Александр Зимин
Ребёнок на свету

Часть первая
Немножко можно

(Капля дёгтя бочку мёда портит. Поговорка)

1

Этот странный, наполненный испытаниями год останется в памяти Софии на всю её жизнь. Все проблемы и сложности навалились на неё снежным комом, словно лавина, скатывающаяся с горы. Всё началось с того, что любимый муж исчез из её жизни. Последнее, что Соня помнила, как Андрей сказал, что собирается в больницу, после ужасного происшествия. Он ушёл, а она ждала клиентку на маникюр, затем получила от мужа сообщение: «я ещё не освободился, но скоро буду дома», после чего тишина… На звонки Андрей перестал отвечать, все её тридцать или более того СМС были проигнорированы, вот тогда София почувствовала страх, который станет её другом. Первым делом она понеслась в поликлинику, расспросила там всех врачей, всех медсестёр приезжал ли её муж сюда. Как оказалось, Андрея не было и ему бы пора прийти, чтобы сделать ежегодную флюорографию. Это насторожило Соню, но она продолжила поиски и решила позвонить друзьям, вдруг Андрей решил пропустить пару стаканов пива, например, с Толей, что они иногда делали. Это звучало логично, но неправдоподобно, потому что Андрей точно сейчас не хотел бы показываться на глазах у друзей. Никто из друзей не знал местонахождение её мужа. Здесь взяла паника вверх, Соня попала в безвыходную ситуацию, ей оставалось только ждать, когда муж вернётся домой. Конечно же он вернётся, говорил Соне её озабоченный мозг, с чего я вообще взяла, что Андрей пропал? Губы Софии дёрнулись, и она вспомнила в каком виде её муж вернулся вчера домой.

Совсем недавно у них были проблемы с деньгами, и им пришлось занимать некую сумму у человека, к которому они не испытывали доверие. Андрей вернул вчера все эти грязные деньги, несущие в себе только боль и разочарование, которые крадут всю положительную энергетику человека, делая его слабым и уязвимым. Правда, Андрею сильно досталось, но главное, что долг возвращён и им больше ничего не угрожает. Значит человек, занявший им денег, тут, возможно, никак не причастен.

Вечером Андрей так и не вернулся домой. София не спала всю ночь, бездумно пялясь в экран телефона и набирая номер мужа, где голос женщины отвечал: «абонент временно недоступен или находится вне зоны действия сети». Утром Соня заявила в полицию о пропаже человека. Сказала только то, что муж пропал, не упоминая о проблемах с деньгами. Она не верила, что после того как Андрей вернул деньги, его на следующий день отыскали те же люди и забрали куда-нибудь в неизвестность. Таких животных, помешанных на деньгах, волновало, чтобы долг вернули вовремя, и Андрей его вернул. Тогда где Андрей? Внутри уже зрел страх, вот только подсознание Софии сражалось с ним, не давая пробраться в мозг. Но чего греха таить, наверно, Андрей ушёл к другой… Помог вернуть долг и ушёл к другой бабе. София старалась изо всех сил отсекать эту мысль, не позволяя ей раскрыться.

У них же всё было так хорошо: собственная квартира, да однокомнатная, но своя, работа, еда, изобилие еды. Кухня всегда наполнена божественными запахами, которые ударяют в нос, когда заходишь в квартиру и вдыхаешь первые нотки пряных специй, привезённых Соней и Андреем летом из Абхазии. Аромат невольно переносит туда, на берег ласкового лазурного моря, где вспененные прохладные волны захватывают ноги, стараясь утянуть тебя с собой, а ты раскинулся на камушках под жёлтым зонтиком и пьёшь с любимым человеком ледяной лимонад, который вскоре станет горячим от палящего солнца.

Вечером вместе укладывались в свежую, хрустящую, двуспальную кровать. Отдавались бурному, горячему сексу, а затем в обнимку засыпали. Или включали ночник, он заполнял всю комнату нежным светом, а они читали книги. Андрей предпочитал русскую классику, для него перечитать произведения Льва Николаевича Толстого было одно удовольствие, а тем временем, София с головой погружалась в сказки Братьев Гримм.

София получила ту жизнь о которой мечтала, но Андрей, скорее всего, видел другое будущее, где нет Сони, поэтому испарился, позабыв то, что нажил с любимой женой.

Соня изо дня в день бегала по городу в поисках мужа, придумывая страшные истории, что Андрея нашёл тот человек, у которого они занимали, и убил его, закопав тело в тёмном лесу под толщей земли. Или всё куда намного проще – Андрей сейчас с другой, а его любовь к Соне – ложь.

***

Прошёл месяц, а муж не вернулся. Тогда ночью, в холодной и ужасной от одиночества комнате, в беспокойный сон Софии прорывались образы как Андрей развлекается с какой-то молодой сучкой. Гладит её, шепча на ухо, как он хочет её. Этот образ был таким ярким и насыщенным, что ломал внутренний стержень Софии. Она, конечно, не замечала этого, но душевный кремень уже начал трескаться. Из ночи в ночь, то ли сон, то ли её яркое воображение показывало как сейчас хорошо мужу с другой, пока Софию разъедает изнутри чувство постоянного страха, утраты и неизвестности. Андрей никогда не изменял жене, но почему-то она всегда этого боялась. Скорее всего, своими мыслями она воплотила страх в реальность. Мысли материализуются, не так ли?

2

Угнетающее чувство в груди Сони не проходило, а только укреплялось, основывалось внутри. София ощущала тяжесть, набирающую массу с каждой секундой. Девушка не знала, чем себя занять, чтобы гнать плохие мысли из головы. Утром и целый день она работает, что прекрасно помогает отвлечься, но стоит появиться свободной минуте, в голову возвращаются ненужные, разрушающие мысли. Самое тяжелое было понять – почему? Почему её муж так поступил с ней? На это существует объяснение, но, возможно, Соне не суждено узнать причину.

Вечером Соня пришла домой и ждала клиентку на маникюр (так примерно проходил каждый вечер после работы). Пока к ней никто не пришёл, Соня взялась за уборку под громкую музыку. Каждый Божий день вечерняя уборка повторялась, чтобы не оставаться наедине с самой с собой, с тяжёлыми мыслями. На полках не успевала появляться пыль, а Соня уже снова протирает там тряпкой. Пол поблёскивал, отражая свет от люстры, но его всё равно следует помыть, а лучше два раза. В книжном шкафчике София расположила книги в алфавитном порядке, завтра она сделает это по-новому, а послезавтра – совсем не так как было предыдущие три дня, лишь бы занять мозг и руки чем-нибудь отвлечённым. Конечно, перебирая книги, воспоминания обжигали её, рисуя перед мысленным взором родную картину, которая приносила столько боли: горит мягкий жёлтый свет от ночника, она лежит в лёгкой белой сорочке без трусиков и замечает, как Андрей поглядывает на неё, резко отводя глаза, когда она посмотрит на него. Его взгляд был весёлым, счастливым и даже хищным… Это означало, что в голове мужа закипела интересная идея. Затем он вскакивает на кровати в белой майке и чёрных трусах, словно горилла, издавая смешные звуки: «У-У-У-У». Соня смеётся, как ребёнок, неподдельно, излучая радость. А потом Андрей внезапно рвёт на себе майку с оглушающим треском и прыгает к Софии. Это было всего лишь прелюдия, чтобы соблазнить самку для брачных игр. После превосходного секса Андрей читал ей вслух, а она, витая в облаках, засыпала под его строгий, уверенный голос. Столько воспоминаний от одной книжки, которую Соня сейчас держала в руках!

К концу уборки подошла клиентка. Она заметила, что с Соней происходит что-то неладное, поэтому старалась разговорить её, пока та делала роскошный маникюр.

– Что с тобой? Ты выглядишь как-то… иначе. Давно тебя знаю и вижу, что ты чем-то озадачена. – сказала Ольга.

Соня была потрясена таким вопросом. Да, Ольга давно обращается за услугами к ней, но этот вопрос обычно задают близкие или родные люди, которых у Софии не было.

– Всё хорошо, тебе просто кажется, – ответила Соня, не отрывая взгляд от ногтей.

– Когда кажется – креститься надо. А я в Бога не верю. Ты явно чем-то озабочена.

Ты можешь заткнуться, подумала Соня, не самое лучшее время обсуждать мою личную жизнь. Она посмотрела в безмятежные глаза Ольги.

– Мне не хочется об этого говорить, – заявила Соня и вернулась к работе.

– Знаешь, мне знакомо твоё состояние. Я догадываюсь, что у тебя случилось, – сказала Ольга, и в груди Сони вспыхнуло пламя раздражения. – Поэтому я хочу тебе помочь.

– И как же? – кинула Соня.

– Когда закончим, расскажу.

После этой фразы, они сидели молча, что помогло лучше сконцентрироваться Соне на ногтях. Когда она закончила, Ольга расплатилась с ней и вытащила из чёрной кожаной сумки коричневую бутылку, на этикетке которой изображён собор золотистой краской.

– Что это?

– Это бальзам, – улыбнулась Ольга, – перед сном добавляй его в горячий чай, буквально 2-3 чайных ложки и спать будешь как убитая, а на утро чувствуешь себя будто заново родилась.

Соня замялась на месте, подбирая нужные слова. Если Ольга обещает всё именно так, как она сказала, то почему бы не попробовать, но с другой стороны, зачем ей это, если она в принципе не любитель алкоголя, тем более ещё и платить за него, поэтому лучше отказа…

– И сколько я тебе должна за него? – неожиданно для себя спросила Соня.

– Считай это мой подарок тебе за хороший маникюр.

Ольга поцеловала в щёку Соню и прошептала:

– И ты забудешь его… – она отвернулась, поправила сумку на плече, а затем ушла.

София убрала бальзам на кухню и принялась за готовку – ещё один ежедневный ритуал, чтобы отвлечься. Она не готовила сразу на несколько дней, хотя любила это занятие. Раньше было для кого создавать кулинарные шедевры, а теперь…

София тяжело вздохнула.

К ночи сил практически не осталось, тем более после сытного ужина. Хотелось добраться до кровати, упасть на неё и уснуть. Но как её голова касалась подушки, все мучительные мысли, воспоминания возвращались. Где её муж? Что он делает? Зачем оставил её одну? Что вообще делать дальше? Жизнь не кончилась, но неизвестность поглощала в самые недры темноты. Всё равно, София возвращалась к тем мыслям, что Андрей в этот момент развлекается с малолеткой, и сбежал он ради неё. Один только образ этой картины наносил сокрушительный удар по сердцу. Соня уже стала надеяться, что полиция найдёт Андрея мёртвым. Лучше знать, что он мёртвый, чем не знать ничего, представляя о том, как отдыхает с какой-то сучкой.

