Антон Фарутин
Нептида. Искупление

Пролог

В 2245 году в результате неизвестного катаклизма поверхность земли оказалась полностью покрыта водой, старый мир навсегда исчез, а немногие выжившие разделились на воюющие между собой фракции. Те, кто богаче живут в космосе, остальные вынуждены выживать на дирижаблях, охотясь за скудными ресурсами и друг за другом. Жителям Мидгарда, как они прозвали свой летающий мир, поверхность воды не видна из-за густой облачности от испарений и парникового эффекта. Непрекращающиеся десятилетиями шторма и новые формы жизни, возникшие из-за радиации в глубинах океана, сделали водную поверхность недоступной на долгие годы. А бесчисленные войны привели к тому, что спустя 30 лет власть полностью перешла в руки корпоратов.

Глава 1. Тяжелый день

Когда Ронни ухватился за стальную мачту антенны, она накренилась в сторону и со скрипом начала смещаться, унося его тело за пределы летающей платформы. Сильнейший боковой ветер бросил ему в лицо добрую пригоршню дождевых капель, а заодно растрепал русые волосы на давно не стриженой голове, отчего незадачливому вору пришлось громко фыркнуть, сдувая упавшую на глаза прядь. Пальцы заскользили по влажной от тумана круглой поверхности и Ронни принялся лихорадочно перебирать ногами в воздухе, словно пытаясь таким образом нащупать точку опоры и изменить траекторию движения проклятой железяки, норовящей сбросить его в бездну.

Сумка, висящая на плече, была очень тяжелой и это следовало учесть до того как прыгать через ограждение складов военной базы корпоратов, но если быть честным, Рон был не из тех, кто всё хорошо продумывает заранее. Его изначальный план был довольно простым и изящным – во всяком случае таким он выглядел полчаса назад, когда разгрузив очередную партию товара из Мидгарда, Ронни обратил внимание, что у охранников началась пересменка, а это давало ему отличный шанс остаться на платформе корпоратов после отчаливания франтеры – небольшого транспортного дирижабля, доставившего продовольствие на одну из баз Железного диктатора.

Укрывшись за стопкой ящиков, Ронни из под куска брезентовой ткани наблюдал за тем как обшитая стальными листами франтера мягко отделилась от стыковочного механизма и начала расправлять свои ярко–оранжевые маневренные паруса. Словно огромные рыбьи плавники, телескопические мачты медленно вытягивались во все стороны, ощериваясь острыми ребрами титановых перекладин, между которыми были натянуты крисонитовые полотнища. Передние закрылки приняли положение «на взлет», позади кормовой рубки послышался нарастающий гул силовых установок и франтера на мгновение застыла в воздухе, словно решая куда ей направиться. Вскоре в боковых дюзах на миг промелькнули сиренево–голубые вспышки трипл–двигателей и двухсотметровое судно, поймав попутный ветер, плавно заскользило в сторону серых дождевых облаков.

Вот из–за этих–то трипл–двигателей всё и случилось. Многотонные корабли и платформы корпоратов висели на заданной высоте в воздухе только благодаря гениальному изобретению, сделанному еще в самом начале Потопа. Удерживая огромные суда на достаточном расстоянии от опасной водной поверхности, они позволяли кораблям парить в воздухе или дрейфовать, используя силу штормовых ветров. Если бы не они, то первым выжившим до сих пор приходилось бы применять паровые аэростаты и кто знает, что случилось бы с Мидгардом за эти годы если бы он до сих пор использовал исключительно силу пара. Можно было с уверенностью сказать, что появление трипл–двигателей спасло человечество и прекратило, или как минимум на время ослабило Дикие войны, избавив людей от необходимости жестоко сражаться за немногочисленные доступные ресурсы. Иметь на корабле трипл–двигатель было роскошью и одновременно жизненной необходимостью. Можно сказать, они и были синонимом слова «жизнь» на Мидгарде.

