София Ларго
Выбор

Пролог
Ноябрь 2017

Я не плачу. Никогда. Как бы не было больно, трудно или обидно. Мне кажется у каждого есть свой лимит слез, так вот свой я выплакала в далёком 2004. Думала, что выплакала. И сейчас, когда я смотрю на него и сжимаю прохладные пальцы, на моих щеках появляются мокрые дорожки. Я даже не сразу поняла, что это… слёзы, мои слёзы, которые бурным потоком начинают стекать по щекам… Очнись, пожалуйста… может у нас ещё будет шанс?

Я родилась в самой обычной семье. Папа, мама, ещё есть бабушка по отцовской линии, дядя и его многочисленное семейство. Родители познакомились на работе – тамбовском хлебозаводе, куда оба приехали из области по распределению. И тут бы про любовь с первого взгляда, но ничего такого не было, они просто общались, дружили, гуляли. Отец в короткие сроки начал подниматься по карьерной лестнице, молодой подающий надежды техник, его заметили. Мама у меня сирота, тёплые отношения с отцом она приняла тогда за любовь… наверное, но главное что отцу обещали помочь с жил площадью, если обзаведётся семьей. Ведь тогда в 80-х все было расписано как казалось на годы вперёд – учишься, работаешь, хорошо работаешь тебе квартиру, путевки на море… хорошее время было… наверное… Так и получилось, что в мае 1985 Илья и Татьяна расписались. И, казалось бы, жить долго и счастливо, но через пару лет у мамы случился роман. Наверное, тогда мама и поняла, что перепутала чувства к отцу с любовью. С Дмитрием было все по-другому, до дрожи в коленях. Спросите откуда я это знаю? – подслушала случайно мамины посиделки с подругой. Тогда с отцом они расстались, он был поглощён работой и воспринял все спокойно. Полгода длился мамин сумасшедший роман, а потом его призвали, в Афган. Он не вернулся. Развод родители не оформляли и спустя ещё год воссоединились. Не знаю, чего им это стоило. В июле 90-го родилась я. Мы хорошо жили, все как у всех тогда. Я ходила в садик, потом в школу, на выходных ездили на дачу. Летом по путевке на море. О том, что было между родителями что-то не так я конечно не замечала в силу возраста. Мы всегда очень тепло общались, отец был нежен и внимателен по отношению к маме, никаких криков и выяснений отношений, меня любили, дети это чувствуют. В шестом классе мы переехали в просторную трехкомнатную квартиру в другом районе и как следствие пришлось менять школу. Тогда начался для меня очень тяжелый учебный год, хуже просто некуда. Как я ошибалась. Те ребята были вместе с первого класса и новенькую встретили спокойно, нет, меня не гнобили и не обзывали… но в школу я уже не бежала. Пока спустя два месяца в класс не вернулась Лерка – заводила и душа компании, нас как-то сразу притянуло. Моя адаптация дальше шла как по маслу. К восьмому классу я уже и забыла, что не училась с ними вместе все это время. Мы гуляли, дурачились на уроках, участвовали в соревнованиях и олимпиадах. Влюблялись… нет, не я… Лерка!14 лет самый возраст для первой влюблённости. Я часто бывала у Леры и стала замечать разницу в общении ее родителей и моих, тогда-то и услышала мамину исповедь подруге на кухне. Но я видела бесконечную любовь в папином взгляде. Он любил маму, очень любил, потому простил и принял назад. Наверное именно тогда в моем сознании отложилось, что если замуж то по большой любви, чтобы искры из глаз и дрожь в коленках, чтобы вихрь захлёстывающих чувств подхватывал и уносил высоко в небо… а не тлеющий огонь былой любви как в маминых усталых глазах. Восьмой класс мы с Леркой закончили почти на отлично. Она уезжала на море на два месяца, я же оставалась в городе и передо мной маячила перспектива поездок на дачу, да чтение литературы на лето. Такая себе перспектива.

– Сашк, а может все-таки попробуем тебя отпросить?

– Шутишь? Отец не отпустит!

– Но мы же не вдвоём с тобой едем – смеялась Лерка – а с моими родителями!

– Я буду по тебе очень скучать! – призналась я подруге и в глазах защипало. Лерка в это время кружилась возле зеркала в новом голубом сарафане. Светло русые волосы рассыпались по плечам.

– Эй, Сашк, ты чего? Ну, я щас тоже заплачу!!!!

– Давай там не насобирай хвост из кавалеров без меня – я храбрюсь, потому что правда рада за подругу.

– И потом я вернусь в конце июля, мы ещё накупаемся в речке и с нашими погуляем! – обещает мне Лера, обнимая меня ща плечи.

– Договорились, я буду ждать!

И я ждала, я так её ждала…

Июль 2004

Пасмурно, но жарко… я стою в чёрном платье и чёрном платке у двух закрытых гробов, которые вот вот отправятся в последний путь. Рядом много людей, но в тоже время никого рядом. Вижу, как бабушка показно рыдает, что ее сын так и не увидел ничего хорошего в этой жизни, работал как проклятый и воспитывал чужого ребёнка. Просто я была в маму тёмненькая, а папа русый с голубыми глазами. У меня папины глаза. И хоть не было никаких сомнений, что я дочь своего отца, бабушке нравилось думать, что мать меня нагуляла от военного. Сейчас же эта история сопровождалась ещё более грязными деталями, преувеличениями и бабушкиными рыданиями. Из родных тут только бабушка и дядя Женя, папин младший брат, но они никогда не любили меня и маму… и мне ближе сейчас наша соседка тетя Маша. Только она и поддерживала все эти дни – осталась со мной ночевать, пыталась накормить и хоть немного успокоить. Все происходит как в тумане, я все вижу и слышу будто сквозь толщу воды. Все собираются по автобусам, родителей загружают в отдельную машину. Едем на кладбище. Все это время по моим щекам текут и текут слёзы. Но некому их стереть, взять за руку, обнять, утешить, сказать, что я не одна и все ещё будет хорошо и жизнь не кончилась, что рядом остались близкие люди, что я выстою и смогу жить дальше. Время близится к обеду, в автобусе душно и я держусь из последних сил. Платье начинает липнуть к влажной коже, а ворот душить, пытаюсь оттянуть его вниз, чтобы сделать более глубокий вздох. Осталось самое сложное… бросить ком земли, услышать этот ужасный глухой стук о крышку и понять, что это все – точка невозврата. Принять, что я никогда не увижу и не обниму своих родителей. Не будет дачи на выходных и вечерних посиделок, игр в лото… мама… папа…

Я подхожу близко, нагибаюсь и беру в руки два кома. Смотрю вниз, мысленно представляя их живыми и улыбающимися, такими я их и помню… бросаю вниз и закрываю глаза… глубоко в груди гулко отдаются стуки земли о дерево и я больше могу держаться. Начинаю медленно оседать вниз, мне все равно, что будет дальше, я теперь одна, совсем одна. И в этот момент бессильного отчаяния с двух сторон меня берут за руки, крепко держат, не давая сорваться…

Ребята, наши с Леркой друзья одноклассники, которые всегда за нас заступались и смешили – Ромка и Лешка. Я смотрю сквозь слёзы поочередно сначала на Рому, потом на Лешу. Он кивает и медленно, но твёрдо отводит меня от могил.

– Как вы здесь оказались? – спрашиваю тихо, немного придя в себя.

– Родители мои узнали, сказали где и во сколько будут похороны, я к Лехе и сразу к тебе – отвечает Ромка.

– Спасибо вам, ребят.

Лёша сжимает мое плечо, но хранит молчание.

– Лерка не вернулась ещё?

– Нет, Ром, через неделю должна…

– Она?..

– Нет, не писала ей и не звонила… каникулы, море… зачем, от того что она узнает сейчас или через неделю ничего не изменится… родителей не вернёшь… – глаза опять застилают слёзы…

– Может поедем отсюда? – наконец прерывает молчание Лёша.

– Можно, поминки в кафе со своей бабушкой я точно не вынесу – честно признаюсь ребятам.

– Тогда поехали, погуляем на набережной предлагает Рома.

Остаток дня мы гуляли, ели мороженое и говорили о всякой ерунде, ребята всячески пытались меня отвлечь, за что я была им бесконечно благодарна.

Вернувшись вечером домой меня ждало ещё одно потрясение. Я хотела скорее скрыться в своей комнате, но с порога меня встретила бабушка и дядя Женя. Разговор был не из легких, хотя какой разговор, если одна сторона молчит и за неё уже все решили. Так как я осталась одна, такая большая квартира была мне совершенно ни к чему, и бабушка рассудила, что лучше дядя Женя с женой переедут из своей однушки сюда, а я к ним. Спорить и пререкаться смысла не было, благо я пару раз была у них в гостях, они недалеко от нас жили, менять школу или ездить не придётся. Бабушка перестала плакать и изрыгать обвинения, сказала, что раз в неделю будет привозить продукты, а перееду я в самое ближайшее время и буду предоставлена самой себе.

