Энн Джой
Повод

Первый повод

– Ты двуличная мразь!

Жёсткий кулак пришёлся по моему животу. Меня согнуло пополам, и я почувствовала, как к горлу поступает комок. Жаль, что не комок шерсти и вдвойне жаль, что я не кошка.

Голос над моим ухом злостно продолжил.

– Хотя… этот по счету уже шестой. Но нет такого словосочетания, шестиличная мразь, верно?!

Я побоялась встать. Знаю, он мне влепит ещё раза три от силы.

– Я пожалуй… пойду…

– Куда это ты, мистер С?

Я полностью опустилась на колени и подняла взгляд в их сторону.

Мы были в глуши. Чуть дальше стояла машина, на которой я приехала с другим мужчиной. Свет фар ударял прямо по всем трем фигурам. Я должна была предвидеть это. Но я не понимала, что он знает про него. Он знает про мистера С.

Он схватил его за яйца и одним твёрдым движением сжал их. Для него это было просто, как плюнуть в баночку с маленьким отверстием.

– Как приглашать мою жену на интимные развлечения, ты тут как тут, – он заглянул в его лицо. – Скажи, ты правша, мистер С?

– Что?… Да… да…

Видимо, ему было невыносимо больно, потому что, казалось, он начал заикаться.

– Я немного изменю правила, ты не против, дорогая?

Он отпустил его причиндалы и с лёгкостью взял кисть левой руки.

– Обещаю, больно будет долго.

С этими словами, он с разъяренной силой согнул кисть мужчины и удовлетворённо сглотнул, услышав хруст, очень напоминающий перелом.

– А-а, твою мать! Что ты делаешь?! Гандон!

– Что за словечки, мистер С? – он отпустил его и подошёл ко мне. Кончики его пальцев коснулись моего подбородка и приподняли вверх. – Я сказал, он шестой?

Его улыбка неестественно расползлась по щекам, он был похож на чеширского кота, который явно сделал очень гнусную вещь. Его широкие плечи и высокий рост придавали ещё больше страха. Он ходил в зал минимум три раза в неделю и питался всякими протеинами и допингами.

– Да.

Моё тело тряслось, отчётливо предавая меня.

Он провел мизинцем по моей нижней губе, и я начала медленно тонуть в его манящих глазах. Слева, меня изучал холодный серый туман, в нем давно остались лишь руины, но справа, тёплый карий огонёк, который ещё удерживал меня, как любимую.

– Ты не перестаёшь меня удивлять, милая, – его рука нежно поглаживала мою щеку.

– Ублюдок! Я вызову полицию!

Его раненный зверь все ещё хныкал, обнажая свою истинную личину, как доказательство трусости и слабости.

Мистер С, медленно двигался к машине, придерживая сломанную кисть второй рукой.

– Секунду, дорогая, – он вновь оказался возле мужчины и схватил за шею, преградив ему путь к отступлению. – Это невежливо отвлекать меня от беседы с моей женой.

– Ты урод! Ты сломал мне руку!.. Я не знал, что у неё есть муж! Пусть ты и твоя жена идёт туда же… нахуй!.. Я посажу тебя!

Мистер С, попытался откинуть его руку, но вместо этого получил три удара в лицо. Он обмяк.

– Мне абсолютно и глубоко плевать, что ты думал или чего не знал. Ты трахал мою жену, а я, видишь ли, вас раскрыл, – он отпустил его и тот чудом не упал, встав на четвереньки. – Моя славная женушка, знает, что следует… далее.

Он вновь подошёл ко мне и с неким азартом промолвил.

– Шестой.

– Зак, не нужно.

Это было похоже больше на писк, но все, что я сейчас могла, это попытаться.

Он оскалился и с чудовищной силой влепил мне пощёчину.

– Ты должна была раньше думать, любимая, до того, как ощущать чью-то руку в своих трусиках.

– Но мы не спали… прошу… я не вру…

Слёзы падали прямо на голые колени, но мне было уже практически все равно. Он снова хочет это сделать. Играть. Обманывать. Испытывать.

Он подошёл к почти что, безмолвному телу, и взял его сломанную кисть в твёрдую руку.

– Шестой.

Он с гордо поднятой головой, сломал большой палец левой руки. Шестой по счету.

Мистер С даже не думал шевелиться, он тихонько выл от боли и слишком глубоко дышал.

– Я покажу тебе наш дом, – он взял его за шкирку и резким движением поднял в воздух. – А ты, дорогая, будешь хорошей женой и не откажешься принимать гостей.

Я покорно поднялась, и он схватил меня за запястье.

Мой муж ужасный человек. Он был взрослым, воспитанным человеком… и останется таким в моей памяти, но не в моей жизни.

Я справлюсь. Я знаю правила. Я найду выход.

Первый повод – я боюсь своего мужа.

Второй повод

Он с лёгкостью толкнул дверь, и она с грохотом распахнулась.

Внутри горел свет, слишком тусклый, чтобы что-то отчётливо разглядеть.

– Я кое-что сделаю, а ты пока разогрей мне ужин.

С этими словами, он подхватил тело мистера С, который находился в отключке и перекинул через плечо.

– После ужина, я сделаю для тебя подарок. Тебе понравится, милая.

Он закрыл входную дверь левой ногой и поднялся по лестнице.

Я облокотилась о стену и зажала рот рукой, чтобы не закричать от бессилия. Все, чего мне сейчас хотелось, это раствориться в выдуманном мире, где ты не будешь заперта, как птица в клетке. А я была той самой канарейкой, над которой нависли крылья могучего коршуна. И этот коршун был реальным психом. Мне приходилось с ним жить и выполнять самые изощренные фантазии и ужасные выборы.

Не в силах больше выдавливать из себя слезы, я повернула голову и посмотрела на холодильник. На нем висела записка.

– Черт!

Я ловко сорвала её с дверцы и запихала глубоко в карман.

Он не видел? Нет. Точно нет. Если бы он знал, то вёл себя по-другому.

Я глубоко вздохнула и вытерла лицо. Нужно разогреть еду, иначе мне снова попадёт.

Я открыла холодильник и достала пасту. Его любимое блюдо. Раз в неделю оно должно быть в списке.

– Ублюдок, – мой шёпот не был замечен. Он не любил, когда я оскорбляю его чувства. А я не любила удары по своему телу.

Ужин был разогрет, и я подготовила столовые приборы.

– Твой мистер С, трус.

Голос. Грубый, хриплый, твёрдый. Он сталь. Его нельзя сломать.

– Он не мой.

– Скажи мне, Лили, почему ты всегда выбираешь такую размазню? – он проигнорировал мой ответ и, конечно же, принялся играть в свои игры.

