Кавказ: европейские дневники XIII–XVIII веков

© Издательство В. и М. Котляровых, 2010

Кладезь сведений о горских народах

Северный Кавказ с древнейших времен привлекал внимание европейцев. Первые упоминания о нем зафиксированы еще во времена Гомера (VIII век до н. э.). Немало сведений о народах региона в античный период оставили древние греки и римляне, о чем свидетельствует подготовленный нами сборник «Античные источники о Северном Кавказе» (Нальчик, 1990; 2004).

После нашествия гуннов на Северный Кавказ в IV веке н. э. европейская литературная традиция о регионе прерывается на несколько столетий – фактически до XIII века; византийская литература этого периода сообщает лишь отрывочные сведения об Абхазии, Крыме и о местностях между Кубанью и Доном.

Возобновление литературы о Северном Кавказе связано в первую очередь с развитием торговли и началом накопления торгового капитала в Европе, послужившими толчком к тому, что европейцы стали все более настойчиво стремиться проникнуть в Индию и Китай, откуда в Европу издавна шли наиболее дорогие товары. Ближайшие же дороги из Европы на Восток проходили через Кавказ, и в XIII–XV веках их контролировали монголо-татары, поэтому на первых порах европейцы направляются в государство монголов. Причем туда устремляются и торговцы, и христианские миссионеры, дабы попытаться обратить монголов в христианство, и просто любители путешествий и приключений. Материалы европейской литературы XIII–XV веков носят характер случайных упоминаний об аланах и черкесах, за исключением записок Джорджо Интериано.

В XV–XVII веках сведения европейцев о народах Северного Кавказа становятся более многочисленными и подробными. Распространение известий о Кавказе в Европе было связано, главным образом, с новой международной обстановкой, которая начала складываться с конца XV века. После завоевания турками бассейна Черного моря итальянские республики утратили роль великих морских держав; эта роль перешла к Испании, Португалии, Англии, Голландии, отдававшим предпочтение не сухопутным, а морским путям в далекую и загадочную Индию.

Другим обстоятельством, способствовавшим накоплению сведений о Северном Кавказе, было наличие вблизи Европы Крымского ханства, источника немалых беспокойств для многих европейских государств. Стремясь добиться установления мирных отношений с этим ханством, правительства многих европейских государств направляли туда дипломатические миссии, члены которых впоследствии публиковали свои воспоминания о татарах и соседних с ними народах. Помимо официальных посланников при дворе хана и в Крыму проживали многие европейцы, прибывшие сюда по своим личным соображениям.

Еще одна возможность накопления сведений о народах Северного Кавказа – деятельность иезуитов на территории России. XVI–XVII века – время их активной деятельности и в России, и на Кавказе. Иезуиты проникали повсюду и собирали массу сведений, преимущественно политического характера. Некоторые из них – Авриль, Ламберти – опубликовали свои наблюдения.

Немало сведений о народах Северного Кавказа иностранцы получали в Москве, где хорошо знали ситуацию в этом регионе. О Северном Кавказе в этот период писали также многие европейцы, никогда не бывавшие ни на Кавказе, ни в России.

В XVIII веке рост интереса европейцев к Северному Кавказу стимулировали следующие причины: 1) усиление и обострение борьбы между Россией, Персией и Турцией за овладение Кавказом; 2) начало Русско-Кавказской войны Персидским походом императора Петра I летом 1722 года; 3) разгром в 1708 году 40 тыс. турецко-татарской армии кабардинцами; 4) рост интереса европейской буржуазии к природным богатствам региона; 5) экзотичность жизни народов Северного Кавказа для европейцев.

Во второй половине XVIII века Россия устанавливает здесь свое господство, и задолго до окончания военных действий Российское правительство начинает изучение новых провинций империи. С этой целью на Кавказ отправляются научные экспедиции, организованные Петербургской академией наук. Возглавляли их преимущественно ученые – выходцы из Германии (Гмелин, Биберштейн, Гюльденштедт, Георги, Паллас и другие). Их исследованиями закладываются основы научного кавказоведения в России.

В нашем распоряжении имеются свыше 100 работ европейцев XIII–XVIII веков, содержащих сведения о народах Северного Кавказа. В настоящий сборник включена лишь часть их, поскольку многие сочинения содержат явно неверные сведения, слишком кратки или заимствованы из предыдущих источников. Примеры – помещенные здесь записки Марко Поло и Рондо.

Предлагаемый вниманию читателей сборник – не первый в кавказоведении. В 1967 году в Орджоникидзе была издана работа «Осетины глазами русских и иностранных путешественников XIII–XIX вв.». Именно по этой причине в наш сборник не включены материалы об Осетии.

В 1974 году в Нальчике был издан сборник «Адыги, балкарцы и карачаевцы в известиях европейских авторов XIII–XIX вв.». Обилие в нем недостатков, о которых я неоднократно говорил и писал, делает этот сборник непригодным для использования как в любительском, так и в научном кавказоведении. Чем отличается от него наш сборник – судить читателю.

В. Аталиков

Юлиан
Рассказ о путешествии в страну приволжских венгерцев

Юлиан, монах Доминиканского ордена, в 1237 году был послан венгерским королем к низовьям Волги для отыскания прародины венгров. Из Константинополя Юлиан приплыл по Черному морю в зихский город Матрика (Тамань); далее Юлиан следовал по маршруту, который можно приблизительно обозначить современными городами Краснодар, Армавир, Ставрополь, Астрахань.

Перевел с латинского В. Юргевич

…Отправившись из Константинополя по морю, через тридцать три дня прибыли они в страну, которая именуется Сихия, в город Матрика, где князь и народ называют себя христианами, имеющими книги и священников греческого исповедания. Говорят, их князь имеет сто жен. Все мужчины бреют голову совсем, а бороды отращивают с некоторым щегольством, исключая знатных, которые в знак благородства оставляют немного волос над левым ухом, обрив всю голову.

Здесь, надеясь иметь товарищей в путешествии и ожидая их, пробыли они 50 дней, и дал Господь, что они понравились жене князя, самой главной между всеми, которая полюбила их удивительно и доставляла им все нужное. Отсюда, по совету и с помощью упомянутой государыни, отправившись через степь, где не нашли ни домов, ни людей, в 13 дней пришли они в страну Алания, где жители представляют смесь христиан и язычников; сколько местечек, столько и князей, из которых никто не считает себя подчиненным другому. Здесь постоянная вражда князя с князем, местечка с местечком. Во время пахоты люди одного местечка, вооруженные, вместе отправляются на поле, вместе косят, и то на смежном пространстве, и вообще, выходя за пределы своего местечка для рубки дров или для другой работы, идут все вместе, и вооруженные, а в малом количестве не могут никак выйти безопасно из своих местечек за чем бы то ни было в течение всей недели, с утра до вечера, исключая воскресенье. Этот день у них в таком религиозном уважении, что каждый, какое бы он ни совершил преступление и сколько бы ни имел врагов, может ходить безопасно с оружием или без оружия, даже среди тех, у кого он убил родителей или сделал им другое зло.

Считающиеся христианами соблюдают там такой обычай: не пьют и не едят из той посуды, в которой случайно околела мышь или из которой ела собака, пока посуда не будет освящена священником; кто поступит иначе, отлучается от христианства. Если же кто из них случайно убил человека, то не назначается ему за это покаяния и не бывает посвящения, напротив, убить человека у них ничего не значит.

Крест здесь в таком уважении, что бедные как туземцы, так и пришельцы с крестом в любое время могут ходить безопасно.

Плано Карпини
История монголов

Настоящее имя Плано Карпини (? –1250?) – Джованни дель Пьяно-Карпини. Родом он из итальянского города Перуджи, был одним из основателей ордена францисканцев. В 1245 году Карпини был отправлен из Франции к монголам для пропаганды среди них христианства.

Перевел с латинского А. И. Малеин

…Чингисхан также в то время, когда разделил те войска, пошел походом на восток через земли кергисов, которых он не одолел в войне, и, как нам говорили, пошел дальше до Каспийских гор. Горы же эти в той стороне, куда они пришли, состоят из адамантового камня, почему и притянули к себе их стрелы и железное оружие. Люди, заключенные среди Каспийских гор, услышав, как гласит предание, крик войска, начали ломать гору, и когда татары возвращались туда в другое время, десять лет спустя, то они нашли гору сломанною…

Пошли монголы также против города Орнас. Этот город был очень многолюдный, ибо там было очень много христиан, а именно хазар, русов, аланов и других.

[После похода на Русь] Хирподан в то же время послал Оккодай-хана с войском на юг против кергисов, которых он победил в войне. Эти люди язычники, они не имеют волос на бороде. У них такой обычай: когда умирает чей-либо отец, то они от скорби вырезают на своем лице в знак печали как бы один ремень от одного уха до другого. Победив их, он пошел на юг против арменов…

Царь татар Чингисхан послал на запад вождя Бату с войском. Там он захватил Понтийское море, Русь, Хазарию, кергисов, комуков, кассов, аланов, или ассов, тарков, чиркасов (всего 46 названий народов).

Когда они начинают осаждать какую-нибудь крепость, то осаждают ее много лет, как это происходит и сегодня с одной горой в земле аланов. Как мы полагаем, они осаждали ее уже двенадцать лет, причем те оказали мужественное сопротивление и убили много татар, и притом знатных.

…С юга к Комании прилегают аланы, чиркасы, Греция и Константинополь, а также земли иберов и цикков.

Марко Поло
Книга

Знаменитый итальянский путешественник Марко Поло (1250–1324) побывал почти во всех странах Востока, включая Индию, Китай, Центральную Азию. Области Северного Кавказа, где он не побывал, упоминает лишь мимоходом, хотя имел об этом регионе достаточно подробные сведения. Его «Книга» переведена практически на все языки мира.

Перевел со старофранцузского И. П. Минаев

…Первым царем западных татар был Саин. Был он сильный и могущественный царь. Он покорил Россию, Команию, Аланию, Лак, Менгиар, Гугию и Хазарию, а прежде чем он их покорил, все они принадлежали команам.

