Пропавший
Сборник
Доктор Кауфман

© Доктор Кауфман, 2024

ISBN 978-5-0055-0519-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ЛЮДИ-ТЕНИ

1

Когда стемнело и ребята разошлись, Коле досталось проводить до дому свою новую знакомую Вику. Путь шёл от скверика через узкую улочку к району одноэтажек, средь которых, вдалеке, угадывались высотные, светящие окнами новостройки. Темы для разговора не приходили на ум, а рассказывать истории Коля мастером не был. Ко всему, он был старше её лет на пять – почти выпускник института, а она только перешла в одиннадцатый класс. Потому шли они молча, вдыхая тёплый июльский воздух.

Из разу в раз, как они проходили под светом фонарных столбов, Коля украдкой посматривал на её бёдра, облачённые в облегающую чёрную ткань. Ему представлялось, что пощупать её прелести в таких штанишках было б большим удовольствием, чем даже совсем нагие. Ещё у неё были длинные распущенные светлые волосы и миловидное ухоженное лицо с редкими следами прыщиков.

В какой-то момент Вика повернула голову, и они встретились взглядом. Коля ощутил неловкость – видимо, она почувствовала, что на неё откровенно пялятся. Но неловкость эта быстро прошла, когда Вика вдруг остановилась и с интересом посмотрела в сторону.

– Такой старый дом, – сказала она.

Остановившись подле неё, Коля тоже посмотрел на старую двухэтажную постройку, наверно, ещё царских времён, в которой он не нашёл ничего особенного. Зелёная краска на досках сплошь была покрыта мелкой паутиной трещин, стены оседали, а окна без стёкол зияли чернотой. Этот дом выделялся на фоне соседствующих с ним. Те были почти на пол века моложе, каменные, с горящим в окнах светом.

– Давай посмотрим, – предложила Вика.

Она прошагала в сторону и обернулась на середине тротуара. Парень шёл за ней. Они обошли дом и оказались в неком подобие дворика, окружённого деревьями и пышными кустарниками. Вика вынула из сумки мобильник и включила фонарик. В свете показалась ещё пара оконных глазниц и пустой дверной проём.

– А у вас в Самаре много таких домов? – спросила Вика.

– А ты не самарская?

– Не-ет, – протянула она как-то кокетливо.

– А откуда ты?

– Год в Рязане жила, а так из Краснодара.

– В Рязани? Это где пироги с глазами?

– Грибы с глазами, – хохотнула Вика, – там даже памятник грибам стоит. Они там прям с глазами.

– Здорово.

Вика зашуршала своими кроссовками по траве и подошла ближе к дверному проёму. Коля робко шагнул за ней, будто опасаясь, что там, за стенами этой развалины их кто-то поджидает; наполненный мраком дом будоражил воображение и выглядел немного пугающе.

– А ты веришь, что в таких домах водятся привидения? – спросила Вика.

– Не особо, – сказал Коля, не видя варианта подыграть ей. Всё это казалось ему какой-то детской глупостью.

– Пойдём посмотрим, – позвала она и направила свет фонарика аккурат в дверной проём, в глубь первого этажа.

– На привидение?

– Да. А ты боишься?

Коля чувствовал, что ответь он «нет», будет выглядеть как-то по-дурацки, оттого просто промолчал. Вика переступила порог и стала водить лучом фонарика по внутренней части дома. Коля подошёл ближе, но остановился в нескольких шагах от проёма. Идти дальше он брезговал. Пол внутри дома был усыпан мелким запыленным мусором.

– Идём, – позвала его Вика, махнув рукой, в которой был телефон, и луч света пробежал по измученным временем стенам коридора.

– Осторожно только, – сказал он и медленной поступью перешагнул порог, – на гвоздь там не наступи.

– Ага, ладно.

Вика прошла до середины коридора и повернула влево, в один из проёмов. Под ногами её скрипели половицы. Луч фонарика исчез в соседней комнате, оставив после себя почти что мрак, чуть подсвеченный светом с улицы. Коля шагнул глубже в коридор и в эту же секунду почувствовал невесть откуда взявшуюся волну холода, будто в помещении во всю мощь заработал кондиционер. Когда парень прошёл дальше, вновь стало тепло, как на улице.

Сначала он заглянул в ту комнату, где бродила Вика, светя фонариком средь обломков. Там не было половины потолка, одна часть межэтажного перекрытия свисала от стены, а другая нависала над девушкой, того гляди рухнет. Потом парень посмотрел назад, в сторону выхода. Хотел было уже шагнуть к Вике, как вдруг застыл. На фоне дверного проёма, в метрах трёх от парня виднелся человеческий силуэт. Коля сначала подумал, что ему мерещится, но приглядевшись, он понял, что там действительно кто-то стоял.

Парня передёрнуло, что аж кровь похолодела в жилах!

– Давай туда зайдём, – сказала Вика.

Она вышла в коридор и встала рядом с Колей. Луч фонарика был опущен в пол, потом он стал медленно подниматься, всё больше освещая пространства коридора. Видимо, Вика тоже заметила тот силуэт. Когда же её рука, державшая телефон, была на уровне груди и свет устремлялся вдаль коридора, стало видно, что там никого нет.

– Ты не видел здесь никого? – спросила она полушёпотом.

– Видел, – ответил Коля.

Вика увела луч фонарика в сторону и уже сделала шаг, как вдруг вновь посветила в то место, где был виден силуэт. Там снова никого не было, но когда та часть коридора находилась в тени, те пару коротких секунд силуэт был виден.

Вика вновь увела телефон в сторону.

– Ты видишь? – спросила она с придыханием.

Коля ничего не ответила, но силуэт он видел. Там действительно был некто. И этот некто – примерно среднего роста, с длинными волосами, в платье, достающим до самого пола.

– Там ведь стоит кто-то? – сказала Вика чуть пискляво. Казалось она вот-вот то ли заплачет, то ли завизжит.

Коля шагнул вперёд, хотел подойти ближе, но остановился. Воображение его разыгралось. Он хоть уже и не был наивным ребёнком, но подобных вещи вполне могли напугать его. Особенного в такой обстановке. Да будь он здесь один, уже давно б дал дёру.

– Пойдём отсюда, – предложила Вика.

Она, похрустывая под ногами мусором, пошла в другой конец коридора, где было окно. Коля последовал за ней, почти пятясь и поглядывая на силуэт. Нет, думал он, там действительно кто-то есть. Чертовщина какая-то!

