Владимир Боров
Сущность Безликого

Пролог

– Ну, что ж, – сказал врач, взглянув на подсвеченный рентгеновский снимок. – Пока что всё на своих местах. Изменений нет.

– Это хорошо или плохо, доктор? – спросил сидящий на стуле молодой человек, потирая ладони друг о друга.

– Твоя опухоль размером с булавочную головку, Виктор, – объяснил врач. – К тому же она – доброкачественная, а значит, повода для беспокойства быть не должно.

– Мм, – промычал парень, кивнув головой.

– Понаблюдаем тебя в течение последующих двух-трёх недель, а там видно будет, – добавил врач.

– Хорошо, – согласился молодой человек.

– Тебя что-нибудь ещё беспокоит помимо бессонницы, головных болей, недомогания?

– Да, нет, доктор, – неуверенно ответил парень. – Вроде бы это всё.

– Ну, в таком, случае, рекомендую тебе почаще бывать на свежем воздухе, избегать тяжёлых физических нагрузок, переутомления, стресса, больше отдыхать и, конечно же, постараться всё же спать как нормальные люди, – закончив фразу, врач широко улыбнулся.

Юноша лишь едва заметно кивнул головой.

– Выпишу тебе тут кое-что, так, для профилактики, – сказал врач, начав каллиграфировать рецепт своим замысловатым почерком. – Вот, держи, – протянул он листочек бумажки Виктору. – Придёшь ко мне на следующей неделе, в то же время – проверим тебя на предмет новообразований.

Они переглянулись друг с другом.

– Что ж, тогда, до встречи! – попрощался врач, встав со стула и вежливо указав на дверь.

– До свидания, доктор! – попрощался юноша, встав и направившись к выходу. – Спасибо!

– Будь здоров! – добавил врач вслед уходящему пареньку.

Шагая не спеша по мокрому тротуару, Виктор прокручивал в голове возможные варианты развития событий ближайшего будущего, которое казалось весьма печальным ввиду своей неопределённости.

«31 августа, – думал про себя он. – Завтра на учёбу… Чёрт возьми… Так лень… Лень идти куда-то… лень делать что-то… лень вообще жить… Боже… неужели я, наконец, дожил до того, что начал думать о смерти? Эх… Что теперь будет? Что теперь делать? Стоп! Ведь он же сказал – «доброкачественная» … сказал, что беспокоиться не о чем… хм… быть может, я просто принимаю всё слишком близко к сердцу? Паникёр… Эх… Всё будет хорошо… Всё будет хорошо… Определённо… Хотя… какой там к чёрту «определённо»? Нет в этой жизни никакой определённости! Ни единой йоты! Чёрт! Р-р-хм!»

Ворча, Виктор с силой топнул в маленькую лужу на тротуаре и, не сбавляя шаг, шёл дальше, погрязнув в своих мрачных рассуждениях.

Глава 1

– Ну, что ты смотришь на меня? – обратился он к своей кошке. – А, Маруся?

Он положил ладонь на голову чёрного комочка шерсти и стал легонько почёсывать указательным пальцем за чёрным ушком.

– Муррр… – ответила та, закрыв глаза от удовольствия и завиляв хвостом.

– Очередной вечер, – промолвил он. – Очередной холодный вечер. Так холодно. Хм. Нет, не телу – в квартире тепло. На душе как-то, хм, прохладно. И немного сыро. Хм. Осень. Ну, ты меня понимаешь ведь, да, Марусь? Ты одна меня понимаешь. Эх. Мы оба с тобой, наверное, тут сойдём с ума скоро…

Лишь едва слышимое кошачье «фррр» как-то скрашивало царившую в комнате гробовую тишину.

Он перевёл взгляд в сторону окна. Там, вдали, сквозь темноту пробивался тусклый свет фонарей, а безмятежно плывущие в небе облака частично скрывали от глаз мириады далёких звёзд и растущую луну.

– Пора ложиться спать, – обратился он к своему питомцу. – Завтра важный день.

После этих слов молодой человек встал с кресла, держа котёнка на руках, подошёл к кровати, положил милый чёрный комочек шерсти на плед, покрывавший постельное одеяло, а сам отправился в ванную комнату.

Он встал в ванну, закрыл полиэтиленовую занавеску и повернул оба крана, пытаясь настроить оптимальную температуру воды.

Горячая вода стекала по нему, испуская пар, очищая от накопленного стресса и массы негативных мыслей, согревая его тело. Но вода не могла согреть его душу.

Закончив «водные процедуры», он поскорее укутался в большое белое махровое полотенце, даже, несмотря на то, что ванная комната достаточно прогрелась и была заполнена паром.

Вернувшись спустя полчаса в спальню, юноша аккуратно взял дремлющего котёнка на руки, переложил на мягкое кресло, расстелил постель и лёг спать.

Раздался щелчок выключателя. Погас свет.

Виктор сделал глубокий вдох, а затем продолжительный выдох.

Проворочавшись часа полтора, Виктор смирился с тем, что этой ночью, ему в очередной раз не заснуть, скорее всего. Он поднялся, сев на кровати, взял свой ноутбук и, включив его, стал лазать по просторам интернета.

– Бред, бред, бред… – молвил вполголоса Виктор. – Куда не зайди – всюду бред какой-то, на любой странице. Эх.

Молодой человек вздохнул, глянув в окно.

– Надо выпить, – подумал он.

Парень встал с кровати и вышел из комнаты.

Придя на кухню, он включил чайник, достал кружку, поставив её возле чайника, насыпал в неё сначала сахар, потом кофе, а затем сел за стол.

Минуту спустя раздался щелчок – вода в чайнике закипела. Виктор заварил себе кофе, достал из холодильника шоколадную плитку, после чего отправился обратно в свою комнату.

Сделав глоток горячего кофе, предварительно подув на него, Виктора, вдруг, начал мучить вопрос:

– Чё я хочу? – спросил он сам себя. – Что-то хотел сделать… забыл… напрочь вылетело из головы… хм… А! – внезапно вспомнил он. – Почту проверить!

Он вновь взял в руки ноутбук, зашёл на свой почтовый ящик и обнаружил там письмо, среди гор спама. Письмо от друга по переписке, с которым Виктор познакомился в сети пару лет назад.

Друг этот был то ли англичанином, то ли ирландцем, то ли шотландцем, – Виктор всё никак не мог запомнить. Соответственно, и само письмо было на английском (которым Виктор, к счастью, прекрасно владел):

«Доброго дня, Виктор!

Прошу прощения за то, что так долго не отвечал – на то были свои причины. Большая часть лета потрачена на исследования и анализ собранных мною данных, в том числе того, о чём просил меня узнать ты. Я, конечно, не специалист в этом всём, но думаю, тебе стоит обратиться к таковому, ибо всё может быть серьёзнее, чем мы предполагали. Я также проконсультировался у профессора нашего местного университета, он сказал, чтобы ты поменьше болтал об этом с другими. Понимаю, звучит не особо полезно, но в этом есть рациональное зерно, ибо, обсуждая свои проблемы со всеми подряд, ты рискуешь ввести их в заблуждение, вследствие чего, они, рано или поздно, наверняка станут крутить пальцем у виска. Я думаю, ты понимаешь, о чём я. Другими словами, пока всё ограничивается лишь странными снами и рассеянностью вперемешку с усталостью – бояться особо нечего. Просто нужно стараться быть более собранным, больше спать, питаться правильно и всё такое прочее. Но если начнутся головные боли, если станешь наблюдать галлюцинации (слуховые, звуковые или какие-либо ещё), появится внезапная необъяснимая тревога – сразу дай мне знать. Спросишь почему? Потому что это уже не просто переутомление и недосып. Есть тут у меня одна версия, хм, которую ещё нужно проверить, а пока, следи за собой, за своим здоровьем. Старайся избегать гиперактивного образа жизни, лучше расслабляйся, займись йогой там, я не знаю. В церковь сходи. Придумай что-нибудь. Ты же умный парень. Даже слишком умный… чтобы сойти с ума. Поэтому приложи все усилия, чтобы быть в трезвом уме и здравом рассудке… и выжить… среди всего того, что творится вокруг… ведь мы оба знаем, что там гораздо больше, чем всем кажется… хотя, лучше бы не знали…

Тем не менее, я надеюсь, что мы решим твою проблему, что всё у нас получится! Оставайся на связи – это поможет тебе цепляться за истину, если ты, вдруг, начнёшь «сворачивать с верного пути». Я верю в тебя, дружище!