Так оно и случилось, уже через неделю я переехала в скромную однушку на 4-м этаже, вещей было немного, практически все осталось в нашей квартире, по мудрому рассуждению моей бабули, я забрала лишь фотоальбомы и свои личные вещи. Сопротивляться не было ни сил, ни желания, так как я прекрасно понимала, что вряд ли смогу жить в той квартире одна, где все напоминало мне о родителях, где каждая вещь имела свою историю, хранила их запах и прикосновения – это душило меня, уносило в чернеющий омут печали, откуда не было шансов выбраться.

Я сидела на кухне и пила прохладный чай, когда в дверь раздался звонок… я поплелась открывать.

– Сашка!!!!Ну как же так?! – воскликнула Лерка с порога, потянув меня в свои объятия. Я уткнулась в плечо подруги, ощущая тепло и заботу… остался в моей жизни человек, которому не все равно. В груди скрутило в тугой узел от благодарности и нежности, казалось, что я вот вот заплачу, но мои глаза оставались сухими.

– Я так рада тебя видеть! Давно вернулась? Как узнала где я? – засыпала я подругу вопросами.

– Только с поезда, Ромка звонил все рассказал, я сразу к тебе… как ты?что… что случилось?.. – осторожно спрашивает Лера, не зная как я отреагирую.

– …они с дачи ехали, представляешь первый раз в жизни, решили не будить меня и поехали вдвоём… а на обратном пути… фура… подробностей не знаю… мне говорить не стали, и на опознание не пустили, сказали психику берегут… а я ведь даже не обняла их в последний раз – на выдохе еле слышно говорю подруге.

– Милая… – шепчет Лера, сжимая мои пальцы и мягко поглаживая по голове – бабка я смотрю постаралась, хату отцапала – решив сменить тему, спрашивает подруга – но почему же ты не написала?

– Я знала, что совсем скоро ты приедешь… ребята приехали на похороны, я даже не ожидала… Лешка вроде уезжал куда-то…

– Не ожидала? – загадочно повторила Лера. – …ладно, давай может ремонт тут сделаем, а? Обои переклеим! Бабка пособия то отдаст?

– Сказала оформит и будет отдавать, сейчас пока продукты привозит каждую неделю. Да и Бог с ней, все лучше, чем жить под одной крышей, справлюсь одна.

– Ты не одна – твердо заверяет меня Лера.

И я правда почти никогда не была одна все следующие три года. Учеба, дополнительные занятия отнимали практически все времени, а праздники я всегда была у Леры.

Май 2007

Александра

Позади самый трудный учебный год, скоро экзамены и можно будет ненадолго выдохнуть. Вступительные в институт только в июле.

Мы сидели возле школы, обсуждали предстоящий экзамен, когда мимо нас прошли четверо парней. Высокие, взрослые лет на 5 старше нас. Один из них повернулся и посмотрел на меня в упор, у меня аж дыхание перехватило. За эти три года с парнями встречалась только Лера, я встречалась с Ромкой да Лешкой, да и дружеские это были встречи. А тут как нашло что-то, будто в самую душу заглянул, улыбнулся и скрылся за дверями школы.

– Ты его знаешь? – в недоумении спросила Лера.

– Первый раз вижу – не сразу отвечаю я.

– Но он запал, раз так откровенно пялился – сделал свой вывод Роман.

– Да ладно вам, вечером как обычно на набережную? – перевожу тему.

– Да, в 5 на нашем месте – сказал Лёша, который из всех казалось и не заметил данного инцидента.

– Тогда до встречи – я потянулась к сумке проверить ключи и конспекты, когда заметила, что одного не хватает – вы идите, я вернусь в класс, видимо забыла на столе.

Последний урок был на третьем этаже, я взлетела наверх через две ступеньки, благо на мне были джинсы, кеды и обычная футболка. Я дернула дверь и тут же застыла, именно эти парни заходили в школу и сейчас стояли вокруг нашего учителя истории.

– Забыла чего, Александра? – спросила Валентина Дмитриевна.

– Да, конспект свой… на парте кажется был… – я запиналась, так как серые глаза продолжали разглядывать меня с интересом.

– Он у меня, я сразу заметила, ждала что вернёшься за ним. А ко мне вот мальчишки мои приехали, 4 года как выпустились. Все военные… как на подбор.

– Угу – я что-то невнятно мычу, Боже, да что со мной, я же всегда хладнокровна и максимально собрана – ну я пойду, благодарю – пытаюсь выдавить из себя улыбку.

И я пулей вылетаю из класса и несусь к лестнице. В пролёте между первым и вторым этажом меня за локоть останавливает он.

– Я не кусаюсь, Александра – говорит приятный низкий мужской голос.

– Я и не боюсь – он удерживает меня за локоть, и я чувствую, как мурашки распространяются по всей руке. Будто почувствовав это, он убирает руку и подняв обе в примирительном жесте говорит:

– Я Костя.

– Очень приятно – зачем-то ляпнула я, ведь мне вовсе и не приятно, мне максимально неловко и непонятно.

– Я давно не был в городе, может погуляем? – я колеблюсь – не бойся – добавляет он, видя мое замешательство.

– У меня планы, я уже обещала…

– Ну так время ещё есть, предупреди – властно говорит он.

И что-то в его взгляде и интонации заставило меня передумать и не в пользу моих друзей. Набираю быстро сообщение Лерке, что не смогу и забегу к ней вечером сама.

– Ну пойдём! – бодро отвечаю, хотя у самой все поджилки внутри трясутся, неужели это оно и я вот так с первого взгляда пропала???

Мы прогуляли весь вечер – обсуждали общих учителей, что нового в городе, он рассказал, как учился, почему решил поступать в военное. Я слушала его открыв рот. И немудрено – высокий широкоплечий брюнет, физическая подготовка в училище явно была на высоте, под белой футболкой бугрились мышцы, а в голове имелись мозги. Для меня это было важно, никакая идеальная красота и фигура не сделают тебя личностью в полном смысле этого слова. Но у него было не только красивое лицо – волевой подбородок, чувственные очерченные губы и глаза стального цвета, тогда они казались мне глубокими, нежными и заинтересованными, но еще и мысли, убеждения. Мне льстило его внимание. Я всегда держалась с парнями отстраненно, а тут он заметил меня, именно меня, был старше опытнее, интереснее сверстников и мое сердце таяло. Вечером он проводил меня до Леркиного дома, я посчитала, что так будет безопаснее и все равно ведь собиралась к ней. У подъезда меня ждал сюрприз – Лерка стояла в компании Ромы и Леши и заливисто хохотала. Увидев меня в компании Кости все сразу притихли.

– Тебя ждут? – тихо спросил Костя, не доходя подъезда.

– Наверное… – в этот момент он сокращает расстояние между нами, пальцами поднимает мой подбородок так, чтобы я посмотрела ему в глаза. В моей голове отбойным молотком стучит – только не поцелуй, только не при всех!

– Я напишу, может мы погуляем еще перед моим отьездом? – проводит пальцем по моему подбородку, разворачивается и уходит.

Я даже забыла, как дышать и ничего не ответила. На ватных ногах двигаюсь к своей троице.

– Влюбилась? – с ходу выпаливает подруга, чуть ли не хлопая в ладоши.

– Лер, мы гуляли всего пару часов!

– Но ты светишься! Никогда не видела тебя такой…

Я смущаюсь, мне правда неловко, хоть и дружим с ребятами мы давно, не хотелось обсуждать это при них.

– Да, Лер, прекрати – вступился за меня Рома, – из нас четверых одна Саша ни с кем ни встречалась.

– Ну спасибо… наверное… А где Марина? – обращаюсь я к Леше.

– Мы расстались.

– Давно?

– Пару недель назад.

Тут мой мозг просчитывает и сопоставляет даты и выдаёт первое, что приходит на ум.

– Это ведь не из-за… – я не успеваю договорить, но все и так поняли о каком случае идет речь. Эта вертихвостка во время кросса на физкультуре подставила мне подножку, и я свалилась и разодрала себе обе коленки. Было больно, очень.

– Нет, Саш, пошли провожу, уже поздно, – говорит Лёша и уводит меня.

Следующие две недели мы с Костей виделись почти каждый день. Я пропала, понимала, что пропала и ничего не могла поделать с этой тягой к молодому мужчине. Как-то ещё умудрялась сдавать экзамены. Вечером перед отъездом он проводил меня домой:

– Ты же понимаешь, что я сдерживаюсь из последних сил?

Он прислоняет меня к двери, одной рукой притягивая за талию к себе, второй поднимает за подбородок.