Они полезли через окно на улицу. От ветхости своей дом осел настолько, что окно первого этажа (а возможно это был второй этаж, а первый давно ушёл под землю) находилось почти что на уровне асфальта. Они сошли с подоконника на тротуар, как с высокой ступеньки, и Вика, вглядываясь, посветила в окно. Потом выключила фонарик и всмотрелась уже в темноту. Коля смотрел туда же, но с улицы дальний конец коридора было не разглядеть.

– Это прям мистика какая-то, – сказала Вика, не столько напуганная, сколь завороженная.

– Ага, – кивнул Коля.

– Я никогда такого не видела.

– Может просто игра света, – Коля сказал первое, что взбрело в голову. Это объяснение казалось ему разумным, но ощущение говорили об обратном – сущая мистика.

Вика выключила фонарик и убрала телефон. Потом, задумчиво посмотрев на Колю, повесила сумку на руку и спросила:

– Мы привидение видели? – на лице её был помесь озадаченности с улыбкой.

– Не знаю, может и привидения, – Коля пожал плечами. Окончание фразы прозвучало подобием нервного смешка.

Фонарные столбы стояли далеко друг от друга, отчего больше часть улицы пряталась в темноте. Дорога пустовала. Стояла тишина, и лишь издали доносились звуки проезжавших машин. Окинув улицу взглядом, Вика поёжилась и, взяв парня под руку, сказала:

– Ладно, пойдём. Чё-то мне тут не нравится.

Коля был того же мнения.

2

Вика мило улыбнулась, когда Коля на прощанье поцеловал ей руку. Сказав «пока», она закрыла дверь, и парень, пройдя пешком вниз семь этажей новостройки, вышел на улицу. Чувствовал он себя возбуждённым; понимал, что долго не заснёт, и, решив прогуляться, поплёлся пешком. Жил он всего в трёх остановках отсюда.

Вернувшись домой, Коля первым делом пошёл в свою комнату, закрыл от родителей дверь и, не переодеваясь в домашнее, включил компьютер. Аккаунт Вики был у него в друзьях (добавилась буквально несколько минут назад), и парень стал смотреть её альбомы, не доступные ранее. Впечатление было приятным. На своих снимках Вика была не просто привлекательной, она была очень привлекательной, в частности, на его вкус. Было фото, где она стояла в пол оборота к зеркалу, держа в руках засвеченный вспышкой смартфон. Сверху на ней была подвёрнутая, оголявшая животик светлая майка, снизу кадр целомудренно захватывал лишь краешка чёрных трусов, а воображение Коли дорисовывало всё остальное. Оставив это фото в отдельной вкладке, он стал листать другие альбомы. Пляжных фото не оказалось, что немного досадовало, но зато были снимки, где она стояла в расстёгнутой рубашке, под которой виднелась чёрная лямка, соединявшая чашечки лифа.

В дверь постучали. Донёсся голос мамы, зовущей кушать. Коля глубоко вздохнул, чувствуя сквозь усталое волнение пустоту в желудке. Всё же альбомы Вики не так сильно заводили его, чтоб откладывать ужин. Он открыл пустую вкладку браузера, будто опасаясь, что кто-то увидит, что он разглядывает в интеренете, переоделся и собрался уже идти на кухню, как в уголке окна браузера выскочило сообщение. Коля подошёл к компьютеру и увидел, что оно было от Вики.

«Слушай, мне чёт не по себе» – писала она.

Коля думал, что ответить. В это время снова донёсся голос матери:

– Ты идёшь?

– Щас, подожди, – крикнул он в ответ.

Они с отцом что-то бурчали, а Коля, сев на стул, стал стучать пальцами по клавиатуре:

«Ты про то, что мы видели в доме?» – написал он.

«Да, – пришёл быстрый ответ. Вика набирала сообщение, второе появилось секунд через десять, – мне реально страшно. Мне кажется, оно у меня в комнате».

Коля с трудом мог предположить, о чём она думала в этот момент, просто играла с ним или действительно верила в это. В ответ он написал:

«Привидение что ль?»

– Коль, ну ты чё там? – возмущённо крикнула с кухни мать, – стынет уже.

– Щас, подожди! – отозвался парень с несдержанным раздражением в голосе.

Вторя матери, что-то забурчал отец.

«Не смейся надо мной, – пришло от Вики очередное сообщение, – я реально кого-то видела в комнате».

«Я и не думал смеяться» – оправдывался Коля.

«Я сейчас одна несколько дней живу. Мне тут реально страшно. Ты можешь приехать ко мне завтра? А то мне не к кому обратиться».

Это идея казалась Коле заманчивой, хоть в поведении Вики не было никаких намёков на симпатию к нему. Он пару минут поразмыслил, вспомнил, что завтра суббота, и написал: «да». Они договорились, что он придёт к ней вечером.

3

На следующий день, Коля подошёл к дому Вики в половине десятого, примерно в тоже время, в какое вчера провожал её. Когда он позвонил в домофон, она открыла сразу – видимо, сильно ждала – обнадёживающе подумал Коля. Поднявшись на этаж, он увидел открытую дверь в ей квартиру. Вика выглядывала в коридор, одетая в белый пушистый халат с кроличьими ушками на капюшоне. В таком прикиде она выглядела ещё милее прежнего.

– Заходи, – сказала она в пол голоса.

Едва Коля переступил порог и встал ботинками на коврик для обуви, за спиной его щёлкнул дверной замок. Интерьер был радужный, паркетный пол, пастельных тонов обои и тихая подсветка на стенах коридора. При виде такой недурной квартирки, парень стал чувствоваться себя не в своей тарелки, будто зашёл в хоромы, какие были ему не по чину.

Вика прошла в спальню, дверь в которую был в тройке шагов от входа, настороженно заглянула туда, целенаправленно посмотрев в угол, выключила свет, а потом снова включила.

– Чай будешь? – спросила она, посмотрев на Колю. Тот разулся, не сходя с коврика, и поставил свои ботинки рядом с её кроссовками.

– Нет, – его ответ прозвучал как-то неуверенно.

Он не был голоден, но был вовсе не прочь перехватить пару каких-нибудь плюшек, и всё же отказался по причине своей природной робости.

Вика погасила на кухне свет и пошла обратно к спальне.

– Идём, – позвала она парня. Когда тот шагнул к ней, она улыбнулась и указала на стенку, – куртку повесь.

– Ааа, – спохватился парень, снял с себя верхнюю одежду и повесил её на крючок.

Они вошли в комнату, где стояла софа, компьютерный стол и шифоньер. Компьютер был включен, на экране было поставленное на паузу видео – какой-то фильм.

– Располагайся, – сказала Вика.

Она сняла видео с паузы и залезла на убранную постель, подложив под спину подушку. Ещё одну подвинула Коле. Тот полулёжа опустился рядышком с девушкой. Из колонок доносился звук диалогов.

