# Серебряное пламя

Татьяна Вячеславовна Зайченко

Маленькая сказка о волшебных созданиях – немного эротики перед сном!

Высоко-высоко в горах живет дивный белоснежный народ. Их кровь так же холодна, как ледяные шапки на вершинах. Они живут так долго, что человеческий век кажется им лишь кратким мигом, который сложно запомнить. Их почти вечная жизнь подчинена жестким традициям. Но так уж сильно они отличаются от людей? И насколько сложно сломать традиции, если так уж хочется?

Переломный день рождения


Первый раз в жизни в свой день рождения Тинэйкалад Мерцающая, хотела оказаться подальше от родового замка. Чтобы не видеть слоняющихся всюду гостей, которые по обычаю приехали задолго до события – якобы для помощи в организации праздника. А на самом деле только мешали терпеливо снующим между ними слугам-людям. Многие из присутствующих вообще не покидали ее дом на протяжении нескольких лет, оставаясь после очередного торжества – младшие дети знатных родов, они стремились выйти из-под опеки родителей, но поскольку не имели собственного жилья, находили себе прибежище у друзей или просто знакомых. Выгонять их считалось плохим тоном. Да Тинэ было и не жаль – что такое несколько лишних ртов для богатого поместья? Зато при случае под рукой всегда имелась гарантированная охрана из опытных бойцов олоэсс. Девушка давно привыкла к толпе посторонних в доме. Но сегодня они все раздражали ее.

Внезапно заметив своего последнего поклонника, бесцельно бродящего среди гостей с выражением мученического терпения на челе, Тинэ приглушенно застонала и сделала большой обжигающий глоток мерсса из высокого, уже полупустого бокала. Голова слегка закружилась. Все вокруг: белый мраморный зал, резные колонны, лестницы, арочные проемы вместо стен – вдруг поплыли перед глазами, став серыми, призрачными. Так же как и соплеменники. Обычно яркие, сверкающе-белоснежные, от природы лишенные пигментации, обманчиво хрупкие – сейчас они казались вытянутыми бесцветными иллюзиями, парящими над полом.

Желание очутиться подальше от этого места накатило на нее с новой, почти непреодолимой силой. Только впитанная с молоком матери верность традициям удерживала ее сейчас на каменной скамье возле стола, где она сидела в одиночестве.

Традиции, устои и ритуалы жестко правили долгими, почти вечными жизнями олоэсс. Наполняли их длительное существование смыслом. Какими же глупыми эти правила сейчас казались Тинэ! Люди относились ко всему гораздо проще и реалистичнее. Может быть, те пять прожитых в человеческих городах лет и заставили ее сейчас по-другому оценивать окружающее? Вновь и вновь она старалась понять, в чем кроется цель ее жизни и ради чего вся эта пустая суета вокруг?

Для олоэсс она не так давно пересекла рубеж совершеннолетия, а по человеческим меркам могла бы уже иметь семью и пару-тройку детей. Но отношения с соплеменниками у девушки не складывались. Они ценили ее воинское искусство, находили совершенными внешность и сложение. Многие мужчины добивались ее расположения. Вот только дальше страстных переглядываний и нескольких украдкой сорванных поцелуев дело никогда не заходило. Потом избранник остывал и терял к ней интерес.

Так же как и Ним.

Сейчас Тинэ отчаянно сожалела, что их отношения начались при большом скоплении народа. Слухи быстро разнеслись, и вот уже молва окрестила их, чуть ли не официальной парой. Вчера он появился в ее замке, считая себя обязанным поддерживать иллюзию, чтобы не портить имениннице праздник. Но лишь отдавал дань уважения ее старинному знатному роду, заботясь о репутации. А сам просто излучал желание быть в другом месте и с другой женщиной.

Тинэ посмотрела на него и в который раз с раздражением ощутила, как замирает дыхание – среди расы существ, обладающих фантастической привлекательностью, он выделялся в толпе редким очарованием. Многие женщины появятся сегодня на ее празднике только ради того, чтобы мелькнуть перед его глазами. Сильный, обжигающе красивый Нимлируин, называемый Голосом Рассвета, служил с Тинэ в одном отряде, и в тот первый день, когда решил обратить на нее внимание, она долго не могла поверить в удачу. И все пыталась понять, что совершила такого выдающегося, чтобы заслужить его взыскательный интерес.

Что же она сделала не так? Почему спустя всего неделю он ходит по замку с таким выражением, будто его заставили съесть горсть кислых ягод, лишь из вежливости пытаясь скрыть это шокирующее обстоятельство от хозяйки? И кому нужно, чтобы он находился здесь, если она все равно не имеет права на то, что дает привилегия избранницы? Тинэ мучительно хотела крикнуть ему: "Уйди ты отсюда! Не мучай ни меня, ни себя!" Хотела, но не могла. Он делал это из добрых побуждений, и дурацкое, будь оно проклято, дворянское воспитание не позволяло ей оскорбить его, заявив, что все усилия идут скорее во вред, чем на пользу!

Неужели он сам не понимал, что таким поведением унижает ее еще больше? О чем будут думать другие мужчины? О том, чем она так быстро разочаровала его? Поэтому ее и раздражало все вокруг. Даже друзья из отряда, которых она искренне считала членами семьи, своими стараниями развеселить и вовлечь в атмосферу начинающегося праздника вызывали у нее лишь еще большее отторжение.

К сожалению ни укрыться от этой пытки в своих покоях, ни просто побродить в одиночестве в садах, окружающих замок, Тинэ не могла: по традиции хозяйка должна встречать гостей при входе. Даже если они лишь едва кивают ей, появляясь в зале, и тут же растворяются в толпе старых знакомых. Глупые условности давили на плечи, впивались в душу, как тяжелые ржавые цепи с острыми шипами. Оставалось только одно безотчетное желание: напиться до беспамятства, забыться до того, чтобы упасть под стол и скрыться от чужих любопытных глаз. Пусть потом смеются над тем, что голова у нее некрепкая, пусть! Лишь бы, наконец, закончилась эта бесконечная нелепая пляска нереальных серых теней вокруг.

Чувствуя подступающую дурноту, Тинэ упрямо опустошила бокал и наполнила его вновь. Её организм всегда старался очиститься раньше, чем наступит отравления. Тело потомка Великих Лордов, совершенных воинов, было практически неуязвимо, даже если она сама хотела причинить ему вред. Иногда это было так неудобно!

Неожиданно мир вокруг стал более четким, наливаясь красками. Почти не осознавая изменений, Тинэ впилась напряженным взглядом в две появившиеся в зале фигуры. Выражение мучительного терпения на лице Нима усилилось многократно. Случилось то, чего она безотчетно опасалась весь день. Они все-таки пришли!

