Анна Санникова
Не однажды в городе N

Цикл рассказов о писательнице из будущего Юстасии Бусиной появился на свет, когда я проходила литературный марафон "Магический сюжет" в Школе творческих профессий Band. Редактором моих рассказов был российский писатель Денис Гуцко, лауреат премии «Русский Букер» (2005), автор нашумевшего в свое время романа "Русскоговорящий". Я применила все его ценные замечания к рассказам и собрала их под одной обложкой. Приятного чтения!

Я вернусь…

В каменной кладовой было темно. Лампочка не работала, болтаясь под потолком на спутанных проводах, похожих на лианы. В свете фонарика по беленым кирпичам поползли змеевидные тени. Побелка местами облезла, обнажив темно-красные язвочки. Так, где-то тут должны быть надписи. Луч нашарил одну – полустертые черные буквы, написанные углем, и пухлые губы с высунутым языком. О, это рисунок Василисы. А где же, в каком углу ее надпись? Уже забылось…

Пахло сырой землей, зерном и сушеными яблоками. Даже на ощупь Юстасия могла понять, что попадается на пути. Это кровать, а это сундуки – один стоит на другом, а это… Она резко отдернула руку и направила лучик туда, где потрогала что-то пушистое. На верхнем сундуке лежало старое пальто с рыжим облезлым воротником. У бабушки было такое. Но его давно убрали в сундук. Кто-то заходил сюда. Но как? Железная дверь запиралась на железный замок. А ключ лежал в тайнике. Попасть в кладовую можно было только со двора, с одной стороны закрытого высокими массивными воротами, с другой – хозяйственными постройками.

Юстасия Бусина впервые за пару лет приехала сюда, в деревню. Отец с мамой, прожившие в доме 5 лет после смерти бабушки, переехали в город. Первое время они еще пытались жить в доме летом, мама разводила бархатцы и петуньи, а папа мастерил из дерева рамки для фотографий и маминых картин. Но в прошлом году они приезжать отказались.

Юстасия тоже бы не приехала. Она и не собиралась. Она сидела на диване, в своей маленькой квартирке, завернувшись в плед, и смотрела телевизор. Сейчас на ней был пуховик, теплая шапка и сапоги, в одной руке она держала телефон, он заменял фонарик. Молодая женщина осматривала знакомое и почти родное помещение. Зачем она примчалась сюда на ночь глядя?

…Ночью им нравилось не спать. На широкой деревянной кровати с высокими спинками Юся с сестрой сидели, закутавшись в теплое лоскутное одеяло. Под потолком из гладких некрашеных досок тускло горела лампочка, она мигала и в любую минуту грозилась погаснуть. На этот случай девушки припасли керосиновую лампу в глухом окошечке над кроватью. Рядом лежали две толстые книги в потрепанных переплетах.

– Понимаешь, надо загадать желание и придумать для него шифр! – Василиса прищурила васильковые глаза, а потом резко их округлила.

– Ты веришь в эту белиберду? – Юся смотрела на сестру так, будто та только что вышла из психушки.

– В прошлом году я нарисовала губы вон там, – и Василиса высунула пальчик из-под одеяла, тень на стене вытянулась, как учительская указка, и достала почти до угла, где красовалась черная улыбка.

– А почему она черная?

– Потому что надо рисовать углем! – теперь Василиса посмотрела на Юсю, как на умственно отсталую.

– И что, тебя поцеловал принц?

– Боже! – Василиса закатила глаза, – это шифр! Это послание для сил, которые понимают, что губы – это символ красноречия!

– Да, а я думала, что символ красноречия – это язык! – Юся легонько щелкнула Василису по носу.

– Точно! А я-то думаю, почему четверку на экзамене получила! – Василиса подскочила на толстой и мягкой перине, пошарила в окошечке и вытащила кусочек угля. Встала на кровати и пририсовала к пухлым губам длинный язык. Получилось смешно.

Юстасия скептически смотрела на сестру, но у нее уже зрела мысль – как зашифровать послание о море. Может, представить, что она уже там была? Так, кажется, советуют эзотерики в пересказе Василисы. Она взяла у сестры уголек и подальше от ее шифров написала: “Я вернусь!” и пририсовала две линии, похожие на волны. Василиса посмотрела на надпись и спросила “страшным” голосом:

– А ты знаешь, что на чердаке, прямо над нами, стоит гроб?