Одна беда – трипл–двигателям для работы были нужны энергетические ячейки, прозванные в народе «гиперкубами» за их форму, а гиперкубы были только у корпоратов.

Впрочем в сумке у Рона сейчас тоже покоились два гиперкуба, которые он украл с военного склада. И именно они своей непомерной тяжестью теперь тянули его к гибели. Мачта антенны, за которую он держался обеими руками угрожающе изогнулась, словно рыболовное удилище, и ухо Ронни различило неприятный потрескивающий звук внутри полой трубки. Если он немедленно не выбросит светящиеся кубы, то рискует сорваться в пропасть и навеки исчезнуть из этого мира. Но когда его это останавливало? Лучше умереть богатым, чем вечно жить бедным.

Когда металл с хрустом перегнулся пополам и надломился, Рон со свистом полетел вниз. Пролетев полтора десятка метров, он вдруг зацепился воротником своего кожаного жилета за какой–то крюк и от резкого толчка его тело дернулось, а один из кубов выскользнул из сумки и переливаясь искрящимися желто–розовыми гранями, кувыркаясь полетел в бурлящую темноту под ногами. Чертыхнувшись и проклиная всё на свете, Ронни быстро вскарабкался на парапет и поспешно заглянул в сумку – второй энергокуб всё еще покоился на дне и его он точно не собирался терять. Наверху проревела сирена и почти тут же по всему периметру многоярусной военной платформы зажглись красные огоньки тревоги.

– Вот же черт! Как они узнали?!

Рон был искренне удивлен тому, что кто–то столь быстро заметил исчезновение топливных ячеек. Но голосу прозвучавшему у него за спиной он был удивлен еще больше.

– Каждый гиперкуб снабжен меткой радиомаяка, это наш способ отслеживать перемещение кораблей в пространстве Мидгарда.

Голос принадлежал молодому солдату корпорации, который вскинув короткую винтовку, держал Рона на прицеле. Темные коротко стриженные волосы, острый взгляд карих глаз, гладко выбритое лицо и стройная фигура, облаченная в серую униформу. Судя по эмблеме на нарукавной нашивке парень был пилотом и только сейчас Ронни обратил внимание, что упал на взлетную площадку рядом с ангаром. Со всех сторон его окружали ряды остроконечных стриммерсов – небольших штурмовых кораблей, на которых корпораты патрулировали доступную им часть Мидгарда. Мда, иногда везение Рона обладало странным чувством юмора – он не упал в бездну, зато свалился прямо на голову вооруженному часовому.

Послышался отчетливый щелчок сброшенного предохранителя и Ронни, изобразив широкую улыбку, принялся медленно поднимать руки вверх. Что–то надо было определенно придумывать, но это возможно только пока плазменный излучатель не прожег в нем огромную дыру.

– А я и не знал, что в них есть маячки.., – глупо улыбаясь, произнес дикарь, аккуратно пятясь назад вдоль невысокого борта платформы.

– Никто этого не знает… В этом весь смысл..

Солдат был примерно одного с ним возраста, лет 28–30. Он был спокоен и аккуратно переступал ногами по бронеполу, сохраняя заученную боевую стойку и не сводя прицела с груди Рона.

– Медленно положи сумку на пол.., – приказал он.

– Сумку?.. ах, ты про это…, – глаза Ронни хаотично бегали по платформе, пытаясь зацепиться хоть за что–нибудь, что могло сейчас спасти незадачливого вора корпоративной собственности.

В нагрудной рации пилота послышался треск помех и чей–то искаженный статикой голос грубо произнес:

– Капрал Бойко, доложите обстановку.

– Я взял его, сэр. Держу на прицеле. Седьмой уровень, ангар «Сигма».

– Принято. Высылаю подкрепление… Группа захвата будет через 2 минуты…, – рация на мгновение смолкла и тут же другой голос вклинился в радиоканал. – Будьте внимательны, капрал. Вероятно, это член «Ядра» – он может быть вооружен и опасен. Стрелять на поражение.