Видимо Вика уже догадалась, что Коля не разговорчивый, оттого и не стремилась завести беседу. А может быть и сама она была не очень болтлива, хотя это предположение в отношении такой симпатичной девушки было довольно сомнительным. Так они проводили время в молчании, пока всё таки Коля не почувствовал потребность в разговоре.

– Чем занималась сегодня? – спросил он.

– Ничем, после школы дома сидела, – сказала Вика, как задумчиво глядя мимо монитора.

Наверно, дальше должно было прозвучать стандартное «а ты?», но вместо этого последовал глубокий вздох девушки. Она посмотрела в сторону двери (не на саму дверь, а в угол подле шифоньера), дотянулась до выключателя, что находился над спинкой кровати, и выключила свет. Остались гореть только тёмный экран монитора и подсветка в коридоре. В комнате было почти что темно. Вика пристально вгляделась в угол, чуть привстала, а потом снова откинулась на подушке и включила свет. Бока её халата сползли в стороны, за ними был виден чёрный кружевной лиф. Взгляд Коли буквально прилип к её грудям. Заметив, куда тот смотрит, Вика молча, не подав виду, запахнула халат двумя движениями левой руки.

– У тебя нет ощущения, что кроме нас в квартире есть кто-то ещё? – спросила она вполне искренним голос. В ней ощущался страх, и страх этот был вовсе не наигранный, подлинный.

– Не-ет, – покачал головой Коля.

– Меня словно душит что-то, – сказала Вика. Она скинула тапочки и села на постели, поджав по себя ноги. Потом подвинулась ближе к Коле и положила голову ему на плечо. Взгляд её был потуплен, задумчив, – страх никак не уходит. Вчера тоже самое было, а потом я увидела её.

– Просто воображение разыгралось, – предположил парень. Он чувствовал себя увереннее от того, что девушка прильнула к нему, – такое бывает иногда, когда сидишь дома один.

– Нет, это другое. Раньше такого не было. Это всё из-за того дома, нам не надо было туда заходить.

– Да брось ты, – попытался взбодрить её парень, но голос его от робости сник и слова прозвучали сжёвано.

Вика пошарила рукой по стене, нашла выключатель и снова выключила свет. Потом резко привстала и указала на угол комнаты, куда так же пристально смотрела пару минут назад.

– Вот, смотри! – сказала она взволнованно, – видишь?

Парень видел. В углу комнату, в полумраке стоял силуэт. Любым другим случаем он принял бы его не иначе как за иллюзию, если б не слова Вики и то, что было вчерашним днём. В углу комнаты стояла женщина, та самая, с длинными волосами и в платье, достающим до пола. Сказать, что Коле стало не по себе, не сказать ничего. Благо, Вика снова зажгла свет и силуэт пропал. В углу комнаты не было никого.

Прошло несколько секунд, во время которых лишь тихие звуки фильма доносились из колонок. Вика опять щёлкнула выключателем, свет погас, и силуэт по волшебству возник в углу комнаты. Секунда, и лампочка вспыхнула снова. Кроме Коли и Вики в комнате не было никого.

– Видишь, это привидение, – сказала девушка утвердительно.

Кто бы мог подумать, что слово это могло возыметь столь осязаемый смысл. Привидение! Они видели настоящее ПРИВИДЕНИЕ!

Показав, наверно, чудеса храбрости, Вика в очередной раз нажала на выключатель. Привидение появилось вновь, но теперь уже не в углу комнаты, а посередине, наклонившись к кровати. Коля почувствовал холод, в буквальном смысле холод, будто повеяло морозным ветерком. Вика истошно взвизгнула, застучала рукой по стене, и спасительный свет загорелся вновь, прогнав мрачную безликую гостью.

– Какой кошмар! Какой кошмар!… – дрожа от страха, твердила девушка, – она здесь, рядом.

– Давай уйдём отсюда? – сказал Коля. Голос его звучал не менее встревоженно, и так же напугано, как и голос Вики.

– Куда? Она и в той комнате появляется.

– И что делать будем?

Вика встала с кровати, огляделась, вся нервно дрожа, вышла в коридор и щёлкнула там выключателем. По мимо подсветки, там загорелся ещё и люстра. Стало светло, как в солнечный день. Вика вернулась в комнату, пояс на её халате развязался, и мелькнули чёрные трусики на тонких лямочках.

– Будем при свете спасть, – сказала она, ложась на постель и запахивая халат, – так она не появится.

– А если свет отключат? – без намёка на шутку спросил Коля.

– Замолчи, дурак. Не дай бог.

4

Когда Коля открыл глаза, в комнате по-прежнему ярко горел свет и солнечные лучи пробивались сквозь занавеску. Вика сидела перед компьютером. Посмотрев на него, она спросила:

– Проснулся?

Лицо её было заспанным, видимо сама она тоже встала недавно. Висевшие на стене часы, выполненные в форме корабельного штурвала, показывали половину девятого.

Вика поднялась со стула и открыла шторы. Потом погасила свет в комнате и прихожей. Пасмурные утренние лучи достаточно хорошо наполняли собой комнату, и если б привидение вдруг снова возникло, то при таком освещении, наверняка, был бы виден не только его силуэт.

Возвращаясь в комнату, Вика всё же глянула в тот угол и убедилась, что в комнате они одни.

– Смотри, – сказала она, сев за компьютер, – я тут нашла кое-что.

Коля подвинулся чуть в сторону, чтоб видеть за ней монитор. На экране был открыт какой-то сайт готического стиля. Глаза Вики смотрели на текст, набранный контрастно белыми буквами на чёрно фоне.

– Люди-тени, – начала она читать, – сверхъестественные теневые силуэты, получившие популярность в городском фольклоре, в современной культуре и искусстве. Обычно эти силуэты принимают гуманоидную форму, реже форму животных или животных с чертами человека. Чаше всего эти явления списываются на галлюцинации, игру света и тени, воображение или особенность человеческого мозга, распознавать лица или контуры людей в том, что лишь отдалённо напоминает их. В различных поверьях это явление относят к проискам потусторонних сущностей. Часто встречи с людьми-тенями сопровождаются чувством страха и удушья, аналогичные сонному параличу… – Вика прекратила читать, откинулась на стуле и, повернувшись к Коле, сказала, – это оно.

– Оно? – тупо переспросил он, ещё до конца не придя в себя после пробуждения.