В 1261 году произошла великая распря между Алау (Хулагу. – В. А.), царем восточных татар, и Берке, царем западных, из-за области, что была смежна тому и другому. Пошел Алау походом со всеми своими войсками. Скакал он много дней без приключений и приехал в большую равнину между Железными воротами и Сараинским морем, и расставил свой стан на этой равнине. Произошла битва, и Алау победил…

Мы ничего не сказали о Великом (Черном. – В. А.) море и областях, что лежат вокруг него, хотя мы их знаем очень хорошо. Но мне кажется ненужным говорить о местах, которые посещаются теми, кто постоянно плавают по морю – венецианцами, генуэзцами, пизанцами и многими другими, – так что каждый знает о них все, и вот поэтому-то я их пропускаю и ничего о них не говорю.

№ 132. Пера, 29 сентября 1281 г. Гандульфино д’ Альбиссола и Ансельмино де Кастильоне продают рабыню-черкешенку по имени Каркасия, 5–6 лет, за 6 иперперов и 12 каратов.

Генуэзские нотариальные акты из Перы и Каффы
(1281–1290)
Издал Г. И. Братиану. Бухарест, 1927

Одной из самых доходных статей итальянской торговли на Кавказе в ХIII – ХV веках была работорговля. Cтимулируемая итальянскими официальными властями, работорговля приобрела широкие масштабы. Почти каждый итальянский колонист на Кавказе занимался торговлей рабами; например, рабов продавали нотариусы, торговцы, пекари, портные, мясники и т. д. Самым дорогим товаром были рабы из Черкесии. Крупнейшим центром работорговли в те времена была Каффа (ныне Феодосия), откуда большое число рабов вывозилось в Константинополь, пригородное местечко которого – Пера – также было крупным центром работорговли.

Представляем здесь некоторые документы из указанного сборника. Документы написаны на вульгарной латыни.

Перевел с латинского В. Аталиков

№ 143. Пера, 7 октября 1281 г. Банкир Мануэль, грек, продает рабыню-зихийку по имени Ахина за 20 золотых иперперов.

№ 144. Пера, 7 октября 1281 г. Закройщик Франческо де Мультедо продает рабыню-зихийку по имени Каркасия, 5–6 лет, за 7 иперперов.

№ 167. Каффа, 2 мая 1289 г. Гидольфо д’ Асано продает рабыню-черкешенку по имени Калуза, 10 лет, за 231 аспров барикатов.

№ 176. Каффа, 11 мая 1289 г. Джакомо Муссо продает рабыню-черкешенку по имени Кармозина, 12 лет, за 450 аспров барикатов.

№ 190. Каффа, 26 мая 1289 г. Милано д’ Асти продает рабыню-черкешенку по имени Жанета, 10 лет, за 450 аспров барикатов.

№ 191. Каффа, 26 мая 1289 г. Лукето д’ Орто продает рабыню-черкешенку по имени Кристина, 13 лет, за 600 аспров барикатов.

№ 199. Каффа, 2 июня 1289 г. Факкине де Нике продает рабыню-черкешенку по имени Джарказа, 13–14 лет, за 560 аспров.

№ 204. 5 июня 1289 г. Гильельмо Леркари продает рабыню-черкешенку по имени Каркасия, 22 лет, за 600 аспров барикатов.

№ 205. Каффа, 6 июня 1289 г. Лавочник Антонио продает раба-черкеса по прозвищу Джарказ, 12 лет, за 430 аспров барикатов.

№ 208. Каффа, 7 июня 1289 г. Оберто де Бурго Сандонино продает рабыню-черкешенку по имени Зихина, 12 лет, за 400 аспров барикатов.

№ 224. Каффа, 14 июня 1289 г. Милано д’ Асти продает раба-черкеса по имени Тазий, 14–15 лет, за 575 аспров барикатов.

№ 254. Каффа, 17 июня 1289 г. Руффино де Рубаско продает раба-черкеса по имени Джарказ, 14 лет, за 750 аспров барикатов (это наивысшая цена в приводимых актах).

№ 257. Каффа, 12 июля 1289 г. Кожевник Энрико продает раба-зиха по имени Мартин за 360 аспров.

№ 265. Каффа, 20 июля 1289 г. Мясник Гильельмо продает раба-черкеса по имени Джарказ, 12 лет, за 300 аспров барикатов.

№ 266. Каффа, 21 июля 1289 г. Нотариус Бернабо де Порта продает раба-черкеса по имени Джарказ, 12 лет, за 340 аспров барикатов.

№ 270. Каффа, 28 июля 1289 г. Лавочник Даниэль де Бонавентура продает рабыню-черкешенку, брюнетку, 12 лет, за 350 аспров барикатов.

№ 271. Каффа, 29 июля 1289 г. Закройщик Джованни продает рабыню-черкешенку, рыжую, 12 лет, за 345 аспров барикатов.

№ 309. Каффа, 4 мая 1290 г. Венецианец Джакомо продает раба-черкеса по имени Соголи, 10 лет, за 475 аспров барикатов.

Франческо Пеголотти
Руководство по торговле

Итальянский купец Франческо Бальдуччи Пеголотти состоял на службе в компании Барди во Флоренции, много путешествовал, побывал почти во всех частях света. Рукопись книги Пеголотти датирована 1427 годом.

Перевел с итальянского В. Аталиков

Г л а в а 1…Сначала из Таны в Джинтархан (Астрахань. – В. А.) около 25 дней пути на волах и от 10 до 12 дней на лошадях. По дороге вы встретите множество мокколов, то есть разбойников.

Глава 2. Прежде всего вы должны отрастить длинную бороду и не бриться. И в Тане вы должны позаботиться о том, чтобы обзавестись переводчиком. Вы не должны жалеть денег на переводчиков, беря плохих вместо хороших. Дополнительная оплата хорошего переводчика не будет дороже того, что вы сэкономите. Кроме того, будет неплохо взять по меньшей мере двоих слуг, которые знакомы с куманийским наречием. И если торговец захочет взять с собой женщину из Таны, пусть возьмет – дорога будет приятнее. Однако, если он возьмет ее, хорошо, если она будет знать куманийский язык.

Путешествуя из Таны в Джинтархан, нужно иметь провизии на 25 дней, то есть муку и соленую рыбу, так как мяса вы найдете в изобилии на всем пути; есть также там и другие продукты питания в изобилии, но особенно мясо.

Г л а в а 3. В Тане, как будет показано ниже, употребляются различные меры веса и емкостей.

1. Кантар – такой же, как в Генуе.

2. Большой фунт равен 20 генуэзским фунтам.

3. 20 руотоло равны 1 большому фунту.

4. Малый фунт равен 1 генуэзскому фунту.

5. 12 токкато равны 1 большому фунту.

6. 45 саггио равны 1 соммо.

7. Пикко (примерно 28 дюймов. – В. А.).

Воск, ладан, железо, олово, медь, перец, имбирь, плохие сорта специй, хлопок, морена, нутряное сало, сыр, лён, мёд и т. д. продаются на большой фунт.

Из шелка, шафрана и янтаря изготавливают четки или что-то наподобие этого, и маленькие изделия продаются на малый фунт.

Необработанные шкуры – по 1000, 1020 идет к 1000.

Горностаи – за 1000, 1000 к 1000.

Лисий мех, хорьковый мех, куница, волчьи шкуры, оленьи шкуры и все виды одежды с шелком или золотом продаются кусками. Простые сорта тканей и холсты всех сортов продаются на пикко.

Хвосты продаются связками, по 20 в связке.

Воловьи шкуры – по 100 штук, дают 100 и не больше.

Шкуры лошадей – кусками.

Золото и жемчуг продаются на саггио.

Пшеница и другое зерно и бобовые продаются в Тане на меры, которые они называют «кашито».

Греческое вино и все латинские вина продаются бочками. Мальвазия и вина Триглии и Каприи продаются мерами.

Икра продается на «фушо».

Глава 4. Золото, жемчуг и серебро в Тане не принимаются в расчет при оплате любых пошлин.

За вино, воловьи шкуры, хвосты и лошадиные шкуры генуэзцы и венецианцы платят пошлину в размере 4 %, остальные – 5 %.

Великое (Черное) море

Когда торговец плывет в Газарию из Заккии на Черном море, или из Константинополя, или Перы, или из других частей света, сначала он оказывается в Газарии. Первый порт после Таны – Порто Пизано, второй – Кабарди, третий – Лобуозом, четвертый – Иполи, пятый – Восперо, шестой – в Каффе, на стороне, противоположной Заккии…

Р. Г. де Клавихо
Дневник путешествия в Самарканд ко двору Тимура
(1403–1406)

Испанский путешественник ХV века Р. Г. де Клавихо описывает сражение Тимура с татарским ханом Тохтамышем, состоявшееся в 1395 году на территории нашей республики – Кабардино-Балкарии (на реке Тереке, недалеко от современного города Майского).

Лет 11 назад этот император Тарталии (Татарии) Тотамих (Тохтамыш), будучи владетелем обширных земель и множества народов, выступил из Тарталии с огромным войском и пошел в Персию, вышел во владения Туриса (Тебриза) и Верхней Армении, ограбил многие земли, разрушил города и замки, но и частично восстановил их для себя… Закончив весь этот грабеж, особенно в землях, принадлежавших Тамурбеку (Тамерлану), Тотамих возвратился в Тарталию. А Тамурбек, узнав об этом, выступил со своим войском, хотя войско противника было гораздо больше его, погнался за ним и настиг у большой реки, называемой Тесина (Терек), поблизости от Тарталии. Тамурбек двигался как можно скорее, чтобы овладеть переправой через реку, так как в этой местности, где он шел, не было другой, кроме той, которую он собирался взять. А когда Тамурбек подошел к реке, император Тотамих уже перешел ее, а так как он знал, что Тамурбек намерен настичь его, то вновь подошел сторожить переправу и завалил ее лесом.