Мужчина почти задел головой арочный свод: он был заметно выше всех присутствующих. Войдя, он обвел надменно-равнодушным взглядом гостей: слишком заостренные черты лица придавали ему хищный, чуть ироничный вид. Складки длинной, ниспадающей одежды не могли скрыть ширины плеч и мощности грудной клетки. Таких пропорций олоэсс достигали только спустя долгие триста лет. Новый гость принес с собой ощущение несокрушимой звериной силы и незыблемой власти.

Силмароин, Сверкающий Лед. Великий Лорд и предводитель ее отряда. Наставник.

Вопреки отпущенной природой долговечности, олоэсс редко доживали до зрелости и преклонного возраста из-за бесконечных интриг, стычек и войн. Мудрость и опыт, накопленные за долгие годы, возводили уцелевших на особый уровень. Они предпочитали проводить время в своем кругу и редко снисходили до непринужденного общения с молодежью. Сегодня Силмароин решил почтить присутствием день рождения подчиненной. Лучше бы ему этого не делать!

Державшая его под руку молодая девушка на первый взгляд ничем не отличалась от десятка ее ровесниц в этом зале. Но только на первый. Заметные почти на пределе зрения розоватый оттенок кожи, чуть более темные волосы и яркие радужки глаз говорили о примеси человеческой крови. Достаточно давней, чтобы не портить родословную, но еще вполне очевидной. Среди холодного серебристого великолепия остальных гостей она будто бы горела как свеча в сумерках, мягким теплым свечением.

У людей и олоэсс настолько редко получалось потомство, что каждый такой метис считался исключительно заманчивой экзотикой. Обладать ими мог себе позволить не каждый. Появиться на подобном домашнем празднике, Лианна могла лишь в компании с Великим Лордом. Или с Нимлируином. У обоих имелось то, что могло привлечь ее внимание: власть и влияние у первого, неимоверная красота у второго.

Три десятка гостей, бестолково толкущихся в середине зала, на секунду замерли, отметив появление Великого Лорда. Все лица повернулись в его сторону, повисла тишина. Это была своеобразная дань уважения высокому статусу, поскольку в отличие от людей никаких особых церемониальных приветствий среди олоэсс принято не было. Силмароин не обратил ни малейшего внимания на случившееся минутное замешательство, продолжая высматривать хозяйку.

Тинэ непроизвольно сжалась, когда ее настиг холод его мрачного взгляда. Ей захотелось исчезнуть, раствориться в воздухе, но она заставила себя смотреть прямо в его глаза, пока он поднимался на помост, где стоял стол, за которым она сидела. Воздух снова наполнился голосами и радостными выкриками – знакомые призывали Лианну присоединиться к ним. В ответ она пожимала плечами и показывала головой на спутника, давая понять, что сначала вынуждена отдать дань приличиям и поприветствовать именинницу. Силмароин же двигался решительно, не глядя по сторонам: в этом зале его не интересовал никто, кроме Тинэйкалад. Только ради нее он появился сегодня в поместье и только ей был намерен уделять внимание.

Но он не хотел находиться здесь. Пожалуй, настолько же сильно, как и сама Тинэ.

Когда вчера утром он давал согласие посетить день рождение, ему еще было все равно. Она надеялась, что после наступивших позднее событий он все-таки передумает и не придет – никто бы не придал значения и не удивился, что Великий Лорд не счел для себя интересным столь незначительное мероприятие. Вряд ли вообще кто-то всерьез рассчитывал на его появление.

Но, похоже, это имело значение для него самого. Как и большинство олоэсс, Силмароин был верен традициям, которые не позволяли нарушить однажды данное слово. Пленник собственных принципов. Такой же, как и Тинэ. Она поймала себя на том, что в который раз испытывает к нему сострадание и странное чувство родства.

До боли в пальцах стиснув бокал, она отвела взгляд. Только этого не хватало! В прошлый раз она уже пожалела его, и ничем хорошим это не закончилось! До сих пор стыдно настолько, что неизвестно, как смотреть ему в глаза? Тинэ судорожно хотела подавить всплывающие от этих мыслей воспоминания о вчерашнем дне, но это было выше всяких сил! Горло сдавило мучительным спазмом.

Лианна везла Великого Лорда в свое поместье, находившееся неподалеку от владений Тинэ. По пути они решили нанести визит вежливости соседке и застали подготовку к празднику. Хозяйке ничего не оставалось, как по канонам гостеприимства пригласить их на завтрашнее торжество. По тем же канонам она уговорила их остаться в замке, чтобы не тратить время на дорогу туда и обратно.

Тинэ не знала, что Нимлируин и Лианна знакомы. Она догадывалась, что он увлекся другой женщиной, но поняла кто это, только когда увидела их вместе. По скованным движениям. По тому, как они с усилием отводили взгляды друг от друга, почти не в состоянии прятать страсть от окружающих. Даже ребенок заметил бы, что с ними происходит. Лишь правила хорошего тона заставляли их держаться на расстоянии, поскольку оба находились в этом доме со спутниками.

Скорее всего, они действительно случайно столкнулись в коридоре гостевого крыла. И поскольку оказались наедине, ничто больше не могло сдержать их влечения. Тинэ как раз проводила очередного посетителя в отведенные ему покои и собиралась спуститься в зал, как вдруг наткнулась взглядом на жаркое переплетение двух тел, почти скрытых вздуваемой ветром занавесью окна.

Больше всего на свете олоэсс ценили и отстаивали право свободного выбора. Во всем. И сильнее всего в том, что касалось интимных отношений. Это была единственная вещь, которая оставалась увлекательной на протяжении их длинных жизней. Никто не смел мешать мужчине или женщине выбирать с кем и когда заниматься любовью.

Существовало лишь одно неукоснительное правило, запрещающее выставлять близость напоказ. Древний обычай, за многие тысячелетия обросший тонкостями и нюансами – в основе своей он был прост, как любой закон природы: не хочешь попасть в неудобное положение – не ставь в него ближнего. А если хочешь получать удовольствие – не мешай его получать другим.

Поэтому ревность и скандалы на тему неверности считались недопустимыми. Поколение за поколением воспитанные на подобных нерушимых правилах олоэсс даже значение этих слов забыли. Но Тинэ неожиданно для себя испытала шок и боль. И задетое самолюбие пронзило сердце мучительнее всего. Снова мужчина, которого она хотела, потерял к ней интерес. Отчего? Что с ней не так? Почему никто не пытался так же страстно овладеть ею в первом удобном месте?

Словно приклеенная потрясением к полу, она во все глаза смотрела на стремительно-жадные объятия Нима и Лианны. Ей отчаянно захотелось оказаться на месте девушки, ощутить вкус его губ и сладкий запах дыхания. Почувствовать под пальцами нежность его холодной кожи.