– Да оно. Когда это первый раз появилось… такое состояние, уже проснулась, вижу комнату, понимаю, что не сплю, и не могу пошевелиться. Смотрю на него, мне страшно, понимаю, что надо проснуться. Понимаю, что сон. Напрягаюсь изо всех сил, резко просыпаюсь… – Вика округлила глаза и показала в угол комнаты, – а оно по-прежнему стоит там. Страшно было, я ведь одна дома. Была уверена, что мерещится. Свет включила, сходила в туалет. Потом легла, выключила свет, а оно опять здесь. Всё так же было, как и этой ночью, – девушка выдержала недолгую паузу, подтянула полу халата и продолжила, – я потом в мамину комнату убежала и пол ночи лежала со светом, не могла уснуть.

Коля ничего не ответил. Лишь задумчиво глядел на монитор.

– Может позвать батюшку осветить квартиру? – предположила Вика.

– Даже не знаю, – сказал Коля.

Церковные ритуалы виделись ему мракобесием, и, даже воочию увидев нечто паранормальное (хоть и не до конца ещё веря), он в глубине души сомневался, что мужчине в рясе и с кадилом в руке под силу изгнать призрака. Они то (церковники) скорее всего и сами не верили в потусторонних гостей.

Пальчик Вики покрутил текст колёсиком мыши, и взгляд её остановился на одном из абзацев:

– Издревле считается, что для защиты от духов необходимо положить по подушку какой-нибудь острый предмет. Например: нож или ножницы.

– Уж лучше топор, так надёжнее, – сказал Коля.

– Очень смешно, – она пролитснула страницу до конца и отпустила мышку. После чего, откинувшись на стуле, спросила, – яичницу будешь?

– Давай, – не стал скромничать Коля.

Вяло поднявшись и потягиваясь, они вместе пошли на кухню.

5

Вошедший в квартиру батюшка (мужчина лет сорока, с зализанными к затылку чёрными волосами), показался Коле простым электриком. Однако, в маленькой спортивной сумке его лежала ряса. Он накинул поверх своей одежды, вынул кадило и молитвенник. Горящий ладан наполнял квартиру ароматным благовонием. Батюшка читал что-то понятное через слово на старинном языке, ходя из комнаты в комнату, по коридору, затем в кухню, покачивая в руках кадилом, прокуривая каждый угол. Он закончил минут за двадцать, и за эти двадцать минут получил из рук Вики полторы тысячи. Коля смотрел на это так, будто это было его собственные деньги, сам он, нигде ещё не работав, редко имел случай держать такую сумму в руках.

Батюшка ушёл.

– Я тоже пойду, – сказал Коля. Был уже вечер и на лице темнело.

– Не останешься? – спросила Вика, уже заранее смирившись с тем, что ответ будет отрицательный.

– Нет, завтра в институт. К тому же мать уже несколько раз звонила.

– Ладно, тогда пока, – слова Вики прозвучали, казалось, равнодушно, но лишь отчасти.

Она открыла дверь, Коля попрощался и вышел. Домой он шёл пешком, после целого дня, проведённого в квартире, ему хотелось прогуляться.

6

Этой ночью Коля заснул на редкость быстро, через пару минут после того, как голова его коснулась подушки. Обычно он ворочался минут по сорок, а то, бывало редко, засыпал под самое утро.

Ему снился странный сон, очень яркий, будто всё происходило наяву, но Коля точно знал, что это именно сновидение. Он сидел в комнате с высоким потолком, ярко залитой дневным светом, просторной и тихой. На стене тикали дубовые часы, под стеклом качался золотистый маятник. Коля сидел на стуле возле камина. В углу комнаты, на диване сидела женщина в тёмном платье. У неё было высокое, чуть конопатое лицо, прямая осанка, похожа она была на женщину статусом не ниже помещичьего.

С улицы доносились звуки – конские копыта стучали о мостовую. Коля чуть привстал, отодвинул кружевную занавеску и глянул в окно. По дороге ходили люди в старинных одеждах, ездили повозки с откидными верхами, шли дамы с кружевными тканевыми зонтиками, в цветочных шляпках, а мужчины были в костюмах тройках и фуражках.

Вглядевшись в соседние дома, Коля понял где находится. Это место было знакомо ему, вот только выглядело оно совершенно иначе. Это была та самая улица, по которой он два дня назад провожал Вику. Сам же находился в том полуразрушенном доме, в котором они видели привидение. И дом этот находился в том состоянии, в каком он был лет сто тому назад. Все здесь было таким, каким оно, по всей видимости, и было в начале прошлого века.

В комнату вошла пожилая служанка, поставила на стол поднос с чаем и удалилась. Коля опустился на стул и посмотрел на сидевшую на диване женщину. Та встала, подошла к столу, налила чашку и снова села на диван. Глядя на неё, Коля догадывался кто перед ним находится. Неужели это то самое привидение, – думал он. В какой-то момент он поймал себя на мысли, что боится, как бы сон не стал ещё более живым. Ему казалось, что случись такое, и видение это вовсе заменит собой реальность, тогда он будет просыпаться уже не в своей постели, а в этом ярком сне.

– Кто вы? – спросил Коля.

– Мы те, кого вы называете люди-тени. Мы существуем в своём мире. Мы можем приходить в ваш мир и приглашать вас в свой, – голос женщины был мил и методичен. Звучал он будто издалека, в глубинах сознания.

– Я попал в прошлое? – спросил Коля.

– Нет, это не прошлое. Наш мир находится вне времени, он имеет в себе как следы былого, так и следы нынешнего. Того, что вы называете нынешним.

– Откуда вы взялись?

– Ниоткуда, мы всегда здесь были. Мы не существуем во времени, мы просто есть, как есть вселенная.

Из сказанного Коля не понял ровным счётом ничего.

Вдруг он услышал звонкий смех, а затем девичий голос. Ему показалось, что голос этот знаком ему. Он доносился из соседней комнаты, дверь в которую была открыта, но вход занавешен пропускавшей свет кружевной шторкой.

– Можно туда войти? – спросил Коля и посмотрел на женщину.

Она кивнула. Сомкнутые губы её не шевельнулись, но голос прозвучал отчётливо.

«Да, можно» – услышал Коля.

Прошёл по скрипучим половицам к соседней комнате, приоткрыл занавеску и увидел трёх сидящих на полу девушек в старомодных платьях. Одна из них была Вика. Она о чём-то мило беседовала с двумя другими. Потом, заметив Колю, посмотрела на него, улыбнулась и, взмахнув рукой, позвала его:

– Идём к нам.

Недолго думая, Коля шагнул вперёд, как вдруг почувствовал чьё-то присутствие, живое присутствие… и яркий свет сменился темнотой…

7

Коля проснулся. За окнами брезжил рассвет, тускло пробиваясь сквозь шторы. Чувство чьего-то присутствия по-прежнему оставалось с парнем. В дальнем конце комнаты, возле стоявшего напротив двери шкафа виднелся уже знакомый силуэт.