– Я уже большой мальчик, я хочу тебя малыш – мои глаза округляются, но я не в силах ничего ответить – но не хочу давить на тебя, – тихо добавляет Костя.

Я кладу руку ему на предплечье, давая тем самым зелёный свет. Его губы обрушиваются на мои и по всему телу будто пускают ток. Я отвечаю ему со всей пылкостью на какую способна. Он проводит языком от одного уголка губ к другому и резко проталкивает язык внутрь. Я шумно выдыхаю. Он кусает мою губу, тут же целует и посасывает. Я теряю счёт времени, когда мы наконец открываемся друг от друга, чтобы глотнуть воздух.

– Мне этого мало, малыш, но я буду ждать. До встречи на выпускном.

– До встречи!

Он спускается по ступенькам, а я сползаю вниз по двери приложив пальцы к припухшим губам.

К выпускному мы готовились с Леркой очень тщательно, да и как не готовиться? Вспомните себя в 17 лет! Выбирали платья, босоножки… делали друг дружке причёски, чтобы в день X выглядеть на все 100. Лера была похожа на принцессу в своём струящемся нежно голубом шифоном платье, рукава нежно спадали на предплечья, а ассиметричный низ открывал стройные ноги. Волосы мы решили оставить распущенными и они плавными волнами опускались ниже плеч. Настоящая Золушка. Мое платье было цвета раздроблённых изумрудов, абсолютно закрытое спереди, но с красивым вырезом в виде ромба на спине. Волосы Лера мне накрутила и убрала на один бок.

– Ты красавица, Саш – нежно сказала Лера, сделав последний штрих в моей прическе.

– Твоими стараниями, моя Фея. – я сжала пальцы подруги – спасибо.

– Брось, я лишь подчеркнула то, чем наградила тебя природа.

– Пора идти.

Все наши классы встречались возле школы. Молодые красивые, довольные и свободные, от учёбы. Во всей этой праздничной суматохе я не заметила, как подошли ребята. В костюмах и белых рубашках они сразу повзрослели на пару лет. Выглядели шикарно.

– Сашк, ты ли это! – восклицает Рома – вид шикарный! – он присвистывает, а мои щеки заливает краска, я не привыкла к такому вниманию. Сегодня я выглядела не так как всегда, в обычные дни я не изменяла джинсам с футболкой и удобным кедам.

– Спасибо, Ром – поворачиваюсь к Леше и замираю. Он смотрит на меня неотрывно, с восхищением, раньше я не видела этого в его глазах… или не хотела видеть?

– Ну как? – наконец выдавливаю я.

– Супер – словно очнувшись говорит Леша.

– Ну что, идем? Все уже заходят – зовет нас Рома.

И я целиком и полностью окунаюсь в этот вечер. Он закрутил, закружил в вихре невероятных эмоций. Словно ты стоишь на вершине горы, куда забирался всю свою сознательную жизнь, и наконец поставил флаг. Ура! Цель достигнута! И вдруг развернувшись видишь ступени дальше ввысь, туда тебе только предстоит подняться. Но я решительно отворачиваюсь… пока… об этом я буду думать завтра. Сейчас есть только весь наш класс, классный руководитель, Мария Григорьевна, которая то и дело смахивает набежавшие слезы платком, родители ребят, которые пришли на официальную часть……Родители, как же хотелось, чтобы они увидели, как я выросла, как хорошо учусь, что мной можно гордиться… Лера замечает мой отсутствующий взгляд во время родительского номера и легонько приобнимает за плечи. В этот момент ее мама со сцены с блестящими от слез глазами подмигивает нам обеим. Мы улыбаемся в ответ. И нотки грусти больше не возвращались в мою душу в этот неповторимый вечер. А дальше были конкурсы, поздравления от учителей, напутствия от директора и наконец танцы. Свет в актовом зале приглушили, и ребята закружились в танце.

Алексей

Как глупо вышло! Увидел ее в этом невероятном вечернем платье, цвет которого оттенил ее голубые глаза, от чего они стали еще выразительнее и ляпнул первое, что пришло в голову.

– Супер!

Да, Леха, единственная девчонка, которая последние два года всецело владеет моим вниманием, и я отвешиваю такой комплимент. Браво! Говорю сам себе. Рома знает, да и Лерка догадывается, но никогда никто не поднимал эту тему. И только Саша… виновница… ничего не замечала. Сначала я думал, что это просто реакция на похорошевшую и превратившуюся в девушку Сашку, но вокруг было много девчонок, а после года в качалке их внимание к моей скромной персоне стало еще больше. Мой молодой организм начинал реагировать на них должным образом, однако ни одна не вызывала вибраций в груди. И черт знает, что с этими вибрациями делать! Я продолжал быть ей другом, не показывал чувства, да и не хотел я потерять то, что так дорого – нашу дружбу. Нашу четверку связывает искренняя крепкая дружба, которую хотелось пронести и дальше, и я боялся ее потерять. Но сегодня, решил «был не была», через пару дней в армию, и я буду глупцом, если не попытаюсь. Не увижу ее целый год. Еще этот военный нарисовался, Саша другая после встреч с ним, но я не намерен сдаваться.

– Потанцуешь со старым другом?

– Конечно, Леш!

Я беру ее за руку и веду в центр зала, вижу, как за нами наблюдает Смирнова. Маринка хоть и легкомысленная, но не дура. Два и два сложила. И тот инцидент заиграл для нее новыми красками, я первый тогда бросился к Саше не помощь и на руках донес до школы. Но мне плевать! Сейчас важно только ощущение ее прохладных пальцев в моей руке. По залу разливаются мягкие звуки какой-то лиричной композиции, я опускаю руки на ее талию, а она кладет свои на мои плечи. Весь мир в этот момент сужается до границ нашего танца. Интересно самые яркие чувства те, что мы испытываем впервые?

– У меня проводы после завтра, придешь?

– Что за вопрос? – отзывается Саша, поднимая на меня глаза. – Все будут, ты один из всего класса решил отдать долг Родине.

– Я просто старше на год чем все остальные.

– И это версия для всех остальных – лукаво улыбается Сашка – я тебя знаю, ты все равно бы пошел.

– Да – я нежно провожу пальцами по оголенной спине в вырезе ее платья – А ждать будешь? – говорю это прямо над ее ухом. Чувствую, как она напрягается в моих руках.

– Леш… конечно буду, и писать буду, мы же друзья… – горячо заверяет она.

– А если не как друзья? – наконец выдаю свой главный вопрос.

Она замирает, мы останавливаемся. Смотрю в ее чистые голубые глаза, ожидая вердикта.

– Я не хочу потерять то, что у нас уже есть…

– Но ведь может быть больше – Она отводит глаза – Это из-за него? Из-за твоего военного?

Мы до сих пор стоим близко друг к другу, и я чувствую, как в ее маленькой сумочке вибрирует мобильный.

Александра

Вибрирует телефон и возвращает меня в актовый зал, начинаю слышать окружающую обстановку. Лешка стоит рядом и испытующе на меня смотрит, ждет ответа.

Но что? Что я могу ответить? Он же мой друг, одноклассник, всегда рядом и поможет… я и повода никогда не давала, не думала о нем в этом ключе. Нет, я видела, как он изменился, возмужал. Уже не был угловатым мальчишкой, он превратился в раскаченного симпатичного парня……и многие девчонки из параллели вздыхали, глядя на него. Но я воспринимала и его и Рому как друга. Между нами ничего не могло быть… или могло? Я все-таки выуживаю из сумки мобильный и читаю входящее сообщение. Это Костя. «Я жду тебя возле школы, малыш. Хочу поздравить тебя лично». Сердце пропускает удар.

– Сообщение от него?

– Да, но…… – я не успеваю договорить, да и что я могла ему сейчас объяснить? Что у меня коленки дрожат, когда Костя берет меня за руку, что в моей голове не остается ни одной мысли, когда он меня целует… нет… это было бы слишком жестоко. К нам подскакивает Лерка.

– Пойдемте! Почти светает! Будем отпускать воздушные шары!

Я продолжаю стоять как истукан.

– Ну вы чего? Случилось что-то? – кричит Лера.

– Где Рома? – спрашивает Леша.

– Уже внизу – отвечает Лера и тащит нас обоих к выходу.

На улице свежо и небо подернуто светлой поволокой. Светает. Я ежусь от утренней прохлады. Но именно это дает мне силы прийти в себя. Возле школы шумно и оживленно, у всех в руках шарики, играет негромко музыка, что-то печальное про школу. Марья Григорьевна напутствует нас в последний раз, рядом с ней стоят девчонки со слезами на глазах и нежно держат за руки.

– Ну, в добрый путь, светлячки – говорит она ласково, и мы все поднимаем к небу и отпускаем воздушные шары.

Я снова чувствую вибрацию телефона.

«Ты великолепна».