Пролежав на мокрой от слёз подушке часа два часа, София вспомнила про чудо-бальзам Ольги. Тогда Соня распахнула глаза и пошла на кухню. Пока кипятился чайник, она решила открыть бутылку, чтобы попробовать содержимое. С треском открылась крышка и кухня тут же наполнилась приятным травянистым запахом. С ароматом трав витала в воздухе ещё какая-то неуловимая нотка. Сложно было сказать что же это. Тогда Соня налила себе в чайную ложку бальзама и выпила. Она сразу вспомнила вкус детства, когда наелась летом мороженого и у неё заболело горло. Мама дала ей сироп от кашля – терпкий, с привкусом травы, – и бальзам имел точно такой же вкус. Из-за трав во рту горчило, но неизвестная нотка разбавляла всю горечь, насыщая своей сладостью. Что же это? Соня закрыла глаза и очутилась в лесу. Она бегала вокруг деревьев, трогая мягкие зелёные листья. Под ногами трескали сухие палки, а София следовала за знакомой ноткой. Вот она подбежала к избушке, как в сказке, на курьих ножках, а на окне лежит… шоколад! Вот она! Та самая нотка! Сладкого, тающего во рту шоколада.

Неожиданно, путешествие по лесу прервалось громким свистом чайника и Соня вернулась в реальность. Она не заметила, что ей стало легче, а в голове возникли ясные, светлые мысли. Она заварила себе чай, добавила бальзам. Зелёный напиток окрасился в красноватый оттенок, а кверху стакана поднялась маслянистая, еле заметная плёнка. София долго наслаждалась таким необычным, на первый взгляд, сочетанием. Потом почувствовала, что на душе стало спокойно, а напряжение в ногах спало, ушло в пол, просочилось между этажей дома и исчезло. Всё время она сидела с закрытыми глазами, чувствуя расслабление, которого не было уже пару месяцев. Соня сделала глубокий вдох, выдохнула и открыла глаза, оказавшись на своей кровати, не припоминая как дошла до неё.. Как и обещала Ольга – сон набежал крепкий, не тревожный. София улыбнулась, повернулась на левый бок и уснула.

Утро, на удивление Сони, оказалось для неё бодрым, весёлым и… спокойным! Проспала всю ночь, не раскрыв глаз – это было счастье, – а то последнее время она просыпалась каждый два часа, что превращало утро в настоящие мучение. Она чувствовала себя как собака, дрожащая от страха, загнанная в угол. Но сейчас Соня была настроена на продуктивный рабочий день. Получается, Ольга не соврала, и её бальзам чудесным образом влияет на сон. В любом случае, вечером она снова это проверит – совместит горячий чай с травянистым бальзамом, похожим на микстуру от кашля.

Ощущение умиротворения даже пугало Софию. Она постоянно жила в непрекращающимся стрессе с дурными мыслями, а сейчас это как рукой сняло. Чтобы закрепить уверенность в бальзаме, София сама вернулась к воспоминания с Андреем. Как они ночью, год назад, босиком побежали в прохладный летний лес; как развели костёр, раскинули зелёное покрывало и наблюдали за массивным небом под звуки трескающегося костра со стрекотанием кузнечиков. А затем у Андрея слово что-то щёлкнуло в голове, он схватил Соню на руки и прыгнул с ней в озеро. Она одновременно кричала, ругалась и смеялась, называя его «дураком». Они ещё долго плескались в воде, пока не стало совсем холодно, а губы приобрели голубоватый оттенок, тогда, держась за руки, они побежали к костру греться.

– Хорошее было время, – проговорила Соня, – но теперь это не так важно.

И это действительно так. Мозг с лёгкостью избавился от воспоминания, не оставив в душе тяжёлого осадка.

Впрочем день промчался незаметно. На работе (профессия её была бухгалтер) Андрей вообще не появлялся в её голове. Бывало, что какая-то мысль хотела добраться до Сони, но она её тут же отсекала и забывала, удалив из своего подсознания.

Когда Соня вернулась домой, уборка не состоялась, она решила пересмотреть свой любимый фильм «Властелин Колец», пока ждёт клиентку на маникюр. Сделала себе бутербродов и перенеслась в сказочный мир. За просмотром фильма, София открыла для себя, что не так всё плохо, как казалось. Её переполняли положительные эмоции и позитивный настрой на дальнейшую жизнь. Всё постепенно возвращалось на свои места, только месячные опаздывают на четыре дня. Скоро значит начнутся, подумала Соня и вернулась к просмотру.

После очередной клиентки (просидела она у Сони допоздна), София сразу же бросилась заваривать чай. Пока чайник закипал, она снова открыла бальзам, налила себе в чайную ложку и выпила. Горький вкус листьев опять перенёс её в далекое прошлое (но перед мысленным взором всё прошлое – настоящее), в детство, когда у тебя нет никаких забот; когда с мальчишками и девчонками бегаешь по лесу, собирая ягоды, и играешь в прятки; когда радуешься каждому моменту, но при этом и не ценишь его.

Соня вздохнула и засвистел чайник. Заварила чай, добавила в него четыре чайных ложки бальзама. Жадно, на скорость выпила прямо в кровати, кинула затем кружку на пол, и сразу уснула тем же беззаботным сном, как в детстве.

3

Месячные так и не пришли спустя ещё месяц, но это никак не насторожило Соню. Она полагала, что это из-за пережившего стресса. Сейчас она стала новым человеком, думающим о будущем, когда перед сном выпивала вместо кружки чая две стопочки бальзама. София заметила, что получает такой же успокаивающий эффект, выпивая сразу бальзам, как и от сочетания того же бальзама с чаем. Так быстрее и не надо ждать пока вскипятится чайник. Выпила и радостная, с улыбкой легла спать. Но стоит купить тест на беременность, подумала Соня и уснула.

Для собственного интереса она решила провести ночь без бальзама. Спала как и под его воздействием, но вот утро оказалось тяжёлым, серым, и она не заметила, что окунулась в фонтан воспоминаний с Андреем. Это было ужасно. Без чудо-бальзама мозг разъедал душу. Но и на следующую ночь Соня поставила себе цель проспать без волшебного действия «микстуры».

Для неё такое решение обернулось ярким кошмарным сном. Она превратилась в маленькую девочку, бегающую по лесу, вдыхая свежий, сладковатый запах хвои и скошенной травы. Поднявшись по холму, перед ней выросла знакомая избушка. Её Соня уже видела, когда искала ту таинственную нотку вкуса, сочетающеюся с горечью трав бальзама.

Как только Соня подошла к домику, тот присел и его куриные ножки хрустнули, отворив дверь-рот, заманивая к себе. Бесстрашная девочка промелькнула в избушку и увидела свою кровать, на которой она сейчас спала. Кровать подпрыгивала высоко вверх и приземлялась так, что вся посуда гремела в доме. Вскинув от радости руки, ребёнок захотел покорить эту странную кровать, чтобы так же взмывать в воздух. Она побежала вперёд, её глаза горели детским возбуждением, желающим забрать себе одному новую игрушку; волосы такие нежные, шелковистые, развевались и подлетали, когда кровать падала на пол, и приятно гладили шею. Но подбегая всё ближе, вырисовывались два силуэта: мужской и женский. Непонятным образом для восприятия ребёнка, женский прыгал на мужчине, а из-за этого скакала кровать. Страх забился в груди, но интерес был сильнее, поэтому маленькая Соня сделала ещё шаг и увидела как молодая сука, который рисовал её мысленный взор, «оседлала» член Андрея. От паники девочка закричала, закрыв глаза ладонями, забившись в угол. Она кричала изо всех сил, чтобы этот ад со стонами прекратился. Заткнув уши пальчиками, звуки наслаждения всё равно пробирались ей в мозг. Она всё слышала, она всё видела, даже с закрытыми глазами.

Внезапно, та, с кем сейчас развлекался её муж, повернулась к девочке. Её золотистые волосы застыли в воздухе. Она прожигала взглядом маленькую Соню, насупив брови, между которых выступала глубокая морщина.

– Кто еще здесь сука?! А!? – её крик разрывал голову девочки, она мечтала сейчас оглохнуть, лишь бы не слышать этот писклявый голос. – Смотри сюда! Он меня трахает, а не тебя! МЕНЯ! Слышишь! МЕНЯ!

Она рассмеялась на всю избушку и начала увеличиваться в размерах, как воздушный шар, словно Андрей надувал её своим членом. Она продолжала расти, вот-вот лопнет…

– НЕ-Е-ЕТ! – закричала маленькая Соня. – Уйди!

Девочка чувствовала, что сейчас всё взорвётся. Сердце колотилось, а паника схватило горло, перехватив дыхание. Им всем конец…

Неожиданно зазвенел будильник и Соня распахнула глаза. С неё струился холодный пот, а ниже пояса ощущалось тепло. Месячные, подумала она, невзирая на противный шум будильника. Откинула одеяло и увидела тёмное пятно, словно кто-то пролил воды.

– Замечательно! – крикнула она. – Я ещё и обоссалась!

Соня швырнула телефон в стенку, будильник сразу выключился, и, уткнувшись в подушку, зарыдала горячими слезами, согревающими её холодное лицо.

4

Когда Соня купила тест на беременность, она решали лечь спать без уже привычного ритуала – выпить две стопки бальзама. На её удивление, ночь прошла быстро и легко, но наутро она чувствовала себя расклеенной, совсем не настроенной на новый рабочий день. Мысль о том, что ей нужно сделать тест на беременность, подняла Соню с кровати. Она зашла в туалет, помочилась на тоненькую полосочку. Осталось немного подождать, а пока она начала приводить себя в порядок. А что если я беременна, думала Соня, что тогда? Оставить ребёнка или сделать аборт? От последнего слова по коже пробежала дрожь и Соне стало холодно, хотя за окном в 7 часов утра палило солнце. К такой ответственности Соня не была готова и, вообще, ребёнок ей пока не нужен. Пока. Вот она взлетит по карьерной лестнице, а потом найдёт настоящего мужчину, который не убежит, как трус, ничего не сказав. Почему я думаю об этом, продолжала размышлять Соня, я уверена, что у меня сбой в организме. Сильный сбой. Схожу к гинекологу и он выпишет мне какие-нибудь таблетки. Вот и всё.

Соня закрыла шкафчик, где стояли дезодорант и духи, расчесалась, подмигнула себе в зеркале, тем самым настраивая себя на то, что всё будет хорошо, и повернулась к стиральной машинке. На ней лежал тест на беременность. Она закрыла глаза, нащупала полоску и поднесла к лицу. Глаза не открывала. Волнение пробрало до костей и она опять задрожала. Сейчас тоненькая бумажка, возможно, решит её дальнейшую жизнь, добавив новой пищи для размышления. Веки отказывались подниматься, словно зная, сколько красных полосок там проявилось. Собравшись духом, Соня сделала глубокий вдох и на мгновение открыла глаза, сразу сомкнув их. Мелькнули две вертикальных полоски и скрылись в темноте. ДВЕ, взорвалось в голове Сони это слово белым ослепительным пятном. Она вновь открыла глаза и теперь отчётливо увидела две красных полоски. Потрясённая София упала на колени, не отрывая взгляда от теста на беременность.

