# Вкус памяти

Таня Свон

Уже несколько веков люди и вампиры живут без войн. Но не все видят счастье в равенстве. Грядет переворот, который готовился не одно десятилетие.

Сандра переезжает в столицу, чтобы начать жизнь с чистого листа. Случайность или судьба вкладывает в руки девушки ритуальный клинок, что давно считался пропавшим? Теперь на Сандру открыта охота. Ей придется научиться выживать, и Нокс готов в этом помочь. Но можно ли верить едва знакомому парню из городской банды Химер? Да, если у тебя нет выбора.

© Таня Свон, 2021

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

## 1

– Да, мам, в колледже все отлично. – Камень, который я сжимала в руке, пульсировал светом, поглощая каждое лживое слово. Все мои фразы, пропитанные враньем и услышанные одним осколком адуляра, моментально передавались тем, у кого есть другие кусочки разбитого лунного камня. Моим родителям.

Эта простая, но незаменимая вещичка называетсяэххо. С его помощью можно связаться даже с тем, кто находится за тысячи километров от тебя. Жаль, что приходится использовать эххо для обмана близких, но иного пути нет.

– Сандра, – голос мамы прозвучал будто внутри моей головы, и я крепче стиснула в пальцах потеплевший камень, – у меня нехорошее предчувствие. Точно нет никаких проблем с учебой, новыми предметами? Может, преподаватели слишком давят на первокурсников?

Чтобы сдержать вздох, полный досады, мне пришлось до боли прикусить губу. Черт! Неужели моя ложь настолько отчетливо звенит в голосе, что мама что-то заподозрила?

– Все отлично, – как можно увереннее протянула я, а сама покосилась в сторону улицы. Оттуда в закоулок, где я пряталась от городского шума, пьяной походкой двинулся смердящий алкоголем незнакомец.

Я скривилась от раздражения и прошила мужчину искрящимся злостью взглядом.

– Сейчас вот с девочками пойдем в библиотеку, делать домашку, – спокойно и громко произнесла я.

Мерзкий незнакомец услышал меня, одарил удивленным взглядом и тут же попятился прочь. Похоже, не только я мечтаю хоть каким-то образом найти уединение в этом огромном, жужжащем, как улей, городе.

– А, занимаетесь уроками, – понятливо прощебетала мама.

Я прикрыла глаза и ярко представила, как она тепло улыбнулась. В груди сразу защемило, а я, ощутив нарастающие тоску и стыд, поспешила сбежать.

– Ладно, мам, я пошла. А то девчонки уже зовут. Папе привет!

Немного погодя небольшой камень молочного цвета потух – связь оборвалась. Я тяжело выдохнула, привалилась спиной к кирпичной стене и сползла на землю. Там меня окончательно поглотила тень безлюдного переулка, спрятав в сумеречный кокон, в который даже звуки, казалось, не проникали.

Сколько еще я смогу обманывать родителей?

В лицо ударил жар стыда, щеки и уши запылали. Я тут же стянула тонкую серую шапку, и по плечам рассыпались пересушенные дешевой краской розовые волосы – единственная яркая деталь в моей нынешней жизни.

В колледж, который для меня выбрали родители, я не попала, намеренно прогуляв вступительные экзамены. Однако родным об этом ничего не сказала. Пусть думают, что прилежно учусь. А я пока буду обустраивать свою жизнь по-своему. Так, как сама хочу.

В студенческое общежитие меня, само собой, не пустили, и все деньги пришлось потратить на съем захудалой комнатки. С работой тоже не заладилось: достойное место без образования вчерашней школьнице не найти, если только не блещешь выдающимся умом и особыми талантами. У меня ничего из этого списка не имелось. Зато амбиций – хоть отбавляй!

Самоуверенность завела меня в Нью-Сайд – шикарный город, который оправданно называют столицей не только Равена, но и мира. А все потому, что именно здесь находится штаб Единого Сената. Еще про Нью-Сайд частенько говорят, что это город, исполняющий мечты. Только вот мало сюда попасть. Нужно как-то выжить. Особенно если эти самые мечты с треском провалились.

В мыслях снова эхом прозвенел восторженный голос мамы. Она так гордилась, что я «поступила» в один из лучших колледжей страны, «схватила удачу за хвост» и все такое… Но учеба на дипломата пусть и перспективна, но далека от моих мечтаний. Этого для меня хотели родители. Но не я сама.

Я вообще не просила ничего из того, что мне давали в избытке. Уже и не вспомню все кружки, секции и команды, в которых я оказалась по настоянию родных. Такое чувство, что мама и папа не смогли смириться с тем, что их дочь – обычный человек, не способный к магии ни в каких ее проявлениях, а потому решили довести до совершенства любые физические навыки, которые можно развивать.

У меня не было ни секунды свободного времени из-за тренировок, секций и репетиторов. Нескончаемые занятия, подготовки к экзаменам, полировка знаний, контроль каждого шага…

Хватит.

Теперь, вырвавшись из-под удушающей опеки, я всего лишь хочу быть собой.

Ухмыльнувшись этим мыслям, я поднялась с сырой после короткого дождя земли, отряхнула выцветшие джинсы и поправила растрепавшиеся локоны неестественного цвета закатного неба.

Быть собой, значит…

Когда я еще жила с родителями и только строила планы, эти слова звучали куда проще. Понятнее. Я знала, что никогда не прогнусь под чужие указки: не стану поступать в выбранный семьей колледж, не буду удобной и послушной. С предвкушением представляла дни, когда наконец дорвусь до Нью-Сайда и начну новою жизнь. И вот я здесь, в огромном городе, где никому не нужна ни я, ни мои амбиции.

Я знаю, чего делать не хочу, но все еще понятия не имею, к чему стремлюсь. К свободе? Вот она, бери! Иди куда хочешь! Делай что хочешь! Только не забывай врать родителям, что ты прилежная студентка-первокурсница и будущий дипломат! Не переживай, ты обязательно расскажешь семье правду, когда добьешься успеха. Смеясь, признаешься, что все это время не пыхтела на унылых парах, а строила карьеру.

«Ага, карьеру, – издевательски пропищал внутренний голос. – Петь на улицах – это не карьера, а жалкая попытка выжить. И, кстати, не особо успешная».