Я поднимаю глаза и вижу Его. Он стоит в далеке и смотрит на меня в упор. В руке замечаю белую розу на тонкой ножке. По спине предательски побежали мурашки.

– Саш, только не наделай глупостей – шепчет мне Лерка, вырывая меня из водоворота нахлынувших чувств – дети в восемнадцать тебе ни к чему.

– Думаешь? Зато молодая мама – загадочно говорю я. Но по изменившемуся лицу подруги понимаю, что шутки она не оценила. – Я пошутила, Лер, пошутила. У меня есть голова на плечах.

– Ну тогда беги, я прикрою! – подмигивает мне подруга.

Целую ее в щеку и собираюсь незаметно ретироваться, но натыкаюсь на Лешу. Он стоит, расставив ноги, руки в карманах, верхняя пуговица рубашки расстёгнута. Прослеживает мой взгляд и замечает в конце школьного двора «моего военного».

– Не надо, Леш, давай не будем портить такой замечательный вечер. Я обязательно приду тебя проводить – порывисто его обнимаю и не давая времени ответить ухожу.

Я почти подхожу к нему, когда Костя начинает идти мне на встречу. Невероятно красивый и мужественный, в синих джинсах и рубашке с коротким рукавом в тон. Притягивает меня к себе нежно целует в губы, потом в висок.

– Привет.

– Привет, поздравляю со вступлением во взрослую жизнь, малыш.

– Спасибо – говорю я и растворяюсь в его крепких объятиях. Он долго смотрит на меня своими пронзительными серыми глазами.

– Замерзла? – спрашивает он, ощущая, как я дрожу.

– Немного… – я сама не знаю от чего дрожу, то ли от прохладного утра, то ли от невыносимо красивого мужчины рядом, то ли от осознания того, что может произойти.

– Я провожу и это кстати тебе – говорит он, протягивая мне идеальный цветок.

Я прикрываю глаза, вдыхая тонкий аромат нежной розы. Мы обнявшись идем ко мне домой. Очутившись дома, сразу скидываю босоножки.

– Ты такая маленькая без этих каблуков… – я с улыбкой пожимаю плечами – и очень сексуальная – добавляет Костя.

Я нервно сглатываю, но продолжаю смотреть на него.

– Кофе? – предлагаю я первое, что приходит в голову.

Он отрицательно мотает головой.

– Потом – и в туже секунду оказывается рядом со мной, впечатывая меня в стену и накрывая мои губы своими. Он обхватывает мое лицо руками и углубляет поцелуй. Его руки спускаются вниз, очерчивая контуры ромба на спине, кожа под его пальцами начинает гореть. Он прижимает меня к себе, и я чувствую внушительный бугор у него в джинсах. Дыхание перехватывает и он, чувствуя мое замешательство останавливается.

– Я догадывался – тихо говорит он – не бойся.

Он покрывает легкими поцелуями мои веки, щеки, едва касается губ. В этот момент я открываю глаза и тону в его потемневших от возбуждения серых океанах. Я сдаюсь. Он так нежен, ласков и осторожен, что все мои страхи уходят на задний план. Я сама хочу этого не меньше.

– Малыш – шепчет он и жадно целует, проникая в мой рот языком. Он подхватывает меня на руки и несет в комнату. Плавно опускает меня на кровать, а сам остается стоять возле. На улице еще не совсем рассвело, за счет чего в комнате создается эффект полумрака, дверь балкона приоткрыта и свежий воздух гуляет по комнате. Он медленно расстёгивает пуговицы на рубашке, вытаскивая полы из-за пояса джинс, затем скидывает ее не пол. Берется за массивную пряжку ремня, расстёгивает пуговицу, тянет вниз бегунок ширинки. Я смотрю за его действиями как завороженная, не моргаю и кажется даже перестала дышать. Вижу, как джинсы оказываются на полу. Он остается в одних боксерах, давая мне время привыкнуть к его наготе. Он очень очень хорош собой. Узкие бедра, идеальный пресс, прокаченные руки и ноги. Просто образец для подражания и обажания. Он склоняется надо мной, опираясь на вытянутые руки, снова целует и медленно тянет застежку на платье. Внизу у меня все тянет и горит. Я инстинктивно свожу бедра вместе.

– Расслабься – шепчет он мне на ухо, прикусывая мочку.

Я стону, а он стягивает платье вниз, и остаюсь в одном нижнем белье. Он покрывает поцелуями мою шею и ключицы, медленно спускаясь к груди. Слегка приподнимает меня к себе, одним махом освобождая от бюстгальтера. Соски мгновенно твердеют, что не укрывается от его хищного взгляда. Он берет один в рот и начинает круговые движения языком. Все его действия отдаются сладко-ноющей болью внизу живота. Мы сливаемся в мучительно сладком поцелуе, он исследует каждый миллиметр моего рта и кажется вот вот выпьет всю без остатка. Рукой отодвигает полоску трусиков и его пальцы утопают в тягучей влаге моего возбуждения.

– Твое тело реагирует на меня как нужно, малыш, ты моя.

– Твоя – шепчу я в ответ – и в этом момент он вводит меня палец, большим нажимая на чувствительный бугорок сверху. Затем вводит медленно второй, растягивая и подготавливая. Я закрываю глаза полностью отдаваясь новым ощущениям. Он действует медленно, от его плавных движений внутри меня стенки лона начинает вибрировать, от этих новых ощущений голова идет кругом. Его пальцы снова и снова скользят внутрь, а взор хищных глаз считывает каждую эмоцию на моем лице – не спрятаться, не скрыться. Костя стягивает мои трусики и последняя преграда оказываются в кучке вещей у кровати, я слышу звук рвущейся фольги. Открываю глаза и вижу, как он раскатывает латекс по внушительному достоинству, еле сдерживая себя. Порывисто целует меня в губы и резко толкается внутрь, не разрывая зрительного контакта. Я замираю на несколько секунд, когда он продолжает медленно двигаться во мне, давая время привыкнуть. И через пару мгновений на смену яркой вспышки боли приходит наслаждение. Оно формируется подобно торнадо, закручиваясь с немыслимой скоростью и доводя до безумия. Я стону и впиваюсь ногтями в его бицепс, царапаю спину. Он движется плавно неспешно. Доводя до исступления. Я вся во власти новых ощущений. В его власти. Еще пара мощных толчков и мое тело не выдерживает, я сжимаюсь вокруг него и спустя пару мгновений он догоняет меня, утыкаясь носом мне в шею.

Константин

Ее запах сводит с ума. Не знаю, как продержался так долго и не сорвал с нее одежду, как только мы оказались в ее квартире. Я знал, что она живет одна, учительница наша рассказала. Но я не торопил и не давил, ждал, когда довериться мне сама и не будет чувствовать угрозы. Тогда в мае я приехал в увольнительную, чтобы отдохнуть и развлечься, как делал это уже не один раз с друзьями. Но тут все пошло не по плану. Совсем не по плану. Эта юная девчонка завладела всеми моими мыслями, обвила словно плющ, ни о чем другом думать не мог. Решил, что лучше вкусить запретный плод, насытиться, чтобы прочистился мозг и яйца, но сейчас, лежа на кровати и держа её в своих объятиях понимаю, что я влип… серьезно влип.

– Саш… это лучший секс в моей жизни – ляпаю я, понимая, что это не совсем то, что хочет услышать недавняя девственница.

– Мне кажется ты меня переоцениваешь, но я склонна согласиться, так как сравнить мне не с чем… – ехидно добавляет она.

– И что это значит? – во мне начинает говорить эгоист, очень злой эгоист. Я распечатал эту красавицу, о каких сравнениях она вообще может сейчас думать?

– Ну а какого ответа ты ждал после такого комплимента? – дерзко отвечает она.

– Чертовка! – я расслабленно смеюсь и тяну ее на себя. Она оказывается сверху, и я чувствую, что боец готов ко второму раунду.

– Это то, о чем я думаю? – спрашивает она, заливаясь румянцем. И это до невозможности мило. Такая юная и невинная, и вся моя.

– Ты очень проницательна – я коварно улыбаюсь и кусаю ее нижнюю губу – но нам нужна новая защита – я быстро стягиваю презерватив и натягиваю новый со сноровкой пожарника, который торопится на выезд – Так ты будешь чувствовать меня острее – говорю я, усаживая ее сверху.