– Я не выбираю.

Он усмехнулся и взял вилку в руки.

– Налей мне виски, чистый с лимоном. – Я обернулась и взяла бутылку с барного столика. – Ты сегодня можешь праздновать. Я дарю тебе ночь с мистером Г.

Я сильно прикусила внутреннюю сторону щёк, но продолжила наполнять бокал.

– Молчишь? Не рада моему подарку?

– Я…

В кармане завибрировал телефон. Я чувствовала, как взгляд мужа остановился на мне. Я слышала, как он отложил вилку в сторону и шумно набрал воздух в лёгкие.

– Телефон!

Я поставила бутылку обратно на стол и на носочках развернулась к нему.

– Телефон! Живо!

Его голос ни на секунду не дрогнул. Он нахмурил брови и смотрел прямо в мои глаза.

Я вынула телефон из кармана и даже не посмотрела на экран – за это полагается телесное наказание.

– Да?

Его голос молниеносно превратился в самый прекрасный тембр ангельского голоса.

– Привет, малышка!

Он улыбнулся, и на его щеках проступили ямочки.

Я нервно заламывала пальцы за своей спиной. На том конце провода явно была наша дочь. Только к ней он обращался в такой манере.

– Да, конечно. Мы с мамой ужинаем. – Он внимательно смотрел на меня, и я понимала, что мне попадёт. – Мы будем очень рады, приезжай, малышка.

Нет! Только не это! Она не должна приезжать!

Но я оставалась в той же позе. Нельзя показывать, что ты удивлена, нельзя показывать, что тебе страшно. Он это использует.

– Мама? – он улыбнулся ещё шире и протянул мне телефон. – Твоя дочь, хочет тебя услышать.

Я без лишних движений взяла трубку.

– Привет, Дженнифер.

– Мама! Я так рада тебя слышать! Как твои дела?

– Всё хорошо. Как ты?

Я понимала, что если сказать что-то лишнее, он отберёт у меня намного больше, чем звонок с дочерью, которую я пыталась огородить от всего этого.

– Превосходно! – её голос был такой радостный и живой. Что я сразу же вспомнила о словах её отца.

– Ты хочешь приехать?

– Эм… да. В конце недели, на выходных. Папа сказал, вы свободны?!

Мой пульс дико учащался. Все эти года, я старалась не общаться с ней, блокировала, не брала трубки, меняла номера телефона, затем мы переехали. Но одно оставалось неизменным, я любила свою дочь, как никого на этой планете. Поэтому, пару дней назад, взяла телефон, даже не взглянув, на отображающийся номер и наткнулась на её беспокоящийся голос. Пришлось врать, но больше не взять трубку, я не могла.

– Конечно. Приезжай.

– Мам… – её голос стал чуть тиши. – Я буду с подругой. Не против?

– Конечно, нет. Мы будем только рады.

– Отлично. Тогда до выходных. И пришли мне ваш новый адрес. Целую.

Она отключилась, и я убрала телефон обратно в карман.

– Лили, Лили…

Муж недовольно качал головой, но продолжал нанизывать пасту на вилку.

– Зак, я хотела тебе сказать…

– Поэтому, спрятала записку с номером телефона? Как оказалось, это номер нашей дочери, которая… по твоим словам, не хотела иметь с нами ничего общего.

Я сглотнула. Последствия будут необратимы.

– Хм, хм, – он задумался, отпивая виски из бокала. – Она приедет в конце недели, а значит, я не могу с тобой ничего сделать… пока.

Я больше боялась за неё.

– Ладно. Я люблю свою дочь, не буду портить ей встречу с мамой после… скольких лет?

Я знала, что просто так он это не оставит.

– Трех… и она будет с подругой.

– Интересно.

Сверху донесся какой-то крик.

– Мистеру С, нужна ознакомительная инструкция, – он доел пасту и залпом опустошил бокал. – А тебя ждёт десерт, дорогая.

Он встал, вытер губы салфеткой и многозначительно на меня посмотрел.

– Ты же понимаешь, что наша дочь не должна знать об этом.

Я кивнула и взяла пустую тарелку и бокал в руки.

– Иначе, она может стать одной из них. К примеру, мисс Д.

Он подмигнул и стал подниматься по лестнице.

Он не тронет мою дочь. Она не станет ещё одной куклой в его руках.

Второй повод – я ненавижу своего мужа всем сердцем.

Третий повод

Я зашла в свою комнату и открыла шкаф с одеждой. Мне нужно выбрать яркий наряд.

Звук колокола прошёлся волной по всему дому. Первый звонок. Значит, у меня есть десять минут.

Я выхватила нужную одежду с полки и поспешно стала раздеваться.

В моей голове было только одно. Нельзя допустить мою дочь слишком близко к отцу. Как бы уродливо это не звучало, она не должна открываться перед ним. Она не может стать мисс Д.

Я устало села на кровать и ещё раз посмотрела на одежду. Короткий красный топ, мини юбка в клеточку и чулки. Буду выглядеть, как шлюха. Ему это не нравится, но он возбуждается от прикосновений другого. Боже, и когда я сама себя загнала в эту воронку.

Я быстро переоделась и завязала тугой хвост на макушке. Взглянув в зеркало, я мысленно повторила, что ни за что не подпущу Дженнифер к нему и накрасила губы ярко красной помадой.

Раздался второй звук колокола, и я покорно направилась к своему «десерту».

Я поднялась на четвёртый этаж и громко постучала в дверь.

Дверь распахнулась через десять секунд, и я увидела огромный синяк на лице мужа.

– Что случилось?

– Ерунда.

Он быстро затолкал меня внутрь и запер дверь на ключ.

– Но у тебя огромный синяк.

– Я же сказал ерунда!

Он зверел. Его кто-то задел. Кто-то смог дать ему леща. Но кто?

Я остановилась в положенном месте, около окна, который был плотно зашторен.

– У вас есть двадцать минут. А зная, мистера Г, вы закончите быстрее.

Он скрылся за другой дверью, и я услышала, как открывается решетка.

Через минуту в комнату зашёл мужчина. Это был мистер Г. Его вид, был намного лучше, чем в прошлый раз, но все же я понимала, что это маска.

– Сегодня не увлекайся, у нас важная встреча в выходные.

– Понял.

Зак закрыл дверь, и я осталась одна с мужчиной, который был номером четыре в его списке.

– Я хочу минет.

Его желание было таковым всегда, когда он понял, как все устроено.

Мистер Г сел на стул, расстегнул ширинку и достал свой орган из трусов.

– Я не хочу.

Он засмеялся.

– Мне абсолютно срать, чего ты хочешь. Я хочу глубокий отсос и ты сделаешь это.

