Алексей Баранов
Эта большая маленькая планета

Вместо предисловия

Эти поиски будут жить вечно
Не постичь мне всего в этой теме
Я хочу быть подобно комете
Мчаться в точку предназначенья …

Алексей Коровин

В жизни каждого человека рано или поздно наступает какой-нибудь кризис. Кризис творчества, среднего возраста, первого, пятого и прочих лет супружеской жизни. Да не важно какой, но он приходит практически ко всем. Я в этой истории не был исключением и тоже имел свой долгий затянувшийся кризис. Из сложившейся ситуации имелось два выхода: первый – это опустить руки, уйти в депрессию и закончить все печально, а второй – написать эту книгу. Я выбрал второй вариант и стал день за днем и шаг за шагом выбираться из своего унылого состояния. Первое, что пришлось сделать, это признать факт, что вчера уже закончилось, и оно важно только в качестве урока, завтра еще не наступило, и есть только сегодня – то самое время, когда важно все, и от того, что сделаешь в этот день, будет зависеть будущее. Для начала я выходил из дома и прогуливался по улице к соседнему озеру, рассматривая по дороге деревья, кусты и спешащих по своим делам людей. Однажды вечером, возвращаясь домой, я поднял голову вверх, посмотрел на небо и понял, что, увлекшись работой, карьерой и своим статусом в обществе потребителей, уже много лет не смотрел на звезды, и теперь с жадностью уставился в небо и вспоминал названия созвездий, с которыми раньше был прекрасно знаком. После приобретения велосипеда начались поездки в соседний парк и к расположенному неподалеку озеру, а затем мой маршрут продолжался в соседний лес, где устраивались многочасовые посиделки на полюбившейся поляне, чтобы посмотреть на шевеление листьев, послушать шум ветра и понаблюдать красоту природы, окружающую меня со всех сторон.

А в это время книга писалась. Страница за страницей, и, по-моему, выходило неплохо. Сначала в ней были короткие рассказы о тех чудесах, с которыми встречаются люди ежедневно, и волшебстве, которое мы сами можем творить, когда протягиваем руки навстречу собственной сказке. Затем книга дополнялась рассказами о горных походах в уже ставшие для меня родными Украинские Карпаты. Позже появились рассказы о дальних странах, высотных восхождениях и неисхоженных местах нашего большого и в то же время очень маленького мира. Сколько рассказов я еще успею написать в своей книге, мне не известно, но одно могу сказать точно – они не будут скучными!

Я хотел бы пожелать всем людям, читающим эти строки, написать свою книгу. Пусть и не на бумаге, а попросту создать вашу книгу жизни. Оглянитесь вокруг. Увидьте чудо, происходящее вокруг ежесекундно, дотроньтесь до него руками и начинайте писать свою книгу чудес и приключений. А всем, кто читает мою, – приятного прочтения!

В погоне за северным сиянием

Тромсе. 69°38′56′′ северной широты, 18°57′18′′ восточной долготы. Арктическая ночь. Идет дождь. На улице слышны гавайские напевы. Стоим, курим и шутим: «Если сейчас из-за угла выйдет Боб Марлей, тогда все станет более или менее понятным».

В общем, немного не так нам представлялось заполярье. Когда мы еще только собирались в путешествие, перед глазами стояла вечная мерзлота, бураны и замерзшие олени, а уж никак не континентальная осень.

Тромсе находится в северной части Норвегии за полярным кругом, но течение Гольфстрима делает климат очень мягким и довольно теплым. Сюда я и моя жена Юля поехали в маленькой надежде увидеть северное сияние, хотя знали, что в этом регионе небо почти всегда покрыто тучами, и увидеть это чудо планеты получится вряд ли. Зимой солнце здесь, вообще, не поднимается над горизонтом, и только на три-четыре часа становится светло (что-то наподобие раннего рассвета или сумерек). Как ни удивительно, но быстро привыкаешь и даже не реагируешь на то, что дня практически не бывает.

Сам город нам очень понравился. Он встретил наше семейство своими колоритными улочками, уютными кафе и барами. Ну как же в Арктике, да и без алкоголя? Бары в Тромсе – это отдельная история. Туристы и местные жители каждый вечер оккупируют их и очень крепко посиживают всю ночь с пивом или более серьезными алкогольными напитками, а под утро молча в тишине разбредаются по домам. За ночь город покрывается льдом, и подвыпившие люди скользят по улицам, периодически встречаясь пятой точкой с тротуаром. И это при том, что трезвые жители Тромсе умудряются по гололеду даже на велосипедах ездить без особых проблем!

Мы с Юлей не были исключением и тоже приблизительно так скользили здесь каждый вечер, чтобы посетить одно из колоритных заведений норвежского заполярья. Невзирая на удаленность этих мест, в Тромсе нашлось очень стильное рок-кафе, а обнаруженный чуть позже ледяной ресторан со стенами, стульями, столами, барной стойкой, множеством скульптур и даже сделанными изо льда стаканчиками создавал в нашем воображении картины, будто мы попали в сказку про снежную королеву. Внутри этого царства льда было, конечно, холодновато, но не зайти сюда и не угоститься парой коктейлей было просто нельзя. Я даже пошутил, что напитки будем брать только без льда, чтобы случайно не проглотить сердце заколдованного Кая. В атмосфере как местных кафе, баров и ресторанов, так и самого города чувствовалась такая непринужденность и веселье, что, выйдя из ледяного ресторана наружу, я от восторга танцевал танго с Юлей прямо на готовящихся к празднику улочках Тромсе.

И вдруг, как по волшебству, в один из вечеров повсюду зажглись праздничные фонари, и украшенная гирляндами и шарами рождественская елочка засияла на центральной площади как раз в тот момент, когда мы проходили мимо. Нам и в голову не могло прийти, почему в центре города собралось так много людей, и что за концерт идет здесь в конце ноября. Оказалось, это жители Тромсе решили разбавить весельем долгую полярную зиму и начали праздновать наступление рождества почти за месяц до его календарного срока.

Если когда-нибудь возникнет вопрос, стоит ли тратить массу времени и сил, чтобы добраться в такие дали, то мой ответ – однозначно, да! Чего только стоит это небо, когда розово-фиолетово-синее и еще какое-то, оно отражается в водах фьорда Северного Ледовитого океана!

Мы надеялись увидеть здесь Аврора Бореалис (северное сияние), но ясно отдавали себе отчет, что этого может и не произойти. Каждую ночь небо затягивалось тяжелыми низкими облаками, и до утра шел промозглый арктический дождь. Примечательно, что днем было всегда сухо, и за полчаса-час после рассвета город полностью оттаивал, а улицы снова становились пригодными для безопасных пеших прогулок.

Оставив встречу с сиянием на волю случая, на следующее после прилета утро мы с супругой отплыли на громадном катамаране вдоль фьорда, чтобы поучаствовать в китовом сафари. Одетые во все теплое и ветронепроницаемое люди, отправившиеся вместе с нами на встречу с китами, чувствовали себя участниками какой-то загадочной арктической экспедиции и гордо позировали перед фотокамерами на палубе на фоне видневшихся вдали льдин. Наш корабль с не менее героическим названием «Исследователь Севера» долго шел по фьорду, а затем вышел в открытый Северный Ледовитый океан. В это время туристы ходили с выражениями лиц «морских волков» и вглядывались в бескрайние суровые водные дали.

Вскоре рядом с нашим катамараном появились касатки, которые слаженными стаями патрулировали фьорд и не обращали на шумные корабли ни малейшего внимания. Мы с женой чуть ли не прыгали от восторга – впервые в жизни вблизи увидеть касатку в дикой природе! А чуть позже и серые киты порадовали своим появлением. Величественные и неспешные гиганты периодически показывали из воды громадные спины и восторгали туристов зрелищем своего погружения, во время которого они выбрасывали из воды огромный широкий хвост, плавно уходящий вслед за своим хозяином в глубины океана.

Вдоволь насмотревшись на китов с касатками и налюбовавшись видом бескрайних океанических равнин, искатели приключений один за другим покидали палубу и перебирались в трюм поближе к горячему чаю и теплу и отогревались после встречи с Северным Ледовитым океаном. Какой бы теплой ни была одежда «покорителей Севера», но Арктика есть Арктика. Холодный, сбивающий с ног ветер вперемешку с не менее холодными брызгами волн возвращали путешественников к действительности и напоминали людям, что те не приспособлены к долгому пребыванию в суровых арктических условиях.

