Елена Шацкая
Когда я вырасту большой

Мексика

– Когда я вырасту большой, я буду очень известной!

– Почему?

– Я напишу книгу…

Если есть где-то рай на земле, то это здесь. Я проспала 13 часов и проснулась от крика попугаев. А за окном – джунгли. Вокруг игуаны, фламинго, попугаи, туканы, цапли, мартышки, черепахи… Совсем тебя не боятся. Людей мало. Они все сосредоточены в барах – ол инклюзив…

***

Мы сидели за столиком и заканчивали свой завтрак. От обитателей джунглей нас отделяла лишь тонкая, но прочная капроновая сетка. Напротив островка с нашим кафе на кафельный берег выбрались две птицы, слегка напоминающие наших уток.

– Наверное, они хотят попросить у нас еды?

– Не похоже. Их кормят здесь. Им просто интересно за нами наблюдать.

– Смотри, это люди, – сказала одна утка другой. – Их здесь кормят и заботятся о них, поэтому они безопасны и неагрессивны. К тому же эти двое – довольно редкий, почти исчезнувший вид. На всей планете их осталось совсем немного.

Живя рядом с людьми, уткам не нужно было заботиться о выживании, еде, холоде. Обычно в душе все страдают от отсутствия этого, но это были необычные утки – их радовало это, ибо они могли придаваться целыми днями своему любимому занятию – наблюдению за людьми.

– В точно назначенный час, – продолжала утка, – они приходят к своим кормушкам, где им дают еду.

– Что? так совсем неопасны? – недоверчиво спросила вторая утка.

– Ну… Тебе нечего бояться. Видишь – их вольер огорожен, – утка кивнула на тонкую сетку, натянутую по всему периметру нашего кафе…

***

С утра море было необыкновенно бирюзовым на фоне надвигающегося фиолетового тропического ливня, яркого, еще не столь жаркого в этот ранний час солнца, окаймленное лентой белого кораллового песка.

На берегу моря стоял мужчина и кормил чаек, которые подхватывали хлеб прямо на лету.

– Надо нам завтра тоже взять хлеб и фотоаппарат. Будем кормить чаек, а потом, когда их соберется много, ты встанешь в намастэ, и я сфотографирую тебя. Вот так.

Я сложила ладошки на груди, едва коснувшись пальцами подбородка, и умиротворенно закрыла глаза. Когда через пару секунд я открыла глаза, то увидела перед собой внимательно разглядывающую меня зависшую в воздухе прямо передо мной стаю чаек.

***

– Как же мы узнаем, что уже 10 часов утра?

– Сюда, на море придёт много людей.

– Почему?

– Потому что в 10 утра кафе закрывается и завтрак заканчивается.

***

Тучи над морем становились все темнее – неумолимо надвигался тропический шторм.

– Пойдём домой, пока нас не застала гроза?

– А как же другие люди, они не успеют искупаться сегодня?

– Они расскажут своим друзьям, что им не повезло с погодой – весь день шёл ливень и нельзя было купаться…

– Но ведь это не так. Мы видели другое. Говорящие утки, чайки…

– Мы просто пришли сюда в своё время… Если человек что-то делает в своё время, то становится интересен природе, и она начинает его изучать.

***

Говорят, что сюда лучше приезжать нашей зимой, когда тут лето. Но мне больше нравится лето – сезон дождей. Тропический ливень здесь бывает почти каждый день, но, если ты все делаешь в гармонии с природой – ты почти не замечаешь его. Он перестает представлять собой какую-то проблему, с которой нужно бороться, принимать во внимание, под которую нужно перестраивать свои желания, перестает представлять источник ограничений. Он становится лишь частью окружающей природы, как воздух, солнце, море. Нужно лишь перестать с ним бороться, принять его существование, и он перестанет влиять на твою жизнь.

***

Плавая, мы весело обсуждали какие-то ничего не значащие темы. И вдруг что-то прикоснулось сзади к моей спине.

– Смотри. На тебя напал крабик.

