The Spaceway
Четыре световых минуты

Глава 1. Другие мысли

Меня зовут Александр. Я родился и вырос в России. Большую часть осознанной жизни скитался из города в город, бежал от удручающей реальности и пугающего милитаризма. Меня всегда тянуло в космос, к тому, что за пределами нашего сознания и понимания. Мне желалось приоткрыть занавес некого таинства. Когда в младшей школе спрашивали кем бы я хотел стать в будущем, то я, не задумываясь отвечал, что планирую быть космонавтом. Однако все, включая учителей, банально насмехались надо мной. В родной стране меня настойчиво отучали мечтать и, глядя на звезды, я с ужасом осознавал, что начинаю видеть просто белые точки на черном небе. Казалось, что я рискую потеряться в собственных иллюзиях и нужно просто принять роль «реалиста», как твердили все вокруг. На какое-то время я сдался и стал тем самым «реалистом», пригодившись стране в роли инженера-проектировщика. Обучение далось как-то легко, и мне, в общем, даже нравилось то, чем я занимался. С работой сразу все заладилось, а немного позже удалось перебраться на удаленные проекты, и я уже сам определял, когда и сколько мне трудиться. Дома я проводил большую часть времени, а порой не покидал стен квартиры неделями. В то время ко мне вернулся детский интерес к космосу, но на совершенно новом уровне. Порой я изучал бескрайние просторы Вселенной сутками напролет, забывая про еду и сон. В своем воображении, сквозь научные факты и доводы, мне удавалось путешествовать к мирам, удаленным на сотни миллионов световых лет и каждый день открывать что-то новое.

Мне едва исполнилось двадцать пять, когда тема колонизации космического пространства ну или хотя бы какого-нибудь объекта в пределах Солнечной системы, стала крайне популярной. В далеких странах люди часто рассуждали о создании поселений на Луне и Марсе, планировали реализовать великие идеи в обозримом будущем и предсказывали результаты, превосходящие самые смелые ожидания. Мне так хотелось стать частью этого… но разве им был нужен кто-то вроде меня? Я даже толком не знал английского языка, чтобы свободно вести полноценные диалоги. Внутри я пылал идеями и желанием стать неотъемлемым элементом чего-то большого, поистине внеземного, но в итоге, как многие мечтатели, впал в затяжную депрессию, которую разбавлял алкоголем.

В таком деградирующем состоянии я провел около полугода. Практически всегда в полной изоляции, асоциальный и никому не нужный. Я был забытым в пространстве-времени и это, пожалуй, довольно научная формулировка того безумия. Несмотря на состояние, созданное собственноручно, я все же продолжал следить за новостями науки, технологий, астрономии и меня поражало то, какими темпами все менялось в лучшую сторону.

Частные компании создавали здоровую конкуренцию государственным корпорациям, формировались целые альянсы и международные объединения, чтобы добиться главной цели – отправить людей Марс. Не скрою, что многие относились крайне скептически к подобным затеям, но прогресс, несущий человечество в будущее, было не остановить. Поразил союз между NASA и SpaceX, который поспособствовал созданию сверхтяжелой ракеты нового поколения. Различные источники сообщали о впечатляющих результатах, достигнутых за очень короткий промежуток времени. На официальных каналах информирования практически каждый день появлялись все новые и новые отчеты об успехах и грядущих испытаниях. Я осознавал, что мир очнулся от тошнотворного забвения, и человечество вновь мечтает покорять Вселенную. Я чувствовал каждой клеткой своего тела, что полет на Марс реален и он будет осуществлен в любом случае и при любых рисках.

Кто мы? Офисный планктон? Регулировщики? Брокеры? Домработницы? Нет. Мы – мечтатели, путешественники и покорители. Волей природы мы от рождения наделены тягой к неизведанному, желанием изучать мир и создавать великое.

Глава 2. За гранью воображения

Мне особенно запомнился 2019 год, который был насыщен астрономическими открытиями и техническими достижениями. Думающую часть человечества не покидало ощущение, что наша цивилизация стоит на пороге чего-то совершенно нового. В ходе сентябрьской пресс-конференции, проходящей на территории тогда еще строящегося космодрома SpaceX в Бока-Чика, выступил Илон Маск, который поведал, что его компания сосредоточилась на организации пилотируемого полета на Марс. Громкое заявление, подкрепленное фактами, имело эпохальное значение.

А в 2020 году началась пандемия, которая затормозила прогресс и унесла много бесценных жизней. Однако человечество справилось, создав несколько эффективных и доступных вакцин. Мир продолжил уверенное движение в будущее. В 2021 году информационное пространство переполнилось новыми открытиями и достижениями, каждое из которых представляло особую ценность. Уследить за происходящим было все сложнее.

17 октября 2021 года с космодрома SpaceX стартовала сверхтяжелая ракета-носитель Falcon Heavy, несущая экспериментальную полезную нагрузку к Красной планете. Посадка беспилотного аппарата была назначена на 20 мая 2022 года.

Следующий серьезный шаг был сделан 23 октября, когда NASA официально занялось поиском людей, желающих полететь на Марс. Потенциальным кандидатам предлагалось заполнить анкету с сотней вопросов и предоставить десятки медицинских справок. Космическое агентство не нуждалось в авантюристах, готовых на сумасшествие ради солидной порции адреналина. Им были нужны здоровые специалисты. Я надеялся, что фортуна окажется на моей стороне, так как одним из членов экипажа должен был стать инженер-проектировщик, но меня обоснованно терзали сомнения. Разве в мире было мало людей, обладающих аналогичными знаниями и умениями?

Считал ли я себя бесполезным неудачником? Возможно, именно на таком уровне была моя самооценка в тот период жизни. Однако желание ступить на поверхность нового мира было сильнее любых страхов, поэтому я решил действовать, а не жалеть самого себя, заранее ссылаясь на вселенскую несправедливость. Через шесть дней, воспользовавшись услугами друга, который в совершенстве владел английским языком, я заполнил анкету, прикрепил к ней портфолио с медицинскими справками и отправил все это представителю космического агентства.

Помню, как во мне перемешались страх и радость, которые превратились в странный коктейль, вливающийся в меня порционно на протяжении нескольких дней. Где-то там, в глубине подсознания, возможно даже глубже, я верил, что у меня есть все шансы, чтобы стать членом команды колонистов Марса. Да, это было наивно, но разве не вера заставляет нас становиться лучше и биться за желаемое? Каждый день я по два часа вкалывал в спортзале, приводя физическую форму в порядок, а вечерами вдвое больше времени уделял иностранному языку, заполняя пробелы в знаниях. Полгода пролетели незаметно.

15 апреля 2022 года Constructions-3D, Boston Dynamics и NASA заявили, что более шести лет занимаются совместной разработкой роботизированных аппаратов, способных выполнять широкий спектр задач за пределами Земли. Утверждалось, что именно эти инновационные технологии помогут возвести первые жилые модули на Марсе еще до прибытия людей. В тот же день я узнал, что для первого пилотируемого полета будут отобраны лишь четыре специалиста. Это не могло не огорчать, так как мои шансы на победу буквально таяли на глазах. Но расстраиваться не было смысла, так как, в конце концов, знание английского и отменное здоровье не будут лишними бонусами даже при земной жизни. Поэтому днем я целенаправленно увеличивал нагрузку в спортивном зале, а вечером изучал технический английский. Ночами, когда меня одолевала бессонница, я садился перед окном и подолгу всматривался в звездное небо, надеясь хоть чуточку приблизиться к космосу.

24 апреля NASA опубликовало масштабное исследование, в котором говорилось, что наиболее перспективным местом для высадки людей признан юго-восточный регион у подножия горы Арсия. Имеющиеся данные указывали, что там находятся обильные залежи водяного льда и месторождения ключевых полезных ископаемых, появившиеся в результате вулканической активности, которая прекратилась десятки миллионов лет назад. К тому же, что очень важно, температурные перепады в той области не были катастрофическими, а особенности рельефа позволяли минимизировать воздействие излучения.

28 апреля представители NASA и SpaceX сообщили, что кандидаты, прошедшие первый отборочный этап, будут объявлены в день посадки Starship на поверхность Марса. Напряжение нарастало.

3 мая NASA проинформировало, что в октябре на Марс будет оправлена миссия First Step, а компания SpaceX предоставит для этих целей ракету-носитель Falcon Heavy. В ходе миссии на планету доставят роботов-строителей со всем необходимым оборудованием и материалами, что позволит под контролем искусственного интеллекта и операторов с Земли организовать строительство двух автономных модулей. Жилища площадью около сорока квадратных метров должны будут стать не только надежными, но и комфортными убежищами для будущих колонистов.

Могу уверенно сказать, что тогда у людей появилось нечто больше, чем бесконечные войны, политические интриги, пропаганда, глупые сериалы, бессмысленная музыка, фастфуд и смешные картинки. Лидеры разных стран теперь встречались не для того, чтобы, обменявшись рукопожатиями, обсудить урегулирование очередного конфликта на Ближнем Востоке, но для того, чтобы сделать свой посильный вклад в пилотируемый полет на Марс. Везде только и говорили об этом, строили планы и делились смелыми идеями. Космос помог нам сделать огромный шаг для перехода в новую эпоху.

Благодаря марсианской программе годовой бюджет NASA вырос до полутриллиона долларов. Ничего подобного в истории аэрокосмического агентства еще никогда не было.

Глава 3. Билет на Марс

19 мая состоялась финальная проверка систем аппарата, и восемь миллиардов землян замерли в ожидании чуда. Посадка должна была состояться завтра в 14:23 по местному времени и я, считая минуты, смог провалиться в сон только под утро.

20 мая в 14:30 стало известно, что аппарат совершил мягкую посадку на Марсе с отклонением в скромные четыре метра от намеченного места. Первые данные начали поступать на Землю.

Примерно через час я получил электронное письмо с официальным приглашением в штаб-квартиру NASA для прохождения следующего этапа отбора. В глазах вдруг потемнело, в ушах – как будто рой ос налетел, и я присел, чтобы еще несколько раз перечитать сообщение. Мой разум просто отказывался воспринимать информацию, которая в корне меняла жизнь. Неужели мои навыки заинтересовали ведомство такого уровня? Вдруг это был обман или злой розыгрыш? Мне кажется, что если бы тогда я выиграл все деньги мира, то испытал бы намного меньше эмоций.

В 17:15 на официальном сайте NASA появилась информация о том, что восемьдесят человек из разных стран были выбраны для прохождения следующего этапа отбора астронавтов. Как можно догадаться, там было и мое имя, а значит, со мной точно не играли. Ночью позвонил некий Чарльз, который поздравил с победой на первом этапе и в деталях объяснил, что требуется делать дальше. На 25 ноября этого же года была назначена встреча в штаб-квартире агентства, но мне все еще продолжало казаться, что я сплю и рискую проснуться на самом интересном моменте. Это была не просто деловая поездка в другую страну, а потенциальная возможность отправиться в космос и несколько лет провести на Марсе.

23 октября миссия First Step стартовала с Земли, и роботизированные строители направились к планете-соседке. Машины, контролируемые искусственным интеллектом и земными операторами, будут применять технологии космической 3D-печати, чтобы возвести небольшие, но высокотехнологичные жилища для четверых первопроходцев.

25 ноября, получив визу в ускоренном режиме и собрав скромные пожитки, я прибыл в Вашингтон. В аэропорту меня встретил чернокожий мужчина, с которым я проследовал к автомобилю. Он добродушно помог загрузить личные вещи в багажник, а после я уютно устроился на заднем сиденье, и мы выдвинулись к цели. Ехать было довольно долго, но общительный водитель не переставал меня заваливать вопросами, так что время прошло незаметно.

Стоило машине остановиться, и мое сердце начало бешено колотиться, пытаясь предательски покинуть грудную клетку. В голове ураганом вращались фразы, которые я заготовил заранее, но реальность не соответствовала фантазиям, поэтому рассчитывать приходилось только на импровизацию. В просторной подземной парковке ждали трое мужчин, которые по очереди пожали мне руку и попросили следовать за ними. Нарастающее волнение я изо всех сил пытался спрятать за кривой улыбкой. Через сеть переходов мы попали в один из корпусов, где на белоснежных стенах красовались национальные флаги и всем знакомый логотип NASA. Со стороны я был похож на дикаря, который с открытым ртом наблюдал за самолетом, пролетающим над соломенной хижиной. В лифте меня предупредили, что сейчас состоится встреча с очень важным человеком, с которым нужно вести себя максимально естественно. Провожающие оставили меня на восьмом этаже перед массивной дверью одного из кабинетов и спешно удалились. Я с волнением постучал и, услышав приглашение, вошел. Моему взору предстало огромное окно во всю стену, перед которым стоял коренастый мужчина лет пятидесяти с забавной мушкетерской бородой. Я сделал девять шагов вперед и протянул правую руку, которую он моментально сжал в ответ и немного подтянул меня к себе.

– Ты готов лететь на Марс? – с легким прищуром спросил он.

– Да хоть прямо сейчас, – с дрожью в голосе ответил я.

Отпустив руку, он сел за большой дубовый стол, закурил заранее заготовленную сигару и продолжил диалог.

– Меня зовут Пол Грайс. Я один из руководителей марсианской программы, курирующий инженерную часть, – он замолчал, делая глубокую затяжку.

– А меня зовут Александр, – неуверенно представился я.

– Я знаю кто ты, сынок, – ухмыльнулся Пол. – Присаживайся, мы с тобой немного побеседуем.

– Сюда? – я указал на стул, стоящий напротив его стола.

Он кивнул и медленно выпустил клуб дыма.

– Тебе знакомы компании Made in Space и Asteroid Mining Corporation?

– Да, сэр, я читал о них.

– В прошлом году эти компании объединили свои усилия с нашими амбициями, что позволило добиться фантастических результатов в сфере космического строительства, – собеседник вновь остановился, чтобы сделать затяжку. – Это подарило всем нам особое преимущество перед коварным Марсом.

– Это легло в основу миссии First Step?

– В точку! – он направил на меня указательный палец. – Роботы заложат фундамент марсианской колонии.

Пол протянул планшет с моделью купольного здания, которое, как я сразу же понял, являлось прототипом жилого модуля. В правом нижнем углу, в строке кодового обозначения объекта, красовалась надпись «Second House».

– Что ты думаешь об этом? – исподлобья спросил он.

– Мне нравится данное архитектурное решение. Купольная структура минимизирует накопление песка с пылью. Кроме этого, если внедрить гибкие солнечные панели, то дополнительно покрываемая площадь позволит использовать энергию светила по максимуму, – закончив проявлять знания, я глубоко вдохнул.

– Да, ты абсолютно прав. Далеко не каждый знает толк в рациональном использовании ограниченного пространства, но ты, к счастью, не один из них.

– Мистер Грайс, а что это за съемный сегмент? – поинтересовался я, указывая на необычную деталь.

– Помнишь эксперимент с надувным модулем на МКС? Так вот, съемный элемент – это бытовой отсек, который будет развернут отдельно, а после подключен к основному жилищу, – Пол пролистал пару слайдов. – Учитывая, что эта штуковина не боится сырости, легко моется или в крайнем случае заменяется, то она будет выступать в роли ванной комнаты и туалета.

– А как же канализация? Система подачи воды?

– Под съемным элементом будет проходить система подачи и очистки водных ресурсов. Из резервуара будет подаваться вода, которую мы уже доставили и еще доставим с Земли. А в это хранилище, – он обратной стороной ручки обвел участок чертежа, – будет поступать использованная вода, включая жидкие отходы, для прохождения многоэтапной очистки, чтобы вернуться в первичное хранилище.

– Как быть с твердыми отходами?

– Есть предположения?

– Возможно, запекать под воздействием высоких температур, чтобы получить пыль, которая не создаст трудностей при утилизации.

– Нравишься ты мне, Александр! – похвалил Пол. – Все верно, это самое рациональное решение.

Дорожную усталость, подкрепленную сильными переживаниями, как рукой сняло. Мы несколько часов обсуждали устройство модулей и делились идеями касательно расширения будущего поселения. Я даже не заметил, как деловая встреча стала напоминать дружескую беседу.

– Мистер Грайс, я слышал, что было отобрано восемьдесят человек, но на Марс полетят только четверо. Как будет проходить дальнейший отбор? – выбрав удачный момент, спросил я.

– Я бы с радостью отправил больше людей, но комиссия, которую представляют великие умы мира науки решила, что для первой миссии будет достаточно пилота, инженера, агронома и медика, – он откинулся на спинку кресла. – Вот и получается, что с помощью тестов и практики нам нужно отобрать лучших из лучших. Если обойдешь всех соперников, то познакомишься с тремя членами своего экипажа.

– Мистер Грайс, как вы считаете, каковы мои шансы на победу? – не мешкая спросил я.

– Давай на чистоту. Идет?

– Да, конечно.

– За неделю, включая сегодняшний день, я успел побеседовать почти со всеми двадцатью кандидатами на роль марсианского инженера, и никому не удалось впечатлить меня так, как это сделал ты. Если твои знания будут подкреплены практическими навыками, то у тебя есть все шансы, чтобы получить билет на Марс.

– Я очень признателен вам за комплимент в мой адрес! Спасибо вам! – широко улыбаясь, поблагодарил я.

– Это не комплимент, а профессиональная оценка, – Пол достал из ящика стола небольшую коробку и протянул мне. – Там планшет с загруженными чертежами, корпоративный смартфон, ключи от квартиры и кредитная карта на личные нужды.

– Квартира? Карта? – из меня бесконтрольно посыпались вопросы.

– Агентство обеспечивает кандидатов съемным жильем и средствами к существованию. Вы ведь оказываете нам бесценные услуги.

– А, спасибо… – растерянно прошептал я. – Куда мне дальше?

– Скотт тебе все покажет.

– Скотт…

– Тот парень, что встречал тебя в аэропорту. Он уже за дверью.

– Мистер Грайс, спасибо огромное.

– Мне было очень приятно познакомиться с тобой, но сейчас я должен работать, – он резко поднялся, протягивая руку для прощального рукопожатия. – И зови меня просто Пол. Договорились?

