюру надо разменять.
Но здесь, как, собственно, всегда,
И с претендентами беда.
Вдобавок слабый есть момент —
Заломит ростовщик процент…

Разговор с герцогом Шэрром затянулся сверх всякой меры. Я намеревалась быстро выяснить, почему не являюсь полноценным лордом, и, возможно, даже что-то предпринять по этому поводу.

Но быстро не получилось – причём по всем пунктам.

Мой советник – Кормчий Дикой Охоты, на минуточку! – явился в зелёный кабинет только через полчаса. Злой, как голодный зомби, мрачный, как тьма между замковых башен, и столь же разговорчивый. Подождав ещё минут пять, я потребовала пирожных. Ничего, кроме устриц, на трапезе не ела, а в животе вдруг засосало – впервые за три дня.

– Это правильно, – одобрил Белк. – Сладкое тебе просто необходимо. И горячий чай…

Круглый столик покрылся белоснежной скатертью, на ней возникли поднос с горой пирожных, квадратная десертная тарелочка и моя любимая чашка в виде совы. Мятный чай с клубникой – прекрасно. Перед угрюмым Шэрром дворецкий поставил бутылку бренди и блюдце с тонко нарезанным грейпфрутом.

– Время беседы пришло! – возгласил Йош, белым котом запрыгивая на стол. – Милорд готов выслушать столь важную для него информацию!

– Сними браслет, Тэль, – попросил советник. – Видеть его не могу после трапезы…

– Да уж, – согласился мой котик, усаживаясь и обвивая хвостом лапки. – Браслетик там едва глазами не сожрали. Надо было иллюзию, что ли, наложить…

– Это какую же? – ядовито осведомился дворецкий. – Неснимаемую, на века?

– Отличная, кстати, мысль, – не смутился Йош.

– Неснимаемую иллюзию может только лорд наложить, – хмуро сказал герцог. – А лорд у нас думать был не в состоянии… Да и глупость это, на самом деле.

– Вот и я о том, – подтвердил Белк. – Пока настоящего браслета нет – клятвы недействительны, что скрыть уж никак не выйдет.

– Да в чём дело, наконец?! – не выдержала я, откладывая надкусанный эклер. – В браслете, что ли? Мне нельзя его носить?! Что за чушь, он ведь даже не артефакт! Или я чего-то не знаю?

– Не артефакт, миледи, – мягко сказал дворецкий. – Просто он… личный.

Стянув предмет разговора с руки, я внимательно его оглядела и пожала плечами. Очень красивая вещь: кованое жёсткое кольцо, окаймлённое чёрным камнем, сложное переплетение тончайших полос стали, мне треть предплечья закрывает. Конечно, он личный – папин…

– Я как-то оскорбила вассалов? Надо было сказать…

– Я пытался, Тэль, – напомнил советник. – Но ты никого не оскорбила. Удивила – да… Видишь ли, на трапезе все должны были увидеть на тебе собственный браслет.

– Ну хорошо, я закажу! Надо у какого-то конкретного мастера заказывать?

– Не надо, – сказал Шэрр. – Сам должен появиться.

И под его тяжёлым взглядом я растерялась окончательно.

– А когда?

– М-м-м… Со временем. Видишь ли, Тэль… Личный браслет формируется прямо на руке, практически мгновенно после того, как наследник становится лордом.

– Но у меня же не сформировался.

– Естественно, нет.

– Что ж тут естественного? – промурлыкал кот. – В двадцать-то лет!

– Абсолютно естественно, – фыркнул Белк. – Милорд у нас всё же не мужчина, если ты не заметил.

– Не мужчина, – согласился герцог. – И не женщина, вот в чём проблема.

Я аж рот раскрыла от удивления.

– А девочка! – рявкнул Шэрр и, схватившись за бутылку, принялся жадно глотать бренди прямо из горлышка, словно воду.

Личину братца я так и не скинула, но это же не повод, чтобы называть меня мальчиком? Или что он имеет в виду?..

Мой фамилиар плавным движением перетёк в лежачее положение и вытянулся, подставляя брюхо. Я машинально запустила пальцы в пушистую шёрстку, а Йош глянул мне в глаза и пояснил:

– Ты девственница, Тэль. Ну какой Тёмный лорд из девственницы? Смех один для законов мироздания. А Шэрр пытался сказать, я свидетель! Но ты же не слушала. А ведь проблему можно было решить по-быстрому и до трапезы.

Ничего себе новости… Я на секунду зажмурилась. Потом взяла обеими руками чашку-сову, отпила чаю и аккуратно поставила её на стол.

– То есть я должна потерять девственность? Я правильно поняла?

– Совершенно верно, – бесстрастно кивнул Белк. – И чем быстрее – тем лучше. Следовало подумать об этом гораздо раньше, но твой отец…

– Растил принцессу, – вздохнул советник.

Так-то да. Даже в пансион пристроил. Мало того что в человеческий, но ещё и магией пользоваться категорически запретил. Я там три года провела. Незабываемых… И до сих пор не понимаю – чего ради?! Если бы не Йош – точно бы рехнулась среди этих дур жеманных и сдохла от голода. Одно только «леди должна кушать меньше птички» чего стоит! Спасибо, одна птичка мне регулярно еду таскала. Словом, порядочной принцессы из меня не получилось. И женщин ненавижу – всех! Кроме разве что Сумеречной мадам…

Я вспомнила, как мадам поедала на трапезе знаменитые десерты Чёрного замка, и хмыкнула. Очень изящно кушала, по всем правилам этикета… Но количество!