Уже затемно, что не удивительно для четырехчасового светового дня, сразу по возвращении в порт, мы отправились в ближайший ресторан, чтобы скорее поужинать и пораньше лечь спать. На следующий день нас ожидала прогулка на собачьих упряжках по арктической тундре!

Столько восторга у моей супруги я никогда раньше не наблюдал. Ее глаза просто сияли от счастья, когда она управляла стаей шустрых, непрерывно лающих собак. Единственным минусом было то, что из окружающих нас видов во время езды по тундре в итоге больше всего запомнились собачьи задницы и виляние хвостов наших шумных песиков. Но проехать по Арктике на упряжке – это действительно незабываемое удовольствие с морем впечатлений и положительных эмоций. Юля поначалу не хотела управлять собаками и сидела в санях. Но стоило ей раз попробовать встать на задние полозья, натянуть поводки и отправить на марш наших лохматых друзей, и она уже не выпускала их из своих рук до самого конца пути. Я же философски уселся под плед, достал термос и неспешно попивал кофе, пользуясь тем, что теперь вся поездка зависит от жены и проворства собак. А вокруг лежала бескрайняя тундра и низкое арктическое небо. Ну и хочешь не хочешь, а пришлось любоваться собачьими задами, мелькавшими перед глазами на протяжении полутора часов.

Когда мы вернулись на базу, там в теплом натопленном домике нас уже поджидал вкусный обед. Я до этого дня никогда не встречал оленину, и местная горячая похлебка после морозной прогулки зашла как нельзя кстати. Ну ладно я не пробовал оленей, рядом сидели две девушки из Индии, которые, вообще, мясо не ели по религиозным соображениям. В темноте повара случайно перепутали котлы для вегетарианцев и мясоедов и угостили всех супом из оленины. Девушкам и так не повезло – они пролетели полпланеты, чтобы увидеть северное сияние, но из-за туч так и не смогли насладиться этим зрелищем, а тут еще и мясо. Они съели по ложке, с ужасом переспросили, не перепутали ли блюда, а затем просто разрыдались. Пришлось их утешать и рассказывать, что ничего страшного не произошло, и оленя они не проглотили, а только попробовали. Местный норвежский гид, увидев такой поворот событий, включился в разговор и предложил перевезти их в соседнюю Финскую Лапландию, где небо почище, и они смогут увидеть сияние. В итоге все успокоились, и у девушек даже немного поднялось настроение. Кто знает? Может быть, если бы они случайно не получили миски с олениной, к ним не подошел бы гид, и тогда они не получили бы шанс отправиться в соседнюю страну навстречу к заветной цели?

После обеда мы вышли из теплого домика наружу, но замерзнуть нам было не суждено. Погонщики упряжек повели туристов знакомиться с щенками лаек. Целые вольеры были заполнены лающими, визжащими и пытающимися дотянуться до людей песиками. И я с ужасом представил себе, что если их выпустить, то такой толпой собачки в порыве щенячьего счастья могут случайно разорвать людей. Не успела моя мысль оформиться в предложение, как погонщики открыли вольеры, и цуценята гурьбой набросились на туристов. Они лизали руки, запрыгивали на спины и всенепременно пытались хоть кого-нибудь укусить. У Юли на волосах повисло несколько щенков, и нам стоило большого труда оторвать их от такого интересного занятия, как поедание шевелюры моей супруги. Я от природы люблю собак, но, когда их с полсотни, да еще и пытающих поиграться детенышей, это даже для меня многовато. В конце концов туристы на забавлялись с щенками, а те, в свою очередь, наигрались с людьми, и мы дружно занесли собачек в вольеры.

На езде на упряжках наше знакомство с тундрой не закончилось. Гид отвез группу в соседний лагерь, где мы переобулись в снегоступы и побрели по относительно несложному маршруту по заснеженным норвежским полям. Единственной проблемой этого похода был, наверное, напряженный трафик в заполярной тундре. Вокруг бродили такие же команды туристов, и при встрече мы пропускали друг друга, иногда тратя на это по несколько минут. А иногда из-за холма выносились на приличной скорости упряжки, и нам приходилось убегать с дороги, чтобы не быть затоптанными шустрыми собаками. Но все равно участники этого похода получили неимоверное удовольствие и мало кто устал. Только два очень пожилых туриста из Китая немного отставали по пути, а в целом, вся команда двигалась ровно по цепочке. Юля, вообще, вжилась в роль покорителей заполярья и теперь шла вперед с гордо поднятой головой.

Конечно, условия Северного полюса нельзя сравнить с теплой обогреваемой Гольфстримом Норвежской Арктикой, но человеку свойственно мечтать. Почему бы и нет? Будем считать себя «параполярниками», направлявшимися к «параполюсу». Как бы там ни было, но мы шагали по Арктике в снегоступах, и нашему счастью от осознания этого момента не было предела!

Наконец наступило время «охоты за северным сиянием». На собачьей станции две подружки из Индии сообщили нам, что тучи скрывали небо уже больше двух недель! Мы с Юлей пытались как-то взбодрить себя, повторяя друг другу, что здесь, кроме сияния, есть множество всего интересного, и вообще, один только факт пребывания в Арктике стоил того, чтобы проделать длинный путь и прилететь из Украины на север Норвегии. Но все прекрасно понимали, что, несмотря на выход в открытый Северный Ледовитый океан, китов с касатками, прогулки на собачьих упряжках и пешком по тундре, основной целью путешествия оставалось такое желанное и теперь уже маловероятное сияние. В глубине души каждый надеялся, что произойдет какое-то волшебство, норвежская погода смилостивится над путешественниками и даст нам возможность увидеть собственными глазами такое потрясающее чудо планеты.

Этой ночью мы выехали довольно рано, потому что нам надо было добраться до самой отдаленной наблюдательной станций Норвежской Лапландии. Проехав около трех часов, автобус прибыл в один из разбросанных по всему острову пунктов. Группу собравшихся попытать свое счастье сегодня туристов встретил местный гид – девушка, которая проживала летом на Шпицбергене, а зимой подрабатывала в Тромсе, проводя экскурсии «охоты за северным сиянием». Она сообщила, что последних несколько недель его не было видно из-за плотной облачности, но мы будем ждать, и, если образуется какое-нибудь крохотное окошко в тучах, можно будет увидеть хотя бы маленький участок Авроры.

Я всегда говорил, что судьба любит безумцев. Не успела девушка закончить свою речь, как на небе появилось маленькое-премаленькое окно, в котором, переливаясь ярким бело-желтым цветом, засверкало волшебное северное сияние! Туристы отставили в сторону только что приготовленные чай и кофе, затушили подкуренные сигареты, сорвались с подготовленных для долгого ожидания скамеек и побежали с фотокамерами на берег находившегося рядом озера. Здесь они подальше от света шатров станции принялись фотографировать этот мелькавший в крохотном разрыве облаков светящийся кусочек чуда.

А дальше началось настоящее волшебство! За считанные минуты тучи разошлись и открыли все небо. Переливаясь белым, желтым, зеленым и красным цветами, от края до края небосвода заиграло сказочное северное сияние! Оно спадало вниз волнами, собиралось в различные формы и причудливые линии, затем растекалось в стороны и собиралось вновь, образуя непрерывно пляшущие разноцветные узоры над нашими головами. Я пытался сфотографировать это небесное чудо, но и не хотел отвлекаться на фотокамеру, поэтому стоял, как завороженный, и не мог оторвать взгляд от сияния. Юля, вообще, упала на колени, задрала голову наверх и не двигалась. Она попала в объектив установленного с выдержкой в 30 секунд фотоаппарата, и впоследствии оказалось, что ее снимок вышел четким и не размытым – жена умудрилась за полминуты ни разу не пошевелиться.

Словами, скорее всего, даже не получится передать эту красоту. Поэтому, если вы еще сомневаетесь, стоит ли лететь далеко-предалеко в заполярье, чтобы увидеть собственными глазами сияние, – отбросьте сомнения, собирайте вещи и отправляйтесь в путь! Это настоящее чудо, к которому можно прикоснуться! Стоит лишь захотеть и сделать шаг навстречу волшебству Севера!

В гостях у Карпатских гор

Украинские Карпаты поражают своим разнообразием. Здесь есть как полностью покрытые лесом вершины, так и абсолютно «лысые» горы, пологие холмы и остроконечные пики. Кроме того, одни и те же Карпаты выглядят абсолютно по-другому в разное время года. Мне доводилось бывать в одних и тех же местах во все четыре сезона, и каждый раз я удивлялся тому, насколько горы меняются и насколько они разные. Не могу сказать, что у меня есть любимое время года для посещения Карпат. Я люблю все сезоны и по-своему люблю каждый маршрут.