– Договорились, Пол! Я тоже очень рад знакомству!

Я развернулся и быстрым шагом направился к выходу из кабинета.

– Внимательно изучи материалы и будь на связи, – прокричал он мне вслед.

На мгновение остановившись, я согласно кивнул, а после растворился в коридоре.

Глава 4. Естественный отбор

В сравнении с той бетонной коробкой, которую совсем недавно я называл своим домом, новая квартира, предоставленная космическим агентством, была просто замком. В моем распоряжении оказались огромная спальня и просторная гостиная с высокими потолками, кухня, обставленная самой современной техникой и шикарная ванная комната. Положив планшет со смартфоном на журнальный столик, я убедился, что на последнем включен звук и рухнул на широкий мягкий диван. Усталость застала врасплох, и я крепко заснул. Однако мой заслуженный покой нарушил кошмар, вынудивший проснуться в холодном поту посреди ночи.

Я, облаченный в скафандр, шагаю к месту посадки вместе с другими астронавтами, но почему-то отстаю от них, а после теряю из виду. Затем переношусь в какую-то полуразрушенную комнату, единственное окно которой выходит на стартовую площадку. Гигантская ракета-носитель взмывает, унося мои мечты все выше и выше. Я кричу, надрывая голос, стучу по закаленному стеклу, сбивая кулаки, но никто меня не слышит.

Это была всего лишь игра воображения, которую я не воспринимал всерьез, но желание спать все же улетучилось. Я решил воспользоваться свободным временем, чтобы получше изучить апартаменты и заодно перекусить. К моему приезду явно подготовились, заполнив двухметровый холодильник различными продуктами.

Выбор пал на замороженную пиццу, которая оперативно переместилась в духовку, а после на кухонный стол. Прихватив рабочий планшет, я приступил к поглощению нездоровой пищи и изучению любопытных чертежей. Я пытался найти объяснение тем или иным решениям, выявить определенные закономерности и представить все это, как целостный автономный механизм, функционирующий на другой планете. Разобравшись с пиццей, я вышел на балкон, чтобы с тринадцатого этажа полюбоваться необъятным светящимся Вашингтоном, где даже в позднюю ночь бурлила жизнь. Воздух был немного прохладный, но не доставлял дискомфорта, а напротив, позволил расслабиться и ненадолго погрузиться в мысли. Где-то через полчаса я направился в спальню, чтобы попытаться продолжить сон, но теперь в постели.

Пробудившись в 08:20, я все еще чувствовал себя уставшим, что объяснялось резкой сменой часовых поясов и климатических условий. Однако, четко осознавая цель приезда, я поторопился покинуть теплую постель, чтобы заняться изучением материала, который необходим для победы в отборе. Так прошло два дня, а вечером третьего позвонил Пол и назначил встречу на 09:00 утра.

29 ноября в 07:35 приехал Скотт, который вовремя доставил меня в кабинет, где помимо Пола были еще десять человек.

– Итак, перед вами Александр, – Пол неожиданно изъявил желание представить меня присутствующим. – Он такой же кандидат, как и все вы. Благодаря первому собеседованию я смог отсеять девять человек, которые напрочь отказывались мыслить глобально. Я не только сэкономил собственное время, но и немного расчистил путь к победе для кого-то из вас. Не буду скрывать, что к следующей встрече вас будет еще меньше.

Пол попросил занять любое свободное место, и я, пробираясь мимо парней и девушек, едва слышно поприветствовал каждого из них.

– Миссия на Марс не похожа на пикник. Это очень опасное, жесткое место, которое будет пытаться уничтожить незваных гостей каждый день, каждый час и, возможно, каждую секунду. Однако команда, которая отправится на Красную планету, приложит все усилия, чтобы не допустить этого, – Пол закурил сигару и присел на край своего стола. – Кроме этого, колонистам нужно найти способ укротить красный шар, подчинить его, научиться контролировать все, что происходит на поверхности и, возможно, даже в небе.

Парень с британским акцентом поднял руку, чтобы привлечь к себе внимание и без позволения начал говорить.

– Мистер Грайс, сколько точно по времени мы проведем на Марсе и как быть с «окном» для возвращения?

– А вы у нас… – Пол медленно приблизился, намекая парню напомнить фамилию.

– Одли, – пафосно ответил британец.

После этого мне стало немного страшно, потому что взгляд Пола молниеносно сменился от добродушного к сердитому.

– Подскажите, Одли, это я к вам приехал, и вы мне устроили прием на высшем уровне? – Пол сложил руки на груди. – Насколько известно, это вы прилетели сюда, надеясь стать частью грандиозного события. Я оказываю вам одолжение, но что получаю взамен? Вы неуважительно перебиваете меня, желая удовлетворить свое никчемное любопытство! Прошу вас, господин Одли, следуйте за мной.

Без лишних вопросов он встал и пошел за Полом, который небрежно открыл дверь и покинул кабинет. Оставшиеся десять человек, включая меня, удивленно переглянулись между собой. Примерно через пять минут наставник вернулся один, разместился на своем кресле и окинул нас взглядом.

– При первом общении Одли показался довольно перспективным кандидатом, но я ошибся в нем, – начал монолог Пол. – Если взрослый человек не знает элементарных правил этикета, то рассуждать о его способности к обучению даже не приходится. Не случайно Константин Станиславский говорил, что театр начинается с вешалки. Агентство покроет расходы Одли на перелеты, а мы с вами займемся делом.

Выдвинув ящик стола, он достал заранее заготовленные папки-скоросшиватели с какими-то листами внутри и вместе с шариковыми ручками раздал нам.

– Перед вами несколько типов заданий, которые довольно подробно изложены на первых трех листах. На решение даю час. Начинайте.

Я сразу же начал вчитываться в материал, надеясь продемонстрировать достойные результаты. Некоторые моменты вызывали определенные трудности, но приключившееся с Одли отбивало желание задавать какие-либо вопросы. Отведенный час пролетел очень быстро.

– Дамы и господа, время вышло, – нарушив тишину, уведомил Пол. – Оставляйте папки с подписанными работами на своих местах, выходите из кабинета и следуйте за Марком, который сопроводит вас в столовую. Подкрепитесь как следует, а я пока приглашу коллег для оценки ваших стараний.

Перед тем как закрыть дверь с обратной стороны, я встретился взглядом с Полом, который мне загадочно подмигнул.

Марку было около сорока. По пути в столовую для сотрудников он задавал нам какие-то общие шаблонные вопросы и неумело шутил. Из-за отсутствующего аппетита я ограничился бокалом колы со льдом и занял место чуть поодаль от конкурентов. Я не видел в них врагов, но у меня не было ни малейшего желания заводить бесполезные знакомства и натянуто улыбаться. При этом меня нельзя было назвать самовлюбленным изгоем, который провозгласил себя пупом Земли, но я с детства не любил тесных контактов с людьми, предпочитая держаться на расстоянии. Я без сожаления мог отказаться от любого масштабного развлечения ради скромной порции знаний, и это пошло на пользу: в школе я прочел массу полезных книжек, а в студенческие годы обрел бесценные профессиональные навыки.

Через полтора часа Марк вернул нас в кабинет, где кроме Пола были еще пятеро мужчины, которые встречали нас весьма суровыми взглядами. Каждому из них было явно за шестьдесят, а сидевший в инвалидном кресле и вовсе выглядел на все сто.

– Молодые люди, занимайте места и давайте сразу к делу, – громко отчеканил Грайс.

Мой стул случайно или нарочно заняла девушка, имя которой я даже не запомнил, вынудив меня сесть позади.

– Мы проверили ваши работы, и авторы самых слабых сегодня покинут нас, – продолжил наставник. – Так, мисс Мбиа из ЮАР, мистер Карими из ОАЭ и мистер Алонсо из Испании возвращаются домой. Агентство возьмет на себя все расходы.

В глазах выбывших гасла надежда, но я был бы лжецом, если бы сказал, что не радовался их поражению. С другой стороны, мне было немного страшно, так как отбор пока не закончился.

Оказавшись дома, я скинул пиджак, ослабил узел галстука, лег на диван и, уткнувшись лицом в подушку, тут же отключился. Мне удалось проспать десять часов, а затем, окончательно вернув разум в реальность с помощью горячего кофе, я приступил к занятиям. Оставалось обойти шестерых кандидатов, которые мешали мне ступить на поверхность Марса.

А дальше события начали развиваться настолько стремительно, что я ненадолго "выпал" из информационного поля и не успевал следить за происходящим в мире. Каждый день наш отряд конкурентов посещал лекции и практические занятия, перемещаясь от Грайса к Бастьен, от Бенсона к Юханссону и так далее. Я узнавал новые терминологии и технологи, учился замешивать строительные растворы, пользоваться инструментами крупногабаритной 3D-печати и управлять роботами, которые позволяли вытворять нереальные вещи на расстоянии. Происходящее было настолько удивительным, запоминающимся и недоступным для всех желающих, что я периодически ощущал себя очень важным или даже особенным. Ближе к середине декабря отряд конкурентов покинули еще двое, отправившись в Индию и Францию, а я вплотную приблизился к достижению своей цели.

Глава 5. Знания и практика

16 декабря начался новый этап практической части. Отныне мы самостоятельно готовили запрашиваемые растворы, изготавливали детали многоцелевого назначения и ремонтировали конструктивные элементы разной степени изношенности. Все члены ощутимо поредевшего отряда конкурентов внимательно следили за результатами друг друга, жадно смакуя каждый промах. Я не был исключением.

– Одних знаний недостаточно, – философствовал мистер Грайс, присутствующий на каждом практическом занятии. – Вы обязаны находить им применение!

Во время перерывов он нередко делился информацией, касающейся марсианской программы. Любые подробности, вылетающие из уст Пола, будоражили сознание и заряжали мотивацией.

– Пока мы тут выясняем кто из вас орел, а кто воробьи, марсианская миссия уже перешла на новый уровень. Даже на орбите Земли сейчас творится чудо, о котором скоро все узнают, – добавлял интриги наставник.

В последнее время в штаб-квартиру NASA все чаще приезжали представители Японского агентства аэрокосмических исследований (JAXA) и Индийской организации космических исследований (ISRO), которые принимали активное участие в реализации пилотируемого полета на Марс. Вкупе с тем фактом, что будущих колонистов отбирали из разных стран, грядущая миссия становилась всецело международной. СМИ имели в своем распоряжении крайне ограниченный объем информации, поэтому некоторые из них, гонясь за прибылью, даже не брезговали клепать фейки. Как-то я наткнулся на публикацию, в которой рассказывалось о том, что на Марсе давно есть база, но все колонисты погибли и запланированный полет – жалкая попытка замести следы. Являясь косвенным участником событий, я прекрасно знал правду, но бредовые потуги «журналистов» все же скорее огорчали, чем вызывали улыбку. Чтобы отогнать неприятные мысли, я решил еще больше времени уделять подготовке, чтобы наконец добежать до финиша по головам конкурентов.

Отборочный тур стал настолько обыденным явлением, что водитель приезжал за мной уже без предупреждения. Я привык к введенному распорядку и более не нуждался в услугах будильника.

21 декабря, за неделю до выбора победителя, я проснулся с чувством бодрости и необъяснимого спокойствия. Внезапно я стал запредельно уверенным в собственных силах, а мой внутренний голос твердил, что полет на Марс – мое предназначение.

Разобравшись с чашкой остывающего кофе, я вышел на улицу и быстрым шагом направился к автомобилю. Сегодня был новый водитель.

– Доброе утро, сэр, – сказал мужчина средних лет.

– Доброе, доброе! – ответил я.

– Как вам сегодняшняя погода?

Ох, эти банальные вопросы, ответы на которые никого не интересуют. Я поторопился сменить тему.

– Что вы думаете о полете человека на Марс?

– Сейчас государства тратят миллиарды, триллионы долларов, чтобы совершить очень опасный полет, который может стать катастрофой века. Это ведь своего рода русская рулетка для нашей страны или даже для всей цивилизации, – он почесал затылок. – Я, пожалуй, из тех людей, которые считают, что в первую очередь нужно решать земные проблемы.

– Но ведь именно грядущий полет на Марс позволил людям закончить бесконечные войны, объединиться и начать работать сообща ради великих целей. Мы за полтора года совершили технологический скачок на десятки лет вперед. Разве не благодаря стремлению покорять космос?

– Да, я с вами согласен, но что с этого простым работягам? Моя жизнь как шла, так и идет своим чередом. Утром я забираю людей, отвожу на встречи, затем развожу по домам и поздним вечером возвращаюсь к семье, – он посмотрел на меня через зеркало заднего вида. – Моя жена работает школьным учителем и в ее жизни тоже не произошло особых перемен. Хотя… может быть, многие из нас просто разучились мечтать.

– Полет людей на другую планету – это серьезная инвестиция в будущее. Создаваемые технологии и полученный опыт обязательно найдут свое применение на Земле, сделав наш общий Дом еще более комфортным и безопасным. Я просто уверен в этом.

– А вы допускали такую вероятность, что миссия просто провалится? Что если астронавты даже не долетят до Марса или же погибнут в первый день на его поверхности? Какая же дорогостоящая трагедия может случиться! – водитель тяжело вздохнул.

– Даже если миссия будет провалена, то человечество учтет ошибки и найдет силы начать все сначала.

Мы прибыли на место и я, похлопав водителя по плечу, вышел из машины.

– Спасибо за интересную беседу! – с улыбкой поблагодарил он в приоткрытое окно.

– Спасибо и вам. Желаю обрести веру в великое!

Незнакомый водитель был неким собирательным образом большей части человечества. Сомнения и страх, желание условной стабильности – основа его жизни. Интересно, о чем он мечтает? Прибавка к зарплате? Новый служебный транспорт? Отпуск? Размышления об этом я решил отложить до вечера.

Глава 6. Рождество

Пытались ли вы отыскать созвездия, находясь в мегаполисе? Едва ли это возможно, так как небоскребы и бесконечные огни ночного города являются непреодолимой преградой. Человечество лишило себя вселенской красоты и с гордостью назвало содеянное прогрессом.

Ночь с 24 на 25 декабря. Растущая Луна похожа на небрежный порез на полотне ночного неба. Вечерами становилось все холоднее и я, выйдя на балкон с чашкой чая, завернулся в зеленый плед. Канун Рождества. Город замер. Автомобильный трафик был неплотным, а вдалеке изредка слышались голоса. Для большинства американцев этот праздник является одним из наиболее важных, но организаторам марсианской программы было не до традиций, и утром наш отряд конкурентов ждали очередные занятия. Допив остывший чай, я вернулся в квартиру и, забравшись под мягкое одеяло, тут же отправился в мир сновидений.

Я расхаживаю по бескрайним просторам Красной планеты, боязливо оглядываясь по сторонам. Несмотря на наличие защитного костюма, мне очень холодно и трудно дышать. Где место посадки? Где база и другие люди? Неужели я абсолютно один среди нетронутых пейзажей мертвой планеты? Холод окончательно сковал тело, и я рухнул на песок, устремив свой взор в небо, которое излучало безмолвную волну страха и ужаса. Не могу пошевелиться. Мне нечем дышать…

Проснувшись, я обнаружил, что одеяло сползло на пол, а через неплотно закрытую дверь балкона просочился холодный воздух. Перед тем как вновь провалиться в сон, я позаботился о возвращении одеяла на кровать и на мгновение задумался о мощной связи между подсознанием и тактильными ощущениями.

Утро. Собираясь на занятия, я вспомнил тревожный ночной кошмар. Что если тот незнакомый водитель был прав, и полет на Марс обернется провалом? Вдруг я стану частью миссии, которая потерпит крушение в момент посадки? А если выживу только я и буду обреченно скитаться по планете до тех пор, пока не закончится кислород? Пожалуй, в таком случае предпочту приблизить неминуемую смерть и сниму шлем.

В штаб-квартиру я прибыл немного раньше назначенного времени и, попрощавшись с водителем, неторопливо направился к Грайсу. По пути я встретил несколько сотрудников агентства и учтиво поздравил их с Рождеством, стараясь соответствовать местным стандартам поведения. Добравшись на лифте до восьмого этажа, я постучал в дверь кабинета и вошел внутрь.

– О, доброе утро и с Рождеством, самый результативный кандидат. Прекрасный день для побед, не так ли? – вынув сигару изо рта, почти пропел Пол.

– Здравствуйте, Пол! Спасибо, вас тоже с Рождеством! Сегодня прекрасный день, чтобы проявить себя в полной мере, – уверенно заявил я.

– Мне нравится твой настрой, но у нас тут небольшие изменения.

– Изменения? – переспросил я.

– Именно. Но не стоит переживать. Сигару? – он протянул открытую коробку из своей коллекции.

– Нет, большое спасибо.

– Люди такие странные, – Пол ухмыльнулся. – Не секрет, что курение убивает, но ты благодаришь меня за то, что я готов поделиться порцией отравы.

– Поблагодарил не за порцию отравы, а за вашу готовность поделиться.

– Хм, хорошее замечание. Присаживайся, надо поговорить.

Я расположился в кресле напротив стола, пытаясь подавить нарастающее волнение.

– Знаешь, Александр, отборочный тур превращается в бесконечное повторение одних и тех же действий, – Пол стряхнул пепел. – Нужно двигаться дальше, уделяя особое внимание подготовке, а не поднадоевшему перетягиванию каната.

Его слова протекли кипятком по моим жилам, кровь ударила в голову и потемнело в глазах. Пол с хитрым прищуром посмотрел на меня сквозь клубы дыма.

– Что же будет дальше, Пол? Финальное тестирование?

– Мы очень внимательно и довольно долго наблюдали за вами, поэтому объективные выводы, в общем-то, уже сделаны. Через три дня совет самостоятельно определит победителя, чтобы с началом следующего года перейти к целенаправленному формированию настоящих марсианских колонистов.

– А по каким критериям они будут выбирать победителя?

– Миссия ответственная, а значит, критериев отбора очень много. Насколько мне известно, ты далеко впереди остальных кандидатов, поэтому, – Пол остановился на полуслове, чтобы сделать мощную затяжку, – как мне кажется, твоя победа очевидна.

