Everything I am
Сборник стихотворений
Наталья Иванова

Посвящается самым лучшим Родителям в мире.

А так же трём Женям

и Кате Супермену.

Отдельная благодарность

Serpensortia, tuuli-veter

и всем, кто меня вдохновляет.

© Наталья Иванова, 2024

ISBN 978-5-0055-0043-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Графические

Мы

О любви

Звук из будущего

Звук из будущего – как чудо:
Шалый ветер, забыв дорогу,
Мой же смех мне принёс оттуда.
Это лето подарит много.

Будет мишка, как персик, рыжий.
Тёмно-синим окно зашторим.
Будут ночи под звёздной крышей
И с мурлычущим нежно морем.

В темноте у костра в обнимку
Просидим, от покоя млея.
И поднимутся искры в дымку
До созвездия водолея.

А ночная прохлада мая
Пробирается в окна дома.
И ты спишь, ничего не зная.
Мы пока ещё не знакомы.

Понять

Настоящая, русская, белая,
С дымоходом, лежанкой, трубой.
Жаль, не ценят сейчас устарелое.
Но она остаётся собой.

Над заслонкой – немножко копоти,
А внутри – и представить страшно.
Зато сам в её тёплом шёпоте
И не вспомнишь обид вчерашних.

Не покажет огня во вздохе,
Всё бушует внутри, как голод.
Кого любит – тепло до крохи.
Кем забыта – бездушный холод.

И не может гореть, как свечка,
Чтоб, не грея, жить, не любя.
Так ночами у старой печки
Я пытаюсь понять себя.

Скрипка

Убивает с секундой каждой,
С тетивами из струн тугими.
Через миг с небывалой жаждой
Возрождает – уже другими.

Выжигает из нас нещадно
Всё ненужное, надлежащее.
Оставляет же мало, жадно —
Только самое настоящее.

Выворачивать душу звонко
Так умеет она двояко:
С непосредственностью ребёнка
И безжалостностью маньяка.

И, отбросив земную чушь,
На вопрос «за что?» отвечает —
Нам в сосуды рожденных душ
Бессловесно «люблю» вливает.

Душа

Содрогаться от жара огня,
Но выдерживать синее пламя
Я могу. Как и дать, не виня,
Сердцу с мозгом меняться телами.

Не к тоске, одиночеству, боли,
А к любви наконец-то привыкнуть
Я хочу. Но пугаясь неволи,
Буду врать, когда хочется крикнуть.

Да хоть птицею раненой биться —
Приручить ты меня не спеши.
Я боюсь. Не в тебе заблудиться,
А в потёмках своей же души.

Судьба

Смеша судьбу, мы карты с трепетом разложим,
Но, к счастью, жизнь свою не знаем наперёд.
На плечи времени вопросы переложим.
Когда-нибудь оно само всё назовёт.

Нам бесполезно от любви пытаться спрятаться
И ненавидеть то, что нам принадлежит.
К чужим порогам понапрасну ездим свататься,
А счастье, может, много лет у ног лежит.

Свободны мы, пока свободе доверяем.
Пока не знаем, что должно произойти.
И часто мы на том пути судьбу встречаем,
Который выберем, чтоб от неё уйти.

Нужность

Ждём только тех, кто жизнь пророчат,
И забываем тех, кто лгут.
Вода, конечно, камень точит,
Но люди столько не живут.

Несём в себе сердца живые,
Хоть и уставшие от шрамов,
И, как бойцы передовые,
Теперь с довеском в девять граммов.

Живём поступками афишными,
Звонками, кофеином, нервами.
Не оставаться чтобы лишними,
Порою исчезаем первыми.

А жизнь трепещет и курносит,
За «нужностью» продолжа бег,
Той, что приносит и уносит
Один и тот же человек.

Мера

А я не умею любить в меру.
По справедливости, по примеру.
Мне сердце дали не по размеру —
Я так понравилась инженеру.

И душу, дикую, как пантеру,
Не укротить, не загнать в пещеру.
Она не мечется по вольеру —
Сметает все внутренние барьеры.

И каждый раз я как на премьеру,
Порой проклиная свою манеру.
Но, даже теряя в любовь веру —
Сама не умею любить в меру.

Солнце

Солнце ходит на работу,
Новый день сменяет ночь.
Не хватает нам чего-то…
Кто же сможет нам помочь?

Мы запутались, как дети,
В двух словах: «тебя», «люблю».
Всё плетём кому-то сети,
Распуская жизнь свою.