На поверхности волн, вытянув вперед в боевой готовности клешню, плыл маленький крабик, отчаянно пытаясь бороться со стихией.

Крабики не плавают на поверхности моря. Очевидно, его вымыло штормом из его укрытия. И теперь крабик в своей отчаянной борьбе со стихией пытался найти виновника происходящего с ним. Завидя нас он не бросился удирать, а смело выдвинув клешню начал на нас нападать, словно победа над нами вернула бы ему его дом.

Пока мы недоуменно смотрели, соображая, что нужно делать – то ли помочь ему, то ли защищаться от него, очередная огромная волна закрутила его вихрем и унесла прочь. Как ни старались мы найти его на берегу – смелый крабик исчез.

***

– Здесь в этом огромном отеле есть еще двое русских, – весело сообщила дочь. – Это молодожены.

– Отлично. Значит, у нас все будет гармонично. Они будут с утра до вечера заниматься сексом, а мы с тобой – получать удовольствие…

***

Недалеко от нас в море купалась семья американцев. Девочка что-то задорно кричала папе.

– Что она говорит?

– «Еще раз» …

На всем побережье мы были двумя из четырех русскоговорящих туристов. Небольшое знание языков помогало раньше ей как-то объясниться с официантами, таксистами, таможенниками. Но теперь ей явно хотелось большего – ей хотелось понимать других людей. Скоро ей самой захочется с ними говорить, рассказывать о себе и слушать их истории. И тогда встанет вопрос знания языка. Гораздо быстрее ребенок обучается тому, чему он хочет научиться сам для того, чтобы реализовать своё желание.

***

Проснувшись рано утром, я почувствовала необычайный творческий подъем. Я побывала довольно во многих местах, но ни в одном месте утро само по себе не начиналось с радости. Мне приходилось проводить несколько часов в энергетических и физических упражнениях, прежде чем я находила себя и ощущала начало нового дня. Здесь же начало нового дня наступало само, рано утром с восходом солнца и заканчивалось с его заходом – как будто все так и должно было быть. А может быть оно и везде так? Просто мы просыпаемся не в своё время?

***

За завтраком на нас посмотреть снова пришли две уже знакомые утки. Вынырнув из воды, они стали очищать свои перья, ловко изгибая шеи.

– У них нет совсем костей в шеях? Почему?

– Различные особенности физического строения в природе развиваются в результате возникающих потребностей в чем-то. Например, потребность очищать перья у первых уток стала вырабатывать такую гибкость и особенности строения шеи. Потом эти особенности закрепились в генах и стали передаваться из поколения в поколение. Но как только какая-нибудь утка перестанет выполнять это упражнение, она утратит свою гибкость, её шея закостенеет постепенно. А впоследствии, если это переймёт ее потомство, то это качество заложится в гены – то есть перейдет на уровень души, станет частью ее внутренней природы. Гены – лишь отражение того, что есть в душе.

– А что они делают?

– Они очищают себя от паразитов. Люди тоже очищают себя от паразитов, когда занимаются йогой.

***

Сегодня утром в море к нам подплыла стая больших любопытных рыб и начала описывать круги вокруг нас.

– Почему все говорят, что в этом месте никто не водится? Ведь на нас каждый день кто-то приходит или приплывает посмотреть.

– Может быть те, кто это говорят, просто не интересны рыбам и обитателям джунглей?

***

– Наверное, не все предназначены для воспитания детей?

– Это этап. Когда человек уже самореализовался и раскрыл сам себя, ему становится интересно помочь в этом другим. И тогда он становится художником – помогая ребенку нарисовать свою собственную жизнь.

– Садовником – он не рисует на своем холсте несуществующее, а лишь помогает вырасти и раскрыться тому, что уже существует.

– Но, чтобы помочь кому-то найти своё место в жизни, нужно сначала определиться со своим местом. Иначе ты начнешь конкурировать.

***

Любопытство подводного мира к нам привлекло наше внимание. Нам тоже захотелось разглядеть тех, кто приплывает посмотреть на нас, и мы купили очки для подводного плавания.