– Но нет никаких гарантий, и я могу пролететь, верно?

Наставник встал из-за стола и начал медленно двигаться по кабинету.

– Никогда не прощу себе, если твой потенциал не получит право на максимальную реализацию за пределами Земли.

Пол подошел ко мне сзади, положил руки на плечи и слегка сдавил.

– На собрании совета я, как один из руководителей программы, замолвлю за тебя словечко и вообще сделаю все, что в моих силах.

– Вы серьезно? – удивленно спросил я.

– Считай, что это подарок на Новый год, – Пол резко отошел от меня, – но взамен ты должен покорить Марс.

– А если совет будет против?

– Я умею настаивать.

Он добрался до углового шкафа-бара, достал графин, плеснул немного виски в бокал и вместе с ним продолжил путешествие по кабинету.

– Откажешься, как и от сигары? – он приподнял бокал до уровня груди.

– Верно, – с легкой улыбкой кивнул я.

Да, я надеялся на победу, рассчитывал на нее, но не мог даже представить, что произведу неизгладимое впечатление, которое могло предопределить будущее. Происходящее вновь казалось настолько нереальным, что мне потребовалось приложить усилия для продолжения конструктивного диалога.

– Мистер Грайс, не знаю, как благодарить вас. Вы дали мне огромное количество знаний и подарили гигантские возможности, о которых я мог только мечтать. Все самое лучшее случается благодаря вам…

– Нет, ты посмотри, какой же хитрец! – мужчина громко засмеялся, – Умеешь делать комплименты!

– Это не комплимент, а профессиональная оценка, Пол.

– Да, именно это я сказал тебе в день нашей первой встречи, – залпом опустошив бокал, он поставил его на стол. – Верю, что скоро мы продолжим совместную работу, а пока поезжай домой и отдохни как следует.

Пол протянул руку, и я ее крепко сжал, пытаясь через этот незамысловатый жест передать всю свою благодарность.

– Еще раз спасибо за все, Пол!

Я покинул кабинет. Это была последняя встреча с Полом Грайсом в рамках отборочного тура.

Глава 7. Выбор сделан

Никто не давал стопроцентной гарантии, что я полечу на Марс, но стоило переступить порог дома, как мои мысли оказались заняты гипотетическим знакомством с командой колонистов. На несколько лет три человека станут для меня чем-то вроде семьи, на которую можно положиться и за которую придется нести ответственность.

26 декабря для меня началось в десять утра. После зарядки и прохладного душа я решил пройтись до кофейни, чтобы немного развеяться за пределами предоставленных владений. На улице было ветрено и из-за горизонта лениво поднималось бледное Солнце. Эта восхитительная звезда однажды сделала Землю пригодной для жизни, но настанет тот день, когда светило избавится от собственного творения, а после самоликвидируется.

Сколько себя помню, всегда любил крепкий кофе за ни с чем не сравнимые вкус и аромат, которые пьянят и бодрят одновременно. Получив большой стакан горячего напитка, я оставил чаевые и выдвинулся в неизвестном направлении, стремясь получше узнать Вашингтон, который для меня все еще был чужим. Несмотря на то, что американцы предпочитали праздновать Рождество несколько дней подряд, вокруг стояла умиротворяющая тишина, располагающая к размышлениям на свежем воздухе. Редкие встречные прохожие практически не обращали на меня внимания, но бьюсь об заклад, что после полета на Марс мне проходу не дадут. Нет, такая жизнь точно не для меня. Если я побываю на Марсе, а потом благополучно вернусь на Землю, то обязательно осяду в какой-нибудь глуши, чтобы избавиться от пристального внимания со стороны общественности. Я выбрал этот путь не ради славы и наград. Все, что я делаю, основано на моей непоколебимой вере в великий замысел. Проходя мимо газетных автоматов, я увидел заголовок: «Перспективы колонизации Солнечной системы». Радовало, что на этот раз журналисты хотя бы наивно мечтали, а не принижали достижения научно-технического прогресса.

Как бы странно это не звучало, но стремясь покорить Марс, человечество принялось наводить порядок дома: мы помирились с представителями собственного вида, уделяем пристальное внимание климатическим изменениям и акцентируем внимание на технологиях, которые улучшат жизнь большинства, а не исключительно богачей. Космос – это добро во всех его проявлениях, поэтому мы неосознанно тянемся к нему.

Я переходил улицу, как вдруг раздался звонок от Грайса.

– Салют, коллега! – необычно весело начал он разговор. – Готов к встрече?

– Здравствуйте! У вас для меня хорошие новости?

– Помни, что каждый прожитый день – уже прекрасная новость. – В его голосе продолжали слышаться смеющиеся нотки. – Послезавтрашним утром буду ждать тебя в кабинете, чтобы все обсудить.

– Конечно, Пол! Договорились.

– Чудесно. За тобой прибудет водитель. Конец связи.

Не дождавшись ответных слов прощания, Пол повесил трубку. Его позитивный настрой оказался настолько заразительным, что всю дорогу до дома я непроизвольно улыбался. Вечером списался с другом из России и впервые четко осознал, что он – единственный человек, который способен искренне радоваться моим победам и сочувствовать даже незначительным промахам.

Утром 28 декабря я прибыл в штаб-квартиру, где на удивление было очень оживленно. Поднявшись на заветный этаж, я рукой поправил прическу, глубоко выдохнул и вошел в кабинет. За дубовым столом сидел Пол, а напротив него пятеро седовласых мужчин, которые, увидев меня, одобрительно кивнули.

– Александр, присядь, пожалуйста, на диван. Я тебя скоро подзову, – попросил Пол, указав в противоположный конец помещения.

Мужчины активно дискутировали, но их речь сливалась в монотонный гул, который не позволял разобрать отдельные слова. Было очень некомфортно сидеть и гадать, о чем говорят эти люди, учитывая, что меня волновала исключительно одна тема. Однако я был вынужден набраться терпения и смиренно отсидеть четверть часа.

– Итак, – очень громко произнес Пол. – Сегодня великие умы приняли единогласное решение.

Он жестом подозвал к себе, и я незамедлительно поднялся с дивана, устремившись к их компании. Из-за волнения ноги с каждым новым шагом становились ватными, а к горлу подкатывался горький комок.

– Я обещал, что замолвлю за тебя словечко, но делать мне этого не пришлось. Согласно обоюдному решению, ты – член марсианской команды! – почти прокричал Пол и тут же захлопал в ладоши. – Мои поздравления, Александр.

Вот и долгожданный билет на Марс, который стал самой главной наградой в этой жизни. Как мне следовало отреагировать? Рассмеяться? Расплакаться? Пафосно поблагодарить всевозможных родственников и знакомых, как это делают люди, которым вручили Оскар?

– Я лечу на Марс? – с долей испуга спросил я.

– Да! Ты – колонист!

– Хах, марсианский колонист, – ухмыльнулся я и продолжил уже дрожащим голосом. – Я ведь жил этой мечтой, каждый день настраивал себя на результативность, чтобы выхватить победу из рук достойных конкурентов. Обещаю, что вы не пожалеете о своем выборе!

Скромные слезы великой радости. Я подошел к каждому из мужчин, чтобы пожать руку и бессчетное количество раз произнести искреннее «спасибо». Впервые в жизни я был максимально удовлетворен собой, и моя самооценка устремилась вверх.

– Можно тебя на минутку? – шепнул на ухо Пол.

Поблагодарив последнего члена совета, я вслед за наставником отошел на несколько метров.

– Я очень горжусь тобой, сынок! – Пол хлопнул меня по спине. – Такие впечатляющие результаты и бесспорная победа. Завтра, думаю, ближе к полудню, ты познакомишься со своей командой.

– Пол, это – что-то неописуемое. Спасибо вам! Для меня это большая честь…

– Не стоит благодарности, – остановил мою пламенную речь Грайс. – Поверь, ты сам всего добился.

– Значит, я уже не должен покорять Марс для вас? – припомнив прошлую встречу, спросил я.

– О, приятель! – он захохотал и аккуратно потрепал меня за волосы. – Ты просто обязан покорить гребаный Марс!

– Хорошо, хорошо, обещаю, – поморщившись, согласился я.

– Вот и отлично. Будь на связи.

– Да, разумеется.

– Попрощайся с этими скучными старикашками и поезжай домой. Завтра будет насыщенный день.

Прислушавшись к совету Пола, я на минуту вернулся к присутствующим.

– Господа, я вынужден покинуть ваше общество. Но перед тем, как уйду, еще раз хочу поблагодарить вас за возможность послужить на благо науки и всего человечества.

В этот раз я вышел из кабинета уже новым человеком, гордо примеряя роль марсианского колониста.

Глава 8. В одной космической лодке

В день личного триумфа я первым делом наградил себя королевским ужином, а оставшееся свободное время посвятил просмотру свежих научно—популярных передач. В одном из наиболее интересных выпусков рассказывали о футуристических двигателях бестопливного типа, которые, по словам оптимистично настроенных ученых, в будущем изменят наши представления о космических путешествиях. Смотря на то, с каким энтузиазмом инженеры стремятся реализовывать смелые идеи, я испытывал непередаваемое воодушевление.

Человечество с незапамятных времен мечтает оторваться от земной тверди и подобно птице устремиться ввысь. Даже мифический Икар, обретя ненадежные крылья, осознанно пошел на смертельно опасный риск ради удовлетворения жажды познания. Сегодня, когда у нас есть технологии, позволяющие достичь космоса, мы просто обязаны пользоваться такой возможностью. Если наш вид планирует и дальше жить в стремительно меняющемся мире, то большинству придется согласиться на интеллектуальную инъекцию. Все это мне удалось осознать раньше большинства, и поэтому я больше не был простым парнем из России, который еще совсем недавно проживал унылую жизнь, слепленную из обломков однообразных дней. Впереди меня ждало опасное, но увлекательнейшее приключение, которое раз и навсегда изменит все.

Мои детские мечты о космосе были похожи на семена цветов, которые я раскидывал по полю жизни. Но общество решило, что асфальт намного красивее живой природы. Годами хрупкие ростки пытались пробиться на поверхность, борясь с препятствием, которое казалось непреодолимым. Теперь, когда победа в моих руках, я словно иду по обломкам асфальта, собирая букет до боли знакомых цветов, распространяющих запах счастья.

Неужели человечество готово оторваться от Земли и уверенно устремиться дальше, ежесекундно отдаляясь от зоны комфорта? Похоже, что команда марсианских колонистов, частью которой я стал, должна будет проложить эту дорогу. Нет, это даже звучит чересчур самонадеянно и самовлюбленно. Думаю, что космическую тропу начали прокладывать астронавты программы «Аполлон», которые летали намного дальше земной орбиты, выполняли ряд задач и возвращались домой героями. Марсианский квартет лишь продолжит начатое, надеясь, что это не обернется провалом. С другой стороны, если сравнивать расстояния Земля-Луна и Земля-Марс, то мы не просто продолжим дело «Аполлона», а выйдем на принципиально иной уровень, готовясь к куда большим трудностям и опасностям. Если наш космический корабль решит сломаться в сотнях миллионов километров от дома, то даже самая впечатляющая смекалка вкупе с «Хьюстоном» едва ли исправят ситуацию.

Лежа в полумраке на диване в гостиной, я пытался в деталях представить грядущую миссию, но от этих мыслей мне становилось не по себе. Если нас отправляют на Марс, то что NASA придумало для защиты от радиации? Хорошо, допустим, этот вопрос решен, учитывая количество открытий и изобретений, появившихся в мире за последние три года. Но что же делать с продуктами жизнедеятельности экипажа? Да, нас будет всего четверо, но несколько месяцев полета в замкнутом пространстве – серьезная проблема. А как быть с психологическим здоровьем, которое может заметно пошатнуться в условиях длительной изоляции? Так много важных вопросов, на которые у меня не было ответов… Мне хотелось меньше думать об этом и всецело довериться специалистам, которые отвечают головой за каждый вкрученный болтик. Все обязательно будет хорошо.

Подбадривая себя, я провалился в сон и проспал до первых лучей Солнца, которые принесли с собой звонок от Пола.

– Приветствую тебя, астронавт! Надеюсь, ты выспался и готов к дальнейшему развитию событий?

– Доброе утро, Пол! – я сделал бодрый голос, сглотнув сонную хрипоту. – Вы же знаете, я всегда готов к выполнению поставленных задач.

– Великолепный настрой, сынок! Ближе к вечеру отправлю водителя, который доставит тебя в одно местечко, где ты познакомишься со своей командой.

– Класс, – я чудом сдержал приступ зевоты. – Пол, а можно, пожалуйста, поточнее сориентировать по времени?

– Ой, прости. Я что-то увлекся. За два часа до его прибытия я позвоню еще раз.

– Спасибо вам большое. Я буду ждать.

– До скорой встречи, марсианин!

После этого короткого, но очень уютного диалога на моем лице вырисовывалась довольная улыбка. Потянувшись всем телом, я громко выдохнул и сел на край дивана. Предстояло определиться с тем, что же надеть на встречу для знакомства с людьми, с которыми мне предстоит оказаться в одной космической лодке.

Глава 9. Знакомы целую жизнь

В 19:50 я уже находился в автомобиле. Миновав несколько кварталов, водитель остановился у серого здания со светящейся вывеской «Finn McCool's Bar & Grill».

– Прошу вас, мы на месте, сэр, – произнес водитель и указал на двустворчатую стеклянную дверь.

– Благодарю, Майкл.

С каждым шагом я все отчетливее слышал приятную музыку, которая играла в застенках бара. Людей внутри оказалось существенно больше, чем автомобилей снаружи, что вполне логично, так как подобные места посещают ради обилия выпивки. Интерьер был крайне изящным: стены из старого красного кирпича, мебель из декоративного черного дерева и приглушенный свет.

– О, мой дорогой друг! – послышался знакомый голос Пола.

Оглядываясь по сторонам, я пытался найти источник, который, как оказалось, шел мне навстречу из противоположного конца здания. Наставник был немного навеселе, от него привычно пахло сигарами, и он явно пребывал в прекрасном расположении духа. Неожиданно для меня мы обменялись крепкими объятиями.

– Мы уже выпили почти весь ирландский эль, – положив руку на плечо, Пол повел меня вглубь заведения. – Если бы ты задержался еще хоть на пять минут, то остался бы без этого алкогольного чуда!

– Как же здорово, что удалось миновать ужасную трагедию, – сыронизировал я.

– Так, – он на мгновение сделался чрезмерно серьезным. – Сейчас я познакомлю тебя с важными людьми.

– Кажется, я целую вечность ждал этого.

– Вечность – не предел! – прокричал Пол, тыча пальцем в потолок, который предательски скрывал звездное небо от философской мысли.

Мы подошли к двум четырехместным столикам, стоявшим поодаль от всех остальных. За первым сидели трое мужчин примерно того же возраста, что Пол, а за вторым, где было свободное место, расположились двое парней и обворожительная девушка. Все еще придерживая меня за плечо, Пол остановился напротив, чтобы привлечь внимание присутствующих.

– Коллеги, господа и милая дама! Перед вами великолепный инженер и очень сообразительный молодой человек по имени Александр. Прошу любить и жаловать! – наставник изо всех сил старался доминировать над громкой музыкой.

Шестеро гостей почти одновременно поднялись со своих мест, чтобы поприветствовать меня аплодисментами. В этот неловкий момент я почувствовал себя знаменитостью, которой вот-вот вручат награду за бесценный вклад в какое-нибудь дело. Мне настолько не нравилось находиться в центре внимания, что я чуть ли не умолял Вселенную поскорее завершить нелепую часть знакомства.

Когда все закончилось, то я, опираясь на объективно глупые нормы этикета, в первую очередь подошел к старшим, чтобы обменяться с ними рукопожатиями. Мне кажется, что Пол заметил дискомфорт, сочащийся из меня, поэтому попытался разбавить атмосферу.

– Это почетный медик Адам Харрис, а вот этот, что поменьше ростом – Генри Стюарт, и он у нас просто ботаник. Я прикалываюсь, – Пол в шутку принял защитную стойку. – Генри у нас специалист по культивированию растений. Вот этот парень с красной бабочкой – Фрэнк Петерсон, и он бесподобно разбирается в космических кораблях.

Кто бы мог подумать, что тут, в каком-то непримечательном баре, я буду знакомиться с людьми, меняющими мир. Америка продолжала удивлять.

– Для меня большая честь познакомиться с каждым из вас! – теперь уже я старался перекричать живое выступление какой-то группы.

– Взаимно, Александр. – большая рука мистера Петерсона буквально заглотила мою. – Грайс только о тебе и говорит.

– Неправда! – немного заторможено отреагировал Пол.

– Еще какая правда! – подтвердил доктор Харрис. – Нет ничего зазорного в том, чтобы восхищаться достойными.

С Полом мы сразу поладили, но, честно, я и не догадывался, что он в некоторой степени был в восторге от меня, да еще и обсуждал мою скромную персону с коллегами.

– Александр или, если не изменяет память, то просто Саша, – наставник плавно увел меня в сторону, – как тебе местечко?

– Эм, все классно, – я растерялся от быстрой смены событий.

– Планируя этот вечер, мы решили, что неформальная встреча – лучший вариант для знакомств и приятного времяпрепровождения.

– О, будьте уверены – вы не прогадали.

– Я рад, что тебе нравится, – он улыбнулся и поправил мой воротник. – Давай, сынок, иди к своим. Пришло время.

– За соседний столик?

– Так точно. Они уже заждались.

Я сделал робкий шаг, а за ним второй и третий, приближаясь к столу, за которым сидели будущие марсианские колонисты. Заприметив меня, они тут же встали и предсказуемо протянули правые руки, ожидая ответного жеста. Высокого темнокожего парня с гладковыбритой головой и огромными черными глазами звали Фангэй Кабила. Он был родом из ЮАР и в нашей команде выполнял роль специалиста по культивированию растений или просто ботаника, как бы выразился Пол. Именно от него будет зависеть то, какого качества и в каких количествах мы будем получать растительную пищу на Марсе. Второго невысокого парня со светлыми волосами и серыми глазами звали Михаэль Нойман; немца назначили пилотом и одновременно капитаном нашей миссии, который будет принимать важные решения и нести ответственность за каждого члена команды.