– Что же делать? – спросила она у ванной комнаты. – Я в полной заднице.

Мысли пропали, Соня, вытаращив глаза, словно гипнотизировала две полоски, надеялась, что одна пропадёт, а ей это всё кажется и, на самом деле, она спит в одиночестве в своей кровати, готовясь снова обмочиться. Но сон не прекращался, продолжая губить Соню. Звуки вокруг пропали, она осталась наедине с собой. В эту секунду для Сони жизнь закончилась и она окунулась в непонятные мысли, словно посланные из другого мира. Они быстро сменялись одна за другой и София не могла уцепиться хотя бы за одну, чтобы понять, что же происходит, и где она так оступилась, получая в «награду» убежавшего неизвестно куда мужа и нежеланного ребёнка от того труса, который скрылся. Хоть бы сдох и этот трус и ребёнок тоже. Соня ужаснулась от такой мысли, пойманной у себя в голове, что паническое состояние отступило и она вернулась в реальный мир. Первое, что София почувствовала – как между ног опять тепло…

5

Время в этот день замедлилось. Соня погрузилась в себя, не выполняя всю отведенную ей работу. Ребёнок свалился ей на голову. Софии и так хватало размышлений об Андрее, а теперь ещё появилось ненужное дитя. Зачем же жизнь преподносит такие «подарки»? Год продолжает удивлять. Что же ещё он уготовил ей плохого? Когда уже вернётся к ней добрая, приносящая радость белая полоса? Неужели Соня так много просит от жизни? Всё, чего она хотела, так это вернуть ту семью, которая у неё была прежде с Андреем. Если бы он сейчас вернулся домой, то ребёнок в один миг стал бы желанным, любимым. Пусть он даже и трахает там какую-то малолетнюю девку, Соня готова обратно принять его в их семейное гнёздышко. Она готова простить ему всё, лишь бы он вернулся. Погулял-погулял и хватит. Ребёнок точно бы остановил его от подобной гулянки.

Как же быстро меняются мысли, думала Соня, только недавно я возненавидела Андрея и начала налаживать жизнь, как уже готова простить ему что угодно, потому что ребёнку нужен отец.

Ещё София сделала для себя открытие, что все её знакомые и друзья связаны с Андреем. И как только муж пропал, пропали друзья, словно никакой Сони и не существовало. Они даже не поинтересовались нашёлся ли Андрей. Она хотела сама им позвонить, узнать как они поживают, но останавливалась в самый последний момент, чтобы понять, а нужна ли она им? Как оказалось – нет. Ей не было от этого грустно, но ещё раз отметила себе, что её с Андреем связывает не только семейная жизнь. София желала высказаться кому-нибудь, поплакать на плече, почувствовать поддержу из тех людей, кого она считала когда-то друзьями. Но о них сейчас думать нет смысла, ведь перед ней стоял самый сложный выбор в её жизни: оставить ребёнка или отказаться от него, и жить дальше, смирившись, что Андрей уже никогда не вернётся к ней. А получится ли у неё одной содержать и воспитывать ребёнка? Она считала, что да, но боялась сделать хуже себе и будущему сыну. Соня была уверена, что внутри неё растёт крепкий мужчина. Она так устала и мечтала скорее вернуться домой, принять ванну, выпить чудо-бальзам и лечь спать, ни о чём не думая. Завтра начинались выходные, а это значило, что нужно придумать себе занятие, иначе мысли сожрут её и обглодают кости, сложив их в кучку. Эта проблема решилась сама.

Придя домой, Соня отменила клиентку из-за плохо настроения, легла в горячую ванну и поставила рядом с собой, на табуретку, тёмную бутылку бальзама. Из телефона доносилась приятная, успокаивающая музыка, а глаза Сони разглядывали красоты привычной бутылки. Золотистый собор поблёскивал на свету, и София представляла себя на самом верху церкви, бьющей в колокола. Так она надеялась призвать Бога ей на помощь, чтобы решить сложную дилемму, мешавшую ей спокойно жить. Желание открутить крышку бутылки и опустошить содержимое залпом росло. Так точно мысли вырвутся из головы, а она уснёт крепким сном, вспоминая детство. Ах, как хорошо быть ребёнком, когда не думаешь о будущем, о шляющемся муже и своём собственном ребёнке. Сейчас Соня нуждалась в знаке, который направит её дальше по правильному пути, где она не будет сожалеть о сделанном выборе и благодарить Господа, что показал ей как нужно поступить.

Желание выпить, похожее на зуд, усиливалось в груди, напоминая жжение в солнечном сплетении. Новое ощущение для неё, не похожее на те, что она испытывала раньше. Оно даже нравилось ей, потому что знала, как только сделает глоток, по телу побегут мурашки, доставляя удовольствие от корней волос до кончиков пальцев ног. Соня хотела это сделать, но её останавливало то, что в животе развивается новый человек, который точно не будет рад такому горьковатому и одновременно сладкому чудо-бальзаму. В Софии боролись два разных человека, и она видела, что на её плечах сидят ангел в белой мантии, говорящий о вреде алкоголя ребёнку, и демон в красных штанишках с обнажённым торсом, трущего по кругу свои крохотные соски, нашёптывая Соне на ухо, что немножко можно, когда хочется. А ей хотелось. Очень.

Музыка, игравшая из телефона, отдалилась в другой мир. Соня переглядывалась с бутылкой, чувствуя как между ними вспыхивает страсть, огонь, из которого явился маленький демон. Она почти отдалась искушению, поддалась соблазну суккуба, которая возникла возле бальзама, нежно облизывая стекающую каплю воды своим длинным заострённым языком, но ангелочек напевал ей мягким голосом, что, прикоснувшись к бутылке, сделает только хуже. Это удерживало Соню на месте. На лице выступил пот, стало больше душно, чем жарко.

– Давай, возьми же её и тебе станет легче, – манила суккуб своей рукой. – Ты хочешь выпить, я знаю.

Внезапно Соня сорвалась с места, столкнув ангела в воду, чтобы тот уже заткнулся и утонул в ванне, и потянулась рукой к бутылке, как зазвонил телефон. Все образы ангела, демона и суккуба мигом пропали, а желание выпить улетучилось. Она взяла смартфон и увидела имя звонящего – Толя. Это был один из тех друзей, кто позабыл о ней. Соня была приятно удивлена, но встревожилась. Зачем Толя звонит в такой поздний час? Ему хочется просто поболтать или он донесёт до Сони плохую новость об Андрее? Немного поразмыслив, она провела пальцем по экрану и прислонила телефон к уху.

– Алло.

– Соня! Привет! – закричал голос в телефоне, заставив Соню отодвинуть телефон подальше, чтобы не оглохнуть.

– Привет, – сухо ответила Соня, ожидая чтобы тот уже перешёл к теме разговора.

– Чем занимаешься?

– Ничем.

– Какая-то ты грустная.

– Ты чего-то хотел? – Соня поняла, что нужно брать разговор в свои руки, потому этот фальшивый обмен любезностями был ни к чему.

– Да, в принципе. Мы решили завтра собраться у Жени и Ксюши. Вы с Андреем как? Придёте?

И тут Соня растерялась. Она думала, что, возможно, друзья что-нибудь знают про то, где Андрей. Почему она больше им не звонила, а только в тот день, когда пропал Андрей? Но теперь это неважно, потому что… Они не в курсе всего происходящего, подумала София. От такого неожиданного предложения Толи Соня не заметила как её рот открылся, а язык словно закатился в горло. Она была потрясена, не зная что ответить. Их так долго не было в её жизни, а тут они объявляются и предлагают посидеть у Жени и Ксюши Летовых. Странно это. Слишком Странно. Соня посмотрела на бутылку с золотистым собором. Появился образ, как она звонит в колокола и просит о помощи. Тут её словно прострелило – это знак! Бог услышал её и направил старых друзей спасти её. Нужно принять предложение, иначе…

– Соня, ты тут? – отозвался Толя, выдернув её из размышлений.

– А? Да, я здесь. Связь пропала. Говорю, что согласна.

– Вот и хорошо. Тогда приезжайте часам к пяти вечера.

– Хорошо.

– Ну, до встречи.

– Пока, – сказала Соня и положила трубку. Она ещё долго смотрела на тёмный экран заблокированного телефона, осознавая что же сейчас произошло. София верила в знак, направленный самим Господом Богом в такую трудную минуту. И она с радостью примет его.

Позабыв обо всём, Соня вылезла из ванны, взяла бутылку чудо-бальзама и сделала несколько глотков. Наслаждение поползло вверх, а уверенность в себе возросла, она уже настроилась на завтрашний день, он принесёт столько радости, ведь Соня так давно не видела эти знакомые лица. А насчёт того, что она сейчас выпила…

– Немножко можно, – пробормотала София. «Немножко» она выделила каким-то непонятным, потусторонним голосом.

Теперь Соня может со спокойной душой идти спать, а сон однозначно будет спокойным и сладким, как тайная нотка в этом чудо-бальзаме.

6

Следующим утром Соня проснулась с пустой головой. Её не тревожило, что она беременна и не волновало отсутствие рядом мужа. Бальзам забрал эти мысли, оставив на потом, тем более София думала о предстоящем вечере у Летовых. С ними будет весело, но и точно кое-что зацепит её душу, в этом она не сомневалась. У всех присутствующих есть пара, а у неё – нет. Ксюша рядом с Женей, Толя в окружении любимой жены, чего не скажешь о Соне. Соня поняла, что мысли уносят её в другую сторону, поэтому она вскочила с дивана и пошла умываться. Выйдя из ванны, принялась готовить завтрак. Скоро придёт женщина на маникюр, которую Соня вчера отменила. За ней последует новая, а там уже и вечер наступит. До дома Летовых ехать четыре остановки на автобусе. Это расстояние можно пройти пешком, но Соня выбрала поездку на общественном транспорте, надеясь, что не будет пробок, а то вариант вариться в автобусе, словно в адском чане, рядом с мужиком, от которого разит перегаром и потом, а на его серой футболке под мышками выступят огромные тёмные пятная, Софию не устраивал.

Проводив последнюю клиентку, Соня сходила в душ, надела синие джинсы, белую футболку, заплела хвост и пошла в магазин. Там она купила бисквитный торт, который так любит Ксюша, и поехала на автобусе. Никаких пробок не было, а в салоне, на удивление, царствовала прохлада.

Соня пришла к дому, поднялась на седьмой этаж и посмотрела на часы: ровно 17:00. Она всегда отличалась своей пунктуальностью, в отличие от Андрея. Если бы они вместе собирались прийти к Летовым, то точно опоздали минут на двадцать, а то и больше. Он не ценит время так, как я, подумала Соня и позвонила в дверь с номером 22. Она услышала как с той стороны двери зачирикали птицы и послышался топот ног. Дверь распахнулась, показалась Ксюша в жёлтом платье с распущенными чёрными волосами. Её глаза сразу засверкали, увидев Соню.

– Привет, подруга! – воскликнула Ксюша и отошла в сторону, впуская Софию.