Дуновение сквозняка шевельнуло подол ее длинного платья – за спиной Тинэ беззвучно открылась дверь. Силмароин вышел из покоев, где умывался и отдыхал после дороги. Он успел заметить выражение ее лица, прежде чем она совладала с собой и нацепила подходящую к случаю маску безразличия. Внимательно проследив за направлением ее взгляда, он застыл как ледяная глыба: такой же огромный, сверкающий и холодный.

Тинэ неожиданно почувствовала себя глупо – возможно, если бы она не стояла тут, он бы ничего не заметил. А так она выставила напоказ свои неуместные эмоции! Ощущая неловкость, она уже хотела завязать непринужденную беседу и увести гостя в общий зал, но слова застряли в горле, когда она увидела его глаза. Ему тоже было больно! Этот трехсотлетний олоэсс, повидавший на своем веку такое что ей и не снилось, который должен был бы хладнокровно пройти мимо развлекающейся парочки и тут же забыть столь непримечательное событие, тоже испытывал боль. Мало того – пусть и на мгновение, но позволил различить это чувство постороннему.

И тогда что-то сломалось в сознании Тинэ. Рухнули какие-то непреложные истины, вроде недоступности звезд на небе. Или непогрешимости Наставника.

Долгие годы, с тех пор как попала под командование Великого Лорда, она наблюдала за ним с неизменным восхищением. За идеально выверенными движениями, даже если он просто шел по улице или почесывал лоб. За безукоризненным построением фраз. Ни единого ненужного слова. Ни одного лишнего жеста. Всегда только точный расчет. Совершенный, блистательный, неприступный, как луна в ночном небе, он был эталоном, с которым они все и не мечтали когда-нибудь сравняться! Даже в горячем бреду, она не посмела бы и намека на мысль о чем-то интимном в его сторону.

Миг прошел, и лицо Силмароина лишилось всяких эмоций, кроме привычной, с годами въевшейся в черты надменности. Он повернул голову к ней – глаза, такие же серые, почти бесцветные, как у Тинэ, или любого чистокровного олоэсс, смотрели пронизывающе. Но это больше не могло ни испугать, ни смутить девушку. Страдание, просочившееся сквозь брешь в его безупречной броне, успело заразить ее. Помноженное на собственную боль, оно разрослось в отчаяние, сокрушившее остатки здравого смысла! И в этом безумии, Тинэ почему-то увидела в предводителе родственную душу. Способную понять и оценить ее собственные стремления. Ей захотелось вернуть ему умиротворение. А еще больше – с его помощью успокоиться самой.

Она повернулась, и смело сделала шаг, приблизивший ее к наставнику вплотную. Изобразив самую ослепительную улыбку, на какую только была способна, девушка произнесла:

– Захватывающее зрелище, не правда ли? – и, лукаво сверкнув глазами, добавила, – Мы бы, наверное, смогли не хуже.

Силмароин был слишком высок для нее: чтобы смотреть ему в лицо с такого близкого расстояния, Тинэ приходилось сильно задирать голову. Выполнить то, что задумала без его содействия она бы не смогла, и на секунду испугалась, что он не поддастся. К счастью Великий Лорд либо сразу не понял ее намерений, либо решил уступить такому страстному напору – так что, когда она протянула руку, обняла его за шею и притянула голову к себе, он не сопротивлялся.

Губы девушки еще хранили память о поцелуях Нимлируина, руки помнили тепло и очертания его тела. Она ожидала ощутить тоже самое. Но склонившийся над ней мужчина был совсем другим. На мгновение эта чуждость окатила ее колючей ледяной волной. А затем новые впечатления подхватили сознание и закружили в вихре покалывающих жаром искр. Она с жадностью поймала его выдох, ощущая незнакомый вкус дыхания. Его плечи под ее пальцами были твердыми, как алмаз и почти такими же холодными, как этот драгоценный камень. Силмароин не сопротивлялся ее поцелую, даже сначала ответил: неожиданно мягко, нежно. Потом все более вяло, пока, наконец, не остановился совсем. Когда неподалеку зазвучали голоса кого-то из шатающихся по замку гостей, Великий Лорд взял ее за плечи и решительно отстранил на расстояние вытянутых рук.

Тинэ осознала, что ее глаза под наваждением новых ощущений закрылись сами собой, только когда ей пришлось открыть их, чтобы бросить озадаченный взгляд на Силмароина. Увидев его лицо, она вздрогнула: в голове все перемешалось настолько, что девушка ожидала увидеть Нима, которого непроизвольно представляла во время поцелуя. Неожиданно особенно остро стала заметна разница между их внешностью. Великий Лорд тоже был красив. По сравнению с мягким чувственным очарованием Нимлируина, более резкая привлекательность его заостренных черт колола, разила словно кинжал, пугая и заставляя олоэсс безотчетно отгораживаться от нее. Тинэ судорожно вздохнула.

В странно потемневших глазах Силмароина отражались непонятные чувства, а лицо ничего не выражало. Убедившись, что девушка не пытается возобновить объятия, он отпустил ее плечи и с холодной вежливостью произнес:

– Это было не обязательно.

После чего развернулся и неторопливо покинул гостевое крыло, спустившись по ажурной винтовой лестнице в общий зал.

Реальность настигла Тинэ, как обрушившаяся с гор снежная лавина. Это что – она действительно сейчас отнеслась к Великому Лорду как к обычному олоэсс? Мало того, накинулась на него и практически навязалась со своими поцелуями? На него? Наставника, который всегда являлся для нее чем-то вроде отца или любого кровного старшего родственника? Тинэ почувствовала, как жар стыда заливает щеки, а в желудке образовывается ледяной ком брезгливости. Что же она сделала! Вот дура!

Как ей вообще пришло в голову, что она способна угадать, какое чувство, похожее на боль, промелькнуло в его глазах? И чем в действительности его задело увиденное? Откуда ей понять, какие мысли могут рождаться в этом непостижимом разуме?

Вряд ли, если бы их заметили вместе, что-то нарушилось бы в отношениях Силмароина и Лианны, но на мгновение Тинэ показалось, что именно поэтому он и остановился. И еще он так странно смотрел на нее.

Какая глупость! Девушка тряхнула головой. Сколько ни старайся угадать, а все равно не поймешь, что у него на уме. Надо только теперь как-то пережить вечер и следующий день в их присутствии. Как будто ей мало одного Нима! Закрыв лицо руками, Тинэ прислонилась к стене, пытаясь отыскать в душе достаточно храбрости, чтобы спуститься в общий зал. К счастью компания гостей, чьи приближающиеся голоса они с Великим Лордом недавно слышали, ворвалась в гостевое крыло шумной гурьбой, разрушив объятия Нима и Лианны, и увлекла хозяйку на поиски всех отлынивающих от веселья олоэсс. Через десять минут, наставник и его спутница покинули замок. Тинэ вздохнула с облегчением, уверенная, что они не вернутся.