Когда Тамурбек подошел туда и увидел, что Тотамих сторожит переправу через реку, послал сказать ему, что он напрасно это делает, так как он не намерен воевать с ним, а хочет быть его другом, и сохрани бог, чтобы он желал ему зла. Но, несмотря на это, император побаивался Тамурбека, так как знал, что он человек коварный. На другой день Тамурбек двинулся с войском вверх по реке, а император Тарталии со своим войском также продвинулся другим берегом реки, а шли они так: один по одной стороне, другой – по другой, и когда Тамурбек останавливал свое войско, тотчас останавливался и Тотамих на другой стороне реки. Таким образом они двигались три дня, и ни один не обогнал другого. На третью ночь Тамурбек приказал в войске, чтобы женщины надели шлемы и стали похожи на мужчин, а всем мужчинам велел скакать как можно быстрее назад, и каждому взять двух лошадей: на одной ехать, а другую вести на поводу. Оставив свой стан на месте, то есть женщин, похожих на мужчин, пленников и рабов, сам Тамурбек вернулся назад к переправе, и все пройденное за три дня расстояние он преодолел за одну ночь и переправился через реку. Около трех часов он сражался в стане императора Тотамиха, разбил его и захватил все, что у того было, а вез он многое, но Тотамих бежал. Это была великая и славная победа…

И. Де Галони-Фонтибус
Сведения о народах Кавказа

Иоанн де Галонифонтибус (ХV в.), по рождению предположительно итальянец, много лет провел на Востоке, состоял на дипломатической службе при императоре Мануэле и при Тамерлане. Свой труд написал на латыни. Венгерский историк Л. Тарди перевел книгу на английский язык.

Перевел с английского З. М. Буниятов

Глава 8. Таты и готы. Великая Татария: Кумания. Хазария и другие. Народы Кавказа

Вдоль и вокруг Черного моря живут два малых народа: таты и некоторое число готов… Черное море, или Танайское, находится к западу от Великой Татарии. Южными соседями являются чрезвычайно высокие горы Кавказа или Каспийские горы, Бакинское (или Каспийское) море и Персия. Эта страна предоставляет поселения для многих народов и состоит из различных провинций, а именно: Кумания, Хазария, Йахабри, Йухугур, [и народов], кипчаки, гумат, блаки, кумыки и авары. Многие народы северных гор даже не знают своих соседей. Их языки и письмена схожи в такой же степени, как итальянский и испанский языки. Здесь я насчитал 35 восточных языков.

Город и порт Тана находится в этой же стране, в Верхней Черкесии, на реке Дон, которая отделяет Европу от Азии. Подверженные частым войнам, эти области почти не заселены. Из-за выкупов господа ежедневно продают своих слуг; кроме того, даже родители продают своих детей, и в конце концов страна была разорена Тимурленгом, а ее жители пленены.

Вследствие отсутствия золота и серебра – а их требует правитель – народ вместо них отдает ему своих сыновей и жен, и он сразу же продает их работорговцу.

Известная река Волга, которая впадает в Каспийское море, протекает через эту страну, и говорят, что она разветвляется на сорок рукавов, одним из которых является река Дон, которая впадает в Азовское море.

В этой стране много христиан, а именно: греки, разные армяне, зики, готы, таты, валахи, русские, черкесы, леки, ясы, аланы, авары, казикумухи, и почти все они говорят на татарском языке.

Кавказские, или Каспийские, горы находятся в южной части страны, их высота и протяжение удивительны, но и обитает там такое же великое множество различных наций, языков и чудовищ… Я беседовал с заслуживающими доверия людьми, которые говорили, что люди по обеим сторонам гор говорят на 40 различных языках и исповедуют различные религии.

Эти горы дают жилище для народов Гога и Магога, поселенных здесь Александром Великим, как об этом толкует Магистр в своей «Истории», и они не в состоянии покинуть эти места до самого пришествия антихриста.

Глава 9. Черкесия

Страна, называемая Зикией, или Черкесией, расположена у подножия гор, на побережье Черного моря. Они не имеют царя, и у них есть только несколько мелких феодалов; многие их села никогда никем не управлялись, и они имеют собственных глав. В стране нет городов, равнины там небольшие, и горы, которые тянутся до самих Каспийских гор, очень высоки. Здесь живут две группы народов: белые и черные таркасы. Слово «черный» означает только название народа, но не говорит о цвете его кожи. Горцы именуются черными, а те, кто живут в долинах и на побережье моря, белыми таркасами. Никто никогда не посещал этих черных, и они сами никогда не покидают гор, кроме тех случаев, когда им необходима соль. Они имеют свой собственный язык и свою письменность. Что касается религии, то в некоторых обрядах и постах они следуют грекам, пренебрегая всеми другими сторонами религии, ибо они имеют свои собственные культы и обряды. Вместо сорокадневного поста они постятся 50 дней, так как они выполняют также Рождественский и пятничный посты. И это все. В великие посты и воскресенье они даже приносят в жертву животных, мясо которых раздается и поедается, но головы они отдают бедным и старым или же выставляют их на высоких местах, вроде ветвей деревьев, что предполагает пищу для духов. Дерево высаживается рядом с церковью, и на него вешают крест, после чего его называют древом господним. На ветвях этого дерева развешивают различные символы, среди которых есть и головы животных.

Монахов они не имеют. Их священники женятся подобно другим мужчинам, и холостых священников у них не бывает. Они большие мошенники и воры. Одно село нападает на другое в открытую, похищает детей и мужчин, хотя они могут делать это тайно, если захотят, и затем тут же, на берегу моря, они продают захваченных работорговцам.

Как татары занимаются продажей членов собственной семьи, так и этот бедный народ творит то же самое. Но есть одно доброе дело, которое они делают: рядом с церковью и упомянутым выше древом господним очерчивается круг, внутри которого никто никогда не посмеет прикоснуться к чему-либо. Но вне этого круга правило таково, что тот, кто первым прикоснется к чему-либо, то он может владеть этим. Это правило особенно применяется на побережье, где спасенное имущество и спасшиеся от кораблекрушений представляются как Божий дар, и люди обмениваются на свиней.

Говорят, что их женщины являются великими волшебницами и применяют свое ремесло очень охотно. Они вызывают ветер и заставляют море штормить, творя кораблекрушение, ибо у них нет хороших гаваней. Когда я путешествовал по этим землям и вокруг них, я убедился, что эти сплетни являются правдой. Волшебные силы повергли море в неистовство, особенно ночью. Но наши молитвы и святые помогли нам одолеть эти силы. В конце концов они сказали: «Мы не смогли восторжествовать над вами, ибо вам способствуют святые. Мы ночью воочию видели св. Николая, когда вы во время шторма пребывали в опасности». Так они сказали, когда все закончилось.

Их женщины прекрасны и мягкосердечны. Их мужчины едва прикрывают свою наготу какой-либо одеждой вообще, за исключением знатных.

Хорошо известно, как один черкесский дворянин был продан в Генуе, где он прошел обучение, и когда он освободился от рабства, то стал францисканцем, и в конце концов святой престол посвятил его в архиепископы епархии этой страны. Здесь он жил и долго удерживал свой приход, обращая в христианство многих своих соотечественников.

Султан Каира был обращен в рабство и увезен в Египет в наше время, и когда случилась смерть другого султана, он сам стал султаном, и нынешний султан является его сыном. Я видел их обоих – и самого сына, и родителей, которым он наследовал.

Итак, выше я рассказал, что этот народ чрезвычайно талантлив и способен к различным делам, но не в своей собственной стране. Эта страна граничит на западе с Черным морем, на севере с Татарией, на востоке с Каспийскими горами, на юге с Грузией и Абхазией.

Иоганн Шильтбергер
Путешествие Иоганна Шильтбергера по Европе, Азии и Африке с 1394-го по 1427 год

Иоганн Шильтбергер (1381–1440) отправился в поход со своим господином Рихартингером против «язычников» в 1394 году и вернулся домой в 1427 году. За это время он побывал в Европе, Азии и Африке; сопровождая татарского царевича из Персии в Татарию, прошел через некоторые области Северного Кавказа. Его книга была издана на немецком языке в Германии.

Перевел с немецкого Ф. Брун

Вот земли, через которые пролегал наш путь. Во-первых, мы прошли через область Астара, затем через Грузию, затем через страну, называемую Лезгистан… затем через область, именуемую Шабран, и другую, называемую по-татарски Темир-капи, что значит «Железные ворота». Затем он прошел город Оригенс, который весьма обширен и лежит на большой реке Эдиль, далее через гористую страну Джулад, населенную большим числом христиан, которые имеют там епископство. Их священники принадлежат к ордену кармелитов, которые не знают латыни, но молятся и поют по-татарски, для того чтобы их прихожане были тверды в своей вере. Притом многие язычники принимают святое крещение, так как они понимают то, что священники читают и поют.

Есть еще страна Абкас с главным городом Зухтун (то есть Сухум – Ф. Брун).

Затем страна Бештамак, весьма гористая, с главным городом Джулад, равно как и большой город Астрахань. Есть еще город Болгар, богатый разного рода зверями, и города Сибирь и Азак, называемый христианами Тана. Он лежит при Тене (Дон. – Ф. Брун), изобилующей рыбой, которую вывозят на больших кораблях и галерах в Венецию, Геную и на острова Архипелага.

Затем земля черкесов, также при Черном море, населенная христианами, исповедующими греческую веру; тем не менее, они злые люди, продающие язычникам собственных своих детей и тех, которых они крадут у других; они также занимаются разбоями и говорят особенным языком. У них есть обычай класть убитых молнией в гроб, который потом вешают на высокое дерево. После того приходят соседи, принося с собой кушанья и напитки, и начинают плясать и веселиться, режут быков и баранов и раздают большую часть мяса бедным. Это они делают в течение трех дней и повторяют то же самое каждый год, пока трупы совершенно не истлеют, воображая, что человек, пораженный молнией, должен быть святым.

Все перечисленные земли входят в состав Великой Татарии, и во всех них я побывал.

Кстати, замечу, на каких именно языках служат Богу по греческому вероисповеданию: 1) греческий; 2) русский…; 6) ясский – у язычников-ас; 7) готфский – у язычников-татар; 8) зихский – у язычников-черкесов; 9) абхазский – у язычников-абкасов.