Парень сперва застыл, неотрывно глядя на него, потом, когда он осознал, что это ему не мерещится, нервы его не выдержали. Он вскочил с постели, запутался в одеяле, с гулким звуком упал, и снова вскочил. Подбежал к двери и включил свет. Никого…

В соседней комнате зашевелился кто-то из родителей. По быстрым шагам, Коля понял, что это отец. Парень подумал, что разбудил его, когда упал на пол. Выключать свет было страшно, и тогда Коля схватил со стула домашние трико и постелил их у порога, закрыв проём между дверью и полом. Так отец возможно не увидит, что в комнате горит свет.

Открылась дверь туалета, и парень с облегчением вздохнул.

Сев на кровать, он ещё раз глянул в сторону шкафа. Его не покидала мысль, что если выключить свет, там вновь возникнет та женщина.

Коля просидел так несколько минут, потом поднялся, взял со стола мобильник и посмотрел время. Было без четверти пять, будильник стоял на пол восьмого. Можно не ложиться, – подумал парень. Тем временем из туалета донёсся звук бочка, и отец вернулся в комнату.

Парень распахнул шторы, но выключать свет всё ещё опасался – испытать острые ощущения совсем не тянуло. Лишь когда солнце поднялось из-за домов, он подошёл к выключателю. Пристально, с замиранием сердца поглядел в сторону шкафа и… нажал клавишу. В комнате остался только утренний свет и привычный интерьер. Силуэта не было.

– Чертовщина, – нервно прошептал Коля и пошёл к компьютеру.

Включив его, она первым делом открыл браузер. Вика была онлайн. Прошло пару минут и от неё появилось сообщение:

«Ты уже проснулся?»

«Как видишь» – ответил Коля.

«Как настроение?»

«Нормально»

«Я снова её видела»

Чуть поразмыслив, Коля написал:

«Я тоже»

Следующее сообщение оставило у Коли необычное ощущение, переводящее всё в область глубоко таинственного.

«Я видела её во сне» – написала Вика.

Пока задумчиво смотрел на последнее сообщение, Вика пропала из сети.

8

Вечером, когда Коля вернулся из института, он первым делом включил компьютер и зашёл на Викин аккаунт. В углу страницы, где обычно указывалось время последнего прибывания пользователя в сети, ничего не было, словно последний раз Вика заходили очень и очень давно.

Я видела её во сне, – прочитал он последнее её сообщении.

Видела её во сне… – крутилось в его сознании, весь оставшийся день и вечер, которые она провёл меланхолично лёжа в постели и глядя в окно, – я видела её во сне…

Перед тем, как ложиться спать, он написал ей сообщение, просто и коротко: «Как ты?». Ничего больше на ум не приходило. Время прибывание в углу страницы по-прежнему пустовало.

На следующий день её страница вовсе исчезла из сети, из друзей и даже из поиска, будто её никогда и не существовало.

9

На улице холодало, день становился короче и пасмурней, нагоняя тоску и апатию. Коля не видел Вику уже два месяца. Серо и буднично проходили занятия в институте. А ещё Коля время от времени видел в своей комнате то привидение, но оно уже не пугало его. Он воспринимал тот силуэт как часть интерьера. Что-то произошло в сознании парня, отчего восприятие окружающего мира было каким-то иным, совсем не тем, что прежде.

Как-то утром Коля после завтрака, одевшись и выйдя на улицу, решил не идти в институт. Вместо этого он прошёл мимо остановки и зашагал к дому Вики. Капал дождь. Подойдя к подъезду высотки, Коля зачем-то посмотрел вверх. Потом позвонил в домофон. Ответил женский голос, но это был не голос Вики, звучал он гораздо взрослее. Наверно, это её мать, – подумал Коля.

– А Вика дома? – спросил он.

– Вика? – удивилась женщина, – какая Вика? Здесь таких не живёт.

Коля задумался – может быть набрал не ту квартиру? Решил уточнить. Спросил у женщины, какой это номер квартиры. Та ответила. Нет, это была не ошибка, Коля набрал именно ту квартиру, в которой жила Вика. Единственное объяснение, приходившее в голову, это то, что Вика съехала. Но как бы то ни было, сомнения не покидали Колю. Что-то во всём этом было не так. Совсем не так.

Происходящее, не смотря на свою явную подлинность, смутно напоминало сон. Парень не мог вспомнить того, что с ним происходило неделю, тем более месяц назад. Гораздо яснее он помнил свои сны, что навещали его с каждым днём всё чаще и чаще. Сны, в которых была Вика и та призрачная женщина. Он помнил их гораздо яснее, чем реальную жизнь. И что самое необычное, ложась спать, Коля предвосхищал очередное наваждение, совсем уже теряя связь с реальностью.

Его будничность проходила так, словно он был лишь зрителем, со стороны наблюдавшим свою жизнь. По свою это было приятное и блаженное чувство. И только во снах он ощущал свободу воли.

Побродив по двору, он отправился гулять по городу, по тому маршруту, по которому первый раз провожал Вику. Остановившись возле дома, где они впервые встретили привидение. Ощущение реальности вернулось. Он немного помялся, думая, стоит ли ему заходить внутрь этих развалин. Потом подошёл к окну, встал на подоконник и проник внутрь дома. Миновал часть коридора и зашёл в комнату с полуобвалившимся потолком. И там он опять ощутил тоску, во снах это место выглядело куда радужней. Развалины представлялись ему мрачным подобием лежавшего во гробе близкого человека, которого уже было не вернуть…

10

Когда Коля открыл глаза, комнату заливал пасмурный свет. На удивление легко поднявшись с постели, будто не после сна, он вышел из комнаты. Родителей дома не было, настенные часы стояли. Есть совсем не хотелось. Хотелось пойти на улицу, что Коля и сделал. Оделся, накинул на себя пальто, сунул ноги в сапоги и спустился по деревянной ступенькам подъездной лестницы.

Мимо дома прошла конка, запряжённая двумя лошадьми. Собака, спавшая под деревом, отбежала в сторону и побрела мимо дворника за угол дома. Коля же зашагал по булыжной мостовой.

Нужный ему дом он узнал сразу, не смотря на то, что ориентироваться в изменившейся обстановке было совсем не привычно. Подъездная дверь была открыта. Коля быстро, предвосхищая грядущее, поднялся на третий этаж и зашёл в открытую дверь квартиры. Оглядел пустую гостиную и, услышав женские голоса из соседней комнаты, не долго думая, вошёл туда.