И вот сейчас они уже подходят к столу, которым именинница отгородилась от бестолковой суеты начинающегося праздника. Ой, чувствует ее сердце: добром этот день теперь не кончится!

Остановившись всего в паре шагов от соседки, Лианна добродушно улыбнулась и послала ей воздушный поцелуй, после чего, посчитав свой долг исполненным, убежала к друзьям. Силмароин казалось, не заметил этого: подобрав полы белой расшитой серебром официальной накидки, из-под которой выглянули походные штаны, он присел на скамью, напротив Тинэ. С любопытством потянулся и взял в руки бутыль мерсса. Понюхав и рассмотрев ее на просвет, он с уважением присвистнул:

– А ты серьезно подошла к делу.

Почувствовав издевку в его голосе, девушка бросила унылый взгляд в зал, где слуги предлагали гостям слабоалкогольные нектары, чтобы никто не успел напиться до невменяемости еще до начала торжества. Ну, вот опять она явно продемонстрировала ему свои неуместные переживания! Ведь он единственный мог сразу догадаться, по какому случаю, она выбрала такой убойный напиток. Упрямо стиснув зубы, она гордо вскинула подбородок и заставила себя посмотреть прямо в глаза мужчине. Пусть думает что хочет!

Насмешливо изогнув бровь, наставник изобразил нечто вроде поклона, отмечая ее храбрость и готовность принимать ответственность за собственные действия. Повернувшись к слуге-человеку, замершему неподалеку, на случай если хозяйке что-нибудь понадобится, Великий Лорд послал ему красноречивый взгляд. Быстро сообразив, что от него хотят, прислужник поставил на стол еще один бокал и наполнил его мерссом. С удовольствием сделав большой глоток, Силмароин из-под прищура осмотрел зал, став похожим на огромного снежного барса, сыто наблюдающего за добычей:

– Вижу вся банда в сборе. Отпуск вам пришелся очень кстати. Маетесь дурью!

– Я вернулась неделю назад. Не знала, что отряд тоже завершил задание, – рефлекторно перейдя к оправданиям, пробурчала Тинэ.

Жар вдруг бросился ей в лицо, когда она поняла, что совсем успела позабыть, кто перед ней. Трудно по-прежнему воспринимать предводителем мужчину, к которому совсем недавно испытывала хоть и мимолетную, но страсть. Конечно же, он видел это и наверняка специально, якобы мимоходом напомнил, кто есть кто. Сволочь!

Заметив ее реакцию, Великий Лорд, внимательно глядя девушке в глаза, медленно искривил рот в жестокой хищной улыбке. Холодный расчетливый гад! Все мужики, сколько бы лет им не было и будь они хоть трижды наставниками, полные мерзавцы! Несмотря на злость и стыд, Тинэ не могла оторвать взгляд от его губ, только сейчас осознав, что их образ постоянно преследовал ее со вчерашнего дня. Да что ж такое с ней творится?

– Совсем расслабились без нагрузки. Не знаете, какое применение себе найти, – привычным покровительственным тоном продолжал он, – Вон друзья твои, похоже, уже под все юбки успели заглянуть, а кавалер превзошел остальных, последний стыд потерял! Что под конец делать будете, когда все развлечения перепробуете? Драку устроите?

Тинэ сжималась от каждого слова, а когда он с беззлобной иронией упомянул Нима, почувствовала болезненный укол по самолюбию. Правильно, надо добить ее! Чтобы в следующий раз не находила того, чего нет в глазах наставника и даже не смела помыслить о каких-то непристойных вольностях в его сторону. Впервые в жизни ей тонко напомнили о субординации, и это оказалось невыносимо стыдно – так почему же она продолжает смотреть на его губы?

А все из-за Нимлируина! Зачем он только явился на этот дурацкий день рождения! Мелькал перед ней своей обаятельной физиономией, будто дразнил: и вроде рядом, но прикоснуться нельзя. Тут поневоле кинешься на первого встречного. Как жаль, что первым встречным именно наставник оказался! Сплошное невезение со всех сторон. Вон еще и напиться никак не получается.

Тинэ долила остатки мерсса в бокал и с сожалением отставила бутылку. Хотела, было потребовать еще одну, но, увидев неподалеку мнущихся в ожидании слуг со стопками скатертей и посудой на подносах, поняла, что настало время накрывать столы. Залпом опустошив бокал, она попыталась подняться и только тут почувствовала что ноги плохо слушаются, а перед глазами все плывет. Видимо опьянение все-таки добралось до нее, но сидя ощущалось не так сильно.

– Пор-ра переходить на террасу. Там уже должны были ус-становить чаши с подогретым корром, – язык девушки немного заплетался. Как же не вовремя сегодня все происходит – одно дело упасть под стол в замке и совсем другое свалиться без чувств на улице. Так и разбиться недолго.

Окинув взглядом всех гостей, Тинэ попыталась придумать, как бы побыстрее выдворить их из зала. И неожиданно отметила, что многие пристально наблюдают за ней и Силмароином. Большинству из присутствующих никогда не доводилось находиться с Великим Лордом в одном помещении, не удивительно, что они испытывали любопытство. Девушке стало неуютно под вниманием стольких глаз. Обойдя стол, она хотела предложить руку наставнику, чтобы проводить его на улицу, как вдруг краем зрения заметила какую-то волну движения в толпе.

Удивленные олоэсс отступали от неистово целующейся возле резной колонны пары. Прошло несколько мгновений, прежде чем Тинэ осознала, что мужчина никто иной, как Ним, а девушка, которую он так страстно сжимает в объятиях – Лианна. Судя по всему, для всех стало неожиданностью, что пассия Великого Лорда и один из его подчиненных так открыто демонстрировали влечение в присутствии своих официальных спутников. А они снова не удержались. Чего-то подобного именинница и ожидала: кто-то из них обязательно должен был окончательно испортить ей праздник! И конечно время выбрали самое подходящее, на виду у стольких гостей! Словно в ответ на ее мысли, множество заинтересованных взглядов тут же устремились в ее с наставником сторону, чтобы проверить их реакцию.

Тинэ чуть обернулась, чтобы посмотреть заметил ли Силмароин происходящее. Он стоял прямо за ее спиной и, наклонив голову, исподлобья разглядывал любовников. Скорее всего, издалека его лицо казалось равнодушным, но девушке было хорошо видно, как ходят желваки на его скулах, а в глазах плескается раздражение. И еще какое-то странное чувство. Сейчас он как никогда был похож на смертельно-опасного раненного зверя. Пусть ее забросают камнями, но это была боль! На этот раз она точно не могла ошибиться. Другой вопрос, по какой причине он ее испытывает?