– Да, сэр. Есть стрелять на поражение.

Лицо капрала стало еще более сосредоточенным и он мягко переступил своими подкованными штурмовыми ботинками по металлическому полу. Ронни буквально сиял в ослепительной улыбке, всячески стараясь своим видом показать что имеет место какое–то страшное недоразумение.

– Какое «ядро», друг? Я не вооружен и вообще.. я просто искал уборную, а когда вышел, то наша франтера уже отчалила и я собирался идти к коменданту… А тут вся эта тревога.. Знаешь, кто угодно перепугается и наделает глупостей, когда у него под ухом проревет боевая сирена…

Рон продолжал медленно пятиться в сторону, намереваясь скрыться за штабелями ящиков с каким–то инвентарем и боеприпасами.

– Сумка! – требовательно произнес капрал, не обращая внимания на пустую болтовню Рона.

– А что сумка?.. Ах, сумка…, – Ронни слегка приподнял лямку с правого плеча, словно давая понять, что готов неукоснительно повиноваться приказам. – Куда мне ее лучше поставить, друг?

– Туда, – солдат махнул стволом чуть в сторону, указывая место на палубе и этой секунды Ронни было вполне достаточно.

Дикарь резко бросился на капрала, сбив корпората с ног. Грянул мощный выстрел и сгусток раскаленной плазмы с шипением врезался в потолок взлетной палубы, рассыпая вокруг оранжевые искры расплавленного металла и оставляя на обшивке широкое черное пятно гари. От громкого звука у Рона заложило правое ухо и он с силой ударил рукой по винтовке. Оружие отлетело на несколько метров в сторону, проскользив по полу и уткнувшись дулом в посадочную опору ближайшего стриммерса. Видимо от удара в винтовке заклинило переключатель автоматического огня, загрохотали выстрелы и во все стороны веером полетели яркие лучи раскаленной плазмы. Они со свистом прошивали воздух, впечатывались в обшивку боевых кораблей и разносили в клочья стопки ящиков, прежде аккуратными прямоугольниками расставленные по палубе.

Заскочив за опору истребителя, бывшие враги тут же вынужденно прижались друг к другу, укрываясь от смертоносных залпов и продолжая одновременно наносить друг другу тумаки.

– Ты что наделал, дурак?! – проорал капрал, пригибаясь и уворачиваясь от очередного выстрела.

– При чем тут я?! Это твоё оружие!

Внезапно выстрелы смолкли и молодые парни переглянулись. Рон оттолкнул от себя капрала и вскочив на ноги, стремглав бросился к противоположному краю платформы. Под ногами ощутимо пробежала дрожь, и дикарь понял что корабль корпоратов пришел в движение. Под звуки сирен многотонная махина стремительно взмыла вверх и Ронни уже добежавший до лееров ограждения вдруг замер, ухватившись за поручень. Облака расступились и он впервые в своей жизни увидел солнце. Оно было… невероятным! Проведя всю свою жизнь в Мидгарде, в нижних слоях атмосферы, где небо всегда скрыто плотной завесой тумана и облаков, молодой дикарь был поражен открывшейся его взору картине маслянисто–оранжевого закатного диска, который своими лучами окрасил окружающее пространство в цвета, для описания которых у Рона просто не было слов. Взглянув на свои руки, окрашенные в розоватый багрянец, он слегка пошевелил пальцами, наблюдая как солнечный свет играет на них своими оттенками.

– Никогда не видел солнца, чумазый? – сзади послышался уже знакомый голос молодого капрала. – Ты упустил свой шанс, хватит бегать. Повернись лицом и положи руки на затылок.

Ронни медленно обернулся, нехотя отрывая взгляд от прекрасного зрелища облаков, кромки которых были окрашены позолоченной каймой солнца. На его лице всё еще блуждала улыбка. Дуло пистолета смотрело прямо ему в голову.

– Отойди от края, дурень.

– А то что? – с вызовом произнес дикарь и вдруг неожиданно перемахнул через край ограждения.