Носок ботинка встретился с бутылкой, что валялась посреди переулка, и та полетела в стену. Стекло со звоном ударилось о камень и разлетелось на осколки, а меня тут же настигла карма в виде брызг с затхлым ароматом спирта. Я поморщилась, в очередной раз проклиная свою импульсивность, выругалась под нос и побрела обратно к проспекту.

Похоже, придется вернуться на съемную квартиру, переодеться. У меня и раньше были проблемы с солдатами, патрулирующими город, а благоухая, как последняя бездомная оборванка, я стану еще более привлекательной мишенью для хранителей порядка.

Пока я думала о своем туманном будущем и совершенно бесперспективном настоящем, на мои плечи словно легла многотонная глыба. Это закономерное последствие полного лжи разговора с родителями. Дыхание стало тяжелым, мышцы налились сталью, взгляд поник, а мысли в голове замедлились, будто мухи, увязшие в смоле.

Нехотя перебирая ногами, я плелась к главной улице, двигаясь навстречу огням большого города, шумной толпе и музыке, льющейся из каждой забегаловки. Когда я только приехала, все это казалось ежедневным ярким праздником. Теперь же стало понятно: если это и праздник, то точно не мой.

Этим выводам вторил слабый звон скудного количества монет, которые я выгребла из кармана куртки. Глядя на эту не внушающую доверия горсточку, я поморщилась. Если на метро не хватит – это конец. Конец законопослушной жизни и моей нервной системе. Потому что, даже оставшись на мели, я не сдамся, не поеду в родной город. Просто методы выживания станут другими.

Пока что я не настолько отчаялась, чтобы признать поражение и идти с повинной к родителям. Ни капли не сомневаюсь – они увезут меня тотчас, едва скажу, в каком состоянии и где нахожусь, когда и что в последний раз ела и каким образом на эту самую еду заработала. Слишком правильные, даже щепетильные, родственники ни на секунду не оставят меня в таком положении.

Только вот для меня это будет означать полный проигрыш – свидетельство, что я ни на что не способна сама. Единственное, что мне останется, – следовать указаниям и быть такой, какой меня всегда надеялись видеть. Правильной. Послушной. Удобной.

Меня передернуло, а кожу лизнула нервная дрожь. Ну уж нет! Всю жизнь я делала то, что от меня ждали. Не понравилось. Больше не хочу. И не буду!

Я мотнула головой, прогоняя дурноту и наваждение мрачных мыслей. Снова опустила глаза к горстке монет и принялась трепетно перебирать свои последние гроши, отсчитывая сумму на дорогу до дома. Едва я вывернула на проспект, монетки заблестели, отражая неоновый свет, но я даже подумать об этом не успела, когда кто-то с силой в меня врезался.

В глазах потемнело, я шумно втянула носом воздух и заметно покачнулась. Последние сбережения, сверкнув на прощание серебристыми гранями, со звоном посыпались на асфальт. Меня затрясло от гнева, сердце сжалось от обиды и разочарования.

– Смотри, куда прешь! – Я метнула яростный взгляд на обидчика, но тут же прикусила язык. Из-под плаща мужчины, что суетливо пытался меня обойти и нырнуть в новый поток людей, угрожающе сверкнул металл.

Я оторопело отшатнулась и тут же налетела спиной на очередного прохожего. Незнакомец от души обругал мою неуклюжесть, но едкие слова донеслись словно сквозь туман. Люди продолжали обходить меня, подобно воде, обтекающей камень. Они неслись куда-то, не обращая внимания ни на испуганную девушку, ни на незнакомца, который прятался с оружием в огромной толпе шумного проспекта.

Мужчина в мою сторону даже не смотрел. Он проталкивался сквозь народ, снова переходя на бег, пока я глупо глядела ему вслед.

Однако ступор рассеялся, когда неестественно мощный поток воздуха незримой свистящей стрелой пронесся прямо возле меня. Я невольно отшатнулась. Взгляд метнулся в сторону, куда была направлена чужая атака. В глубине души я знала, кто будет целью, но все равно тихо охнула, когда незримые путы сковали человека, который еще несколько секунд назад едва не сбил меня с ног.

Когда незнакомец потерял равновесие и повалился на землю, из-под его плаща с металлическим лязгом выпал меч. Клинок звонко клацнул о землю и со скрежетом проехал пару метров по асфальту.

Интересно, мне одной лязг металла показался оглушительным? Словно весь остальной мир умолк, слушая стоны тонкого, блестящего серебром лезвия, которое оказалось почти у моих ног.

Наблюдавшая за развернувшейся сценой толпа вокруг на секунду стихла. Осознание приходило медленно. Я тоже застыла как вкопанная, не зная, что делать. Но даже тогда, когда люди вокруг с криками, в полной суматохе бросились прочь, я так и не посмела шелохнуться. Стояла и глядела на клинок, поблескивающий в неоновых огнях.

Кто-то больно наступил мне на ногу и пихнул локтем под ребра. Жгучие неприятные ощущения мгновенно привели меня в чувство. Сбросив морозное оцепенение, я побежала.

Попыталась пробраться сквозь толпу, стать частью единого обезумевшего потока, но тот настырно пытался меня выплюнуть. Люди вокруг словно озверели и были готовы растоптать друг друга, лишь бы поскорее унести ноги из эпицентра зарождающейся потасовки. В такой круговерти мне не удалось и метра пройти.

Я не удержала равновесие, когда кто-то с силой меня пихнул. Всплеснув руками, я неуклюже рухнула на землю посреди опустевшего пятачка улицы. Из глаз посыпались искры, тупая боль разлилась по плечу и спине. Из горла вырвался не то стон, не то хрип, и я на несколько секунд скрючилась на асфальте. Лишь услышав звук быстро приближающихся шагов, я распахнула веки и чуть не вскрикнула от нарастающей тревоги. Прямо на меня темным ураганом несся абсолютно незнакомый черноволосый парень, с каждым мгновением неминуемо становясь все ближе.

Рука сама потянулась в сторону, пальцы быстро нашарили на земле холодную рукоять. Я крепко стиснула меч и, ощутив, как по коже вдруг будто пробежали разряды молний, вскинула клинок перед собой.

Однако парень, на которого было направлено острие, на меня нападать и не думал. Брюнет меня вообще, похоже, не замечал. Его стальной взгляд оставался прикован к мужчине, который корчился на земле, разрывая невидимые путы.