Ага, тоже мне подруга…

– Привет! Хорошо выглядишь!

Они обнялись и Ксюша поцеловала подругу в щёку.

– Ты как раз вовремя. Толя тоже только что пришёл.

– Вот, возьми, – Соня протянула белый пакет с красным логотипом, внутри которого лежал торт, – убери в холодильник.

– Ну-ка, ну-ка, что у нас тут, – Ксения заглянула в пакет и в её глазах произошёл взрыв. – Боже мой! Это же мой любимый! Давай, проходи уже быстрее, я как раз приготовила поесть, но забыла купить торт. Спасибо!

Ксюша убежала на кухню, а Соня прошла в комнату, где за круглым столом расположились друзья,

друзья или знакомые? Да какая разница, главное, что будет весело

за которым они раньше так часто собирались, выпивали и играли в настольные игры. Толя и Женя над чем-то смеялись, но как только Соня вошла в комнату, смех прекратился.

– Вот же она! Как будильник, секунда в секунду, – сказал Толя.

– Привет, – пробормотала Соня.

– Привет! – поздоровался Женя и указал на стул рядом с Толей. – Присаживайся. Как у тебя дела? Рассказывай.

Зал был просторным и выполнен в серых тонах. Он минималистичен, здесь всё и всегда лежало на своих местах. Чистота и порядок, которыми болеет Ксюша. Комнату заполняли приятные запахи блюд. На столе, покрытом серой скатертью с белыми ромбиками, стояли тарелки с едой и бутылка сладкого белого вина.

Соня села за стол и посмотрела на Толю.

– А где Диана? – спросила она, и в этот момент радостная улыбка Толи пропала, а лицо изменилось словно он съел дольку лимона. Но чтобы скрыть боль, вызванную вопросом, он ответил так же.

– А где Андрей?

София не ожидала такой реакции. Её сердце провалилось в пятки и ей стало не комфортно. А чего ты хотела, спросила себя Соня, рано или поздно этот вопрос бы прозвучал. В комнате наступила неловкая тишина. Женя, почувствовав нарастающее напряжение в воздухе, решил всё взять на себя, чтобы смягчить обстановку.

– Ну, не об этом, – сказал Женя. По большей части он оказал услугу Толе, потому что знал о его проблемах с Дианой, но и Сони стало легче. – Ксюша! Ты где там? Все хотят есть.

– Иду, иду! – откликнулась жена.

Для сегодняшнего вечера Евгений выбрал самый роскошный костюм среди тех, которые у него были, и он как всегда имел серый цвет. Если бы Женя встал рядом со стеной, он слился бы с обоями в одно целое. Под пиджаком надета белая рубашка с тёмно-бардовым галстуком, а на запястье поблёскивали золотые часы. По сравнению с Женей, Толя выглядел совсем простачком, в принципе как и Соня. На нём были надеты синие джинсы клёш, которые он недавно приобрёл в любимом магазине, а сверху накинул чёрную футболку со знаком пацифик, изображённого цветами, покрашенных в тёплые, нежные тона.

В комнате появилась Ксюша с натянутой до ушей и бокалами в руках.

– Какие-то вы кислые что-ли, – сказала она.

– Всё хорошо, – ответила Соня. – Тебе чем-нибудь помочь?

– Нет, не надо, я принесла всё, что хотела. – Ксюша села рядом с мужем и посмотрела на него. – Соня, кстати, принесла торт.

– А ты волновалась, что забыла купить, – Женя поцеловал жену в руку, от чего у Соня защемило сердце.

– А в чем чего вы решили собраться? – спросила Соня.

– Так у меня же день рождения был, – заявил Женя.

София словно провалилась в пропасть. Ей стало стыдно, но совсем немного. Она забыла об этом событии. Выдохнув, Соня успокоила себя тем, что друзья тоже забыли о ней, когда ей требовалась поддержка. И кто же вспомнил о ней? Правильно, никто. Поэтому счёт 1:1.

– Боже, я забыла, забегалась с работой, прости, Жень, – в голосе Сони звучало сожаление, хотя, на самом деле, это была ложь. – С днём рождения! – она потянулась через весь стол, чтобы обнять друга.

Женя оттаял, по нему видно, как ему приятно.

– Подарок я позже тебе подарю, хорошо? – этого, конечно же, Соня не собиралась делать. Она ещё не знала, что это последний раз, когда они так собираются в гостях у Летовых.

– Даже не думай. Мне ничего не надо. Будем считать твоим подарком торт.

Вновь собравшиеся друзья посмеялись и принялись праздновать.

За окном солнце уходило за горизонт, залив комнату оранжевым цветом, и только сейчас Соня заметила насколько изменился Толя после их последней встречи. Прошло примерно два месяца, а он постарел лет на пять, если не на все десять. На лбу прорезались глубокие морщины, когда-то светлые глаза, излучающие миролюбие и вечную радость, потемнели до неузнаваемости. Щёки покрылись грубой чёрной щетиной, хотя раньше он не позволял ни одному волоску вылезти на своём лице. А когда он поднимал руки, рассказывая истории, которые у него не заканчивались, или шутил, из просторной футболки в области подмышек торчали густые длинные волосы. Хоть прямо сейчас заплетай ему косички, думала Соня. По его внешнему виду понятно, что с Дианой у него проблемы. София, конечно, тоже страдает от разлуки с мужем, но она не забывает про внешний вид. Не зря же говорят: «Встречают по одёжке, а провожают по уму».

Стол ломился от еды. Вот тебе запечённая курица, лосось, три вида салата – всё, что угодно душе. На заднем плане из музыкального центра тихо лились песни любимой группы Жени «Bon Jovi». Иногда взрывался смех, перекрывая музыку. Больше всего говорили Толя с Женей, а Соня иногда вставляла пару слов или кивала, подтверждая правильность сказанного. Ксюша, в силу своего характера, почти всегда молчала.

София понурив голову, толкала помидор черри по тарелке, молча завидуя тому, что нажили Женя с Ксюшей. У Сони тоже когда-то было счастье с Андреем в тесной однокомнатной квартире, а не в большой трёхкомнатной, где она сейчас находилась, но оно присутствовало в их жизни. Главное, что они были вместе… А теперь у неё нет ни счастья, ни любви, а только работа, неожиданный ребёнок и чудо-бальзам, помогающий уснуть и избавиться от навязчивых мыслей. Почему же она думает о прошлом именно сейчас, в компании друзей, где ей должно быть весело? Должно быть…

– Сонь, ты практически не притронулась к еде, – сказала Ксюша. – Не вкусно?

– Нет, что ты, – ответила Соня, – всё замечательно. Я просто задумалась.

– О чём же, если не секрет?

– Да так, ни о чём важном, – София выдавила улыбку.

– А где Андрей? Я думала он как всегда опоздает, а его всё нет.

Этот вопрос застал Соню врасплох, хотя готовилась к нему. Женя выронил вилку, и та ударилась с треском об тарелку. Волнение подступило к горлу Софии, а её глаза заметались по комнате, потому что она не могла выдержать взгляд Ксюши. Снова наступила тишина.

– Я что-то не то сказала? – спросила Ксюша.

Дыхание Сони участилось. Она поняла, что никто из друзей не знает о её ситуации с Андреем. Это стало понятно, ещё когда ей позвонил Толя, не дав ей поддаться искушению, хотя она с этим задание не справилась и победил маленький чертёнок.

– Такой вопрос уже задавали, – начал Женя, потирая голову рукой от новой волны напряжения, – и как я понял, у них… м-м… проблемы?

Соня пропустила сказанное мимо ушей, и решила, что стоит им всё рассказать. Рано или поздно они бы узнали об этом.

– Всё нормально, Ксюш. Я думала вы знаете, а получается – нет. Расскажу кратко, – Соня выдержала паузу, перевела дыхание, успокоив дрожащие ноги, собралась с мыслями. – Он просто ушёл.

Ксюша зажала рот рукой, а Женя выдохнул со свистом, словно это он начал рассказывать тяжёлую историю и с его души, наконец-то, спал камень. Жизнерадостный Толя, забывший о плохом, снова помолодевший, ссутулился и поник, наполняясь своими проблемами с Дианой.

– Что значит ушёл? – переспросила Ксюша.

– Может, это обсудим потом? – добавил Женя.

– Всё хорошо, – заверила Соня и повернулась к подруге. – Взял и ушёл. Поехал в больницу, пока я работала с клиенткой, и исчез. Пропал, понимаешь? Куда? Зачем? Почему? Ничего не знаю.

Внезапно, София ощутила прилив бодрости и облегчения. Ей действительно стало легче. У неё получилось поделиться своим горем.

– Прости, я не знала, правда, – прошептала Ксюша. – Мы и с тобой, и с ним давно не созванивались. Дела…

– Ничего страшного. Мне уже легче. Я привыкла.

И опять тишина, только музыка шумела из серых, под интерьер комнаты, колонок. Понимая, что молчание затянулось, словно на похоронах, Толя выпрямился, одарил всех фальшивой улыбкой «всё-хорошо» и сказал:

– Ну, мы здесь собрались праздновать день рождения, поэтому давайте уже пить. А то сколько уже сидим, а бокалы сухие.

– Вот! – подхватил Женя. – Правильное решение!

Именинник взял бутылку белого сладкого вина, пронзил пробку штопором и с хлопком вытащил её. Все захлопали в ладоши, но Ксюша продолжала смотреть на Соню, наблюдая в её глазах тоску.

– Сонь, тебе наливать? – спросил Женя, разливая по бокалам желтоватый напиток.

– Вообще-то я бере… – Соня запнулась. Откашлялась, будто в горле запершило. Немножко можно, прошептал таинственный внутренний голос, не похожий на её родной. – Я буду, говорю, буду.

Женя подмигнул Соне и налил ей в бокал вина.

7

Хорошее вино быстро ударило в голову Сони и она почувствовала как её тело расслабляется, а воспоминания об Андрее, нахлынувшие как цунами, и волнения о том где он, пропали. Эти мысли старались пробраться в голову, но опьянённое сознание блокировало их, ей стало ещё легче, после того как София рассказала с чем она сейчас живёт.

Вечер помчался на одном дыхании. Вино продолжало литься в бокалы (Соня потеряла границу и для неё понятие «немножко можно» не имело значения да и о ребёнке она на время вечеринки забыла), громкость музыки возрастала, аппетит разыгрывался и еда со стола в мгновение исчезала. Когда музыкальный центр буквально разрывало, а музыка стала больше похожа на хрипение, время показало 23:00, что означало прекращение шума.

Время пролетело незаметно, но нужно иметь меру, засиживаясь в гостях, поэтому Соня сообщила, что собирается домой. Её решение поддержал и Толя.

– Всё хорошее быстро кончается, – шатаясь заявил он, – но мы обязательно продолжим в другой раз.

– Ну-у-у конечно же, брат! – к Толе подошёл разгорячённый, красный Женя. Он был без пиджака, а из ширинки выглядывал подол рубашки.