Весной, как только немного сойдет снег, появляются крокусы. Они покрывают плотным ковром горы, и возникает впечатление, что ты попал в сказку. Можно идти и любоваться этими первыми фиолетовыми вестниками весны, пробившимися из-под снега, и заполнившими собой все склоны от горизонта до горизонта.

Специально ради крокусов я приехал весной на Драгобрат. Чтобы сэкономить время и застать рассвет на вершине, доехал до начала подъема на машине (местные «буханки», Нивы и или УАЗики – другие туда не доедут по каменным неровным дорогам). В темноте с фонариком пошел на подъем и застал восход солнца на вершине горы. В это время года трава здесь еще жухлая прошлогодняя, и в лучах восходящего солнца все склоны окрашиваются в желто-оранжевый свет, да и путешественник в горах тоже подкрашивается восходящим солнцем. Это такое особое чувство, когда шагаешь между остатками снега, полянами крокусов и при этом находишься абсолютно один на громаднейших просторах Свидовицкого хребта – как раз то место, которое я называю «лысые Карпаты», потому что между вершинами нет деревьев и в любой момент можно остановиться, попить кофе и рассмотреть горы, уходящие далеко-далеко за горизонт.

В конце весны лыжники уже не ездят по трассам, а туристов еще нет. Человек выглядит просто диковинкой в этих местах, и любопытные вороны кружатся прямо над головой, с интересом разглядывая забредшего сюда туриста, а иногда могут подлететь настолько близко, что зацепят своим черным размашистым крылом плечо зачарованного красотой гор человека, как бы пробуждая его и подталкивая не застаиваться на месте, а продолжить свой путь дальше – в глубины просыпающейся после долгой зимы сказки Карпат.

Летом горы зеленеют. Проходят дожди, и со склонов тысячами ручьев стекает вода, которая формирует горные реки. Это время грибов, черники и земляники, время цветения рододендрона (так называемой червоной руты).

С июня по август мы ходили на высочайшую гору Украины – Говерлу, поднимались на Петрос, путешествовали по Мармаросскому хребту, называемому в народе Украинскими Альпами, что, кстати, не так уж и далеко от истины. Действительно, Мармаросский хребет местами очень похож на Альпы. Это то место Карпат, где горы имеют острые пики и довольно крутые обрывы.

Лето – это самое благоприятное время для горных походов. Если не повезет, то можно промокнуть под дождем, но горы есть горы – угадать погоду здесь практически невозможно. И даже попав в дождь, не испортишь себе впечатление от похода, так как Карпаты – очень гостеприимные горы. Пройдет пару часов и выглянет солнце, путешественник высохнет и сможет спокойно продолжать свой путь. На туристических маршрутах можно будет недорого купить у местных пастухов свежее молоко и брынзу, которые в городских условиях, скорее всего, будут стоить баснословных денег. А затем «попастись» на поляне, покрытой созревшей черникой. Тропки протоптаны и маркированы. Даже если потерялись из виду метки и человек сбился с маршрута, всегда можно спросить у проходящих мимо туристов дорогу, а их здесь много в это время года, так что потеряться в горах летом попросту невозможно.

Осенью Карпаты наливаются красками, и можно увидеть все возможные цвета – желтый, оранжевый, красный, зеленый, и даже тяжело сказать, какие еще оттенки уходящей на зимний сон природы можно встретить в это время года в горах. Деревья стоят сочные, налитые. Леса смешанные и у каждого дерева свой особенный цвет, поэтому все вокруг переплетается между собой, образуя хитрое сплетение рисунков. За всю свою жизнь я не видел нигде такого буйства красок, как в осенних Карпатах. В высокогорье по ночам уже проходят заморозки, и если рано на рассвете выйти в горы, то застанешь вверху замороженные лужи, а местами и островки снега. В лесу по-осеннему прохладно и свежо, поэтому надо потеплее одеться, взять термос с кофе и неспешно наслаждаться тишиной в горах.

Зимой Карпаты суровы. Сейчас речь не идет о лыжниках или сноубордистах – в них своя прелесть, а о пеших прогулках и восхождениях. Однажды зимой я очень самоуверенно приехал в Ворохту, остановился в своей любимой гостинице и на следующее утро собрался на восхождение на Говерлу. Мне было привычнее ходить по горам одному, и знакомый хозяин отеля начал уговаривать меня не идти самому, а примкнуть к какой-нибудь группе, что поначалу сильно удивило, так как я уже множество раз поднимался на Говерлу весной, летом и осенью, и знал практически каждый камень на маршруте. Ну, слава Богу, я не очень упрямый, и советов местных людей всегда слушаюсь.

В этот день проводники вели смешанную группу отдыхающих на гору, и я отправился на восхождение вместе с ними. Как только автобус подъехал к начальной точке восхождения, моему удивлению не было предела – лес и гора абсолютно изменились, все метки были заметены и погребены под 1,5–2 метровым слоем снега. Ландшафт поменялся до неузнаваемости и я никогда в жизни не смог бы самостоятельно найти здесь дорогу.

Погода зимой сурова и очень изменчива. Когда человек идет по знакомому еще с лета маршруту зимой, он может попасть в туман, снегопад и ураганный ветер. Если отбросить страшилки в сторону и просто констатировать факт, то зимой одному человеку в горах делать нечего.

В тот раз мне посчастливилось получить очень интересный новый опыт. Я по своей натуре одиночка и не люблю ходить по Карпатам с кем-либо, но зимой мне пришлось примкнуть к группе туристов и вместе с ними продолжить восхождение.

Совершенно незнакомые друг с другом люди шли вместе наверх, вместе уставали, вместе поднимались, делились запасами, имеющимися в рюкзаках (у кого-то был чай, у кого-то кофе, шоколадки, леденцы и печенье). На самой вершине я из своего рюкзака достал огромный круглый мегрельский хачапури, который всегда сам выпекаю дома перед походом, и наша команда восходителей с огромным удовольствием его вшестером съела. Со стороны это выглядело очень символичным, когда шесть уставших туристов на вершине подходят к одному круглому караваю, делят его на равные части и вместе трапезничают.

Зимние походы в Карпатах людей очень и очень сближают. Да и сам поход до невероятности интересен – во время него путешественников со всех сторон окружают зимние пейзажи, прямо-таки ассоциирующиеся со сказкой про 12 месяцев, с белыми шапками сосен, заснеженными полянами и пересекающимися на снегу следами обитателей леса.

В Карпаты стоит идти в любое время года. Единственное, что надо помнить всегда: горы не покоряют, к ним ходят в гости, и ходят с большим уважением. А они, в свою очередь, пускают к себе или не пускают. И чем больше у человека уважения к горам, тем вероятнее, что в этот раз тебя пустят и проводят со всем гостеприимством, с которым встречают желанных гостей.

Горы-горы

Я довольно много раз восходил на Говерлу в Карпатах, но, что примечательно, ни разу туда не поднимался в хорошую погоду. Во все четыре сезона то шел дождь, то снег с дождем и обязательно были тучи, внутри которых бродишь на вершине и ничего вокруг себя не видишь, кроме опознавательных знаков и всепоглощающего мрака. А все-таки она самая высокая в Украине, и мне хотелось зайти на вершину в ясную погоду и посмотреть с Говерлы во все стороны на бескрайние просторы Карпат.

Однажды летом я долго выбирал время поездки, смотрел прогнозы погоды и был готов сорваться в любое подходящее время. И вот оно – чудо! Небо обещали ясное, я собрал вещи и помчался навстречу мечте! Зашел сначала на соседнюю гору Петрос, спустился, разбил палатку где-то посередине между Петросом и Говерлой. И рано-рано утром рванул на штурм своей вершины. День выдался настолько безоблачный и ясный, что было понятно – в этот раз я таки счастливчик! Рядом шла группа и где-то метров за 30 до вершины ребята спросили: «А вы первый раз на Говерлу?». Я им ответил, что был много раз, но всегда в непогоду. Мы уже практически добрались к цели, и до вершины оставалось рукой подать, как вдруг один из идущих рядом туристов восклицает: «Эй! Так это выходит, ты первый раз в хорошую погоду сюда поднимешься!». Я замер, повернулся и говорю, что, во-первых, мы еще не поднялись! А во-вторых, кто ж тебя за язык тянул?! Угадайте, что было дальше? Правильно! Я еще не договорил вторую часть фразы, как через гору перевалила тяжелая грозовая туча… Мы стояли в 15–20 метрах от вершины, а в это время все вокруг окутывал густой, абсолютно непроглядный туман. Наверх и я, и соседняя группа туристов, конечно, забрались. Правда, молча. Никто никого не поздравлял с вершиной. В абсолютной темноте допили остатки чая и также молча, но уже под дождем спустились вниз.