Третьим членом команды была невероятно миловидная американка Энн Брукс, медик отряда. От нее будут зависеть наши жизни. Энн… миниатюрное создание с темно-каштановыми волосами до плеч и большими голубыми глазами. Ее кожа была такой светлой, словно прозрачной, что мне даже удалось приметить небольшую венку, просвечивающуюся на виске. Я так увлекся изучением девушки, что забыл выпустить ее прохладную руку из своей, оставшуюся там после ритуала приветствия. Ее губы бесшумно двигались, как будто она пыталась что-то сказать, но не решалась.

– Как проходит знакомство, ребята? – сзади подошел Пол, принесший две полных кружки пива.

– Все классно, мистер Грайс! – радостно доложил Фангэй.

Мне так не хотелось отпускать Энн и переключать внимание на других, но обстоятельства требовали сохранять приличие.

– Все потрясающе, сэр! – подхватил Михаэль.

– Тогда самое время поднять бокалы и выпить за великое будущее! – Пол вручил мне пинту эля.

Команда взяла свои кружки, и мы дружно чокнулись так сильно, что пенистая выпивка заляпала пол, породив волну бурного смеха. Я наконец снял пальто, сел рядом с девушкой и задушевные разговоры, сдобренные выпивкой, полились рекой. Энн, в отличие от нас, не испытывала иррационального желания напиться, поэтому она скромно пригубляла, наблюдала, слушала и мелодично смеялась. С момента знакомства прошло около двух часов, а у меня успело сложиться впечатление, словно я знаком с этими людьми всю жизнь.

Михаэль организовал еще выпивку и вступил в дискуссию с Фангэйем, доказывая преимущества ветроэнергетики. Я, воспользовавшись ситуацией, завел разговор с Энн.

– Выходит, что для участия в отборочном туре тебе не пришлось лететь с другого континента?

– Верно, – она подняла руку и убрала за ухо прядь волос, упавшую на лицо. – Непродолжительный перелет из Финикса без пересадок.

– А почему ты решилась на эту миссию? – заплетающимся языком спросил я. – Мечта всей жизни?

– Я хочу быть частью чего-то более великого, чем работа в местной клинике. Не спорю, что спасать людские жизни очень важно, но я не стану упускать шанс побывать там, где не ступала нога человека, – Энн сделала глоток эля, и пенка осталась у нее над губой.

– Держи, – я протянул ей салфетку.

– Ты серьезно? – недоуменно спросила собеседница. – Разве вбить номер в смартфон не проще?

– Не скрою, что я мечтаю заполучить твой номер, но салфетка для того, чтобы ты убрала пену от эля.

– Ох, боже, прости, – она быстро вытерла губы и растерянно улыбнулась. – Все?

– Да, Энн…

– Ты какой-то задумчивый, – прищурив глаза, она посмотрела в мои.

– Думаю, как вернуться к разговору о твоем номере.

– Давай телефон и я добавлю свой контакт. Будем доставать друг друга анимированными стикерами в телеграмме, – подмигнула Энн.

Подушечки ее тонких длинных пальцев быстро скользили по экрану смартфона, создавая контакт с именем Энн. Так она подарила мне возможность узнать ее поближе или даже встретиться наедине. Когда мы опять пересеклись взглядами, то мне показалось, что время остановило свой ход и все вокруг замерло.

– Они у тебя ярко зеленые, – едва слышно сказала Энн.

– А у тебя голубые, как сверхгигантские з—з—з—звезды, – заикаясь, прошептал я.

Михаэль и Фангэй, увлеченные спором, иногда поглядывали в нашу сторону, но не придавали какого-то особого значения происходящему.

– Я хочу узнать о тебе больше, – продолжила Энн. – Все же мы вместе покинем Землю и несколько лет проведем на Марсе. Это было бы справедливо.

– С радостью расскажу все, что знаю и помню о самом себе, – я ухмыльнулся и влил в желудок остатки эля.

Не знаю, как объяснить все это, но словно какая-то неведомая сила влекла меня к этой девушке. Да, она была охренительно красивой, но тянуло меня нечто другое, сокрытое от глаз наблюдателей. Мы едва были знакомы, но я не преувеличу если скажу, что мы наслаждались обществом друг друга.

– Можно пригласить тебя на ужин? Допустим, завтра. Я живу в нескольких кварталах отсюда. У меня шикарный вид из окна, так что сможем в спокойной обстановке полюбоваться Луной и поближе познакомиться, – громко, не сбиваясь, и при этом, сильно волнуясь, выдал я.

– Завтра даже не полнолуние, но ты предлагаешь любоваться Луной? – хихикнула Энн и оперлась подбородком на ладонь.

– Я же из России.

– И? – добрая улыбка не покидала ее лица.

– Там люди умеют радоваться любым мелочам. Куска земного спутника будет вполне достаточно.

Этот необычный вечер закончился далеко за полночь, поэтому по домам мы разбредались на такси.

– Позвоню тебе завтра. Обещаю, – приблизив губы к уху девушки, я прошептал обещание.

– Буду ждать твоего звонка, – она на мгновение уперлась лбом в мое плечо.

– До скорого, Энн.

– До скорого…

Мы до последнего прощались взглядами через пассажирские окна разъезжающихся автомобилей, пока темнота ночного города окончательно не разлучила нас.

Глава 10. Землянин

Пасмурное утро 30 декабря. С непривычки алкоголь вызвал мерзкое похмелье, вынудившее подняться с постели на рассвете. Недолго думая, я отправился на легкую пробежку, так как даже небогатый опыт подсказывал, что это довольно эффективный способ прийти в норму, с которым главное не переусердствовать во избежание конфронтации с собственным сердцем.

Несмотря на состояние, мой мозг желал думать только об удивительной Энн, образ которой непрерывно мелькал перед глазами. Анализируя мысли и чувства, собранные воедино, я снова и снова приходил к вполне логичному умозаключению: в моей жизни появился человек, к которому меня тянет, будто магнитом. Если девушка легко пошла на контакт, была очень разговорчива и без вопросов дала номер телефона, то между нами, пожалуй, все же пробежала искра. Перейдя с бега на шаг, я четко понял, что невыносимо хочу раздуть пламя, которое сможет согревать нас обоих.

Тучи рассеялись, солнечные лучи заиграли с каплями на влажном асфальте, и мрачное утро начало стремительную трансформацию в теплый день. На часах было только начало десятого, поэтому осуществить обещанный звонок Энн я не решился. Дома, приняв прохладный душ и выпив чашку горячего кофе, мне удалось закрепить достигнутый результат нормализации самочувствия.

Желая скоротать время хотя бы до полудня, я расположился на диване с ноутбуком и вбил в поисковую строку уже банальный к тому времени запрос «новости космоса». Свежей информации оказалось очень много, но активнее всего люди обсуждали строительство какой-то космической станции или огромного корабля на орбите нашей планеты. Астрономы-любители из разных уголков Земли делились новыми снимками, пытаясь совместными усилиями собрать более-менее целостную картину реальности. Когда я увидел все это своими глазами, то сразу же вспомнил про «орбитальное чудо», о котором как-то вскользь обмолвился Пол. Естественно, в комментариях не обошлось без конспирологов, предсказывающих очередной конец света, который затеяли злобные инопланетяне.

Бродя по полю интернет-брани, я наткнулся на большое интервью с Жан-Жаком Дорденом, который двенадцать лет возглавлял Европейское космическое агентство. Он поведал, что в 2016 году Японское агентство аэрокосмических исследований (JAXA) дало старт экспериментальной миссии по уборке космического мусора. В 2018 году, добившись заметных результатов, JAXA пригласило к сотрудничеству другие страны, но согласие было достигнуто лишь через три года. Космические роботы ловили мусор «сетями», отправляя его в атмосферу Земли, где он сгорал. Но Киотский университет и компания Sumitomo Forestry предупредили о новой опасности – наночастицы оксида алюминия, которые накапливаются в верхних слоях атмосферы. В конечном итоге это бы очень негативно повлияло на климатическую ситуацию. К счастью, быстрое решение было найдено компаниями NanoRacks и Made in Space, которые предложили начать масштабную переработку мусора прямо на орбите и там же создавать космические аппараты. Невероятно, но это безумная идея оказалась крайне эффективной, и уже в марте 2022 года была подписана директива о начале строительства огромной космической станции, которая будет доставлять сразу по несколько аппаратов на Луну и Марс, а затем возвращать их на Землю. Дорден резюмировал, что это будет первая в истории межпланетная станция, которая не только отправит нас к далеким мирам, но и откроет двери в новую эпоху.

На часах было 11:52, когда я наконец решился позвонить Энн, чтобы предложить встретиться. Гудок. Еще один.

– Алло, – бодро ответила девушка.

– Привет, это я. Узнала?

– О, привет! – Энн оживилась еще сильнее. – В ожидании звонка я успела выдумать, что после крепкого сна ты передумал связываться со мной.

– Прости. Я не позвонил раньше, так как боялся тебя потревожить.

– Тебе не за что извиняться, чудак! – она рассмеялась.

Ох, этот искренний смех здорово помог расслабиться. Я продолжил развивать диалог, чтобы подловить удачный момент и пригласить ее на что-то вроде свидания.

– Энн, какие у тебя планы на вечер?

– Сегодня я улетаю к родственникам в Техас и до конца праздников пробуду в Хьюстоне.

– Эм… думал, – я сильно растерялся из-за чего было трудно подобрать слова.

– Я шучу, глупенький! – она вновь рассмеялась. – Как я могу куда-то улететь, если вчера ты пригласил меня поглазеть на кусок Луны? Это, молодой человек, было бы астрономическим преступлением!

– Черт! А я ведь поверил и даже успел расстроиться, – несерьезно возмутился я.

– Я старалась быть максимально убедительной, – очень ласково произнесла Энн.

– Тебе удалось обвести меня вокруг пальца. Я никогда еще так не попадался!

– Однажды я буду первой девушкой на Марсе, но сегодня я стала первым человеком в мире, который смог надурить тебя. Вот так!

Мы знакомы меньше суток, виделись всего несколько часов, но нам было настолько легко друг с другом, что этот диалог скорее напоминал милую беседу влюбленных.

– Тогда во сколько мы встретимся, чтобы провести запланированный урок астрономии? – в меня хлынула волна уверенности.

– Все зависит от плотности вашего графика, профессор, так что сами решайте, где и когда сможете принять мисс Брукс, – Энн изо всех сил старалась сохранять серьезность.

– Ну, мисс Брукс, как насчет парка Потомак в три часа? – я назвал случайное место, о котором мельком читал в путеводителе.

– Договорились! Буду там в назначенное время.

– Тогда до встречи, мисс Брукс!

– До самой скорой встречи!

Я сразу же направился к гардеробу, параллельно заказывая такси на два часа, чтобы гарантированно добраться до парка вовремя. Что надеть на первое свидание с самой обалденной девушкой? Думаю, просто следует быть собой и придерживаться свободного стиля, поэтому выбор пал на черные джинсы, классическую рубашку в черно—синюю клетку и пальто. Недолгая репетиция перед зеркалом, финальный взмах расчески, немного парфюма, и я уже еду на встречу. Прислонив голову к боковому окну автомобиля, я устремил взор к небу и тут же подумал об «орбитальном чуде», которое возводится над нашими головами. Сколько людей сейчас в космосе? Десятки? Сотни? Может быть, тысячи?

– Сэр, мы почти на месте, – учтивый водитель вырвал меня из добровольного плена мыслей. – Сейчас поверну налево и оставлю вас у того фонарного столба.

На часах было 14:43, а значит, пунктуальность все еще оставалась при мне. К цели я шел размеренным шагом, вдыхая чистый воздух и любуясь живописными, несмотря на время года, видами парка. Внезапно кто-то подкрался ко мне сзади и прикрыл глаза ладошками.

– Та-дам! Угадаешь кто? – ее голос был таким родным и знакомым.

– Боги, ты меня сегодня не только обвела вокруг пальца, но еще и напугала!

Я развернулся и увидел мило улыбающуюся Энн. Несколько секунд мы молча смотрели в глаза друг другу, а после я все же решился на неуклюжие объятия. Она ответила взаимностью.

– Я так рад тебя видеть. Спасибо, что пришла, – пробубнил я, уткнувшись носом в шею девушки.

– Эй, я ведь тоже безмерно рада тебя видеть, – шепотом ответила она.

Выпустив ее из тисков своих объятий, я манерно повернулся боком, приглашая взять меня под руку. Наша прогулка по зимнему парку началась.

– Ну, как твое настроение? – поинтересовался я. – Завтра Новый год, семейный праздник и все такое. Тебя уже накрыла атмосфера волшебства?

– Настроение у меня теперь просто восхитительное, да и атмосфера волшебства явно присутствует, – Энн вновь подарила улыбку. – Что касательно семейности данного праздника, то он, несомненно, таковым является. Однако мы, возжелав лететь на Марс, осознанно пошли на необратимые перемены в жизни. В любой миг руководство может досрочно закончить наш отдых и приказать вернуться к подготовке, поэтому я не планирую покидать Вашингтон даже временно.

– Абсолютно с тобой согласен. Подписавшись на это, мы в какой-то мере перестали быть хозяевами собственных жизней.

– Кажется, мы стали рабами науки, – удачно подметила Энн.

– Знаешь, я до сих пор не могу поверить, что у нас с тобой типа свидание, – я постарался сменить тему разговора.

– Что, значит, типа свидание? У нас самое настоящее свидание, которое обещает быть незабываемым.

– Знала бы ты, как мне приятно это слышать от тебя.

Пролетев тысячи километров, чтобы стать марсианином, я стал влюбленным землянином. Я не мог налюбоваться тем, как ветер играл локонами ее волос, как она щурилась от солнечного света и как вокруг ее губ во время смеха прорезались едва заметные морщинки. В ней было прекрасно все. Каждая частичка этой девушки была за гранью моего воображения. Легендарный Карл Саган как-то сказал, что люди состоят из звездной пыли, что делает нас неотъемлемой частью Вселенной. Раз это так, то Энн была человеком, вобравшим в себя элементы самых удивительных светил, что некогда озаряли собой другие миры, согревали целые планетные системы и в итоге обрели покой в этой хрупкой, очаровательной, часто улыбающейся девушке.

– Думая о грядущем полете, иногда ловлю себя на мысли, что все может пойти наперекосяк, и Марс нас обязательно уничтожит. Мне безумно страшно от собственных фантазий, – разоткровенничалась Энн. – У тебя такого не бывает?

– Насколько мне известно, практически весь полет мы проведем в состоянии анабиоза. Временами я представляю, что мы спим беспробудным сном, а в наш корабль врезается какое-нибудь космическое тело. Мы даже не поймем, что умерли. Сон превратится в вечность.

– Я-то думала у меня жуткие фантазии, – в ее голосе отчетливо прозвучала нотка грусти.

Я резко остановился и повернулся к ней лицом, закрывая спиной от порывов усиливающегося ветра.

– С нами ничего подобного не произойдет. Мы обязательно достигнем цели, выполним миссию и вернемся домой. Давай вместе избавимся от темных мыслей и будем настраивать себя только на лучшее. По рукам?

Энн молча прильнула к груди и обняла, подарив мне возможность почувствовать себя супергероем, который вызвался защищать девушку от всевозможных несправедливостей и опасностей. Я обнял ее в ответ, прижимая все сильнее и сильнее. Мимо проходили люди, редко пели птицы, а издали доносился звук полицейской сирены. Солнце стремительно ползло к горизонту, уволакивая за собой остаток дня.

– Ты мне предлагал полюбоваться Луной, – не поднимая головы, заговорила Энн. – Предложение еще в силе?

– Разумеется! Иначе и быть не может!

Я обнял ее еще сильнее. Мне хотелось верить, что в моих силах уберечь ее от всего самого плохого и неприятного в этом мире, спрятать от страхов и переживаний, быть надежной опорой, которая не рухнет при первом же судьбоносном урагане.

– Спасибо тебе за все, – Энн подняла голову и нежно поцеловала меня в щеку. – Тогда поехали?

– Нежданно-негаданно и непередаваемо приятно, – радостно ответил я. – Пойдем ловить такси.

По дороге домой она лежала на моем левом плече, крепко сжимая правую руку. Мы молчали, но это была не мертвая тишина; наши сердца обменивались неуловимыми всплесками чувств, а мы наслаждались этим.

Глава 11. Кусок Луны

Я по-джентльменски помог Энн выйти из машины, припарковавшейся напротив моего дома. Взявшись за руки, мы миновали лобби и забежали в лифт.

– Тринадцатый этаж? Это же просто кошмар для суеверных!

– Однажды пришлось вызывать священника, потому что в квартире творилась настоящая бесовщина, – на ходу выдумал я.

– Ты разве не знаешь, что обманывать нехорошо? – она легонько толкнула меня локтем в бок.

– Уж кто бы говорил, – ухмыльнулся я.

Отворив дверь квартиры, я жестом предложил Энн войти первой. Стоило ей только переступить порог, как сразу же автоматически включилось освещение, рассеявшее мрак, напористо наполнявший помещение по мере приближения вечера.

– Видишь? Даже свет обладает волей, а ты мне не верила.

Избавившись от верхней одежды, Энн приступила с любопытством изучать все, что попадалось на ее пути.

– Тут очень уютно, – оценила девушка.

– Ага. Я сам очень доволен апартаментами, что предоставило агентство.

– Я не об этом, – она остановилась у панорамного окна, выходящего на магистраль. – Тут все будто пропитано твоим присутствием, что создает необыкновенную атмосферу. Мне здесь очень комфортно.

Энн развернулась, подошла ко мне и обхватила шею руками. От неожиданности я немного прогнулся вперед.

– Было бы круто организовать вкусный ужин, откупорить бутылочку красного вина и поговорить по душам, – предложил я, прижимая красотку.