– Ну уж нет, – сквозь зубы процедил парень, и я заметила, как между его пальцев что-то мелькнуло.

Лист, исписанный какими-то символами. Бумажный амулет? Рассмотреть получше я не успела, потому что испещренный знаками клочок вдруг начал стремительно растворяться в воздухе, будто пожираемый незримым пламенем.

Парень вытянул руку перед собой в тот момент, когда между его пальцев рассеялись последние кусочки амулета. Воздух завибрировал. Кровь заледенела у меня в жилах. Я не увидела, но почувствовала, как под рукой брюнета загудел поток незримой энергии.

Сделав короткое, едва уловимое движение кистью, парень обрушил высвобожденную из амулета магию на своего противника. Тот только успел вырваться из незримых цепей и теперь снова оказался распластан по земле.

Пользуясь заминкой врага, брюнет в несколько шагов сократил разделявшее их расстояние, запрыгнул противнику на спину и заломил ему руки. Поверженный мужчина зашипел сквозь зубы и попытался скинуть соперника.

Я шумно вздохнула, не сумев совладать с эмоциями. Я была уверена, что до меня нарушителям порядка нет никакого дела, но, как оказалось, ошибалась.

– Чего застыла?! – рявкнул парень, пронзив меня стальным взглядом. – Беги!

Мои глаза в ужасе расширились, и в эти короткие мгновения лицо мага прочно осело в моей памяти. Разум еще не успел обдумать, глаза – рассмотреть, но сознание уже запечатлело все черты незнакомца.

Однако, несмотря на мое секундное замешательство, повторять приказ дважды ему не пришлось. Боль мигом испарилась, и я молниеносно вскочила на ноги. Я уже хотела отбросить злосчастный меч, но молодой чародей, словно прочитав мои мысли, выкрикнул:

– Возьми клинок! Я найду тебя!

Раздался почти утробный рык разъяренного мужчины, в человеческой сущности которого я стремительно начинала сомневаться. От этого звука по коже поползли морозные мурашки, а внутренности стянулись в тугой комок. Препираться не было ни желания, ни времени, и я мгновенно сорвалась с места.

Огни города смешались в размытое цветастое пятно. Шум улиц, далекую музыку и чужие голоса заглушали собственное тяжелое дыхание и стук обезумевшего сердца. Ноги несли все дальше от того места, где остались незнакомый чародей и его противник, у которого я, кажется, украла меч…

Меч!!!

Демоны, я и забыла, что несусь по улицам вооруженная! То-то от меня все шарахаются! Надо срочно что-то с этим делать. Если солдаты заметят меня, шныряющую по городу с оружием, – тут же увезут на долгие разборки. И плевать им, что драться на мечах не умею, да и клинок вовсе не мой. Хотя последний факт сыграет явно против меня…

Напуганная этими мыслями, я свернула в ближайший проулок, втиснулась в небольшое пространство между мусорными баками и тут же поморщилась – гнилостный запах окутал удушливым коконом, но я собрала волю в кулак и постаралась сосредоточиться.

Что там сказал тот парень? Бежать с мечом? Ха! Очень здорово и понятно, спасибо! Почему я вообще должна выполнять указания какого-то мага, тем самым навлекая на себя чужие беды? Очевидно же, что меч – то еще яблоко раздора, за которым охотится и тот жуткий громила, и преследующий его чародей. Хотя есть у меня подозрение, что желающих завладеть клинком куда больше…

Все еще тяжело дыша после бега, я подозрительно покосилась на клинок, тонкая рукоять которого покоилась в моей ладони. Страх скрипучим голосом нашептывал идею бросить меч и бежать. И без того ведь проблем немало: нужно разбираться с жильем, работой, родителями, в конце концов! Не хватало еще подписаться на участие в чужих конфликтах!

Когда я уже собралась швырнуть оружие за баки, моя рука дрогнула, но тут же замерла. Странное чувство внутри не позволяло осуществить задуманное, но ни на голос совести, ни на шепот страха это похоже не было. Наоборот, я ощутила странную горечь, едва представив, что этот красивый, изящный клинок останется в гадком проулке, пропитанном зловонием мусора.

Я словно пыталась оторвать кусочек себя. Оставить меч было физически тяжело. Пока я мысленно прощалась с клинком, у меня даже пульс участился, а вдоль позвоночника скатилась холодная капелька пота.

Шумно выдохнув, я все-таки сдалась и отбросила мысли об избавлении от меча. С груди мгновенно словно спали тугие путы, легкие до предела заполнились холодным осенним воздухом. По телу прокатилась волна облегчения. Я искренне не понимала: откуда взялся этот моральный барьер? Почему так сложно распрощаться с чужой вещью, которая мне не принесет ничего, кроме проблем?

Затолкав эти вопросы куда подальше в сознание, я сдернула с шеи длинный черный платок, который обычно использовала вместо шарфа. Кожу тут же ужалил холод, я поежилась, но от идеи не отказалась. Знаю, из тонкой полупрозрачной ткани футляр для оружия – так себе, но иных вариантов у меня нет. Либо обмотать клинок хоть чем-то, либо нестись по городу с мечом наперевес.

Сомневалась я недолго. Уверенно кивнула собственным мыслям и торопливо, морщась от боли в ушибленном плече, принялась «упаковывать» в ткань длинный, с мою вытянутую руку, меч. Занимаясь этим, я пыталась убедить себя, что ввязалась в очередную передрягу не потому, что мною движет какое-то странное, необъяснимое чувство притяжения, а потому что меч – это шанс заработать. Не зря же за ним гоняются? Вот и потребую с чародея плату за хранение, когда тот явится за своим сокровищем. А если не явится… продам!

Закончив с маскировкой оружия, я дала себе несколько секунд, чтобы отдышаться, и выскользнула из укрытия, стараясь двигаться быстро, но плавно и спокойно, чтобы не привлекать лишнего внимания. Однако план рухнул, когда вдалеке послышался резкий грохот. Силовой прием? Мне очень повезет, если его использовал тот парень, а не его соперник…

Сомнения прогрызали в сердце дыры, а интуиция вопила, умоляя бежать. Новый раскат магии, сопровождаемый испуганными воплями, прозвучал уже чуточку ближе и окончательно избавил меня от сомнений. Дальше медлить было нельзя.