Так вот на что она намекала! Хотя Джек сказал, что с мадам связываться не стоит. Или как он сказал?.. Но, пожалуй, братцу Каю стоило согласиться – ведь действительно неплохой вариант, если у самого никого на примете нет.

А если есть?

Мои ближние тем временем продолжали обсуждать воспитание наследника. Герцог, вылакавший уже полбутылки, растерял мрачность и бурно возражал против предположения Белка, что лорд Хальгер желал выдать дочку замуж. На взгляд герцога, претендентов на мою руку в мире попросту не существовало.

– И что же теперь бедной девочке – оставаться без наследника? – поджав губы, протестовал дворецкий. – Увольте, Кормчий, одного раза по горло!

– Присматривал, присматривал кандидата! – поддерживал Йош. – Может, и не замуж, конечно, а вот внучок бы лорду совсем не помешал!

Отлично! А меня, на минуточку, тут уже спрашивать никто и не собирается? Внучок, подумать только!..

Я обалдело крутила головой, лишь поверхностно понимая, о чём идёт речь.

– Женить его надо было самого… – вздыхал Белк. – Уж тут-то какие проблемы? Куда ни плюнь – везде мезальянс, так что и без разницы…

– Холостяк есть холостяк! – не соглашался Шэрр. – Но с наследником нехорошо вышло, тут я с тобой, друг мой Белакер, спорить не стану! Но вернёмся к нашим драконам… Абы кого я нашей девочке в постель подложить не позволю!

– Тут главное, чтоб опытный был, – развил его мысль Йош. – Дело-то тонкое, филигранное, я бы сказал… Чтобы дурного впечатления не осталось.

Так, с меня достаточно!

Взяв тарелку, я с силой грохнула ею по столу, прицелившись в подрагивающий кончик кошачьего хвоста.

– М-мау-у!!! – взвыл Йош и мгновенно заткнулся.

– Хватит! – холодно сказала я в наступившей тишине.

Белк, опиравшийся локтями на стол, выпрямился, вытянулся в струночку и уставился на гобелен с осенним пейзажем. А советник уставился на меня – неожиданно трезвым, выжидающим взглядом.

– М-дау… – протянул кот, лизнув пострадавший хвост. – Забыли, забыли, кто в доме хозяин…

– Возникшую проблему, которая так остро интересует всех присутствующих, я решу самостоятельно, – сообщила я очень спокойно. – Но позволяю продолжить обсуждение в моё отсутствие. Возможно, я рассмотрю конструктивные предложения. Если сочту их таковыми.

Встала и гордо вышла вон. И только в коридоре, уже наполовину погрузившись в стену, вдруг поняла: я вышла из СВОЕГО кабинета! Вместо того чтобы выгнать этих обнаглевших… Тьфу ты!

Но возвращаться не стала. В тот момент я была уверена, что решение интересной проблемы уже нашла. Оно лежало прямо на поверхности и могло стать… даже приятным.

* * *

В рабочем кабинете отца не изменилось ничего. Словно он вышел на минуту, но не вернулся, а длинный ворс багрового ковра, примятый его тяжёлыми шагами, успел распрямиться. Чёрная мантия, небрежно брошенная на диван… Раскрытая книга на мягком диванчике у камина… Ворох бумаг на столе, перо, забытое в треугольной чернильнице, – лорд Хальгер не терпел современных письменных приборов.

Если бы не вставшая передо мной внезапная проблема, то я ещё очень долго не зашла бы сюда. Больно… Так больно!

Стиснув зубы, я прошла вдоль огромного книжного шкафа, повернула деревянную фигурку орла на стене, и лунный мрамор тайника поплыл, распахивая глубокую нишу. Камни вызова вассалов лежали в углублениях-гнёздах. Все разные, ошибиться невозможно. А мне нужен вот этот, чёрный опал.

Я аккуратно вынула из гнезда октаэдр искристой тьмы и залюбовалась мерцанием точек на его выпуклых гранях. Изумительная красота!

Спрятав камень в карман брюк, я закрыла тайную нишу, покинула кабинет и привычно шагнула в стену. Мне не хотелось вести важный и очень скользкий разговор в кабинете. Гораздо надёжнее и спокойнее сделать вызов в самом верхнем ярусе своей башни. В комнате с низким сферическим потолком, прямо под шпилем. Вполне подходящее место для задуманного. К тому же защищённое даже от обитателей замка – попасть сюда без разрешения можно только по винтовой лестнице, а эту возможность я закрою.

Комнату я называла «мансардой» и любила смотреть из неё на грозу, сидя на подоконнике. Молнии, отражённые защитой замка, били в вековые сосны, отсветы метались в бурлящей реке под холмом, такой спокойной в иную погоду… А можно было просто слушать треск грома и шорох ливня, свернувшись клубком на единственном постоянном предмете меблировки – огромном овальном ложе. И раскладывать пасьянс гадальными картами.