Сама Тинэ от унижения мечтала провалиться под белые мраморные плиты пола. Или убежать без оглядки. Но если она так сделает, то покажет свои нелепые обиду и ревность и станет посмешищем! Как же сохранить хотя бы иллюзию невозмутимости? Она смотрела на окружающих, и их легкое любопытство вдруг показалось ей жадным и враждебным стремлением найти причину для насмешек и сплетен. Единственное родственное существо, испытывающее похожие переживания, стояло за спиной.

Почти не осознавая, что делает, Тинэ беззаботно улыбнулась и, развернувшись, обняла Силмароина за шею одной рукой, за талию другой и прижалась к нему всем телом. Вздрогнув, он рефлекторно обнял ее в ответ. Мужчина не хотел ее целовать – девушка поняла это по секундному сопротивлению, которое он оказал, когда она старалась наклонить его голову. Но все-таки поддался, понимая, что отказ на глазах у всей публики будет выглядеть комично.

Как только его губы коснулись ее, Тинэ забыла обо всем на свете. Все ее существо только и ждало повода, чтобы снова сделать это. Девушка наслаждалась – пила этот поцелуй, словно давно погибала от жажды и, наконец-то добралась до влаги. И даже не заметила, как наставник развернул ее, загородив широкой спиной от чужих взглядов. Больно впившись ей в руки, он оторвал ее от себя и оттолкнул. В его взгляде была ненависть, а лицо исказилось от неприязни. Подождав несколько мгновений и убедившись, что девушка пришла в себя, он зло прошипел:

– Ты еще не поняла? Я не нуждаюсь в жалости!

Тинэ почувствовала, как ее сердце пропустило удар, и ледяной холод стал расползаться по телу. Вот так. Каждый сосредоточен только на своих ощущениях: Ним на страсти к другой женщине, Симароина на том, чтобы не приведи Светлые Духи, не было задето его самолюбие. Только ее чувства никому тут не интересны.

– А я? Меня-то кто-нибудь пожалеет? – почти беззвучно прошептала она.

Все опьянение словно ветром сдуло. Впервые в жизни она ощутила полное опустошение и абсолютное безразличие ко всему: к гостям, к празднику, к ненавистным традициям. За долю секунды в ней разрушились последние остатки самоконтроля, исчезли все нормы поведения, к которым девушка приучала себя долгие годы. Не осталось ничего, что могло бы ее сдерживать.

Почему-то теперь легко стало выглядеть бесстрастной – наверное, потому, что Тинэ на самом деле ничего не чувствовала. Кроме единственного желания: немедленно уйти – все равно куда, лишь бы подальше от этого места! Обогнув стол, чтобы не приближаться к Силмароину, она стала спускаться с помоста. И не видела, с каким изумлением смотрел ей в след Великий Лорд, для натренированного слуха которого, расслышать ее последние слова не составило никакого труда.


* * *


Силмароин изумленно смотрел в след Тинэйкалад, чувствуя себя последним идиотом. Поддавшись витающим в воздухе страстям, которые всегда распространяют вокруг себя молодые олоэсс, он совсем утратил здравый смысл. Скатился до их уровня, хотя был бесконечно старше любого из присутствующих. Наставник, называется! Девчонку, похоже, давно терзали какие-то переживания, а он и не заметил, зациклившись на собственных ощущениях.

Что ж, он сам хотел, чтобы она изменилась. Сбросила, наконец, неприступные оковы жесткого воспитания и груз безупречной чести знатнейшей семьи, которую смертельно боялась запятнать. Пока она была подростком, с этим можно было как-то мириться. Но половое созревание протекало у молодежи их расы так стихийно и всеобъемлюще, что целиком поглощало внимание, мешая сосредоточиться на чем-то другом. Борьба между зарождающейся чувственностью и надуманными правилами приличия, сделали Тинэ просто невыносимой, по сравнению с менее родовитыми и не столь притязательными ровесниками в команде! Силмароин вздохнул с облегчением, отправив девушку в составе посольства к людям. Ничто так не заставляет олоэсс повзрослеть, чем наблюдение за быстротечной человеческой жизнью. И вот он, результат.

Во что же она успела вляпаться за неделю с момента возвращения? Неужели все дело в шалопае Нимлируине? За последние несколько лет, парень умудрился лишить покоя многие сердца. Причем обоих полов. И останавливаться на достигнутом, похоже не собирался. Тинэ, конечно не могла об этом знать. Да и вообще всегда слишком серьезно ко всему относилась. Пора найти поганцу какое-нибудь занятие! Пока до беды не дошло.

Взрослое поколение приветствовало свободные взгляды на интимные отношения среди молодежи, всячески поддерживая миф об отсутствии собственнических чувств у олоэсс по сравнению с людьми. Правда состояла в том, что эти чувства, хоть и притупившиеся за многие века, все-таки дремали у каждого в глубине души. И время от времени вызывали проблемы. Нередко со смертельным исходом. Вот и Ним в любой момент рисковал нарваться. Ведь следующий Великий Лорд, на чью женщину он посмеет покуситься, не обязательно будет его наставником.

Ругая себя последними словами, Силмароин с тревогой наблюдал за тем, как Тинэ спускалась с подиума и шла по залу. Рассеяно улыбаясь, она кивала гостям, позволяла себя обнимать и невпопад отвечала на вопросы, видимо даже не понимая их смысла. И непреклонно продвигалась к выходу. Совсем сорвалась девчонка. Как бы чего не натворила.

Не отрывая от нее напряженного взгляда, Великий Лорд неторопливо отправился следом, впервые не испытывая раздражения от того, что весь молодняк в замке робеет перед ним настолько, что не осмеливается заговорить. Вот и хорошо! Не будут отвлекать.

Так что все-таки это было? В тот раз, в коридоре гостевого крыла, он явно увидел в ее глазах жалость. Тинэ всегда отличалась острой наблюдательностью, замечая то, чего другие не видели. Она вполне могла различить раздражение, проскользнувшее в его глазах. И конечно не осталась равнодушной к чувствам обожаемого наставника. Сострадательность вообще была присуща её характеру, как и другие положительные качества, которые в нее вдалбливали с пеленок. Идиотство! Это его просто взбесило! Зачем так издеваться над детьми? Она не идеальный фарфоровый солдатик, а живая девушка!