…После упомянутого выше поражения Чекре я попал к господину по имени Маншук, который был советником Чекре. После пятимесячного пребывания в этом городе (Каффа) он переправился через рукав Черного моря и прибыл в землю черкесов, но оставался там только 6 месяцев, потому что татарский король, узнав о его там пребывании, велел объявить тамошнему владетелю, что он был бы весьма доволен, если бы тот не позволил Маншуку оставаться в своей земле. Маншук тогда перешел в Мингрелию…

Иосафат Барбаро
Путешествие в Тану

Венецианский купец Иосафат Барбаро (1413–1494) прибыл в Тану (нынешний Азов) в 1436 году и провел здесь 16 лет, управляя своими рыбными заводами, находившимися в окрестностях города. В 1473 году Барбаро в качестве венецианского посла побывал в Персии. Свои дорожные приключения и наблюдения он описал в книге «Путешествие в Персию».

Перевела с итальянского Е. Ч. Скржинская.

Перевел с латыни В. Аталиков

Здесь начинается рассказ о вещах, виденных и слышанных мною, Иосафатом Барбаро, гражданином Венеции, во время двух моих путешествий: одного в Тану и другого в Персию.

В 1436 году я предпринял свое путешествие в Тану, где год за годом я оставался в течение целых шестнадцати лет. Я объездил те области как по морю, так и по суше, старательно и с любопытством.

Равнина Татарии представляется человеку, стоящему посередине, в таких границах: с востока она имеет реку Ледиль, с запада и северо-запада – Польшу, с севера – Россию, с юга, там, где земли обращены к Великому морю, – Аланию, Куманию, Газарию; последние страны все граничат с Забакским морем.

Название «Алания» произошло от племен, именуемых аланами, которые на их собственном языке называются «ас». Они христиане и были изгнаны и разорены татарами. Страна лежит на горах, на побережьях и на равнинах. Там есть множество курганов, насыпанных руками человека, они возведены как знаки погребений. Каждый курган имеет на вершине большой камень с отверстием, куда втыкают крест, сделанный из другого, цельного камня. Эти курганы бесчисленны; в одном из них, как мы узнали, был спрятан большой клад.

В те времена, когда консулом в Тане был мессер Пьетро Ландо, приехал из Каира один человек по имени Гульбедин. Он рассказал, что в бытность свою в Каире слышал от какой-то женщины-татарки, что в одном из подобных курганов, называемом Контебе, аланы спрятали большое сокровище. Эта женщина даже сообщила ему некоторые признаки как холма, так и местности. Гульбедин принялся раскапывать курган. Он проделал несколько колодцев в разных местах. Так он продолжал копать в течение двух лет, после чего умер. Люди пришли к заключению, что он только по неспособности не сумел отыскать этот клад.

В связи с этим в 1437 году, в канун дня св. Екатерины, в Тане собрались семеро из нас, купцов, в доме Бартоломео Россо, гражданина Венеции. Там были: Франко Корнарио, брат покойного Якобо Корнарио из банка; Катарин Контарини, который впоследствии торговал в Константинополе; Дзуан Барбариго, брат покойного Андреа из Кандии; Дзуан да Валле, который умер капитаном фусты на озере Гарда (это он в 1428 году вместе с другими венецианцами отправился в Дербент, построил с разрешения местного правителя фусту и захватил несколько кораблей, плывших из Стравы, что было поразительно, однако я сейчас прерву рассказ об этом); Моизе Бон, сын Александра из Дзудекки; Бартоломео Россо и я (вместе со св. Екатериной, которую я считаю восьмой в нашем договоре и союзе).

Мы нашли 120 человек, чтобы отвезти их вместе с нами на эту работу. Каждому мы платили по меньшей мере 3 дуката в месяц. Спустя 8 дней все мы семеро, вместе со 120 нашими работниками, выехали из Таны, взяв с собой одежду, продовольствие, оружие и инструменты; все это мы везли на санях, подобно тому, как возят поклажу в России, двигаясь по льду на реке. Мы добрались до нужного нам места уже на следующий день, потому что оно находится на самой реке и отстоит примерно на 60 миль от Таны.

Курган имел в высоту 50 футов, сверху он был плоский. На плоскости находился другой курган, похожий на круглую шапку с полями вокруг, так что два человека могли бы идти по ним один вплотную к другому. Этот второй курган был высотой в 12 футов. Нижний курган имел очертания круга, как будто его делали по циркулю; диаметр его равен 80 футам.

…К концу марта мы вернулись опять с судами и лодками, привезли 150 человек и принялись копать. За 22 дня мы сделали ход длиной приблизительно в 60 футов, шириной в 8 и высотой в 10 футов. Теперь вы услышите о вещах весьма удивительных и, так сказать, невероятных.

Мы нашли все, как было предсказано. Поэтому мы еще больше уверовали в то, что нам говорилось, и настолько, что, в надежде отыскать сокровище, мы пустились таскать носилки усерднее, чем те люди, которым мы платили, и как раз я стал мастером по носилкам. Удивительное заключалось в том, что верхний слой был черным от травы, затем по всей поверхности лежал уголь. Это, конечно, возможно, потому что, имея здесь ивовые леса, легко было жечь ивняк по всему кургану. Ниже лежала зола на глубину одной пяди. Это также возможно, ввиду того что рядом имеются заросли камыша: при его сжигании получалась зола. Ниже, на глубину еще одной пяди, лежала шелуха от проса. По поводу этого можно сказать, что здесь, когда ели просяную кашу, то сохраняли шелуху, чтобы положить ее на это место, однако я хотел бы знать, сколько надо иметь проса, чтобы заполнить шелухой, да еще на глубину целой пяди, всю поверхность этого кургана? Еще ниже лежала рыбья чешуя, а именно чешуя морского окуня и других рыб, и также на глубину одной пяди. Конечно, можно было бы сказать, что в этой реке ловилось множество окуней и другой рыбы и их чешуи могло хватить, чтобы покрыть весь курган, однако я предоставляю сообразить самим читателям, насколько это возможно и правдоподобно. Сам я могу лишь удостоверить, что это сущая истина.

В связи со сказанным я полагаю, что человек, приказавший устроить такую могилу – а имя его было Индиабу – и желавший выполнить все многочисленные церемонии, которые соблюдались в те времена, должен был заранее подумать о том, чтобы собрать и сложить на место все эти вещи.

Проделав раскоп и не найдя сокровища, мы решили провести еще два рва в глубь большого кургана, шириной и высотой в 4 фута. Прокопав их, мы нашли белый и настолько плотный грунт, что сделали в нем ступеньки, по которым и таскали носилки. Углубившись почти на 5 футов, мы нашли на этой глубине несколько глиняных сосудов; в некоторых из них была зола, в других уголь, некоторые были пусты, другие наполнены костями осетровых рыб. Нашли также 5–6 бусин величиной с померанец, они были из обожженной глины, глазурованные, похожие на те, что изготовляются в Марке и привешиваются к неводам. Еще нашли мы половину маленькой ручки от серебряного котелка, сверху на ней была змеиная головка…

Никаких других достоверных сведений о том кладе мы больше не получали, но полагаем – если он был там на самом деле – причиной его сокрытия следующее обстоятельство: когда предводитель аланов, уже упоминавшийся Индиабу, услышал, что татарский хан идет на него войной, он решил захоронить сокровище, но так, чтобы никто этого не заметил, поэтому он сделал вид, что приготовляет для себя могилу по местному обычаю, и приказал тайно положить туда то, что он считал нужным, а потом насыпать этот курган.

… Магометанская вера среди татар стала обычным явлением около 110 лет тому назад. Принуждение принять магометанскую веру относится ко времени Едигея, военачальника татарского хана, которого звали Сидахмет-хан. Этот Едигей был отцом Науруза…

В степях Татарии в 1438 году правил хан по имени Улумахмет-хан, что значит «великий император Магомет». Правил он много лет. Когда со своей ордой, то есть со своим народом, он находился в степях, лежащих в сторону России, а военачальником у него был этот Науруз, сын Едигея, при котором Татария обратилась в магометанскую веру, возникли между Наурузом и его императором некоторые разногласия. Вследствие этого Науруз отделился от императора и ушел от него с тем войском, которое захотело за ним следовать. Он направился к реке Ледиль, где стоял некий Кезимахмет, что значит «малый Магомет», происходивший из рода татарских императоров. Оба они объединили как свои замыслы, так и военные силы и решили вместе идти против того Улумахмета. Пройдя около Астрахани, они пришли в Тюменские степи, затем, обогнув Черкесию, направились к Дону и к заливу Забакского моря; и море, и река были покрыты льдом. Ввиду того что и народу было много, и животных было немалое число, им пришлось двигаться широким фронтом, чтобы идущие впереди не уничтожили все сено и другую пищу, нужную для тех, кто шел сзади. Поэтому один головной отряд этого племени со стадами дошел до места, называемого Паластра, а другой – до реки Дон в том месте, которое называется Бозагаз, что значит «серое дерево». Промежуток между этими местами составляет 120 миль, на такое расстояние растянулся этот движущийся народ, хотя не все места были удобны для прохождения. За 4 месяца до прихода татар к Тане мы уже знали об этом. За месяц же до появления упомянутого царевича (Кезимахмета) начали приближаться к Тане отдельные сторожевые разъезды; разъезд состоял из 34 юношей на конях, причем каждый всадник имел еще одну лошадь на поводу. Когда царевич приблизился к Тане на расстояние 5–6 дней пути, они стали появляться в числе от 25 до 50 человек, в конном вооружении; когда же он подошел еще ближе, они насчитывались уже сотнями. Наконец, царевич прибыл и расположился около Таны на расстоянии выстрела из лука, в старой церкви.

После отъезда царевича стал подходить народ со стадами. Сначала шли табуны лошадей по 60, 100, 200 и более голов в табуне, потом появились верблюды и волы, а позади них стада мелкого скота. Это длилось в течение 6 дней, когда в продолжение целого дня – насколько мог видеть глаз – со всех сторон степь была полна людьми и животными; одни проходили мимо, другие прибывали. И это были только головные отряды. Отсюда легко представить себе, насколько значительной была численность людей и животных в середине войска. Мы все время стояли на стенах города и к вечеру просто уставали смотреть. Поперечник равнины, занятой массами этих людей и скота, равнялся 120 милям. Все это походило на некую паганею.