Его маленькие глазки остановились на моей груди, и он начал дрочить.

– Грэгори!

– Шавка! – он резко встал и схватил меня за руку. – Я мистер Г для тебя. И сегодня мой день. Не вынуждай тебя пороть.

Я держалась. Спрятала свою боль, обиду и слезы.

– На колени!

Его приказной тон выдавал лишь ненависть и похоть.

Я повиновалась, и начала мысленно отсчитывать время. Он дал нам двадцать минут, а значит, это будет длиться вечность.

– Благодаря тебе, я здесь, Лили. Ты мне должна.

Грэгори был четвёртым в спектакле моего мужа. И он был самым послушным. Если бы только, Грэг не поцеловал меня тогда, он был свободен. Я обязана ему. По крайне мере за потерянные пять месяцев.

Его тонкие пальчики легли на мою голову, и я открыла рот, впуская член внушительных размеров.

– Без зубов, детка. А то я их повыбиваю.

Зак разрешал ему делать все, что угодно в положенное время. Правда были некоторые правила. И Грэгори их соблюдал. В какой-то момент, он просто перестал бороться и принимал моё тело, как приданное.

– Ты только подумай, какой у тебя муж, – он довольно постанывал, но все же продолжал лепетать, – раздаёт тебя и твою гордость, как туалетную бумагу.

Он усмехнулся и застонал ещё сильнее.

– Как там другие члены его банды? Все уже привыкли чувствовать твои губы и язык? – он надавил на мою голову чуть сильнее и издал рык. – М-м, вот так. Да. Быстрее.

Я чувствовала, как к глазам подступают слезы, но разом проглотила эту боль.

Он выгнулся и со всей силы надавил мне на затылок.

Мой рот заполнила тягучая жидкость, и я резко отпрянула от него.

– Черт! Прошло три минуты. – Я сплюнула его семя в кружку и взяла бутылку с водой. Грэгори покачал головой и уставился на меня, явно что-то раздумывая. – Почему ты не идёшь в полицию, Лили?

Я чуть не захлебнулась от его вопроса и в ужасе раскрыла глаза.

– Ты знаешь, что я не могу.

– А что он сделает? Как узнает?

Я тут же сняла юбку и показала ему на маленький шрамик в области бедра.

Я бывала в полицейском участке и ни раз, но что я могла сказать? Стояла, пялилась, как дура, а потом назревали вопросы легавых и я пятилась. Уходила, так и не раскрыв рта, боялась. Но это было уже давно. Позже, муж понял, где я шастаю и зашил чип в моей ноге, да так глубоко, что вытащить сможет только хирург, ни как не я.

Но Грэгори, конечно же, я говорю другое.

– Зак не идиот. Как только он застукал меня с чужой рукой в трусах, то сразу же в его голове созрел план отмщения.

– Это что, чип?

Я кивнула и быстро надела юбку обратно.

– Твою мать! – он почесал голову. – Это был первый? То есть… мистер Л?

– Грэгори, мне очень жаль, правда.

Он закрыл глаза, медленно обдумывая мои слова.

– Так это ты была виновницей. Он стал таким из-за тебя и твоей измены.

– Нет… нет…

Но Грэг уже вплотную подошёл ко мне и резким толчком впечатал меня в стену. Глупо было полагаться, что он меня послушает.

– Мисс невинность. Это из-за тебя я здесь. Ты дала ему повод. Мы все здесь из-за тебя!

Он грубо раздвинул мои ноги.

– Грэгори, постой…

– Заткнись!

Он зажал мой рот ладонью и быстро вошёл в меня.

– Я буду трахать тебя в свои оставшиеся четырнадцать минут.

Я пыталась освободиться, но Грэг больше не соображал разумно, он лишь видел то, что можно использовать.

Я зажмурилась и прикусила язык до боли. Я выдержу это, как всегда.

– Извини, за…

Грэгори трезво смотрел на меня, и понимал, что он наделал в очередной раз. Его светлое лицо и вечно непослушные волосы притягивали женщин. В свои тридцать один, он обладал природной магией и всегда пользовался своим членом. Грэг был скульптором и видел красоту в каждой детали. Тогда он увидел красоту во мне и сделал ряд поспешных действий. Теперь он здесь. Насилует меня, когда ему выпадает шанс, а потом извиняется, будто в этом мире это вполне нормально и его поступки оправданы.

Я стояла у стены и просто смотрела в пол. В комнате будто стало еще холоднее, и я накрыла свое тело руками.

– Я не знаю, что на меня нашло.

Я подняла голову и встретилась с его теплым взглядом.

– Уходи, Грэгори, ты можешь опоздать и тогда знаешь, что будет…

– Лили… он не должен этого делать.

– А ты должен?!

Грэг ошарашенно уставился на меня, но будто взял себя в руки и как-то криво улыбнулся.

– Мне пора.

Он постучал в дверь, и она сразу же открылась. Зак ждал за дверью, время было на исходе.

– Никуда не уходи, у меня еще подарок для тебя, – я схватилась за подоконник. Мой пульс участился в два раза. – Дорогая, не волнуйся, я знаю, ты любишь сюрпризы. Жди тут.

Он грубо схватил Грэгори за рукав и затолкал внутрь. Дверь захлопнулась.

Я опустилась на пол и с чудовищной силой прикусила палец. Еще один сюрприз. Еще один мистер?! Меня начало знобить, страх проникал в каждую ощущаемую клеточку. Но чего же я так боюсь? Я знаю их всех. И все они принимают дары этого убогого сукина сына. Как я могла вляпаться в это дерьмо. В эту бездну.

– Лили?!

Я разжимаю челюсть и настороженно поднимаю голову. Не может быть! Его здесь быть не должно! Он его убил!

– Лили, это я… Лейтон.

– Ты…

Земля начинает уходить из под ног, перед глазами все плывет. Этого просто не может быть!

***

– Лейтон, ты просто издеваешься над беззащитной девушкой!

– Я? Да ни разу!

Он ловко подхватывает меня на руки и начинает кружить с диким восторгом.

– Хватит, хватит! Ты же меня уронишь!

Я смеюсь не в силах признать легкость этого момента.

– Я тебя никогда не уроню.

Лейтон перестает кружиться, но не отпускает меня. Я впервые замечаю, какой он стал. Сильный, ловкий и весьма обворожительный. Все в нем сочетается. Темная кожа ничуть не подводит его в области красивого популярного парня. Милые черные кудряшки разлетаются по ветру, а его глаза такого же оттенка насыщаются моей беззаботностью. Он рад. Это точно.