– Стой! – где-то позади проревел голос преследователя.

Вопреки громогласному приказу я бросилась куда глаза глядят. Даже не стала тратить время на то, чтобы обернуться и проверить, где мой преследователь. Ответ и так был очевиден – слишком близко.

Стекла какого-то прилавка взорвались, когда я пробегала мимо. Осколки чудом не задели меня, но посеяли новую волну паники в толпе. Я расталкивала людей локтями, крепко прижимая к груди обернутый в ткань меч, старалась затеряться среди потока невольных свидетелей происходящего и хотя бы ненадолго слиться с окружающими. Враг ведь не настолько безумен и бесчеловечен, чтобы атаковать невинных людей?

Толпа значительно замедлила меня, но при этом все-таки дала небольшое преимущество. Чужая сила больше не сотрясала воздух, а выловить меня из обезумевшей человеческой массы – не такая уж простая задача. Однако я все равно постоянно оглядывалась, боясь увидеть за плечом перекошенное гневом лицо неведомого преследователя. Хотя, казалось бы, мой кошмар можно прекратить в мгновение ока. Достаточно просто отдать меч, избавиться от навязанной ноши…

Но я не могла. Все внутри противилось этой мысли и заставляло вновь ускорять шаг.

Мое напряжение усилилось во сто крат, когда совсем рядом стали звенеть команды и приказы солдат. Чеканные, короткие фразы хоть и адресовались не мне, но подгоняли незримым кнутом. Люди в темно-зеленой военной форме двигались в противоположную обезумевшей толпе сторону. Солдаты продирались сквозь людей с невозмутимыми строгими лицами. Они пытались сдержать обезумевшую человеческую волну, но сделать это сейчас было почти невозможно. Люди оказались слишком напуганы всполохами чужой силы, громкими взрывами и внезапной суетой, накрывшей оживленный проспект, который теперь превратился в сущий ад.

Мой взгляд метнулся к заметному свертку, в котором таился меч. Я судорожно сглотнула, быстро посмотрела в сторону приближающегося солдата и поежилась от страха. Демоны! А если он решит меня остановить?

Ноги по инерции продолжали нести вперед. Расстояние между мной и стражем быстро сокращалось, и я уже видела, каким цепким взглядом солдат осматривает каждого прохожего…

Я нервно оглянулась и, не заметив слежки, сделала выбор, на который еще минуту назад не решилась бы: в пару шагов перепорхнула из мощного многолюдного потока в другой, не такой плотный, который тянулся к метро.

Замкнутые пространства – не лучшее укрытие при чародейских потасовках. Там куда выше вероятность получить травму, да и спрятаться сложнее. Если мой преследователь заметит, куда я увильнула, все эти прелести мне придется испытать на собственной шкуре. Если, конечно, я вообще смогу войти…

Мои последние монетки, рассыпанные, остались валяться где-то на проспекте. Платить за вход нечем. Но я лучше обманом проскользну внутрь, чем добровольно подставлюсь солдатам и на блюдечке преподнесу им украденный меч. Тем более во всех пятнадцати государствах для клинков действует отдельный закон. Это единственный вид оружия, который нуждается в особой лицензии… которой у меня, разумеется, нет. У меня вообще никакой лицензии нет, я ведь не солдат и совсем не боец!

Но и вот так просто расстаться с мечом я тоже не могу. От одной мысли, что у меня его заберут, в глазах темнеет. Странно, но меня больше беспокоит не наказание за ношение незарегистрированного оружия, а его возможная утрата.

Больше ни капли не сомневаясь, я последний раз оглянулась и, не заметив преследования, нырнула за массивные двери.

## 2

Просторный холл станции встретил знакомым, едва уловимым запахом, присущим только метро – смесь сырости, пыли и машинного масла. Привычный аромат немного успокоил, я вдохнула полной грудью и внимательно осмотрелась.

Единственными источниками света были оранжевые бра. Они ютились над кассами, возле которых взволнованно переминались с ноги на ногу люди, стоящие в длинной очереди. Глядя на эту вереницу, я нервно сглотнула. В любой момент сюда могут ворваться мой безумный преследователь или солдаты, и оба варианта мне не нравятся. Стоять в очереди за жетоном входа – долго и бессмысленно. Мне нечем рассчитываться. Значит, нужно искать другой вариант…

Мой взгляд переметнулся туда, где между холлом и коридором, ведущим к спуску на станцию, сиял бледный защитный барьер. Как раз в этот момент к преграде подошел незнакомый мужчина и подбросил жетончик, который тут же растворился в воздухе. Сияющий полог развеялся, пропуская посетителя, и снова сомкнулся, едва человек пересек условную границу.

Я с тоской и тихой завистью проводила незнакомца взглядом, наблюдая за тем, как он исчезает в полумраке длинного коридора. Вот бы и мне как-то оказаться по ту сторону барьера…

Мои мысли прервал грохот массивных дверей, на который я испуганно обернулась и вздрогнула всем телом.

– Мисс, именем закона приказываю вам оставаться на месте! – отчеканил мужчина в темно-зеленой форме и пронзил меня испытующим взглядом.

Народ, стоящий у касс, мгновенно отхлынул от центральной части помещения. Теперь люди нервно кучковались у стен, перешептываясь и настороженно наблюдая за разворачивающейся сценой.

От страха ноги будто увязли в невидимом болоте. Широко раскрытыми глазами я смотрела на солдата, с ужасом понимая: в случае моего сопротивления он незамедлительно атакует. Между пальцев военного уже искрила сила, которую он был готов применить.

Сердце пропустило удар, когда я поняла, что сбежать не получится. Чародей явно сильнее меня, да и спорить с представителем закона – не лучшая идея. Солдат, видя, что я не собираюсь оказывать сопротивление, кажется, облегченно выдохнул и шагнул мне навстречу. В эти мгновения время словно замедлилось, а мысли, наоборот, ускорились.

Глас рассудка приказывал не двигаться, даже не пытаться обвести служителя закона вокруг пальца. Да, меня заберут на допрос. Ведь именно я оказалась в эпицентре зародившегося хаоса. Видела, как все началось, и даже невольно стала одним из главных участников беспорядка. Особых проблем к тому же добавит украденный меч, носить который не имею права.