Соня зашла в туалет. Сходила по маленькому, умыла лицо и посмотрелась в зеркало над раковиной. Она увидела себя с полузакрытыми довольными глазами. Как же ей сейчас хорошо. Соня улыбнулась себе и за её спиной распрямились белые, словно ангельские, крылья. София встрепенулась, ванная перестала вращаться, и сразу же протрезвела. Оглянувшись назад, ничего не обнаружила. Всё-о пора спать. Уже крыша едет.

Она вышла обратно в прихожую, где её ждали друзья. Да, всё-таки они друзья. Толя уже обулся и стоял в обнимку с Женей, что-то напевая. Сложно сказать, что за песню они исполняли, выступление больше походило на крик. Ксюша шипела на них, стараясь успокоить, потому что волновалась о соседях, которые в этом подъезде были, мягко говоря, не очень дружелюбными.

Ксюша повернулась к Соне.

– Может тебе такси вызвать?

– Нет, спасибо. Я хочу прогуляться немного, сейчас на улице прохладно, не то что днём. – Соня улыбнулась.

– Ты какая-то бледная, – заметила Ксюша. – Тебе плохо?

Нет, я просто увидела крылья у себя за спиной, хотела сказать Соня, но в последний момент остановилась.

– Жарко стало, на улице отдышусь.

В ответ Ксюша пожала плечами. Соня и Толя попрощались с друзьями и спустились вниз. Выйдя из подъезда, их окутал свежий воздух. В небе светилась жёлтая луна, бесконечный шум машин прекратился, а на смену им пришёл успокаивающий шелест листьев на деревьях.

– Ты не против, если я тебя провожу до дома? – спросил Толя, стараясь сфокусироваться на Соне. Мир перед его глазами плыл.

– Было бы хорошо.

Они шли по тёмным улицам освещенными белыми фонарями, шли вдоль дороги и по дороге. Машин нет, людей нет, бегай голым, тебя всё равно никто не заметит. Толя без остановок о чём-то рассказывал, смеялся, а Соня изображала, что внимает его. Она слушала его, но не слышала. Хмельной туман в голове развеялся, уступив место мыслям об Андрее и прошлом, связанным с ним. Соня снова начала тонуть в нескончаемом потоке воспоминаний. София уже знала, что она сделает первым делом, когда придёт домой…

Пропустив мимо ушей все истории Толи, Соня не заметила, как они подошли к её родному подъезду.

– … так вот, а ему и гово…

– Что у тебя с Дианой? – перебила она рассказ Толи, у которого улыбка растянулась до ушей.

Тишина. Толя изменился в лице и высоко вскинутые густые брови резко опустились вниз, почти закрыв глаза.

– Давай как-нибудь потом об этом поговорим? – сказала Толя и почесал руку там, где ничего на самом деле не зудело.

– Хорошо. Ну и что ты там рассказывал?

– А! Ну да! – к Толе вернулась прежняя радость и он продолжил рассказывать, пока Соня из вежливости к другу пыталась сосредоточиться на его истории.

Когда Толя закончил, они посмеялись (Соня снова же только изобразила смех, хотя не понимала над чем тут смеяться), попрощались и Соня поднялась домой. Она бежала по лестнице словно от маньяка, задыхаясь. Внутри всё горело. Ей нужно это сделать. Скорее же!

София влетела в квартиру, захлопнув дверь, промелькнула на кухню и схватила чудо-бальзам. Отвинтила крышку, сделала три глотка наслаждения, с грохотом поставила бутылку на стол и медленно поплелась в комнату, пока травянистый вкус добирался до желудка, возвращая пелену к голове, которая позволит уснуть. Соня плюхнулась на кровать в одежде, ногами сняла кроссовки и провалилась в сон. Ей ничего не снилось (или ей так казалось, хотя через час она дёрнулась во сне, распахнула глаза и увидела образ ангела, парящего у потолка, но повернулась на бок и уснула), спала она, как убитая, как обещала клиентка Ольга.

8

На следующий день Соня позвонила Толе и предложила ему как-нибудь встретиться. Её интересовало, что произошло у него с Дианой и, если у них всё так же плохо, как у неё с Андреем, то чем он себя успокаивает, как борется с навязчивыми мыслями. За вечер, проведённый у Летовых, Соня не могла сказать, что Толя огорчён проблемами в семье. Может, он даст ей несколько советов? Но это она узнает через неделю. Они решили назначить встречу на следующую субботу. Там будут выходные и практически нет забот.

В ожидании этого вечера, Соня не заметила как пролетела неделя. Утро, работа, пара клиенток, три глотка чудо-бальзама и сон. В принципе, её стал устраивать такой распорядок дня. Но размышления о ребёнке не давали ей покоя, даже прошлое с Андреем её не так сильно волновало, как принятие решения что же делать дальше. Соня верила, что выпивая бальзам, она никак не вредит здоровье ребёнку, и фраза «немножко можно» успокаивала душу, да и отказаться от привычки расслабиться алкоголем после тяжелого рабочего дня уже не хотелось, потому что боялась мыслей, потопленных чудо-бальзамом глубоко в подсознании. Дай им волю и они выберутся из заключения, чтобы задушить Соню.

Так и пришла новая суббота. София убралась в квартире, приготовила ужин – надо же чем-то угостить друга и гостя. Толя пришёл на пять минут позже назначенного времени. Соня открыла дверь и увидела Толю, но не похожего на того, который был у Летовых. Сейчас он опрятнее и помолодел. С головы свисали черные волосы, они не сделаны в виде какой-то причёски, но Толе это было к лицу. Лицо гладко выбрито и от друга приятно пахло резким одеколоном, придававшего ему уверенности и статус настоящего мужчины. Одет он был в те же джинсы с белой футболкой, поверх который надета чёрная кожаная куртка.

Соня обняла гостя и проводила его за стол. Толя пришёл не с пустыми руками, а захватил с собой две бутылки вина, точно такого же как на прошлой неделе. Конечно же, София от него не отказалась, сказав себе прижившуюся фразу. Слово за слово и Соня смогла завести разговор в нужное русло.

– Так что же у вас всё-таки с Дианой? – спросила она. На этот раз Толя не растерялся и был готов к этому.

– Знаешь, если рассказывать всю историю целиком, то мы так просидим до утра. Я скажу вот что. – Толя выпил вина, вытер губы салфеткой. – Мы разводимся и это точно. Да, я не в восторге от этого, и да, я пытался наладить отношения, но, увы, безуспешно.

– Хочешь об этом поговорить?

– Да хочу. Сложно переживать это в одиночку, а у нас с тобой похожие ситуации, поэтому могу поделиться своими мыслями.

– Твоя ситуация, я считаю, лучше моей, – сказала Соня, чувствуя как её язык начинает заплетаться, а помутневшая голова становится тяжёлой.

– Чем же?

– Да тем, что ты хотя бы знаешь, где находится твоя жена.

– Да… ты права.

– Что ты чувствовал, когда понял, что без развода не обойтись?

– Сложно сказать, но я понял много другого.

– Например? – во влажных глазах Сони засверкало любопытство. Вот сейчас ей действительно интересно, что расскажет Толя.

– Знаешь… – он помедлил и сделал ещё глоток вина. – Я понял то, что любому человеку обязательно нужен тот, ради которого он хочет жить. Я не верю, что людей может поднимать утром с кровати какая-то цель, не связанная с другим человеком. То есть, когда он стремится к цели, он, человек, старается достичь её ради того, чтобы было хорошо его близкому и ему тоже. А когда ты теряешь такого человека, то яркая цель темнеет и пропадает желание что-то делать вообще. Понимаешь о чём я?

В этот момент на Соню набежали все тёплые воспоминания об Андрее и как ей было хорошо рядом с ним. Она хотела сказать, что понимает, но вышло совсем другое.

– Звучит как речь человека, который решил покончить с собой. – Соня улыбнулась, пытаясь облегчить напряжение.

– Боже, нет конечно. – Толя улыбнулся в ответ, обнажив свои большие белые зубы. – Именно я живу для кого-то. Для себя не хочу. Мне помогла фраза одного поэта.

– Какая? – Соня внимательно слушала Толю, не отводя от него полупьяные зелёные глаза, и ждала к какому же выводу он подведёт. Сейчас она мало понимала, что хотел донести до неё друг.

– Без любви живут тысячи людей, а без воды – никто¹. – Процитировав поэта, Толя заметно приободрился и стал увереннее, выпрямив спину.

Соня задумалась, почесала голову и пожала плечами.

– Чем же она тебе помогла?

– И до развода и после него, мне есть ради кого жить – Вероника. Она для меня больше, чем любовь, она и есть – вода.

Услышав это имя, Соне словно прострелили голову. В ней только что произошёл атомный взрыв. Вероника – дочь Толи. София поняла, о чём так долго растолковывал Толя. Теперь всё встало на свои места. Толя живёт, чтобы дать своему ребёнку лучшее, помочь Веронике отучиться в школе, поступить в университет и дать ей светлое будущее, не смотря на то, присутствует в его жизни Диана или нет.

– Я на минутку, – сказала Соня и ушла в ванную комнату. Ей нужно было пару мгновений побыть одной.

Она закрыла дверь, встала перед зеркалом, смотря на свой живот, закрытый длинной белой футболкой. Мысли снова путались, а над всеми ими мигала, как прожектор в ночи, одна главная мысль: «дай ребёнку жизнь». И эту мысль будто произносила не она, а кто-то извне, но слышала только Соня. Ей стало страшно и холодно. София почему-то вспомнила тот вечер, когда она лежала в ванне, а затем позвонил Толя. Она восприняла этот звонок за знак. Может и сейчас ей подают знак, чтобы Соня поняла как ей следует поступить?

– Я всё поняла, – прошептала Соня.

Она сходила в туалет, помыла руки и пришла обратно к Толе.

– Мне нравится твоё сравнение Вероники с водой.

– Я поделился тем, что происходит у меня с Дианой, а теперь расскажи ты про Андрея.

Соня сама не ожидала, что сможет пересказать происходящее в её жизни с такой лёгкостью. Рассказала, что думает о том, где может находиться Андрей; о том как её помещают ночные кошмары и тяжёлые мысли, если не выпьет чудо-бальзам; о том, что смогла вернуть свою продуктивность на работе, да и вообще чем она сейчас живёт. Пока Соня говорила про свою жизнь, она поняла как у неё всё скучно, однообразно, и в её голове опять прозвучал тот таинственный голос : «дай ребёнку жизнь». Про беременность Толе она ничего не сказала, решив оставить это при себе. Рано или поздно он сам поймёт, как минимум по растущему животу.

Позже Соня проводила Толю и они решили повторить такой вечер. Как только дверь закрылась за другом, пьяная София взялась за бутылку чудо-бальзама, сделала привычных три глотка и упала спать в одежде – это стало входить в привычку.