Взмахом руки я переместила на подоконник потрёпанную колоду, застелила ложе бежевой постелью, накинула пушистый коричневый плед. Подумав, спрятала под него подушки. Если понадобится что-то ещё… тогда и сделаю.

Опал в ладони, прохладный и гладкий… Я негромко произнесла формулу вызова, уселась на плед, вскочила, нервно сцепила за спиной руки, а вот приемлемое выражение лица принять не успела.

– Мой лорд!

Глубокий поклон явившегося вассала дал мне ещё несколько мгновений, но они не помогли – на выпрямившегося Призрачного Охотника я смотрела так, что он взметнул брови, не сумев скрыть удивление, и оглянулся.

– Что случилось? Столь внезапный вызов… – Он оборвал фразу. – Простите, мой лорд! К вашим услугам.

– Минутку, Джек, – сказала я ломким мальчишечьим голосом.

Именно таким он был у наследника лет шесть назад. Сейчас-то он уже говорит баритоном. Но я слишком волновалась.

– Я поставлю защиту. У меня к вам весьма конфиденциальный разговор. То есть дело. Присаживайтесь.

Кресло возникло прямо из воздуха, и Джек послушно опустился в него.

Непробиваемую зеркалку я ставила привычно, но теперь сюда не зашёл бы даже Белк. Что умеем, то умеем! А вот чего и не нюхали, то… Нет, теоретически я была вполне подкована в интимных вопросах. Но к самому интиму, именно к ЭТОМУ вопросу, если честно, особого любопытства никогда не испытывала. Наверное, не доросла. А может, пансионные сплетни-слухи-шепталки весь интерес отбили. Гадость же, на самом деле! Наверное…

Искоса посмотрела на Охотника. После трапезы он успел переодеться в светлый камзол со множеством пуговиц. Волосы той же длины, что у братца Кая, тёмные завитки падают на высокий воротник. Руки сомкнуты в замок на коленях. Ждёт… И цепочки эти проклятые!

Удачно составленная фраза, которую я твердила про себя последние полчаса, вдруг застряла в горле. А что, если я делаю глупость? Что, если он меня сдаст?..

Нет, думать поздно! Всё решено.

– Поохотиться не желаете, Ловец? – спросила я очень чётко и с нужной долей иронии.

Брови Джека опять поползли вверх.

– В каком смысле, мой лорд?

– Вы сегодня заметили, что давно не делали этого сами. Почему бы не тряхнуть стариной?

– Хочешь принять участие в моей охоте, Кай? Признаться, это несколько неожиданно… Разумеется, я не откажу тебе, но хотелось бы подготовиться. Видишь ли… – Он пощёлкал пальцами. – Боюсь, что ты не совсем разбираешься в специфике, но при определённых условиях вполне реально… Да! Мысль действительно верная! Конечно же, ты должен знать суть моего дела, потому что…

– Джек, я не о той охоте! – перебила я.

– Вот как?.. Тогда о чём же речь? Или это приглашение на Дикую Охоту? Не могу сказать, что она для меня привлекательна, но желание лорда – закон. Особенно если об этом желании известно Кормчему.

– Нет-нет. Сегодня вы говорили о совсем другой охоте. Ну, вы помните… На самом деле вы правы, и мадам Гедея мне не поможет. А вот вы способны. Только сначала вы дадите мне клятву.

Властитель бесов медленно поднялся с кресла и шагнул ко мне. Высокий, личина Кая ему и до бровей макушкой не достаёт.

– В чём же? Вам прекрасно известно, что моя первичная клятва Тёмным лордам нерушима.

– Я имею в виду другую клятву. О том, что об этой вашей охоте никто не узнает. Никогда! Понимаете?

Я смотрела в пол и потому от неожиданного прикосновения Джека вздрогнула.

– О да, – сказал он бархатным голосом. – Думаю, что теперь понимаю…

Он убрал прядку волос с моего лба, провёл левой ладонью по щеке. Пальцы скользнули к уху, задели одним из колец мочку, спустились под шейный платок…

И тут до меня дошло, что происходит… Донамекалась! Прелестная ситуация: Тёмный лорд Кайтэл предлагает сексуальные действия Властителю бесов, и тот… Кажется, соглашается?! Заняться этим с братцем Каем?!

Я в ужасе подняла на него глаза, а Джек усмехнулся.

– И нет, мой лорд. Я не стану клясться. Просто потому, что знаю эту тайну много лет, моя леди.

– А?..

– Я видел тебя. Давно и случайно. В таком пышном платье, прямо бабочка. Принёс тогда кое-что Хальгеру, а ты копалась в его секретере. В кабинете…

– А отец?..

– Отлучился, так уж сложилось. И я не стал заходить. Твой отец всегда доверял мне, а его доверие дорого стоит, Кай… тэль?

– Кайтэлли. Можно просто Тэль, – шёпотом сказала я и, зажмурившись, дотронулась до его ладони, продолжавшей ласкать мою шею. Цепочки оказались тёплыми.

Личина юного лорда растаяла словно сама собой. Но одежду я оставила, и размер не подошёл – почти утонула в ней. Всё равно же придётся снимать.

– Так вы… Раз вы всё знаете… – Теперь я была вынуждена задрать голову, чтобы посмотреть Джеку в глаза.

– Рад нашему истинному знакомству, – сказал он, убрав свою руку. Отступил и поклонился. – Вы прекрасны, моя леди.