Саша само совершенство – стройная, спортивная. Ее темные кудри рассыпались по груди и раскачиваются в такт нашего безумного соития. На щеках румянец, дыхание сбивчивое. Я сажусь ближе к ней и удерживаю за шею. Чувствую как острые вершинки сосков касаются моей груди. Опускаю голову вниз и захватываю один. Она выгибается, откидывая голову назад, давая мне лучший обзор. Оставляю дорожку поцелуев между грудей, поднимаюсь к ключицам и целую в губы. Её запах дурманит, сводит с ума, не могу сдержаться. Как юнец переживаю не спустить раньше времени. Меняю угол, чтобы доставить ей удовольствие и чувствую, как она впивается мне в предплечья, сжимая своими мышцами моего бойца, содрогаясь в мощном оргазме. Пара толчков и следую за ней. Все тело прошибает горячими импульсами, в глазах темнеет. Никогда не испытывал ничего подобного от близости с девушкой. Я не святоша, девушек было не мало и гораздо более опытных, и искушенных, но ни с одной я не испытывал такого экстаза. Саша уставшая и разомлевшая, обнимает меня и целует в шею. Укладываю ее рядом, а сам быстро иду в ванную. Вернувшись застаю спящую красавицу. Ложусь рядом, притягивая податливое теплое тело к себе, зарываюсь в ее волосы и сам проваливаюсь в сон.

Александра

Следующие сутки мы не вылезали из постели. Перемещались только по квартире, мне кажется не осталось ни одной поверхности на которой Костя не овладел мной. Лишь к вечеру мы вышли на небольшую прогулку. Он открывал для меня мир новых чувственных наслаждений и я полностью отдавалась его умелым рукам, губам, пальцам… Он был первый, но мне не было неловко или стыдно… когда мужчина ТАК смотрит на свою женщину, все сомнения стираются. И остается только он, я, страсть, похоть, наваждение, удовольствие, нежность, любовь. Я совершенно точно в него влюбилась. Без оглядки, до дрожи в коленях.

– Я должен переживать по этому поводу?

– Кость – он мой друг, я не увижу его полтора года. Он всегда был рядом, когда было нужно. Я не могу его подвести.

– Друг… не встречал такого раньше – я лежу у него подмышкой и он нежно скользит ладонью по моей спине.

– Ты о чем? – удивляюсь я, приподнимаясь и утыкаюсь ему подбородком в грудь.

– Я о дружбе между парнем и девушкой. Всегда есть тот, кто вкладывает в это гораздо больше – я замираю на пару секунд, вспоминая наш странный разговор с Лешей на выпускном.

– Ну значит мы первые – твердо отвечаю я и решаю ни о чем ему не говорить, да по большому счету правда не о чем. – Мы дружим с седьмого класса, еще Лерка и Рома. Так что беспокоиться тут совершенно не стоит.

Он улыбается и подминает меня под себя.

– Вот и хорошо, потому что ты моя и у меня на тебя очень большие планы – загадочно произносит он хриплым от возбуждения голосом, вызывая волну возбуждающих мурашек от макушки до пяток.

Я удивленно вскидываю бровь, но он не удостаивает меня ответом. Страстно впивается в мои губы, кусает, толкает кончик языка в небо и я стону ему в приоткрытый рот. Опускает руку ниже, проводя пальцами по припухшим складкам.

– Готова… малыш… – тихо говорит он и без дальнейших прелюдий скользит внутрь. До упора. Это феерия. Он движется нарочито медленно. Я обхватываю его ногами и скрещиваю их за его спиной, показывая, что мне нужен другой темп.

– Не так быстро, малыш – он фиксирует мои руки над головой, а ноги возвращает ниже. И продолжает эту сладкую пытку. Медленно скользит в меня и практически выходит. Я стону и кусаю губы. Чувствую, как внизу живота начинает закручиваться маленькое торнадо. Он целует меня в шею, прикусывает мочку уха постепенно увеличивает темп. Это так чувственно и сладко, что уже через пару минут мое тело пронзает судорога оргазма и в этот же момент он резко выходит, изливаясь мне на живот.

– Издеваешься? – произношу я, когда реальность возвращается на круги своя.

Константин

– Прости… не сдержался, рядом с тобой весь мой контроль вылетает в трубу – я виноват, эта юная ведьма промыла мне мозг.

– Я не готова к таким последствиям, мне всего 18 – в ее глазах неподдельный ужас. И правда, о чем я думал, становиться отцом вообще не входит в мои планы.

– А мне 22 – я пытаюсь перевести разговор в более мирное русло.

– Мне нужно в душ и пора собираться – она закутывается в простыню и спрыгивает с кровати.

– Я отвезу – предлагаю я. Саша оборачивается и у меня дух захватывает. С взъерошенными волосами, рассыпавшимися по плечам, припухшими от моих поцелуев губами в этой простыне, словно в римской тоге она похожа на юную соблазнительницу. Греческую богиню. Стряхиваю с себя наваждение, мотнув головой, когда она отрицательно качает головой. – Нет?

– Мы на такси с Лерой, ехать за город, мы давно договорились.

Не хочу ее отпускать. Но понимаю, что не в праве требовать от нее отказаться от друзей. Она заверила, что они просто друзья. Дорогого стоят такие друзья. Я и сам не потерпел бы подобных ультиматумов в свою сторону. Всегда помогу, чем смогу. Решаю не накалять и быстро навожу порядок в комнате, пока Саша плескается в душе. Одеваюсь и иду на кухню. Жду ее с двумя чашками дымящегося кофе и шоколадкой.

Она выходит через 5 минут с мокрыми волосами и в одном полотенце. Обвожу горящим взглядом с головы до ног эту сексуальную нимфу. В ней удивительным образом сочетаются и разврат, и невинность. Протягиваю чашку ей в руки.

– Мы увидимся до моего отъезда? – спрашиваю я, делая глоток кофе, терпкий вкус которого, раздражает рецепторы, пробуждая и заводя нервную систему еще больше.

– Конечно – наши пальцы соприкасаются и от кончиков пальцев по телу распространяется ток. Штаны моментально начинают бугрится. – Мы не успеем, мне выходить через 20 минут… – пытается сопротивляться Саша, но я уже не слушаю, тяну узел полотенца и обхватываю упругую грудь своей грубоватой ладонью.

Александра

Мы успели……наш секс-марафон получил фееричный финал. Подбежала к Лериному дому как раз, когда подъехало такси.

– Привет, подружка – говорит Лера и загадочно улыбается – было? – с ходу спрашивает в лоб.

– Было……и не раз… – я опускаю глаза, щеки становятся пунцовыми, ну что за реакция?

– … – Лера присвистывает – я жду подробностей, но этот разговор не для чужих ушей. Лера кивает в сторону водителя.

До дачи Лешиных родителей добрались достаточно быстро, мы бывали здесь ни один раз – чудесное место, вдали от города. Вкусный воздух, пропитанный ароматами цветущих растений, зелени и земли напитанной июньским солнцем. Минутах в 15 ходьбы была речка, где мы любили купаться, брызгаясь и дурачась до поросячьего визга и синих губ. Народу на даче уже было немало. Парни занимались мангалом, девчонки хлопотали возле столов в открытой деревянной беседке. Родители Леши любезно предоставили дачу в его полное распоряжение, все-таки такой повод. На участке было много деревьев – яблони, груши, слива, в их тени стояли лежаки и было приятно отдохнуть от жары. Мы прошли по тропинке вдоль яблонь и направились к дому. Леша как раз вышел на крыльцо, держа в руках огромный тазик с шашлыком.

– Привет! – бодро поздоровалась Лера, чмокнув его в щеку – даже не верится, что совсем скоро наша четверка расстанется.

– Полтора года не такой большой срок – заверяет ее Алексей и переводит взгляд на меня.

– Привет, чем помочь? – решаю не заострять и дальше внимание на поводе, по которому мы все здесь собрались.

– Пойдемте к беседке, сейчас будет первая партия шашлыков и пойдем купаться, отдыхайте!

Я чувствовала, что это особенное лето. Уже не будет так как прежде. Я стояла на пороге новой жизни, с любопытством заглядывая в приоткрытую дверь.

День шикарный получился, хоть и был пропитан толикой грусти от предстоящего расставания. Все много шутили, смеялись, вспоминали учебу, говорили о будущем, кто куда собирается поступать или не поступать во все, а оттянуться в самое ближайшее время. Клятвенно обещали писать Лешке, да и в целом не терять связь друг с другом. Наверное, новоиспеченные выпускники все такие, со светлой верой в душе, что будут дружить и общаться и дальше. Я чувствовала напряжение, исходившее от друга и старалась не оставаться с Лешей наедине. Каждый раз, ловила на себе его взгляд и сразу отводила глаза. Не хотела увидеть там то, к чему была не готова.

Солнце близилось к закату, но было все также жарко. Тяжелый влажный воздух будто оседал на кожу, делая ее липкой и влажной. Решили еще раз искупаться и постепенно разъезжаться. К вечеру уже все разделились на небольшие группы и кучковались кто-где. Наша четверка и еще пара ребят отправились на речку. Было тихо, ни ветринки, вода теплая, в ней словно в зеркале отражалось закатное небо. Быстро скинула короткие джинсовые шорты и футболку, которая была завязана узлом на талии. Рома уже тащил визжащую Леру в воду. Мои ноги утопали в прохладном песке, и я зажмурилась от лучей заходящего солнца – непередаваемое удовольствие, слияние с природой. Чувствую, как сильные руки обхватывают за талию и закидывают меня на плечо. Открываю глаза, уже зная кто меня бесцеремонно несет к воде. Немыслимо! И когда он так раскачался?