Вика сидела на полу с другими девушками. Завидев Колю, она сначала замерла. Коле показалось, что что-то не так. Он вдруг испугался, что снова проснётся в том ночном кошмаре, который некогда считал реальностью. Но этого не произошло. Вика мило улыбнулась и, подвинувшись в сторону, радушно сказала:

– Идём к нам.

ПРОПАВШИЙ
история первая

– А может это и не люди!

– А кто же?

– Черти какие-нибудь.

Н. Носов «Тук-тук-тук»

1

Виталя влюбился, хоть сразу и не осознал этого. Виной сему была Алиса, милая русая девушка из параллельного класса, что внезапно возникла у ихнего кубрика в разгар жаркого летнего дня, одетая в коротенькие, пляжного фасона шортики и, оставлявший самую малость воображению, красный купальный лиф. Наклонившись, чуть сгибая колени, она мела дощатый пол веранды и, подозревая то или нет, приковывала к себе взгляд Витали.

Лёша, кудрявый рыжий паренёк с конопатым лицом, и рослый татарин Ильнур сидели на сколоченной из досок скамейке, держа по банке пива в руках. Виталя же отщепенцем стоял возле открытой двери кубрика. Не смотря на то, что на скамейке было место ещё минимум для двоих, он предпочёл подпирать собой дверной косяк, будто опасаясь, что кто-то сочтёт за наглость его желание присесть.

– Алис, а вас шмонали уже? – спросил Лёша.

– Да, – ответила Алиса.

– Отняли чё?

– Нее, у нас ничего не нашли, – голос Алисы был по-нежному сипловатый, а голубые глаза, пожалуй, были способны околдовать любого неизбалованного вниманием парня. Выпрямившись в полный рост, она переложила веник в левую руку и убрала за спину лезшие в лицо волосы.

– Хорошо сныкали? – спросил Ильнур и сделал глоток.

– Мы не прятали ничего, – Алиса на секунду встретилась взглядом с Виталей, без какого-либо намёка, и снова посмотрела на Ильнура с Лёшей, – мы в пластиковых бутылках привозили, из-под Спрайта.

– А менты не открывали их? – с сомнением в голосе спросил Лёша. Банка пива застыла у его подбородка.

– Нее, не открывали, – покачала головой Алиса, – ты не понял. Не через горлышко заливаешь. Крышку протыкаешь иголкой, – она подняла веник, представив его как бутылку, – и шприцем закачиваешь внутрь.

– Там же дырка остаётся, – сказал Лёша.

– Нет, не остаётся, – покачала головой Алиса, – зажигалкой запаиваешь и не видно ничего, – она продолжила шаркать веником по половицам, сметая собранную грязь к ступеньке.

– Чё-то зáморочно больно, – задумчиво произнёс Лёша.

Не в силах выдержать напряжение, которое у него возникало при виде прелестной сверстницы, Виталя увёл взгляд и посмотрел в сторону аллеи, на противоположной стороне которой стоял кубрик, точь-в-точь как ихний. В лагере их было что-то около десятка, внешне все одинаковые – дощатые стены, треугольная железная крыша, веранда с деревянным навесом и выходящие внутрь лагеря окна. Натыканные тут и там клёны, от ствола до ствола которых порой было меньше пары шагов, отбрасывали сплошные тени, мало-мальски спасая от июльского зноя.

– А наливаете тоже шприцем? – спросил Лёша, не ожидая ответа. Он изобразил большим пальцем нажатие. Его голая загорелая грудь подрагивала от лёгкого наигранного хохота. Он смеялся не столько от сказанной им шутки, сколько просто от желания развеять скуку.

– Не, не так, – подхватил смешинку Ильнур, – сразу в вену шмаляют.

– Да, именно так, – сказала Алиса и продолжила уборку.

Когда она подошла к Витале, тот услужливо отшагнул в сторону. Ильнур и Лёша продолжали маленькими глотками прикладываться к банкам.

– Дискотека будет сегодня? – спросил Лёша.

– Да, должна быть, – сказал Ильнур, – Антоха со Стасиком ходили оборудование выгружать.

Виталя глянул в кубрик. Стас – высокий длинноволосый парень – лежал на кровати и читал книгу. Антон сидел в дальнем углу и поедал заваренную картошку. Виталя был не слишком рад, приехав в лагерь, увидеть здесь этого жиреющего придурка, который уже успел в первый же день подпортить ему настроение парой едких, непонятно зачем сказанных фраз.

В кубрике, кроме этих двух, никого не было. Остальные (пятеро или шестеро) куда-то свалили.

– Виталь, чё стоишь? – позвал его Лёша дружеским тоном, хоть друзьями они и не были. Трудно было сказать, были ли вообще у Витали друзья. После восьмого класса он видел сверстников разве что в школе, да в лагере.

Виталя отошёл от двери и сел рядом с Ильнуром. Алиса тем временем закончила с уборкой, швырнула веник на ступеньку и упёрлась ягодицами в перила веранды, вытянув вперёд ножки, сложенные одна на другой. Почесав левую ладонь и размяв плечи, она широко зевнула. В лагере царили тишь и спокойствие, как это было всегда после обеда до глубокого вечера.

После очередного глотка Лёша поднял голову и устремил взор куда-то вдаль.

– Смотри-ка, стоит, – вдруг сказал он.

Три пары глаз посмотрели сначала на него, а потом в ту сторону, куда был направлен его взгляд. В десяти шагах от веранды находился забор, сквозь прутья которого можно было видеть простиравшееся во все стороны поле, густо поросшее сорной травой с проблесками фиолетовых цветков лаванды.

– Что стоит? – не поняла Алиса.

– Внатуре, стоит, – сказал Ильнур. Он чуть пристал, а потом, поставив банку на лавку, поднялся во весть рост и подошёл к краю веранды, всматриваясь вдаль.

– Что вы там увидели? – Алиса близоруко щурилась, смотря в ту же сторону, что все остальные.

Леша тоже встал с лавки. Взгляд его был сосредоточенным и полнился неподдельным любопытством.

– Его ж убрали, вроде, – сказал он, – а щас опять появился.

– Ага, – подтвердил Ильнур. Рот его так и остался приоткрытым.

– Вы про что? – голос Алисы звучал заинтриговано. Она посмотрела сначала на Ильнура, потом на Лёшу, и напрямик, с тенью улыбки на лице, спросила, – вы стебётесь что ль?

Но ни тот, ни другой не отреагировал на её вопрос. Оба не сводили глаз с поля, явно усмотрев там что-то изрядно любопытное.

Виталя понял о чём шла речь. А ещё он помнил, что в прошлом году Алисы не было в лагере, поэтому она навряд ли могла слышать о том, что так привлекло внимание ребят.