– Правда?

Идиотский вопрос в идиотской ситуации…

Призрачный Охотник улыбнулся и очень искренне сказал:

– Могло ли случиться иначе? Я был очарован ещё той крошкой в жёлтых кружевах. Теперь же вы не просто очаровательны – вы обворожительны.

– Значит, вы согласны, Джек?

– На что?

Он идиот?! Вот когда пожалеешь, что рядом нет Йоша! Уж мой котик сумел бы втолковать, что мне нужно, прямым текстом и простыми словами… И остаться пронаблюдать за исполнением? Нет уж, увольте.

– У Тёмного лорда должен быть браслет. Собственный, – пояснила я, вскидывая запястье прямо перед носом Охотника.

Он не мог не понимать, но просто стоял и молчал. И я решила выразить свою мысль чётче.

– А чтобы браслет появился…

В его лице не изменилось ничего. Ну что ж, теперь и я тоже буду молчать!

Стянув с шеи платок, я принялась быстро расстёгивать пуговицы сюртука, хотя и помнила, что объект положено соблазнять неторопливым многозначительным раздеванием…

Но Джек вдруг взял меня за плечи, повернул, усадил в кресло и опустился на пол. Поставил локти мне на коленки, переплёл пальцы и уложил на них подбородок. Я судорожно вцепилась в подлокотники и замерла.

– Мне следовало догадаться, что с этой проблемой ты обратишься именно ко мне. Прости, моя леди, но я не смогу оправдать твоих ожиданий.

– Почему, Джек? – нахмурилась я.

– Для начала представь, что сказал бы твой отец… Я его друг и твой вассал, Тэль. И хотел бы сохранить то, что связывало меня с лордом Хальгером. К тому же… Известно ли тебе слово «мезальянс»? – спросил он, не сводя с меня глаз. Они потемнели и мерцали чаще и глубже, чем обычно, став до ужаса похожими на чёрный опал.

– Известно! А что – мезальянс способен повлиять на законы мироздания?

– Он способен повлиять на меня. А я слишком стар, чтобы менять свои привычки и принципы.

– Вовсе вы не старый… – пробормотала я.

– Всего лишь привычный облик. Ведь у тебя есть любимое платье, верно? Если хочешь, я продемонстрирую весь свой гардероб… И это зрелище не для слабонервных.

Ловец душ легко поднялся, развёл руки в стороны, и его лицо поплыло туманом.

– Не хочу! – резко отказалась я.

– Не хочешь… Тогда ты должна понимать, что выбрала совсем неверный объект. В Книге Мира много Листов, и на каждом из них полным-полно мужчин. Живых, настоящих мужчин, Тэль.

– Зачем мне живой мужчина? Я хочу, чтобы это сделали вы! Джек, я уже не маленькая девочка! Что такого страшного я вам предлагаю?

– Ну хорошо, – с улыбкой кивнул он. – Иди-ка сюда.

Я даже не уловила, как оказалась сидящей на коленях Охотника, всё на том же кресле. А он уже держал в ладонях моё лицо. Звякнули тёплые цепочки. Узкие губы приблизились, коснулись моих, попытались завладеть – сначала осторожно, потом настойчивей. И вдруг отодвинулись.

– Нравится? – тихо спросил Джек.

– Не знаю… – растерянно сказала я. – Наверное, да. А вам?

– Очень! – заверил он. – Но, как я уже сказал, ваш покорный слуга слишком стар, чтобы брать на себя работу будильника…

Вот о чём он?.. Ладно. Кажется, в таком положении уже нечего стесняться?

– Мы ещё долго будем разговаривать? – спросила я.

– Мне бы хотелось надеяться, миледи, что целую вечность. Но когда вы получите свой браслет, мы можем повторить наш поцелуй. Возможно, тогда вы будете более чётко отличать желание от нужды. А также живого и желанного мужчину от меня.

А ведь это отказ…

Я слезла с его коленей и, шагнув назад, скрестила на груди руки.

– То есть мне следует искать другого? Вы не подходите, потому что не живой?

Джек согласно кивнул и поднялся тоже.

– Увы, моя леди.

– Хорошо… – медленно сказала я. – Я услышала вас.

– И прими совет. Обязательно вызови Сумеречную мадам, скажи, что нуждаешься в её услугах, а после тщательного и привередливого просмотра кандидатур с сожалением сообщи, что её варианты не подходят.

– М-м-м… Пожалуй. Благодарю, Джек.

– Не стоит, мой лорд. Полагаю, мне пора откланяться? Не смею далее занимать ваше внимание.

– Просто Тэль, – буркнула я, почему-то испытывая облегчение. И сняла защиту с винтовой лестницы.

Властитель бесов, отвесив прощальный поклон, направился к двери, но на пороге обернулся и подмигнул мне.

– По крайней мере, в чём-то я стал первым, мой лорд.

– Вон отсюда!

Но никого уже и не было. Только дверь скрипнула – впервые за почти двадцать один год моей жизни. Я никогда не пользовалась этим путём.

Вот интересно, когда он принесёт мне вассальную клятву, всё равно продолжит издеваться?..

* * *

Вернув на место камень вызова Ловца душ, я спустилась в центральный холл и призвала герцога – благо артефакты для этого не требовались.