– Лееееееш! Отпусти! – воплю я.

– Как скажешь – он смеется и закидывает меня на глубину.

Выныриваю, закидывая мокрые волосы назад и смотрю в синие синие глаза.

– …и раз… два… три! – Кричат парни и подбрасывают Леру.

Момент упущен, и я облегченно выдыхаю. Мы купались и бесились почти час. Уже стемнело, когда мы направились обратно к даче. Не заметила, как мы оказались в хвосте вдвоем.

– Саш…

– Ммм? – решаю не смотреть ему в глаза и продолжаю медленно идти рядом.

– Не натвори глупостей за этот год – говорит он серьезно.

– Ты о чем? – спрашиваю с улыбкой.

– Ты знаешь о чем – но он не разделяет моего веселья.

– Залет и дети? Ты об этом? Леш, я большая девочка, давно живу одна. Мне поступать скоро, рассчитывать могу только на себя. – В голове всплывает фраза «у меня на тебя большие планы» и ловлю себя на мысли, что я совсем не прочь быть в центре этих больших планов. Костя будто отогрел меня, и я не хочу опять на мороз. Хочу любви, когда еще терять голову, если не сейчас? Я другая с ним, более открытая, раскрепощенная, будто проснулась от долгого сна, словно подснежник, пробившийся сквозь толщу снега и потянувший свои упругие тонкие стебли к солнцу…

– Не только – глубокий голос вырывает меня из потока мыслей, который словно рой назойливых пчел кружит в моей голове. – Ты можешь рассчитывать на меня, чтобы не случилось.

Май 2008

Алексей

– Невзоров! Письмо тебе!

– Давай – выхватываю конверт и отправляюсь в казарму. Торопливо вскрываю прямоугольный клочок бумаги и теряю дар речи. Пару минут сижу неподвижно, пытаясь прийти в себя. Осознать. Сжимаю в руках фотографию. Смотрю на свои окровавленные костяшки. Не сдержался. Даже не помню, как подскочил и ударил кулаком в стену, затем еще и еще, и еще. Чтобы заглушить боль эмоциональную, я делаю себе больно физически. Не прошло и года. Опоздал. Я опоздал. В груди встал огромный огненный ком, не могу нормально вздохнуть. Легкое покалывание чувствую на кончиках пальцев. Сижу в казарме, один, еще раз смотрю на фото. Он. Её военный, высокий брюнет. Широкие плечи, качок. Лейтенант. Чувствую, как желваки начинают ходить ходуном, а кадык болезненно дергается от злости. Держит под локоть её. Сашку, мою Сашку……могла бы быть моей. На ней простое белое платье, волосы кудрями спадают на плечи, по бокам гребни с белыми цветами. В руках небольшой свадебный букет.

Бл… во!

Все эти месяцы я жил её письмами. Нет, там не было громких признаний и обещаний любви до гроба. Мы общались как раньше. Обо всем и ни о чем, у нас не было запретных тем. Могли обсуждать что угодно. Она писала, как тяжело дались вступительные на бюджет. Как складывались отношения в группе. Как скучала по Лерке. Взбалмошной и веселой Леры не хватало всем. Разве что не Роме. Они вместе укатили в Москву. Учились в разных вузах, но виделись часто. Табу была только одна тема. Он. В самых первых письмах Саша писала, как счастлива с ним, как скучает, но я не смог читать. В ответном попросил не рассказывать о нем. С того разговора на выпускном мы больше не поднимали тему наших не случившихся отношений. Но читать тирады Ему я был не намерен.

Месяц до дембеля и вся моя сдержанность летит к чертям. Решаю, что устрою себе месяц отдыха и возьмусь за дело. Мне нужен чёткий план, никаких эмоций. Родители подсуетились и меня ждало место в универе в столице. Заочное, но я мог работать. Мне было не важно где, водителем, в автосервисе – сидеть на шее у родителей не собирался. Да и с жильем проблем не было. Рома жил на съёмной квартире и ждал меня в качестве соседа. Нет не нахлебника, буду впахивать, браться за все, что будет у меня на пути. Лишь бы забыть, лишь бы не видеть ее лицо, не чувствовать этих долбанных вибраций в груди. Что там говорят о первой любви? Яркая и быстро угасает? Во мне она горела, как огромный факел. Вспыхнула как спичка, но никак не выгорала. Но я найду способ его потушить. В столице миллион красавиц, и одна из них точно затмит девчонку из Тамбова.

Декабрь 2009

Александра

Первый раз это случилось под Новый год. Я почти заканчивала наряжать елку в нашей служебной квартире, как услышала резкий хлопок дверью, ругательства и быстрые шаги. В полном замешательстве несусь в коридор и слышу, как в ванне полным напором шумит вода. Костя стоит ко мне спиной и рьяно смывает кровь со сбитых костяшек. Но кровь не только на руках, светло-голубой джемпер весь в багровых брызгах.

– Кость… что… – я пытаюсь дотронуться до его плеча, но он дергается как от удара плети. Поворачивается ко мне, и я вижу нечеловеческую ярость в его потемневших стальных глазах.

– Не трогай! – кричит он. Я стою парализованная этой вспышкой агрессии. Никогда ничего подобного не замечала за своим мужем.

– Тебя ранили? Что случилось? Нужно обработать раны… – лепечу первое, что приходит в голову.

– Ранили? – он заходится истеричным зловещим хохотом, от которого по моей спине начинают ползти мурашки. – Не меня, глупая!

– Ты??Это кровь не твоя – говорю я утвердительно – тогда чья? Что ты натворил?! Что ты наделал? Кого избил? За что? – кричу я.

Звонкая пощечина прилетает мне и так как стояла я в дверном проходе от его удара меня качает, и я ударяюсь о косяк. В голове звенит. Щека горит, а в уголке губ чувствую солоноватый привкус крови. Я в шоке. В шоке. Нет. Это все не настоящее. Это происходит не со мной. Он не мог. Подношу руку к горящей щеке и поднимаю на него взгляд. Я ждала раскаяния, сожаления… но уж точно не этого.

– Это, чтобы ты пришла в себя – уже спокойным тоном говорит мой муж. Муж, который все эти два года был чутким и нежным. В голове не укладывается.

Он протягивает ко мне руку, но я шарахаюсь как от огня. Разворачиваюсь и иду в коридор.

– Пойду пройдусь – говорю я на ходу, накидывая пуховик и шапку. Быстро надеваю ботинки, беру сумку и выхожу.

– …будет на пользу – слышу я вслед.

Вылетаю из подъезда и глотаю морозный воздух, пытаясь прийти в себя. Глубоко дышу. Ноги сами несут меня в ближайший сквер, подальше от дома. Подальше от НЕГО. Я теперь уже не знаю, кто он. Но это точно не мой муж. Или я была настолько слепа, что не замечала этих черт его характера. Не обращала внимания на недолгие, но отлучки по службе. На звонки, отвечал на которые он, выходя из комнаты. Он говорил, что не хочет меня нагружать. Я верила, у меня не было поводов для сомнений. Я была ослеплена нашей любовью, страстью, нашей новой жизнью. Как, как я могла не заметить?

Иду по скверу и замечаю молодую семью с ребенком, малышка ловит ртом снежинки и заливисто хохочет. Ее догоняет отец и подбрасывает в воздух. Опускает девчушку вниз, и мама целует ее в красный от мороза нос. Идиллия. Так я видела и нашу семью в будущем. Такой была моя семья… Сама не знаю как оказываюсь возле вокзала. Идея приходит молниеносно, бегу к кассам и спрашиваю, когда ближайший поезд до Москвы. В это время слышу трель своего мобильного, но сбрасываю звонок. Не сейчас. Я не готова. Не могу и не хочу.

– Отправление через 15 минут – отвечает мне кассир.

– Можно мне билет! – прошу я.

Судьба была ко мне благосклонна, я как раз успела зайти в вагон и сесть на свое место как двери закрылись и поезд тронулся. 4 часа, каких-то 4 часа и в я в Москве. А там Лерка.