P.S. помни: в здоровом теле – здоровый дух!

С уважением,

Донован Блейк»

– Эх, Донни, – вздохнул Виктор. – Мужик, – продолжил он разговор вслух. – На словах ты, конечно, Лев Толстой, но в реале, всё гораздо сложнее, чем хотелось бы. Во всяком случае, спасибо тебе за то, что остаёшься со мной и слушаешь весь мой бред. Эх. У-а-а-а, – зевнул Виктор. – Вот теперь уже точно пора спать.

– Мяу… – раздалось вдруг жалобное мяуканье.

– Ты чего не спишь? – спросил Виктор у котёнка, отложив компьютер. – Это я тебя разбудил, что ли? Ну, прости, прости. Давай, ложись, засыпай, – сказал он мягким голосом, погладив чёрный комочек шерсти. – Я тоже ложусь уже.

Раздался щелчок. Свет погас, а сам Виктор уже через десять минут сопел в обе дырки.

Зазвенел будильник. Семь утра.

– Эх. Пора вставать, – с досадой в голосе произнёс он, вставая с кровати. – Да нет, я не тебе, – обратился он к открывшему глазки котёнку. – Ты можешь продолжать спать. Эх. Вот бы мне такую жизнь – спишь себе целыми днями, не переживаешь ни о чём, у тебя всё есть, тебя кормят, о тебе заботятся – просто рай! Так ведь? – спросил он у котёнка, погладив его по голове.

– Ми-и-а-а-у, – протянул комочек шерсти.

Молодой человек улыбнулся, дотронулся кончиком пальца до кончика носа котёнка и направился к шкафу с одеждой.

Засвистел чайник. Юноша отправился на кухню. Заварил себе чая. Вернулся к себе в комнату. Подошёл к окну. Уже рассвело. Он бросил взгляд на котёнка, затем снова в окно. Подул на горячий чай, отчего пар на мгновение развеялся. Осторожно отпил горячего чая, сделав маленький глоток.

– А-а-а, – выдохнул он, опустив глаза, посмотрев на пар, исходящий от чая. – Жизнь прекрасна! – подумал он, вновь переведя взгляд на котёнка. – Не правда ли?

– Ми-а-у, – лишь ответил котёнок.

– Хоть ты меня понимаешь, – промолвил юноша, сделав очередной глоток чая. – Первый учебный день последнего учебного года. Что ж, вперёд! – скомандовал сам себе молодой человек. – До вечера, Марусь!

Котёнок вскочил на лапки и проводил взглядом своего хозяина.

– Какие люди! Привет, Витёк! – поздоровались ребята, стоявшие у дверей колледжа.

– Привет, привет! – поздоровался юноша.

– Ну, чё как? – спросил худощавый блондин.

– Да всё путём, Дёнь, – ответил Витя.

– Что-то ты какой-то убитый, не? – поинтересовался у него плотного телосложения брюнет в очках.

– Отстань, Сём. В порядке я, – ответил Витя.

– Он всегда в порядке, – сказал третий друг Виктора – стройный симпатичный молодой человек с короткими волосами каштанового цвета – положив руку Вите на плечо. – Да, же?

– А как же… – ответил Виктор, слегка улыбнувшись.

На втором этаже открылось окно одной из аудиторий, из которого показалась симпатичная девушка с длинными прямыми каштановыми волосами:

– Ребята, поднимитесь сюда, пожалуйста, – попросила она. – Мне тут нужны ваши подписи.

– Ага. Может тебе ещё ключ от квартиры, где деньги лежат? А, Марфуш? – съязвил Виктор.

– Давайте быстрее, пока пара не началась! – добавила она, после чего исчезла из виду.

– Ох уж и любит же наша милаха-староста на нас надавить! – заметил Денис.

– Она словно держит наши яйца в ежовых рукавицах! – добавил Семён.

– И массирует их периодически! – добил Виктор.

Разрываясь от хохота, ребята неохотно вошли в здание колледжа. Поднимаясь по лестнице, Виктор вспомнил фрагмент из своего сна: чья-то голова с длинными тёмными волосами лежала у него на плече, а лёгкий аромат шампуня с экстрактом чайного дерева заполнял собой всё пространство вокруг, от чего при закрытых глазах казалось, будто находишься на Дальнем Востоке, в сказочном лесу, где обитают прекрасные миниатюрные китайские дриады.

Едва трое ребят успели перешагнуть порог аудитории, как прозвенел звонок.

Обеденный перерыв.

Четверо ребят сидят за одним столом, в тишине, кушают, время от времени поглядывая друг на друга. Лишь Виктор сидел хмурый, молча пережёвывая свой бутерброд и запивая его чаем. Семён не выдержал и начал разговор:

– Чё ты такой серьёзный? – спросил он у Виктора, поправив свои очки средним пальцем левой руки.

Виктор перестал жевать, опустил руку, держащую бутерброд, на стол, затем поставил стакан с чаем на стол и, наконец, поднял глаза, уставившись на Семёна, сверля взглядом:

– Я сейчас плесну горячего чайку тебе в очки, – спокойно ответил Виктор.

– Да ладно тебе, Вить, успокойся, – замолвил за Семёна словечко Серафим, – чего ты ей-богу?

– Да бесит просто… – выдавил из себя Виктор.

Он откусил кусочек от бутерброда, запив чаем, и продолжил медленно жевать.

– Серьёзно, Вить, – подхватил Серафим, – что-то ты в последнее время стал частенько психовать…

Серафим поймал взгляд Виктора и лишь слегка кивнул головой.

– Не знаю я, ребят. Какая-то херня со мной происходит в последнее время, признаю. Много мыслей в голове. Сны всякие странные сниться начали.

– Какие, например? – поинтересовался Серафим.

– Да, вот, этой ночью баба какая-то снилась, – начал объяснять Виктор, – лица не помню, но… всё так странно было… как-то… даже не знаю…

– Слушай, Вить, да не грузись ты. Давай вечерком может по пивку? – предложил, Семён. – Поболтаем, там… то, сё…

– Ну, черт его знает, – сказал Виктор, перекидывая лямку своей сумки через плечо.

– А чё так? – спросил Серафим.

– Да, у меня дело кое-какое есть, – обмолвился Виктор. – Нет, не смотрите на меня так! И не спрашивайте. Проехали.

– М-м, – промычал Серафим.

– Ну, если что, я тебе позвоню, – предложил Виктор.

– Идёт, – согласился Серафим.

– Чёрт! – вдруг выругался Денис. – Чует моя жопа неладное!

– В смысле? – спросил Серафим.

– Ты к чему это, вообще? – спросил Семён.

Ребята подошли к аудитории, где должна была состояться следующая пара. Дверь была приоткрыта. В самой аудитории стояла тишина. Лишь один голос, как гром среди ясного неба, вдруг оборвал смиренное студенческое молчание:

– Все собрались? – раздался громкий строгий женский голос.

Четверо ребят пристроились друг за другом высматривая в вертикальном дверном просвете громогласного тирана.

– Да ё-моё! – шёпотом протянул Семён. – Заведующая отделением!

– Твою же… – шёпотом выругался Виктор.

– Я ж говорил! – прошептал Денис.

– Ну, чё встали? – шёпотом спросил Серафим. – Вперёд!

Семён, стоящий ближе всех к двери, вошёл первым, вслед за ним, поочерёдно последовали Виктор, Денис и Серафим.

– Извините, за опоздание, Лидия Михаллна! – донёсся голос Серафима из-за спин ребят.

– А, – обратила на опоздавших внимание заведующая отделением, – святая тр… хм, нет… святой квартет!

Ребята замялись на месте, не зная, что дальше делать.

– Ну, проходите же скорее! Чего встали? – чётко и строго сказала женщина. – Ну же!

Ребята гуськом быстро потопали мимо парт, рассевшись на заднем ряду.