Шэрр явился мгновенно, и юный лорд, переодетый для прогулки, сообщил ему своё желание:

– Хочу прокатиться! Время ли сейчас для Охоты, советник?

– Не время, милорд. И даже не сезон, если вы говорите о гусях.

– Тогда собирай свою свору!

– Повинуюсь, милорд. Вы будете в яви?

– Конечно! Мир должен увидеть новую тьму, герцог!

Очень скоро Дикая Охота с воем, визгом и свистом неслась сквозь миры, то без задержки пронзая Листы, то скользя по ним, если кто-то из охотников замечал приятную жертву. В центре, окружённая призрачными всадниками и сворой туманных гончих, мчала открытая карета. Правил ею сам Кормчий – в распахнутом чёрном камзоле, с гривой развевающихся чёрных волос, он трубил в рог вслед бегущей добыче, удерживая одной рукой поводья шестёрки коней, созданных из костей и пепла и осыпающих прахом всё на своём пути.

За спиной Кормчего развалился на комфортном сиденье юный Тёмный лорд. Он дремал, и вовсе не потому, что его укачивало. Мало что можно усмотреть при такой гонке – миры сменяли друг друга, превращаясь в мелькающие картинки калейдоскопа. А вот лорда видели многие – и падали наземь, закрывая руками головы. А те, кто пытался бежать от Дикой Охоты, были сами себе враги.

Под мантией Тёмного лорда, укрывавшей едва ли не половину сиденья, немузыкально мурлыкал здоровенный белый кошак, горячий как печка. Иногда лорд отпихивал его бедром, и в эти моменты из кареты свешивался чуть не до земли огромный змей. Раздражённый нарушением покоя, змей глотал всё, что попадало в распахнутую пасть: летучих мышей, глупых жучков, клочки тумана, срывающиеся с плащей всадников, и зазевавшихся птиц.

Людей и их души змей не трогал – лорд не дозволял.

Глава 3. Дела насущные

Немного отклонюсь от темы:
У тёмных сил – свои проблемы…

Следующий ценный совет я получила от своего фамилиара во время тихого, почти семейного ужина.

Хотя почему «почти»? Ближе герцога Шэрра у меня никого теперь и не было. А Йош с детства со мной. Такая вот милая семейка… Дворецкого всё же к ней причислять нельзя, наверное, он, как ни крути, слуга, хоть и даёт себе много воли. При отце так себя не вёл!

Ужин проходил печально. Я молча ковырялась вилкой в тарелке с любимой утиной яичницей. Катание по мирам, конечно, немного развлекло, точнее, проветрило, но никаких проблем, понятное дело, не решило. Йош изрядно обожрался на Охоте и потому, приняв образ облезлой птички, лениво поклёвывал зелёный крыжовник. Советник привычно налегал на жареное мясо, запивал его красным вином и тоже помалкивал. Белк занимался делом: начищал канделябры, которых в столовой было великое и разнообразное множество. В чистке они вовсе не нуждались – с этим успешно справлялся сам замок.

Тишина уже не просто царила – она угрожающе росла. Словно лепрекон родился. И первым нарушил молчание герцог.

– Какие планы на завтра, мой лорд?

– У милорда очень много дел, – откликнулся вместо меня дворецкий. – Вы бы, Кормчий, спросили уж, что стоит первым в его распорядке дня.

Как всё же противно чувствовать себя дурой! А именно так я себя и ощущала с самого утра. Благодаря окружающим. Да, отец был целыми днями занят, постоянно, смертельно занят, но он-то точно знал, что делает! А я об обязанностях Тёмного лорда имею самые смутные представления.

– Первым после сна стоит поход в туалетную комнату. А дальше я ещё не решила, – напряжённо сообщила я. – И не решу. И все присутствующие знают почему!

– Я просто хотел непринуждённо завести разговор, Тэль, – с некоторым смущением сказал мой советник. – О делах.

– О каких именно? – поинтересовалась я.

– О насущных и неотложных делах Тёмного лорда, – пояснил Йош. – Нескончаемых во времени и пространстве.

– А-а-а…

Шэрр вздохнул.

– На самом деле, миледи, мне следует ввести тебя в курс этих дел. Но, говоря откровенно, я даже как-то и не представляю, с чего начать… Неожиданно всё, – с досадой сказал он. – Некстати всё!

– А мне разве не нужно сначала решить проблему… Ну, с браслетом?

– Нужно, – кивнул советник, вздохнул ещё тяжелее и принялся наматывать на палец прядь волос, выбившуюся из строгой причёски. Знаменитую гриву Кормчего (как по мне – лошадиную) он носил только на Охоте.

– А вот пока я буду её решать… – вкрадчиво произнесла я. – Вы, герцог, не могли бы сами заняться всеми этими делами? Ну, вы-то ведь в курсе…

И я уставилась на Шэрра тем же взглядом, которым пользовалась с детства, выпрашивая что-нибудь. Цветок-бесоед, растущий только в Пустоши, где Дикой Охоте было абсолютно нечего делать. Или прогулку по технологическому миру и чтобы военный парад попугать…

– Хорошая мысль, – заметил Белк, не прекращая тереть тряпкой бронзовый канделябр под потолком.