***

Угнанная у корпоратов двухместная машина шла невероятно мягко и плавно, и Арун невольно поразился тому, насколько сильно поведение стриммерса отличалось от более привычных ему плаваний на неповоротливых грузовых франтерах. Загнав судно в небольшой док у девятого причала «Синей птицы», Ронни накинул на него большой кусок пыльной ветоши и привалил сбоку несколько старых досок вперемешку с ржавыми листами железа. Выйдя на палубу, он поправил на плече свою сумку, и вгляделся в темноту за бортом. В его памяти всё еще сияло яркое закатное солнце и Рон поклялся себе, что приложит все усилия, чтобы увидеть его еще хотя бы раз.

Вдохнув полной грудью соленого морского воздуха, который всегда особенно сильно ощущался на «Синей птице», он ухватился рукой за перила и взбежал по металлическим ступенькам на уровень выше.

«Синяя птица» в каком–то смысле была для него домом. После того как он покинул Храм, ему пришлось долгое время скитаться по разным платформам Мидгарда в поисках работы и достойного применения своим силам. В новом мире молодой, амбициозный и склонный к авантюрам «дикарь» никому не был нужен и только на этой платформе он обрел то, что наверное можно было считать спокойствием. Его кубрик располагался на шестом уровне нижней палубы, прямо позади машинного отделения. Мерный гул двигателей и силовых установок не смолкал ни днем ни ночью, наполняя крохотную каморку с подвесной кроватью шумом и заставляя вибрировать небольшой столик и единственную полку с книгами. Зато и очереди из желающих поселиться в таком месте не наблюдалось и Рон с удовольствием наслаждался своим одиночеством. Несмотря на веселый характер, он любил уединение и ему нравилось часами лежать в гамаке, по сотому разу перечитывая наизусть известные ему книги.

Читать его обучили в Храме и с тех пор страсть к старым книгам была для Аруна одним из главных удовольствий в жизни. При воспоминании о Храме по лицу пробежала серая тень беспокойства и тревоги, а на душе заворочалось неприятное чувство надвигающейся беды и сожаления. Надо было поторапливаться.

Свернув за угольным складом налево, Рон натянул на голову капюшон, чтобы укрыться от возможных взоров случайных прохожих. Его светлая копна длинных прямых волос слишком сильно выделялась на фоне ночного неба, и несмотря на отсутствие освещения в этой части «Синей птицы», кто–то вполне мог узнать его. Перейдя по перекидному мостику на соседнее судно, Рон двинулся на северо–запад. «Синяя птица», как и большинство платформ Мидгарда, представляла собой огромный конгломерат судов, пришвартованных друг к другу. Они парили в воздухе, слегка покачиваясь под порывами ветра и мерно поскрипывали своими веревками, цепями и тросами. Когда–то давно, во времена Диких войн, каждое из этих судов самостоятельно сражалось за свою свободу и независимость. Коварные набеги на соседей, пиратские рейды, мимолетные союзы и предательства – всё это было страшным последствием оголтелых семилетних войн за ресурсы, еду и возможность выжить после потопа.

В Храме монахи часто рассказывали, что когда–то у людей был другой дом, который назывался Земля. Что это такое Рон представить себе никак не мог. Да и как можно себе представить, что где–то среди бескрайнего и бесконечного океана может быть «суша». Суша! Слово–то какое смешное. Мир, в котором люди жили на земле и ходили по ней ногами, был забавной сказкой, которой взрослые потчевали детей перед сном.

Перебираясь с одного корабля на другой, Ронни скользил бесшумной тенью между множеством трапов, платформ и бесчисленных лесенок. Несмотря на усталость и желание выспаться, с каждым шагом он уходил всё дальше от своего кубрика. Там, в западной части «Синей птицы» находился Красный город – неблагоприятный район со множеством различных притонов, и именно там Рон надеялся встретить старого пройдоху Освальда, который мог достать что угодно или оказать ему пару сомнительных услуг.