2

Дима влил в себя по меньше мере полторашку пива и навеселе возвращался от соседнего кубрика. Увидев ребят, стоявших возле забора и что-то высматривающих в поле, он закинул на плечо скомканную чёрную борцовку и подошёл к ним.

– Чё делаем? – спросил он.

Его появления будто бы никто не заметил, лишь Алиса мельком взглянула на него, бросила короткое «Привет» и снова, близоруко щурясь, направила взор в поле, в дальнем конце которого виднелась полоска леса, а по левую сторону, там где кончалась территория лагеря, находилось шоссе и ещё одно поле за ним.

Все смотрели в одном и том же направлении.

В паре сотен метров от забора стоял тёмный силуэт, в котором, даже не стараясь напрячь воображение, можно было разглядеть человеческие очертания. Руки его были чуть раздвинуты (по крайней мере, визуально это выглядело именно так), лицо повёрнуто то ли в сторону ребят, то ли в сторону леса, а трава доставала ему чуть ниже пояса. Он хоть и был неподвижен, как манекен или воткнутый в землю кусок фанеры, но всё-равно уж больно сильно походил на настоящего, живого.

– Может это пугало? – предположил Лёша, сам не доверяя произнесённым словам, – хотя не… – он поводил головой из стороны в сторону, – на пугало не похож.

– Ну-ка, – сказал Дима. Он взялся руками за прутья забора и тоже устремил взгляд к таинственному силуэту, – чё это такое?

– Мне самому интересно, – сказал Лёша и посмотрел на Ильнура, – айда через забор перелезем, глянем.

– Не, не надо, – ответил тот. Вожатые настрого запрещали покидать лагерь без ихнего разрешения, – давай лучше за биноклем сбегаем.

– А нам дадут? – спросил Лёша.

Ильнур махнул рукой:

– Дадут.

– Ну давай, – кивнул Лёша.

В обоих проснулось детское любопытство. Быстрым шагом они направились в дальний конец лагеря и вернулись через пять минут. У Ильнура на шее висел маленький чёрным бинокль, который они позаимствовал у вожатой Юли. Та пользовалась им, чтобы следить за школьниками во время утренней работы в полях.

Подойдя к забору, Ильнур поднёс бинокль к глазам.

– Ну чё там? – немного погодя спросила Алиса.

Ильнур двигал головой и крутил настройку фокуса с дальностью.

– Чё-то хреновый бинокль, – сказал он, – не видно.

– Дай я попробую, – сказал Лёша и, подойдя впритык к Ильнуру, взял у него бинокль, не снимая ремешок с шеи.

Пока тот пытался что-то разглядеть, Витале показалось, что силуэт шевельнул рукой.

– Ну чё? – спросил Ильнур.

– Хрен его знает, – Лёша продолжал крутить настройку, – вроде видно, а вроде ни черта не видно. Виталь! – он отнял бинокль от лица и взмахом руки подозвал к себе одноклассника, – ты у нас глазастый. Глянь-ка.

Виталя молча подошёл и, встав на его место рядом с Ильнуром, взял бинокль. В окуляры была видна одна лишь зелень крупным планом, да фиолетовые цветки лаванды. Чуть выше – лес, гнущиеся к земле ветви и прогалы, ведущие к болотистой местности; чуть в сторону – и видимость загораживал чёрный прут забора, а потом снова трава и цветки лаванды. Но вдруг в поле зрения возникло округлое очертание. Виталя осторожно навёл на него окуляры, подкрутил фокус и увидел человека, не просто силуэт, а именно человека. Но в какой-то момент рука парня непроизвольно чуть подалась в сторону, и это было достаточно, чтобы то, что ему удалось увидеть, пропало из поля зрения. В сознании отпечатался странный образ с какими-то смутными чертами, не способными собраться в чёткую картину.

– Не видно? – спросил Лёша.

Виталя молча пожал плечами и отдал ему бинокль.

Следующий стал смотреть Дима, после него Алиса. Но никто так и не смог ничего разглядеть.

– Гляди, там тоже смотрят, – сказала Алиса, указав рукой в сторону.

Оказалось, что не только их заинтересовало это загадочное нечто. Возле соседнего кубрика стояло несколько ребят на год их младше.

Сгрудившись у забора, они тоже всматривались в поле, ихние лица были направлены в сторону того самого загадочного силуэта.

3

В кубрике горел свет, а вдалеке доносились неразборчивые басы колонок. Сидя на устланной шерстяным покрывалом кровати, Дима держал в руках пол-литровую бутылку, одну из тех, что удалось спрятать от шмона, и наполнял маленькие пластмассовые рюмки. Одну из них он передал сидевшему рядом Витале. Потом закрутил крышку и, поставив бутылку на пол, поднял свою рюмку.

– Ну, чтоб мусора нашей водкой подавились, – произнёс он и залпом влил в себя всё до капли. Сильно морщась и краснея, он взял у Лёшу бутылку с колой и сделал несколько глотков, – щас мент такой: ыыы… ыыы… – он изобразил удушье, касаясь рукой горла.

Следующий бутылку с колой взял Виталя. В прошлом году он не пил в лагере даже пиво. Приехав сюда в этот раз, он вовсе не собирался следовать указаниям мамы и строить из себя правильного мальчика. Послушание и так уже вылилось в несколько лет затворничества. Глянув на рюмку, он поднёс её к лицу и понюхал. Едкий запах спиртяги вызвал дрожь. Собравшись с духом, Виталя начал пить быстрыми маленькими глотками. На донышке рюмки оставалось ещё немного, когда он отнял её ото рта и жадно припал губами к бутылке с колой.

Лимонад прошёл по кругу через шестерых ребят. Стас пил, запрокидывая назад свою сивую шевелюру, похожую на ту, что носят барды, Антон – мерзко корча лицо. После первой рюмки Виталя влил в себя вторую. После третей он расслабленно подался назад и упёрся локтями о кровать. Бутылка закончилась, и Лёша сбегал на улицу за второй. Только он и Ильнур знали, где находился тайник.

– Виталь, будешь ещё? – спросил Лёша, откручивая крышку.

– Этому хватит уже, – сказал Ильнур. Язык его начинал заплетаться, – у него организм ещё не проспиртованный. Да, Виталь?

– Да, мне хватит, – произнёс Виталя. Хотя, если б Ильнур не сказал этого, то он наверняка пригубил бы ещё.

После выпитого его уже не так сильно напрягало присутствие Антона. Да тот и вовсе молчал, словно тоже стеснялся в собравшийся компании.

– Видели подружку Арины? – спросил Дима, дожидаясь, когда Лёша передаст ему бутылку с колой.