– Чрезвычайно, – мрачно согласился герцог. – Но я и сам хотел это предложить. Временно, конечно. Я таки не Тёмный лорд, не забывайте.

– Но вы же будете действовать с моего высочайшего соизволения. Моим именем и моим словом! – воодушевлённо подхватила я.

– И как долго? – аккуратно осведомился Шэрр.

– Ну-у… Пока браслет не сформируется. А после этого начнёте меня вводить в курс всех дел. Постепенно…

– Вот я так и знал! – с мученическим видом простонал Кормчий Дикой Охоты, отводя от меня глаза. Чёрные, как нутро глубокой пещеры, взгляд которых несёт страшные муки и внушает ужас даже нечисти. – Я так и знал, что эта ноша ляжет именно на мои плечи…

– У вас очень сильные плечи! – невинно хлопая ресницами, заверила я. Чистая правда, между прочим. Если герцога выставить в бою против Короля мёртвых, то ещё большой вопрос, кто одержит верх.

– Желание моего лорда – закон… – тоскливо согласился герцог. – Но хотелось бы, Тэль, чтобы браслет у тебя появился как можно быстрее.

Я развела руками.

– Не представляю, как его поторопить. То есть с кем. Можете что-нибудь предложить, герцог? Вы же кричали, что абы кого не допустите. Значит, есть претенденты! Давайте, я слушаю.

Дворецкий над нами, не сдержавшись, громко хмыкнул.

– Вот ничего смешного, Белакер, я здесь не нахожу! – возмутился Шэрр. – Нет у меня никаких претендентов! Я совершенно не по этой части работаю, если помните! Вот Гедею бы позвать, это да! Но ведь невозможно.

Тёмный лорд, как известно, существо бездушное и хладнокровное, а потому я смеяться не стала. Сделав каменное лицо, придвинула поближе блюдо с нарезанным тортом, выбрала кусок с кремовым деревцем и принялась делить его ложечкой на мелкие части. Вот и удачный момент для озвучивания идеи Джека.

– Кстати, – сказала я небрежно, – по поводу Гедеи. Думаю, завтра её действительно следует вызвать. Она мне на трапезе помощь предложила, вот пусть и тащит свои варианты.

В следующую минуту вновь повисшей тишины родился примерно десяток очень уродливых лепреконов, а может, и больше. И нарушил её снова советник.

– Что?! – выдохнул он потрясённо. – За каким бесом тебе ведьмы сдались?! В уме ли ты, Тэль?!

– Мне ни за каким. А вот лорд Кайтэл вполне может рассмотреть их кандидатуры, – с улыбкой пояснила я. – И все по разным причинам отвергнуть. Он ведь такой капризный!

Тут около моего кресла возник Белк и изобразил бурные аплодисменты.

– Оч-чень разумно! Браво, миледи! Отличный ход! И совершенно естественный.

– Да, пожалуй, – растерянно сказал Шэрр. – Хм-м… Стратегически мыслишь, Тэль!

Ну а то! Уж круче стратега, чем Ловец душ, вряд ли отыщете…

Я скромно потупилась и принялась за тортик. А вот моя птичка вдруг отодвинула крылом вазочку с крыжовником. Уселась на подхвостье, вытянув вперёд лапы, скрипнула задними когтями по мраморной столешнице и заявила:

– Неплохо! Тем более что Сумеречную умыть – дело благородное! Но теперь обсудим нашу общую и самую насущную проблему! Которая, в общем-то, решается буквально взмахом хвоста!

– И кого посоветуешь? – спросила я, прожевав. – Только учти, я с герцогом согласна! Абы кого – не желаю!

– Вот потому я и советую самой выбрать, драгоценная моя леди!

– В смысле?..

– Да в самом прямом. Берёшь и выбираешь. Каталоги найдём.

– Господин мой Йоухйоуш, – ехидно протянул Белк. – Это где ж мы возьмём подобные каталоги? В мировой истории таких ситуаций ещё не случалось, так что в списках претендентов нужды пока и не было.

Но моего фамилиара смутить крайне сложно, даже если он тысячу раз не прав. А уж если прав…

– Журналы мужской моды, – деловито сказал Йош. – Плакаты актёров – «постеры» называются. Местечковые фотогалереи. Да что угодно, Тэль! Смотришь и выбираешь. Ну потратишь недельку, не беда. Кто там тебе нравился из актёров с этой, как её… С Земли! Брэд Питт? Ну, молодой, конечно.

– Джош Холлоуэй… – машинально ответила я.

Птичка щёлкнула клювом и посмотрела на меня подозрительно. Ну да! Холлоуэй сильно смахивает на Властителя бесов. И что?!

– Ещё этот… Иэн Сомерхолдер! – поспешно добавила я. Есть в нём что-то от Наместника лесов. – И Киану Ривз! Только молодой.

– Разнообразно, – кивнул Йош. – Ну вот на кого укажешь – того и притащим. В молодом облике, разумеется.

– Луна, тьма и молнии!.. – восхищённо вымолвил герцог. – Как же я сам не додумался!

– Да вы рехнулись оба, что ли? – изумилась я. – Вот оно им надо? Киану Ривзу надо – со мной… морочиться?

– Тэль, девочка моя, – заулыбался Шэрр. – Да кто ж их спрашивать-то будет!