– Не выдумывай! – жалобно попросила Юся.

– Я не выдумываю, он накрыт белой простыней. Я подглядела, как бабушка забирается по лестнице и проверяет его… Хочешь, завтра посмотрим?

– Нет! – резко ответила Юся.

И они с сестрой уткнулись в толстые книжки. Лампочка в ту ночь как-то особенно сильно мерцала, будто считывала, что девушки нарисовали на стене.

Василиса так и сдавала экзамены на четверки, не очень-то шифр помогал, видимо. Но после второго курса выскочила замуж за француза. Юся удивилась – теперь Василиса щелкнула ее по носу. А она море так и не увидела. Каждое лето по-прежнему проводила в деревне со стопкой книг. Сначала ночевала в кладовой, но там постепенно становилось неуютно и отчего-то страшно. Она перебралась в дом, где все было так, как при бабушке – старая мебель, кружевные салфетки, беленые печи. Она садилась напротив окна за большой дубовый стол с резными ножками и мечтала, что когда-нибудь станет писательницей. Откуда пришла в голову такая мысль, она не знала, но брала тетрадь и заполняла бессвязным текстом страницы, чтобы заглушить тоску.

Неуютная волна постепенно заполнила пространство дома. И Юстасия перестала туда ездить. Бабушка, кстати, тоже никогда не была на море. Она всю жизнь прожила в деревне и считала, что так и должно быть. Чего зря по свету мотаться? Вот моду взяли! А денег-то сколько нужно! Транжиры, одним словом. Озеро прекрасное и тут есть. Правда, бабушка и в нем не купалась. Некогда было…

Как же Юся очутилась здесь? Она нащупала в кармане пузатый ключ от машины. Вспомнила, как из нее вышла, постояла у ворот и… Размышляя, Юся на мгновение потерялась в пространстве. Вдруг за спиной лязгнула дверь. Луч фонарика метнулся и выхватил фигуру в дверном проеме – маленькую, сухую, с растрепанными белыми волосами до плеч.

– Бабушка? – Юся отступала, вглядываясь в морщинистое лицо с темно-коричневыми пятнами и пустыми немигающими глазами. Она схватилась за сундук, но рука скользнула по краю. Черт! Кажется, в палец вонзилась заноза, большая и острая, как игла. Боль пронзила до предплечья, но Юся не могла посмотреть на руку, ее взгляд впился в такое знакомое, но страшное лицо. И гроб на чердаке зачем-то вспомнился…

– Что-то зябко мне, вот, за пальтишком пришла, в доме-то не топлено, – фигура, шаркая ногами, двигалась на Юсю, она ощутила холодную волну, запах гнили и резко отскочила в сторону, пытаясь закричать, но не смогла раскрыть рта. Голос застрял в горле и разрывал его изнутри. Юстасия задыхалась.

…Она распахнула глаза и наконец судорожно вдохнула. По стенам комнаты прыгали цветные блики от включенного телевизора, висок щекотала струйка пота. Юся села, сбросила плед. Кажется, она заснула. Конечно! Это во сне бабушка подходит к ней все ближе и ближе. А она так и не может найти свою надпись. Зачем она ее ищет, Юся не понимала. Неужели поверила в эзотерические штучки? А может, надпись уже стерлась? Пожалуй, стоит бросить все дела и все-таки добраться до моря, похоже, душа бабушки тоже туда хочет…

Юстасия потерла виски и обнаружила, что сидит в шапке. Мизинец нещадно заныл. Она внимательно посмотрела на руку и увидела свежую царапину, а в ней – занозу…

Ангелы для писателей

Вечером Юся ждала первого гостя. Интересно, он войдет в дверь? Или постучит в окно? Накануне ей позвонили:

– Здравствуйте! В связи с праздниками вы выиграли подарочный сертификат…

Обычно после этих слов Юся нажимала “отбой”, не утруждая себя объяснениями, что это ей неинтересно. Но сейчас она продолжала слушать, словно там, в мобильном пространстве, звучала песня сладкоголосой Сирены.

– …именно вы удостоились чести принять у себя в гостях трех представителей Международного Убежища Знаменитых Авторов, сокращенно МУЗА.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.