Но, как небо может низко
Начинаться у земли,
Так и счастье наше близко,
Чтоб найти его смогли.

Счастье ходит на работу,
От темна и до темна.
У него свои заботы,
Нет ни отдыха, ни сна.

На лице у счастья строгом
Светло-тёплые глаза.
Загляделась в них немного —
В сердце вечная гроза.

Нет другого на планете,
Но останусь в стороне.
Знать, что есть оно на свете —
Этого хватает мне.

Позволь

Проходят через нас события и лица,
Садится солнце, чтобы день нести другим.
И всё пройдёт, и никогда не повторится,
Так каждый день мы умираем вместе с ним.

И так живём: легко, поверхностно, беспечно,
Осветим сотням путь, мимо кого пройдём.
А в новый день забудем их навечно,
И ничего во взгляде в спину не поймём.

Так много времени на новые знакомства,
Так мало, чтобы одного узнать.
А тот, кто видит лишь тебя в толпе притворства,
Уже готов тебе это прощать.

Позволь же громче громовых раскатов
Побиться сердцу, если чувствуешь – влюблён,
Ведь не бывает одинаковых закатов,
Ведь не бывает одинаковых имён.

Живая

Устроен так наш организм,
Что человек не замечает,
Как этот сложный механизм
Свои задачи выполняет.

Мы дышим медленно, спокойно
Под ровный мерный сердца стук,
И мысли протекают стройно,
Пока ЕГО не встретим вдруг…

Того, чьё имя рвёт сосуды
Для связи сердца с головой,
Того, кто нам подарит чудо
Себя почувствовать ЖИВОЙ…

Любовь

Одни мы в этот мир приходим
И сами по себе живём.
Теряем что-то и находим
И всё чудес от жизни ждём.

А жизнь летит, как птичья стая,
Успеть бы вовремя понять,
Что наша миссия простая:
Мы рождены, чтоб отдавать.

И вылетит из стаи птица,
Чтобы замедлить жизни бег,
И чудо вдруг само случится,
Ведь это чудо – человек.

Такой, чья жизнь своей ценнее,
Чьё счастье станет смыслом жить,
Кто сделает тебя сильнее,
Чтобы сильней его любить.

И про себя мы забываем,
И закипает бурно кровь,
А это чувство называем
Легко и искренне – любовь.

Проба

Всё сложно в жизни у людей,
Совсем мы разных все мастей.
В чужой игре пощад не жди:
Принять не можешь – уходи.

Свои тут правила у всех,
Своё понятье слова «грех».
Вот так на свете и живём:
Всё меньше любим, больше врём.

Мы перестали понимать,
Что «брать» не значит «забирать».
И что один из трёх фрагментов
Всегда лишь для эксперимента.

И часто веришь и не веришь
Тому, с кем связаны мечты,
Своим дыханьем руки греешь,
Боясь, что проба – это ты.

Отдавать

Забыть себя – всегда удача,
Хотелось для тебя стать всем,
Любить, не требуя отдачи.
Или не знать тебя совсем.

Природа учит нас: «Живи,
Прощая жадность и беспечность,
Ведь только в жертвенной любви —
Неиссякаемость и вечность».

Люди гоняются за счастьем,
Им бы очнуться и понять —
Всё в нас самих и в нашей власти,
Ведь счастье в том, чтоб отдавать.

Но с крупных нет у жизни сдачи,
И ты не знал меня совсем…
Но всё равно плачУ и плАчу —
Ты для меня успел стать всем.

Должность

Мне без солнца невозможно,
Дня счастливого залог.
И в упор смотреть не сложно —
Снижен яркости порог.

С холодом борюсь отважно,
Хмурых дней не перечесть.
Чтобы жить, мне очень важно
Знать, что солнце просто есть.

Пусть не близко, пусть не много,
Хватит мне его тепла,
Чтоб на светлую дорогу
Мягко тень моя легла.

Не оставь меня без света
И согрей, чуть-чуть любя,
Ведь давно на должность эту
Сердце выбрало тебя.

Без тебя

Без тебя у меня получается всё,
Иду ровно своею дорогой.
Каждый день что-то новое в жизни несёт,
Её делая гладкой, пологой.

Без тебя замечаю все вещи вокруг,
Знаю, что там у нас за погода.
И легко говорю я на встрече подруг:
«Одиночество – это свобода».