В любой непонятной ситуации лепи снеговика

Есть у меня слабость… Вернее, слабостей имеется много, но три из них основные: я очень люблю бродить по карпатским лесам, предпочитаю ходить в горы исключительно в одиночку и обладаю топографическим кретинизмом.

И вот однажды все три слабости собрались вместе «попить чай».

Приехал я зимой в небольшой карпатский поселок Ворохту, остановился в местном отеле и собирался утром пойти на Говерлу. Но перевалы замело, и хозяин жилища сообщил, что меня к подножию горы никто довезти не сможет. Поэтому предложил не рисковать, а пойти прогуляться по лесным тропам в окрестностях Ворохты. Объяснил, что там есть метки, по которым надо идти, и, само-собой, никуда не сворачивать. Я его послушал, рано-рано утром взял термос, оделся и пошел по тропе. Все уже было занесено снегом и периодически приходилось отходить от маршрута, чтобы обойти поваленные деревья. При этом, за метками я следил строго, чтобы не потерять их из виду. И тут случилось то, что и должно было произойти с моим-то везением: в один из моментов, когда надо было обойти поваленные деревья, из вида потерялись метки. Беда одна не приходит и, посмотрев в телефон, я понял, что от мороза батарея села и он выключился. Стоял я, курил и думал, что делать… Вроде бы, и тропки видишь перед собой, начинаешь по ним идти, и чуть позже становится ясно, что это пролежни снега, сделанные ветром. Разворачиваешься, чтобы вернуться, и понимаешь, что не знаешь куда идти, потому что карпатский лес, а особенно зимой, выглядит одинаково во все стороны, куда ни глянь. А вдобавок еще и начинающаяся паника усугубила ситуацию.

Поглядел я по сторонам и подумал, что если начну паниковать и метаться, то мне точно конец придет, причем морозный и окончательный. Немного отдышавшись и придя в себя, мой мозг вдруг вспомнил, что в рюкзаке за спиной есть термос, предусмотрительно взятый с собой на прогулку. Я налил себе горячий кофе, выкурил сигарету и, от нечего делать, решил слепить снеговика, чтобы бесполезно не бегать и не метушиться по лесу. Снеговик вышел довольно-таки симпатичный – руки из опавших веток, губы из размятой шоколадки, глаза из спичек, а на голову, в качестве ведра, была надета крышка от термоса. Получился просто красавец, а не снеговик! Довольный собой и своей работой, я сел с ним рядом еще раз перекурить, посмотрел оценивающе на снежное творение, и вдруг до меня дошло, что над его плечом на дереве красуется утерянная маршрутная метка! Я, конечно, извинился перед снеговиком, но крышку от термоса забрал обратно, и очень быстрым шагом пошел домой.

С тех пор каждый раз, когда бываю в зимних горах, я где-нибудь на привале обязательно леплю маленького снеговичка. И лесу приятно будет, и мне дорогу покажет, если опять заблужусь в трех соснах.

Я знаю короткую дорогу!

Именно с фразы «давайте свернем, я знаю короткую дорогу» начинаются все самые интересные приключения в горах. Хоть я уже знал про эту поговорку и был свято уверен, что сам никогда на такое не куплюсь, но все же, один раз пришлось испытать на собственном опыте всю полноту событий, происходящих после того, как туристам покажется, что «вот здесь свернуть с тропы будет логично и мы намного сократим маршрут».

Дело было в сентябре. Я приехал на Западную Украину в маленький поселок Ворохта, чтобы побродить немного по пышным желто-красным осенним горам. Погода стояла дождливая, туманная, и подниматься на вершины настроения абсолютно никакого не было. Я вспомнил, что ни разу еще не был на озере Несамовитом под вершиной Говерлы. Озеро хоть и находилось в горах, но далеко от вершины и большая часть пути к нему должна была проходить через лесистую часть склонов. Дождевик у меня был с собой. Я знал, что если в Карпатах идти строго по меткам, то никогда не заблудишься, и поэтому решил сходить к Несамовитому самостоятельно, а заодно и подышать свежим горным воздухом, полюбоваться осенним карпатским лесом и, хотя бы на выходные выпасть из мира монотонных трудовых будней.

Ворохту я посещал часто и за это время познакомился с местными таксистами, одному из которых позвонил, чтобы с утра добраться на машине к базе Заросляк, откуда начинался пешеходный маршрут к озеру.

В семь часов утра водитель забрал меня из гостиницы и повез к стартовой точке восхождения. По дороге таксист сообщил, что нет смысла ехать до Заросляка и оттуда идти по маркированным меткам, потому что это долгий путь, а он меня подвезет к «партизанской тропке», по которой, никуда не сворачивая, доберусь прямиком к озеру. Что-то защемило в сердце при этих словах, но я соблазнился на заманчивое предложение сократить дорогу и побыстрее дойти до цели. Так начиналось мое новое приключение на коротком и «захоженном до дыр» маршруте к озеру Несамовитое.

Для того, чтобы проехать на территорию заповедника, необходимо остановиться на контрольно-пропускном пункте, зарегистрироваться у спасателей, пройти инструктаж, а затем взять с собой их контакты, что и было сделано. Когда я вышел из КПП, водитель посмотрел на бумажку с телефонами спасателей и посоветовал ее выкинуть, мотивировав это тем, что мне и так хорошо знакомы Карпаты, а сегодня дорога предстояла совсем легкая. Я начал осматриваться по сторонам в поисках мусорного ведра, так как принципиально никогда не выбрасываю мусор на дорогу, но ведра поблизости не было. Поэтому бумажка с телефонами была благополучно скручена в трубочку и спрятана во внутреннем кармане моей штормовки.

Через пару километров от КПП водитель остановил машину, показал на узкую тропку, которая уходила в лес прямиком от дороги, и сказал идти все время по ней и никуда не сворачивать до самого озера. Казалось бы, инструкции были довольно четкими и предстоящий маршрут не вызывал опасений, но я не учел того, что осенью в Карпатах часто бывают дожди с ураганами, и тропинка будет каждые двадцать-тридцать метров перекрыта поваленными ветром огромными карпатскими соснами, которые придется обходить, а затем среди опавших веток и придавленных кустов снова искать дорогу. Несколько раз я даже обходил по кругу одну и ту же сосну, чтобы хотя бы представить, где за ней продолжается путь. В конце концов удалось выйти из лесистой части гор в зону кустарника и продолжить подъем по широкой дороге, которая уходила стремительно вверх. Мне показалось необычным, что для того, чтобы добраться до озера под горой, я взбираюсь на вершину, а так как меток на этой тропе не было, сориентироваться по ним тоже не представлялось возможным. Начало возникать чувство, что я иду неверной дорогой, и озеро должно быть где-то под склоном горы. И вдруг в тумане показалась уходящая влево ясно видимая тропа, которая по идее и должна была вести к Несамовитому. Тогда я еще не знал, что в горах ветер имеет свойство прокладывать чудные маршруты, приминая траву на своем пути, и образовывать ложные тропинки, на много-много километров уходящие вдаль. Как впоследствии оказалось, я свернул на одно из таких творений природы, которое вело в никуда и терялось среди просторов Черногорского хребта. Примерно через два часа я вышел на склон и уперся в стену тумана. Когда прогуливаешься осенью в парке, туман кажется чем-то романтичным и загадочным, но не в горах! Здесь осенний туман стоит огромной водяной стеной, протянувшейся по склону далеко вниз и вверх. А когда ветер приводит в движение эту мощь, вся масса воды начинает вращаться и вращать человека, находящегося в ней, вместе с собой, то пытаясь сбросить со склона, то выворачивая во все стороны руки и ноги. Мне каким-то образом пришло в голову прижаться к каменистому склону, глаза были, наверное, размером с пятикопеечную монету от всего происходящего вокруг, и я понял, что это была точно не та легкая тропинка, которая должна была привести к горному озеру. А позади туман уже плотно окутал землю и скрыл из виду сделанную ветром дорогу, отрезав путь к возвращению. Я сначала пытался в тумане найти тропу, затем по памяти шел, как мне казалось, в обратном направлении, и когда уперся в непроходимые заросли можжевельника, понял, что заблудился окончательно. Хорошо хоть хватило ума не продолжать путь в кусты и дальше по склону в лесистую часть горы, потому что в лесу среди закрывающих обзор деревьев вероятность заблудиться была намного выше. Холодными и потерявшими чувствительность от мороза пальцами я нащупал в карманах штормовки свернутую размокшую записку от спасателей и позвонил им, чтобы попросить помощи. Скорее всего, это был не единственный случай, когда турист заблудился в горах, так как спасатели абсолютно спокойно отреагировали на звонок и спросили, что можно увидеть вокруг. Получив ответ, что из-за тумана ничего разглядеть не получается, они спросили, что слышно по сторонам. Я ответил ребятам, что везде идет дождь и, кроме него, ничего не слышно, за исключением большого потока воды где-то правее меня. Есть у меня подозрение, что наши спасатели и с закрытыми глазами знают каждый холмик Карпат, как свои пять пальцев, так как этой информации им хватило, чтобы сориентироваться, куда забрался незадачливый турист, и рассказать мне, как вернуться назад. Еще через два часа, следуя инструкциям спасателей, я все-таки вышел на тропу от Заросляка до Несамовитого, маркированную метками. Вернее сказать, не вышел, а выпал из кустов, чем сильно напугал мирно прогуливающихся под зонтиками туристов. А уж, когда я, завидев тропу, плюхнулся на первый попавшийся камень и судорожно вцепился в него обеими руками, то люди вокруг забеспокоились и начали спрашивать, все ли со мной в порядке. Отдышавшись, придя в себя и выкурив размокшую сигарету, я по широкой протоптанной дороге спокойно поднялся к озеру, допил там остатки кофе из своего термоса и по той же тропе и маркировке спустился в Заросляк.