Виктор краем глаза заметил ещё одного человека рядом со взрослой женщиной – молодую девушку.

– Итак, – продолжила заведующая отделением, – На чём я остановилась? Хм. А. Да. К нам перевелась новая студентка. Вот она, – заведующая указала жестом на рыжеволосую девушку, стоявшую по правую руку от неё. – Звать Юлей. Девочка умная, хорошая. Не обижать её! У меня всё, Анфиса Павловна, – сказала она, обращаясь к преподавателю.

– Хорошо, – ответила та.

– Ах да! – вновь обратилась заведующая к студентам. – Следующей пары не будет – Валентин Игоревич заболел. Не знаю, когда Анфиса Павловна решит закончить свою пару, поэтому заранее предупреждаю: спускаемся и уходим из помещения тихо, без лишнего шума, визга, воплей и топота (как это обычно у вас бывает)! Ясно?

Студенты, довольно улыбаясь, одобрительно покачали головами и начали перешёптываться.

– Ну, всё, я побежала, – сказала Лидия Михайловна, повернувшись к преподавателю. – Ещё увидимся, дети! – попрощалась заведующая со студентами, выходя из аудитории.

– Присаживайся, Юль, – вежливо предложила Анфиса Павловна новой студентке.

Юля улыбнулась, молча кивнув головой, и села на ближайшее свободное место, которое оказалось за одной партой со старостой группы, ввиду отсутствия подруги старосты.

– Ничего, что я здесь села? – робко спросила Юля.

– Ну, вообще-то, ничего, – начала было староста, облокотившись на парту, – но просто тут обычно моя подруга сидит, но её сегодня нет, она приболела, так что можешь сидеть, без проблем. Просто имей ввиду.

– А. Хорошо, – тихо ответила Юля. – Завтра я найду себе другое место, – слегка улыбнувшись, сказала Юля.

Марфа, староста, почувствовала себя неловко, сидя рядом с новым незнакомым ей человеком, но не растерялась и тоже улыбнулась, правда вышло это не столь удачно. После нелепой секундной паузы, Марфа отвернулась, затем, то ли от смущения, то ли от тяжкой доли старосты группы, опустила голову, отчего её длинные прямые волосы, закрыв её лицо, едва коснулись парты, и глубоко вздохнула.

Свою пару Анфиса Павловна закончила раньше, отпустив детей домой ещё до звонка. Все они засуетились, начав складывать свои вещи в сумки.

Виктор, одним из первых вскочивший с места к выходу, проходя мимо парты, за которой обычно сидела староста, окинул взглядом новенькую согруппницу.

– Привет, – сказал он, улыбнувшись.

Рыженькая девушка застыла с пеналом в руке, подняла голову и, едва заметно улыбнувшись, промолвила тонким девичьим голоском:

– Привет…

Глава 2

Тревожные мысли не давали Виктору покоя: «Придумай что-нибудь… Ты же умный парень… Хех… Ну, да, конечно. Тоже мне, гения нашёл! – усмехнулся молодой человек, идя по улице в сторону своего дома. – Хм. – задумался он. – Церковь… а что если здесь и правда замешана какая-то нечистая сила? Хех… Хм. А, может, всё-таки, сходить? – задался он вопросом на ходу. – Не сказать, что я такой уж прям верующий, но тем не менее. Ай, чёрт с ним! Схожу! И так бываю там крайне редко. Пора бы уже…» – решил парень, свернув на соседнюю улицу, ведущую к городской церкви, а если быть точнее – православному храму.

«Вот она». – произнёс он вслух, остановившись перед церковью.

Виктор окинул взглядом величественное здание, высотой с трёхэтажный дом, включая «пьедестал» – церковный фундамент, и ведущие по нему к главному входу триста ступенек.

Преодолев три лестничных пролёта, по сто ступенек каждый, Виктор оказался у трёхметровых позолоченных дверей.

«Чтож, – сказал он сам себе, – вперёд!»

Он открыл дверь и вошёл внутрь. Его взору предстала вся красота христианской культуры: слегка поблекшие старые иконы и кресты, белые колонны, держащие на себе расписной «небосвод» церкви, озаряющие всё вокруг семисвечники и паникадило, престол с антиминсом, евангелием, по размерам больше энциклопедии, парой напрестольных крестов, дарохранительница и лампада, и, разумеется иконостас, отделяющий основную часть церкви от той, что сокрыта от глаз прихожан.

Медленным шагом блуждая по церкви и впитывая всё величие и энергетику этого святого места, Виктор ощутил некое тепло, населяющее его душу.

Он подошёл к одному из подсвечников, поднёс к нему приготовленную заранее свечу, как вдруг, услышал внезапно раздавшийся мужской голос:

– Здравствуй, сын мой! – произнёс священник.

Молодой человек вздрогнул.

– Батюшка, – обратился Виктор к нему, опустив руку с незажжённой свечой.

– Я чувствую тревогу в твоём голосе – уверенно произнёс священник, будто он знал, что происходит у парня на душе.

– Так и есть, – ответил молодой человек.

– Не желаешь поведать мне? – спросил священник.

– Да, я бы с радостью… – начал было тот, – … но, вот, боюсь, вы не поймёте меня.

Священник дотронулся левой рукой до правого плеча Виктора и произнёс, слегка улыбнувшись:

– Это мой долг – попытаться понять каждого и помочь, сделать всё, что в моих силах, сын мой.

– Просто, я как бы не особо верующий… – объяснил Виктор.

– В таком случае, что же ты делаешь здесь? – поинтересовался священник.

– Хм… – задумался молодой человек.

– Вот видишь – на всё воля божья, – улыбнулся священник. – Порой, вера сама ведёт нас туда, куда нам надо, даже если мы не видим, не верим и не знаем куда именно нам надо. Так что, будь уверен в том, что всё происходящее есть ни что иное, как божий замысел, которого нам скорее всего не понять, но, тем не менее, он есть таков, каков он есть, каким его создал Творец, и другого нам не дано. Не волнуйся, раз ты здесь, значит наш Создатель желает помочь тебе. Будь в этом уверен.

– Ну, раз такое дело… – согласился парень, отведя взгляд в сторону.

– Поведай мне, что беспокоит тебя, сын мой?

– Меня сильно беспокоят мои сны, святой отец.

– Что с ними не так?

– В них много негатива… много жестокости, много зла… много непонятных мне вещей.

– Тебя мучают кошмары?

– Я не могу назвать их кошмарами, святой отец. Это что-то более зловещее. Это, как будто что-то внутри меня хочет вырваться наружу. Понимаете?

– Ты слышишь голос? Тебя что-то побуждает к дурным поступкам?

– Нет. Вовсе нет. Хех. Никаких голосов нет. Я чувствую, словно что-то есть внутри меня, но я не могу понять – к чему это всё может привести.

– До сих пор ведь ничего плохого не случилось, значит, пока что, всё в порядке.

– Как-то раз произошёл со мной один случай… в общих чертах – это можно описать следующим образом: в тот момент в меня вселился дьявол. Хех. Так будет наиболее понятно.

– Наверняка ты преувеличиваешь, сын мой. Ведь когда вселяется Дьявол, человек перестаёт быть самим собой. Навсегда. Это очень серьёзно. Неразумно говорить об этом без веских на то оснований.

– Извините, батюшка. Просто, я не знаю. Я не могу объяснить это другими словами. Было ощущение, словно что-то прошло сквозь меня, как ветер проходит сквозь постиранное бельё на улице, понимаете?

– Интересное сравнение. Надеюсь, этот «ветер» не нанёс с собой грязи, на «чистую белоснежную простынь»?

– Я и сам бы хотел это узнать. Правда. В моей голове творится столько всего! Вы и представить себе не можете…

– Мне многое удалось повстречать на своём пути. Всякого повидал.

– Да? Хм. Эх.

– Не волнуйся. Пойдём.

Священник снова дотронулся до парня, прикоснувшись кончиками пальцев левой руки его правого плеча, поведя его за собой.

Подойдя к жертвеннику, священник черпнул лжицей вина из потира и взял с дискоса кусочек антидора (хлеба, олицетворяющего тело Христово), затем повернулся и протянул обе руки – с вином и хлебом – молодому человеку.