Он вспомнил о ее дерзком поцелуе, чувствуя, как губы против воли растягиваются в улыбке. Да, живая. И как оказалось, очень страстная. Горячая. "Мерцающее серебряное пламя" – в вольном переводе с древнего наречия, означало ее имя. И она вполне соответствовала ему. Когда-нибудь Тинэ превзойдет своего горе-любовника по количеству разбитых сердец. Отличный растет ребенок.

Она вышла на террасу, где в огромных чашах на кованых подставках действительно уже дымился корр, распространяя дивный, пьянящий аромат трав. Отмахнулась от кинувшихся, было к ней слуг, и спустилась вниз по лестнице.

Замок рода Каранэ располагался прямо на берегу огромного вулканического озера Линсу, в чьей зеркально-черной глади сейчас отражался клонящийся к закату багровый диск солнца. И Тинэ решительно шагала по песку пляжа в сторону воды. Утопиться, что ли решила? Ну, точно! Заметив, как девушка начала избавляться от одежды, небрежно разбрасывая ее по пути, Силмароин прибавил шагу, спиной чувствуя любопытные взгляды высыпающих следом гостей. Вот глупая! Что она задумала? Вряд ли конечно, желая утопиться, кому-то придет в голову поберечь от намокания вещи, но кто ее знает – может это рефлексы и она не задумывается о своих действиях?

Дурак! Идиот! Тупица! Должен был поддержать девочку, расспросить, утешить, а вместо этого, похоже, добил окончательно! Нассставник! Он слегка сбился с шага, когда Тинэ скинула последнюю нижнюю юбку. Вскользь с одобрением отметил, что девушка не потеряла форму за пять лет мирной жизни при посольстве: ее тонкое белоснежное тело по-прежнему было подтянутым и крепким. Но что она творит? Обнажается при толпе посторонних! А потом будет с ума сходить от стыда. Хотя, как ни странно, ничего эротичного в ее виде сейчас не было: в своем белом, почти лишенном украшений армейском белье она походила на готовящегося к рукопашному поединку борца.

Лицо Силмароина снова озарила невольная улыбка. Несмотря на круговорот стремительно меняющихся поклонников, малышка оставалась совершенно бесхитростной и неискушенной, будто и не владела присущим женщине искусством соблазнения. В отличие от многих ровесниц, вроде Лианны, у которой белье было словно соткано из тончайшей паутины и покрыто алмазами, как каплями утренней росы. Из всех наблюдавших за Тинэ в этот миг олоэсс, оценить грацию напряженного тела, филигранное плетение перекатывающихся под бархатистой кожей мускулов, плавную линию высокой груди, мог сейчас, пожалуй, только один-единственный трехсотлетний Великий Лорд. Да, а девчонка-то выросла! Тряхнув головой, он заставил себя отвлечься от хлынувшего вниз живота горячего притока крови, еще раз вспомнив, что является предводителем и наставником. Жить с Тинэ в одном отряде будет теперь непросто.

Почти у самой воды девушка обернулась, скользнув невидящим полубезумным взглядом по Силмароину, а потом, оттолкнувшись от края высокого берега и чуть склонившись, кинулась головой вниз, в черные глубины озера, сразу пропав из вида. Великий Лорд инстинктивно рванулся вперед, даже не задумавшись о том, что привлекает внимание гостей и возможно создает ненужную панику. Одним движением руки сорвал через голову длинную накидку вместе с нижней рубашкой. На ходу сбросил сапоги, чтобы не мешали плыть. И, не останавливаясь, нырнул – войдя ровно в центр расходящихся кругов, как стрела в мишень.

Вода оказалась теплой и совершенно прозрачной, а дно приблизилось настолько стремительно, что Силмароин еле успел оттолкнуться от него. Раздраженно отведя рукой окутавшие лицо длинные волосы, расползающиеся вокруг, словно причудливые белые водоросли, он медленно развернулся. Внимательно осмотрелся, и нигде не заметив бесчувственного тела, одним сильным гребком поднял себя на поверхность.

Девушка была уже далеко, двигаясь так быстро, что создавала на гладком зеркале озера широкую, расходящуюся клином волну. Сильмароин вздохнул с облегчением. Ладно. Значит, топиться не собиралась. Хоть это радует – с головой у девчонки не так плохо, как казалось. Закрыв глаза, мужчина вдруг почувствовал усталость и зарождающееся где-то в глубине души раздражение. Как же его достали эти подростки со своей ранимой психикой! Ну, куда ее несет? Знает же, что плавать никогда толком не умела! Или все-таки это такой изощренный способ самоубийства: измотать себя до полной потери сил, чтобы потом точно не всплыть?

Нет, лучше он сам ее придушит! Это уж точно будет наверняка. Вытащит из воды за волосы и придушит. Медленно и мучительно. Чтоб не устраивала идиотских спектаклей и не позорила наставника!

Тинэ успела заплыть довольно далеко, когда он нагнал ее. По замедлившимся движениям и шумному дыханию было понятно, что она уже почти выбилась из сил. Даже для Силмароина такая дистанция оказалась нелегкой: врывающийся в грудь воздух стал обжигающе-сухим. Горло саднило.

– А ну стоять, Тинэ! – рявкнул он, – Назад!

Приказной тон подействовал безотказно. Девушка вздрогнула, бросила на мужчину испуганный взгляд и быстро развернувшись, поплыла в обратном направлении. Дура! Ну, дай только добраться до берега!


* * *

Выходя из зала, Тинэ чувствовала себя стальной пружиной, которую долго закручивали, потом удерживали в состоянии противоестественного покоя, а затем отпустили на волю. Накопившаяся за целую неделю вынужденного бездействия энергия переполняла ее, отчаянно требуя выхода. Казалось если девушка немедленно не найдет куда ее деть, то просто взорвется и рассеется в воздухе фейерверком сверкающих искр. Хотелось бежать так стремительно и безостановочно, чтобы ветер шумел в ушах, а ноги не ощущали землю. Но в огромном разросшемся вокруг поместья лесу пробираться сквозь деревья можно было только с помощью топора, а ей не хотелось замедляться даже на мгновенье. Багровеющее в лучах заката озеро привлекло ее своим бескрайним ничем не ограниченным пространством и, прыгая в воду, девушка даже не вспомнила, что всегда плохо плавала.

Привыкшее к ежедневным изнурительным тренировкам тело с удовольствием приняло знакомую нагрузку. Наслаждаясь каждым взмахом руки, Тинэ долго не осознавала, что плывет очень быстро, поглощенная тем, как разрастающееся тепло в мышцах постепенно выталкивает напряжение. Радость от сознания, что впервые за несколько дней сделала то, чего хотелось ей самой, заполнила душу, растворив в себе обиду на чужое непонимание и злость на собственное идиотское поведение. Все недавние переживания теперь показались глупыми и несерьезными.