Я легонько провожу пальцами по его заостренному подбородку и останавливаюсь около губ. Так тихо и отчетливо, как сейчас, я еще не слышала стук своего сердца.

– Ты такая красивая.

Он шепчет всего три слова, а мой мир будто открывает новый порог.

Лейтон осторожно опускает меня на землю, но рук с талии не убирает. Его губы пронзила тонкая улыбка, а глаза наполнились смыслом.

– Я… еще его жена.

– Нет, Лили, – он кладет свою руку на мою щеку, и я чувствую, как она начинает гореть, – ты жена, только на бумаге, а в душе, ты уже свободна.

Я улыбаюсь ему в ответ и целую его руку в знак благодарности.

– Ты мой лучший друг, Лейтон. Без тебя я бы не смогла пройти этот путь.

Он глубоко вздохнул и опустил вторую руку на мою щеку.

– Я всегда с тобой. Всегда рядом.

– Я знаю.

Я крепко сжала его в объятиях и укрылась от всего мира, от пройденного пути, от мужа. Если бы я только знала…

***

– Лейтон?!

– Да, да.

Я больше не понимала, что происходит. Он опустился рядом и заключил меня в самые теплые объятия.

– Я здесь, Лили. Я с тобой.

Третий повод – когда-то муж лишил меня друга. Я никогда его не прощу за это.

Четвертый повод

– Ты рада?

Он слишком близко подходит ко мне и окидывает любопытным взглядом. Ищет суть моих эмоций.

– Что ты с ним сделал?

Его глаза быстро пробегают по моему телу и он удовлетворённо улыбается.

– Он тебя не трогал. Любопытно.

Я резко хватаю его за горло и начинаю сильно сжимать.

– Думала меня убить? – Зак с лёгкостью откидывает мою руку и я понимаю, что не сделала ровным счётом ничего. – Ты слабая. Для меня это словно массаж.

Я глубоко вздыхаю и закрываю глаза, ожидая удар по одной из частей тела.

– Я же сказал, наша дочь не должна видеть твои ушибы и царапины, дорогая. – Его рука осторожно касается моей щеки и я начинаю смутно вспоминать почему вообще вышла за него. – Твой друг тире любовник жив и я дал тебе шанс на благоразумие… потому что, если Дженнифер услышит хоть писк твоих невинных рассказов, я быстро вскипячу его, как чайник воду.

Он уже делал так. Он монстр, который выдумывает самые ужасающие способы власти и принуждения. Я понимала это тогда и я вижу это сейчас. Он никогда не оставит меня в покое. Я его собственность. Покорная женушка, которая подавляет себя, ради его тайн и благополучия. Но в первый раз, я была готова это сделать ради дочери.

– Твоя репутация не пострадает.

– Умничка. Ты же знаешь, что я тебя люблю и никому не отдам?!

Я подняла голову и встретилась с взглядом голодного леопарда. Он хотел меня. Раздеть, раздвинуть ноги, вставить и бурно кончить. Но он не мог. Он потерял бы все, к чему стремился. Если это можно так назвать. Зак утратил бы власть и свое могущество перед другими людьми, запертыми в этом доме.

Но сейчас мне было так противно видеть и знать, что этот сукин сын, хочет меня, что я просто не выдержала и раскрыла свой рот.

– Ты отдаёшь меня всякий раз, когда хочешь подрочить на порно собственного производства, Зак! И я уж тем более не поверю в твою чокнутую любовь. Нет! Только не в твою!

Его взгляд холодно потемнел, а все струны мышц тела приняли исходную позицию для атаки. И в ту же секунду он со всей ненавистью обрушил тяжёлый удар по моему животу. Я приняла его, но моё тело, к сожалению, было слишком слабым для возможности устоять на месте.

– Раз моя доброта для тебя сущий пустяк, я найду другой выход по отношению к твоему другу, мистеру Л.

Я хотела бы остановить его, кинуться на шею, сказать, что я не хотела, что это эмоции, просто чтобы, он не трогал Лейтона, но Зак не стал бы слушать и даже меньше половины сказанного.

– Иди к себе, с тебя сегодня хватит. Иначе я не сдержусь и пострадаешь не только ты.

Я шумно дышала, пытаясь прийти в себя, но я чётко слышала все его слова, выплюнутые с желчью из его рта.

Он распахнул дверь и встал рядом, чтобы как можно дольше оценивать меня и мои поступки. Он наслаждался моей болью и плотью.

Я, наконец, выпрямилась и поспешно вышла из удушающей комнаты.

– Завтра ты встретишься с мистером С, – крикнул он вслед.

Это означало одно. Придётся снова выслушивать угрозы, видеть чужие слезы и отвечать на тупые вопросы. Лучше не придумаешь. Особенно, когда ты сама в этом аду уже больше трех лет. После того, как Лейтон стал первым поверженным противником в глазах моего мужа. После того, как он застал меня с ним в очень интимной обстановке. Но тогда просчиталась я. Я думала, что уже свободна, что я больше не принадлежу ему. И как оказалась, на этом моя свобода и все что с ней связано, закончилось. Если бы я только знала…

***

– Доброе утро, милая. Сегодня уже за двадцать градусов, но после обеда ожидается дождь.

Я подошла к холодильнику и остановилась не в силах притворяться идеальной женой.

– Супер. Все лучше, чем холод.

– Согласен, – Зак добродушно чавкал созданной яичницей. – Присоединяйся, тут хватит на двоих вполне.

Я развернулась и уставилась на мужчину, который казался мне таким чужим. Я бы могла сесть рядом, разделить завтрак, поболтать о ерунде, но знала, что это ничего не изменит. Я точно решила уйти от него, навсегда и бесповоротно.

– Извини, у меня много дел. Позавтракаю по пути.

Он не удивился, но было заметно, что ему весьма неприятна эта процедура моего ухода.

– Конечно. Тогда, возможно… получится поужинать?

Он был таким милым. Не знал, что ещё сделать для меня и как обратить моё внимание на себя. Но Зак имел две стороны медали и одна из них била меня и издевалась. Поэтому, я подавила все шансы на согласие и взяла сумочку с тумбы.

– Не уверена, я тебе напишу.

Не дождавшись ответа, я выскочила из дома и сунулась в поток спешивших людей и машин.

Тогда, мы ещё жили в просторной квартире, в центре Питтсбурга.

Через несколько кварталов, я остановилась около небольшого магазинчика сувениров и зашла внутрь.

Колокольчик на двери, предупредил всех находящихся в магазине об ещё одном клиенте.

– Ты прекрасна, Лили.

Передо мной оказался мой лучший друг, Лейтон, он сиял от предвкушения моей победы. Ещё бы. Ведь это мы с ним начали противостояние, которое длилось не мало времени, чтобы я пришла к тому, что имею и чего хочу.