Миновав ворота западной границы, Рон вошел на территорию Красного города. Здесь процветали многочисленные игорные заведения, кабаки и лавки, торгующие не самыми легальными товарами. Несмотря на частые рейды корпоратов, Красный город продолжал притягивать к себе сомнительную публику со всего Мидгарда. В последние годы жизнь на плавучих платформах стала многократно тяжелее и Рон видел, что люди потерявшие надежду на будущее в сумрачном мире, стали всё чаще отрешаться от реальности, уходя с головой в похмельное забытьё.

Бар «Кузина Брунгильда» располагался в самом конце торговой улицы, и толкнув его створки, Арун сразу же оказался в царстве кутежа и веселья. Плотная завеса сизого дыма покрывала своей пеленой всю верхнюю часть невысокого помещения и Ронни пришлось нагнуться, чтобы рассмотреть сквозь клубы курительной смеси присутствующих в таверне людей. За ближайшим столом десяток дикарей из шайки Фарадея резались в «морской полтинник» и оттуда то и дело разносились гневные проклятья одних игроков и радостные выкрики других. За следующим столом пара незнакомых бородатых мужиков в перепачканных сажей зеленых робах кочегаров тихо перешептывалась о чем–то своем. Судя по месту, которое они выбрали для беседы речь могла идти о чем–то нехорошем и криминальном. При приближении Рона они смолкли и тот что был старше бросил хмурый взгляд на парня. Рон поспешил отойти в сторону и быстро отвел взор – получить под ребро пару ударов заточкой было сомнительным удовольствием.

Освальда он нашел в самом конце зала. Старый бродяга сидел за своим излюбленным угловым столиком и молчаливо пил брагу из толстой оловянной кружки. Заметив Рона, седовласый мужик с раскрасневшимся широким лицом и фиолетовыми прожилками на щеках, радостно улыбнулся. Отерев жирные пальцы–сардельки о грязную стёганую безрукавку, он слегка приподнялся и тут же сграбастал гостя в свои крепкие объятия:

– Арун, дружище, как же я рад тебя видеть! Где ж ты пропадал всё это время?!

– Привет, дядя Освальд. Вот, как видишь, зашел проведать старого лиса. – Ронни с трудом выбрался из цепких объятий коренастого мужика и коротко оглянувшись по сторонам, присел на лавку.

– Так куда ж ты всё–таки запропастился, а? Многие разыскивали тебя по всей «Синей птице», ходили слухи что ты на «Саравак» перебрался, а некоторые говорили что вроде бы видели тебя на «Фениксе».

– Было дело… Пришлось немного побегать…

– Корпораты? – глаза Освальда тут же сощурились и он быстро метнул взгляд в сторону входа в кабак.

– Не совсем, – уклончиво ответил Ронни тихим голосом, жестом призывая Освальда последовать его примеру. Затем он и вовсе перешел на шепот, предпочтя сменить скользкую тему: – Слушай, а помнишь я просил тебя достать мне бризер?

– Да, но ты мне так и не сказал в чем дело… И потом ты же можешь… Да, к чёрту всё! О чем я с тобой говорю?! Это строжайше запрещено корпорацией!

– Тише.. Умоляю тебя, дядя Освальд, говори потише! Так ты можешь мне его дать или нет?

– Что ты задумал, Арун? – толстяк вопросительно кивнул и глазки Освальда превратились в узкие щелки. – Ронни, ты ведь знаешь, ты мне почти как сын – расскажи в чем дело?

– Не могу… пока не могу! Но обещаю – когда всё закончится, ты узнаешь об этом в числе первых.

Освальд недовольно посмотрел на собеседника и слегка надулся, обиженный его недоверием. Затем отхлебнул большую порцию браги, крякнул и положил обе ладошки на стол. Его терзали сомнения. Побарабанив пальцами, после небольшой паузы он всё же утвердительно кивнул головой:

– Дьявол с тобой, сиди тут тихо и не высовывайся. Поешь пока. Мне нужно сходить в каптерку. – затем он повернулся к стойке и громко прокричал прямо в облако сизого дыма: – Бруни, чтоб тебя так! Принеси–ка мне еще кружку своего пойла!