– Это что? – спросил Виктор.

– Выпей и съешь, – предложил священник. – Это кровь и тело Христово.

– Я… э-э-э… не в курсе всех этих обрядов и традиций, батюшка, но… – засомневался Виктор. – Не знаю даже…

– Это поможет тебе очиститься и избавиться от дурных мыслей, снов и наваждения, – объяснил святой отец.

– Ну, раз такое дело… – согласился Виктор. – Хм… Тогда ладно.

Виктор перенял кусочек хлеба с рук священника, положил в рот, пожевал немного и проглотил, затем выпил с ложечки разбавленного красного вина.

Священник тем временем шептал какие-то молитвы, разобрать контекст которых Виктор не смог.

– А это оставь мне, – попросил священник, указав на свечу, которую Виктор держал в руке. – Я сам поставлю её за тебя. Всё равно ты ставил её не у той иконы, – добавил он улыбнувшись.

– Как вам будет угодно, – сказал Виктор, протянув ему свечу.

– Чтож, а теперь ступай с Богом, сын мой! – попрощался священник, в третий раз прикоснувшись к парню, крепко сжав пальцами его плечо.

– Благодарю за всё, батюшка! Всего вам доброго! – попрощался Виктор.

– Заходи ещё… – добавил священник, улыбнувшись.

– Обязательно! – одобрительно кивнул головой молодой человек, уходя.

Последний раз, на ходу, окинув взглядом святыню, Виктор покинул церковь.

– Вы думаете, это Он? – донёсся женский голос из-за спины священника.

– Думаю, да, – ответил тот. – Мы скоро узнаем это наверняка. Следите за ним двадцать четыре часа в сутки. Сейчас он более открыт и уязвим для влияния извне, чем раньше. Мы не можем себе позволить потерять его. Будьте осторожны. Сами держитесь на расстоянии. Без моего приказа чтобы никто из Церкви не вступал с ним в контакт. Не позволяйте ему также вступать в контакт с Иными. Всё понятно?

– Слушаюсь, – ответил женский голос, исходящий от силуэта в тёмном одеянии.

– Ступай…

Следующий день. Утро.

Пара закончилась. Парни вышли в коридор, на ходу обсуждая события вчерашнего дня:

– Кто-нибудь вообще помнит что-нибудь из вчерашнего дня, – поинтересовался Денис.

– Чтож, – начал Серафим, – каким-то чудом мы покинули то гиблое грешное место и направились в тот же самый бар… правда попали мы туда через клуб… и ещё через кучу всяких препятствий…

– Что-что? Я вообще не в теме… – промямлил Семён с недовольной сонной физиономией.

– Я начну с того момента, как мы пришли в бар, продинамив клуб. Это ещё ДО «блудного дома», я надеюсь, вы поняли. Ну, слава богу. Так вот, мы зашли в бар, расселись, стали выбирать что бы нам взять такого выпить, а Витёк сразу же выловил девушку-официанта и заказал чуть ли не «первое-второе-третье». Я вообще в последнее время в шоке от его обжорства! Но ладно. Сейчас не об этом. Сидим мы, ждём заказа. Через минут десять нам приносят три стопки коньяка, стопку водки и полную тарелку еды! О-о-о, ребята, я до сих пор помню удивление на ваших лицах, когда вы увидели «первое блюдо» нашего Виктора. Минут пять спустя принесли «второе». К тому времени на нашем столе уже стояла одна пустая тарелка. Едва официант поставила «второе блюдо» на стол, как Виктор сразу же налетел на него. Да, видимо, поэтому его «не взяло» спиртное в тот вечер. В тот же миг я услышал, как у Дениса зазвонил телефон. Точно помню эту противную, ээмм, мелодию, не мелодия, чёрт, я даже не знаю, как это назвать. Ну, в общем, та электронная гадость, что сейчас очень модная, та режущая слух обрывистая низкочастотная ересь, направленная на истребление всего святого в мире музыки. Ну, вы меня поняли. В общем, Денис с кем-то по телефону о чём-то договорился, а положив трубку предложил отправится на квартиру к одной популярной в колледже даме, на день её рождения, якобы. Виктор сразу завопил, мол, всё ещё голоден он, лень ему и всё такое, но, в итоге, мы, всё же, отправились туда, где, полагаю каждый из нас очень хорошо провёл время, не так ли господа? О-о-о, ха-ха-ха, судя по вашим довольным физиономиям, так оно и было, да? Ну, так вот. После той тусовки, мы решили пойти в клуб, кратчайший путь к которому лежал через городское кладбище, но так как Виктор у нас очень суеверная девочка… держи пять, ха-ха… то мы решили обойти кладбище через соседний район, а так как дорога проходила мимо другого клуба, то мы решили заскочить и туда. Идём мы, значит, по сырым и тёмным улицам нашего города, как вдруг какая-то группа обморозков… что?.. отморозков… а я как сказал?.. хм… да не важно… в общем, несколько отморозков – на вид типичные хулиганы – стоят, чешут языками. Мы проходим мимо них. Один олух так, между делом как бы, делает шаг вперёд, становится между мной и Семёном, и стреляет у меня сигарету, на что я ему отвечаю, что не курю, и прохожу дальше, мимо него. Он выставил свои широкие плечи и слегка задел меня, затем, резко развернувшись громким голосом, возмущённо так бросил мне вслед: «Э, ты чё – слепой, чудила?!». Ну, так как я не особо конфликтная личность, то я пропустил это мимо ушей, но Семён, и так близорукий с рождения, а ещё и окосевший с недавних пор в баре, видимо, был уже в нужной кондиции, чтобы решать споры и втягиваться в «социально-межслоевые деловые переговоры» … что?.. а, ну, так я и думал!.. понятно, всё с тобой, Сём!.. Так вот, наш бравый мушкетёр Партос, то есть – Семён, простите, медленно так разворачивается, и «на ходу» так, «по мере разворачивания», отвечает хулигану: «Чё ск-зал?!» и бросается на него с кулаками! Семён был настолько бухой, что даже не понял, что обращались НЕ к нему! Ха-ха-ха. Кусок сапога. Представьте себе – полез в драку чисто по глупости! В общем, завалили они с Витьком тогда парочку козлов, а остальным троим боевые искусства, судя по всему, были чужды, поэтому они подхватили своих товарищей и скрылись за углом дома, а мы поковыляли в клуб. Спустя пятнадцать минут мы уже стоим на фейс-контроле. Проходит ещё десять минут, Виктор не выдерживает стоять на одном месте и уходит в сторону. Тут же охранник разворачивает группу малолеток, стоящих перед нами, но, к превеликому сожалению, и у Семёна, и у Виктора был потрёпанный вид, ободранные руки, частично в крови, в добавок ко всему – у Семёна была разбита левая линза очков, которые у него упали во время драки. Войти в клуб позволили лишь нам двоим с Денисом, но, разумеется, мы вас кидать не стали и решили все вместе просто пойти в бар. Не отошли мы и сотни метров от клуба, как нам «на хвост» сели какие-то силуэты в конце улицы. Мы свернули на соседнюю улицу, расположенную параллельно той, по которой мы шли, для того, чтобы убедиться в том, действительно ли они следуют за нами, и, как выяснилось позже, они и вправду нас преследовали. Вы решили вернуться на прежнюю улицу. Выбрали один из освещённых переулков, свернули, и спокойно направились вперёд. Сзади послышались шаги. Те, кто нас преследовал, показались в том конце переулка. К нашему удивлению и разочарованию, противоположный конец переулка был блокирован троицей крепких на вид ребят. Мы стояли посреди проклятого переулка, в ожидании развития событий. Вдруг, из той группы, что преследовали нас сзади по «окольным путям», вышел один человек. Он подошёл ближе и остановился на расстоянии пяти-шести метров от нас. Это был тот самый «широкоплечий» грубиян. На его лице красовался свежий фингал под левым глазом (оставленный Семёном), а из носа всё ещё текла кровь, которую тот постоянно вытирал рукавом джинсовой куртки цвета хаки. На их стороне было численное превосходство. У одного из них была палка, а у другого – нож! Не знаю, как вы, ребята, но я давно не испытывал ТАКОГО мощного выброса адреналина в кровь. Я почувствовал, как вены пульсируют у меня в висках. Не знаю зачем, но я сделал шаг вперёд, по направлению к тому отморозку. Внезапно, без каких-либо объяснений, он крикнул «своим»: «Мочи этих собак!!!». С обоих концов переулка по трое человек кинулись на нас, четверых. Двоих из них сразу вырубили Семён с Виктором, с одним долго дрался Денис, четвёртого с палкой вырубил Виктор, пятого палкой четвёртого вырубил Семён, а того с ножом обезвредил я. Боже, слава богу меня родители отдали в секцию айкидо, когда мне было девять лет. Хех. В общем, вышли мы из того злосчастного переулка, напевая «песню мушкетёров», и направились в наш бар, где, насколько я помню, мы и провели остаток вечера и часть ночи…

Обеденный перерыв.