Но я все равно ни в чем не виновата.

Потрепанные нервы – единственная плата, которую с меня возьмут за то, что оказалась не в то время не в том месте. Ну и меч, само собой, отнимут.

От этой мысли нутро сжалось в противоречивых чувствах. Я понимала, что меч – корень всех проблем, и не только моих. Но отдавать его никому не собиралась.

Я прижала к себе сверток с оружием. И сделала это с такой силой, что клинок наверняка должен был рассечь куртку и поранить ладони и грудь. Но я не чувствовала боли, лишь злость, что нарастала с каждым шагом военного.

Расстояние между нами сократилось до вытянутой руки, и отчаяние захлестнуло меня с головой. Каждый ускоренный удар сердца отмерял последние мгновения, когда я могла хоть как-то повлиять на ситуацию, но я понимала, что любое мое действие кончится поражением, и потому лишь глупо стояла, наблюдая за приближающимся мужчиной.

– Что у вас в платке? – проницательно прищурился страж и протянул мне руку раскрытой ладонью вверх. – Дайте сюда.

Он выжидающе наблюдал за душевными метаниями, что отражались на моем побледневшем лице. Каждая секунда промедления заставляла взгляд служителя закона мрачнеть, его и без того тонкие губы вытянулись в бледную недовольную линию.

И вот, когда я думала, что солдат вырвет сверток у меня прямо из рук, входные двери снова громыхнули. Створки раскрылись с такой силой, что по дереву пошли трещины, в стороны посыпались щепки. Случайные свидетели, и без того напуганные, с визгом вжались в стены. Кто-то особо отчаянный бросился к бледно поблескивающему барьеру, отделяющему холл от подземного коридора.

Я же застыла в ужасе, легко узнав вошедшего человека. От одного только взгляда его горящих гневом глаз кожу усыпали колючие мурашки, а внутренности затянулись в тугой скользкий узел. Неужели тот парень, который приказал мне схватить меч, маг, который должен был меня найти… проиграл в схватке этому отморозку?

Внутри что-то оборвалось, а вдоль позвоночника прошла дрожь. Разумеется. Теперь этот жуткий тип пришел за мной.

– Именем закона, – снова начал страж, обращаясь уже не ко мне, а к пугающему, мрачному, как свинцовая туча, магу.

Договорить военный не успел.

Прямо из воздуха стремительно соткались сети и окутали стража дымчатым коконом. Мужчина даже опомниться не успел, а уже оказался с ног до головы обвит темной паутиной, нити которой опасно натянулись при первом же движении пойманной жертвы.

Я, как и многие в Нью-Сайде, видела эту магию раньше и прекрасно понимала, что за соперник мне достался…

– Вампирам нельзя использовать магию против людей! – отчеканил солдат, стараясь сохранять спокойствие. Однако и я, и вампир успели заметить, как дрогнул кадык военного, и услышали, как в конце фразы сорвался его голос, окончательно разрушив маску напускного хладнокровия.

– Если не будешь дергаться, останешься цел, – невозмутимо пожал плечами громила и, больше не обращая внимания на возгласы обезвреженного стража, перевел тусклые, бесцветные глаза на меня.

Сердце подпрыгнуло и забилось где-то в горле. Кровь обратилась в кипяток, и я почувствовала себя пружиной, которую долгое время сжимали, а теперь вдруг отпустили… Я сорвалась с места, даже не думая о том, куда и, главное, как смогу убежать.

Прямо перед носом выросла тень и неразборчивым сгустком чар преградила дорогу. Люди, которые все еще жались по углам холла, пронзительно завизжали. Где-то за спиной гремел голос солдата – бедняга все еще пытался отдавать приказы…

Поддавшись внутреннему порыву и больше не чувствуя боли в ушибленном плече, я интуитивно вскинула клинок. Платок соскользнул с длинного меча, свет ламп бликом прокатился по гладкому лезвию и застыл у самого кончика, которым я вспорола фигуру, сотканную из вражеской силы. Темная дымка тут же рассеялась, будто ее и не было.

Невольные зрители, как один, шумно охнули, а мой противник утробно зарычал. Нутро подсказывало бежать, и я не смела противиться: в несколько широких шагов пересекла оставшееся до барьера пространство как раз в тот момент, когда к нему подбежал какой-то напуганный и явно отчаявшийся парень. Незнакомец дрожащей рукой подбросил жетон входа, и завеса открылась, чтобы пропустить одного посетителя.

– Прости, – без капли сожаления выпалила я, оттеснила несчастного паренька локтем и проскользнула прямо перед ним, – я бы вернула должок, но нечем!

Проход сомкнулся, стоило мне оказаться по ту сторону полупрозрачного барьера. Я обернулась, не веря в свой успех, и тут же столкнулась взглядом с обманутым парнем. Ошарашенный, он закипал гневом прямо на глазах. Высказать все, что думает обо мне, незнакомец не успел. Его снова оттолкнули. На этот раз – разъяренный вампир.

Полупрозрачная стена вспыхнула искрами, когда мой преследователь безрезультатно стукнул по преграде кулаками в бессильной злости. Энергетическая волна тут же оттолкнула и вампира, и бедного паренька, день которого совсем уж не задался.

– Жетон! – прорычал вампир, уже поднимаясь на ноги. – Дайте мне жетон!

Пока вампир пытался вытрясти из напуганных людей жетон входа, я со всех ног ринулась к спуску. Может, повезет и минутная фора все же спасет мою шкуру? Мне бы только до станции добраться и запрыгнуть в первый же попавшийся состав. Ну а дальше этот упырь в жизни меня не найдет в огромном городе!

Воодушевленная этими мыслями, я неслась по длинному тоннелю, не чувствуя ни усталости, ни боли в мышцах, ни горящих легких. Новая порция адреналина заставляла кровь бежать по венам электрическими разрядами. Зрение стало четче, слух – острее, реакция ускорилась.

Это позволило мне легко обогнуть все преграды и не врезаться в прохожих. А еще – услышать знакомый рык и тяжелое дыхание еще до того, как на меня напали.

– Схватите ее! – гаркнул вампир, и его вопль эхом разнесся по глубокому тоннелю.

Люди оборачивались и испуганно озирались, но следовать указу жуткого типа никто явно не собирался. Мало кто рискнет подойти к вооруженной девушке по сомнительному приказу от пугающего незнакомца.