Без тебя моё сердце так мерно стучит,
В нём без ревности стало спокойно.
От любви его опыт теперь защитит,
За ошибки мои, многослойно.

Без тебя стала взрослой, серьёзной такой…
На качелях пусть дети качаются.
Приходить теперь вовремя буду домой,
Вечер без приключений кончается.

И стихи я пишу, и с работой везёт,
И хорошие люди встречаются…
Без тебя у меня получается всё,
Только счастья вот… не получается.

Твои следы

Ложатся чувства на бумагу,
Стирая клеток белый цвет.
Она была подобна флагу,
Но времени сдаваться нет.

Стихов страницы: старый, новый —
Мои отсрочки пустоты.
Жизнь учит быть всегда готовой,
Что можешь вновь исчезнуть ты.

Когда уложишь боль на строки,
Находишь снова силы жить.
Поэты часто одиноки,
Нельзя счастливыми творить.

С тобой мне пишется так много,
Страданий – лучшие плоды.
Спасибо, что моя дорога
Теперь хранит твои следы.

Гроза

На небе тучи неожиданно сомкнулись,
Совсем нелётная погода и гроза.
На высоте одной стремительно столкнулись
Зеленоватые и серые глаза.

Быть может, курсы были сбиты не случайно,
Нельзя приборам доверять наверняка.
И в тёмном небе два пути необычайно
Свела судьбы молниеносная рука.

Своя дорога ждёт их на небесном донце,
На высоте одной им вместе не летать,
Но то, каким бывает ярким наше солнце,
Лишь та гроза тогда сумела рассказать.

Лекарство

В этот день за порогом стало
От тумана как будто глуше.
Роща мелко, цветно дрожала,
Зябко морщились лица и лужи.

Серых, тучных своих овечек
Ветер гнал по-пастушьи строго.
Дым из труб оживавших печек
Выстилал перед ними дорогу.

Ты обнял и открыл мне царство,
Где я буду всегда согрета.
В этот день я нашла лекарство
От симптомов остывшего лета.

Далёкий близкий

Ты приходишь ко мне ночью,
А ещё иногда под вечер.
Засыпая, я знаю точно,
Что вот-вот тебя снова встречу.

Ты приходишь ко мне утром
И немного пореже днём.
Мне посыпать бы сон пудрой,
Чтобы ты наследил в нём.

Мне тебя не бывает много,
Ну останься на этот раз!
Но будильник тюремно-строго
Обрывает свиданий час…

Беззащитная я, как слизни,
И ползу по холодной жести.
Мне не жалко на сон жизни —
Только там мы быть можем вместе.

Душеловные эти снасти
В рай навек там манят вернуться…
Нужно только поддаться счастью
И когда-нибудь не проснуться.

Тебе

Люди, мы всего лишь люди.
В жизни всякое бывает.
Пусть нас строго бог не судит,
Если вдруг… надоедает.

Вещи, время, чувства, лица,
Как огонь: горит – погас.
И слова вольны, как птицы —
Актуальны лишь «сейчас».

И какое это счастье —
Чувство вдруг найти одно,
Над которым ты не властен —
Не изменится оно.

«Люди все – пороков сборник
В наш непостоянный век?»
Ну, тогда его виновник —
Не совсем и человек…

Доказать это поможет
Уже первый встречный шаг:
Человек простой не может
Даже улыбаться ТАК!

Отгремело

Война закончилась, почти трёхлетняя.
Осенним вечером стрельба последняя.
Боролась долго я, упорно, яростно,
Но я бессмертная, а ты безжалостный.

Мои орудия умрут горячими.
В себя направить бы, но как в лежачего?
И пустота вокруг, как заряжённая,
Земля холодная и обожжённая.

Три года сердце билось по твоим правилам.
Я это в прошлом всё, любя, оставила.
Вот только жизнь-то новая не начинается,
С такой войны, увы, не возвращаются…

Ломка

Мне снова темно, и ты чиркаешь спичкой.
Вторая затяжка – ещё не привычка.
Я в этом себя, как могу, убеждаю
И вдохи совместные тайно считаю.

Но дым проникал в нас, увы, безгранично,
В себе растворяя понятие «личность».
И те граммы счастья, что мы покупали,
Нам в жизни моментами лучшими стали.