Не знаю, удалось ли кому-нибудь когда-либо, вообще, сократить дорогу в горах, свернув с маркированного маршрута, но с меня этого приключения было достаточно, и в следующих походах я ходил по горным маршрутам строго по меткам…, если они, вообще, были на маршруте…

Белый слон

«Зима… опять зима, снег, серое небо и короткие холодные дни. Остается закутаться в плед, оставив снаружи только нос, и никуда из дома не выходить…». В таком настроении проходили январские дни, и казалось, скоро меня на долгих три месяца полностью поглотит зимняя хандра. Что-то надо было срочно решать, чтобы как-то взбодриться и прийти в себя.

В один из таких дней мне пришла в голову идея открыть компьютер, зайти в интернет и ввести в поисковую строку «Карпаты. Зимние походы». В горы я обычно ходил в одиночку, но после того, как зимой на Говерле абсолютно не узнал дорогу и не нашел погребенных под толстым слоем снега маркировок маршрута, решил, что просто так, как можно в теплое время года ходить в горы – с водой, сигаретами и палаткой, зимой повторять не стоит. Поэтому на сайте одной из туристических организаций и был найден коммерческий тур выходного дня на Черногорский Поп-Иван. Я написал в агентство заявку, купил билеты и начал собираться в поход.

Для организованных туристических походов в Карпаты обычно люди встречаются на вокзале Ивано-Франковска. Это такая туристическая Мекка для украинских путешественников, где собирается множество групп и одиноких туристов (которых легко отличить от горожан по объемным рюкзакам за спиной), бродящих по городу в ожидании транспорта к стартовым точкам маршрутов.

Вместе с инструктором, наша команда насчитывала семь человек: три женщины и четверо мужчин в возрасте от 19 до 50 лет из разных городов Украины, с разными вкусами и родами деятельности. Ну, это горы. Единственное, что здесь важно, это сами горы. Поэтому участники группы могут быть абсолютно разными, но в походе их будет объединять одна цель и одна любовь к горам. На моей памяти, путешественники с первых минут становились друг другу своими, как будто между ними никогда и не существовало возрастных, социальных и прочих различий. Так произошло и у нас. Еще в кафе Ивано-Франковска мы все дружно перешли на «ты», и дальше вместе с шутками и улыбками отправились навстречу приключениям в зимнее путешествие по Черногорскому хребту.

Автобус довез группу до контрольно-пропускного пункта Шибене, где мы и высадились, чтобы продолжить маршрут пешком. Инструктор посмотрел на мой столитровый рюкзак, порекомендовал перебрать его и оставить все ненужное внизу в местной деревне, потому что с таким рюкзаком, по его мнению, я далеко не ушел бы. Я бы и взял что-нибудь полегче, но после гор собирался ехать в командировку, и половина рюкзака была забита рабочими материалами, которым пришлось остаться в первом попавшемся доме на краю дороги и дожидаться возвращения группы у абсолютно незнакомых людей, согласившихся присмотреть за моим бесценным грузом.

Поначалу ребята смеялись над тем, что я в горы зимой взял с собой дождевик, но, когда через полчаса над засыпанными снегом склонами появились тучи и начался дождь, уже было не до смеха. Мне в шутку порекомендовали не надевать дождевик, чтобы не выделяться из коллектива, но я, само собой, проигнорировал данное предложение и умудрился остаться единственным сухим участником восхождения. А зимой в мороз это очень принципиальный момент. Правда, через час подъема все и так уже промокли под весом тяжелых рюкзаков, но хотя бы полчаса сухого восхождения у меня были!

Зимние Карпаты обязательно стоит посетить. Поход в горах очень сильно отличается от лыжного отдыха. Человек идет по заснеженным тропкам, полянам, сквозь покрытые снегом отяжелевшие ветви елей. И возникает ощущение, что находишься в какой-нибудь зимней сказке и вот-вот покажется костер на поляне, вокруг которого будут сидеть двенадцать месяцев, передавая друг другу посох, а затем повернутся к нам, промолвят: «Мы свое время за тучами прожили, а вам и солнышком побаловаться не грех» и разведут тучи над головами, подарив туристам ясную солнечную погоду.

Уже стемнело, когда наша команда дошла до домика пастухов в горах. Это такой деревянный сруб, внутри него стоят лежаки и есть печка-буржуйка, которая не даст замерзнуть путнику морозными зимними ночами. Так как приют был почти полностью забит группами туристов и места внутри всем не хватало, на ночевку в домике остались девушки, а мужчины поставили снаружи палатку, чтобы переночевать на снегу. Установив палатку, мы отправились греться внутрь сруба, а заодно и перекусить ужином из сублимированных продуктов, которые несли с собой. Это всяческие каши, супы, борщи, которые изначально готовятся, а затем высушиваются в автоклаве, что дает возможность туристам не тащить с собой тяжелые продукты и не возиться с ними в процессе приготовления. Сублимированные продукты просто заливаются кипятком и через пять-десять минут их уже можно смело есть. Во время ужина раздавались разные туристические шуточки по поводу походного питания: «Представляешь? Возвращаешься домой, а там записка от жены: «Я уехала на море, еда в шкафу. Открываешь шкаф, а там до верху забито все пакетами с сублиматами?!».

Поужинав и попив горячего чаю мы уже собрались спать, но проводник из соседней группы сообщил, что он на озере Маричейка, которое находилось в десяти минутах ходьбы от лагеря, прорубил прорубь и можно искупаться в холодном горном озере в феврале месяце… В обычной жизни мне бы и в голову не пришла подобная мысль, но туристы есть туристы! Эта идея была подхвачена всеми «на Ура!», и мужчины отправились купаться в Маричейке. Ребята занимались и дома моржеванием, поэтому с криками и воплями смогли окунуться в прорубь. Я же такими увлечениями не страдал. Стоило мне только взглянуть на прорубь, задорный пыл утих и даже пришла мысль отказаться от этой морозной затеи. Но, раз уже собрался, надо продолжать и доводить дело до конца. Раздевшись, я попросил стоящую рядом девушку сфотографировать меня в тот момент, когда буду в проруби, и предупредил, что «долго это счастье не продлится», поэтому фотографировать ей придется на непрерывном режиме съемки. Раздевшись и собравшись с духом, я все-таки окунулся в воду, а затем с выпученными от ужаса глазами выскочил из озера. Было ощущение, что в проруби я был достаточно долго, но на фотографиях зафиксировались только кадры погружения и выпрыгивания из воды. Я подозреваю, что даже если бы снимали в видеорежиме, то мой организм, ныряя в прорубь в замерзшем зимнем озере, смог бы развить невероятную скорость и видеосъемка не зафиксировала бы сам процесс пребывания в воде. Шутки шутками, но в зимнем походе я больше так чудить не буду…, уж больно холодно.