Снился Соне рыцарский турнир. В одной части арены на чёрном коне и в чёрной броне сидел рыцарь Немножко-можно, а в другой – на белом коне гордо расправил плечи рыцарь в белых доспехах по имени Дай-ребёнку-жизнь. Людей вокруг не было, только София наблюдала за мужчинами, волнуясь за… за кого? Она сама не знала. Раздался свист и кони устремились вперёд. Из под копыт поднималось облако пыли. Взгляды коней пересеклись, они несли на себе двух воинов, чья победа решит дальнейшую жизнь Софии. Оглушающий топот содрагал землю, казалось что под ногами пойдет трещина. Кони стремительно приближались. Рыцари вот-вот столкнуться копьями. Ещё немного и…

София вздрогнула, оказавшись у себя на кровати. Ещё две секунды видела образ сна, но не заметила кто победил. Закрыла глаза и уснула. Больше об этом сне она не вспомнит.

9

Пробуждение. Мозг Сони пытался прорваться сквозь пелену, окутавшую её сознание. Соня видела воду, много воды, склон, и она неслась на чём-то вниз. Почему это место так знакомо, словно она здесь уже была раньше?

А вот маленький ребёнок в белом платье в горошек, точно в таком же как у Сони, когда её мама нарядила на пятый день рождения.

Огромная площадь, бесконечное число людей, сцена с рок-группой. Соня веселится, прыгает, пока мама пошла в гипермаркет за прохладной водой. На улице жара, солнце в зените, но София чувствует озноб и по её коже пробегают мурашки. Во рту так сухо, что кажется, будто жуёшь песок, а слюни образовывались в белые сгустки. Соня знает, что сейчас произойдёт то событие, которое изменит её жизнь, нужно ещё немножко подождать…

Он приближается…

– Кто он? – спросила себя София. В голове раздалось эхо: кто, кто-о, кто-о-о…

– Ты знаешь кто, – послышался внутренний голос, спрятанный глубоко в подсознании.

Он уже прыгает…

И…

Соня открыла глаза и комната закружилась вокруг неё. Остановив силой воли кручение центрифуги, София взялась за кольцо и покрутила его – так она делает всегда, когда её что-то беспокоит. В последнее время это стало всё чаще и чаще, она заметила, что фаланга пальца покрасневшая, местами есть кровяные подтёки. Соня повернулась на бок, увидела рядом с собой бугорок – кто-то лежал под одеялом. София улыбнулась и потянула руку, чтобы погладить спинку…

– Андрей, доброе утро, – прошептала она хрипящим голосом.

Но кисть продавила одеяло, вернув Соню из счастливого мира обратно в жизнь одинокой девушки, которую бросил муж или сделал её вдовой. В груди резко сдавило и Соня бросилась в ванную. Как только она перешагнула порог, упала на колени, разрыдалась, закрыв лицо ладонями. Солёные капельки воды, собравшие в себе всё горе, запустили процесс тёплых воспоминаний, с которыми Соня научилась бороться, во всяком случае, ей так казалось.

София дрожала, а по рукам стекали слёзы. После того, как она поняла, что успокаивается, то почувствовала на теле холодный пот.

– Вот так я вчера надралась, – сказала Соня длинной чугунной ванне и рассмеялась.

Она посмотрела на живот.

– Я же немножко, правда?

– Да-а, – раздался тихий шипящий голос в голове Сони и она поняла – ребёнок. Он не против, что мамочка немножко надирается.

София снова рассмеялась над этим чудны̀м словом.

– НАДРАЛАСЬ! – истерично закричала она. Последовали раскаты смеха, а затем внезапная тишина и Соня оказалась наедине с воспоминаниями под шум воды в трубе, спускающейся вниз, как они когда-то с Андреем плыли по стремящейся реке. Она снова покрутила кольцо.

– Боже, нет, – прошептала Соня, – я не хочу туда.

Но мозг понял всё не так, как хотелось Софии, и отправил её на место первой встречи с Андреем в…

10

… Санкт-Петербург на Адмиралтейскую площадь, на какой-то фестиваль (какой, Соня не помнила) с рок-группой в компании тогда ещё живой мамы. Лето. Жара, но не смотря на зной, Соню охватило чувство эйфории. Она прыгала рядом с мамой, трясла головой, отчего длинные распущенные волосы метались по воздуху и задевали людей, но толпа веселилась, не обращая на это внимания. А мама рядом притоптывала ногой и хлопала в ладоши. Ей всегда нравились подобные шумные места. Они стояли не в самом эпицентре человеческого муравейника, а с краю. Мама сказала, что сходит вот в тот магазин и указала на него пальцем, чтобы купить воды и встретить брата, и попросила Соню никуда не уходить, иначе в такой толпе они не найдутся. Соня кивнула в ответ и ушла в полный отрыв.

На сцене вспыхивали столбы огня, густой серый пар выливался на людей. Соня хотела пробраться туда, поближе, но она дала слово маме, поэтому никуда не уйдёт. Себе она дала обещание, что вернётся сюда любой ценой, чтобы показать как нужно отдыхать этим двадцатилетним подросткам. Но, конечно же, она не приедет вновь – это всего лишь мимолётное желание.

Зарычало гитарное соло и Соня подняла руку вверх, сложив пальцы в знак «козы». Она отдалась музыке, не подозревая, что через долю секунды мир изменится раз и навсегда. Неожиданно, сзади кто-то подпрыгнул и обхватил её в объятия. София в эту секунду почувствовала нечто родное, знакомое, что растаяла, как эскимо на палочке. Она затихла и чего-то ждала, будто по сценарию её слов пока что нет. Сильные мужские руки закрыли ей глаза.

– Угадай кто, – сказал мужчина.

Соня словно очнулась от сна и занервничала. Кто же это мог быть? Брат мамы вряд ли стал такое делать, да и голос отличался.

Секунду спустя мужчина отпустил руки и посмотрел на Соню.

– Ой, девушка, извините, – сказал он, – я вас перепутал с сестрой.

Соня улыбнулась, обвела взглядом мужчину, засияла, почувствовав как быстрее забилось сердце, и это точно было не от музыки. Перед ней стоял крепкий молодой человек с короткой стрижкой и ярко-зелёными глазами, а его бирюзовая футболка подчёркивала их ясность и красоту. София засмущалась при виде такого красавца. Она поняла, что давно не встречала таких мужчин. В горле образовался ком, который не удавалось проглотить, но собрав волю в кулак, и опустив глаза вниз, ответила тихим голосом, почти не слышимым из-за песни, рвущейся со сцены.

– Ничего страшного, бывает. – Соня погладила свою руку и снова улыбнулась.

В этот момент, мужчина, очарованный нежной, застенчивой улыбкой, решает не упускать свой шанс, и хватает удачу за хвост.

– Меня зовут Андрей, – уверенно сказал он. – А вас?

Выдержав неловкую паузу, Соня поднимает блестящие глаза и встречается взглядом с Андреем (только бы он знал, сколько усилий она приложила для этого).

– А меня – Соня.

В эту же секунду Амур из своего лука попадет точно в цель – Амур не промажет. Между Соней и Андреем завязался разговор. После, как выяснилось, они из одного города, что добавило новых тем для общения.

Смущение Софии заметно исчезало, а на её место возвращалось чувство радости и ощущение приятной компании. Сцена затихла, и, выступавшая группа махала поклонникам руками, а барабанщик кинул в толпу свои палочки. Место на сцене следовало уступить следующей рок- группе, но недовольные люди подняли «козу» вверх и принялись скандировать.

– На… Бис! На… Бис! На… Бис! – голоса шли волной сзади, становясь громче, подбираясь к сцене.

Музыканты переглянулись между собой. Разве может группа отказать возбуждённой толпе? Конечно нет! Гитарист что-то выкрикнул и барабанщик вытащил новые палочки из маленькой чёрной сумочки, висевшей сбоку на «бочке», подбросил их вверх, поймал и сразу же ударил по тарелкам. Взревели колонки, гитаристы забегали по сцене, а народ завопил от счастья.

– Боже, это моя любимая песня! – воскликнул Андрей. – Как по заказу!

Соня посмеялась и утонула в сверкающих глазах Андрея, похожих на глаза ребёнка, которому дали конфетку.

– Пойдём ближе к сцене! – крикнул Андрей.

– Мне нужно…

Соня не успела договорить как Андрей взял её за руку и потащил в муравейник. Они ворвались в кучу людей и начали танцевать. София совсем позабыла о чём просила мама. Она отдалась танцу с малознакомым, но таким интересным, жизнерадостным человеком.

Когда песня закончилась, рок-группа всё-таки ушла со сцены, на которую полетели кепки парней и бюстгальтеры пьяных девиц, но на этот раз под бурные аплодисменты и крики фанатов.

Соня почувствовала, что между ней и Андреем что-то промелькнуло. Он был какой-то… особенный. Она дала ему свой номер телефона, сказала, что будет ждать звонка, и, сама не ожидая этого, опьянённая весельем, наполненная энергией и эмоциями, поцеловала Андрея в щёку, и побежала к маме. Покрасневший от жары, танца и поцелуя, Андрей не смог не выговорить ни слова, а только проводил Соню, скрывающейся в толпе, взглядом, прислонив руку к щеке. София написала маме СМС, чтобы та стояла у магазина и ждала её. Она бежала к ней, не подозревая, что встретила своего будущего мужа, по которому будет безумно скучать и ненавидеть одновременно.

11

Опомнилась Соня в ванной. Оглядела где она, пытаясь сообразить как сюда попала. Она только что находилась в Санкт-Петербурге, а теперь стоит на коленях на прохладном кафельном полу. Посмотрела на безымянный палец. Кольцо на месте, а от постоянного трения палец ещё сильнее покраснел. Вот только Соня не помнит, когда его крутила, и не понимает зачем она всё ещё носит это никчёмное кольцо. Пора смириться со странным уходом Андрея. Был-был человек и пропал. Ни слуха, ни духа. Звучит легко и просто: «смириться», а на деле куда сложнее. Почему, интересно, на Соню нахлынули великие думы про Андрея именно сейчас? Вчера она хорошо провела время, выпила чудо-бальзам…

Чудо-бальзам…

– Надо выпить, – пробормотала Соня.

Она встала с колен и посмотрела на живот. Ребёнок.

София пожала плечами.

– Немножко можно, – сказала она ванной комнате.

Утро начинается не с кофе, а с бальзама. Соня хихикнула, вернулась на кухню и сделала глоток. Скоро станет легче. Она принялась жарить яичницу, думая, что воспоминания отступят, но не тут-то было.

Пока два яйца стреляли на горячей сковородке, София напевала непонятную песню про губы, но она точно знала, что где-то её слышала. Может, в фильме?

Губы, губы, губы…

На губах Сони чувствовалась сладость после бальзама, и она поняла, с чем этот вкус у неё ассоциируется. Первый, настоящий, связывающий их с Андреем поцелуй.

– Ну уж нет, – прорычала Соня. – Туда я не вернусь. НИ. ЗА. ЧТО.

Как бы она не старалась избежать того момента, она не заметила как вернулась в прошлое.