Зависимость – нет безнадёжнее слова,
Но я с этим справлюсь, мне это не ново.
А в панике глаз промелькнуло незримо,
Что эта реакция необратима…

Приходит всегда за беспечность расплата…
Не зря всё же «да» прозвучало когда-то,
Но кровь не очистить от примесей едких,
И сердце их снова разносит по клеткам…

Теперь всё вокруг, будто минное поле…
Ведь память гораздо сильнее, чем воля.
И шепчешь сквозь слёзы: «Не надо, не надо»,
Но снова не можешь сдержаться от взгляда.

Уже просто нечего стало бояться…
И, кажется, больше не будешь смеяться…
Измученный разум поддался гипнозу…
А сердце мечтает: «Ещё одну дозу…»

Зачем же на это идти добровольно?
Уж лучше бы было физически больно…
Ведь знает, кто дважды вошёл в эту реку —
Нет ломки страшнее, чем по человеку.

После

В отраженье смотрю своё,
Вижу там не себя – её.
Как чужая после разлуки,
У неё не такие руки…

Хоть обнимут и не обманут,
Но к душе прижимать не станут.
И глаза холоднее стали,
Просто в них очень много врали.

Недоверие там одно
И теперь есть предел, есть дно.
Губы трону рукой несмело
И отдёрну – об лёд задела.

Я не верю в свою улыбку,
Будто зеркало очень зыбко.
И лишь прежнее сердце редко
Бьёт за новой надёжной клеткой.

Я на прутья эти наткнулась,
С пониманием отвернулась…
Я другою совсем была,
Когда счастьем твоим жила…

Воспоминания

Четыре двадцать уже, а мне не спится.
Я дома, в комнате, а как в больнице.
Лежу под капельницей, распята словно.
Вливают яд в меня, почти любовно.
Воспоминания, густые, липкие…
А стенки вен моих такие хлипкие.
Воспоминания, святые, жгучие…
Они не лечатся, они живучие…
От мерных капель этих никак не деться.
И в 36,6 теперь мне не согреться.
К постели намертво лежу прикована.
Но грань последняя не отшлифована.
Рассвет за шторами, как просветление.
Он новый бой несёт, не избавление.
И спросит ласково: «Стереть не хочется
Воспоминания? И пытка кончится».
И смолкнут чайки вдруг, всегда крикливые.
«Нет, ни за что! – шепчу, – они… счастливые».

Амнезия

Ты однажды окликнешь резко,
Но я голос твой не узнаю.
Не услышу, как рвётся с треском
Полотно моей жизни с краю.

Ты ко мне, сокращая дальность.
Не узнаю твою походку.
Не почувствую, как реальность
Расползётся по швам коротким.

Назовёшь себя, горько, прытко.
Твоё имя мне не знакомо.
Не увижу, как лопнут нитки,
Что сшивали мои разломы.

С этой общей каменоломни
По осколкам душ отступаю.
«Извините, я вас не помню» —
Я скажу тебе, вспоминая.

Космос

Гравитацию отменило
Безрассудное то признание.
Я планету свою дарила,
Ты мне – космос в одно касание.

Через тонны холодной пыли,
Через тернии прямо к звёздам
По дорогам бесследным плыли,
Становясь будто выше ростом.

Я не стану ещё крылатей.
Удержи меня за запястья.
За орбитой твоих объятий
Не найти ни тепла, ни счастья.

Не опасно

Провожаю тебя взглядом,
А внутри мигает красным.
Просто ты всё ходишь рядом,
Но не близко, не опасно.

Реагирую на фразы
Твои остро нереально.
Просто ты цепляешь сразу,
Это нервы, всё нормально.

Задеваешь по запарке,
Я мурашками покрылась.
Просто ты какой-то…. жаркий,
Может быть, я простудилась?

Шутишь: «Без меня скучаешь?
Если «рыбы» нет в тетрадке?»
Просто ты всё понимаешь…
Но я справлюсь, всё в порядке.

А внутри немые герцы
Бьют в истерике неслышно.
Просто ты достал до сердца.
Я не знаю, как так вышло.

Короткое счастье

Не побоюсь любить и ждать, пока живая.
Открыв тебя, себе закрыла двери рая.
За счастье платы не боюсь, она проста:
Срок боли – средний.
Она с надеждой лишь уйдёт, но только та
Умрёт последней.
И смело взгляд тебя искать в толпу ныряет,
Как замирает сердце, ведь вокруг никто не знает.
Смотрю с дрожащей бессознательной улыбкой
На тротуар, наш столик, стул, тетрадь… без «рыбки».
И храбро ночью по Курортному шагаю,
Ведь знаю точно – теперь в городе одна я,
И он молчит, молчат все песни, море даже,
Без твоих лёгоньких шагов молчит всё в доме нашем.
Любить не страшно и не грех —
Ты безоружен.
Страшно быть лишним в жизни тех,
Кто стал так нужен.