Она уже целиком погрузилась в необычную, словно порожденную наркотической эйфорией легкую безмятежность, когда резкий окрик заставил ее испуганно обернуться. Такого гнева в пронизывающих, серых как древние полярные льды глазах предводителя, она еще никогда не видела. Подчиняться приказам его голоса давно стало для девушки въевшимся в разум рефлексом. Совершенно не задумываясь о том, что делает, Тинэ быстро развернулась и поплыла в обратную сторону. И лишь спустя несколько мгновений начала осмысливать происходящее.

Оказывается, горло давно жгло от каждого вдоха, мышцы свело от усталости – а берег был так далеко, что казался абсолютно недосягаемым. Паника защекотала сердце. Краем зрения девушка видела, что наставник держится поблизости. Интересно, что он вообще здесь делает? Неужели волнуется, как бы она не утонула?

Ну, точно! Он с трудом приноравливался к ее медленным движениям, готовый в любой момент прийти на помощь, хоть и бросал на нее убийственные взгляды. Тогда понятно, чего он злится – ведь снова против своей воли оказался вынужден обратить внимание на ее надоедливую персону.

Нет, так не пойдет! Она не собиралась опять навязываться – как раз наоборот, его первого хотела избавить от своего присутствия. И тонуть вовсе не входило в ее планы! Не напрасно же старались предшествующие поколения воинов ее семьи, оставляя ей в наследство готовое к любым испытаниям тело? Значит, она доплывет до берега, как бы далеко он ни был.

Подталкиваемая неожиданно проснувшимся упрямством, Тинэ поплыла быстрее, опять ощущая радость движения. И хоть в груди, как в кузне бушевал огонь, она все-таки нашла в себе силы оглянуться и послать в угрюмое лицо наставника ободряющую веселую улыбку.

Великий Лорд от неожиданности недоуменно моргнул, злость в его глазах на миг сменилась удивлением. Затем лицо стало разглаживаться, возвращаясь к обычному холодному безразличию, будто он отчего-то вдруг успокоился. Только едва заметно нахмурившиеся белоснежные брови, да легкий прищур выдавали задумчивость.

Тинэ сама не знала, каким чудом все-таки добралась до берега. В небольшой лагуне было не так много мест, где можно без чужой помощи выбраться на сушу, и девушке пришлось долго кружить в стороне от обрыва, прежде чем она нащупала дно. Сил не осталось даже на то, чтобы встать, так что на песок пляжа она выползла, словно безногая русалка. Встревоженные, снедаемые любопытством гости уже бежали к ней.

Первым оказался рядом Вилиарон – один из ближайших друзей Тинэ в отряде. Сжимая под мышкой подобранные вещи купальщиков, он присел рядом с ней на корточки, и с выражением величайшего неодобрения на лице, поинтересовался:

– Что это было, Тинэ?

Открыв один глаз, бесстыдно распластавшаяся, словно морская звезда, только лишь в нижнем белье, девушка с ленивой улыбкой ответила:

– Знаешь, Вил, так захотелось размяться, что просто сил удержаться не было.

– А он? – друг подозрительно кивнул на невозмутимо выползающего на берег Силмароина, с потрясающим равнодушием игнорирующего любопытные взгляды.

Тинэ мимоходом отметила, с каким плотоядным интересом олоэсс разглядывают обнаженный, перевитый напряженными канатами мускулов широкий торс Великого Лорда. Да! Все присутствующие на празднике стройные до худобы молодые парни по сравнению с ним казались младенцами, никогда не державшими в руках ничего тяжелее игрушечной сабли. Впервые девушке довелось увидеть нацеленные на предводителя неприкрытые вожделеющие взгляды. Невольно поставив себя на место других женщин, она попыталась смотреть на него их глазами и почувствовала, как на миг задохнулась, осознав, что он привлекает внимание вовсе не только как представитель загадочного высшего сословия. Их соблазняли въевшиеся в каждую черту его ледяного облика властность и порождающая чувство опасности сила, ну и конечно непривычная, почти чуждая красота лица.

– Ну а с кем тут лучше соревноваться, как не с наставником? Не с тобой же!

Вил кивнул, принимая ее объяснение. А Тинэ вдруг заметила, как из-под завесы мокрых волос, Силмароин бросил на нее быстрый смеющийся взгляд.


* * *


Великий Лорд, расслабленно откинувшись на локти, разлегся на берегу, делая вид, что задумчиво рассматривает медленно клонящееся к горизонту солнце, а на самом деле внимательно наблюдал, как гости нехотя тянутся к замку вслед за хозяйкой.

По коже до сих пор бродило неприятное жжение после стольких любопытных взглядов. Силмароин прекрасно осознавал насколько экзотичным и притягательным кажется для молодых олоэсс, не избалованных видом обнаженных Великих Лордов. Это было бы даже забавно, если бы его постоянно не преследовало ощущение, будто он выставленный на всеобщее обозрение диковинный зверь. На миг ему показалось, что Тинэйкалад тоже вдруг посмотрела на него так, словно впервые увидела – он услышал, как ее дыхание оборвалось, и заметил, как зрачки чуть расширились. В ответ его кровь тут же нагрелась – нет, скорее вскипела!

С чем бы не было связано поведение девчонки, а собственная реакция Силмароина серьезно встревожила. Так что ему, волей-неволей, пришлось дожидаться, пока берег опустеет, поскольку он просто не мог сразу подняться на ноги в мокрых, плотно облепивших тело штанах. А когда совладал со своим организмом, уходить было уже поздно: он видел, что многие из гостей явно горели желанием остаться и сейчас как никогда готовы осмелиться завести с ним разговор, надеясь на последующее более интимное продолжение.

Не то чтобы он был сильно против, просто время и место не совсем подходящие. Поэтому не стал поощрять их к более решительным действиям, отвернувшись и напустив на себя неприступный холодный вид. В конце концов, когда немного отдышавшаяся хозяйка поднялась и направилась к замку, им пришлось пойти следом за ней, поскольку навязываться тому, кто этого не хочет, считалось верхом неприличия, а других причин задерживаться у них не было.

Силмароин пристально посмотрел в спину Тинэ, которая поднималась на крыльцо, устало опираясь на двоих дружков из отряда. Заметив, как ее плечи тут же нервно вздрогнули, мужчина широко усмехнулся. В его душе словно кошка с собакой сцепились восхищение и неожиданная ярость. Бросаясь в озеро, девчонка, похоже, интуитивно стремилась избавиться от напряжения, и ей достаточно быстро удалось взять себя в руки. Что ж, это вполне нормально для воина – он сам сотни раз с головой окунался в тренировки, пытаясь привести в порядок мысли. К тому же потом, измотанная и практически обессиленная, она все-таки смогла мгновенно придумать простую и правдоподобную отговорку своему странному поступку и высказала ее так нагло и непринужденно, что у гостей не нашлось к чему придраться. Он чуть не расхохотался, заметив их вытянувшиеся лица: они-то так надеялись на пикантную тему для сплетен!