– Спасибо. Ты тоже ничего.

Он рассмеялся, но все же подошёл ближе и обнял меня.

– Зак все ещё надеется?

– Думаю что так. Хотелось бы, чтобы он вёл себя как обычно, но эта затуманенная картина по утрам, – я поежилась, – брр, словно, он хочет затмить все, что я видела и чувствовала.

– Скорее всего так и есть. – Лейтон заглянул в мои глаза. – Но ты же не…

– Нет, – я судорожно хватала ртом воздух, чтобы не разреветься прямо тут. – Он прошлое. Через неделю нас разведут и Зак станет свободным, как и я.

Лейтон поправил свои кучерявые волосы и взял меня за руку.

– Всё будет хорошо, Лили.

Я улыбнулась и эта печальная улыбка не ускользнула от моего друга.

Он схватил моё лицо обеими руками и поочерёдно поцеловал каждый крохотный участок. Его губы остановились в паре сантиметров от моих. Он глубоко дышал и пристально смотрел в мои глаза. Было в этом взгляде что-то новое, по-настоящему тёплое и дорогое. Желание вперемешку с вопросом. Я знала, что мой друг свободен и его сердце не занято, но не думала, что он когда-нибудь будет смотреть на меня так. Хотя, я замечала этот взгляд и раньше.

Не знаю, что на меня нашло, но я поддалась искушению и прижалась к его губам. Сначала, я не чувствовала ничего, но как только Лейтон разомкнул губы и его язык проскользнул в мой рот, я ахнула, от порыва страсти, что прожгла мою кожу. Внутри все затрепетало, а внизу начинался настоящий ураган. Я застонала, приводя Лейтона к боевой готовности.

Он ловко схватил меня за талию и усадил на ближайший стол, его губы не отрывались от моих, но я чувствовала, что он сильно возбудился. Впрочем, как и я.

– Мы… мы не можем…

– Ты права…

Эти слова вовсе не повлияли на то, что произошло дальше.

Я быстрым чётким движением, расстегнула ширинку на его джинсах и приспустила их. Твёрдый член уже был наготове и я не думая, взяла его в руку.

– Черт, Лили, я…

– Всё хорошо. Я хочу этого, правда.

Лейтон осторожно снял с меня футболку и расстегнул бюстгальтер. Ему открылась ранее не виданная картина и его глаза расширились, как от наркотика.

– Ты прекрасна.

Я улыбнулась и в ту же секунду притянула его к себе. Сейчас меня мало волновало, что он все таки мой лучший друг и это неправильно.

Лейтон схватил мои груди и начал мять их с нежностью и любовью. Если бы, я не знала своего друга, то подумала, что он был влюблен в меня всю жизнь.

– Лейтон, прошу, – мой голос стал прерывистым, а дыхание давно сбилось. У меня не было секса уже больше трех месяцев и я могла сгореть ещё до того, как почувствую головку его члена. – Войди в меня.

Молниеносная реакция и жажда плоти и страсти, разбудила в нас диких зверей, которые, только что, нашли чем позабавиться.

Лейтон приподнял мою юбку и отодвинул в сторону край трусиков.

– Ты уверенна?

– Ещё одно слово и ты пожалеешь.

Он молча кивнул и медленно стал входить в меня. Это было так сладко и так интимно, что мы не заметили, как кто-то вошёл и остановился совсем рядом.

– Лили?

Я узнала этот голос и пелена сладкой пытки в миг спала.

– Зак… я… то есть…

Лейтон резко отошёл от меня. Я соскочила со стола и поправилась.

Взгляд моего мужа выражал счастье. Он широко улыбнулся и дико расхохотался.

– Зак?

– Что происходит?

Мы с Лейтоном были не в силах остановить его истерический хохот. Он словно защищался от любых нападок в его сторону. Это реакция дала последующие действия.

– А я все думал, как у меня хватит смелости сделать это.

– Что это?

Я забеспокоилась. Он шагнул в нашу сторону, в его руке было что-то похожее на электрошокер.

– Оставить тебя рядом с собой, навсегда, любимая.

Он был в два раза выше нас с Лейтоном, поэтому, ему не составило труда вырубить и одного и второго.

Его мощная рука потянулась в сторону Лейтона и я кинулась на защиту. Это была некая непроизвольная реакция.

В тот же миг, меня пронзила острая боль и я упала на пол. Меня дико трясло и я не знала, как прекратить это и встать на помощь другу.

Вслед за мной, упал и Лейтон. Его лицо было прямо передо мной. Глаза закатились, а тело дрожало.

– Поиграем? Обещаю, больно будет долго.

Он снова пустил разряд и коснулся моей шеи.

– Выспалась?

Я оцепенела от голоса, который вновь и вновь убивал меня.

– Да.

– Я рад это слышать. Сделай мне яичницу, как тогда, в первый день, помнишь?

Я сглотнула и прикусила внутреннюю сторону щёк.

– Тогда я и застал тебя с первым и не последним ебарем.

Я мысленно откатывала тот день в своей памяти. Я не хотела воспоминать, когда увидела его во всей красе. Когда он перевернул мои представления о мужчине.

– Жаль, что он не успел кончить… да и ты была так возбуждена.

Он любил это напоминать, любил рассказывать и приукрашивать воспоминания, которые я старалась удалить.

– Мы не должны были, не до развода.

Его кулак коснулся стола и приборы полетели вниз.

– Сучка! Я твой муж, а ты моя жена. Ты жила со мной больше пятнадцати лет и проживёшь ещё столько же.

– Я не живу, я даже не дышу.

Зак мигом оказался возле меня и схватил за оба запястья.

– Ты будешь! И я прослежу за этим. Обещаю тебе.

Он не рассчитал силы и оставил отметины на моих руках.

– Скрой, – гневно прорычал он. – Сделай мне завтрак и мы продолжим знакомство с мистером С.

Я взлетела вверх по лестнице и зашла в свою комнату. Обессиленная и лишенная всего. Слабая неудачница, что не может сделать хоть что-то. Я должна была быть свободной. Я сделала всего лишь один неверный шаг. Я вышла за него замуж.

Четвёртый повод – муж украл мою свободу.

Пятый повод

Знаю. Многое в моей ситуации зависело только от меня. Я могла пойти в полицию, как утверждали многие. Я могла вызвать их прямо в дом. Я могла уничтожить его всего лишь одной фразой «Помогите, мой муж пытается меня убить». Я могла. Могу ли сейчас? Могу. Размазать его, как жижу в луже. Растоптать все фантазии и действия. Мне плевать на то, что пострадаю я. Я и так страдаю. Мне даже плевать, в какой-то степени, пострадают эти мужчины скрытые за стенами этого дома. Всегда есть «но».