Смотрю в окно на удаляющиеся виды Ярославля. Еще совсем недавно и подумать не могла, что меня занесет в этот город. Но если бы Костю перевели в Норильск я бы и туда поехала. Главное рядом, главное вместе. Я едва отучилась полгода и закрыла новогоднюю сессию, как узнала, что Костю переводят. Тамбовское военное училище расформировывали и Костю переводили в Ярославль. Отношения на расстоянии возможны ли? Нам предстояло проверить это на себе. И он приезжал так часто, как только мог. Разлука обостряла чувства, накаляла эмоции. Наши встречи были подобны фейерверку – яркие, ослепительные, эффектные, но короткие. Мы не могли друг другом надышаться. Все ночи, доводя друг друга до изнеможения. Я не знала сколько это будет длиться, Костя молчал, а я не задавала вопросов. В таком бешеном ритме прошли следующие полгода, я училась, подрабатывала и считала дни до следующей встречи. Он приехал в мае на несколько дней. Встреча, бурный секс и только к вечеру, не отлепляясь друг от друга выползли на набережную. Мы сидели обнявшись, глядя на закатное солнце, когда вдруг он притянул меня к себе и тихо сказал в макушку:

– Я так больше не могу.

Внутри у меня все похолодело. Неужели это все? Первая любовь словно яркая вспышка кометы – красивая, но скоротечная. Чувствую, как его хватка ослабевает, и он встает. Не могу смотреть как он уходит. Просто опускаю голову на колени и прячу лицо в ладонях.

– Эй, малыш, ты чего? Посмотри на меня – его голос ласковый мягкий, совсем не такой как я ожидала, мысленно я уже с ним прощалась, но он осторожно тянет мою руку. Я открываю глаза и замираю. Костя сидит передо мной на корточках и держит в руках скромное золотое кольцо с небольшим камушком.

– Я хочу, чтобы ты всегда и везде была рядом со мной. Я хочу, чтобы ты стала моей. Ты согласна?

– …но я уже твоя – еле слышно шепчу, из легких будто выкачали весь воздух и я с трудом могу дышать.

– Это да? – уточняет Костя.

– … – я киваю и он надевает мне кольцо на палец.

Это был самый счастливый момент в моей жизни.

Монотонный голос диктора вырывает меня из потока воспоминаний. Смотрю в окно. Снег, Москва. К Лерке я добралась уже к вечеру. Звонить не стала, поэтому нажимая на кнопку звонка, держу скрещенные пальцы за спиной. Тихо. Но уже через минуту слышу шаги.

– Саша?!Это ты? Ну что за снеговик? Почему не позвонила? – тараторит подруга, втягивая меня в квартиру.

– Там такая метель, вот меня и замело – говорю я, стряхивая снег с волос и пуховика. – Да и спонтанно вышло…

– Саш, ехать не 20 минут, могла написать, я бы приготовила что-то. А так весь день отсыпаюсь… вчера отлично потусили… были… – голос Леры мгновенно сник, когда она получше разглядела меня – Что это?..

– … – я даже выговорить это не могу, словно, если произнесу вслух это обретет реальные очертания. Это будет знать кто-то еще. Это перестанет быть моим ведением и станет жестокой реальностью.

Лера скрывается в комнате, я жду ее в кухне, устало прикрыв глаза. Стыдно. Чувствую, как защипало скулу, там, где осталась ссадина. Открываю глаза и смотрю в участливый и обеспокоенный взгляд подруги. Она аккуратно обрабатывает видимые повреждения. Жаль нельзя того же сделать с моей душой. Закончив Лера разливает по кружкам кофе, достает сыр, печенье и садится напротив меня. Не торопит, не расспрашивает, просто ждет… и через несколько долгих минут меня накрывает. Весь пережитый стресс дает о себе знать и немного заикаясь я выдаю ей всю историю.

– Снимать побои ты не будешь – скорее утверждает Лера, нежели спрашивает. Я отрицательно мотаю головой.

– Я его не оправдываю, но разом перечеркнуть все, что у нас было, не разобравшись тоже не могу. То, что я увидела в его глазах что-то убило во мне. Как мне снова заставить себя чувствовать рядом с ним в безопасности? – вопрос был скорее риторическим, но Лера ответила.

– А никак, Саш. Как раньше уже не будет. Ты знаешь, ты мне как сестра. Но Костя твой мне никогда не нравился. Эгоист, собственник. Вечно смотрел на тебя хищным взглядом, будто его добычу сейчас вырвут из стальных объятий. А он как затаившийся гепард готов был броситься в глотку противнику. Утащил тебя за собой в этот Ярославль. Мы так редко стали видеться, хотя живем сейчас ближе.

– Хищным? – переспрашиваю я, открыв рот. Я замечала, что Лера держится сдержанно и холодно в его компании. Но чтобы такую правду от нее услышать.

– Да все это видели. Только не услышала бы ты нас, если бы мы хоть сразу все об этом заговорили. Ладно. Ты надолго? Костя в курсе где ты?

– Нет – еле слышно отвечаю я.

– Понятно. Пошли спать, завтра выходной. Погуляем, покажу тебе новогоднюю столицу!

Остаток недели я провела у Леры. Первые день Костя обрывал телефон. Но вернуться я была не готова. Я ожидала худшего, но после моего сообщения «Дай мне время», телефонные атаки прекратились. На работе я отпросилась по болезни. С Лерой было хорошо, спокойно. Случившееся мы больше не обсуждали. Ссадины почти зажили и легко маскировались тональником. В субботу мы собирались встретиться с Ромой.

Алексей

– Виктор Алексеевич, буду здесь недалеко. Тут парковка за углом.

– Да, Леш, надеюсь все пройдет максимально быстро и продуктивно, умотался я – отвечает мне мой работодатель и скрывается за вращающимися дверьми бизнес центра.

Я отъезжаю на парковку, выхожу из черного тонированного внедорожника и закуриваю. Прикрываю глаза и делаю еще одну затяжку. На лицо падают мокрые снежинки. Пара минут спокойствия и тишины. Кажется, я тоже умотался. Работа, учеба… учеба работа… и так по кругу.

Первый месяц в столице было тяжко, перебивался подработками. Потом решил пригнать батину 10-ку и таксовать. Так и встретил Виктора Алексеевича, выходца из криминальных 90-х. Потеряв семью он решил обелиться и стать бизнесменом с кристальной деловой репутацией. И у него неплохо получалось. В тот день я остановился у киоска купить пачку сигарет и увидел мужчину средних лет в черном пальто и деловом костюме, который ходил в зад вперед и причитал на своего водителя.

– Сережа, ну как так можно? Тебе за что деньги платят?

– Ну Виктор… – мямлил водитель возле дымящегося капота.

– Ты в сервисе был? Ты машину проверил? Ты мне все сроки сорвал!

Думал я тогда недолго и целей, далеко идущих не преследовал.

– Вас подвезти? – уверенно спрашиваю я так, чтобы двое меня услышали.

Виктор Алексеевич смерил меня оценивающим взглядом, потом мою потертую десятку, потом перевел взгляд на свои золотые часы.

– Поехали.

Я неплохо ориентировался на дорогах столицы, это сыграло на руку. На место прибыли с небольшим опозданием. Мой пассажир быстро вышел, отблагодарив неплохой суммой. Я уже собирался ехать дальше, как обнаружил книгу, что осталась лежать на заднем сидении. Взял в руки, как раз мне по теме в универе, решил полистать пока дожидаюсь владельца, делать все равно было нечего. Так за книгой я не заметил, как прошло добрых три часа, на улице уже давно стемнело и я решил выйти покурить. Как раз в этот момент из дверей бизнес центра показался мой пассажир.

– Не уехал, хвалю. А мой осталоб где? Ну поехал же за другой машиной… – мужчина со вздохом взглянул на часы, прикидывая сколько времени было у нерадивого водителя, чтобы забрать его вовремя. Я лишь ухмыльнулся и протянул ему книгу.

– Вы обронили, занятное чтиво.

– Читал? – с удивлением спросил Виктор, так кажется называл его водитель, я киваю – Удивлен! Сейчас молодежи ничего не надо, не хотят развиваться. А ты откуда, как зовут?

– Алексей, я из Тамбова, учусь здесь в универе, ну и… – показал на машину – таксую пока не нашел другую работу.

– А ко мне пойдешь? – совершенно неожиданно для меня прозвучал вопрос. В этот момент со свистом подъехал черный мерседес. – Ну, решай!

– Да – со спокойной уверенностью согласился я.

– Жду в понедельник в офисе – сказал и протянул мне визитку с адресом и телефоном. – Виктор Алексеевич я – и протянул мне руку.

– До понедельника – кивнул и пожал руку в ответ.