– Ну разве тебе можно отказать?

– Тогда давай переберемся поближе к холодильнику и приступим к готовке.

Отложив нежные объятия на потом, мы пошли готовить наш первый ужин, совместив это дело с дурачеством, болтовней и по-детски искренней радостью. Энн занималась салатами, а я старался удивить ее своим фирменным овощным рагу, которое у меня всегда получалось отменным. Пока блюдо томилось на медленном огне, я наполнил бокалы вином и сел напротив гостьи.

– Мы с тобой знакомы всего второй день, и я с трудом верю в происходящее, – со сверкающими глазами произнесла Энн.

– И при каждой нашей встрече мы пьянствуем, – я сделал большой глоток. – Если же без шуток, то все это похоже на сон, и я боюсь проснуться от звонка разгневанного Пола.

– Это была бы катастрофа для нас обоих! – она сделала глоток не меньше моего.

Наши взгляды вновь пересеклись, как при первой встрече.

– Твои зрачки, как черные дыры. Они тянут, тянут, все сильнее и сильнее. Миновав горизонт событий, я теперь окончательно во власти твоей гравитации, мисс Брукс.

– Ничего более астрономического в свой адрес я никогда не слышала, – по ее лицу пробежал румянец. – Мурашки по коже… офигеть.

Алкоголь, добравшийся до мозга, помог избавиться от всякой скромности и снять оковы приличия. Я наклонился к Энн, прикрыл глаза и стал инициатором соприкосновения наших губ в нежном поцелуе. Подушечки пальцев моей правой руки ласкали левую щеку девушки, а ее прохладная ручка лежала у меня на шее. Происходящее сводило меня с ума и, вероятно, я бы все-таки тронулся рассудком, но сработал таймер плиты.

– Ох, прошу прощения, – растерянно сказал я.

– Ничего страшного, – Энн застенчиво улыбнулась. – У нас в запасе много времени.

Торопясь достать рагу, я предсказуемо обжог пальцы, попутно выругавшись на родном языке. Несмотря на типичные трудности, через пару минут горячее лакомство оказалось в наших тарелках.

– Бон аппетит, леди! Оцени-ка мое тайное блюдо.

Обдув содержимое ложки, она наконец попробовала, и балл, присвоенный моим кулинарным способностям, оказался максимальным.

А затем мы много разговаривали, громко смеялись с набитыми ртами и часто запивали вином, нарушая правила поведения за столом, предписанные этикетом, который так ценил Пол.

– Я хочу танцевать! – задорно промолвила Энн, поправляя прядь волос. – Вместе с тобой.

– Мне очень жаль, но я не умею танцевать, – с напускной досадой ответил я.

– А я тебя научу. Это же так просто! Пойдем!

Девушка схватила меня за руку и сильно потянула, вынудив отправиться за ней в гостиную. Там она по-хозяйски подключила смартфон к стереосистеме, которой до этого момента я ни разу не пользовался.

– Нам нужна веселая музыка и это будет… Hot Stuff от Донны Саммер. Идеально! – включив песню, Энн быстро зашагала в мою сторону.

Мы, люди – прирожденные танцоры. Танец – один из наиболее старых инстинктов человечества, дарованный нам природой, эволюционным механизмом. Я смотрел на сводящую с ума молодую особу, ловил ее жесты и сливался с ней в гармонии нот и телодвижений. Следом заиграла композиция After Dark от Mr.Kitty, которая в сочетании с приглушенным светом добавила еще больше волшебства в этот вечер. Наши тела сблизились вплотную, мы сжали друг друга в крепких объятиях, а после растворились в горячем поцелуе.

На часах была почти полночь, когда из-за вашингтонских туч выглянул кусок Луны. Выключив музыку, мы плавно переместились на диван. Энн опустила голову мне на грудь и обвила руками шею; я одной рукой нежно перебирал пряди ее мягких волос, а второй гладил по спине.

– Энн? – тихонько позвал я.

– Да?

– Мне очень хорошо с тобой.

– Мне тоже никогда еще не было так хорошо.

– Мы забыли полюбоваться Луной.

– Но вечер от этого не стал хуже… – едва слышно произнесла она и засопела.

Моя возлюбленная отправилась в царство Морфея. Прижав чудо покрепче, мне не оставалось ничего, кроме как последовать за ней.

Глава 12. Мечты

Проснувшись, я увидел Энн, которая лежала рядом и пристально разглядывала меня.

– Весьма мило и немного странно, – произнес я хриплым голосом, потирая заспанные глаза.

– Мне понравилось наблюдать за тобой и охранять твой покой, – она нежно постучала по кончику моего носа. – Что тебе снилось?

– Не помню. Но уверенно заявляю, что теперь реальность лучше любого сна.

– Представляешь, еще чуть-чуть и наступит Новый год. Технически, мы с тобой будем вместе уже год. Понимаешь мою женскую логику? – она хихикнула и поцеловала меня в щетинистую щеку.

Никогда прежде не встречал более искреннего и жизнерадостного человека. Я прикрыл глаза, чтобы дать себе возможность всецело насладиться мгновением. Пальцы Энн ползали по моему лицу, а я массировал мочку ее уха, аккуратно сжав между большим и указательным пальцами.

– Черт! Я же совсем забыл, – взволнованно произнес я. – Мне нужно ненадолго отлучиться.

– Что? Ты решил от меня сбежать?

– Не дождешься, – я чмокнул ее в макушку. – Быстро смотаюсь на одну важную встречу, а после все расскажу и покажу. Хорошо?

Конечно, это был лишь предлог, чтобы одному выбраться из дома и приготовить какой-нибудь сюрприз. Я быстро принял освежающий душ, накинул пальто, обменялся с Энн поцелуями и выбежал на улицу, где практически сразу поймал такси.

– Доброе утро и с наступающим Новым годом! – обратился я к водителю. – Мне нужно в какое-нибудь место, где можно найти оригинальный подарок.

– Доброе утро, сэр! Вас тоже с наступающим праздником! Кажется, вы немного затянули с выбором подарка, – мужчина повернулся ко мне и подмигнул, – но я знаю одно дивное местечко в пяти кварталах отсюда. Там, поверьте, сделают все, чтобы вы остались довольны.

– Отлично! Значит, туда и направляемся.

До торгового центра мы добрались очень быстро, и теперь оставалось довериться интуиции или же прислушаться к советам продавцов, чтобы приготовить запоминающийся сюрприз. Около четверти часа я перемещался от отдела к отделу, метался от одной витрины к другой, но ничего особо примечательного не встречал.

– Простите, – обратилась ко мне блондинка из отдела украшений и сувениров, – могу ли я вам чем-то помочь?

– Да, было бы идеально, – я кивнул в знак согласия. – Мне нужен какой-нибудь подарок для девушки. Что-нибудь такое, что она всегда могла бы носить с собой.

– Как давно вы знакомы?

– Эм… три дня, – я рассеянно и неловко улыбнулся.

– Тогда вручать дорогой подарок было бы неуместно. Предлагаю вам взглянуть на это, – она жестом руки пригласила меня идти за собой.

Мы подошли к витрине, на которой со вкусом были разложены различные кулоны. От богатства выбора разбегались глаза, но лишь один был поистине особенным.

– Этот! – эмоционально отреагировал я, указывая на кулон в форме полумесяца. – Именно то, что нужно!

– Хороший выбор. Керамические украшения снова в моде, и я не сомневаюсь, что ваша дама оценит данное подношение по достоинству. Упаковываю? – уточнила продавец-консультант.

– Да, конечно.

– Проходите на кассу.

Получив заветную коробочку с ярко-фиолетовой лентой, я помчался к выходу, чтобы как можно скорее вернуться к Энн. Всю обратную дорогу я тщетно пытался выдумать какое-нибудь поздравление и даже не заметил, как подъехал к дому. Поднявшись на свой этаж, я подошел к двери и, провернув ключ, попал в квартиру.

– Привет! – подбежала Энн и повисла у меня на шее. – Я так сильно соскучилась.

– Привет, чудо! – я приобнял ее за талию. – Сам дико соскучился.

– Ну, рассказывай, куда ходил. Не люблю секреты, – нахмурившись, потребовала она.

Я снял с себя пальто и отправил его на вешалку, оставив подарок в темноте кармана.

– А ты проведешь со мной эту праздничную ночь? – в голосе прозвучали нотки неуверенности.

Возлюбленная встала на цыпочки, взяла мое лицо в свои ладони и страстно поцеловала, дав ощутить уже знакомый вкус губ.

– Только есть ты этого захочешь, – прошептала Энн, глядя мне в глаза.

– Мечтаю, чтобы ты была со мной. Благодаря тебе этот праздник станет самым незабываемым за всю историю моего существования.

Одной рукой я прижимал ее хрупкое тело, а ладонью второй гладил щеку и попутно осыпал горячими поцелуями. С каждой секундой, утопая друг в друге, мы все меньше были похожи на людей, которые познакомились несколько дней назад. Вероятно, когда-нибудь термин «родственные души» станет научным. Моя правая рука скользнула к ее затылку, пробираясь через пряди шелковистых волос, а левая двинулась от поясницы до лопаток, изучая изгибы тела, выступы косточек и мышц. Разомкнув губы, мы уперлись лбами и какое-то время стояли молча с закрытыми глазами.

– Возможно, ты решишь, что я ветреный дурак и несерьезный человек, – я нарушил магию тишины, – но ты должна знать, что я по уши влюблен в тебя.

Не знаю, что на меня нашло, но вместо вручения подарка я начал с неумелого признания в любви. Едва успел договорить, как в уголках ее глаз появились слезинки, покатившиеся по белоснежной коже.

– Я тебя чем-то обидел? Малышка, прости меня, пожалуйста, – разумом завладела паника. – Прости, если я ляпнул что-то лишнее!

Энн обняла меня настолько крепко, что я даже не понял, откуда в ней нашлось столько сил.

– Не знаю, что происходит. Не знаю… но внутри меня тоже поселилось это сильное, осознанное чувство любви. Это пугает, но и одновременно делает меня самой счастливой, – тяжело дыша, она уткнулась носом в мое плечо.

Ком в горле молниеносно поднялся выше и растворился, превратившись в слезы счастья.

– Всем сердцем люблю тебя, – почти простонал я, стирая кончиками пальцев соленые дорожки на ее щеках.

– И я тебя люблю. Очень люблю.

– Позволь мне достать кое-что.

Я сделал несколько шагов в сторону вешалки, чтобы добраться до кармана пальто. Спрятав коробочку с сюрпризом за спиной, я вновь подошел к Энн почти вплотную.

– Ага! Что там у тебя? – неподдельное любопытство вырвалось наружу.

– Помнишь, я приглашал тебя полюбоваться Луной? Хотел быть романтичным, но все это, пожалуй, выглядело довольно абсурдно.

– Какой ты у меня глупенький! Это было очень прикольно.

Потерев нос, моя девочка рассмеялась и вновь обхватила меня руками. Каждый раз, когда ее пальцы смыкались на моей шее, а губы тянулись за новыми поцелуями, я отправлялся в мини-версию космического путешествия.

– Признавайся, что ты прячешь за спиной, а то я тебя укушу! – игриво прорычала она.

Выбравшись из объятий, я протянул коробочку, которая тут же была похищена. Глаза Энн загорелись так же, как это бывает у малышей, которые нашли новогодний подарок под елкой.

– Я сгораю от любопытства, – пробормотала она и прикусила губу.

– Помочь?

– Ну уж нет!

Наконец она добралась до сердцевины и, отворив ларец, увидела кусочек Луны, который мне так приглянулся. На аккуратном белом кулоне были выгравированы неровности, имитирующие ландшафт земного спутника.

– Нравится?

– Нереально красиво… помоги-ка мне застегнуть, – попросила она, повернувшись ко мне спиной.

Я, разбираясь с цепочкой, заприметил две маленькие родинки, скрывающиеся от наблюдателей за левым ушком. Стоило мне провести там подушечками пальцев, как Энн судорожно вздохнула.

Этот день был из серии тех особых дат, что навсегда отпечатываются в памяти человека. В моей жизни появилась она, ставшая основой и смыслом всего. Раньше я относился к чувствам очень небрежно, называя их тормозом развития человечества, но весь мой цинизм бесследно испарился после встречи с этим милейшим созданием.

Вплоть до вечера мы пытались заняться приготовлением праздничного ужина, но по большей части занимались исключительно друг другом. Думаю, мы были подобны подросткам, которые впервые испытали сильные и ранее незнакомые чувства. Расположившись на диване, я подтянул Энн за руку и посадил к себе на колени.

– Нас ждут два года усиленной подготовки, а затем долгожданное приключение.

– Тогда стоит смаковать каждый день, отведенный на Земле.

– Хотел бы я, чтобы этот день не заканчивался…

– Я верю, что впереди нас ждет множество изумительных дней, похожих на этот или даже лучше, – поделилась оптимизмом Энн.

– Но этот день ты запомнишь навечно! – я повалил Энн на диван и начал щекотать.

– Стой, – еле выдавила она, захлебываясь от смеха, – пожалуйста, хватит!

Закончив кратковременное баловство, я прилег рядом и обнял ее за плечи. Отрывистое, частое дыхание сменилось на медленное и спокойное.

– Столько всяких событий и только для того, чтобы я наконец-то встретила тебя. Для меня это было словно делом всей жизни.

Если быть откровенным, то эта вереница сложносплетенных событий, что привела нас друг к другу, была очень похожа на умышленное и спланированное мероприятие. Суеверный человек назвал бы это судьбой, но я знал точно, что происходящее является лишь феноменальной случайностью.

– У тебя никогда не возникало желания отказаться? – она замерла в ожидании ответа.

– Спасовать? Нет, даже мысли такой не было. А у тебя?

– На отборочном туре конкуренция переросла в неприкрытую ненависть. Казалось, что каждый только и думает о том, как бы вцепиться в глотку другому. Я боялась, что становлюсь такой же, как они, поэтому меня посещали мысли о том, чтобы все бросить и вернуться домой.

– Если человек родился здоровым и полноценным, то его способности зависят исключительно от него самого. Для победы в отборочном туре требовалось проявить себя в полной мере и доказать, что ты лучше, чем все остальные. Каждый из нас боялся поражения и испытывал оправданную ненависть, когда кто-то угрожал сделать этот страх реальными.

– Считаешь, что каждый человек сам решает быть ему глупым или умным?

– Конечно! Мы живем в удивительное время, когда миллионы книг находятся в свободном доступе. Информации настолько много, что при большом желании можно стать специалистом широкого профиля, не выходя из дома. Глупость – осознанный и опасный выбор подавляющей части населения Земли.

– Тут я с тобой согласна.

– Как-то давно читал, что в нас от рождения заложено более полусотни талантов, но мы самостоятельно или же по наставлению родителей выбираем, что развивать, а что – оставить в зачаточном состоянии.

– То есть я могла бы стать певицей или актрисой?

– Несомненно, но ты стала первоклассным медиком, – с искренним восхищением произнес я.

– Родители никогда не настаивали на том, чтобы я становилась тем, кем являюсь сегодня. В нашей семье всегда была свобода выбора.

– Что же тогда тебя подтолкнуло?

– Мне было восемь, когда очень сильно заболела бабушка, и мы с мамой поехали в местный госпиталь, чтобы навестить ее.

Энн выдержала паузу и я, понимая, что воспоминания ранят ее, терпеливо ждал продолжения.

– Бабушка всегда была такой сильной, что даже в тот момент пыталась утаить невыносимую боль. Она боялась предстать перед нами слабой, не хотела, чтобы мы грустили.

– Если тебе больно это вспоминать, то…

– Нет, нет, все в порядке, – она прервала меня на полуслове. – Через неделю состояние бабушки резко ухудшилось, а еще через два дня она скончалась от сердечной недостаточности. Для меня это была серьезная утрата, и я пообещала себе стать самым лучшим доктором, чтобы спасать жизни.

– Мою ты спасла точно, – ободряюще ответил я и прижал Энн к себе.

Пересилив неумолимую тягу друг к другу, мы все же смогли завершить приготовление ужина, который вышел весьма скромным. За едой мы снова болтали, шутили и смеялись, как днем ранее, напрочь позабыв о Луне, Марсе, Земле и целом мире.

Наступила ночь. Квартира погрузилась во мрак, который терял свою стабильность под воздействием частых вспышек салютов.

– Точно! – Энн вырвалась из моих объятий. – У тебя же есть гирлянды!

Слегка припрыгивая, она добралась до них и махом включила в сеть, заставив светодиоды мерцать разноцветными огнями.

– Ты уже хорошо ориентируешься в этой квартире.

– А то! – она обвила руками мою шею и, опрокинув на постель, навалилась всем телом. – Люблю тебя.

– Любовь моя…

Мои пальцы сползают по ее обнаженной спине, лаская выпирающие от умеренной худобы лопатки. Она так горячо дышит, обхватывает мое лицо руками и направляет к груди, которую я тут же начинаю жадно целовать. Мои руки на ее бедрах, и я сжимаю их с нарастающей страстью. Энн вздрогнула от сумасшедшего возбуждения, и капелька пота скользнула по ее утонченной шее, блеснув в свете праздничных огней. Избранница чувственно извивается в моих сильных объятиях и мы, стискивая друг друга, продолжаем делить наслаждение. Желания всецело завладевают ситуацией, и вот мои губы, мой язык уже пробираются в самые потаенные места. Я словно слепой, который судорожно изучает Священное Писание, где буквами шрифта Брайля становятся изгибы тела этой неподражаемой девушки.

Глава 13. Часов не наблюдая

Утро. Я повернул голову, чтобы убедиться, что вчерашний день не был сном, и мое счастье от меня не сбежало.

– Здравствуй, – с прищуром улыбнулся я. – Ты вновь за мной следишь?

– Ага, – Энн улыбнулась в ответ. – Изучала черты твоего лица, пока ты отдыхал от меня.

Я крепко прижал ее к себе и начал целовать шею, устремившись губами к ключице. Дойдя до цели, плавно поднялся вверх и приласкал мочку ушка.

– Слушай, а перебирайся ко мне жить.