Дворик перед колледжем.

– Всё-таки, здорово, что второй пары не было! – довольно произнёс Денис, потягиваясь на скамейке.

– А то! – согласился Виктор.

– Ну так что, ты замутил с той новой официанткой вчера или нет? А то я никак не могу вспомнить… – спросил Семён.

– Э-э-эм… – задумался Виктор.

– Да колись уже! – настаивал Денис.

Виктор достал из кармана джинс картонную подставку для пивной кружки, на обратной стороне которой были написаны цифры:

– Номерок… – ехидно улыбнулся Виктор, покрутив картонный кружочек в руках.

– Красава!!! – хором ответили ребята.

Каждый из них поднял руку и хлопнул Виктора ладонью в ладонь.

– Ха-ха-ха!!! – засмеялись они вчетвером.

Закончив душевный смех громким вздохом, Виктор встал со скамьи.

Он посмотрел на часы и предложил друзьям пойти в буфет, на что парни охотно согласились, и вместе, дружным шагом, направились на обед.

– Эй, новенькая! – обратилась кудрявая блондинка к рыженькой девушке.

– М? – ответила та.

– Как тебя зовут?

– Юля.

– Меня Света.

– Очень приятно.

– Ты ешь?

– В смысле?

– Сейчас обед. Ты хочешь есть?

– Э-эм-м.

– Пошли с нами!

– Ну, хорошо.

Юля улыбнулась блондинке и последовала за ней и её подругой в буфет, который находился на первом этаже. Они спустились по лестнице и прошли мимо четверых ребят.

– Привет! – сказал Виктор, обратившись к Юле.

– Привет! – ответила Юля, улыбнувшись, и пошла дальше, за девушками.

– Хороша, чертовка! – подметил Семён.

– Не то слово, Сём, – согласился Виктор, провожая взглядом новую рыжеволосую одногруппницу, – не то слово!

– Запал, – шепнул Денис Серафиму.

– Не то слово, Дёнь, – ответил Серафим, улыбнувшись, – не то слово!

Глава 3

Следующий день.

Полночь.

Бар «Князь Вальдемар».

Ребята выпили, наговорились и покинули бар один за другим.

– Ну что там? – спросил Виктор у Серафима.

– Всё в порядке, заплатил, – ответил тот. – На вот, сдачу возьми.

– Какую сдачу? Ты, что, чаевых не оставил?! – возмутился Виктор.

– Да, знаешь, я просто подумал, что пятьдесят процентов от стоимости всего того, что мы сегодня заказали – будет слегка многовато для чаевых… ты так не считаешь? – объяснил Серафим.

– Что? – переспросил Виктор, вновь переведя взгляд на друга. – Прости, чувак, я реально не понял, что ты сейчас сказал… вернее – не слушал. Нет, я видел, как твои губы шевелились… краем глаза… но я вообще не в теме…

– Чёрт с тобой, – вздохнул Серафим, положив руку на плечо Виктора, – пошли.

– Пока, Федь! – крикнул Виктор бармену через плечо. – Спасибо, что напоил! Храни тебя Господь!

– Пока, ребята! – ответил довольный Федот. – Приходите ещё!

Едва Виктор с Серафимом вышли из бара, как пред ними сразу же предстала картина маслом: Денис, держась за живот, согнулся в три погибели над решётчатым канализационным люком, с краю от проезжей части, а несчастный Семён валялся рядом на тротуаре, в мусорных мешках, возле мусорных баков.

– Вы чё, свиноты? – удивлённо обратился Виктор к друзьям.

– Я поскользнулся на какой-то херне и, кстати, больно ударился копчиком и левым локтем, – объяснил Семён, пытаясь встать, – а вон тот бедолага, сказал он, указав пальцем на Дениса, – видимо, с крысами пообщаться решил… либо с черепашками-мутантами…

– Эй, Денис, ты в порядке? – обеспокоенно спросил Серафим.

– По мне, видно, что я в порядке?! – возмущённо ответил Денис, стоя на корточках. – Бу-э-э-э.

– Ой, фу-у! – скорчился от отвращения Виктор, увидев, что его друга рвёт. – Повторяй за мной, Дёнь: «Блевота, блевота, перейди на Федота…»

Едва Виктор успел закончить предложение, как, вдруг, словно неведомой силой его отбросило назад к кирпичной стене бара, до которой было метра полтора. Серафим, с глазами на выкате, проводил взглядом летящего друга. «Встретившись» со стеной, Виктор сильно ударился головой, а затем рухнул на тротуар, как подкошенный. Только что вставший, отряхивающий свою одежду, Семён, поднял голову, чтоб оценить обстановку, но тут же был сбит с ног, и вновь очутился на мусорных мешках. Серафим, пытаясь переварить происходящее, оглянулся по сторонам, но ничего необычного не увидел.

Улица была пуста. Лишь четыре человека в тот момент находились на ней: Виктор лежал без сознания, Семён стонал и еле-еле барахтался в куче мусора, Дениса «полоскало» до такой степени, что тот валялся в конвульсиях на дороге, практически в луже своей блевотины. Серафим стоял как вкопанный и пустым взглядом смотрел куда-то вдаль. В его висках пульсировали расширенные вены, а мощное сердце, раскачивая в диком темпе литры крови, пробивалось к горлу всё выше и выше, словно разрывая рёбра, грудину и ключицы.

Юноша тяжело вздохнул, а из-за его спины подул сильный попутный ветер. Внезапно, Серафим ощутил безумную боль в затылке, словно кто-то ударил его сзади бейсбольной битой по голове. Всё «заискрилось» сначала, потом поплыло перед глазами, затем краски помутнели и, в итоге, «свет» погас. Парень упал наземь, потеряв сознание.

Стрелки на часах Серафима завертелись с бешеной скоростью в разные стороны, но, постепенно замедляя вращение, вскоре вовсе остановились.

Взявшийся ниоткуда сиреневый туман, постепенно, не спеша заполнил собой всю улицу.

– Время! – раздался эхом суровый мужской голос. – Вперёд! ЖИВО!!!

Тут же, несколько багровых теней молниеносно вылетело из мрачного, освещаемого тускло горящими свечами зала, оставив за собой лёгкий шлейф кроваво-красной переливающейся энергии, постепенно растворившийся в воздухе.

Сиреневый туман, окутавший пространство вокруг бара «Князь Вальдемар», стал потихоньку растворяться, к тому моменту, как подоспели кроваво-красные тени.

Они рыскали от тела к телу, пытаясь «прочувствовать», кто же из четверых ребят им нужен. В итоге одна из них, та, что нависла над Виктором, учуяв «добычу», противным свистящим шёпотом позвала остальных.

Одна за другой тени пытались, судя по всему, войти внутрь тела Виктора, но не могли даже и прикоснуться к нему.

Злобно зашипев, тени хаотично заметались над телами ребят, а затем улетели прочь вдоль улицы, оставив за собой шлейф кроваво-красной переливающейся энергии.

– Что такое?! – сурово спросил мужчина, сидя в кресле, перед камином.

– К сожалению, он был закрыт… – раздался женский голос позади.

– Как?! – возмутился тот.

– Мы не смогли пробраться внутрь… – оправдывалась девушка в тёмном бардовом балахоне с капюшоном. – Мне очень жаль.