Так и началось наше сотрудничество. Виктор Алексеевич мужик образованный и с понятиями, с близкими мне принципами. Мы как-то сразу сошлись, пока в дороге темы интересные поднимал, свою точку зрения высказывал, но и мою спрашивал, слушал. Относился не как к водителю, а скорее как к сыну, которого он потерял. Я не лез что к чему, чего бередить рану. Спустя полгода моей работы, Виктор Алексеевич предложил переехать в дом для обслуживающего персонала. Так я съехал от Ромки и теперь не тратил время, чтобы добраться до особняка на Рублевке. В этот год решил закрыть сразу два курса, поэтому мозг работал на пределе возможностей. Виктор Алексеевич все также оставлял книги в машине, как бы невзначай. Я заглатывал их как кит планктон с тоннами воды. Впитывал новую информацию как губка. Финансы, фондовый рынок, построение продаж, инвестиции. Ни на что другое времени просто не оставалось, а мне и не нужно было. Физиологические потребности закрывали одноразовые связи, никаких серьезных отношений, никакой близости. А ведь не так давно я хотел этой самой близости, хотел только с одной. Только с ней, вместе и навсегда. Кажется, наивно и глупо такие мысли для парня в 18 лет. Вот и судьбе, видимо, также показалось. Цепочка событий сложилась так и не иначе, на корню зарубив то, что даже не успело начаться. После того письма я выжег ее образ из своей памяти, образ юной и счастливой в объятиях другого. Мы все также переписывались с Лерой, но она ничего не рассказывала. А я и знать не хотел. Моя цель идти вперед. Учеба, карьера. Подняться, взлететь. Стать успешным, стать лучшим.

Из водоворота мыслей меня выдернул телефонный звонок.

– Здорово, брат – тепло ответил я, увидев, что звонит Рома.

– Здорово! Тебя не застать!

– Знаю, знаю… времени совсем не было.

– Как на счет встретиться завтра? Парк Горького, девчонки, погуляем? – предложил друг.

– Я за. Завтра буду свободен. Во сколько?

– Подъезжай часам к трем.

– Добро, до завтра – сказал я и отключился.

Через 30 минут вернулся мой босс и остаток дня прошел в обычном режиме.

Суббота. Пожалуй, первая суббота, когда я позволил себе расслабиться и проваляться в постели до десяти. После зал, которым разрешено было пользоваться в любое время и завтрак, любезно приготовленный местным поваром Тамарой Владимировной. Никаких поездок на сегодня запланировано не было, поэтому я решил выехать раньше и заехать за Ромкой.

Мы подъехали ко входу в парк в начале четвертого.

– Пойдем! Лерка написала, они уже тут – торопил Рома.

– Лера?

– А что тебя удивляет?

– Ты вроде говорил, девочки, погуляем – с ухмылкой начал я.

– Ну а что Лера не девочка?

– Девушка, отчего же. Лера друг. Но я не против такой компании, сто лет не виделись. Надеюсь у нее симпатичная подруга…

Но Калачев не успел ответить. Одна из девушек обернулась, и я был сражен наповал синими океанами.

Александра

– Сашка! – воскликнул Рома и подхватил меня обнимая.

– И я рада тебя видеть – я обняла друга в ответ. Краем глаза видела, что в этот момент Лера обняла Лешу, а он поцеловал ее в щеку. Тепло, по-дружески.

– Как дела? Совсем пропала – сетовал Рома.

– Завертелась, Ром. Работаю, учусь на заочке…

– Ну и жизнь семейная время отнимает – закончил за меня Рома.

– Ну привет, друг – вмешалась в разговор Лера с какой-то странной интонацией.

– Привет, Лер – ответил ей Рома, клюнув в щеку. Что-то было не так в их привычном общении, но я не успела понять, что. Меня притягивал к себе взгляд синих глаз. Таких же синих как мои собственные.

– Привет, Саш – тихо позвал меня Леша, протягивая руку.

– Привет… – отозвалась я и робко шагнула навстречу.

Леша потянул сильнее и закутал меня в свои объятия. Он стал выше и шире. Даже сквозь куртки чувствовала налитые мышцы. Я была словно завернута в кокон. Тепло, уютно, безопасно. Мир замер на несколько секунд или минут, я потеряла счет времени. Мы не общались и не виделись полтора года. Я писала, он молчал, в глубине души надеялась, что он примет мое замужество и мы сможем общаться дальше, пусть не как раньше, но хотя бы как старые добрые знакомые. Но он не отвечал, только от Леры узнавала, как у него дела. Вдохнула новый запах, исходящий от Леши. Подняла на него глаза, пытаясь впитать его, каждый взгляд, каждый жест. Так давно не видела, что его образ стал в памяти каким-то размытым. Он изменился, повзрослел, возмужал. Передо мной стоял безумно привлекательный молодой мужчина.

– Как ты? – спросила, немного отстраняясь от него. Тут же поежилась, почувствовав потерю тепла. Он крепко сжал мою руку.

– Нормально, Саш. Устроился тут, работаю.

Хотелось еще столько спросить, узнать. Но голос подруги вырвал нас в реальность.

– Пойдемте!

Это был отличный вечер с теплой дружеской атмосферой, сотканный из множества совместных воспоминаний. Мы долго гуляли, не смотря на мороз, бегали и играли в снежки, чтобы согреться. Потом сидели в кофейне, обсуждая планы на Новый год и обещая друг другу видеться чаще.

– Ну это касается именно нас четверых, вы с Леркой чаще пересекаетесь – сказал Леша, обращаясь к Роме.

– Но не в последнее время – как-то странно произнесла Лера.

Они сцепились с Ромой взглядами. Нет. Между этими двумя явно что-то происходит. Но не один не хочет сознаться и решить проблему.

– Ребят, у вас все в порядке? – все-таки решаюсь спросить, заглядывая в глаза сначала Роме, а затем Лере.

– Вполне – ответила Лера.

– Не то, о чем бы стоило волноваться – заверил нас Рома.

– Саш, ты когда домой? – спросил Рома.

– Завтра поеду – Лера незаметно сжала мою руку, давая понять, что я могу не торопиться.

Перевожу взгляд на Лешу, замечая, как он мгновенное напрягся, хотя имя моего мужа даже не всплывало в разговоре, но, однако даже легкое упоминание моей жизни в другом городе, супружеской жизни, заставило его ощетинится, и он резко спрашивает:

– Вас подвезти?

– Было бы здорово – мягко отвечаю ему и мы, расплатившись идем к машине.

Константин

– Саша, прекрати, ничего не заметно – говорю я, мягко притягивая ее к себе за талию. Она стоит возле зеркала и скептически осматривает свой макияж.

– А ничего и не было бы заметно, если бы ты держал себя в руках! – с нарастающим недовольством начинает жена.

– Саша. Не начинай. Мы же все обсудили. Я объяснил. Такое больше не повторится – как можно увереннее говорю я.

– Я это уже слышала и не раз! Сколько можно, Данилов?! – горячо спрашивает она, разворачиваясь ко мне.

– Успокойся. Нам выходить нужно – говорю спокойно, хотя внутри чувствую поднимающийся гнев и раздражение. Нужно заканчивать этот бессмысленный разговор. Я все объяснил, и не только словами. Она должна принять меня и таким. Протягиваю руку в ее сторону и замечаю, как она дергается. Боится. Может и к лучшему. Не будет перечить в следующий раз. Неужели я прошу так много?

Она молчит, но все же вкладывает руку в мою ладонь. Нас пригласил Дима Васильев, мой товарищ по службе к себе на юбилей. Нас и еще несколько пар. Все мы из одной части, все в одной связке, повязанные одним общим делом.

Дорога до их дома занимает пятнадцать минут на такси. Мы садимся сзади, и она сразу сдвигается к окну, но я не даю ей этого пространства – молча, но властно утягиваю ближе к себе. Чувствую, как она напрягается всем телом, каждой клеточкой, эти вибрации передаются и мне. Нежно провожу пальцем от локтя к кисти легонько стискивая пальцы, смотрю на тонкий ободок обручального кольца. Этот жест не укрылся от ее внимания, но как только наши взгляды встретились она отворачивается и смотрит в окно. И никакие мои нежные прикосновения не расслабляют ее, не вызывают вереницы мурашек, распространяющихся по всей коже, не заставляют прильнуть и растворится в моих объятиях. Я изменился, а может всегда был таким, где-то в глубине души. Но она всегда видела во мне героя, рыцаря в сияющих доспехах, принца, своего принца и я позволял ей это, потому что сам хотел быть таким для нее. Она была юна и неопытна и первый год нашего брака мы все свободное время посвящали друг другу. Друг другу в постели. Остального свободного времени практически не было, Саша работала и продолжала учиться, я был занят на службе. Новое место, новые люди, новые связи. Нужно было влиться, показать характер, стать своим. И сейчас спустя почти три года могу сказать, что я им стал. Но у каждого успеха, у каждого шага есть своя цена. И не всегда эта цена материальна, порой приходится платить своими принципами, устоями, частицами своей души. Но я знал на что иду, я грезил своей профессией с детства. И я хочу, чтобы моя жена была рядом со мной. С любым мной. Пусть и изменившимся, а может просто переставшим быть кем-то, наконец сбросив оковы и став собой настоящим. Я всплываю из своих рассуждений, когда мы почти подъехали к дому Васильевых.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.