– Ты шутишь? – голос возлюбленной задрожал.

– Ни в коем случае. Хочу, чтобы у нас было все серьезно, – продолжил я с незыблемой уверенностью.

– Ты же понимаешь, что я не могу отказаться?

В мире, где все продается и покупается, люди привыкли относиться друг к другу как к товару. Они знакомятся, сопоставляют количество достоинств и недостатков, устраивают ночные «тест-драйвы» и лишь потом принимают решение о будущем таких связей. Раньше у меня никогда не было серьезных отношений, потому что я не хотел пользоваться человеком, как и не желал быть игрушкой в чьих-то руках. С Энн же все по-особенному: впервые разум и сердце работают сообща. Я готов узнавать и принимать ее недостатки, сглаживать любые неровности собственного характера, меняться и идти на компромиссы.

К полудню мы вышли на улицу, поймали такси и направились в квартиру Энн, чтобы перевести ее вещи. После праздничных гуляний улицы были пусты, и мы доехали очень быстро. Арендованные для нее апартаменты практически не отличались от моих, что указывало на заботу NASA о равенстве.

– Это твоя семья? – взяв фото в деревянной рамке, спросил я.

– Да. Мама и папа, – ее приглушенный голос послышался из-за прикрытой двери спальни. – Ты обязательно с ними познакомишься.

– Ого. Так оперативно?

– А мы разве с тобой когда-нибудь затягивали? – Энн на секунду выглянула и подмигнула.

Приятное волнение скользнуло по позвоночнику и осело в затылке. По-моему, моя любимая настроена очень серьезно, чтобы провести со мной как минимум одну жизнь.

На территорию Энн мы нагрянули внезапно, и у нее не было возможности подготовиться к приему гостя. Несмотря на это, кругом главенствовал полный порядок и в целом ее квартиру можно было назвать раем для перфекциониста. Удовлетворяя любопытство, я расхаживал по гостиной, обращая внимание на всякие мелочи. Журнал Scientific American, покоящийся на краю дивана, поведал мне об интересе моей избранницы к науке. Толстый ежедневник с красной закладкой, торчащей где-то из середины, говорил о том, что она предпочитает планировать свою жизнь. Я будто блуждал по внутреннему миру девушки, пытаясь узнать о ней как можно больше. Приметив на спинке кресла вязаный бирюзовый шарф, я бережно взял его в руку, поднес к лицу и несколько раз глубоко вдохнул носом. Запах Энн, который для меня уже был таким родным и знакомым, отпечатался в каждом стежке.

– Я готова! – неожиданно появилась Энн с сумкой наперевес.

– О, это все? – торопливо убирая шарф на место, спросил я.

– Вроде как, – улыбнулась она. – Кстати, его можешь взять с собой.

Неделя совместной жизни пролетела незаметно. Теперь нам предстояло найти в себе силы, чтобы вырваться из рая беззаботности и вернуться к работе.

Первые несколько дней подготовка к миссии носила формально-ознакомительный характер: мы с командой посещали тестовые площадки и присутствовали на демонстрациях оборудования с гаджетами, что были созданы специально для полета на Красную планету. Я и Энн пытались скрывать наши отношения, но она иногда неосознанно, словно по привычке брала меня за руку. Михаэль и Фангэй, становясь невольными свидетелями этого, бросали на нас вопрошающие взгляды, но однажды они увидели, как мы садимся в один автомобиль, и часть ответов тут же была получена.

Все шло отлично, но меня тревожил тот факт, что наставник Пол был не в курсе происходящего между мной и Энн. Несомненно, это была наша личная жизнь, в которую никто не должен совать свой нос, но я хотел оставаться честным и ответственным человеком, а значит, требовалось расставить точки над «i».

– Уверен, что хочешь рассказать обо всем Грайсу? – спросила Энн во время прогулки.

– Да, но я пока что не придумал, как преподнести это.

– Думаешь, ему не понравится?

– Мне кажется, что иногда он бывает вспыльчивым, – я задумчиво опустил глаза и непроизвольно сжал руку девушки покрепче. – Однако сказать все же придется хотя бы для того, чтобы твоя квартира не простаивала зря.

– Может, позвоним ему завтра?

– Предлагаешь это сделать вместе?

– Раз мы решили жить вместе, то давай и вопросы тоже решать вместе.

Сказать о романе нужно было прямо, без трусливой ходьбы вокруг да около, опасаясь последствий. Да и какие, собственно говоря, могли быть последствия? Нас снимут с марсианского рейса и устроят новый конкурс, затянув глобальную программу еще на несколько лет? Может быть, из-за наших отношений вообще свернут миссию? Я прекрасно понимал, что мы – ценные экземпляры для NASA и не будет грехом, если мы хотя бы разочек воспользуемся такой преференцией.

В этот теплый пятничный вечер мы гуляли по аллее недалеко от дома и болтали на отвлеченные темы. Крупные хлопья снега падали с небес на землю и тут же таяли, продолжая круговорот воды в природе. По пути нам встречались семейные пары с детьми, и маленькие шкодники все время убегали от родителей, дурачась между собой. Оглядываясь вокруг, я ощущал связь с этой цивилизацией и со всеми этими людьми, но стоило посмотреть вверх и мысли тут же уносили меня в бескрайние просторы Вселенной. Зачем вообще нужно это дорогостоящее и рискованное путешествие? Во-первых, есть вероятность, что наша планета станет необратимо враждебной по отношению к жизни, и если этот день настанет, то нам позарез будет необходим запасной вариант. Во-вторых, люди во все времена любили играть в богов, стремясь обуздать природу, чтобы использовать ее по максимуму. Конечно, брать на промерзлом Марсе нечего, но его гипотетическое покорение стало для разрозненного человечества великой целью, которая легла в основу глобального объединения. Стоит только вдуматься, и полет на другую планету перестает казаться безумством.

– Не хочешь кофе? – вопрос Энн вернул меня в реальность.

– С удовольствием, – согласился я и приобнял ее.

– В понедельник нас разделят и каждый пойдет заниматься своим направлением, – с досадой вздохнула любимая.

Мы дошли до мини-кофейни, заказали два стакана горячего американо и продолжили размеренную прогулку.

– Да, но у нас ведь будут общие курсы, а потом еще вечер, ночь и выходные в запасе.

– Мне просто ни на минуту не хочется разлучаться с тобой, – она грустно улыбнулась.

– Котенок, ты не забывай, что в скором времени мы на несколько лет поселимся на планете, где никто ни от кого не сможет убежать.

– Ах ты! – проворчала Энн, игриво ущипнув меня за щеку, – Задумал от меня удрать?

– Глупышка моя, – я поцеловал ее в заснеженные волосы.

Субботним утром моя решительность пошатнулась, но когда Энн отправилась в душ, то я все же взял волю в кулак и смартфон в руку, чтобы набрать Пола.

– Да? – прозвучал заспанный голос наставника. – Что-то случилось?

– Доброе утро! Не случилось, а скорее произошло, – я пытался говорить легко, веселым голосом.

– Что-то серьезное? Какие-то проблемы?

– Нет, мне просто нужно с вами поделиться некоторой информацией.

– Нужно встретиться? – Грайс продолжил серию вопросов.

– Было бы идеально!

Мы договорились встретиться в кафе, которое, как подсказали Google Maps, находилось в пятнадцати минутах ходьбы от дома. Я был уверен, что личная встреча сведет к минимуму риск возникновения недопонимания, которое с легкостью может породить телефонный разговор.

– Милая, мне нужно отойти, чтобы встретиться с Полом, – обуваясь, доложил я Энн, которая только вышла из душа.

– Ты уже позвонил? – спросила красавица, вытирая волосы.

– Да, решил самостоятельно разобраться с этим вопросом.

– Мне нравится твоя решительность, – она подошла ко мне и поцеловала в щеку. – Мой мужчина.

– Надеюсь, что все пройдет гладко, – я ответил взаимным поцелуем, – Жди меня, королева!

Я мигом вышел из квартиры и направился к лифту, по пути запахивая пальто, надетое, в спешке прямо на футболку. Праздник был позади, но в Вашингтоне все еще сохранялась какая-то особая атмосфера. Люди, проходящие мимо, без каких-либо причин обменивались друг с другом улыбками, машины медленно двигались по проезжей части, а мелкий и частый снег усыпал мокрый асфальт.

В заведение я пришел раньше Пола и выбрал самый дальний столик, смотрящий прямо на вход. Время на экране смартфона сменилось на 10:49. Кафе было оформлено скромно, но не было лишено комфорта и специфической изысканности: деревянные столы, начищенные до блеска, черно-белые фотографии, перекочевавшие из другой эпохи на бежевые стены и приглушенное освещение. Официантка подошла к моему столику и предложила завтрак с праздничной скидкой, но я вежливо отказался и попросил лишь стакан воды. Наслаждаясь бесплатным напитком, я пытался подобрать слова, которые бы предельно лаконично помогли объяснить все то, что происходит между мной и Энн. Широко распахнув дверь, вошел Грайс и на мгновение остановился у входа, стряхивая с плеч хлопья снега. Затем он снял темно-коричневую шляпу, взял ее в правую руку и направился в мою сторону.

– Привет! – Пол дал старт разговору, попутно отправляя шляпу и пальто на вешалку у стола. – Ты пришел один?

– Эм… – я чуть замешкался.

– Без Энн? – добавил он и жестом подозвал официантку.

– Да, я один.

– Отлично.

Он резко переключился с меня на меню и принялся перелистывать ламинированные страницы. Уже знакомая мне официантка подошла вновь, и Пол указал ей на несколько позиций. Девушка сделала пометки в большом блокноте и быстры растворилась среди своих коллег.

– Ты же понимаешь, что я в курсе? – спросил он, и на его лице растянулась улыбка.

– Теперь да, – я в недоумении почесал затылок. – Вы разочарованы?

Девушка принесла поднос с заказом и поставила его напротив Пола, пожелав ему приятного аппетита.

– Нет, – сделав глоток кофе, ответил он. – Я всего лишь выполняю свою работу, занимаясь контролированием и координированием. Мне положено знать чуточку больше, чем остальным.

Несколько секунд Пол молча прожигал меня загадочным взглядом, от которого у меня встал ком в горле.

– Я не вижу в этом ничего плохого, – он продолжил диалог и прием пищи. – Напротив, это к лучшему.

– К лучшему?

– Я считаю, что да, – он отправил в рот салат и принялся тщательно пережевывать.

– Я надеюсь мы с вами говорим об одном и том же?

– Конечно, об одном и том же. Я о тебе и Энн, о ваших отношениях.

– Да. Вы правы.

– Сначала я был немного в бешенстве, – он вытер губы салфеткой и вновь принялся за кофе, – мне казалось это недопустимым нарушением.

– А что вы думаете сейчас? Что заставило передумать? – страх отступил и я, расслабившись, откинулся на спинку стула.

– Я считаю, что любовь – дополнительная страховка. По отдельности люди часто идут на необдуманные риски и глупые поступки, но когда им есть о ком заботиться, то они начинают поступать рациональней. Ни ты, ни Энн не захотите подвергать друг друга лишней опасности.

– Да, вы абсолютно…

– Но, – перебил Пол, указывая на меня вилкой, – в этом есть и минусы.

– Я весь внимание.

– Для вас любовь будет важнее даже самой эпичной миссии в истории.

– Почему вы так уверены? – я было хотел начать с ним спор, но вовремя остановился.

– Ради любви люди готовы идти на любые жертвы. Чаша весов с вашими чувствами перевесит даже земной шар! Ты будешь готов пойти на все, чтобы уберечь Энн от опасности и уж тем более от гибели.

– Я…

– Мы ведь поэтому в начале отборочного тура держали всех на дистанции, чтобы избежать любых привязанностей. Но когда вы впервые встретились, то я тут же понял, что мне нужно подготовиться к служебному роману.

– Скажите, Пол, вы злы на меня? Я вас огорчил? Поступил неправильно?

– Злиться на тебя за то, что ты способен любить? Это было бы абсурдно. Главное, чтобы вы умели совмещать страсть и великие цели.

– Честно, я боялся, что это может вывести вас из себя и вынудит исключить нас из миссии.

– И провести вечность в поисках замены лучшим? – Пол допил свой остывший кофе. – Мне приятно, что ты сам решил встретиться, а не ждал пока я вызову тебя на ковер. Поступок, заслуживающий уважения.

– Пол, выходит, что все в курсе наших с Энн отношений? – с едва уловимой дрожью в голосе спросил я.

– В курсе лишь те, кому нужно быть в курсе. Наслаждайтесь жизнью, но не впадайте в крайности. Мы должны реализовать миссию.

Трапеза была окончена и Пол попросил принести счет. Наш разговор, по всей видимости, тоже подошел к логическому завершению.

– Возвращайся домой и наберись сил. Скоро будет очень жарко.

– Обещаю, мы не подведем. И большое вам спасибо!

– За что? – недоуменно спросил Пол, приподняв бровь.

– За понимание. Я очень боялся этого разговора.

– Да брось, нет проблем, – ответил он и положил пару купюр на поднос.

Мы одновременно встали из-за стола и, взяв одежду с вешалки направились к выходу. Было ощущение, что я избавился от непосильной ноши и теперь могу сделать уверенный шаг к цели. Пол придержал дверь, и мы оказались на улице. За то время, что мы провели в кафе, погода заметно испортилась: ветер усилился, с севера надвигалась буря.

– Тебя подвести до дома? – поднимая воротник спросил Грайс.

– Нет, спасибо большое. Я прогуляюсь.

На самом деле, мне хотелось по пути домой зайти в цветочный магазин и купить шикарный букет для Энн, чтобы отметить маленькую, но очень значимую для нас победу.

– Не простудись только, – Пол в шутку отдал мне честь и направился к автомобилю.

– Так точно, сэр! – я ответил тем же.

– Ах, да, – он неожиданно окликнул меня, – только не вздумайте плодиться.

– Никаких детей, обещаю! – я громко рассмеялся.

– Я серьезно! Хватит смеяться! – наставник по-доброму пригрозил пальцем и сел в машину.

Проводив его взглядом, я направился к магазину. Я не знал какие цветы любит Энн, но быть банальным и прийти с букетом роз не было ни малейшего желания.

– Здравствуйте! – обратился я к продавцу

– Добрый день, сэр! – с необыкновенным радушием отозвалась женщина средних лет.

– Я хотел бы какой-нибудь нестандартный букет для девушки. Что-нибудь изысканное.

– Какая она?

– Моя девушка?

– Да, – учтиво улыбнулась женщина, – опишите немного ее.

– В ней так много жизненной энергии и амбиций. Она – эпицентр нескончаемой веры в светлое будущее, – словно под гипнозом я начал делиться. – Она запредельно добрая, настоящая, в меру наивная и… просто живая.

– Как это мило! – произнесла флорист с горящими глазами и направилась к одной из витрин. – Вы до чертиков влюблены в эту девушку.

– Да, именно так, – смущенно согласился я.

– У меня как раз есть кое-что необычное для таких чудесных девушек, которым повезло быть горячо любимыми. Подойдите ко мне.

Сделав несколько шагов вперед и завернув за угол, я увидел ее с корзиной, в которой стоял горшочек с ярко-красным цветком.

– Ого! Какой необычный.

– Это гибискус. Крайне интересный цветок, который станет неожиданным сюрпризом даже для самой привередливой дамы сердца.

– Мне очень нравится. Беру, – я полез в карман за картой, чтобы расплатиться.

– Тогда давайте его как следует упакуем, – женщина вернулась к рабочему месту. – С годами я научилась неплохо разбираться в людских желаниях.

– Вы будто вынули смутные образы из моей головы и сделали их реальностью.

– Даже небольшой живой цветок будет лучше самого большого букета, который все равно однажды завянет. Вы ведь не хотите, чтобы ваша любовь увяла? – спросила она, быстро управляясь с упаковкой.

– Никак нет, мадам. У нас все только начинается.

– Как хорошо. Гибискус тоже только начал цвести, и вскоре он станет еще ярче и больше. Для суеверных людей это является признаком большой и чистой любви.

– Мы не суеверные, но, я уверен, что этот символизм придется по душе моей возлюбленной.

– Я с вами согласна. – Скоро цветок станет огненно-красным и будет радовать вас в серые будни.

Мне всегда больше нравилось делать подарки, чем получать их, так как эмоции близких и дорогих мне людей доводили буквально до эйфории. На улице становилось все холоднее, и я быстрым шагом направился к дому. Уже через мгновение я поднимался к небесам, где меня ждал личный ангел. Реакция Энн на подарок была ярче, чем сам цветок, который мы поставили на стол в гостиной.

Утопая в ее нежности и растворяясь в поцелуях, я окончательно и бесповоротно утратил связь с прошлой жизнью. В этой стране, в череде неоднозначных событий, в окружении замечательных людей и в объятиях любимой – родился истинный я.

– Я люблю тебя, Энн Брукс, – произнес я, горячо дыша.

– Скажи это еще раз…

– Моя Энн, я так сильно тебя люблю!

– Да, мой родненький, да! – простонала она. – Я тоже тебя очень люблю…

Глава 14. Семья

Вереница будней спустила нас обратно на Землю, и мы с утра до вечера, пять дней в неделю, проводили в Центре подготовки, работая как в команде, так и индивидуально. К концу февраля я изучил огромное количество новой терминологии и обрел опыт работы на самом передовом оборудовании. Когда впервые увидел все эти «секретные штуки», то мне показалось, будто я проспал столетие и очнулся в малопонятном мире, который успел шагнуть слишком далеко.

Мы с Энн сблизились еще сильнее и, пожалуй, даже успели стать полноценной семьей. Все свободное время, что нам оставляли профессиональные обязательства, мы старались проводить вместе, и это была отличная возможность узнавать друг друга ближе. Конфликтов между нами никогда не было, но горячо спорить мы просто обожали! Время шло своим ходом, и в Вашингтон пришла ранняя весна.

– Знаешь, я уже привыкла к этой жизни, – заявила Энн во время нашей прогулки по парку.

– К хорошему люди быстро привыкают, – подметил я, перебирая ее пальцы в своей руке.