Зак Солсбури уважаемый человек, военный в отставке. Он прошёл огонь и воду, как говорят его сослуживцы. Тащил на себе раненных, не оставлял изнемогать от потери крови и рваных ран. Он пример для них, всех. Абсолютно. Особенно, когда семь лет назад спас одиннадцать детей из горящего здания. После этого, ему стали поклоняться. Кто-то даже умудрялся просить автограф. Никто и никогда не поверит, что мой муж животное, способное запереть шесть человек и заставлять их трахать свою жену. Даже, если бы, они видели синяки на моём теле, даже, если бы, слышали все эти рассказы от меня. Каждый из них готов отмахнуться от этой херни. Они готовы боготворить его и после смерти. Зак не идиот. Он поддерживает свое святотатство и разрушает любое доказательство не в его пользу. В какой-то момент я устала бороться. За поспешные слова в сторону его людей, позже, я получала двойную дозу ударов или надругательств.

Но сумасшествие полностью настигло его, только после картины, как ему казалось, измены. Мы давно договорились, что расходимся и нужная печать или подпись это необходимая мера. Он принял. И сразу стал меняться на глазах. Само очарование. Высший пилотаж. Хотел остановить меня, перестать думать о разводе. А по факту раздумывал план похищения, издевательств и кары.

Как же иногда хочется сорвать все волосы с его головы. Отрезать все те пальцы, которые он отрезал тем, кто посягал на святое – то есть, меня. И размазать его достоинство в самые, что ни на есть, щи. Вырвать почву из под ног. И навсегда забыть его имя и цвет глаз.

Зак Солсбури – чудовище, породившее таких же, как он.

– Ты ещё долго будешь там сидеть?

Громкий стук в дверь моей комнаты. Его тяжёлый кулак не позволял мне расслабиться хоть на минуточку.

– Я готовлюсь.

– Мне плевать, – резкий ответ и снова тяжёлый удар по двери. – Выходи! Тебе ровно пять минут.

Самодовольный баран. Никто не упивается властью, как он.

Я слышу его шаги. Он уходит. Дал мне всего пять минут, чтобы принять моё спокойствие.

Я открываю шкаф и наклоняюсь, чтобы открыть потайной отсек. Все, что мне нужно, здесь. Он редко посещает мою комнату и почти никогда не проверяет на наличие чего-нибудь запрещённого. Будто, я в аэропорту и прохожу таможенный контроль. «У вас есть запрещённые вещества?». «Да, мой муж». Он высасывает всю мою жизнь и оставляет разрушенную пустоту, в центре которой, мгла.

Я взяла одну единственную вещь – мою защиту. Он больше не посмеет подвергать мою жизнь опасности, не тогда, когда появился ещё один мистер. И я знаю, что готова сделать все. Один раз, кое-кто чуть не потерял рассудок из-за сложенного выбора, в этот раз это ни в коем случае не повторится. Я сильная – справлюсь.

Больше времени у меня не было. Я одним движением закрыла крышку потайного отсека и задвинула двери шкафа.

Мою маленькую защиту я спрятала под рубашку. Главное, контролировать свои эмоции. Паника – это хаос. А хаос – это смерть.

– Время!

А как же без него.

Я поправила свои волосы и вышла за стены моего храма.

– Прихорашивалась? Думаешь, им недостаточно насиловать тебя. – Он взял меня за запястье и потащил за собой. – Твоим ухажерам некогда рассматривать твою красоту. Не забывай, она подвластна только мне.

Я старалась успеть за его огромными шагами. Он больно давил на запястье и точно этим восхищался.

– От моей красоты уже ничего не осталось… благодаря тебе.

Зак остановился и развернулся. Он оценивающе переводил свой взгляд.

– Ты очень красивая, – его голос стал ласковым, а рука на моём запястье стала чуть нежнее. – Ох, Лили. Это виноваты они. Они все берут и берут без остатка.

– Ты больной.

Мой голос был тихим и не потому что, я боялась этих слов. В данный момент, лишь только шёпот имел вес. Зак чутко все слышал.

– Мне некогда объяснять тебе по новой, зачем я это делаю.

Он отпустил моё запястье, но лишь для того, чтобы взять меня за руку. Зак переплёл наши пальцы и широко улыбнулся, будто я тоже что-то почувствовала. Мне могло сыграть это на руку.

– Тогда остановись. Прошу, Зак. Мы и так достаточно оба настрадались.

Его разум затуманился. Он прожигал моё тело насквозь. Что-то внутри щелкало, пока переключатель снова не начинал барахлить.

Зак коснулся моей щеки и нежно провел по ней. Это лёгкое касание, будило во мне самое приятное, когда-то. Он мог наслаждаться моим присутствием, а я могла отдавать всю страсть только ему. Мы были семьёй. У нас родилась дочь. Вместе, мы прошли через множество, как и другие пары. Но как только он начал применять насилие, я забыла что такое семья и самое главное, я забыла, что такое любовь.

– Я делаю это ради тебя. Ты должна понять насколько сильно я люблю тебя. И познать, что все остальные хотели тебя только поиметь.

Я мгновенно вспыхнула. Моя ярость знала только одну границу. Он поплатится. И тогда, я обещаю, Зак схлестнется с природой моей боли.

Он пытался меня обнять, но я резко отстранилась.

– Я ненавижу тебя.

Его челюсть заскрипела, а глаза моментально потемнели.

– Я все делаю для тебя. Когда ты наконец увидишь, чего хотят другие.

– Да пошёл ты!

Я выдернула руку, но продолжала стоять на месте. Я знала и… хотела, чтобы он ударил меня. Я уже практически чувствовала его кулак возле моего лица. Боже! Кем я становлюсь? Мазохистка, которая любить боль? Или я настолько привыкла к ней, что моё тело уже жаждет почувствовать силу удара другого человека.

– Пойду, но вместе с тобой.

Зак схватил меня, будто я ничего не весила и закинул на плечо. В нем больше не осталось и следа того, кто был до безумства дорог мне.

Я не вырывалась, это было больше, чем бессмысленно.

Всё, что я видела, это его огромную сильную спину под серой майкой.

Через несколько шагов, он остановился и отпустил меня.

– Заходи. И не вздумай испортить мне настроение.

Он толкнул меня внутрь простого зала размером с небольшой теннисный корт, прежде чем, я успела возразить.

Дверь быстро захлопнулась и ключ в замке несколько раз повернулся.

– Откуда в моем доме вообще этот зал?