– Как это возможно?! – ударил он кулаком о подлокотник кресла. – Я же приказал следить за ним!

– Значит, что-то пробралось мимо нас, – предположила девушка.

– Что? ЧТО могло пробраться мимо вас? – вопрошал разгневанный мужчина. – Тут только два варианта: либо вы проявили максимальную беспечность, либо это «что-то» настолько сильнее вас, что даже может скрывать свою сущность от вас. По правде говоря, второй вариант немного настораживает меня, пусть и является маловероятным.

– Семеро Багровых Душ не могли просто не заметить присутствия посторонней сущности, – объяснила девушка. – Это просто невозможно!

– Ты хочешь сказать, что кто-то вошёл в контакт с Его сущностью ДО вас?

– Судя по всему…

– И вы этого не заметили?

– Нет…

– И следов никаких не осталось?

– Никаких…

– ЧЁРТ!

Мужчина встал с кресла, но по-прежнему был спиной к таинственной девушке в балахоне. Он сделал шаг к расположенному перед ним камину.

– Выходит, что… – начал было он. – Хм… Неужели это так? – спросил он сам себя вполголоса. – Не иначе как старый беззубый волк объявился. Что ж, в таком случае, генетически модифицированным овцам пора начать на него охоту!

– Вы это серьёзно? – спросила девушка.

– Ты сомневаешься в моих намерениях? – грозно переспросил он, слегка повернув голову в сторону.

– Никак нет, – обеспокоенно ответила она. – Просто… Как вы намереваетесь это сделать?

– У меня есть кое-какие мысли на эту тему, – произнёс он. – Если это действительно сам Безликий и если он решил действовать через парнишку, то нам следует лишь поймать момент, когда шкет будет ослаблен, либо, когда он сам откроется нам.

– Звучит как-то слишком просто, – заметила она.

– Просто? Хех, моя дорогая, – усмехнулся он. – Всё будет зависеть от твоего актёрского мастерства и профессиональных навыков. Соблазни его, влюби в себя, делай что хочешь, но войди к нему в доверие, узнай его слабые места. Тебе отведена главная роль в этом спектакле. Не подведи меня! Ступай!

– Слушаюсь! – девушка кинула головой и быстрым шагом вышла из мрачного зала, полного подсвечников с почти догоревшими свечами.

– Думаете, она справится? – раздался голос молодого человека, откуда-то из сумрака, там же сверкнула пара красных огоньков на том уровне, где у людей расположены глаза, после чего показался силуэт, едва освещённый светом от огня из камина.

– Я очень на это надеюсь, – ответил мужчина, сев в кресло. – Приглядывай за ней. Только держись на расстоянии.

– Будет сделано, – ответил юноша.

– Похоже, мы реально встряли с этим Безликим. Если он объявился, значит, либо он наведёт хаос вокруг, либо мы усмирим паршивца, взяв под контроль его сущность, а если быть точнее – сущности. Во всяком случае, мирное время закончилось. Началась война. Война, в которой главное не просто победить, а ликвидировать угрозу навсегда! Будь готов ко всему. Ступай.

Юноша кивнул головой и растворился в сумраке.

Мужчина сидел в кресле. Его пальцы постукивали по кожаному подлокотнику кресла, а в камине потрескивали догорающие поленья.

Глава 4

Виктор очнулся на том же самом месте, где и потерял сознание – у бара «Князь Вальдемар».

– Чёрт! – выругался он, едва открыв глаза.

Он дотронулся до затылка рукой, и сразу же резко отдёрнул её.

– Моя голова… – произнёс он, корчась от боли.

Он ожидал увидеть кровь на своих пальцах, но, к его удивлению, рука была чиста. Виктор не понимал, в чём дело. Света нигде не было, фонари не горели. Единственное, чем были заполнены пустые холодные осенние улицы, так это призрачным синевато-сиреневым полумраком.

Виктор огляделся – кругом ни души. Его друзей и след простыл.

– Что за чертовщина здесь происходит? – подумал он.

Кое-как встав на ноги с четвёртой попытки, юноша вновь посмотрел по сторонам, в надежде увидеть хоть кого-то, хоть какой-то намёк на жизнь.

Всё вокруг казалось таким же, каким было прежде, но в то же время, Виктору не давала покоя мысль о том, что что-то, всё же, не так. Поначалу он думал, что всё дело в алкоголе и травме, полученной при падении, но здравый смысл велел ему найти более существенную причину его сомнений и беспокойства.

Здания казались гораздо выше, чем были в действительности – привычные пятиэтажные дома стали походить на небоскрёбы, «вытянутые» вверх и слегка покосившиеся, немного нависнув над дорогой, а сама улица, в пределах видимости, из прямой и гладкой превратилась в виляющую и волнообразную.

Виктор медленно, не спеша, брёл посреди проезжей части, бросая всюду свой любопытный, но непонимающий взгляд.

Полумрак постепенно стал сгущаться, формируя едва заметную воронку вокруг Виктора.

Молодой человек, вдруг остановился, заметив, что уже плохо отличает горизонтальное от вертикального, и стал вглядываться в туманную мглу, переливающуюся всеми оттенками синего и фиолетового цветов.

Тело парня, вдруг, покрылось гусиной кожей, сердце заколотилось быстрей, вдобавок, показалось, что воздух стал прохладнее и свежее.

Лёгкий ветерок пытался насвистеть что-то в ухо Виктору, но тот был не в состоянии сосредоточиться на подобных мелочах при данных обстоятельствах.

– Виктор… – раздался шёпот.

– Кто здесь?! – удивился юноша, резко обернувшись. – Эй!

Тщетно пытаясь разглядеть что-либо в густом полумраке, Виктор, не на шутку встревожившись, судорожно глотал воздух, мотая головой из стороны в сторону, будучи готовым наброситься на врага, кем бы тот ни был.

– Виктор… – вновь раздался отчётливый шёпот, настолько громкий, что его, наверное, было слышно аж в конце улицы.

– Кто ты?! Покажись, трус! – запаниковал молодой человек, сжав пальцы рук в кулаки, в ожидании самого худшего развития событий.

– Не бойся… – шептала ему на ухо мгла.

– Господи, да что же здесь творится??? – взмолился Виктор, крикнув в пустоту. – Кто-нибудь объяснит мне? – уже вполголоса произнёс он, чувствуя, что находится в одном шаге от безумия. – Кто-нибудь… нет?.. чёрт!..

– Не бойся… – повторил шёпот ровно и безмятежно…

– Да что ж такое! – засуетился юноша, то и дело оборачиваясь и вглядываясь в полумрак. – Покажись! Слышишь? Покажись!

Внезапно, туманная синевато-сиреневая мгла словно волной нахлынула на парня, плавно крутясь вокруг него, как бы играя с его телом, проходя сквозь него.

– А-а-а-ах… – инстинктивно сделал глубокий вдох Виктор, откинув голову назад.

Неведомая сила тут же оторвала несчастного парня от земли, будто насадив его на огромное копьё. Левитируя в воздухе, юноша напоминал куклу, которую кукловод держит за нити.

Его зелёные глаза блеснули магическим переливающимся цветом фиолетового металлика, а сквозь тело словно прошла молния, от чего, парня хорошенько встряхнуло. В ушах у него мгновенно загудело, а откуда-то издалека эхом раздался какой-то знакомый, но глухой, пищащий звук.

Вдруг, дымчатая туманная мгла начала растворяться – резко развеявшись по сторонам, она поползла по дороге, подобно сельскому туману, что стелется над полем ранним утром, и вскоре вовсе рассеялась.

Молодой человек упал на колени, опершись руками в асфальт, и пытался отдышаться, словно только что пробежал марафон.

– Что… что это было? – произнёс он чуть слышно, переводя дыхание.

– Не бойся… не бойся… не бо-о-ойся… – зашептали голоса со всех сторон.

– Ну да, отлично! Совсем не пугающе… – с сарказмом выдавил из себя Виктор, глядя по сторонам. – Очень ободряет и внушает доверие, чёрт побери!

– Оглянись… оглянись… огляни-и-ис-с-сь… – шёпотом советовали голоса.