Когда скрипучая дверь закрылась за коренастым барыгой, Рон моментально подхватил пальцами пару жареных хлебных корок и с наслаждением засунул их себе за щеку. О, синее небо, как же давно он не ел нормальной пищи! Прихлебывая брагу из принесенной Брунгильдой кружки, Арун с вожделением отправлял в рот кольца жареного лука и благодарил семь ветров за такое райское угощение. Где–то за спиной грянул очередной залп хохота, который впрочем тут же резко стих, однако урчащий желудок Ронни уже перехватил управление над его поступками и мыслями. Приготовившись отправить в рот очередную корку, Рон внезапно ощутил чью–то ладонь на правом плече, которая крепко стиснула его своими пальцами.

– Ронни Райт собственной персоной! – голос был с явным акцентом и Арун слишком хорошо знал кому он принадлежал. Хлебный мякиш застрял у него в горле, а тишина в зале «Кузины Брунгильды» стала настолько мертвой, что ощутимо давила на уши.

Медленно развернувшись, Рон увидел довольное лицо Кадзу Мисору. Подле него расположились наемники якудза, а дядя Освальд с трясущимися от волнения руками, стоял невдалеке от барной стойки.

– Прости, Ронни, за твою голову была назначена большая награда..

– Дядя?!

– Брось удивляться, парень. – лицо Мисору источало искреннюю улыбку, – это правда жизни. Предать могут только самые близкие люди. Хотя лично я не люблю предателей вне зависимости от того на кого они работают. Сегодня Освальд предал тебя, а завтра может предать кого–то из моих людей.

– Я.. я не.. Господин Мисору, я бы никогда!

Договорить Освальд не успел. Остро отточенный клинок одного из якудза моментально вошел ему в горло, пропоров голову снизу вверх от гортани до самой макушки. Дядя замер с открытыми от изумления глазами, и казалось вот–вот что–то скажет. Однако стоило человеку в черном выдернуть свою короткую катану с квадратной гардой, как тело здоровяка замертво рухнуло на пол без единого звука.

– Конечно, он никогда больше никого не предаст, – мягко сказал Мисору. – Мертвецам это не свойственно. А теперь, мистер Райт, пришла ваша очередь рассказать мне где вы изволили пропадать столько времени. Однако очень прошу вас – следите за своим языком. Вы ведь понимаете о чем я?

Кадзу Мисору аккуратно присел на лавку напротив Рона, и сдвинул со стола так и недопитую кружку Освальда. Его прямая осанка и пронзительный взгляд черных глаз выдавали в нем истинного бурёндо.

– Я готов выплатить долг, – вместо объяснений тихо произнес Арун, перед мысленным взором, которого еще стояло изумленное лицо дяди.

– Вот как.. И чем жы ты хочешь расплатиться?

Якудза со свистом извлекли свои короткие мечи, когда Рон сунул руку под стол, чтобы достать оттуда сумку. Ледяной металл одного из клинков недвусмысленно коснулся его шеи.

– Вот этим, – сумка с громким стуком легла на деревянную столешницу и Кадзу слегка скосил взгляд в сторону, однако не притронувшись к ней. Один из его головорезов тут же резким движением сдернул материю в сторону, и обнаженный энергоблок засиял в темноте притона, освещая пространство вокруг мягким желтым светом.

– Гиперкуб, – утвердительно произнес Мисору, слегка кивнув головой в знак одобрения. – Ты сумел обокрасть корпоратов? Это впечатляет…

Предводитель якудза лично завязал ткань сумки крепким узлом и передал ее одному из своих людей.

– Я не буду спрашивать где ты достал это. Скажу так – ты выиграл себе еще немного времени.