Меч я больше не прятала и крепко сжимала рукоять, держа клинок на изготовку. Уж не знаю, как буду отбиваться от вампира, но его чары этот клинок развеять точно сможет. Проверено.

Настырный преследователь отступать не хотел. Угрюмо буркнув что-то под нос, он тяжелым шагом двинулся ко мне. Одновременно с этим в его ладонях сгустились, клубясь, тени, которые вдруг резко сорвались и черными кометами помчались на меня.

Я вскинула меч и… промахнулась. Первый сноп силы ударил в грудь, парализовав меня на несколько драгоценных секунд, а второй отшвырнул к стене. Боль разлилась по всему телу, будто кожу изнутри кололи тысячи тонких иголочек. Легкие свело судорогой, в глазах потемнело, но сознание я не потеряла и даже сумела достаточно быстро прийти в себя.

Я закусила губу, чтобы не закричать от боли, которая постепенно отступала. Глянула на свои руки и с удивлением обнаружила, что по-прежнему сжимаю меч. На недоумение времени не оставалось. Краем глаза я заметила приближающегося вампира. В воцарившейся суматохе, со своим деланым спокойствием и ехидной полуулыбкой он выглядел ужасающе.

– Еще не отключилась? – удивился он, поймав мой искрящийся гневом взгляд. – Странно…

Нас огибали убегающие люди, прочь неслись десятки чародеев, которым до развернувшейся трагедии не было дела. Никто даже не остановился помочь. Удивительно, но отчаяние и осознание того, что положиться можно было только на себя, стали отрезвляющей пощечиной. Сделав над собой усилие, я оперлась на меч и поднялась на ноги. Чуть покачнулась, но все же смогла удержать равновесие.

– Я не хочу тебя убивать, – противореча словам вампира, его тусклые глаза опасно сверкнули. Похоже, я не на шутку его рассердила. – Просто отдай мне меч, и ты свободна…

Я недоверчиво прищурилась и глянула на противника исподлобья, чуть склонив голову набок:

– Ага, как же. Сомневаюсь, что тебе нужны свидетели, а я – самый главный.

Вампир презрительно фыркнул. Его взгляд потемнел, черты лица заострились, отражая нетерпение и злость.

– И без тебя полно свидетелей. Думаешь, буду искать каждого, чтобы убить или стереть память?

Сердце испуганно екнуло. Демоны! Он и память умеет стирать? Неужели настолько силен, что имеет несколько особых талантов? В таком случае можно даже думать забыть о том, чтобы выбраться из этой передряги невредимой.

Хотя чего я ожидала? Видела ведь, даже на себе прочувствовала его силу! Этот вампир явно не обычный рядовой и уж точно не безвольный низший. Интересно, меч нужен ему? Или он лишь пешка и выполняет заказ еще более могущественного вампира? Хотя это все не так важно.

Куда интереснее, почему за этим оружием охотятся не только вампиры, но и люди. Тот парень с улицы точно человек, потому и использовал бумажный амулет-проводник, чтобы призвать силу. Зачем меч ему? И почему сама я чувствую к клинку невероятное притяжение, которое сильнее и гласа рассудка, и инстинкта самосохранения?

– Закончим мирно, – снова предложил мужчина и вымученно улыбнулся.

Он протянул руку, в которую я должна была вложить рукоять, но этого не произошло. Вместо того чтобы сдаться, я вскинула клинок и с силой опустила его прямо на предплечье врага. Вампир в последний миг выставил энергетический щит, но лезвие с легкостью его разбило.

Защита лопнула, как мыльный пузырь. Несколько теплых соленых капель брызнули мне на лицо. Кровь обагрила клинок. Отсеченная кисть упала на белый мраморный пол, по которому уже растекалась алая лужа.

Вампир взревел. Его глаза вспыхнули яростью. Несколько ужасных мгновений я таращилась на мучения врага. Взгляд метался от изуродованного злостью и болью лица к отсеченной конечности, что сиротливо утопала в центре растущего алого озерца. Неподвижная мертвая рука выглядела неестественно, неправильно. Будто это и не рука вовсе, а муляж, иллюзия… Но и боль, и ярость искалеченного вампира были самыми настоящими. Я в этом не сомневалась и вовсе не хотела испытать его гнев на собственной шкуре.

Сначала я глупо попятилась, с каждым шагом все больше приходя в себя. Осознание – «Это сделала я!» – приходило медленно, неохотно. Стыда, вины и сожаления не было. Лишь ужас перед мощью, что таится в клинке, который мне «посчастливилось» утащить.

Не так-то просто разрушить вампирские чары. Еще сложнее – ранить самого вампира, даже если он обычный низший.

А я… собственными руками…

Нет. Дело не во мне. Это все меч! И если так, то теперь вполне понятно, почему на клинок открыта охота. Я бы могла выйти из этой игры в любой момент: не поднимать чертов меч, выбросить его в подворотне или на худой конец просто отдать солдатам или вампиру! Он бы стер мне память, я бы даже не помнила о том, что натворила. Никаких метаний, угрызений совести и страданий…

Но теперь слишком поздно. Я уже замарала руки чужой кровью, разозлила сильного противника и, что самое страшное, ни капли об этом не жалею.

– Мразь! – От голоса, напитанного яростью и болью, по стенам пошла вибрация. – Убью!!!

В искренности намерений врага я не сомневалась ни секунды, как и в том, что лучше как можно скорее уносить ноги. Рискнув спуститься в метро, я загнала себя в ловушку. Длинные полупустые коридоры, замкнутые пространства и открытые платформы – не лучшая территория для игры в прятки. Убегать долго не выйдет. Надежда только на поезд, в который можно будет запрыгнуть. Но и там есть свои нюансы. Если вампир успеет зайти со мной в один вагон, до следующей станции доживет лишь один из нас…

Но лучше испытать судьбу, надеясь на удачу, чем глупо стоять и ждать неминуемой расправы. Момент, когда все можно было решить мирно, упущен – я обменяла свободу и жизнь на меч, который уже стал главным источником проблем. Теперь остается только бежать.