– Я хочу, чтобы это никогда не заканчивалось.

– Что-то может помешать нашему счастью?

– А вдруг там что-то произойдет? – она отошла на шаг, развернулась и посмотрела снизу вверх мне в глаза.

– Энн, детка, все будет хорошо, – утешая, я прижал ее к себе.

– Откуда у тебя такая уверенность? – спросила она, уткнувшись в грудь.

– Я просто верю в науку и людей.

– Как у тебя все просто…

– Ты мне доверяешь?

– Да, – уверенно ответила девушка.

– Отлично! Значит, знай, что все будет хорошо.

С каждым днем сомнения Энн нарастали. Но был ли это страх перед самой миссией? Нет, мне кажется, что она боялась неизбежных перемен в земной жизни, которая ее впервые полностью устраивала.

4 апреля 2023 года начался малоприятный этап физической подготовки. Теперь нам приходилось не только тренировать свой мозг, поглощая колоссальный объем информации, но и работать мышцами. Каждый вечер, а то и каждую ночь, возвращаясь домой, мы чувствовали себя как выжатые лимоны. Сил хватало только на то, чтобы понежиться вдвоем в душе, а после уснуть в обнимку. Мы ждали выходных, как величайшего праздника, чтобы иметь возможность выспаться и заняться чем-то для себя.

29 апреля мы проснулись после обеда и даже не думали торопиться вылезать из постели. Я гладил ее спину кончиками пальцев, а она мило сопела с прикрытыми глазами.

– На какой день недели приходится десятое июня? – спросила Энн.

– Эм… пятница? – я на миг задумался. – Нет. Суббота. Точно суббота. А что?

– О, как повезло! – она хитро ухмыльнулась.

– Почему?

– У моей мамы день рождения, и мы с тобой слетаем ее поздравить. Ты ведь не думал, что я передумала знакомить тебя с семьей?

Она застала меня врасплох, и я не сразу смог подобрать слова, чтобы ответить.

– Эй, мы с тобой договаривались! – она открыла глаза и нахмурилась.

– Да, помню, – неуверенно произнес я. – Так и сделаем.

– Ты чего? Не хочешь, что ли? Они ведь мечтают с тобой познакомиться. Ты им обязательно понравишься, милый!

После этого Энн резко накинулась на меня, опрокинула на спину и вскарабкалась сверху. В такие моменты я становился абсолютно беспомощным, что лишь усиливало наслаждение от происходящего. Ну разве я мог не согласиться на знакомство с родителями этого чуда?

Жизнь продолжала лететь в бешенном ритме; организм привык к распорядку дня и ко всем видам нагрузок. Групповые тренировки ощутимо сплотили нашу команду. Если еще не так давно мы обменивались лишь несколькими фразами за день, то теперь во время обеденного перерыва предпочитали собираться за одним столом, чтобы обсудить насущные дела и обменяться опытом. Фангэй, тот самый парень из ЮАР, оказался весьма сдержанным и немногословным. Даже на самые искрометные шутки он лишь скромно улыбался. Возможно, на него повлияла культура родных мест или же родительское воспитание, но это лишь придавало ему притягательной загадочности. Михаэль, который был выбран на роль капитана корабля, напротив оказался весьма болтливым. Юмор был его коньком, и он мог даже самую серьезную ситуацию превратить в очередную порцию шуток.

С середины мая, когда уже было совсем тепло, я и возлюбленная стали больше времени проводить на улице. На выходных мы могли устроить пикник или по несколько часов гулять по городу, изучая его прелести. Иногда мы брали с собой Михаэля и Фангэйя, желая дополнительно укрепить командный дух.

– В детстве я бывала в Вашингтоне вместе с отцом. Он пару раз брал меня с собой, когда летал по работе, но я мало что помню, – поделилась Энн.

– Я где-то читал, – присоединился к диалогу Михаэль, – что мы на самом деле помним все. Мозг делает как бы резервную копию всех событий и знаний, но по мере их востребованности определяет, какие будут на поверхности, а какие нужно упрятать куда поглубже.

Приближающееся лето стремительно овладевало городом: кругом зелено и свежо, палящий солнечный свет и чистое, без единой тучи небо. Выбираясь из дома, Энн все чаще надевала легкое платье, которое игриво щекотало ее молодое тело, развиваясь при мимолетных порывах ветра. Она была моим океаном, а я – моряком, который тонул, но не жаждал спасения.

В конце мая мы начали думать, что купить на грядущее празднование июньского дня рождения. Мама Энн была современной женщиной средних лет, и мы пребывали в полнейшем замешательстве, выбирая подарок. Из-за перенасыщенного трудового графика свободного времени по будням было немного, так что мы, как свойственно большинству людей, откладывали покупку до последнего момента.

– Все, что мы с тобой смотрели на Адамс Морган – унылое барахло, – с досадой сказал я. – Не знаком с твоей мамой лично, но чувствую, что надо нечто действительно классное.

– Уф… ты прав. Хочется, чтобы этот день стал незабываемым для всех нас.

– У меня появилась отличная, ну просто шикарная идея! – эмоционально жестикулируя, объявил я.

– Ну-ка, выкладывай! – воодушевилась Энн.

– Давай подарок частично сделаем своими руками. Создадим реально крутую космическую штуку.

– Ты меня заинтриговал! Что ты задумал? – ее голубые глаза светились любопытством.

– Ты смотрела фильм Стэнли Кубрика «Космическая одиссея 2001 года»?

– Конечно, классика кинематографа. Но как это связано с подарком?

– И твои родители знают, что ты летишь на Марс, верно? – пропустив вопрос, продолжил я.

– Так, верно.

– И знают, что ты летишь со мной?

– Именно! – она указала на меня пальцем.

– Предлагаю изготовить большой плакат на тему фильма и поместить его в эксклюзивную рамку со стеклом, – я продолжал энергично жестикулировать, пытаясь показать размеры будущего подарка. – А на самом плакате мы напишем поздравления, адресованные маме, а, может, упомянем всю семью.

– Знаешь, что я думаю по этому поводу? – Энн быстро вскочила с места и прыгнула в мои объятия. – Это будет нереально креативно и интересно! Мама будет в восторге!

– Я знал, что ты оценишь, малышка! Пора заняться делом.

К вечеру большой постер находился в нашей квартире: астронавт Дейв Боумен, облаченный в красный скафандр, красовался на абстрактном черно-белом фоне. К этому моменту каждый из нас уже придумал собственный текст для поздравления, и мы, сидя на полу перед полотном, реализовывали задуманное.

– Хм, красивый почерк для мальчишки, – ехидно ухмыльнулась Энн.

– О, спасибо! Серьезный комплимент, который поднял мою самооценку до небес.

– Тебе не понравился комплимент?

Она схватила зеленый фломастер и неожиданно провела кончиком по моей щеке, оставив кривую линию. Я решил не отставать и проделал с ней то же самое, пометив синим цветом. В итоге, все это вылилось в дурачество, и по завершению мы были измазаны с ног до головы.

– Кажется, пора в душ, – сказала Энн, стоя рядом со мной напротив зеркала.

– Я пойду первым.

– Ты?! С чего это вдруг! – она с веселым возмущением ткнула меня кулаком в бок.

– Эй! Я был первой жертвой.

– Не убедительно!

– И что же ты предлагаешь?

– Будем мыться вместе.

Подобные сцены, когда влюбленные в обнимку лежат в горячей ванне, окруженные ароматной пеной, обычно показывают в самых романтических фильмах. Однако для нас это была реальность, которую мы создали собственноручно.

Утром в субботу, 10 июня мы отправились к родителям Энн. Чуть больше пяти часов полета, и самолет сел в аэропорту Финикса. Еще час езды на местном такси, и мы уже напротив милейшего двухэтажного домика: крыша с солнечными панелями, фасад из красного декоративного кирпича, недавно выкрашенный белый заборчик и множество цветочных клумб, которым явно уделялось пристальное внимание.

– Здравствуй, моя милая! – открылась входная дверь, и послышался женский голос. – Здравствуй, Александр!

Миссис Брукс быстро спустилась с лестницы и устремилась к нам с широко распростертыми руками. Я даже не успел понять, что происходит как она уже сжимала нас обоих. Отец моей избранницы, подойдя к нам размеренным, но очень твердым шагом, оказался менее эмоциональным человеком.

– Ты, должно быть, Александр? – протянув руку, спросил он.

– Да, именно так, – я ответил на рукопожатие и улыбнулся. – А вы, как я полагаю, мистер Брукс?

– Называй меня просто Дэвид, – попросил он и сжал мою руку еще сильнее.

– Договорились, Дэвид!

Миссис Брукс оперативно подключилась к процедуре знакомства, проходящей прямо на улице.

– Я так счастлива, что вы к нам выбрались, – она обхватила меня руками за шею и поцеловала в щеку, оставив след от светло-малиновой помады. – Как же здорово, что ты прилетел с нами познакомиться!

– Я тоже этому очень рад, миссис Брукс! Крайне любопытно увидеть места, где росла ваша дочь, но еще желанней познакомиться с людьми, которые воспитали ее таким замечательным человеком.

– Миленький, называй меня Хелен или же просто мама! – с чистейшей искренностью предложила она и рассмеялась.

Знакомство прошло настолько легко и быстро, что я даже не успел начать волноваться. Дэвид помог разобраться с чемоданами, а я занялся бережной транспортировкой подарка. К нашему прибытию была подготовлена спальня на втором этаже, где мы оставили личные вещи, переоделись, а после спустились в гостиную, чтобы продолжить общение.

Хелен была классическим представителем женщин ее возраста: разговорчивая, добродушная и в меру любопытная. Находиться рядом с ней было комфортно, но уверен, что будь эта поездка не на сутки, а на несколько дней, то мне бы срочно потребовалось одиночество. Дэвид был существенно молчаливей супруги и старался обращаться ко мне только в те моменты, когда дамы увлекались личными беседами.

– Значит, ты приехал из России? – поинтересовался он, поправляя съехавшие очки.

– Да, приехал на отборочный этап и, как вы уже знаете, смог обойти конкурентов. В итоге я лечу на Марс с вашей дочерью. Великая удача.

– Из практически восьми миллиардов землян попасть в четверку избранных – не просто удача, – Дэвид откинулся на спинку кресла и затянулся трубкой, заранее набитой табаком, – Это гигантская ответственность перед всем человечеством.

– Да, меня пугает ответственность такого уровня, но, с другой стороны, это дает силы становиться лучше и добиваться большего.

– Скажу откровенно, – он посмотрел прямо в глаза, – я бы не хотел, чтобы Энн шла на эту авантюру.

– Я понимаю вас, – мне стало не по себе от столь пронзительного взгляда.

– Нет, не понимаешь, – собеседник отвел взгляд в сторону и медленно выпустил облако дыма. – Такое способны понять только родители, которые вложили в долгожданного ребенка всевозможные ресурсы и готовы без раздумий отдать жизнь за свое чадо.

Несомненно, в этих словах была истина, но разве мне не понять его любви к Энн? Я безумно люблю его дочь и готов умереть за нее, если того потребует Вселенная. Возжелав лететь на Марс, она сделала самостоятельный выбор, который позволил нам обрести друг друга. Именно поэтому я сижу здесь и сейчас.

– Позаботься о ней, – негромко произнес Дэвид. – В миллионах километрах от родного дома у нее будешь только ты. Я очень рассчитываю на тебя, Александр.

– Непременно, сэр. Я обещаю вам, – моя искренняя клятва прозвучала довольно убедительно.

– Я рассчитываю на тебя.

Ближе к вечеру мы устроили празднование дня рождения. Все проходило очень скромно, не было шумных гостей и дальних родственников. Для этой семьи подобное событие было чем-то исключительно личным, только для самых близких, и, похоже, я стал частью круга доверенных лиц. Перед тем как сесть за стол, который был заставлен домашними блюдами, мы вручили наш подарок. До знакомства с этой женщиной я и представить не мог, что люди способны столь живо реагировать на сюрпризы. Вдоволь потискав нас в объятиях и засыпав словами благодарности, она взбаламутила мужа искать место для ее подарка. Дэвид, выходя из-за стола, в шутку пригрозил нам кулаком и отправился помогать жене.

– Они такие счастливые, – шепнул я. – За столько лет супружеская жизнь не стала для них бременем.

– Чувствую, что им по-прежнему очень хорошо вместе, – умиротворенно вздохнула Энн.

– Жаль, что далеко не всем так везет в этой жизни.

– Но нам повезло даже больше.

– Не посмею с тобой не согласиться, – сказал я и поцеловал ее в губы, ставшие еще слаще от виноградного сока.

Через пару часов мы болтали на самые разные темы, и я ощущал себя в своей тарелке. Родители Энн вспоминали какие-то случаи из жизни, рассказывали смешные истории и все это вкупе с наивкуснейшим ужином создавало поистине праздничное настроение. Хелен решила не упускать момента расспросить нас о нашем знакомстве и о первом свидании. Примечательно, что их не удивляло то, как быстро мы решили жить вместе. Полагаю, они чего-то недоговаривали, так как по глазам Дэвида читалось, что эта история ему напомнила о молодости, когда он повстречал свою супругу.

– Александр, а где живет твоя семья? – задала вопрос Хелен. – Как они относятся к тому, что тебя ждет?

– Эм… – никогда не любил обсуждать свою семью, но отказать этим людям не мог. – Я давно с ними не общался, и если они узнали о грядущем, то точно не от меня.

– Как же так вышло? – удивленно поинтересовался Дэвид и сделал пару глотков красного вина.

– Между нами очень непростые отношения, – в комнате воцарилась тишина и пауза, сделанная мной в ожидании того, что ее кто-то нарушит, оказалась бесполезной. – Как-то мы потеряли способность понимать друг друга и с каждым годом отдалялись все сильнее.

– Энн, – отец обратился к дочери, словно собираясь ее отчитать, – почему ты никак не повлияла на эту ситуацию?

– Ну, мы ведь не так давно знакомы и еще не все знаем друг о друге, – виновато понурив голову, ответила она. – Саша не желал говорить о семье, а я не хотела настаивать…

– Александр, – Дэвид переключился на меня, – эту ситуацию нужно исправить и как можно быстрее. Ты меня услышал?

В этот момент я воспринял мистера Брукса, как родного отца, как одного из самых серьезных наставников в своей жизни. Я не мог спорить или придумывать оправдания тому, что за все это время не нашел в себе смелости сделать первый шаг и изменить ситуацию, которая много лет не давала мне покоя, царапая где-то в глубине души.

– Так точно! – улыбнулся я. – Займусь этим по возвращении домой.

– Обещаешь? – он вновь поправил очки.

– Обещаю. Я обязательно позвоню.

– Вот и чудесно, – он довольно кивнул и поднял бокал, – а теперь давайте выпьем за мир и любовь в семьях.

Волшебство продолжалось до глубокой ночи, а когда все закончилось, мы с Энн из последних сил добрались до комнаты и рухнули на кровать.

Глава 15. Рациональное решение

Вечером следующего дня мы вернулись в квартиру, которая для нас успела стать самым уютным местечком на Земле. Вопреки моим опасениям, мы потрясающе провели время, укрепив и без того идеальные отношения. Отныне я знал о своей малышке значительно больше, и мне было бесконечно приятно, что она решительно впустила меня в свой мир. Появился прекрасный повод сделать ответный шаг и отворить врата своего прошлого.

– Помнишь вчерашний разговор с твоим отцом? – я обратился к Энн за ужином.

– Конечно. Решил сдержать обещание?

– Да, я должен это сделать.

– Когда думаешь звонить?

– После ужина.

– Мне нравится твой настрой, – поддержала она, наматывая спагетти на вилку. – Я впервые услышу, как ты разговариваешь, а не ругаешься на родном языке.

– Жаль, что у меня нет возможности познакомить тебя со своими родителями, как это сделала ты, – с неподдельной грустью и сожалением сказал я.

– Слушай, у нас еще будет куча возможностей, – Энн положила свою руку на мою. – В будущем мы обязательно их навестим, и ты меня с ними познакомишь.

– Только для начала придется оседлать Красную планету, – я убрал прядь волос, сползшую на ее глаза.

Я несколько лет не общался с родителями, но наизусть помнил их телефонные номера. Закончив трапезу, мы отправились в гостиную и уселись на диван, чтобы сделать непростой звонок.

– Волнуешься? – Энн опустила голову мне на плечо.

– Я не просто волнуюсь… я ужасно боюсь.

Вихрь разрозненных мыслей стремительно вращался, и я не мог поймать хотя бы одну из них, чтобы придумать с чего начать разговор. Холодные гудки были равнодушны к хаосу в моем сознании.

– Алло? – раздался до боли знакомый голос.

– Мам? – произнес я, едва сдерживая поток слез, рвущийся через дамбу эмоциональной сдержанности.

– Сашенька? – она была растеряна и удивлена одновременно.

– Мама… мамуля, – дрожащим голосом сказал я, и слезы выкатились из глаз.

– Боги мои, я так рада тебя слышать! Ты где находишься? Что происходит в твоей жизни? Все в порядке?

– Мамуль, не волнуйся, пожалуйста. Я нахожусь в США, в Вашингтоне. Все в полном порядке. Как ты? Как отец?

– До меня дошла информация, что ты поехал на какое-то сомнительное мероприятие, – проворчала она. – Чем ты там занимаешься, сыночек?

После стольких лет разлуки разговор складывался неожиданно непринужденно, и между нами будто никогда не было злосчастной пропасти. Мама была в своем репертуаре: задавала нескончаемое множество вопросов и желала получать на них развернутые ответы. Когда я заявил, что собираюсь лететь на Марс, то она отнеслась к этому как-то странно легко. Скорее всего, она просто сочла это за выдумку или не до конца понимала серьезность моих намерений, что, пожалуй, к лучшему. Разумеется, она не забыла спросить не нашел ли я себе невесту, и я с удовольствием немного рассказал об Энн, появившейся в моей жизни. Берлинская стена, разделяющая меня и моих родителей годами, дала трещину. Этот непродолжительный разговор был как гора с плеч; меня наполнило глубокое чувство умиротворения.