Я огляделась. Все, как и предполагалось. В центре зала стоял стол среднего размера. На нем был предмет, острое лезвие которого смотрело прямо на меня.

По разным сторонам на потолке находились камеры. Свет был приглушен и от этого во рту сразу пересохло. Я знала что это и понимала для чего.

С другой стороны зала открылась дверь. Человек, очень напоминающий мистера С, осторожно зашёл внутрь. За ним тут же закрылась дверь.

– Твою мать! Не закрывай!

– Седрик?

Мужчина обернулся и с недоверием осмотрел меня. Он был весь в ссадинах и синяках. Его левая рука также безвольно болталась и он её придерживал. Значит, Зак ещё не наложил ему гипс.

– Ты? Зачем? Чего он хочет? Чего хочешь ты?

Из его глаз текли слезы, он едва держался на ногах. Худое тельце не выдержит долго, особенно в условиях моего мужа.

– Седрик, прошу…

– Привет, мистер С, – зал заполнил стальной голос. – Извини, что до сих пор не помог тебе с рукой, но это обязательно произойдёт. Только, давай для начала решим, чего же ты хочешь.

– Я хочу выбраться отсюда! Выпусти меня! Я натравлю на тебя всю полицию штата.

Голос в динамике издал противный смешок.

Я знала, что мистер С, продолжит в том же духе. Он будет угрожать, молить о пощаде, снова угрожать. Это проходил каждый, каждый из тех, кто спрятан в этот огромном доме.

Я смотрела лишь на сталь. Мне нужно было первой взять это оружие. Но под пристальным взглядом Зака, я ничего не смогу сделать. Особенно, когда у него все схвачено. Ведь коллекция оружия под потолком, которую я тут же заметила, это не просто муляж. Я в этом уверена практически на все сто. Зак не был бы военным, если не продумывал все до сплошных мелочей.

– Как раз таки, это решаю я… точнее, сегодня, ты.

– Черт! Сука! Кто ты такой!

– Я её муж, – в зале повисла тишина и только сейчас Седрик смотрел вплотную на меня огненным взглядом. – И у тебя, мистер С, есть два варианта. Готов выслушать или и дальше будешь притворяться невинной овечкой?

Мужчина оттолкнулся от стены и не твёрдой походкой направился в мою сторону. Его травмированная рука была уже фиолетовой, а синяки на лице мгновенно расползлись, как черви. Он был полностью обрит на лысо, видимо, мой муж постарался на славу. Чем ближе он подходил, тем сильнее создавалось впечатление, что Седрик вполне мог быть слишком рассерженным. Но это, я приуменьшаю.

– Стой, мистер С, если не хочешь получить пулю от моих малышек на потолке.

Седрик словно его не слышал, он все упорнее преодолевал расстояние между нами.

– Седрик, стой! Он же не шутит!

Я пыталась до него достучаться, но продолжала оставаться на месте. Он выстрелит, это не входит в мои планы.

Когда между нами осталось всего лишь метров пять, раздался звук моторной лодки и последовала пулеметная очередь.

Я пригнулась и зажала уши. Все, о чем я могла думать, это моя дочь. Она не выдержит, если её мама погибнет от рук отца, который измывался над ней большую часть совместной жизни. Но больше всего она будет ненавидеть меня из-за того, что не рассказала. Не попросила помощи.

Всё вокруг затихло и я открыла глаза.

Седрик лежал на полу и не двигался. Буквально в метре от него остались следы от пуль.

– Я же говорил. Ты вынуждаешь меня быть очень нетерпеливым. – Седрик издал короткий вопль и я выдохнула, осознавая, что он жив. – Будь хорошим мальчиком и соберись!

Мужчина со стоном сел на полу и облокотился на здоровую руку.

– Я готов тебя выслушать, – тихо ответил Седрик и громко выдохнул.

Он сдался. Как и все. Как и я.

– Отлично!

В динамиках раздались помехи, будто кто-то провел ногтями по школьной доске. Зак включал запись. Каждый раз он повторял одно и тоже и уже заколебался это делать.

– Итак… у тебя есть два варианта, один из которых решит твоё дальнейшее существование. Тот, что ты выберешь, мистер. – Я смотрела прямо в глаза Седрика, он сосредоточено слушал голос Зака. В этот момент внутри любого человека может перевернуться абсолютно все. – Вариант номер один. Ты хватаешь топор со стола перед тобой и убиваешь человека, женщину, которая виновата в том, что ты оказался здесь… после, можешь попытаться выбраться из этого дома. Я дам тебе преимущество в одну минуту. – Глаза Седрика округлились до невероятных размеров. Он посмотрел на меня и покачал головой, словно что-то решая для себя. – Вариант номер два. Я помогу тебе с рукой, дам тебе отдельную комнату, плюс ко всему, тело моей жены будет твоим в определённые часы… но… ты выберешься отсюда только когда я посчитаю нужным. Решай.

Запись закончилась и Зак выключил динамик.

Я осторожно поднялась и посмотрела в сторону топора. Седрик заметил это и резко, словно только что получил дополнительные силы, встал и добрался до стола.

– Седрик, не нужно. Он же играет.

Он поспешно схватил топор здоровой рукой.

– Я не хочу гнить здесь хрен знает сколько. Я лучше попытаюсь выбраться.

Его взгляд полный злобы и отчуждения исследовал лезвие топора.

– Мы выберемся, обещаю. Просто нужно подыграть ему.

Всё, что я могла, это образумить его, если это возможно. Мне бы только чуточку уверенности в голосе.

– Да? – он жутко посмеялся и подошёл ближе. – И когда это произойдёт? Лили, боже! Зачем я тебя подвез! Сукааа!

Я осторожно продвигалась к двери. Навряд ли она открыта. Но все, что можно было сделать это пятиться назад.

– Решил помочь знакомой. Черт, – он снова посмеялся, только в этот раз слишком печально. – Мы же с тобой даже не целовались! Я тебя не трогал! Скажи ему!

– Я не могу… он меня не послушает.

– Тварь!

Седрик кинулся в мою сторону и в два счета, даже со сломанной кистью, он прижал меня к стене. Топор был прямо у моего горла. Я чувствовала запах железа и приближающегося ужаса.

– Твой муж – моральный урод, но ты, будучи зная, что он может посадить на цепь любого, кто тебя подвезет, могла бы предупредить меня. Блять!

– Раньше такого не было. Он никогда не накидывался на тех, кто помогал мне. Ты сам настоял, помнишь? О той поездке.

– Сучка!

Я почувствовала, как он прижимается ко мне всем телом. От него несло запахом пота и ужасно выбранного парфюма. Но это не помешало ему возбудиться и начать двигать своими бёдрами. Седрик хотел меня.