Вернувшись в лагерь, мы отправились спать. Здесь я сделал очередной промах. Спальный мешок был рассчитан на экстремально низкие температуры, но, чтобы усилить эффект, я в него забрался еще и в одежде, чего делать категорически нельзя. Спальный мешок работает, как термос – человек отдает тепло, а спальник его возвращает. Когда же залазишь внутрь в одежде, мешок постепенно приобретает температуру окружающей среды, а окружающая среда была явно зимней и холодной! Через несколько часов я проснулся от того, что не мог пошевелить ногами, растолкал спящего рядом гида, тот выписал мне моральных затрещин и сказал быстро раздеваться и опять нырять в спальник. Этот прием очень даже помог и уже через 5 минут стало тепло, и я сладко уснул до самого утра.

А утром ожидал новый сюрприз. Мы забыли спрятать на ночь промокшие перчатки в спальники, чтобы они высохли от тепла наших тел, и теперь они немым оледенелым укором застыли верхом на трекинговых палках, воткнутых в снег возле палатки. С тех пор как пришлось засовывать руки в носки, чтобы хоть немного согреться в зимнем походе, я всегда беру с собой две пары перчаток, поэтому потерю не особенно прочувствовал, а вот ребятам пришлось бежать внутрь избушки и пытаться высушить перчатки на растопленной буржуйке.

Позавтракав борщом, приготовленным из сублиматов, группа собралась и отправилась к вершине горы Поп-Иван. Начальную часть пути нас окружал потрясающий сказочный зимний лес – то там, то тут виднелись пересекающиеся между собой следы зверей, ели были укутаны толстым слоем снега, а между этих высоченных белых пушистых пирамид туристы пробирались наверх, периодически проваливаясь по пояс в подтаявшие сугробы. Чуть позже лесистая часть гор закончилась, и команда выбралась на голые заснеженные склоны, на которых изредка виднелись покрытые льдом и замерзшие до наступления весны небольшие ели, четко обозначив своими обледенелыми ветками направление ветра, дувшего во время наступления холодов.

Горы – это не игрушка в любое время года, а зимой в особенности. Чем выше мы поднимались к вершине, тем больше вокруг сгущался туман, и уже через пару часов окутал нас плотной серо-белой пеленой. На расстоянии двух-трех метров не было видно абсолютно ничего и складывалось впечатление, что мы бредем в каком-нибудь бесконечном потоке густого молока. У проводника был навигатор, по которому команда и продвигалась вперед. Если бы я шел первым, то из-за полного отсутствия видимости, наверное, разбил бы себе лоб об обсерваторию, стоящую на вершине Поп-Ивана – мы попросту уперлись в одну из стен обсерватории, которая громадным белым слоном, покрытым со всех сторон толстым слоем снега и льда, возвышалась над горой.

На несколько минут туман слегка развеялся и дал возможность рассмотреть во всей красе это сказочное существо, давшее второе название горе – «Белый слон». Ребята обошли обсерваторию по кругу, рассматривая причудливые колонны, стены и навесы изо льда, покрывавшие здание, сфотографировали со всех сторон нашего слона, выпили по глотку горячего глинтвейна, который нес в своем термосе предусмотрительный гид, поблагодарили гору за встречу и отправились вниз, в туман и снег, чтобы через несколько дней вернуться домой, привезя с собой воспоминания о сказочных зимних Карпатах, озере Маричейка, избушке в лесу и поселившемся на вершине Поп-Ивана огромном снежном белом слоне, гостеприимно встречающем туристов, приветливо сверкая своими величественными ледяными стенами под лучами зимнего карпатского солнца.

По нехоженым дорожкам

В Карпатах есть множество маршрутов, которые еще не захожены до дыр туристами и подкупают своей первозданной природой. Одним из них является Мармарошский хребет, протянувшийся на границе Украины и Румынии. До недавних пор Мармаросы, вообще были неизвестны любителям походов, и только несколько лет назад сюда начали проводить организованные туры.

Я уже давно строил планы посетить места, про которые говорят, что здесь во время цветения все склоны покрыты червоной рутой и человек прогуливается по ало-красному покрывалу из волшебных цветов наедине с собою и нетронутой красотой диких Карпат. Конечно, это просто красивая легенда, потому что этот цветок путают с рододендроном, который к семейству рутовых не имеет никакого отношения, но в Карпатах принято его называть червоной рутой, так что спорить с местными мы не будем! Да и рододендрон цветет тоже по-волшебному, покрывая склоны гор красным ковром и создавая завораживающее зрелище, и поэтому его смело можно назвать сказочной червоной рутой.

Маршрут был для меня абсолютно незнакомый, а так как я отношусь к очень осторожным путешественникам, то решил присоединиться к какой-нибудь группе, идущей сюда в поход, о чем, кстати, ни разу не пожалел ни во время путешествия, когда мы делили на маршруте все трудности горных подъемов и вместе наслаждались Карпатами, ни позже, когда все перезнакомились, тесно сдружились и собирались на посиделки в Киеве.

В походах и восхождениях люди рано или поздно начинают себя вести естественно, не скрывая своих привычек и характера, и здесь сразу становится видно – подходит тебе человек или нет. Если вам хочется посмотреть, что из себя представляет ваш знакомый на самом деле и вы не боитесь узнать правду, смело тащите его с собой в горы!

В один из июньских дней группа из 11 человек из разных регионов Украины собралась на вокзале Ивано-Франковска, откуда и начался мармарошский поход. Гидом была девушка 19 лет, которая всю дорогу заставляла нас улыбаться. Нет, проводник она чудесный, но в этом возрасте, хочешь не хочешь, юношеский максимализм берет свое, и к строго поставленной командирской речи в лице юной девушки мы относились с большим юмором. Ее фразу «Под рюкзак!» сразу же переделали в «Под седло!», а инструкцию «Сейчас не время смеяться, сейчас надо идти!» я до сих пор использую на работе, когда надо поднять себе настроение в утомительные рабочие будни.

Команда разместилась в двух микроавтобусах, водители которых с удовольствием подрабатывают в качестве туристического трансфера в походный сезон. Рюкзаки забросили в багажники и отправились к началу пешего пути в село Деловое, чтобы получить разрешение погранслужбы на проход в приграничную с Румынией территорию. По ней туристы идут вдоль пограничных столбов, оставляя слева Украину, а справа Румынию. По дороге автобусы сделали остановку в географическом центре Европы, который находится возле Делового, где скупили необходимые продукты и сделали фотографии «пупа Европы», представленного в виде скульптуры. Ну, я бы даже не сказал, что скульптуры, а просто бронзового пупа и надписи, оставленной австро-венгерскими геодезистами в 1887 году, утверждавшей, что именно это и есть центр Европы.

Затем мы перекурили, выпили кофе и отправились получать разрешения у украинских пограничников. Все дело заняло несколько минут и сопровождалось шутками и наставлениями пункта погранзаставы. В результате эта процедура нас не утомила, а наоборот, привела к бодрому и веселому настроению, что немаловажно для начала похода.

Весь первый день дорога шла по густому карпатскому лесу вдоль реки Белый Поток, которая из-за прошедших дождей разлилась и сейчас шумной, бурлящей водой сопровождала туристов, иногда преграждая дорогу вышедшими из берегов потоками. Мы были счастливчиками, потому что шли под ясным солнечным небом. А навстречу нам спускались насквозь промокшие туристы, заставшие в горах вчерашний ливень. Группы остановились, поздоровались, мы выслушали страшные истории про то, как туристов смывало со склонов, угостили ребят сухими сигаретами и продолжили свой маршрут.

Так уж повезло, что за все время похода наша команда не попала под дождь в горах ни разу. Хотя промокнуть для туристов – это норма, но все-таки приятнее шагать сухими, да и когда в горах идет дождь, по сторонам не видно красивых пейзажей, потому что люди обычно идут посреди тучи и видят на несколько метров вперед, от силы.

По дороге остановился проезжавший мимо грузовик, и водитель предложил добросить команду к месту первой ночевки. В душе я аж подпрыгнул от счастья, так как весь день путь пролегал наверх, а за спиной висели увесистые рюкзаки. Но гид ответила, что надо идти пешком, иначе будет непонятно, для чего люди здесь, вообще, собрались. Этот аргумент заставил ребят дружно рассмеяться, но инструктор есть инструктор – мы поблагодарили водителя, сказали, что нам неплохо бы прогуляться пешком, и печальными взглядами проводили уезжавший грузовик.