– Немного времени?! Но это же стоит целое состояние! – Арун вскочил со своего места и Мисору резко поднялся вслед за ним. Острая грань катаны слегка чиркнула по шее дикаря и алая струйка теплой крови скатилась ему на грудь, словно предупреждая о том, что в следующий раз порез будет гораздо глубже.

– Видите ли, мистер Райт, за то время что мы искали вас набежали проценты. И потом, жизнь старого Ли стоит немного больше, разве вы не согласны?

– Я.. мне больше нечем вам заплатить! – голос Аруна срывался от волнения и гнева.

– Не стоит недооценивать себя, мой друг. Начало положено неплохое. Три дня.., – Кадзу утвердительно кивнул, не спуская пронзительного взгляда с собеседника. – Я даю вам ровно три дня. И на этот раз я не собираюсь разыскивать вас по всем платформам.

Когда якудза Мисору покинули притон, Рон тяжело выдохнул и провел ладонью по мокрой шее. Взглянув на перепачканные кровью пальцы, он выругался. Всё было напрасно! Он впустую рисковал сегодня своей жизнью и проклятые бандиты снова оставили его в дураках! Какого черта?! Он отдал им то, что стоило больше, чем целая франтера, а взамен выиграл для бедняги Ли всего лишь три дополнительных дня. Что можно сделать за этот срок? Где он достанет средства, чтобы погасить проценты по долгу?!

Взгляд Ронни переместился вниз, где в расползающейся луже темной крови лежало тело предавшего его Освальда. В левой руке мертвеца всё еще был зажат принесенный им бризер.

***

Когда Арун вернулся в ангар нижнего уровня, то сразу заметил что около его стриммерса уже успел кто–то побывать. Ткань была сброшена в сторону, а возле одного из носовых стабилизаторов на полу валялись оставленные кем–то огромный молот и гидравлическая отвертка. Бросив беглый взгляд на наполовину открученный прибор. который теперь косо висел, удерживаемый лишь пучком силовых кабелей, Рон понял что времени на раздумья больше нет. Если он задержится на «Синей птице» еще хотя бы на полчаса, то скорее всего от корабля мало что останется, а он сам запросто может пойти на корм рыбам. Повезло еще, что он вернулся в тот момент, когда дикари ушли за инструментами. Нравы обитателей нижних ярусов были довольно враждебными и Рон здесь в авторитеты не входил. Да, что уж там! Многие мечтали раскроить его голову или перерезать ему горло – и надо признаться, у них были веские основания для подобных чувств.

– А ну отойди от машины! – грозно проревел кто–то сзади и Арун чудом успел увернуться от просвистевшего рядом с головой тяжелого гаечного ключа.

Резко присев на корточки, Ронни наотмашь ударил нападавшего кулаком в живот и тут же ловко вскочил на крыло машины. Откинув колпак истребителя, он мигом заскочил внутрь, не желая испытывать судьбу и терять драгоценные секунды. Нецензурная брань еще летела в его адрес, когда он уже повернул ключ зажигания и втопил рукоятку до отказа. стриммерс полыхнул огнями из дюз и только когда жар волной прокатился по узкому пространству дока, Арун понял что этого не следовало делать в закрытом помещении.

Бронированное стекло приняло на себя раскаленный поток воздуха, однако ящики, стоящие на полу, моментально вспыхнули и на стенах мгновенно запылали ярко–оранжевые языки пожара. Где–то в глубине ангара что–то громко бабахнуло и сверху на машину посыпались куски обгорелой обшивки. Лобовое стекло покрылось белесыми хлопьями пепла.

– Проклятье! – Ронни и сам удивился тому, что ему удалось устроить на нижней палубе в считанные секунды, но времени осознать это не было.

В следующий миг трипл–двигатель с громким хлопком выплюнул его стриммерс из дока и серые облака тут же окутали корабль со всех сторон. Приспосабливаясь на ходу к управлению, Рон ухватился за штурвал, ловко лавируя между пристыкованными вокруг летающего хаба кораблями. Он и раньше–то не был здесь особо желанным гостем, а теперь ему придется избегать «Синей птицы» минимум полгода.