Мой талисман

Ты столько светлого сумел мне подарить,
За нашу встречу благодарна богу.
Чтоб эту зиму даже просто повторить,
Я бы пешком прошла до гор дорогу…

Пусть счастье мутное придуманное рухнет,
Словно в тумане столько долгих лет жила.
И только ночью той на нашей общей кухне
Я наконец-то честною с собой была.

Кого-то время лечит, а кого-то водка,
Так годы у людей крадёт самообман.
А мне твоя помогла выжить фотка,
Она мой личный олимпийский талисман.

Этот февраль самым счастливым в жизни был,
Уже ничто, конечно, не вернёшь, я знаю.
Ты сердце слушать и быть сильной научил.
Прости меня, ты прав, я так скучаю…

Ты и я

Быть может, во всём виновата сама
И слишком тобой дорожу.
Ты сводишь меня для чего-то с ума,
А я для чего-то – схожу.

Ты учишь меня теплоту сберегать.
Поверь, я ей цену знаю.
Тебе, чтоб гореть, нужно что-то сжигать,
А я, чтоб гореть, сгораю.

Свободу ты ловишь, а я – гублю.
Мне так же она дорога.
Но ты – господин своего «люблю»,
А я своего – слуга.

Поздно

Возмущённый мой детский крик
Во дворе порой раздавался:
«Ты не нужен мне, ни на миг!»
Ты не верил мне и смеялся.

Столько встреч ещё впереди.
Ну когда же сам догадаешься?
«Ты не нужен мне, уходи!»
Ты не веришь мне, улыбаешься.

Двор, что взглядом прощальным смеришь,
Будет криком моим разбужен.
Ведь однажды ты мне поверишь.
Когда станешь безумно нужен.

Прошлое

Своё сердце тебе – достойно,
В стиле ню, на ладонь, торжественно.
Это было бы непристойно,
Если б не было так божественно.

И тебе – ради всех святых —
Мой бесстыдный душевный стриптиз.
Ведь для этих геройств земных
Мы и спрыгнули с неба вниз.

А теперь притворимся безгрешными,
Непричастными к подвигу пошлому.
И годами, густыми, кромешными,
Мы прикроемся. Прошлое – прошлому.

Живу тобой

Ты не тот, кого я ждала. Ты лучше в десятки раз.
Как будто бы не жила без этих божественных глаз.
Своими едва окропя, лучше сердце к тебе приближу.
Я не смотрю на тебя. Я тебя и без этого вижу.

Это грехопадение, что до небес поднимает.
Сколько во мне терпения – бог один только знает.
Жизнь мою раздробя, он от тебя не спас.
Я не хочу тебя. Я хочу сразу нас.

Любовь надо мной смеётся. И крутит калейдоскоп,
Совершенно другими красками жизнь заиграла чтоб.
Любовь зажигает души. Как нимбы над головой.
Я не люблю тебя. Хуже – я просто живу тобой.

Беззвучно

Через годы на них устремит время взгляд,
Золотой, понимающий, волчий.
Это будет обычный осенний наряд.
Умирают деревья молча.

Приходя, закрывает зима им глаза,
Безнадёжно, предательски, лихо.
Но не дрогнет глубокая бирюза.
Замерзают озёра тихо.

Твоих слов «не нужна» отравляющий пар
Растворится бесследно у крыши.
Для любви это будет последний удар.
Но никто ничего не услышит.

Невзаимность

Невзаимность, ну что теперь,
Не трагедия, в самом деле.
Только в счастье закрыта дверь.
И зависимость на пределе.

Мы под небом с тобой одним.
Я могу тебя взять за руку.
Только сердце кричит «горим»,
И не выдержать эту муку.

Я могу подойти, обнять,
Чтоб сердца наши стали ближе.
Только слёз подступивших рать,
Из-за них ничего не вижу.

Невзаимность, в конце концов,
Не трагедия априори.
Только в мыслях твоё лицо
Нескончаемо на повторе.

Ты ушёл

Волны умыли берег.
Штилю поверить трудно.
Море, как я, холерик,
После штормов безлюдно.

Бури – проверка счастья
В радости или в горе.
Бури – как признак страсти,
Море без них – не море.

Слишком на волю хочет
То, что в душе сокрыто.
Слишком любовь клокочет —
Сердце о соль разбито.