В место, где я стояла еще мгновение назад, ударила мощная энергетическая волна. Даже не оглядываясь, я увидела поднявшуюся пыль. Несколько обломков мраморного пола больно царапнули открытые кисти, ударили по спине. Я взвизгнула, заметив, что трещина ползет прямо под моими ступнями, и одним прыжком перебралась на эскалатор, что степенно полз вниз.

Только вот прыгнула вовсе не на ступени, а на пологую поверхность между соседними лестницами. Когда я поняла, что именно натворила, отступать было уже поздно – вереща во все горло, я катилась по спуску, как по горке.

Ветер свистел в ушах, перед глазами снова и снова вспыхивали огромные лампы, что висели прямо у меня над головой. От этих быстрых, ярких всполохов в глазах рябило, но я все равно сумела разглядеть немногочисленные фигуры людей, которые еще не успели убежать и стояли на лестнице. Я катилась, а напуганные незнакомцы становились все ближе и ближе.

Сердце подернулось морозной коркой, когда я услышала девичий визг. Принадлежал он не мне, а девчонке, которая ехала на эскалаторе и смотрела на меня широко распахнутыми от ужаса глазами. Чем ближе я становилась, тем отчетливее понимала: девочка смотрит не на меня, а на меч, зажатый в моей руке. И его клинок очень некстати оказался направлен вбок. Как раз туда, где на ступенях столпилась горстка людей.

Действовать нужно сию секунду. На моих руках уже кровь вампира. И если негодяй такую расправу заслужил, то ребенок не должен пострадать! Я просто не прощу себя, если по неосторожности и глупости искалечу невинных людей!

На раздумья времени не оставалось, и я сделала первое, что пришло на ум: вскинула руку с мечом так, чтобы клинок завис над моей головой. К моему облегчению, на своем ужасном аттракционе я миновала людей без происшествий: никого не задела, все остались целы. Уже из-за спины я услышала облегченные вздохи и даже скудные аплодисменты.

Правда, прочувствовать момент триумфа мне не удалось. Новый всплеск света оказался куда ярче предыдущих. Лампа над моей головой не просто вспыхнула, она со звоном взорвалась, превратившись в фонтан огней.

Уже в следующую секунду я поняла, что мне не показалось. Поднятым мечом я разбила лампу, и теперь осколки сыпались, как тлеющие искры фейерверка. Они летели на меня и больно царапали кожу. Я зашипела, дернулась и слетела на пол, неуклюже распластавшись на холодных плитах платформы.

Не самое удачное завершение «поездки», но я хотя бы добралась до низа целая и относительно невредимая. К тому же сильно обогнала своего преследователя, который трюк с горкой повторить не решился. Поднимаясь на ноги, я обернулась и нашла взглядом своего соперника. Он выбрал пустой эскалатор и сейчас несся ко мне, перескакивая через ступеньку.

По коже прошла нервная дрожь, внутри забурлило раздражение. Я пыталась успокоить себя, напоминая, что получила максимальную фору, но страх подсказывал – это не повод расслабляться. Нужно бежать.

Но куда?! На платформе не разгуляешься, а поезда все нет.

Однако, когда отчаяние было готово вот-вот захлестнуть с головой, от одного из тоннелей послышались знакомый шум и металлический лязг. Звуки становились громче, ближе, и я ухватилась за них, как за спасительную соломинку. Подхватила с пола выпавший меч и изо всех сил бросилась к краю платформы.

Взрыв. Звон. Опять боль.

Это взорвалась очередная лампа. Я возмущенно отшатнулась, скривилась от боли и сощурилась. На станции стало значительно темнее.

Опять взрыв. Новый шар света разлетелся на осколки, обдав кожу неприятным жаром.

В тусклом свете последних работающих ламп я увидела высокомерную ухмылку вампира, который уже спустился с эскалатора. Он щелкнул пальцами, и все оставшиеся шары погасли.

Подземную станцию окутал мрак, а меня сковала удушающая паника.

Для меня потухший свет – все равно что слепота. Как можно сражаться, утратив зрение? Особенно если твой противник даже в кромешной тьме все еще может видеть…

Со мной все ясно. Я просто человек, у которого с магией с детства не заладилось. Будь я чародейкой, во мне бы теплилась хоть призрачная надежда на возможность побега. Даже с помощью элементарного приема я могла бы призвать искру света, что значительно повысило бы мои шансы на выживание.

Люди подпитывают свою магию, черпая силы из мира. Для этого они учатся «слышать» природу и стихии, пропускать энергии через себя и направлять их, подчиняя с помощью проводника, будь то ритуальные камешки, бумажные амулеты или что-то еще. Людским магам нужны гармония и концентрация, без которых даже самый богатый источник может не подчиниться их воле.

А вот вампиры… Они черпают магию из самих себя. Поэтому их приемы всегда мощны и не дают осечек. Магия им никогда не «отказывает» и подстраивается под потенциал хозяина.

Не сомневаюсь – прямо сейчас, когда я слепа, мой противник все видит и наслаждается каждой секундой отчаяния своей загнанной добычи.

Я вслушивалась в звенящую тишину, но не различала ничего, кроме ударов собственного сердца. Казалось, оно барабанами стучало прямо в висках. Как ни старалась, я не могла различить шаги крадущегося вампира.

Разыгравшееся в темноте воображение живо подбрасывало пугающие образы и обманывало слух. Несколько раз я испуганно оборачивалась, бездумно рассекая всепоглощающую тьму перед собой. Мне слышались шаги и чужое дыхание, но каждый раз я ошибалась. Только тратила впустую силы и вгоняла себя в еще большее отчаяние.

– Хватит издеваться! – зарычала я, когда клинок со звоном ударился о колонну, по ошибке принятую мной за противника.

Прямо за спиной раздался хриплый смех. Я похолодела. Сердце ухнуло в низ живота. На негнущихся ногах я обернулась и шумно охнула.

Из тоннеля с визгом выехал поезд, на который еще несколько минут назад я так надеялась. Теперь же было слишком поздно. Неоновые вставки у окон и дверей тусклым сиянием осветили небольшой клочок платформы, где стояла я, а в паре шагов – раздразненный жаждой кровавой мести вампир.

Лучше бы я не видела его… Лучше бы погибла, не видя этих горящих гневом глаз и искаженного голодом и злобой лица.