Но она снова пожалела его! И тогда, в воде, посылая успокаивающую улыбку, и уже на берегу, придумав оправдание заодно и для него, хотя вовсе не обязана была этого делать. Что она видела в нем такого, что пробуждало в ней жалость и стремление защитить? В нем? Силмароину хотелось сгрести ее за шиворот, поднять в воздух и трясти до тех пор, пока из ее головы не вылетят эти глупые идеи! Дурочка! Он мог за считанные минуты не оставить никого живого в ее замке, не особо напрягаясь и даже не прибегая к оружию, а эта малявка пытается защищать его!

Удивительно, но, не смотря на странные, несвойственные ему переживания, Великий Лорд чувствовал во всем теле необычайную ленивую умиротворенность и расслабленность. Похоже, купание пришлось как раз кстати не только для Тинэ, хотя мужчина не мог пожаловаться, что неделя отпуска прошла для него в полной праздности. Особенно по ночам, в компании ненасытной Лианны.

Кстати о Лианне. Бросив взгляд на скомканную накидку, которую принес Вил, Силмароин уныло подумал о том, что вся взятая в дорогу одежда находилась в поместье любовницы. Там же остался подарок для именинницы, за которым Силмароин вчера ездил в ремесленный квартал ближайшего города и который забыл в суматохе, учиненной торопящейся на свидание к Ниму пассией.

Вздохнув, мужчина легко вскочил на ноги, подобрал вещи и обувь, и босиком отправился к конюшне. Если поторопиться, то можно успеть освежиться, переодеться и вернуться как раз к тому моменту, когда гости начнут усаживаться за столы. Ведь если он еще не совсем разучился понимать женщин, Тинэ наверняка понадобиться гораздо больше времени, чем ему, чтобы привести себя в порядок.


* * *


Тинэ вернулась в замок, ощущая спокойствие и кристальную ясность в мыслях. Гости украдкой пожирали ее заинтересованными взглядами, и девушка не могла их винить. Наверняка их снедало любопытство, по какой причине она так странно вела себя со вчерашнего вечера, не желая терпеть рядом даже самых близких друзей. И что происходит между ней и Великим Лордом. Но прямо спросить об этом не осмелился даже Вилиарон. Значит, они все будут внимательно следить за ними, пытаясь самостоятельно разгадать эту тайну. Еще час назад Тинэ испугала бы такая перспектива, но сейчас она беззаботно посмеивалась, предвкушая их разочарование. Это могло стать забавным.

Казалось, ничто больше не было способно вывести ее из себя. Даже когда, спустившись из своих покоев, вымытая и переодетая, девушка увидела Нима, занявшего место официального поклонника во главе стола рядом с ее стулом, в ней не шевельнулось ни одно чувство. Парень сидел неподвижно, как каменное изваяние, с отсутствующим взглядом на застывшем лице – будто и не присутствовал в собственном теле, а витал где-то далеко. Лианна выглядела почти так же, отвечая на оживленную болтовню соседей вынужденной натянутой улыбкой. Ее место располагалось чуть дальше середины стола. И стул рядом с ней пустовал. Заметив это, Тинэ ощутила, как сердце болезненно царапнуло разочарование. На секунду происходящее словно потеряло важную долю смысла. Тряхнув головой, девушка отогнала непрошенные мысли, решив, во что бы то ни стало, получить удовольствие от праздника.

Уже несколько раз поднимались бокалы и звучали поздравительные речи, когда в зал легко и беззвучно вбежал Великий Лорд. Вид у него был странный и непривычный. Белая рубашка, с расшитыми серебром кружевами на воротнике и рукавах, больше подходившая для романтических свиданий, чем для торжественных приемов, была заправлена в узкие, плотно облегавшие ноги, серые брюки. Но Силмароин каким-то образом даже в этом легкомысленном наряде умудрялся выглядеть удивительно строго и мужественно, как в армейском мундире. Он расплел традиционные косы на висках – наверное, когда вымывал песок, и его влажные белоснежные волосы свободно спадали за спиной до самого пояса. Сейчас он почему-то как никогда гармонично вписывался в компанию молодых олоэсс.

Непринужденно пройдя к своему месту, он перехватил вопросительный взгляд Тинэ и, усмехнувшись, помахал ей рукой, в которой держал увитую лентами коробочку, показывая причину по которой задержался. Кивнув, девушка окончательно погрузилась в безмятежность и начала с интересом прислушиваться к разговорам гостей. А через несколько минут с азартом вступила в жаркий спор о преимуществах арбалетов по сравнению с луками, который учинили друзья.

Время от времени поглядывая на наставника, она видела, что на своем краю стола он тоже ведет оживленные беседы с соседями. И те, похоже, давно забыв о его высоком статусе, который раньше не давал им и рта раскрыть, беззаботно болтают, зачарованно глазея на мужчину.

Когда солнце до половины затонуло в смоляной глади озера, и на небе заполыхал пожар заката, озаривший белый мрамор замка кровавыми отблесками, слуги внесли сотни маленьких светильников. Музыканты заиграли неторопливую мелодию. И мужчины потихоньку стали увлекать женщин танцевать. В первых рядах, конечно, вышли Ним и Лианна, которых притягивало друг к другу, как мотылька и пламя. Это событие не произвело никакого впечатления ни на Великого Лорда, ни на Тинэ, после чего девушка заметила, что гости вроде бы расслабились и уже не буравят их с наставником неотрывными пытливыми взглядами. Но потом возле ее стула случилось минутное столкновение, когда сразу несколько кавалеров одновременно кинулись, чтобы пригласить ее на танец. Должно быть, хотели попытаться выяснить у нее подробности с глазу на глаз – другой причины такого поголовного внимания к своей персоне, она не видела.

Но как оказалось, Тинэ снова ошиблась. Сначала Вил, ловко отстоявший право первенства, кружил ее по залу, нежно придерживая за талию, умильно заглядывал в глаза, наговорил кучу комплиментов и не задал ни одного вопроса. Это хоть было понятно – он как-никак лучший друг и обязан проявлять понимание и деликатность. Следом за ним незнакомый олоэсс, за компанию прихваченный на день рождения кем-то из гостей, повторил точь-в-точь поведение приятеля. А когда еще один партнер по танцу, уже более откровенно, чем предшественники, намекал на интимное продолжение вечера в ее покоях, девушка вдруг догадалась, в чем дело. Ее возможная связь с Великим Лордом пробудила в них совсем не то любопытство, которого она ожидала.