Но тут нас неожиданно настигло разочарование. Стая рыб, кружившая вокруг нас, внезапно развернулась и рассыпалась в разные стороны. И перед нашим взором предстало пустынное белое песчаное дно. В этот момент мы перестали быть интересными для обитателей моря – мы стали как все, в подводных очках, ищущие контакта с природой. Видимо природа теряет интерес к человеку в тот момент, когда он начинает растворяться в ней.

***

– Что же мир не готов к новым знаниям?

– Готов.

– Но почему же йогой живут лишь единицы?

– Просто есть люди, которые стремятся к тому, чтобы чувствовать себя избранными. И владение этими знаниями даёт в их глазах им это качество. Им нравится чувствовать себя особенными, потому что им кажется, что они ЗНАЮТ то, что не знают остальные. И поэтому они не хотят и мешают другим получить эти знания. Иначе они станут как все, а они этого очень бояться.

***

Вечером нас пригласили на древний ритуал майя, которому они подвергали всех иностранцев в знак особого уважения и проявления гостеприимства – ритуал очищения в Темаскале.

Темаскаль чем-то напоминает баню, некоторые даже считают его индейской баней.

На машине почти к полуночи нас привезли в глухие джунгли, где по тоненькой тропинке, освещенной светом факелов, мы подошли к пылающему костру. Около костра стоял шаман.

Темаскаль представлял собой каменное сооружение, представляющее изнутри полусферу с отверстием наверху и маленьким лазом, через который человек мог попасть вовнутрь. Полусфера была такого размера, что в этом сооружении, подтянув колени к подбородку, могло находиться не более 13 человек (это связано с астрологическими представлениями майя о количестве планет, вращающихся вокруг солнца). В центре полусферы на полу было углубление, в которое в процессе прохождения ритуала помещались вулканические камни, раскаленные до такого состояния, когда они становились подобно солнцу, испускающего свечение, согревающее мир, из своих недр. Лаз – вход в это лоно, через который попадает мужское семя, чтобы оплодотворить яйцеклетку, а также через которое на свет рождается человек. Раскаленные камни символизируют мужское семя, дающее новую жизнь.

По рассказам шамана, сам ритуал являлся единственным дошедшим до нас ритуалом майя, который был придуман древними целителями майя для того, чтобы восстановить рождаемость и уменьшить смертность во время родов.

Шаман предполагал, что майя – древний народ, мигрировавший с Аляски на юг в поисках теплого климата и плодородных земель. Придя на эти земли, первое, с чем столкнулись люди – это проблема размножения. Рождаемость была очень невысокой из-за большой смертности во время родов и болезни женщин. И тогда древними шаманами был придуман этот ритуал. Помещение женщины в первородное состояние, в лоно матери, где она находилась в безопасности, не нуждалась ни в чем, где было сыро и тепло (было в достаточном количестве и влаги, и тепла) и окуривание различными травами давало свой целебный эффект. Впоследствии этот ритуал стал проводиться для всех представителей племени как профилактика и лечение заболеваний. Этому же ритуалу подвергались все чужеземцы и чужестранцы перед тем, как «ступить на землю майя».

В представлениях майя в основе мира лежат четыре первоэлемента, соответствующие сторонам света. Восход – ветер, запад – огонь, юг – вода и север – земля. Подобным же образом вся жизнь человека подразделяется на четыре этапа – внутриутробный период – воздух, символизирует восход. Период после 13 лет – запад, огонь. В этот период, как считают майя у ребенка наибольшее количество энергии и огромное желание завоевать мир. Период с 39 до 70 лет – период сбора урожая. Человек пожинает плоды своей деятельности, все, что он посадил и вырастил в юности. Этот период символизирует юг или вода. И последний период – смерть – или север, земля. Смерть в философии майя не воспринимается как нечто трагичное. Наоборот, это – начало нового, и конец всему негативному. Майя считают, что солнце последовательно проходит все эти этапы, чтобы, умерев на севере снова встать, родиться на востоке.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.