Точно – рехнулись. И ведь обещаны после смерти Тёмного лорда всяческие катаклизмы. Вот, пожалуйста, началось.

– Абсолютно верно, Кормчий! – подтвердила моя птичка. – Приведём как миленького, и расстарается как профессионал! С ног до головы оближет и ублажит нашу миледи. А дело сделает – память сотрём, и гуляй! Ясно, Тэль? А можешь и себе оставить, если понравится. Ты – лорд, тебе всё можно.

Я выронила ложку и разинула рот. Вот вам – прямым текстом и простыми словами…

Дворецкий Чёрного замка многозначительно кашлянул, поправил косичку парика и добил меня:

– Не надо так волноваться, миледи. К тому же он дело говорит. И уверяю вас, при умелом подходе вы получите только удовольствие! А обеспечить правильный подход…

– Проще, чем коготь заточить, – закончил его мысль Йош. – Ну чего ты, Тэль? Не хочешь актёра – не надо. Хоть пастушка с дудочкой заказывай, хоть некроманта. На каждом Листе Мира мужиков – как шерсти на оборотне.

Он что – подслушивал?! Хотя это невозможно…

«В Книге Мира много Листов, и на каждом из них полным-полно мужчин. Живых, настоящих мужчин, Тэль…»

И я действительно могу выбрать любого.

Но что любопытно – обе высказанные только что идеи предвосхитил Джек…

* * *

Сумеречную мадам я приняла в маленькой и уютной гостиной: практически по-домашнему и наедине. Она явилась в личине благородной леди, в тёмном платье, при минимуме лент и кружев. Изящно присела в реверансе и не отказалась от чашечки кофе с пирожными. С чего начать разговор, я понятия не имела. Мадам, надо отдать должное, разобралась в ситуации мгновенно.

– Ах, какой у вас подают кофе, мой лорд! – сказала она, просмаковав вкус первого глотка. – Я уж не говорю о десертах… Но, полагаю, вы хотели видеть меня не ради приятной беседы о пирожных? Хотя о ваших чудных эклерах я лично распустила множество легенд.

– Надеюсь, добрых?

– О, разумеется! По одной из них, отведав сливочный эклер, испечённый в Чёрном замке, человек станет неотразим для горгулий. Они будут слетаться к нему отовсюду, и бедняге придётся искать хорошего мага, чтобы самому превратиться в чудовище. Ведь люди начнут от него шарахаться, что остаётся?

– Неплохо! – оценила я.

– А в одной из детских сказок дитя, съевшее такой эклер, вынуждено заглядывать во все шкафы, чтобы отыскать дверь на соседний Лист…

– И найдёт?

– Конечно, мой лорд! Но вот за дверью его поджидают маленькие, миленькие зверюшки, которые тоже очень любят пирожные. А ребёнок так вкусно пахнет…

Гедея с хищной улыбкой откусила маленький кусочек шоколадного профитроля и экстатически прикрыла глаза.

– Сожрут?! – с глубоким интересом спросила я. Тоже ведь в шкафах тайные порталы искала. Вот бы зверюшкам не поздоровилось…

– Ещё как сожрут! – горячо заверила мадам. – А кроме того, в этих чудесных пирожных живут прозрачные пауки, лежат пророчества, водятся сбежавшие гомункулы… Ах, чего бы только я не отдала за их рецепт! Не сочтите за намёк, лорд Кайтэл…

– Отчего же, – хмыкнула я. – Вполне могу подумать, что вы хотите заключить со мной сделку.

– Как можно! Моя помощь лорду обусловлена первичной клятвой.

– Да, но вассальную вы мне ещё не дали. Так что я согласен, мадам! Вы мне – достойную девочку, я вам – рецептик.

Гедея слегка улыбнулась, взирая на юного лорда. А лорд, нарушая все правила приличия, лопал пирожное, склонившись над блюдечком и удобно поджав под себя ногу. Пять слоёв, по очереди: от густого крема до нежнейшего бисквита, пропитанного вишнёвым ликёром. В уголке рта лорда прилипла крошка, и я не стала её снимать.

– Надеюсь, девочка не разочаруется! – сказала, возвращая мадам улыбку. – И кстати, я хотел бы двух. Это можно устроить? И прекрасно, если будет выбор. Вы уж простите, что я так по-свойски…

– Хоть десяток, мой лорд, – заверила ведьма. – Я уж и так удивляюсь, что этот вопрос не решился ранее…

– Да ничего удивительного, мадам! – отмахнулась я. – В детстве обет дал по глупости. А вы свет яркий знает что подумали…

– Обет? – переспросила Гедея, мгновенно нахмурившись.

– Да он кончился уже. Месяц назад. Но я, знаете, ленив ужасно. Метаться, искать что-то… А теперь надо бы поторопиться. Сами понимаете, положение обязывает.

– Да, милорд, конечно. И я тоже надеюсь, что мои девочки вас не разочаруют. Ведьмочки небесталанные.

Юный лорд дожевал пирожное и откинулся на спинку кресла, промокая салфеточкой губы. Хорошенький – сил нет. Одни ресницы чего стоят! Любая девица позавидует. Правда, я сама себе не завидовала. Женские прелести меня совершенно не интересовали, а ведь придётся осматривать целую кучу этих самых прелестей. Да ещё и наверняка голых…

– Ну так начнём тогда? – решительно спросила я.