12

Рак. Именно он повалил маму Сони на кровать. Прошло несколько месяцев после их поездки в Санкт-Петербург, и теперь, в октябре, Людмила лежит на кровати и с трудом осознаёт, что происходит вокруг неё.

Всё произошло быстро. До того, как начались осложнения, развивающиеся с фантастической скоростью, и они не подозревали о сокрушительной болезни, Соня неоднократно ругалась с мамой, требуя, чтобы та обратилась к врачу. Но Людмила отказывалась, потому что не считала это необходимым. Её слова: «мне просто нездоровится» не внушали никакого оптимизма. Соня же считала важным посетить врача, ведь в этом нет ничего сложного, и услышать от доктора, что у мамы нет никаких серьёзных проблем со здоровьем, а эти слова снимут камень с души.

После долгой, усердной борьбы, Людмила наконец-то сдала оружие и обратилась в больницу. Рак. Соня провалилась в пустоту, когда мама сказала ей об этом. В голосе Людмилы звучало спокойствие и уверенность, словно у неё всё под контролем.

Спустя время, маме Сони предложили сделать операцию по удалению груди (рак молочной железы) – это продлит её жизнь. Такое заявление привело Людмилу в ярость. Она и так устала от всех этих бессмысленных походов по больницам, а теперь ещё и ложиться под нож? Ни за что.

– Нет! – воскликнула Людмила в кабинете врача и хлопнула ладонью по столу.

– Мама, прекрати, – прошептала Соня.

Высокий врач с чёрной бородой и синими глазами (совсем юнец, думала Людмила, когда впервые увидела его, лет 25, не больше) никак не отреагировал на неадекватное поведение Людмилы. Он не первый раз сталкивается с такой ситуацией, где люди слышат ужасный диагноз и отказываются от операции.

– Послушайте, Людмила… – начал доктор, но его тут же перебили.

– Знаете что?! – глаза Людмилы сверкнули. Она выдержала паузу, перевела дыхание. – Извините, что я так себя повела. Я устала за сегодня бегать по больнице. Сначала туда, потом сюда, а та, кто брала у меня кровь, только с третьего раза попала мне в вену. Вы только посмотрите какие синяки. – Людмила оттянула рукав чёрной просторной кофты и показала сгиб, на котором образовались тёмно-фиолетовые, местами чёрные, синяки.

– Я вас прекрасно понимаю, – врач вёл себя так же сдержано, а безмятежный голос внушал доверие, – но для вас же лучше сделать эту операцию. Вы же хотите жить дальше? Прямо сейчас, в данное время, никто не заставляет вас ложиться в больницу. Хорошо подумайте над этим дома, в кругу семьи, и затем приходите ко мне, и вот тогда мы с вами решим как быть дальше. Но помните: чем быстрее, тем лучше.

Людмила задумалась. Соня в ногах сжала потные руки, ссутулилась и молилась, чтобы мама согласилась на операцию. Пусть не сейчас, но в скором времени.

– Вы правильно говорите, – сказала Людмила и сердце Сони заколотилось, а на лбу выступил холодный пот, – что, наверно, это продлит мне жизнь, но пути Господни неисповедимы, и если Он хочет забрать меня, то никакие операции не помогут. – Соня шумно выдохнула, она почувствовала себя словно её только что вытащили из чана с горячей водой и положили в тарелку.

– Мама, – снова прошептала Соня.

– Решение, конечно, ваше, – ответил врач, – но всё равно приходите ко мне через неделю, когда получше обдумаете своё решение.

Соня и Людмила попрощались с доктором, вышли из кабинета.

– Что ты такое говоришь? – рявкнула Соня как только за ними захлопнулась дверь, но доктор всё слышал.

– Нет. – отсекла мама.

Обратную дорогу они ехали молча. Когда отец Сони узнал вердикт Людмилы, он пришёл в неистовство. Соня никогда не видела его таким злым и даже подумала, что папа безумен.

– Какой на хрен Бог?! – закричал Юрий. – Она так и сказала?

Соня боялась ответить, поэтому кивнула в ответ. Хотя папа ругался на маму, ощущала София себя словно ей снова 12 лет и она домой принесла «двойку» по химии в дневнике.

– Проснись, Люда! О каком Боге может вообще идти речь? Его нет, а врач, который может тебя спасти – есть.

Юрий ушёл в ванную. Послышался шум воды, а потом он вернулся с красным лицом – умылся холодной водой. Когда всё утихло, они всей семьёй уселись за круглым столом, на кухне, чтобы серьёзно поговорить.

Как бы Соня и Юра не старались убедить Люду, что она не права, та вертела головой и отказывалась. А от одной фразы отец чуть не упал со стула.

– Если Господь посчитает, что я здесь нужнее, то непременно излечит меня.

Юрий дёрнулся, вернув равновесие на стуле, его терпение лопнуло, он встал и ушёл в другую комнату, с грохотом захлопнув за собой дверь так, что на потолке отошёл плинтус.

Через неделю Людмила не пошла в больницу, тем самым дала понять доктору, что категорически против операции. Время пошло дальше вперёд, забирая с собой драгоценные минуты жизни Людмилы, а её минуты бежали куда быстрее относительно здорового человека.

Пока Соню мучили мысли о маме, она продолжала общаться с Андреем. Они много раз уже виделись, но их отношения пока что никак не развивались. Соня решила поделиться с ним своими соображениями насчёт мамы. Андрей был в ужасе и не знал чем подбодрить Соню, да и вообще как помочь в такой ситуации. Он согласился с Соней и подтвердил, что мама неправа, но только она может повлиять на дальнейший исход событий.

Когда маме стало совсем тяжело, Соня переехала к родителям, а на работе ушла на больничный. Людмила уже не вставала с кровати. Её кожа стала бледно-серой, как и глаза. Она с трудом отвечала на вопросы хриплым голосом, а порой не говорила вовсе: то ли не слышала, то ли не понимала о чём ей говорят. В туалет она ходила под себя – это единственное, что показывало присутствие Людмилы в этом мире, если не считать коротких, бессвязных фраз. Отец же поник в своих мыслях и тоже не разговаривал с дочерью. Юра уже ощущал то, что будет чувствовать, когда Людмила уйдёт (хотя уже можно было сказать, что она ушла).

Раздался звонок на телефон, в тот момент, когда Соня сидела рядом с матерью в тёмной комнате. Комнату освещала белая полная луна и этот свет придавал призрачный оттенок коже Людмилы. Без слёз на неё смотреть сложно. Звонил Андрей. Соня не сразу взяла трубку, поставила беззвучный режим и вышла из комнаты. В гостиной на кресле-качалке сидел отец под жёлтым светом ночника. Соня его укутала в плед, но Юра, который всегда был ко всем благодарен, не сказал ни слова. Его глаза смотрели в никуда – туда, где ничего не существовало или было скрыто от глаз простых людей.

– Андрей? – шепнула Соня в прихожей.

В телефоне раздался громкий голос и София сразу убавила громкость.

– Это я. Выйди на улицу, – тяжело было разобрать, что говорит Андрей. Связь прерывалась и раздавался таинственный шум, словно им кто-то мешает разговаривать из потустороннего мира, – у меня кое-что для тебя есть, вернее для Людмилы. – Андрей положил трубку.

Соня ещё раз посмотрела на отца, заглянула в комнату к маме и ушла на улицу. Внизу ждал Андрей в чёрной парке, без шапки и перчаток, хотя на улице выл холодный октябрьский ветер. В руках он держал коробочку.

– Почему ты без шап…

– Подожди. Смотри.

Андрей протянул коробочку и её осветила луна. На ней изображено зелёное цветущее дерево, а рядом что-то написано на неизвестном языке.

– Что это? – спросила София.

– Ты же знаешь, я не верю во всякую магию, хиромантию. – Андрей смотрел ей в глаза, которых почти не было видно.

– Знаю.

– А теперь верю. Я нашёл одного человека и он мне привёз с другой части мира эти свечи. – он потряс коробочку. – Как утверждает человек, их запах избавляет от всех недугов, и я в это верю, потому что хочу, чтобы твоя мама поправилась. Не могу видеть твои вечно расстроенные глаза.

Соня не заметила как уже пустила слёзы. Поняла, когда они начала щипать глаза. В горле вырос ком, но она продолжала улыбаться Андрею.

– Подойди поближе, – сказал Андрей.

Она спустилась с порога и приблизилась к нему. Луна, словно прожектор, заключила их в круг света, будто они актёры на мировой сцене.

– Я хочу, чтобы ты взяла их, – громкий, боевой голос Андрея сменился на шёпот, – и я уверен, что твоей маме станет лучше.

София взялась за коробочку, касаясь кончиками пальцев его жарких рук. Она не забирала свечи, а смотрела ему в глаза, чувствуя его тепло и заботу, точно такую же, когда он обнял её в Санкт-Петербурге, спутав со своей сестрой.

Они молчали, их взгляды говорили за них. Андрей приблизился на шаг к Софии и положил свои горячие ладони на её. На огромную луну двигалась чёрная туча. Андрей снова приблизился к Соне. Сердце девушки прыгало вверх-вниз, а ноги дрожали, она подумала, что сейчас упадёт. В эту секунду густая туча закрыла свет луны, пара пропала в темноте, и неожиданно губы Софии почувствовали теплоту губ Андрея. Поцелуй был неловким и быстрым, но он принёс огонёк радости в душу Сони, который разрастётся в пламя любви. Она поняла как нужна Андрею.

Соня и Андрей боялись нарушить тишину, но к голове снова случился прилив мыслей о маме.

– Я пойду… пожалуй… хочу поставит свечи, – прошептала София.

– Да, иди, чем быстрее, тем лучше, – командирский голос Андрея не возвращался – он чувствовал себя влюблённым подростком. Сердце, облитое горячей кровью, трепетало.

– Или… хочешь зайти?

– Лучше не стоит.

Соня улыбнулась и неохотно направилась в подъезд. Открыв дверь, она развернулась, посмотрела на Андрея, который провожал её взглядом как на Адмиралтейской площади.

– Пока, – сказала Соня.

– До свидания, любимая.

София счастливая вбежала наверх, но от счастья не осталось и следа, когда она зашла в квартиру. Странный запах. Запах боли, смерти и… безумия? Боже, что ты такое несёшь, отругала себя Соня. Она вошла к маме в комнату, расставила свечи и подожгла их. Луна снова показалась во всей своей красе и наполнила «палату» Людмилы белёсым светом в сочетании с жёлтыми огоньками от свеч. В комнате запахло чем-то необычным, ни на что не похожим и несравнимым. Хотя… Ладан, подумала София, вот я дура. Она вспомнила о поцелуе и поверила, что эти свечи со странным запахом лад… (НЕТ НЕТ НЕТ) помогут маме выздороветь. По крайней мере, в это хотелось верить, но далёкое-далёкое подсознание знало – маме уже ничем не помочь.