Волны умыли берег.
В прошлом каприз природный.
После своих истерик
Утром проснусь свободной.

Конец

Мне было не о чем молиться,
Хватало в небе звёзд оконных.
А чтоб до счастья дозвониться—
Всего семь кнопок телефонных.

Барьер защитный отключался,
Поверил в правильную ложь.
А бой морской всё продолжался:
Тот – ранил дважды, ты – убьешь.

Впустую признаки надежды
Глазами с губ твоих ловлю.
Как много стали, тёплой прежде,
В коротком слове «не люблю».

Одна

Идти дальше своей дорогой
Ты легко мне тогда сказал.
Учил рядом шагать и в ногу,
А потом с собой не позвал.

Жизнь – набросков гора эскизочных.
Ты учил миг ценить летящий.
Так зачем ради «завтра» призрачных
Ты пожертвовал настоящим?

Когда в сердце ты – до предела,
Как же можно, подумай сам,
Снять одежду с души и тела
И привыкнуть к другим рукам?

Научил ты меня так многому,
И всегда мне хватало сил.
Только жить за твоим порогом,
Без тебя – ты не научил.

Ответный ход

Не узнать его, подменили вдруг.
Взгляд решительный, лихорадочный.
В темноте глаз – сердца голодный стук.
Сил прилив слепой, беспорядочный.

И душа его, будто с прачечной,
Вроде чистая, но застирана.
Хоть согрета мечтой горячечной,
Но сначала бы разбронировать.

Это чувств отгремевших призраки,
Беспощадные, неуёмные.
Игры карточной с жизнью признаки,
Где противники вероломные.

Он сильнее всё ищет, больной азарт,
Те пытается чувства побить.
А в конце поймёт: сколько б ни было карт,
Туз козырный ничем не покрыть.

Память

Глаза вновь поводы для радости находят,
И пустоту в душе прикрыть поможет стих.
Но чувства искренние вовсе не проходят,
Я просто больше не показываю их.

Они живут. В прибоях, звёздах и рассветах.
И в плеске моря у высоких берегов.
В твоих бесценных умных жизненных советах.
В моих мечтах, к которым ты был не готов.

В цветах, невянущих, но самых настоящих,
В камнях исхоженных плечом к плечу дорог,
В твоих словах, так живо в памяти звучащих,
Хоть срок их годности давно уже истёк.

Пусть обездвижит сердце каменная глыба,
Лишь бы твоё было всегда-всегда согрето.
Хочу сказать тебе я просто так «спасибо»
За счастья восемьдесят дней. За НАШЕ лето.

Не обнимай

Больше не будет истерик, эмоций.
Заперто в клетке грудной моё солнце.
И не увидишь ты слёз моих больше.
Прутья её стали крепче и толще.

Там и любовь моя будет томиться,
Чтоб я могла рядом с тобой находиться.
С бомбами в душах ведь люди живут.
Время затянет, цветы прорастут.

Просто привыкнуть к давлению дай
И никогда больше не обнимай.
Можешь быть рядом, но не подходи.
Ведь кнопка «взорвать» – у тебя на груди.

Он

Бывает, он к тебе лишь просто повернулся,
А ты ему всю душу сразу: «На, смотри»
Ещё рукой тебя ни разу не коснулся,
А сердце чувствует, что он уже внутри.

А он на нём бездумно и от скуки
Как на игрушке имя вырежет своё.
И всё теперь… Какие б ни обняли руки —
Не те… не так… не то… и не моё…

Нас разведут на пропасть и на мили
Другие люди и другие города.
Но тех, кого действительно любили,
Уже мы в жизни не забудем никогда.

Расплата

Это чувство так сложно сравнить…
«Словно разум в кошмар опустили».
А словами всё просто – «платить
За то счастье, что мы ощутили».

И сознание бьётся в агонии
Изнутри о коробку телесную,
И никак не проснуться, ирония…
Счастье знала? Знай кару небесную!

Но бесстрашно «люблю» говорила…
Ради этих мгновений с признанием
Я расплату любую просила!
Твой ответ худшим стал наказанием…

Для тебя

Ошибок делаю я так много!
Ты терпишь всё, непоколебимый.
Как к счастью нехоженая дорога,
Мой первый, сложный, родной, любимый.

Закрыв глаза, я иду по встречной,
Не слыша резкого стоп-сигнала,
Бываю глупой, прямой, беспечной,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.