К вечеру команда добралась до полонины Обниж, где и разместилась на ночевку, разожгли костер, сварили ужин и уселись вокруг огня отдыхать под звездным карпатским небом. Кто-то дремал, кто-то о чем-то своем разговаривал с рядом сидящим соседом, а я отвлеченно пил кофе, курил и всматривался в ночное небо. Наша проводница рассказывала историю о том, как она путешествовала автостопом по Европе, но ребята уже подремывали и особенно никто не слушал. И вдруг в вечерней тишине всех моментально разбудила ее восторженная фраза: «Денег не было, но слава Богу, что мы встретили дальнобойщиков!» Не знаю, кто о чем подумал в этот момент, но сидящая рядом девушка поперхнулась кофе, а я просто покатом скатился от смеха с пня, на котором мирно покуривал, наслаждаясь ночной горной тишиной. Надо отдать должное, что проводница умела взбодрить сонную группу! После этого ребята оживились, присели плотнее к костру, еще полчаса поиграли в традиционную походную передачу ветки друг другу с рассказами о себе и отправились спать.

Утром мы собрали палатки, покинули лагерь и вскоре вышли из лесистой части гор на «альпийские луга». Мармаросы часто называют Украинскими Альпами.

По мере подъема лес сменялся широкими цветущими лугами, которые расположились между остроконечными (что не характерно для Карпат) вершинами гор. По пути попадалось совсем немного людей, и можно было раствориться в горной тишине, слушая ветер и пение местных птиц. К обеду наша команда уже добрались к следующей точке маршрута – Лисьей полонине, где мы оставили тяжелые рюкзаки и налегке отправились на штурм Поп-Ивана Мармарошского.

Так исторически сложилось, что в Карпатах у гор иногда повторяются названия – есть Черногорские Поп-Иван и Петрос, а есть Мармарошские Поп-Иван и Петрос. Хотя в Мармаросах Петрос, кажется, называется Петросулом, но многие его зовут так же, как и Черногорского тезку. На этом общее в одноименных горах и заканчивается. Если Поп-Иван Черногорский имеет высоту 2020 метров и широко раскинулся на просторах хребта, то Поп-Иван Мрамарошский ниже – его высота 1938 метров, но он остроконечный, обрывистый и совсем не похож на остальные Карпаты, которые являются относительно пологими горами. Вершина Петроса Черногорского высокая и лишенная кустов и деревьев, в то время как Петрос на Мармаросах полностью покрыт можжевельником и карпатскими соснами.

Рододендроны уже отцвели, и в этот раз не удалось насладиться видом склонов, покрытых ковром цветущей червоной руты. Но ближе к вершине Поп-Ивана все-таки встретились пять или шесть сказочных цветков, и нашему счастью не было предела! Еще бы! Легко найти червоную руту, когда она застилает все от горизонта до горизонта, а попробуй ее найти там, где ее нет! Уж из каких ракурсов только мы не фотографировали эти волшебные цветы, чтобы попытаться передать на фото их удивительную красоту, может, благодаря которой и считается, что они приносят счастье.

Оставив рододендроны в покое, команда продолжила подъем на вершину, а он был достаточно крутым, проходящим по узкому гребню, который слева заканчивался опасным обрывом. Наконец приложенные усилия увенчались успехом, и мы добрались до самой вершины! Пройдя мимо пограничных столбов, дойдя до знака высоты, установленного на наивысшей точке Поп-Ивана, ребята поздравили друг друга с вершиной и принялись разглядывать окрестности, которые в ясную погоду были видны, как на ладони. Перед глазами во все стороны простиралась невероятная красота Мрамарошских гор. С одной стороны от гребня внизу лежала Румыния, а с другой – наша родная Украина. Причем сверху хребет выглядел один в один, как панорама, открывающаяся взору туристов, при посещении Мачу-Пикчу в Перу – те же склоны, та же выпуклая покрытая лесом гора перед глазами, и точно такие же обрывы с каменистыми уступами, утопающими в зелени! Я сидел на вершине, попеременно смотрел то в сторону Румынии, то обратно в Украину и не мог налюбоваться пейзажами, а в голове вертелись слова песни В. Высоцкого «А на нейтральной полосе цветы необычайной красоты!».

Вернувшись с Поп-Ивана, команда расположилась на ночевку на Лисьей полонине, которая занимала часть склона горы, что давало туристам прекрасную возможность увидеть красивейший закат над расположенным ниже нас лесом. Небо становилось все темнее, чуть позже приобрело красный цвет, окрасив попутно деревья в темные загадочные тона. Затем солнце зависло над верхушками деревьев, и казалось, что оно находится там бесконечно долго, пробиваясь багряным светом сквозь темные облака и черные ветви елей. А когда солнце зашло за горизонт, небо вдруг посветлело и окрасилось в оранжево-желтый цвет, переходящий в светло-голубую лазурь. Мы только удивленно смотрели на это чудо природы, периодически поглядывая друг на друга, и как бы спрашивали у соседа: «Я не один это вижу?!».

Следующий день выдался достаточно тяжелым. Нам предстояло восхождение на Петрос, а затем через гору Берлебашка спуск к одноименной полонине для ночевки. Если по другим районам украинских Карпат при желании можно подниматься на вершины и с походным тяжелым рюкзаком, то в случае с Мармаросами такой подход не прошел бы, так как они хоть и ниже многих других гор, но подъемы имеют значительно более крутые. Поэтому перед Петросом рюкзаки остались внизу, а туристы налегке отправились сквозь покрытый лесом склон к вершине горы.

Пробираться было очень нелегко и чувствовалось, что маршрут еще не протоптан людьми. И в этом есть своя изюминка – можно почувствовать себя одним из первых людей, добравшихся до этих диких непроходимых мест. Ближе к вершине находилось несколько тянувшихся узкой тропой вдоль обрыва участков, которые заставили нас с большой осторожностью следить за каждым шагом и каждым камнем под ногами. Но в конце концов всем удалось добраться до покрытой лесом и кустарником вершины Петроса. И это была вторая вершина нашего похода. Там мы быстро пофотографировались, съели припасенные шоколадки и так же быстро отправились на спуск, чтобы до заката успеть пройти весь запланированный маршрут и установить палатки до наступления темноты.

На следующую гору Берлибашка подниматься было грустнее, потому что в этот раз пришлось тащить на себе вверх рюкзаки. Но открывавшиеся с вершины виды, к которой команда шла сквозь заросли можжевельника, компенсировали усталость в ногах. В итоге вся группа развалилась на вершине и с удовольствием и удивлением рассматривала с высоты те места, по которым ходили вчера и сегодня, и не могли поверить, что всего за два дня прошли такой длинный и насыщенный маршрут.

К вечеру мы спустились на полонину Берлибашка, разбили лагерь и принялись готовить ужин. Чтобы ощущение от посещения Карпат было полным, я сходил к местным пастухам и за символическую цену купил у них огромный круг брынзы, которую пастухи делают прямо здесь на месте – в горных пастбищах. Ужин получился просто королевский, и мы, довольные приключениями, отправились по палаткам смотреть горные сны до самого утра. А впереди ожидал долгий и насыщенный происшествиями спуск с Мармарошского хребта…

Я всегда с большим уважением отношусь к горам и свято уверен, что, находясь там, надо помнить, что ты в гостях. Последний день получился немного странным. Если до этого все участники похода были крайне осторожны и не трогали ничего вокруг, то сегодня их было не узнать – то наша проводница вырвала где-то палку, которой стучала по кустам, то ребята на привале вдруг дружно принялись выкапывать местные растения, чтобы их зачем-то посадить у себя дома. Я очень мягко делал замечания и намекал, что мы здесь не хозяева и горы не любят, когда их не уважают. В итоге в тот день наша проводница все-таки наткнулась на змею, хотя я их за все время путешествий в Карпатах ни разу не встречал, а ребятам – кому-то я перевязывал порезанные пальцы, а кого-то угощал мазью от ушибов после того, как одна из туристок сорвалась с тропы и чудом не свалилась со склона, зацепившись за растущие ниже деревья.