13

Очнулась София на кухне, сидя за столом и ковыряя вилкой яичницу. Желток растёкся по тарелке, а к блюду Соня так и не притронулась. По её лицу стекали слёзы, собирались на подбородке и капали в тарелку. Внутри всё горело от приятного воспоминания о поцелуе и от жуткого представления как выглядела её мама в последние дни жизни. Но больше всего она плакала от радости, что в такой сложный момент Андрей поддержал её, поверил в магические свойства свечей и поцеловал её, придав ей уверенности на лучший исход относительно мамы. Чудеса случаются, но только не в этом случае… Людмила умерла, а за ней у Юрия «слетела крыша» и он погрузился куда-то глубоко-глубоко в себя. Отец не реагировал на людей, разговоры. Мог есть, если запихнуть ложку ему в рот, и ходить в туалет под себя, точно так же как мама. Тогда Соня решила отвезти отца в больницу. Там он и остался, там он умер ровно через месяц, когда умерла Людмила. Умерли в один день, почти как Пётр и Феврония, только в разные месяцы. Для Софии был нанесён сокрушительный удар, но рядом оказался Андрей, который не позволил ей сломаться, и помог выбраться из пропасти, а теперь он ушёл, позволив Соней замкнуться в себе, снова выкапывать себе яму.

– Сука! – крикнула Соня, скинула тарелку со стола и разрыдалась.

Пустота растёт в груди и её срочно нужно чем-то заполнить. Но чем? София подняла глаза, заранее зная, что увидит и чего она хочет. Перед её взором встала красивая бутылка чудо-бальзама. Именно она сейчас спасёт Соню от мучительных воспоминаний, которые ломают её. Соня вскочила, схватила бутылку трясущимися руками, открутила крышку и принялась жадно пить, практически не чувствуя вкус содержимого. Тёмные струйки лились мимо рта, падали на пол и одежду, оставляя коричневые пятна. Оставшуюся треть она выпила буквально за 5 секунд. Швырнула бутылку за спину, та упала на пол, но не разбилась, а с её горлышка капали недопитые остатки бальзама. Соня поморщила лицо, поправила волосы и села рядом с бутылкой в ожидании, когда дурные, ненужные мысли освободят её голову.

Переждав пару минут, Соне показалось, что армия воспоминаний отступает под натиском алкогольных войск. Эта мысль её рассмешила и она представила, как людей, сражающихся за воспоминания, смывает коричневой волной бальзама. София смеялась во весь голос, от чего покраснела. Жар поднялся в груди и не давал вдохнуть прохладного воздуха.

Когда София успокоилась, решила умыться здесь, на кухне. В голове попытался всплыть образ разъярённого отца, который кричал на Людмилу, а затем ушёл умываться, чтобы успокоиться, но опьянение взяло вверх и не дало внутренней картинке раскрыться во всех подробностях. Она подошла к раковине, умылась холодной водой. Подняв голову, кухня закружилась, словно карусель, и София приземлилась на рядом стоящий стул. Качели остановились и взгляд Сони остановился на струе льющейся холодной воды.

Ты же знаешь, что тебе это напоминает, проговорил внутренний голос.

– Боже, нет… – Соня схватилась за голову. – Ничего не знаю! Нет! Нет! И нет!

Ты слышишь как журчит та самая вода, когда Андрей…

14

Жёлтый рафт, спускающийся с людьми вниз по бурной реке. Внутри ложки в спасательных жилетах, касках на головах и вёслами, сидят Андрей, Соня, три незнакомых человека (чьи имена Соня не запомнила) и опытный инструктор, который покорял эту реку бесчисленное количество раз.

Впереди выпирают из воды огромные камни, поток быстрой воды, врезающейся в них, образует белую пену, а она накрывает всех сидящих людей в рафте. Река простиралась вдоль соснового зелёного леса, но его красотами некогда было любоваться, всё внимание забирало желание выжить и грести вперёд, чтобы выбраться из речки поскорее. В красные глаза, от воды, продолжают попадать брызги, но протирать их нет времени.

Инструктор со смехом что-то выкрикивает, подбадривает, говоря, что им осталось каких-то 5 километров и тогда они заберутся в лес на ночёвку. И так ещё 4 дня! Соня думала, что сойдёт с ума за такое долгое время, но на третий день сама рвалась в бой и хотела как можно скорее пустить рафт на воду.

Ночью их палатку с Андреем атаковали комары. Они прокусывали сквозь кофту и толстые носки. В первую ночь было холодно, не смотря на всю утеплённую одежду. София прижималась к Андрею, а он рассказывал истории, которые придумывал на ходу. Она старалась вспомнить хотя бы одну из них, но не получалось. Эти истории воспринимались как сказки на ночь, и слушая их, засыпала. Рядом с ушами пищали комары, а Андрей долгое время наблюдал за Соней, как она улыбается во сне и хмурит брови, когда он прекращал свои небылицы.

Подъём был ранним, словно у солдат в казарме. Умываться приходилось ледяной водой из речки, но это компенсировалось красотой места, где они находились. Вокруг высокие ели, бурлящая вода, распространяющая сладковатый запах хвои. Завтрак приготовленный на костре казался вкуснее и он согревал замёрзшее, ещё не пробудившееся от сна тело. Но долго теплом наслаждаться не приходилось – через час они снова окажутся в воде, продвигаясь ниже и ниже по реке.

Это путешествие не было бы особенным и не оставило яркий след в воспоминании, если бы Андрей не сделал того, чего София никак не могла ожидать от этой поездки. На последний, четвёртый день, пришёлся самый сложный спуск. Вода накрывала их сверху, лодку мотало из стороны в сторону, София думала, что они вот-вот перевернутся и утонут или стремительное течение подхватит рафт, и он столкнётся с камнем. Начался ливень. Тучи затянули небо, от чего сложно было понять, что впереди тебя. Люди кричали, желая сойти на берег, но инструктор утверждал, что до финиша осталось немного и выбираться на сушу нет смысла. Андрей, как псих, смеялся над происходящим, взывая к богам, чтобы те обрушили на них свой гнев.

Лодка взмывала в воздух, падала в воду, крутилась. Один человек не удержал весло и его подхватила вода. Ветер гнул деревья, а Андрей продолжал смеяться. Он посмотрел на Софию, которой на глаза сползла каска, но она не могла поправить её, потому что нужно грести и выравнивать рафт, тем более экипаж остался без одного гребца.

– Со-о-о-н-ня-а! – закричал Андрей.

– Что-о?! – София не отрывала взгляд от воды и молилась, чтобы это поскорей закончилось. Зачем она только согласилась ехать сюда (в будущем она не раз скажет себе, что это не оказалось ошибкой)? Ей и дома хорошо под тёплым одеялом.

– Вы-ы-ход-и-и за ме-е-ня!

Соня восприняла это за шутку – только Андрею в такой момент весело, когда их жизнь висит на волоске от смерти, и им поможет только командная работа не дать рафту перевернуться.

– Если м-ы-ы выжи-ивем, то я-я согласна, а если нет – я убью т-е-ебя!

Андрей ощутил прилив сил, у него открылось не второе, а третье дыхание. Он вцепился руками в весло и счастливый начал помогать команде, уже зная исход – они выживут.

Когда экипаж добрался до места назначения, они привязали рафт и побежали в здание. Погода, конечно же, успокоилась как только команда спустилась вниз. Их всех били эмоции: радость, что чувствуют под ногами землю, и страх пережитого.

– Как видишь, мы выжили! – заявил Андрей и обнял насквозь промокшую Соню.

– Знаешь что?! – зарычала София и Андрей тут же отпрянул. Его лицо потускнело, он испугался услышать отказ. – Я согласна, – мягко сказала она.

Андрей засиял, расцвел как цветок, в его глазах читалась мальчишечья радость. Он подбежал к ней и поцеловал.

15

Воспоминания, которые видит Соня, такие яркие, что она не помнила как распласталась на полу кухни. Вся в слезах и пьяная. Как бы она не старалась блокировать воспоминания об Андрее, они всё равно просачивались в голове и именно сегодня раскрылись во всех красках. На грудь что-то давило словно на неё поставили сто килограммовую гирю. Ей казалось, что она смогла смириться с уходом дорогого человека, который исчез по щелчку. Щёлк! И всё, его больше не существует в твоей жизни, а может и в жизни вообще.

– Что мне делать? – прохрипела Соня. – Как мне быть?

Она ждала, что Бог подаст ей новый знак, как тогда, когда принимала ванну, но её продолжала окружать тишина, давящая на уши. Тогда София обратилась сама к себе, к внутреннему голосу, он всегда знает как поступить правильно, но он тоже молчал. Соня осталась одна в пустой кухне с ветром в голове. Тогда она решает выпить ещё, чтобы довести себя до отключки и проспать до завтрашнего рабочего дня.

София поднялась с пола, опираясь на стул, шатаясь подошла к шкафчику, распахнула дверцу и достала новенькую бутылку чудо-бальзама, который сейчас отказывался помогать ей справиться с потоком воспоминаний. Открутила пробку и поднесла к носу. Обоняние притупилось, что ей было на руку, чтобы не чувствовать вкуса и быстрее пьянеть. Когда София сделала первый глоток, мозг неожиданно дал ей подсказку как жить дальше,

(дай ребёнку жизнь)

но желание напиться сейчас было сильнее, чем размышления о ребёнке, который уже, к сожаления, пил вместе с матерью.

– Дам я, дам ему жизнь, – тихо сказала Соня и сделала несколько глотков.

Алкоголь быстро ударил в голову, от чего запустил воспоминание о том как Андрей сделал ей предложение по-новому.

– ХВАТИТ! Я СКАЗАЛА ХВАТИТ! – кричала Соня, обращаясь к своей внутренней «я». – Зачем ты это делаешь?!

Она посмотрела на покрасневший безымянный палец, на котором было надето кольцо. Стянула его и швырнула в дверной проём. Кольцо стукнулось о пол и укатилось в другую комнату, спрятавшись под шкаф.

– Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ, АНДРЕЙ!

Соня била по столу, хватала тарелки и кидала их в стену, осколки разлетались по всей квартире. Глаза налились кровью, волосы встали дыбом, грудь часто хватала воздух.

Набравшись силы воли, она смогла взять себя в руки. Взяла бутылку чудо-бальзама и пошла в ванную. Встала перед зеркалом, пристально всматриваясь в себя. Она видела в отражении безумца, заключенного в комнату с четырьмя мягкими стенами, одетого в смирительную рубашку, и он старался убиться об обивку, но, естественно, у него это не выходило. А этот взгляд… словно дьявол во плоти. Красные глаза, наполненные яростью, жаждущие крови агнца. Та настоящая Соня спряталась глубоко в подсознании, а наружу вырвалось нечто особенное – вторая Соня, злая Соня, которая ненавидит эту чёртову жизнь и готова разрушать всё на своём пути. Если бы рядом оказался человек, вторая Соня непременно бы задушила его, а затем слизывала бы его кровь со своих рук, вскрыв ему вену маникюрными ножницами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Оден, Уистен Хью – англо-американский поэт.

Вернуться