Чувствуя мой страх, вампир неестественно широко улыбнулся, демонстрируя длинные острые клыки. Паника украла дыхание, я застыла в ступоре. Пользуясь этим секундным замешательством, мой враг поднял обе руки, чтобы швырнуть в меня дробь чар, но…

По его правому предплечью, которое мерзко зияло открытой рубленой раной, струйками полилась кровь, пачкая оборванный рукав плаща. Улыбка моментально сползла с узких губ, которые тут же вытянулись в тонкую недовольную линию. Глаза недобро сузились, брови стянулись к переносице. Вид собственной травмы сильно покоробил вампира. Настолько, что он даже позабыл о силовом приеме, которым собирался меня прикончить.

– Дрянь! – процедил сквозь острые, нечеловеческие зубы Однорукий и кинулся в мою сторону. – Ты недостойна быстрой смерти!

Снова взмах меча и блики на острие. В этот раз вампир отшатнулся, наученный неприятным опытом. Мой удар его не задел. Но тот факт, что противник меня все же боится, невероятно воодушевлял.

Двери вагона с шумом открылись, и я вздрогнула. Это мой последний шанс. Другого не будет. Если прямо сейчас я не успею заскочить в состав, то живой из метро точно не выйду.

Несколькими уверенными, но абсолютно неумелыми взмахами клинка я заставила вампира отступить еще на несколько шагов. Затем резко развернулась на пятках и со всех ног рванула к вагону.

Видя окровавленное лезвие у меня в руках, пассажиры пришли в ужас. Женщины визжали, мужчины молча бледнели. Толкаясь и вереща, народ двинулся на выход или в соседние вагоны. На эту суматоху мне было плевать. Сердце скакало галопом по другой причине.

– Ну же! – взмолилась я, уже из вагона наблюдая за тем, как вампир с каждым шагом все ближе подходит к механизированным дверям, которые все никак не хотели закрываться. – Давайте!

Мои молитвы были услышаны. Неоновая полоска под потолком вагона загорелась красным, оповещая о закрытии дверей. Из груди вырвался облегченный вздох, а я безвольно рухнула на опустевшие сиденья.

Как оказалось, слишком рано.

Когда между закрывающимися створками оставался крошечный зазор, в него влезла испачканная кровью рука. Пальцы побелели от усилия, но вампиру все же удалось выломать дверь. Он с надменным выражением лица шагнул внутрь как раз в тот момент, когда состав резко тронулся с места.

От такого стремительного старта даже я пошатнулась и чуть не слетела с сидений. Хотя и дальше прохлаждаться, восседая на креслах, явно было нельзя. Но что делать?! Я заперта в вагоне с кровожадным чудовищем, которое жаждет моей смерти!

– Бежать некуда, – озвучивая мои мысли, приторно протянул негодяй и снова улыбнулся. – Но ты можешь попробовать. Мне нравится твое сопротивление.

Подчиняясь адреналину, бурлящему в крови, я вскочила с места и махнула мечом, целясь в шею противника. Несмотря на долгую борьбу и накопившуюся усталость, я не чувствовала тяжести клинка. Он будто совсем ничего не весил, настолько легко мне было орудовать им.

Однако легкость меча не заменяет мастерства владения им.

Вампир уже понял, что сражаться я не умела. Все мои выпады были лишь жалкой попыткой имитировать бой. И, может, враг боялся клинка, но уж точно не меня.

Легко уклонившись от неумелого удара, противник не стал отступать. Он дождался, когда моя рука по инерции отойдет чуть в сторону и назад, и без труда выбил клинок. Тот со звоном упал на пол, а я пошатнулась – то ли от ужаса перед собственной безоружностью, то ли просто состав сделал резкий поворот.

Я начала падать, но вампир не позволил мне рухнуть на пол. Он схватил меня за шею, и я вскрикнула, когда его пальцы сдавили горло.

– Как ты хочешь умереть? – с притворной нежностью поинтересовался он и приблизил свое лицо к моему. В нос ударил неприятный солоноватый запах, и я скривилась.

Похоже, мое дерзкое поведение и попытки постоять за себя оскорбили Однорукого. Его пальцы крепче стиснули горло, и я захрипела, пытаясь сделать хоть крохотный глоток воздуха.

– Ах да. Ты такой чести недостойна! – Он приподнял меня и с силой ударил затылком об окно.

Что-то хрустнуло. Стекло или мой череп?

– Может, вышвырнуть тебя за дверь? – вслух раздумывал безумец. Он волоком подтащил меня к выломанной дверце и заставил встать в зияющий проем. Его ладонь сильнее вдавилась в мою шею, вынуждая либо терпеть невыносимую боль и удушье, либо подчиниться и откинуться к дверям.

Инстинктивно я сделала шаг назад, но оступилась в пустоту. Ноги повисли над рельсами, бегущими подо мной с безумной скоростью, в ушах засвистел холодный воздух. Невыносимая боль прострелила сдавленную шею, и я невольно схватилась за руку вампира, пытаясь подтянуться на ней.

– Если я выброшу тебя здесь, то умирать ты будешь медленно, – с наслаждением выдохнул мерзавец. – Никто не найдет, не услышит… Интересно, умрешь от жажды? Может, станешь ужином для крыс? Или в отчаянии сама бросишься под очередной поезд, в котором будет столько людей, но никто… никто не поможет.

Я принялась царапать руку, которая так крепко сжимала горло. Перед глазами уже темнело и плыли разноцветные круги, но что-то, живущее в глубине сознания, отчаянно цеплялось за жизнь.

– А может, тебя просто на скорости размазать по стене? – продолжил перечислять отвратительные варианты казни садист. Правда, меня они уже не впечатляли. Слова доносились словно сквозь толщу воды, их смысл терялся в агонии удушья.

Такой расклад, видимо, мучителю не понравился. Он резко втянул меня обратно в вагон и швырнул на пол. В горящее от боли горло тут же ворвался живительный кислород. Я жадно хватала ртом воздух, хотя каждый вдох отзывался жгучей болью.

– Знаешь, у меня все-таки есть идея, – с затаенной радостью поделился вампир.

Где-то за спиной послышался скрежещущий звук, будто что-то увесистое, но тонкое проволокли по полу. Осознание пришло в следующую секунду. Кровь отхлынула от лица, сердце пропустило удар. Я обернулась и тут же получила пинок ногой в грудь.