– А я что, по-вашему, делаю? – возмутился юноша.

– Что ты видиш-ш-шь? – спросил шёпотом один из голосов.

– Я вижу… – задумался Виктор. – Улицу… Город… Свой город…

– Не-е-ет… – прошептал голос.

– Ну как нет? – спросил молодой человек, не понимая происходящего. – Это же город, тот же самый город… МОЙ город!

– Не-е-ет… – вновь шёпотом протянул голос.

– Ну а что же это тогда, по-твоему? По-вашему… чёрт возьми, я даже не знаю, кто здесь, с кем я разговариваю… Я пьян? Мне это всё кажется? Или… нет… Я сплю! Точно, точно! Я всего-навсего сплю! Так? Так ведь? Отвечай! Ответь мне!!!

– Не совсем… – ответил голос шёпотом.

– Что значит не совсем? – удивился Виктор, оглядевшись вокруг, топчась на месте.

– Ты застрял здесь. Разве не понятно? – спокойно ответил серьёзный мужской голос.

– Ты кто? Кто здесь? Эй! Покажись! – ошарашенно молвил Виктор.

– Меня нет… – ответил мужской голос.

– Как, чёрт тебя дери, нет?! – возмутился парень. – А кто тогда говорит? И почему я тебя не вижу, несмотря на то, что слышу отчётливо?!

– А ты подумай… – посоветовал голос. – Как можно увидеть то, чего нет?

– Этого увидеть нельзя! – ответил парень. – Потому что этого НЕТ!

– Вот видишь… – насмешливо произнёс голос.

– Но я же тебя слышу! – настаивал молодой человек.

– Меня? А кто я? – задал вопрос голос.

– Ты меня спрашиваешь? – спросил Виктор. – Это я тебя должен спросить! Кто ТЫ?!

– Я?.. Я… – задумчиво произнёс голос.

– Да ТЫ! – нетерпеливо повторил юноша.

– Я – это ТЫ! – спокойно ответил голос.

– ЧТО??? – не поверил своим ушам Виктор. – Как это?! Что это вообще значит?! Эй! – кричал молодой человек на пустую улицу, оборачиваясь, в надежде увидеть хоть кого-либо. – Не молчи! ЭЙ!!!

В очередной раз повернув голову, Виктор, вдруг заметил, что находится уже не на пустой мрачной улице, а в ещё более мрачном лесу, что на окраине города. Это была парковая зона. Она была почти такой же, как помнил её Виктор, вот только, аккуратные дорожки уже были не столь аккуратны, а скорее запущены и разбиты. Деревья были высокими, подсыхающими и немного зловещими. Весь парк выглядел так, будто он был забыт и заброшен на целое столетие.

Виктор побрёл по одной из асфальтированных дорожек, которая вела к небольшому пруду в центре парка.

Несмотря на царящий всюду сине-сиреневый полумрак, видимость была хорошей, как снежной ночью зимой, в облачную погоду: тогда лунный свет проходит сквозь облака, подсвечивая их, затем падает на чистый белый снег, освещая всю горизонтальную поверхность в пределах видимости, подобно неоновой подсветке.

Подойдя, наконец, к пруду, Виктор обнаружил, что вместо воды, пруд заполняла какая-то странная сине-фиолетовая люминесцентная субстанция, в которой невозможно было разглядеть своего отображения. Парень присел у берега, протянув руку к тому магическому виду субстанции. Она была прохладной и очень лёгкой: она словно была жидким воздухом – набранная в руке, она постепенно растекалась, а сама рука оставалась сухой. Виктор погрузил в данную субстанцию свою руку, а потом резко выдернул её наружу, а эта диковинная синева медленно разлетелась в воздухе на капли, нити и пласты, и, постепенно развеиваясь, слилась то ли с самой субстанцией в пруду, то ли с воздухом над ним. Всё было крайне необычно и непонятно.

Виктор решил отправиться дальше. Он привстал, оперевшись руками на колени, но его правая рука, вдруг соскользнула с правого колена, и, на мгновение, Виктор подумал, что потеряет равновесие и упадёт прямо в пруд, но, к счастью, ему удалось удержаться на ногах. Он сделал глубокий вдох, выдохнул с облегчением, и развернул корпус влево, уже готовясь сделать шаг, как вдруг его правая нога соскочила с края берега, и Виктор, шлёпнув ногами друг о друга, с криком «А-а-а!», завалился назад, падая спиной в сине-пурпурную субстанцию, наполняющую сей пруд.

Окружённый мистическими энергетическими потоками, парень хаотично размахивал руками и ногами, пытаясь выбраться из пруда, который казался бесконечно глубоким. Эти потоки словно играли с телом молодого человека, «передавая» его аккуратно друг другу. Виктор «плавал» в этом энергетическом пруду как нагретый воск в «лавовой лампе», лихорадочно глотая воздух, не осознавая, что дышит отнюдь не воздухом.

Внезапно, концентрированный поток люминесцентной субстанции вытолкнул парня из пруда наружу, словно выстрелив им из энергетической пушки. Виктор, издавая крики, какие можно услышать на всевозможных аттракционах и американских горках, взлетел в воздух, зависнув в паре метрах от поверхности пруда. В тот момент время словно остановилось: диковинной формы потоки субстанции застыли в пространстве, лёгкая прохлада немедленно исчезла, у самого же Виктора спёрло дыхание, и зачастил пульс. Он знал, что, согласно логике, ему придётся вновь упасть вниз, но противоречивость ощущений сбивала его с толку, ибо он понятия не имел, чего ему следует ожидать в этом странном непонятном мире.

Миг спустя, Виктор испытал то непередаваемое словами чувство, появляющееся у людей во время свободного падения. Глянув вниз, парень не увидел больше той красивой люминесцентной субстанции. Пруд был пуст. Под ногами зияла лишь огромная чёрная бездна.

С криками отчаяния, кувыркаясь в полёте, юноша падал всё глубже и глубже в бездонную тьму, истерично цепляясь пальцами за воздух, в тщетных попытках спасти себя.

Посреди тьмы и мрака, откуда-то снизу, вдруг, появился сильный луч яркого света, ослепивший парня. Затем луч стал вертикальной полосой света. Создалось впечатление, будто перед ним отворяются Врата Ада…

Продолжая естественное «погружение» в бездну с ускорением свободного падения, Виктор поджал ноги, согнул руки перед собой, сжав пальцы в кулаки, напряг все мускулы на теле, и, с боевым кличем, ворвался в мощный поток света, озарявший этот бездонный пустой колодец тьмы.

– А-А-А!!! – прокричал Виктор, резко поднявшись с постели в положение сидя. – Что? Где? Я… Я… Я… – заверещал он, глядя по сторонам, пытаясь понять, что происходит и где он находится.

– ТЫ проснулся! – обрадовалась девушка, вскочив со стула и обняв Виктора.

– Нелли? Что происходит? Где Я? – осыпал он вопросами свою сестру.

– Успокойся, Вить! – ласково произнесла Нелли, держась руками за плечи брата. – Ты в больнице. У тебя было сотрясение, кто-то вызвал «скорую», тебя доставили сюда, думали, что всё совсем плохо, но, оказалось, что у тебя всё в порядке. Правда, спал ты очень долго. Но я постоянно была здесь, с тобой. Ну, в смысле, навещала тебя.

– О, Господи! – взялся за голову Виктор. – Неужели всё так плохо?

– Да нет, говорю же, что всё хорошо, – ответила сестра. – Уже… Раз ты проснулся, значит, тебя скоро выпишут, а это здорово! – улыбнулась она.

– Да уж… – промолвил он, пытаясь прийти в себя.

– Раз уж тебе полегчало, то я, пожалуй, пойду, – сказала она с неуверенностью в голосе. – Но ты не переживай – сегодня к тебе ещё твои друзья придут!

– Хм… Хорошо… Наверно… Да… – озвучивал он вслух обрывки мыслей.

– Не скучай, братик! – сказала она, обняв его и поцеловав в щёчку на прощание. – Увидимся завтра!

Сестра помахала ручкой и вышла из палаты.

«Значит, спал, да?» – задумался он.