– Такая светленькая что ль? – спросил Ильнур, запив водку.

– Да, она, – Дима описал свободной рукой полуокружность, – жопа у неё классная. Она такая, не толстая… но это. Ну ты понял. Есть за что подержать.

– Ага. Яна её зовут. Прикольная, – сказал Ильнур и передал ему лимонад, – только прыщавая.

– Да это по фигу, – Дима выпил залпом и тут же запил маленьким глотком, – только её, наверно, не трахнешь.

При слове «трахнешь» в опьяневшем сознании Витали всплыл образ Алисы, но он не даже не посмел представить её обнажённой – только её милое лицо и не более.

Когда все рюмки были пусты, Лёша оглядел ребят и спросил:

– Ну чё, идём?

– Идём, – сказал Дима и поднялся с кровати.

На улице почти стемнело, и из-за чёрной полосы леса чуть выглядывал краешек пылающего диска солнца. Лёша отнёс недопитую бутылку куда-то за угол кубрика и, возвращаясь к веранде, невзначай глянул в сторону поля.

– Ээээ, мужик! Чё стоишь? Идём бухать! – кричал он, махая рукой, – ща тёлку тебе подыщим!

Дима шагнул со ступеньки и, засвистев, тоже замахал руками. Чёрный силуэт был едва различим на фоне гаснущего закатного зарева. Казалось, он действительно смотрел на них, то ли чего-то выжидая, то ли был занят своими мыслями.

– Хрен с ним, – сказал Дима.

Он натянул на себя борцовку и вместе со всеми зашагал туда, откуда доносилась музыка.

4

Возле кубрика, в котором селились вожатые, стоял пульт, две здоровенные колонки и какой-то мужик в кепке. На скамейке рядом с ним сидела вожатая Юля, черноволосая плечистая девица двадцати пяти лет. На крыше горел яркий фонарь, освещая площадку рядом с закрытыми воротами и столовой. Несколько десятков школьников плясали под музыку. Дима ускорил шаг, когда увидел Яну, узнав её по светлым крашенным волосам и прелестям, выделявшимся под длинной чёрной юбкой. В такой одежде она выглядела ещё привлекательней, чем днём, когда разгуливала по лагерю в джинсах и топике.

Одна мелодия сменилась другой, и Виталя влился в танцующую кучку, энергично дрыгая руками. Он танцевал без остановки, чувствуя драйв. Всего несколько рюмок и он был уже не тем, ощущавшим на себе насмешливые взгляды скромнягой, что прежде.

Быстрая мелодия стихла и заиграла медленная. Танцпол поредел, остались несколько качавшихся в обнимку парочек. На улице было уже совсем темно, и фонарь оставался единственным источником света. В этот момент Виталя увидел Алису. Она стояла в нескольких шагах, спиной к нему, в чёрной майке и розовых спортивных штанишках в обтяжку. Рядом с ней никого не было, но Виталя, каким бы не действовал на него алкоголь, всё-равно даже и не думал подойти к ней, сознавая в глубине души, что она слишком хороша для него.

Он хотел было уже ретироваться в сторонку и дождаться, когда снова зазвучит ритмичная песня, как вдруг Алиса обернулась, и он встретился с ней взглядом. Она застыла на месте, и на лице её возникла улыбка, такая же тёплая, как и её нежно-голубые глаза. Всё было как в полусне, ноги сами шагнули к девушке. Она подалась навстречу, непринуждённо положила руки ему на плечи, а он робко обнял её талию, ощущая тепло нежного женского тела сквозь тонкую ткань.

Они медленно качались в танце. Сам не веря удаче, Виталя обнял Алису сильнее, повинуясь инстинктивному желанию. Он провёл ладонями по её спине, желая, но не смея скользнуть руками ниже пояса, а она, прижавшись сильнее, положила голову ему на плечо.

Всё выглядело так, как если она на короткие минуты стала его девушкой. Первой девушкой, ведь до этого он ещё ни с кем не был столь близок.

Таинство медленно танца продлилось недолго. Последний припев и мелодия затихла. Алиса покинула его, растворившись во вновь собравшейся кучке школьников.

Когда снова зазвучала медленная песня, Алиса сидела на лавочке, рядом с Яной и Ариной. Вторая была её одноклассница, мелкая, чернявая, с армянским лицом. Дима танцевал с какой-то рослой барышней, как и он сам, выглядевшей старше своих лет.

К Алисе подошёл какой-то парень, видимо хотел пригласить на танец. Она покачала головой, явно отшив его, что польстило Витале. Он хотел было сам пригласить её во второй раз, представив мысленно её прикосновения, но интуиция подсказала, что сейчас не стоит этого делать.

Когда дискотека закончилась и танцпол опустел, Виталя выцепил взглядом Алису. Увидев, что она идёт одна, он смело ускорил шаг и нагнал её.

Она посмотрела на него и, томно улыбнувшись, произнесла:

– Проводишь?

Он взял её за руку, сам удивившись столь смелому действию, и они молча дошли до её кубрика. У оградки веранды, она отпустила его руку и, помахав Витале ладошкой, всё с той же прелестной улыбкой и взглядом голубых глаз, произнесла «спокойной ночи», после чего исчезла внутри кубрика, из открытой двери которого на веранду падал длинный треугольник света.

Виталя чуть постоял на месте, после чего, счастливый, побрёл к своему кубрику. До отбоя оставалось меньше часа.

5

Виталя проснулся не таким счастливым, каким засыпал. И дело было вовсе не в похмелье. Он не чувствовал ни головной боли, ни тошноты, ни всего того, что должен был обещать алкоголь. Была лишь сухость с неприятным привкусом, словно он прополоскал рот средством для чистки окон. Все события минувшего вечера казались сном, сном без продолжения.

Утро было прохладным, и тело ленилось вылезать из-под простыни, так же как и ночью лень было тянуться за висевшем на боковине кровати шерстяным одеялом. За ночь воздух в лагере остыл, а солнце, взошедшее пару часов назад, ещё не успело наполнить его зноем.

Виталя натянул на себя лежавшие на спортивной сумке шорты с майкой и поплёлся вместе с остальными умываться. После чего, вернувшись в кубрик, чтобы положить обратно щётку, пасту и мыло, и, надев кепку, направился в столовую.

На завтрак была манная каша со сваренным кусочком докторской колбасы и много хлеба. Алиса сидела через два столика от Витали, рядом с ней был приехавший этим утром её одноклассник Ваня, который о чём-то с ней разговаривал, вызывая у Витали лёгкую ревность. Тот был крепко сложен и постоянно держал плечи чуть приподнятыми, словно намекая, что с ним шутки плохи.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.