– Давай так, раз уж мы здесь. Ты раздвинешь ножки и я быстренько кончу в тебя, может быть, потом, я передумаю тебя убивать.

Я больше не могла это выносить. Ещё один человек, который просто хочет мяса в красивой обложке.

Седрик надавил на моё горло сильнее и уже начал расстёгивать ширинку.

Я крепко зажмурилась. Снова что-то чувствовать, это разорвёт меня.

– Давай, Лили. Ты мне должна.

Должна. Я ему должна. Нет! Я НИКОМУ НИЧЕГО НЕ ДОЛЖНА!

Я резко открываю глаза и вижу животное желание в глазах Седрика.

– Нет! Отстань от меня!

В следующую секунду я вытащила нож из под рубашки и одним твёрдым движением вонзила его в плоть мужчины.

– Ты… что ты…

Он пошатнулся и топор выпал из его рук.

Из груди Седрика торчал нож. Он был прямо в сердце.

Мистер С упал на колени.

– Черт… ты… твою…

Его рот был полностью в крови. Седрик потянулся в мою сторону, но вместо руки помощи, он грохнулся на пол лицом вперёд. Нож пронзил его ещё больше и теперь торчал из спины.

Я чувствовала лишь облегчение. Моя маленькая защита сработала. Она отобрала жизнь у человека. Ни в чем неповинного человека.

– Что ты сделала?!

Зак яростно двигался в мою сторону. Его одолел сам дьявол, иначе он бы не потерял самообладание.

– Чёртова дура!

Он кричал так, что в моей голове что-то потрескалось.

А затем случилось то, что Зак никогда себе не позволял.

Он повалил меня на пол, рядом с телом Седрика и зацепил наручники за спиной. Я была абсолютно беспомощна.

– Смотри на него, смотри что ты сделала!

Он повернул моё лицо в сторону мёртвого человека и прижал меня ещё сильнее.

– Я научу тебя уважать жизнь других. Ты знаешь, сколько придётся сделать, чтобы он бесследно исчез?

Зак сорвал с меня джинсы и трусы и с чудовищной силой вошёл в меня.

– Нет! Не надо!

Я больше не чувствовала контроль над собой. В ту самую секунду, как Зак решил нарушить правила и изнасиловать меня.

– Смотри на него! Не смей отворачиваться!

Он говорил это с таким превосходством, будто перед другими восстал сам бог.

Я чувствовала, как его бедра прижимаются к моим, как его член грубо входит и выходит. Он рычал прямо над моих ухом. Он давно хотел этого и утратил самоконтроль.

Мои слезы уже не прекращались. Я перестала издавать звуки и звать на помощь. Я просто смотрела на бездыханное тело перед собой. Его убила я. Он бы ни за что не остановился и я его убила.

Кровь струйкой текла по полу прямо к моему лицу. Я знала, что виновата, я понимала, что я убийца. Но когда алая кровь подползла впритык, я открыла рот и впустила жидкость в себя. Я хотела почувствовать хоть что-нибудь, кроме удушающего смысла жизни. Кроме тяжёлого тела над собой. Кроме вины и печали.

– Ты убила его! Ты теперь тоже причастна, Лили.

Зак громко дышал, но не сбивался с ритма.

Да. Я причастна. Но лишь в том, что вышла за тебя.

Пятый повод – я стала убийцей.

Шестой повод

Я смотрела только вперёд. То, что я сделала ни как не было оправдано. Меня никто не заставлял. Я просто должна была не сопротивляться. Но я сбилась. Мой монстр, выращенный на удобрениях моего мужа, дал о себе знать. И я убила. Воткнула в тёплое мягкое тело острое лезвие и почувствовала… лёгкость. Первый раз, я смогла подавить в себе жалкую жертву и начать мыслить, как преступник.

Седрик уже больше не очнется. Он все также лежал лицом вниз, а густая красная кровь разливалась по всем уголкам.

– Ммм, – Зак простонал и замер.

Я почувствовала, как он кончил и уже более нежно вынул свой орган.

– Придётся выпить таблетку, – монотонным голосом сообщил он. – Черт.

Я все также пялилась на труп и не могла даже пошевелить пальцами ног. Моя одежда уже полностью пропиталась кровью, а рот был заполнен тягучей, все еще тёплой жидкостью.

– Какого хрена, Лили? – Зак в два счета поднял меня и усадил на тот самый стол, где холодная сталь провоцировала меня. – Ты вся в крови.

Я сидела на столе, из одежды на мне был только вверх. Все остальное, мой муж, благополучно разодрал в щепки.

Он аккуратно снял с меня наручники и встал слишком близко.

Его руки коснулись лица и я поняла, что он хочет стереть дубль убийства с моего тела.

– Не нужно. Я приму душ.

Я отвернулась, надеясь, что он оставит меня в покое, хоть на этот проклятый день. Но Зак лишь сильнее закапывался во мне. Он как гусеница, которая очень хочет превратиться в бабочку и получить столь желаемое, что когда-то утратил. Я знаю, я давала ему шанс, отдавала годы, хоронила свою жизнь и надеялась, как и большинство, что муж изменит все свои взгляды и уничтожит свои кулаки.

– Я… все это, – он посмотрел на то место, где только что имел меня. – Лили, я не хотел. Правда.

Он смотрел на меня с такой теплотой и нежностью, что я на миг забыла, кто я и где нахожусь.

Мне почему-то вспомнилось, как меня подсаживали на правила о первенстве мужского рода. Что они могут все, чего захотят. Именно так, меня и воспитывали. Мужчина – это глава семьи. Он должен вести вперёд свое племя, а племя должно слушаться. Каждый божий день, мне говорили, что я девочка и мои заботы по сравнению с мужскими это ребячий лепет. Я соглашалась. Ведомая другими людьми и взрослыми прихотями. И когда я встретила Зака, то попала в самый глубокий плен. Плен его красивых глаз. У него было редкое явление, гетерохромия – разный цвет глаз. Наверное, я была такой простодушной, что сразу же влюбилась в него. Именно глаза Зака заставляли меня плавится под любым металлом. Он изучал меня, серым, затуманенным взглядом, а дарил любовь тёплым оттенком карего. Боже! В то время я была просто влюблённой девочкой, которая вышла замуж девственницей и отдала себя своему первому.

– Лили?

– Нет, – я смахнула его руку и резко встала. – Я тебя никогда не прощу. Ты само зло!

Зак менял свое настроение, как хамелеон свой окрас. Ровно минуту назад, он был нежным и любвеобильным. А сейчас, его выражение лица не предвещало ничего хорошего. Он был вне себя. Но от чего именно?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.