В то время жил в Тане некий брат Термо, францисканец. При помощи сети он устроил из двух обручей один большой обруч и укрепил в земле за городской стеной изогнутый кол. Таким образом он ловил от 10 до 20 куропаток сразу. Вокруг стен Таны было столько куропаток и дроф, что все эти места казались птичьими дворами. Местные мальчишки ловили этих птиц и продавали по аспру за пару, что по-нашему равно 8 богатинам за одну птицу. Термо выручил от их продажи столько денег, что купил на них черкесского мальчика, которому дал прозвище Куропатка и сделал его монахом.

…По этому поводу (отваге татар. – В. А.) расскажу, что однажды случалось при мне, когда я был в Тане. Стоял я как-то на площади. Пришли в город татары и сообщили, что в роще, мили за 3 отсюда, спрятались черкесы-всадники, числом около сотни, которые задумали совершить набег под самый город, как это было у них в обычае. Я сидел в лавке мастера по изготовлению стрел. Там же был один купец-татарин, пришедший туда с цитварным семенем.

Услышав о черкесах, он встал и сказал: «Почему бы нам не отправиться захватить их? Сколько там этих всадников?» Я ответил: «Сто человек». – «Вот и хорошо, – сказал он, – нас пятеро, а у вас сколько найдется всадников?» Я ответил: «Сорок». – «Вот и хорошо, – сказал он. – Черкесы не мужчины, а бабы. Идем, схватим их!» Услышав это, я пошел искать мессера Франческо и рассказал ему об этих речах, он же со смехом спросил меня, хватит ли у меня духу пуститься туда. Я ответил, что хватит.

И вот мы сели на лошадей, приказали нашим людям прибыть по воде и к полудню налетели на этих черкесов. Они стояли в тени, некоторые из них спали, но, к несчастью, случилось так, что немного раньше, чем мы достигли их, наш трубач затрубил. Поэтому многие успели

бежать; тем не менее и убитыми, и плененными нам досталось около 40 человек. Но вся красота этого дела относится к тому, что говорилось о «безумных храбрецах». Тот татарин, который предлагал ехать хватать черкесов, не довольствовался добычей, он в одиночку бросился в погоню за беглецами, хотя мы все кричали ему: «Ты же не вернешься, никогда ты не вернешься!» Он возвратился спустя почти целый час и, присоединившись к нам, жаловался, говоря: «Горе мне, не смог я поймать ни одного!», и сильно сокрушался. Судите сами, каково было его безумство, ведь если бы хоть четверо из черкесов обернулись против него, они изрубили бы его на мелкие куски…

Возвращаясь к рассказу о Тане, я пройду по западному побережью, следуя вдоль Забакского моря, а после выхода из него поверну налево; затем пройду немного по Великому морю вплоть до провинции, называемой Мингрелия.

Если ехать из Таны вдоль берега упомянутого моря, то через 3 дня пути в глубь от побережья встретится область, называемая Кремук. Правитель ее носит имя Биберди, что значит «Богом данный». Он был сыном Кертибея, что значит «истинный господин». Под его властью много селений, которые по мере надобности могут поставить 2 тыс. конников. Там прекрасные степи, много хороших лесов, много рек. Знатные люди этой области живут тем, что разъезжают по степи и грабят, особенно купеческие караваны, переходящие с места на место. У здешних жителей превосходные лошади; сами они крепки телом и коварны нравом; лицом они схожи с нашими соотечественниками. Хлеба в той стране много, а также мяса и меда, но нет вина.

Дальше за этим народом лежат области, населенные племенами с различными языками, однако они не слишком удалены друг от друга. Это племена элифе, кипке, татаркосия, собаи, кевертеи, ас, то есть аланы, о которых мы говорили выше. Они следуют одно за другим вплоть до Мингрелии, на пространстве 12 дней пути.

Эта Мингрелия имеет границу с кайтаками, которые живут около Каспийских гор, и частично с Грузией и Великим морем, а также с горным хребтом, проходящим в Черкесию.

Далее за Каффой, по изгибу берега на Великом море, находится Готия, за ней – Алания, которая тянется по острову в направлении к Монкастро, как мы сказали выше.

Готы говорят по-немецки. Я знаю это потому, что со мной был мой слуга-немец; они с ним говорили, и обе стороны вполне понимали друг друга, подобно тому, как поняли бы друг друга фурианец и флорентинец. Я думаю, что благодаря соседству готов с аланами произошло название готаланы. Первыми в этом месте были аланы, затем пришли готы; они завоевали эти страны и смешали свое имя с именем аланов. Таким образом, ввиду смешения одного племени с другим, они и называют себя готаланами, и те, и другие следуют обрядам греческой веры, также и черкесы.

Путешествие в Персию

В 12 днях пути от Тавра находится Шемаха, город, расположенный в середине области Тезикия. Господина там зовут Ширваншах, и этот город в случае необходимости может выставить 810 тыс. всадников; через 6 дней пути отсюда находится Каспийское море… Мингрелия находится слева, к Черному морю, а у Каспийских гор живут катаки…

От Каспийского моря до Черного моря напрямую 500 миль. Эта земля изобилует вся валами и стенами, и местность подчинена различным владетелям. Поэтому, если кто надумает идти по этой дороге, ему не следует идти через Дербент; нужно идти прямо в Георгианию, откуда можно перейти в Мингрелию, которая расположена у Черного моря, затем подойдет к некой крепости Алуати, которую окружают высочайшие горы, поднимаясь вверх и снова спускаясь вниз, дважды останавливаясь при дневном свете для восстановления сил.

Далее на склонах гор расположена Черкесия, о которой много упомянуто было в первой части; путь через нее может быть замедлен теми, кто живет по соседству с ними. Затем в некотором удалении от этого места достиг я участка, от которого, если подниматься выше, крайне неудобно себя чувствуешь и слабеешь. Для того чтобы снова прийти в себя, есть средство – вода, которая течет в районе Дербента…

Монах этот (Винцентий) рассказывал, что из области Солдани издавна распространяется магометанское учение, которое оказывает огромное влияние на жизнь и смерть живущих здесь христиан и распространяется вширь и вглубь. Эти порочнейшие люди направляют свой путь в Шемаху, затем в Дербент, затем в Дюмен, откуда расходятся в разные стороны, и многие были поражены их оружием.

Расположились они у реки Терек. Это в провинции Тезехия, около Каспийских гор, где живут многие христиане. Они повсюду преследуют побеги христианства, без всякого уважения и различия пола и возраста убивают женщин, мужчин, детей и стариков. После этого пришли они в область Гога и Магога, населенную христианами с греческим обрядом, и ушли от них не прежде, чем перебили всех. Затем пришли в Черкесию, в Кипик и Карбат, из которых каждый пункт находится по эту сторону моря; через бесчисленное множество живущих там христиан дошли до Дидаркассана и Кремука, где были встречены вооруженной рукой местных жителей, и такой разгром и поражение от них получили, что едва 120 человек уцелели и убежали отсюда. И по этой причине понять можно, как плохо христиане живут среди этих выродков. И это, как говорил он (Винцентий), произошло в 1486 году…

Амброджо Контарини
Путешествие в Персию

Амброджо Контарини – итальянский путешественник XV века, современник И. Барбаро

Перевела Е. Ч. Скржинская

[1477 год] Утром 2 июля мы поплыли на той же лодке вверх по реке и дошли до города Фассо в Мингрелии, он расположен на берегу этой реки среди лесов… Выйдя на берег, я встретил некоего Николо Капелло из Модона (он был здешним начальником и давно уже принял мусульманство) и донну Марту, черкешенку (она была рабыней одного генуэзца, затем какой-то другой генуэзец женился на ней). Я остановился у этой донны Марты, которая оказала мне хороший прием…

Говорят, что Дербент был построен Александром Великим и назывался Железными Воротами по той причине, что войти из Татарии в Медию и Персию невозможно иначе, как через этот город. Здесь есть глубокая долина, которая тянется до Черкесии.

Город Астрахань принадлежит трем братьям; они сыновья родного брата главного хана, правящего в настоящее время татарами, которые живут в Черкесии и около Таны. Летом из-за жары они уходят к пределам России в поисках прохлады и травы…

Татары пользуются славой безумных храбрецов, потому что делают набеги и грабят черкесов и русских.

Джорджо Интериано
О быте и обычаях черкесов

Джорджо Интериано (XV – ХVI века) – родом из Генуи. В юности он отправился в многолетнее странствие, побывал во многих странах, но точно известно лишь о его путешествии по Черкесии, которой он посвятил свое единственное литературное произведение, опубликованное при его жизни отдельной книгой.

Перевел с итальянского Н. А. Пенчко

Их называют зихами на итальянском, греческом и латинском языках; турки и татары называют их черкесами, сами же себя они называют «адига». Они живут на пространстве от реки Таны до Азии по всему морскому побережью, которое лежит по направлению к Босфору Киммерийскому, ныне называемому Восперо, проливом святого Иоанна и проливом Забакского моря, иначе – море Таны, в древности называемое Меотийским болотом, и далее за проливом по берегу моря вплоть до мыса Бусси и реки Фазис, и здесь граничит с Абхазией, то есть частью Колхиды. А все их побережье, включая сюда вышеназванное болото и пространство вне его – составляет около 500 миль. Через всю их страну на восток можно проехать за 8 дней.

Живут они деревнями, и во всей их стране нет ни одного города или укрепленного стенами места, а их самое большое и наилучшее поселение – это небольшая долина Кромук в глубине страны, имеющая лучшее местоположение и более других населенная. Со стороны суши они граничат со скифами, то есть татарами.

Язык их трудный, отличающийся от языков соседних народов и сильно гортанный.

Они исповедуют христианскую религию и имеют священников греческого обряда. Крещение принимают лишь по достижении возраста 8 лет, и крестят у них несколько человек одновременно простым окроплением святой водой, причем священник произносит краткое благословение. Знатные не входят в церковь до достижения ими возраста 60 лет, потому что, живя разбоями, как и все у них, считают это недопустимым, чтобы не осквернять церковь. Когда же им исполнится 60 лет или около того, тогда они оставляют разбои и начинают ходить к службе, а до тех пор в молодости слушают ее верхом на лошади у дверей церкви.