Незаметно наступила осень, а вместе с ней пришла пора однообразной теоретической подготовки. Мы регулярно слушали лекции о том, как выживать на другой планете, но мне все это казалось забавным, учитывая, что никто никогда не ступал на поверхность Марса. От нас требовалось четкое соблюдение техники безопасности, беспрекословное выполнение приказов и умение избегать нештатные ситуации.

На 18 сентября нашей команде была назначена встреча с представителями компании SpaceWorks Enterprises, которая за последние три года расширилась до небывалого уровня. За день до поездки мне удалось узнать, что в настоящее время лучшие умы компании, объединив усилия с Европейским космическим агентством (ESA), разрабатывают что-то вроде камер для анабиоза, которые станут незаменимым инструментом при полете на Марс и обратно. До сих пор не укладывалось в голове, что нам придется погрузиться в состояние искусственного сна, как это описывали многие писатели-фантасты, а через несколько месяцев вернуться в реальность и продолжить миссию. Технологии развивались чрезвычайно быстро и порой даже моргать не хотелось из-за страха пропустить скачок человечества в новую эру.

Ближе к полудню я и трое членов экипажа собрались в конференц-зале и заняли места поближе друг другу в ожидании людей из SpaceWorks Enterprises. Идея полета в состоянии сна меня вполне устраивала, учитывая явный недосып, от которого я страдал уже несколько месяцев. Мой мозг был настолько перегружен информацией, что без качественного отдыха он в любую секунду мог дать сбой.

Я осознавал, что нас пригласили не для того, чтобы просто напомнить о полете в состоянии анабиоза. Мы собрались здесь для чего-то серьезного и непредсказуемого. Повернув голову, я заметил, что Энн тоже блуждает в мыслях, а Михаэль все продолжал одолевать разговорами своего молчаливого южноафриканского соседа. Дверь отворилась, и в помещение вошел статный мужчина лет сорока пяти. Молча подойдя к трибуне, он положил на рядом стоящий стол свой чемодан, отворил его и достал стопку бумаг с ноутбуком. Включив девайс, незнакомец перевел все свое внимание на нас.

– Меня зовут Джон Олдс, – громко произнес он, и его голос отразился эхом от стен. – Вы же, как я понимаю, колонисты Марса?

– Именно так, сэр, – ответил ему Михаэль. – Первые люди на Красной планете.

– Ну, – он холодно улыбнулся, – вы пока еще не добрались до туда.

Дверь конференц-зала вновь открылась, и комнату стремительно наполнили знакомые и незнакомые люди. Через минуту все места были заняты, а кому-то даже пришлось занять стоячее положение. К Олдсу подошел лысый бородатый мужчина примерно его возраста, что-то шепнул на ухо, а после удалился прочь. Основное освещение погасло, и заработал проектор, демонстрирующий на экране логотип SpaceWorks Enterprises, Inc.

– Мир меняется, – продолжил речь Джон, – и мы с вами находимся в эпицентре событий.

Похоже, что любое громкое мероприятие нужно обязательно начинать с длинной и скучной прелюдии. Он вспоминал успехи и неудачи из прошлого, перечислял имена и фамилии людей, оставивших след в истории освоения космического пространства и лишь через полчаса перешел непосредственно к теме колонизации Марса. Хотя и тут не обошлось без восхищения результатами миссий NASA «Кьюриосити» и «Персеверанс». Все это очень круто и в самом деле есть чем гордиться, но учитывая то, с какой жадностью в последнее время из нашей команды выжимали все соки, мне хотелось более быстрого перехода к делу.

– Каждый из присутствующих здесь и многие за пределами штаб-квартиры ждут свершения намеченной миссии.

Сменился очередной слайд, и присутствующим показали художественное представление космического корабля SpaceX Starship, красующегося на фоне Марса, а сверху появилась большая белая надпись: «Миссия Meili». Джон охотно пояснил, что миссия была названа в честь древнескандинавского бога путешествий Мейли. Полет в один конец займет примерно восемь месяцев, и все это время наша команда будет беспробудно спать, разместившись в индивидуальных камерах для.

– Все это будет похоже скорее на смерть, чем на жизнь, – его слова прозвучали как-то пугающе. – Уровень метаболизма снизится до контролируемого минимума.

Слайды сменяли друг друга, но после откровения о состоянии, с которым придется столкнуться во время полета, мне едва ли удавалось воспринимать новую информацию. Переглянувшись с членами команды, я прочел в их глазах тревогу, граничащую с паникой.

– Препарат, получивший название SoleUp, позволит в кратчайший промежуток времени стабилизировать работу организма астронавта, проспавшего несколько месяцев, – под аплодисменты аудитории Джон Олдс продемонстрировал слайд с желто-зеленой ампулой. – Дамы и господа, мы готовы начать колонизацию Марса!

Все это, несомненно, было очень познавательно, но меня совершенно не радовала перспектива оказаться скорее мертвым, чем живым. Инстинкт самосохранения генерировал в моей голове бесконечное множество вопросов.

– Благодаря щедрым инвестициям из Израиля и прямой поддержке правительства США и ЕС, нам удалось закончить последнюю фазу испытаний. Теперь, стоя перед вами, я рад сообщить, что все работает!

Очередная волна аплодисментов. Казалось, что никого из присутствующих, не считая нашу команду, совершенно не волновало то, с чем нам придется столкнуться и в каком состоянии оказаться.

– Если у кого-то есть вопросы, то самое время их озвучить, – обратился к залу Олдс.

– Мистер, – я поднял руку, чтобы он меня заметил. – Мистер, позвольте.

– Да, – Джон указал на меня, – ваш вопрос.

– Вы сказали, что мы будем скорее мертвы, чем живы. Может быть, я плохо разбираюсь в биологии, но медик, находящийся справа от меня, – я указал на Энн, – подтвердит, что финальным аккордом нашего путешествия по жизни является именно смерть. Мы будем играть с ней в кости?

– Я ждал подобного вопроса, – мистер Олдс спустился со сцены и подошел поближе к нашей команде, сидящей в первом ряду, – но не стоит воспринимать это, как нечто фатальное. Природа одарила многих живых существ возможностью погружаться в состояние анабиоза, но люди остались в стороне. Мы устранили несправедливость, заполучив контроль над этим преимуществом с помощью технологий. Действительно, ваша жизненная активность будет сведена к минимуму и без всех этих датчиков, что я показал в презентации, можно было бы констатировать смерть.

– Простите за назойливость, но разве подобные манипуляции с человеческим телом и разумом безопасны? – завелся я, продолжая атаку вопросами.

Энн аккуратно вложила свою ладонь в мою руку, чтобы я немного успокоился.

– Абсолютно безопасны.

– Откуда такая уверенность?

– Многочисленные эксперименты при участии добровольцев. Теперь вы мне доверяете? – он ухмыльнулся и вернулся к трибуне. – Еще вопросы, друзья.

Мистер Олдс удовлетворил мое любопытство, и мне даже стало как-то некомфортно из-за нелепого вопроса.

– Крис Миллер с телеканала CNN, – представился журналист. – Почему на Марс летят всего лишь четыре человека? Разве, допустим, сто колонистов не справились бы с поставленными задачами лучше?

– Во-первых, мы пока не располагаем достаточными финансовыми и техническими ресурсами, чтобы транспортировать на другую планету сотню душ. Во-вторых, контролировать четверых профессионалов на раннем этапе колонизации намного проще, чем следить за толпой людей в скафандрах, – дал исчерпывающий ответ выступающий.

– Рассматриваете ли вы вариант классического полета без фазы анабиоза? – спросила журналистка, имя которой я пропустил мимо ушей.

– В распоряжении экипажа будет ограниченный запас ресурсов и замкнутое пространство. Если они не умрут с голоду и не утонут в собственных фекалиях, скопившихся за несколько месяцев полета, то все же будет сохраняться вероятность, что они перегрызут друг другу глотки. Люди могут начать сходить с ума, и анабиоз – рациональное решение, ведущее к последовательной колонизации Марса. Так и только так мы можем минимизировать любые риски, сопутствующие длительному космическому полету.

Около часа Олдс общался с аудиторией и отвечал на любые вопросы, пока в зале не испарились поднятые руки. Он прекрасно разбирался в теме, посвятил этому делу большую часть жизни и в самом деле внушал доверие, но естественный страх все же не покидал меня. Часть встречи, рассчитанная на широкую аудиторию, подошла к концу, и почти все присутствующие покинули конференц-зал. Нам выпала возможность с глазу на глаз пообщаться с создателями анабиотических камер, и они в очередной раз заверили, что система абсолютно исправна.

– Джон, – я подошел к Олдсу, складывающему бумаги в чемодан, – хочу извиниться за сомнения, вырвавшиеся наружу. Мне следовало помнить, что полет на Марс подразумевает готовность рисковать в любой момент.

– Не за что извиняться, – он протянул руку. – Перед всеми нами стоит одна непростая задача, которую можно облегчить, внедрив взаимодоверие.

– Вы правы, – я крепко сжал его руку. – Спасибо вам.

Вернувшись домой, я и Энн осознанно не стали обсуждать встречу, оставив малоприятные мысли за дверью квартиры. Нас ждал замечательный вечер друг с другом, и мы воспользовались этим временем по полной.

– О чем думаешь? – шепотом спросила Энн, лежа на моей руке.

– Думаю о том, что я тут чуть меньше года, но за этот промежуток времени со мной столько всего произошло…

– Не жалеешь, что выбрал этот путь? – продолжала шептать моя родная.

– Нет. Никогда не пожалею, потому что этот путь привел меня к тебе, – с титанической уверенностью ответил я.

Наступило 10 ноября, и мы прибыли на вторую встречу с компанией SpaceWorks Enterprises, но на этот раз не для разговоров и просмотра презентации. Нам предстояло на себе испытать технологию, погрузившись в сон на несколько часов. Специалисты должны были узнать, как именно наши организмы отреагируют на анабиоз и последующее введение препарата SoleUp.

– Все будет хорошо, – я прижал Энн к себе и поцеловал в голову, задержав губы несколько дольше, чем обычно. – До скорого, малышка.

– Люблю тебя, – по ее лицу скользнула грустная улыбка. – До скорого…

Каждого члена команды проводили в отдельную комнату, где ждала индивидуальная камера для «иллюзии смерти». Больше всего меня волновала безопасность Энн, и в этот миг я вспомнил Пола, который утверждал, что для нас любовь будет важнее даже самой эпичной миссии в истории.

В помещении было много людей в белых халатах и защитных масках, которые метались от одного оборудования к другому. Из-за стола, стоявшего у одной из стен, встал невысокий мужчина с идеально уложенными волосами и быстрым шагом подошел ко мне.

– Александр, вы как раз вовремя. Проходите.

– К тому стенду, что возле камеры?

– Да, да. Проведем дополнительные тесты и приступим.

Лишившись верхней одежды, я был облачен в обтягивающий костюм, похожий на наряд какого-нибудь бестолкового супергероя из комикса. Затем ко мне подключили несколько датчиков, и ученые принялись снимать показания, переговариваясь между собой.

– У вас отменное здоровье, – сообщил мне незнакомец. – Пять минут и приступаем.

С меня сняли неудобный костюм, от которого зудело все тело, а затем поместили в вертикальную камеру, нацепили дыхательную маску и затянули конечности эластичными ремнями. Я превратился в копию Лилу из «Пятого элемента», но только с щетиной. Раздался звуковой сигнал, и крепления стянулись, прижав меня к прохладной стенке.

– Расслабься, твой пульс просто зашкаливает, – улыбнулся один из наблюдавших.

Камера закрылась, и сквозь мутное защитное стекло мне удавалось разглядеть лишь силуэты.

– Будет чуточку больно, – послышался приглушенный голос.

Колющее проникновение в области затылка было настолько резким, что я не успел отреагировать каким-нибудь сочным междометием. Место прокола немного жгло, но очень скоро меня начало наполнять тепло, распространяющееся по всему телу. Мне казалось, что я чувствую это приятное движение даже в волосах, ощущаю прикосновение невидимой силы и слышу, как по капиллярам бежит кровь. Внезапно все вокруг поплыло: мир будто бы стал искажаться, вращаться и темнеть…

Глава 16. Смерть и рождение

– Вы меня слышите? – щелкая пальцами перед глазами, спросил незнакомый мужчина в медицинской маске. – Видите?

– Да, – ответил я, пытаясь сфокусировать зрение. – Вижу и слышу.

– Замечательно. Как спалось?

– Спалось?

– Вас не было с нами шесть часов и тридцать пять минут. Как вы себя чувствуете? – он проверил мои зрачковые рефлексы, посветив фонариком в глаза.

– Что?

– На каком моменте обрываются воспоминания?

– Мне что-то вкололи в шею, – напрягая затуманенное сознание я пытался вспомнить еще какие-нибудь детали. – Потом все вокруг потемнело, и голоса смешались в один сплошной гул.

– У всех индивидуальная реакция. К этому нужно привыкнуть. В ближайшее время ваше состояние нормализуется.

Я совершенно точно находился в здравом уме, но мысли и воспоминания будто превратились в рваные лоскуты. Мне казалось, что грань между реальностью и собственным воображением была напрочь размыта.

– Вы не могли бы ослабить ремни? – попросил я.

– Препарат еще не подействовал. Извольте дать немного времени химическим реакциям, протекающим в вашем организме.

Накатывающая головная боль усиливалась от яркого света и нескончаемого мельтешения персонала. В какой-то момент по позвоночнику будто промчался электрический разряд, который молниеносно вгрызся в недра мозга, вынудив тело непроизвольно вздрогнуть. Чудесным образом боль рассеялась, оставив после себя пульсацию в висках и незначительную тяжесть.

– Думаю, что все, – негромко произнес все тот же мужчина в маске. – Сейчас мы вас вызволим.

Обещание было выполнено, и нажатие кнопки ослабило ремни, сдерживающие меня, как опасного заключенного.

– Попробуйте пройтись, – страхуя руками, попросил специалист. – Аккуратно. Не торопитесь.

Несмотря на легкую дрожь в ногах, мой мозжечок был в полном порядке. Я уверенно шел вперед, оставляя на полу мокрые следы.

– Все это время я провел в растворе, как показывали на презентации?

– Разумеется. Во время полета это обеспечит вашим телам дополнительную защиту от агрессивной среды.

– Так, кажется, я в полном порядке. Можно мне полотенце?

– Да, конечно, – он жестом попросил передать изделие из впитывающей ткани, которое после вручил мне. – Вы себя чувствуете лучше, чем после пробуждения? Что-нибудь беспокоит?

– Все хорошо. Как дела у остальных членов моей команды? – поинтересовался я, вытирая лицо.

– Я не в курсе деталей, но если бы что-то пошло не так, то уже бы вся лаборатория стояла на ушах, – специалист приспустил маску. – Вы, кстати, за рулем или с водителем?

– С водителем.

– Славно. Тогда обтирайтесь, одевайтесь и поезжайте домой отдыхать.

Я собирался покинуть комнату, как он меня окликнул:

– Чуть не забыл. Поужинайте как следует.

– Спасибо. Так и сделаю. Всего доброго и до встречи, – я, махнув рукой, вышел наружу.

За дверью меня уже дожидались Энн и Фангэй; родная тут же подбежала и поцеловала в щеку.

– Как ты? Как все прошло? – интересовалась она.

– Вроде в норме, но какие-то смешанные чувства, – я тяжело выдохнул. – Мой мозг будто отказывается воспринимать произошедшее. Как ты?

– Аналогичная ерунда… побочные эффекты прошли?

– Голова немного гудит, но в целом все в хорошо.

– Они сказали, что у всех разная реакция на анабиоз, но скоро все вернется в норму.

Энн едва успела договорить, как из четвертой комнаты, зачесывая мокрые волосы, вышел Михаэль.

– Как вы, мертвецы? – спросил он и рухнул в одно из кресел холла.

Пугающий эксперимент был завершен, и мы надеялись, что не придется столкнуться с какими-нибудь неизученными последствиями. Современная наука необратимо вытесняла религию, и люди увлеченно примеряли на себя роль богов, играя с жизнью и смертью. Однако мы рисковали возомнить себя высшими созданиями и, позабыв об ответственности, взлететь очень высоко, а после рухнуть на осколки собственных иллюзий.

Испытание прошло успешно, но все же оставило некий отпечаток в подсознании и на глубинном уровне изменило наше отношение к жизни. Теперь мы отчетливо понимали, что полет на Марс отнюдь не приключение с возможными рисками, а скорее немыслимо опасный и рискованный шаг, отказаться от которого невозможно. Или я заблуждаюсь? Я не был рабом, поэтому был волен делать абсолютно все, что взбредет в голову. Кто бы мне помешал купить билет на самолет и улететь в другой штат или в другую страну? Если не брать во внимание кредитный счет, то финансы в любом случае позволяли осуществить подобное, так как наше участие в миссии довольно щедро вознаграждалось каждую неделю. Но только я не был способен поступить так, как советовал примитивный страх перед неизвестностью. Я не мог предать свои ценности и идеалы, не мог превратить в бессмысленность все то, о чем мечтал большую часть осознанной жизни. В высших кругах общества наша команда была известна, как будущие герои, первые представители человечества на другой планете и основоположники нового начала нашей цивилизации. Люди, которых я считаю своими кумирами и негласными наставниками, узнали бы, что я как трусливый паразит все бросил и свалил, подставил всех и каждого, выставив свои низменные желания превыше вопроса общечеловеческого масштаба. Да, у меня был шанс поступить так, но этой возможностью я не смел воспользоваться ни при каких обстоятельствах.

Ноябрь подошел к концу, и в Вашингтон пришла типичная американская зима с температурой стабильно выше нуля. В первую неделю декабря часто шли дожди, и свинцовое небо навеивало тоску, от которой мы с моей избранницей спасались гранатовым глинтвейном и просмотром глупых комедий по вечерам. Мы были намертво привязаны друг к другу, и я даже не хотел допускать мысли о том, что когда-нибудь эти отношения могут закончиться.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.