Вполне возможно, что в этот день мы нарушили старое туристическое правило «никогда не расслабляться на спуске», потому что, именно возвращаясь, люди теряют бдительность и получают самое большое количество травм. Но я почему-то уверен, что если к горам относиться с большим уважением и помнить, что ты у них в гостях, то никогда ничего не произойдет ни на спуске, ни на подъеме. В общем, будем считать, что мармарошские духи дали нам поучительных затрещин на дорогу и проводили с миром домой.

После бесконечного спуска, очень уставшие, но довольные встречей с горами, мы добрались в микроавтобусах до Ивано-Франковска, где нашу команду ожидала горячая баня, прощальный ужин в кругу ставших родными товарищей и возвращение в Киев. А дома, пересматривая фотографии нашего похода и вспоминая приключения этого путешествия, я украдкой поглядывал на туристический рюкзак и говорил себе, что в Мармаросы обязательно еще не раз вернусь, чтобы снова окунуться в атмосферу острых пиков и цветущих лугов чарующих Украинских Альп! А если повезет, то встречу на своем пути сказочную червоную руту, которая обязательно принесет мне удачу!

Горганы

Карпаты – разные. Нет, пожалуй, ни одного хребта, который был бы в точности похож на остальные. Иногда они настолько отличаются друг от друга, что невозможно поверить, что все эти горы находятся в одной и той же местности. Ярким примером совершенно своеобразного массива являются Горганы. Это система горных хребтов, простирающаяся на 75 километров по Украинским Карпатам. А свое название они получили от каменных осыпей «горган», из которых и состоят, по крайней мере, вершины этих гор.

В самую первую совместную поездку с женой в Карпаты мы взошли на гору Хомяк, расположенную в юго-восточной части массива, но что такое настоящие Горганы нам тогда еще только предстояло выяснить. И вот спустя год пришло время познакомиться с этими горами поближе.

Прогноз погоды был неутешительным – месяц подряд в Карпатах шли дожди, но, зная везение моей супруги, промокнуть я особенно не волновался, потому что каким-то непонятным образом тучи умудряются обходить ее стороной. Так вышло и в этот раз. Я уж не говорю про то, что на соседних хребтах в это время людей смывало водой и гуляли они исключительно в тумане. Когда мы подошли к Хомяку, тучи нависли над головами туристов и вот-вот должен был пойти дождь, но наше семейство, оставив тяжелые рюкзаки внизу и взяв с собой только воду и фотоаппарат, прошло через слой облаков абсолютно не намокнув, и уже через полчаса мы с Юлей любовались карпатскими пейзажами с высоты 1542 метра на каменистой вершине первой горы запланированного маршрута. А в это время внизу ребятам пришлось развернуться и отложить восхождение на следующий день, так как сильный дождь и спустившаяся ниже наша тучка не давала им возможности подняться к вершине. Мы и спустились с горы сухими и узнали о разверзшемся во время нашего отсутствия внизу апокалипсисе только вечером в лагере, когда ужинали вместе с туристами из соседних палаток на одноименной полонине Хомяк.

У меня была запасена бутылочка коньяка для романтического вечера под закатным солнцем Горган, но так вышло, что местный бык оказался проворнее «хлопающих ушами путешественников», и пока мы восхищались вечерними пейзажами, он подошел к столу и вылакал из кружек Мартель за пятьдесят долларов. Ну, значит, сама природа сказала, что нечего пить в походе, поэтому был заварен кофе, и нам с женой ничего другого не оставалось, как просто усесться на поляне и любоваться окружающими красотами.

А вокруг творилось волшебство! Солнце мелькнуло над вершиной соседней горы и скрылось до завтра, небо окрасилось в розовые цвета, туман спустился пониже в ущелья, и казалось, что внизу под нами шевелятся густые озера из подвижных клубящихся облаков. А в это время розово-сиреневые тучи медленно и важно переползли через горные хребты и плавно спустились на полонины. Юля заметила, что туман почему-то всегда ходит по тропинкам. И действительно, приглядевшись к туману, я увидел, что он наиболее плотным становится именно на туристических тропках, расходящихся во все стороны от лагеря, как бы намекая туристам, что нечего бродить по ночному лесу и время отдыхать, чтобы завтра со свежими силами отправиться в путь.

Утром мы позавтракали, собрали палатку и пошли в направлении следующего пункта нашего маршрута – горы Синяк. В это время на полонине паслось стадо коров и вместе с ними понуро стоял в сторонке уже знакомый бык. Я, конечно, не смог отказать себе в удовольствии, и при всех его барышнях назвал вчерашнего хулигана алкашом. Он как-то вяло отреагировал на мои оскорбления (я надеюсь, что по причине похмелья), мы с Юлей от души посмеялись и продолжили путешествие. И здесь-то нам и предстояло узнать, что такое настоящие Горганы.

Большая часть подъема на Хомяк проходила через лес с ручейками, речушками и живописными речными порогами, штурмовой выход пролегал по каменистой части с кустарниками и небольшими непокрытыми растительностью участками, а только на самой верхушке были навалены камни. А вот при подъеме на Синяк, когда закончилась полоска леса, нас встретил вымощенный наваленными друг на друга камнями склон. Камни были самых разных размеров – от больших валунов до мелкой гальки, шатались во все стороны и так и норовили выпрыгнуть из-под ног.

Как бы там ни было, но, прыгая, как козочки, с камня на камень, мы все-таки добрались до вершины Синяка на высоту 1665 метров, полюбовались окружающими видами и, вдоль по узкому хребту, продолжили свой путь к горе Малый Горган. Следующая вершина была ниже – 1592 метра, но добираться до нее стоило немалых усилий, потому что метки были проложены по довольно крутому склону, и любой неосторожный шаг на подвижных камнях мог привести к подвернутой ноге или отправить человека «скоростным лифтом» вниз вместе с падающими булыжниками. Не знаю, как коммерческие фирмы рискуют водить по этому маршруту впервые попавших в горы туристов, но для нас переход с Синяка на Малый Горган был нелегким.

И вот вершина Малого Горгана! Мы с Юлей сбросили рюкзаки, станцевали «танец победителей» и счастливые уселись на камни, чтобы передохнуть и последний раз осмотреть Карпаты с высоты птичьего полета. Времени на любование было немного, потому что тяжелые темные облака грозно висели над головой и время от времени гром напоминал, что мы здесь туристы и не стоит долго рассиживаться в гостях у Малого Горгана. Тем более что в случае грозы, спрятаться там действительно негде – вокруг камни и редкие заросли стелящегося по земле можжевельника. На горе наша бесстрашная пара была второй по высоте (после столба-указателя вершины) целью для молний, поэтому мы поблагодарили Малый Горган за гостеприимство и начали спешно собираться на спуск.

Здесь я и понял, что «танец победителей» был станцован явно преждевременно. Оказалось, что дорога вниз проходила не вдоль хребта, как это было бы логично, а перпендикулярно ему по очень крутому склону с сыпучими камнями. Угол наклона составлял от 50 до 60 градусов, и идти приходилось только траверсом, аккуратно ступая каждый шаг, чтобы не скатиться по смертельному серпантину вниз. Моя жена абсолютно серьезным тоном потребовала, чтобы я ее на всякий случай поцеловал, поэтому, кроме самой тропинки, мне еще и приходилось поглядывать, как супруга за спиной справляется с маршрутом.

Ну, Карпаты – это наши горы, и, если вести себя уважительно, они никогда не дадут туриста в обиду. И в итоге где-то за час мы прошли километр этого самого спуска и остановились передохнуть на ближайшей полонине Блажив, чтобы дать трясущимся ногам время прийти в себя.

Изначально в планах похода была ночевка на этой полонине, на следующий день подъем на гору Бабин Погар (1449 метров), спуск к самому шикарному украинскому горнолыжному курорту Буковель и трансфер в Ивано-Франковск. Но, подумав немного, мы с Юлей решили пересмотреть маршрут.

Одной из причин, почему я люблю ходить в походы самостоятельно, является возможность в любой момент изменить планы, что мы и сделали. Посовещавшись, наше семейство пришло к выводу, что по горам уже находились вдоволь, и было бы неплохо провести последний вечер в каком-нибудь живописном месте, допивая остатки недобитого быком коньяка и общаясь с Карпатами. Я нашел на карте кратчайший путь к Буковелю, и мы выдвинулась в направлении конечной точки маршрута. Спустились в лесистую часть гор, прошли еще около трех километров, обнаружили среди могучих карпатских елей красивейшее озеро с прозрачной, но до безумия холодной водой, а затем стали лагерем чуть ниже него на берегу живописной горной речки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.