Женщины их рожают на соломе, чтобы солома была первым ложем новорожденного, а затем несут его к реке и купают в ней, не обращая внимания на мороз и холод, весьма обычные в тех краях. Имя новорожденному дают по имени того, кто первым из посторонних войдет в дом после родов, и если это грек, латинянин или иностранец, то к его имени прибавляют окончание «ук», например: Петр – Петрук, Пауло – Паулук и т. д.

Они не имеют своей письменности и не пользуются никаким алфавитом, ни собственным, ни иностранным. Священники у них служат на родном языке, употребляя греческие слова и письмена, не понимая их смысла. Когда же приходится им писать кому-нибудь, хотя это бывает очень редко, то большей частью пользуются услугами евреев и еврейской письменностью, но чаще передают друг другу вести на словах через посланцев.

Среди них есть знатные, вассалы, рабы и невольники. Знатные пользуются большим почетом и значительную часть времени проводят верхом на лошади. Они не терпят, чтобы их подданные держали лошадей, и если случится вассалу вырастить жеребенка, то как только он подрастет, его отнимают у хозяина и взамен дают быков, говоря: «Вот это, а не конь, больше подходит тебе».

Между знатными есть много таких, которые имеют вассалов, и все живут независимо друг от друга и не желают признавать над собою никакого господина, кроме Бога, и нет у них ни судей, ни каких-либо писаных законов. Сила или смекалка, или третейский суд разрешают споры между ними.

У знатных нередко бывает, что родичи убивают друг друга вместе с большей частью братьев. И лишь только один из братьев умрет, как другой на следующую же ночь берет себе жену покойного, свою сноху, потому что у них разрешается иметь несколько жен, и все они считаются законными.

Как только сыну знатного человека исполнится два или три года, его отдают на попечение одному из слуг, и тот ежедневно возит его с собой на лошади, дав ему в руки небольшой лук, и где увидит курицу, поросенка или другое животное, учит мальчика стрелять. Когда мальчик подрастет, он уже сам начинает охотиться на всяких животных в своих владениях, и слуга не смеет ему препятствовать. Когда же станет взрослым мужчиной, то проводит свою жизнь в постоянной охоте на диких зверей, но больше на домашних животных и даже на людей.

Страна их болотистая, поросшая во многих местах тростником и аиром, из корней которого добываются благовония. Болота образуются большими реками: Танаисом, носящим и ныне это название, Ромбитом, или Копой, и множеством других рек, изобилующих заливами и образующих почти необъятные болотистые пространства. Через эти болота проложено множество тайных троп. По ним они нападают внезапно на бедных крестьян и уводят их скот и детей, перевозя из одной местности в другую, и там их продают или обменивают. И так как в этой стране не ходит и не употребляется никакая монета, особенно внутри страны, то их сделки совершаются на бокассины или куски полотна на рубаху, и когда они торгуются, то все товары оцениваются кусками ткани. Большая часть захваченного таким образом народа продается в рабство в Каир, что в Египте, и случается, что судьба там преобразует их из ничтожных, какими они были, в величайших людей нашего времени, а именно в султанов, эмиров и т. п.

Их верхняя одежда – это плащ из войлока, наподобие католической рясы, которая носится на одном плече, оставляя на свободе правую руку. На голове войлочная шапка из того же войлока, острая, как головка сахара. Под плащом они носят так называемые терриличи из шелковой или полотняной материи с широкими складками и собранные у пояса снизу, наподобие того, как носили древние римляне. Носят сапоги и ботинки, надеваемые одни на другие, халат с широкими рукавами и широкие шаровары. Усы у них очень длинные. Носят на поясе огниво в красивом кожаном кисете, который делают и вышивают их женщины. Носят также бритву и оселок, чтобы точить эту бритву, каковой они бреют себе голову, оставляя на макушке пучок волос, для того чтобы было за что ухватить голову в случае, если ее отрубят, не марая лица окровавленными руками, оскверненными и загрязненными человекоубийством. Также они бреют волосы на нижней части живота перед сражением, считая, что стыдно и грешно, если увидят мертвого с волосами на этом месте.

Дома врагов они поджигают горящей серой, привязанной к стрелам, а дома там все соломенные.

В домах у них имеются массивные золотые чаши, стоимостью от 30 до 500 дукатов (я говорю здесь о знатных), а также серебряные, из которых они пьют с величайшей торжественностью, которой обставляется у них эта церемония более, чем любые другие обряды. Они выпивают постоянно и во славу Божию, и во имя святых, и во здравие родственников, и в память об умерших, и в память каких-либо замечательных подвигов, и пьют с большой торжественностью и почтением, словно совершая священнодействие, всегда с обнаженной головой в знак наивысшего смирения.

Спят они с кольчугой или панцирем под головой вместо подушки и с оружием наготове, и как бы внезапно ни случилось им пробудиться, сразу же надевают на себя этот панцирь и оказываются сразу же вооруженными.

Муж и жена лежат в постели так, что голова одного обращена к ногам другого, а постели у них делаются из кожаных мешков, набитых засушенными травами, цветами и тростником.

Они придерживаются того мнения, что никто не должен считаться благородным, если о нем имеются слухи, что он когда-то занимался недостойным делом, хотя бы он и происходил из самого древнего, даже царского рода. Они хотят, чтобы благородные не занимались никакими торговыми делами, кроме продажи своей добычи, говоря, что благородному подобает лишь править своим народом и защищать его, да еще упражняться в охоте и военном деле. Выше всего восхваляется их щедрость, почему они много дарят из своего имущества, за исключением лошади и оружия. Что же касается одежды, то тут они не только щедры, а просто расточительны, и по этой причине оказывается, что они по большей части одеты хуже, чем их подданные. Всякий раз, как им случится сделать себе новое платье или рубаху из шелка, так их вассалы тотчас выпрашивают себе и то и другое: не дать и не оказаться щедрым было бы для них величайшим позором. Поэтому стоит только попросить у них что-нибудь подобное, они тотчас снимают это с себя и предлагают в дар, приняв взамен жалкую рубаху просителя, большей частью поношенную и изорванную. Таким образом, знатные почти всегда одеты хуже других, за исключением обуви, оружия и коня, которых не дарят никогда. Именно в этом имуществе и заключается вся их роскошь, и часто они готовы отдать все свое состояние за коня, который им понравится, и дороже коня у них нет ничего. Если же случится им приобрести в качестве добычи или иным путем золото или серебро, то они сразу же тратят его на те чаши, о которых я говорил выше, или на украшение седел, чаще же всего на украшение оружия, поскольку в ином виде оно у них не в ходу, особенно внутри страны, и только прибрежные жители занимаются у них торговлей.

Каждый день они бьются с татарами, которыми окружены почти со всех сторон. Ходят через Босфор до Херсонеса Таврического, той провинции, где находится колония Каффа, основанная в древности генуэзцами. Охотнее всего совершают походы в зимнее время, когда море замерзает, чтобы грабить скифов, то есть татар, причем несколько человек черкесов гонят перед собой большую татарскую толпу, потому что черкесы проворнее и лучше вооружены, храбрее, да и лошади у них лучше. Их военный головной убор похож на те, что мы видим на древних изображениях, он закрывает щеки и прикрепляется под горлом. Татары же – народ более терпеливый и выносливый в нужде настолько, что это просто удивительно, и потому они часто одерживают победу над черкесами тем, что с самого начала заводят их в какие-нибудь непроходимые болота, снега или пустынные места, лишенные всего необходимого, и там благодаря своему терпению и выдержке побеждают их.

Зихи – народ красивый и стройный, и в Каире можно встретить людей, отличающихся между мамелюками и эмирами величественной наружностью, и большинство их – из этого народа. То же самое можно сказать и об их женщинах, приветливых к иностранцам, так как вообще долг гостеприимства свято соблюдается по отношению к любому человеку. Хозяин и гость у них называют друг друга «кунак». Хозяин провожает гостя до следующего кунака, охраняет его и, если потребуется, то отдает за него свою жизнь, как самый верный друг. И хотя, как было сказано, грабеж в этой стране – такое обычное дело, что на нем, казалось бы, и не грех заработать, однако кунакам своим они остаются верны и дома и вне дома.

У себя в доме они дозволяют самое вольное обращение с дочерьми, особенно в присутствии родителей, за исключением совокупления. А когда чужеземец-кунак отдыхает или спит, то эти девушки самым любезным образом ищут у него блох и прочую нечисть. Девушки купаются в реках голые, на глазах у всех, и тогда можно заметить большое число очень красивых, снежной белизны созданий.

Водится в этих краях рыба «античей», которая так у них зовется, так же как в древности она называлась у Страбона, род осетров, больших и малых, очень вкусных и удобоваримых для желудка. Воду они пьют из своих родников, очень полезную для пищеварения. Употребляют еще в пищу мясо диких и домашних животных. Кукурузы и виноградного вина у них нет, зато много проса и других зерновых, из которых они готовят хлеб и различные кушанья, а также напиток, называемый «боза». Они пьют также вино из меда пчел.

Их дома строятся из соломы, камыша и дерева, и весьма считалось бы зазорным для знатного человека, если бы он выстроил себе замок или жилище с крепкими каменными стенами, благодаря чему человек обнаружил бы свою низость и трусость, неспособность защищать себя. Поэтому все они живут в лачугах из тростника и соломы, и во всей стране нет ни одной, даже самой маленькой крепости, и хотя кое-где встречаются какие-то башни и древние крепостные стены, их используют для себя крестьяне, так как благородные сочли бы для себя это позором.

Каждый день они делают сами для себя стрелы, даже когда сидят на лошади, и в целом мире не найти стрел, которые летели бы дальше и имели бы такое закаленное острие.

Знатные женщины у них не занимаются никакой другой работой, кроме вышивания и украшения кожаных изделий; они расшивают узорами кожаные кисеты для огнива и кожаные же кушаки.