– Что? – переспросил Серафим, говоря по телефону. – Вы уже там? Ждите меня у главного входа – буду через пять минут. Ага, давай.

Серафим положил телефон в карман и ускорил шаг – до больницы ему оставалось не больше километра.

Сократив путь, пройдя по виляющим между домов улочкам, юноша оказался на месте немного раньше предполагаемого времени.

– Не прошло и полгода! – с иронией произнёс Семён, протягивая руку Серафиму.

– Ой, я тебя умоляю… – ответил Серафим, пожав Семёну руку.

– Здоров! – поздоровался Денис с Серафимом.

– Привет, Дёнь! – ответил тот.

– Ну что, пошли? – предложил Серафим.

Ребята вошли внутрь центральной городской больницы. Палата Виктора была расположена на втором этаже.

– Так, – произнёс Серафим, остановившись перед указателем. – «Неврологическое отделение», хм, нам сюда, – сказал он, повернув направо.

Пройдя по длинному коридору с мраморными полами, минуя флегматичных пациентов, ребята дошли до палаты своего друга.

– Вот она! – воскликнул Серафим, указав на дверь с цифрой восемь на ней. – Нам сюда. За мной, перцы!

– О-о-о! – воскликнул Виктор, увидев в дверях своих друзей.

– Хэ-э-эй! – хором ответили ребята, проходя в палату.

Далее последовали крепкие рукопожатия и тёплые объятья.

– Ну как ты, мужик? – поинтересовался Семён.

– Да, вроде, нормально, – ответил Виктор. – Ничего особенного, ничего не болит. Всё супер!

– Ого! – удивился Серафим. – И это после комы-то?

– Комы?! – переспросил Виктор. – В смысле? Я, что, в коме был?

– Он же даже не знает, – констатировал Денис, переведя взгляд на ребят.

– Чувак, ты вырубился на месте, – поставил в известность Семён, – а мы как сами очухались, так сразу вызвал скорую.

– Ты был в коме почти сутки, Вить! – добавил Серафим.

– Ни хрена себе! – озадаченно промолвил Виктор.

– И как это только тебя угораздило? – задумался Серафим.

– То есть? – переспросил Виктор.

– Ну, как ты умудрился поскользнуться и удариться головой о стену бара? – объяснил Серафим. – Да так, что аж в кому впал!

– Ты просто камикадзе какой-то! – пошутил Семён.

– Ни чего себе, «поскользнулся» … – столь же озадаченно, но уже с улыбкой на лице пробормотал Виктор.

– Хе-хе, – усмехнулся Денис.

– А-а-а! Так, это… – пытался вспомнить Виктор, щёлкая пальцами. – Это, наверное, бутылка та моя, ну – с «висками», наверное, выпала из моих штанов, в которые я её спрятал… вот… и на неё-то я, наверное, и наступил!

– «Висками»? – улыбаясь, вопросительно произнёс Денис чуть слышно.

– Гениально, Шерлок! – подметил Семён.

– Чтож, загадка решена, всё встало на свои места, все живы-здоровы… – подытожил Серафим. – Когда тебя выписывают, в общем?

– Да, чёрт его знает, Серый, – задумался Виктор. – Хм, надо спросить у врача.

– О, вон медсестра пошла! – заметил Семён. – Сейчас спрошу у неё!

Семён выбежал из палаты.

– Ребят, извините, но мне в туалет бы сбегать – уже час терплю, – признался Денис. – Я быстро!

Денис тоже удалился из палаты.

– Как себя чувствуешь, вообще? – спросил Серафим, видя неспокойствие в глазах Виктора.

– Да физически я в порядке, но душевно… – остановился Виктор, потупив взор. – Такое чувство, будто я пропустил полгода жизни в ином измерении! Ха!

– Скажешь тоже, – улыбнулся Серафим.

– Серьёзно! Снился какой-то бред. Нет, ну мне в последнее время частенько бред снится, но… – задумался Виктор. – Не знаю, сколько времени я спал, но, чёрт возьми, это был довольно длинный бредовый сон!

– Кошмар, что ли? – переспросил Серафим.

– Нет, Серый, «кошмар» – это когда твоё сознание, находящееся во время сна в «полудрёме», очухивается и, чувствуя некую угрозу жизни, начинает посылать импульсы в центры мозга, ответственные за инстинкт самосохранения – оттого люди и просыпаются, а то, что бывает во снах у меня – это что-то совсем другое…

– Объясни, – с заинтересованностью в голосе попросил Серафим.

– Хм, – задумался Виктор. – Дело в том, что моё сознание вообще впадает в ступор, то есть, оно перестаёт понимать и отдавать отчёт происходящему во сне, соответственно мозг не получает никаких особых сигналов об опасности и уж тем более об угрозе жизни, следовательно, организм не паникует и не пробуждается, тем самым, я, порой, являюсь свидетелем очень, очень, очень жутких событий. Всё, что ты видел в фильмах, сидя перед экраном в кинотеатре или дома, перед компьютером, – всё это я вижу настолько реалистично, будто это действительно происходит со мной наяву! Это… Это страшно, Серый… Поверь мне, это страшно…

– Верю, верю, – покачал головой Серафим. – Но ведь не все твои сны настолько ужасны? Так ведь?

– Так-то оно так, но негативное всегда сильнее позитивного, – пояснил Виктор. – Именно поэтому я неприятные мрачные сны помню лучше и дольше, чем приятные яркие.

– Да-а, – протянул Серафим. – Тяжко тебе, временами, приходится.

– Ну, что, как вы тут? – спросил Денис, заходя в палату.

Перед тем, как кто-либо из ребят успел открыть рот, как в палату с радостной новостью влетел Семён:

– Витёк, тебя уже завтра выпишут! – воскликнул он.

– Чё? Правда что ли? – не поверил своим ушам Виктор.

– Здорово! – согласился Серафим.

– Ух! Как быстро здесь развиваются события! – подметил Денис.

– Ага! – кивнул Семён. – Я сказал медсестре, что твоя мать тоже медсестра, ну, мол, без проблем осуществит должный уход за своим сыном, и что у нас там практика в колледже начинается, и пропускать занятия нежелательно. В общем, наплёл кучу всего, а она посмотрела на меня так, будто я твой адвокат, усмехнулась, и ответила, что они, мол, и так хотели тебя выписать через день-два, так как, цитирую: «Смысла нам нет держать парня, который здоров как бык…», прикинь?

– Хех! – усмехнулся Денис.

– Вот-вот, – пожал плечами Семён, глянув на Дениса. – Так что в понедельник утром, на заключительном осмотре, врач выдаст тебе справку и отпустит домой.

– И чтоб сразу же явился в колледж на занятия, ясно тебе? – пригрозил Серафим Виктору с иронией в голосе. – А то нам уже надоело придумывать всевозможные отмазки, оправдывающие твоё периодическое отсутствие.

– Но у меня же будет справочка, – кокетливо состроил глазки Виктор.

– Всё равно! – возразил Серафим. – Мы скажем, что ты задержишься в больнице, так что можешь не спешить к первой паре. Явишься ко второй. Лады?

– Хорошо, – ответил Виктор.

– Не «хорошо», а чтоб так и сделал! – серьёзным тоном заявил Серафим. – Иначе заведующая отделением снова наступит своим каблуком нам на яйца.

– Это ведь метафора, да? – иронично парировал Виктор.

– Когда как… – бросил в ответ Серафим, отведя взгляд.

Ребята дружно посмеялись и собрались уходить.

– Ладно, в общем, мы пошли отмечать твоё «пробуждение», – поставил Семён в известность Виктора, – а ты не кисни. Я вот тут тебе сиропчик от кашля принёс. Сиропчик… – подмигнул глазом Семён. – Ну, ты понял, да?

– Ага, – улыбнулся в ответ Виктор.

– На здоровье, – сказал Семён, пожав ему руку.

– Ну всё, тогда, до скорого! – попрощался Денис, тоже пожав руку другу.

– Завтра увидимся, надеюсь, – пообещал Серафим.

– Нет, нет, нафиг вы мне нужны! – с сарказмом произнёс Виктор. – Дайте хоть денёк от вас идиотов отдохнуть!