Сумеречная мадам взмахнула широким рукавом, и над столом возникло изображение очаровательной блондиночки размером не более подсвечника. Склонив голову к плечу, ведьмочка послала мне воздушный поцелуй и коснулась пуговок на корсаже.

– Мадам, – поспешно сказала я. – А давайте-ка сначала мордочки…

– Как скажете! Ох, я забыла спросить ваши предпочтения по масти, мой лорд! Для начала…

– Брюнеток, пожалуй… – неуверенно сказала я.

Была у меня в пансионе заклятая подруга – беленькая, полненькая, манерная до тошноты. И ладно бы на уроке к моему платью сзади непристойную картинку прицепила… Дело житейское – я ей до этого болотной настойки на стул капнула, походила поганка в гнойных прыщах недельку. Так ведь хватило ума белобрысой идиотке попытаться мне «тёмную» устроить! Ах, какого зомбика я ей ночью привела! Чудо просто. Как она орала! А какой выговор от отца я получила…

– Мой лорд?.. Она кажется вам привлекательной?

Осознав, что тупо пялюсь на точёное личико, зависшее в воздухе, я протянула:

– Пожалуй… нет! Форма глаз интересная, но вот губы…

– Слишком пухлые? – деловито осведомилась Гедея.

– Вот да! Я и смотрю, что-то не то в ней…

Через два часа, с трудом удерживая на лице заинтересованное выражение, я подпёрла подбородок кулаками и со вздохом сказала:

– Вы знаете, мадам… Как-то всё это не то. Увы…

По сценарию, разработанному вчера вечером с помощью ушлого фамилиара, следовало потребовать от ведьмы натурный показ. То есть вживую. Причём на следующий день. Гадкий Йош даже настаивал, чтобы я пару-тройку шлёпнула по ягодицам для проверки и кому-нибудь пощупала грудь… Лучше уж закончить с этим кошмаром сегодня. Убью время, зато завтра буду разглядывать мужчин в каталогах! Тоже не очень-то интересно, но куда приятнее…

– Мой лорд, вы, наверное, просто устали… – участливо предположила Гедея.

Нет уж, не отвертишься! Подписалась – будь добра соответствовать! И я тоже должна.

– Напротив, – мурлыкнула я. – Но думаю, будет лучше посмотреть в яви. Это возможно?

– Для вас – всё, что угодно! – кивнула мадам. – И если желаете не только лица…

– Желаю! – согласилась я. – Давайте только не здесь. Есть в замке эдакий зальчик со сценой…

Отец в этом зале концерты слушал. Кого только на той сцене не побывало!.. Лучшие музыканты со всех Листов Мира, и оперу давали…

– Концертный зал лорда Хальгера? – с заметной ностальгией спросила Сумеречная. – Как же, как же… Именно в вашем замке, милорд, я имела удовольствие созерцать одно из первых выступлений Linkin Park… Немного скованные, но альтернативный рок – воистину будущее ритмики шабаша!

А это мысль! И я тут же её озвучила:

– Отлично! Под музыку, пожалуй, будет повеселее.

Выбор той единственной, что окажется достойна лишить девственности самого Тёмного лорда, затянулся до позднего вечера.

Высоченные потолки совершенно не давали эха, что было приятно для слуха. Чёрный бархат стен не отвлекал от сцены. И ни единого окна.

Дворецкий, пару раз являвшийся проверить моё самочувствие, с почтением сказал мадам, что подобного зрелища в концертном зале Чёрного замка не устраивали ещё никогда. Пришёл и Йош, точнее, заполз огромной змеюкой, вытянулся вдоль рампы и остался до финиша. Хамски комментировал достоинства и недостатки участниц нескончаемого «кастинга» и очень аккуратно, но не менее нагло – поведение своего хозяина.

Юный Тёмный лорд был великолепен: нуден, придирчив, капризен, а под конец и невыносим. Он кривил губы, морщил нос и находил не менее трёх изъянов в каждой девице. Он вызывал для сравнения:

– Предыдущую верните. И ещё ту, кудрявую… Да нет же, у которой серьги с изумрудиками… Нет, проехали!..

Он утомил Повелительницу ведьм так, что это стало даже заметно.

Здесь же после показа и поужинали. Правда, без особого удовольствия. Мадам слишком часто разводила руками и неустанно восхищалась безупречным вкусом и острым глазом милорда. Я страдала, причём вполне искренне, налегала на коньяк и, наконец, сообщила заплетающимся голосом, что мадам может быть пока свободна. Ибо лорд устал и желает поразмыслить.

– До завтра? – дрогнувшим голосом спросила Гедея.

– М-м-м… Не-ет, мне нужно больше времени. Материал для размышлений есть… Но я, мадам, безумно вам благодарен! Простите, что так вышло! Но как быть, если нет идеала?.. А ведь я желаю именно идеал, вы понимаете?!

– Конечно, мой лорд!

– Будем ис-с-скать-с! – влез в беседу Йош.

– Да! Может быть, она ждёт меня на каком-нибудь пастбище… милая, невинная… такая… в веночке! Вокруг ягнята…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Ударение в имени на первый слог. (Прим. авт.)

Вернуться

2

Ударение в имени на вторую «о». (Прим. авт.)

Вернуться