Похороны у них совершаются очень странно. Когда умирает знатный человек, они устраивают в поле высокое деревянное ложе, на которое кладут мертвеца в сидячем положении, предварительно вынув у него внутренности, и здесь в течение 8 дней его посещают родные, друзья и подданные, принося ему в дар серебряные кубки, луки, стрелы и прочие предметы. По обе стороны ложа стоят двое наиболее близких родственников пожилого возраста, каждый опираясь на посох, а над ложем по левую сторону стоит девушка со стрелой в руке; к стреле привязан шелковый платок, которым она отгоняет мух от покойника, хотя бы и было морозное время, каким бывает большая часть года в этих краях. Напротив мертвеца сидит на стуле его жена и, не отрываясь, смотрит на него, но не плачет, потому что плакать считается постыдным. Так продолжается большая часть дня, вплоть до восьмого, после чего совершается погребение, и делается это следующим образом. Берут толстое дерево, и от самой толстой его части отрезают в длину столько, сколько нужно, затем раскалывают на две части, выдалбливают настолько, чтобы туда поместилось тело с частью принесенных даров. Положив тело, складывают обе половины дерева и относят на место погребения, где собирается большая толпа и насыпает над могилой темху, то есть земляную насыпь, и чем знатнее был покойник, и чем больше было у него подданных и друзей, тем выше и больше насыпается этот курган. В то же время самый близкий из его родственников собирает принесенные дары и раздает их присутствующим, и чем больше он чествует покойного, тем меньше даров кладется в могилу с покойником.

На похоронах великих лиц устраивается одно очень странное жертвоприношение. Девушку лет 12–14 сажают на шкуру только что заколотого быка и в присутствии всех стоящих вокруг мужчин и женщин самый сильный и отважный юноша под своей буркой пытается лишить эту девушку невинности. Она, сопротивляясь, вырывается у него 3–4 раза и даже больше, прежде чем бывает побеждена усталостью или обещанием жениться, либо на каких других условиях, и, наконец, сдается, после чего молодой человек показывает окружающим признаки побежденной девственности. При этом женщины и попы делают вид, что отворачиваются, но сами едва могут удержаться от смеха.

После похорон в течение нескольких дней в определенное время накрывают стол, обряжают коня умершего и ведут его на поводу к могиле, и там слуга трижды зовет покойника по имени, приглашая на трапезу с родными и друзьями. Не получив ответа, слуга с конем возвращается и говорит, что покойник не отозвался. Тогда, считая, что долг исполнен, все садятся, едят и пьют в честь умершего.

Матвей Меховский
Трактат о двух Сарматиях

Ректор Краковского университета Матвей Меховский (1457–1524) имел высшее медицинское образование, он автор двух исторических сочинений, написанных на латыни: «Польская хроника» и «Трактат о двух Сарматиях».

Перевел с латинского С. А. Аннинский

К югу, по направлению к Каспийскому морю, лежат горы Иберии и Албании, которые у русских называются по имени народа пятигорские чиркасы, то есть приблизительно черкесы пяти гор. Среди этих же гор живут газарские племена, которые, по словам моравской легенды, были обращены в веру Христову святыми братьями Кириллом и Мефодием.

Газары и до сих пор следуют греческой вере и обрядности. Это воинственные люди, имеющие связи по всей Азии и Египту; у них заволжские татары приобретают оружие. В наше время греки называют их абгазары или абгазели. По соседству с ними находятся племена черкесов и мингрелов. Все они – христиане греческого обряда, обращенные св. Кириллом.

Из гор пятигорских черкесов течет большая река, называемая по-татарски Терек. У нее такое быстрое течение, что она уносит с собой камни и много рыбы. Впадает она в Каспийское море. За ней из тех же гор выходит река Кобан, меньшая, чем Терек, и также впадает в Каспийское море.

Аланы – это народ, живший в Алании, области Европейской Сарматии, у реки Танаис и по соседству с ней. Страна их – равнина, без гор, с небольшими возвышенностями и холмами. В ней нет поселенцев и жителей, так как они были изгнаны и рассеяны по чужим областям при нашествии врагов, а там погибли или были истреблены.

Восточный край России прилегает к реке Танаис и Меотидским болотам, отделяющим Азию от Европы. В давние века у реки Танаис жили аланы, а за ними к югу – роксоланы. Эти народы были совершенно уничтожены и погибли, а теперь там видны лишь широко раскинувшиеся степи, где изредка встречаются звери да козаки или бродяги. Дальше к югу есть еще кое-какие остатки черкесов. Это весьма дикий и воинственный народ, по происхождению и языку – русские.

Сигизмунд Герберштейн
Записки о московитских делах

Барон Сигизмунд Герберштейн (1486–1566) принадлежал к знатному австрийскому роду, из которого вышли государственные и церковные деятели, ученые и дипломаты. В Москве бывал неоднократно. «Записки…» написал на латыни, сам же перевел их на немецкий язык.

Перевел А. И. Малеин

Знаменитейшая река Танаис, которая отделяет Европу от Азии, начинается примерно в 8 милях к югу от Тулы из огромного Иванова озера. Из этого озера вытекают две большие реки: Шат и Танаид. Шат течет к западу; приняв в себя реку Упу, он впадает в Оку. Танаис же сперва течет прямо на восток, затем, повернув к югу, образует Меотидские болота. Приблизительно в 3 милях выше устья на берегу находится город Азов, который прежде назывался Танас. Дороги в этих местах измеряются не милями, а днями пути. Азов, как говорят, отстоит на 5 дней пути от Истма Таврического, иначе именуемого Перекопом. В этом городе бывает знаменитое торжище многих народов из разных стран мира. С одной стороны, сюда открыт свободный доступ всем, к какому бы народу они ни принадлежали, и всякому предоставлена возможность продавать и покупать, а с другой стороны, по выходе из города всем можно делать безнаказанно все что угодно. Что же касается жертвенников Александра и Цезаря, о существовании которых в этих местах упоминают многие писатели, то я не мог узнать ничего достоверного ни о них, ни про их развалины как от туземцев, так и от других, кто весьма часто ездил по этим местам.

За казанскими татарами, прежде всего, встречаем татар прозвищем но-гаи, живущих за Волгой около Каспийского моря, по реке Яик, вытекающей из Сибирской области. Они не имеют царей, а только князей. В наше время эти княжества занимали три брата, разделившие области поровну между собой. Первый из них, Шидак, владел городом Сарайчиком за рекой Ра в направлении к востоку и страной, прилегающей к реке Яик; другому, Коссуму, принадлежало все, что находилось между реками Камой, Яик и Ра; третий из братьев, Шихамай, занимал часть области Сибирской и всю окрест лежащую землю.

Кроме того, за рекой Ра живут другие народы; так как только они одни отращивают волосы, то их называют калмыками…

Если повернуть с востока к югу, то около болот Меотиды и Понта, при реке Кубани, впадающей в болота, живет народ афгазы. В этом месте, вплоть до реки Мерулы, впадающей в Понт, находятся горы, на которых живут черкесы, или цики. В надежде на неприступность гор они не повинуются ни туркам, ни татарам. Однако русские свидетельствуют, что они христиане, живут по своим законам, согласуются с греками в вере и обрядах и совершают богослужение на славянском языке. Это самые дерзкие морские разбойники, ибо по рекам, текущим в их горах, они спускаются на судах в море и грабят всех, кого могут, в особенности плывущих из Каффы в Константинополь. За рекой Кубанью находится Мингрелия, по которой течет река Ераклея, потом Котатида…

Генрих Штаден
О Москве Ивана Грозного. Записки немца-опричника

Генрих Штаден (около 1542 —после 1579) родился в Вестфалии. В Москву приехал весной 1564 года, через некоторое время получил во владение несколько деревень в Старицком уезде. Служил в Посольском приказе переводчиком; помимо этого содержал корчму, где торговал вином и пивом. Россию покинул в 1576 году.

Перевел И. И. Полосин

…Еще сообщил я о том, как великий князь без пощады и сожаления убивал правителей своей собственной земли, и как все это было и как происходило, как всемогущий Бог покарал страну чумой и голодом, и как много еще других в ней было бед. Я имею в виду при этом намерение крымского хана захватить Русскую землю при помощи турецкого султана, казанских, астраханских и ногайских татар и князя Михаила из Черкасской земли. К тому же крымский царь имеет в помощь еще свойственника великого князя из Черкасской земли, ибо великий князь бесчестно обошелся с его дочерью, а его сына, князя Михаила, убил.

Когда крымский царь жег Москву и опустошал всю Рязанскую землю, у него было тогда 30 тыс. ногайской конницы. Тогда же был с крымским царем и свойственник великого князя князь Михаил из Черкасской земли со многими тысячами конных.

Так управляли они при всех прежних, уже умерших, великих князьях. Некоторые из последних заводили было опричные порядки, но из этого ничего не выходило. Также было и при нынешнем великом князе (Иване Грозном. – В. А.), пока не взял он себе в жены княжну, дочь (сестру – В. А.) князя Михаила Темрюковича из Черкасской земли. Она-то и подала великому князю совет, чтобы отобрал он для себя из своего народа 500 стрельцов и щедро пожаловал их одеждой и деньгами, и чтобы повседневно, и днем и ночью, они ездили за ним и охраняли его.

Князь Михаил, сын Темрюка из Черкасской земли, шурин великого князя, стрельцами был насмерть зарублен топорами и алебардами.

…Об этой игре узнал крымский царь и пошел к Москве с Темрюком из Черкасской земли – свойственником великого князя.

Земля великого князя так расположена среди других, что ему нет возможности наступать на турка, так как он не может к нему пройти. На восток лежит Ногайская земля. На юго-воcтоке – Черкасская земля, заморская Персия, Бухара, Шемаха. Ногаи – вольные люди, без царей, королей и государей.

Из Черкасской земли великий князь взял себе в жены дочь (сестра. – В. А.) князя Михаила Темрюковича. Этот также был с крымским царем, когда тот жег Москву.

…Большая часть иноземцев на Москве теперь немцы, черкасские татары и литовцы…

Джованни Тедальди
Известия о России времен Ивана Грозного

Джованни Тедальди – итальянский купец ХVI века, родом из Флоренции. Постоянно проживал в Польше, вел переговоры с польским королем Стефаном Баторием. Не раз бывал в Москве. Его рассказы о России записал на латыни римский посол в Польше Антонио Поссевино.

Перевел Е. Ф. Шмурло

В силу благосклонного внимания (со стороны Ивана Грозного) Тедальди смог, проплыв 20 лиг по реке Москве и войдя в реку Волгу, доехать по ней в 15 дней до Астрахани, порта у Каспийского моря. Порт этот принадлежит великому князю; здесь бывает большое стечение народа и прославленная торговля.

Далее Тедальди вступил в страну черкесов; это славные люди, христиане-якобиты. В 7 дней они провели его верхом на вьючных лошадях до границ Персии. От Астрахани 300 тыс. шагов до Черкесии. Земли около Каспийского моря населяют черкесы и живут до границ Персии.

Тедальди говорит, что повсюду встречал деревянные строения достойных уважения людей, но более всего черкесов и татар, живущих в самой глубине Азии; с ними, по его мнению, не трудно было бы достигнуть кое-чего хорошего во славу Божию.

Если потом ехать из Москвы в Казань, Астрахань или Персию, было бы удобно взять кого-нибудь из польских татар, которые хорошо владеют тамошними языками. А в Москве есть люди, умеющие говорить по-черкесски, а черкесский язык особенный и своеобразный.

Ф. Тьеполо
Рассуждение о делах Московии

Автор, сведений о котором не имеется, вероятнее всего, составил свои «Рассуждения» на основе чужих письменных или устных сообщений в период с 1560-го по 1580 год.

Перевел С. А. Аннинский

…С юга лежат пустынный остров Каффа (то есть Крым) и море Дзабакка, некогда именовавшееся Меотидским болотом. Вплоть до города Таны все находится под властью турок, а от этого города до устьев Волги, древними именовавшейся Ра, иначе – Ледиль, находятся чиркассы и аланы, некогда именовавшиеся албанами. Те и другие свободны и христиане греческого обряда. От России их отделяет степь и часть огромнейшей горы Кокас (Кавказ), некогда называвшейся Кауказо.

Кумания, частью находящаяся под властью герцога – это большая область. С востока она граничит с Касcаном, отделяясь от него Волгой, с юга – с Гитраканом, Чиркасией и полуостровом Каффой.

Гитракан – область не очень большая. В прошлом она была общим рынком всех северных и южных народов, до тех пор пока европейские купцы посещали город Тану, куда привозились пряности и разные другие товары из Индии и иных южных стран. Но, после того как по разным причинам венецианские и генуэзские купцы перестали торговать в Тане, Гитракан стал мало посещаться персами и другими соседними народами. Поэтому, с прекращением торговли, область потеряла прежнюю славу и величие, пока, наконец, не была покорена татарами. Однако потом, после того как она попала под власть московитов, открылось плавание по Волге, до тех пор очень затрудненное, а поэтому персы и армяне снова стали возить пряности и другие товары, которые оттуда переправляют дальше вверх по Волге, Оке и Моско в Москву.

Границы этой области: с востока – Волга… с юга – море Каспио и часть большой горы Кокас, где она граничит с аланами, прежде называвшимися албанами; с запада – чиркассы; с севера – Кумания. От двух последних она отделена бесплодной степью.

Джером Горсей
Путешествие в Московию

Джером Горсей (1573 – после 1626) происходил из знатной английской фамилии. Прибыл в Россию в 1572 году в качестве приказчика Русского общества купцов и провел здесь 18 лет.

Перевел с английского Ю. Толстой

Царь Иван Васильевич… покорил царство Казанское и царство Астраханское, и все страны, и многочисленные племена ногаев и черкесских татар, которые обитают на протяжении 2 тыс. миль по обеим сторонам знаменитой реки Волги и далее на юг до Каспийского моря…

Поляки были весьма встревожены набегами крымских татар. Луговая черемиса, ногайцы и мордва, татары и черкасы со своими князьями и предводителями ненавидели польского короля, ибо, находясь давно в подданстве русского царя, который обходился с ними лучше, чем с прочими подвластными ему племенами, они чувствовали себя угнетенными и стесненными в своих преимуществах польским правительством. Будучи все вообще хорошими наездниками и храбрыми воинами, они оказали важную услугу и себе, и русским. Составив многочисленное ополчение, они вооружились, напали на поляков, грабили и убивали стольких из них и поставили в такое опасное положение, что поляки вынуждены были с возможной поспешностью бежать, захватив свою добычу и свои сокровища. Таким образом Россия освободилась от поляков.

Вскоре потом 1200 польских дворян, красивых и храбрых воинов, прибыли в Москву, предлагая царю свою службу, и все они были приняты. Точно так же приходили предлагать свою службу черкесы и уроженцы других стран.

…После ее (Анастасии) смерти царь женился на одной из черкесских княжон, от которой, насколько мне известно, не имел детей. Едва ли можно поверить находящемуся в русских летописях рассказу о странных и языческих обрядах, с которыми совершился этот брак…

Могущество царя усилилось не только покорением царств Казанского и Астраханского и взятием в плен большей части главнейших татарских князей и лучших воинов, но и браком с черкесской княжной, которым упрочилась его власть над татарами.

…В то же время он отослал свою черкесскую жену, постриг ее в монахини, заключил в монастырь, а в супруги себе выбрал свою подданную Наталию, дочь Федора Булгакова.

Джованни да Лукка
Описание перекопских и ногайских татар, черкесов, мингрелов и грузин

Католический миссионер Джованни да Лукка находился в Черкесии с 18 сентября по 28 декабря 1629 года с целью сбора информации о положении католической церкви. В основе его сочинения лежит написанный им же «Отчет святой конгрегации по пропаганде веры о татарах, черкесах, абазах, мингрелах и прочих народах».

Перевел П. Юрченко

Описание черкесов

…Черкесы очень похожи на ногайских татар, которых я только что описал, с той, однако, разницей, что черкесы населяют более лесистые места, в которых они укрываются. Они соседствуют с ногайскими корнухами, также татарами, хотя исповедующими другую веру и отличающимися от них образом жизни; к югу от них живут абхазы; на западе граничат с высокими горами, отделяющими их от Мингрелии. Следовательно, область имеет самое большое протяжение от Тамани до Демир-Капу, иначе – Дербента, города, расположенного на берегу Каспийского моря. Страна черкесов тянется на 26 дней пути. Между Таманью и Темрюком находится коса земли, на берегу которой несколько деревень. Говорят они по-черкесски и по-турецки. Одни из них магометане, другие следуют греческому обряду, но первых больше. Хотя еще священник, живущий в Терки, приходит иногда к ним совершать таинство крещения, но он мало наставляет их в христианском законе, так что они постоянно мусульманятся; от греческой веры они сохранили только обычай носить съестные припасы на могилы покойников, да соблюдать некоторые посты. Эти деревни повинуются московскому царю и некоторым мудрым или особым боярам его двора, которым они отданы в награду за службу.

От гор, которые называются Варадскими, до Кудесчио (Кудешо), первой из деревень, лежащей в стране черкесов, вдоль приморского берега считают 300 миль. Впрочем, все это пространство хотя очень плодородное, не заселено. От Кудесчио до Абхазии – 140 миль. Народ, живущий на этих горах, называет себя христианами подобно жителям лесов, растущих на равнине. Они повинуются особенным князьям.

Я упомяну о знатных людях и расстоянии мест, которые находятся в их подчинении. От Темрюка до Кабарты 18 дней пути. Страна очень населена и находится под властью Шабан-оглу. От Темрюка до Джиана 2 дня, и столько же от Джиана до Кодыкоя. От Джиана до Болетте-коя 4 дня. Этой страной владеет Джанко-бей. Отсюда до Безинада 8 дней; от Безинада до Кабарты также 8 дней; и отсюда до Дербента тоже 8 дней. Князья Скаенче (Шаенче) и Темиркас, родственники татарского хана, владеют этой страной. Князья, братья Кази-бей и Санкас-бей, управляют всеми селениями, лежащими вдоль моря. Эти страны очень приятны, хотя мало населены, так как места, в которых лес редок, не населены.

У них нет ни писаных законов, ни церковных обрядов, они христиане только по имени. Они торгуют рабами, шкурами животных и воском, которого много в лесах; обрабатывают землю мотыгой; не имеют монеты, а свои произведения обменивают.

Их одежда мало отличается от нашей. Они носят красные бумажные рубахи и бурку из валяной шерсти или войлока, которую поворачивают на плече в ту сторону, откуда дует ветер, так как ею закрывается только половина тела.

Нет в мире народа добрее этого или радушнее принимающего иностранцев. Они сами услуживают тому, кого поместили у себя, в течение трех дней. Мальчики и девочки прислуживают с открытым лицом и моют ему ноги, между тем как женщины заботятся о мытье его белья.

Что касается их жилищ, то последние состоят из двух рядов кольев, воткнутых в землю, между коими вплетаются ветви, промежуток наполняют глиной, кроют их соломой; княжеские дома построены из того же материала, только просторнее и выше. Деревни их расположены в самых густых лесах. Они окружают их сплетенными одно с другим деревьями, чтобы таким образом затруднить въезд татарской коннице. Черкесы с последней сражаются часто, так как не проходит года, в который бы татары, привлекаемые, главным образом, красотой рабынь из этого народа, не произвели бы набега на их страну. И ногайцы часто с той же целью производят набеги сюда. Постоянное беспокойство, причиняемое татарами и ногайцами, приучило их к войне и сделало из них лучших наездников во всех этих странах. Они мечут стрелы вперед и назад и ловко действуют шашкой. Голову защищают кольчатым шишаком, прикрывающим лицо. Орудием для нападения кроме лука служат им копья и дротики. В лесу один черкес обратит в бегство 20 татар. Они не считают стыдом ограбить друг друга, и воровство здесь так обыкновенно, что пойманных удальцов не наказывают, питая даже некоторое уважение к тому, кто ловок в этом отношении.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.