Выровняв корабль по тангажу, Арун быстро ввел в навигационный компьютер нужные ему координаты. Экран окрасился в розовый цвет и в небольшом прямоугольнике возникло предупреждающее сообщение, которое бортовая система начала дублировать противным женским голосом:

– Внимание! Вы направляетесь в запретную зону… Внимание! Вы направляетесь в запретную зону… Внимание!…

Рон наугад пощелкал разными переключателями, и когда звуковое оповещение стихло, довольно кивнул. Угнанный корабль ему явно нравился. Машина мягко пронеслась мимо сигнальный маячков станции и устремилась в ночное небо. Пока автопилот делал свою работу, у него было немного времени поразмыслить.

Хотя о чем тут думать? Выбор был невелик – уйти домой спать, оставив беднягу Ли на растерзание, или украсть еще что–нибудь по требованию якудза. Но что он мог украсть для них? Где? Сегодняшний набег на платформу корпоратов был счастливой случайностью, но то же самое можно было сказать и обо всей его жизни. На экране всё ещё горела надпись «Вы направляетесь в запретную зону» и маленькая точка отмечала приближение его корабля к периметру. Из двух вариантов он, кажется, уже выбрал третий, самый рискованный и неразумный – посмотрев на лежащий на соседнем кресле бризер, Арун почувствовал как слегка похолодели кончики его пальцев. Крепко стиснув кулаки, он решился. Он пойдет на это. Дипдайв – штука сложная, но похоже сейчас это был единственный выход.

Не рискуя попасть на радары пограничных кораблей корпоратов, Ронни снизил высоту полета и теперь с замиранием сердца смотрел как всего в нескольких десятках метров под ним, вздымались гребни огромных морских волн. Стихия бушевала здесь и днем и ночью, не прекращая свою адскую работу ни на один миг. Да, и не было тут никакого разделения на время суток. Из–за парникового эффекта солнечные лучи не достигали даже платформ Мидгарда, что уж говорить о морской пучине, которая лежала на добрый десяток километров ниже? Здесь всегда царила ночь и кромешная тьма опутывала враждебную поверхность планеты, пронизываемую штормовыми ветрами.

Внезапный удар по корпусу прервал его мысли, заставив вцепиться в спинку кресла. Корпус корабля затрясло и только тут Рон сообразил, что в ангаре ему открутили носовой стабилизатор, который вероятнее всего теперь оторвало потоком ветра!

– Дьявол!

Машина резко клюнула носом, автопилот отрубился, перейдя на ручное управление и Арун вновь схватился за штурвал. Компактный двухместный стриммерс швыряло из стороны в сторону и он с трудом удерживал машину от вертикального пике, ежесекундно поглядывая на экран навигатора. До запретной зоны оставалось совсем немного, но похоже он не дотянет!

Наугад крутя какие–то переключатели и хаотично щелкая тумблерами, Рон пытался перевести трипл–двигатели в парящий режим. По полу пробежала заметная дрожь перегрузки двигателя, и выглянув в окно кабины, он с ужасом увидел прямо перед собой огромную волну, которая нависла над кораблем, рискуя сорваться вниз и поглотить его полностью. Рон яростно закричал и втопил педаль газа до отказа. Одновременно он нашел управление плазменной пушкой и в тот миг, когда нос стриммерса подлетел к вертикальной толще воды, резко выстрелил. Раскаленная плазма прожгла широкое кольцо в пучине, выбросив широкие клубы пара и в ту же секунду корабль стремительно пролетел прямо сквозь толщу волны цунами.

– Фуххх!, – тяжелый выдох непроизвольно вырвался из легких Аруна и на лице тут же возникла торжествующая улыбка. – Да, черт возьми! Да! Я лучший пилот Мидгарда!

Буквально через мгновение освещение внутри кабины погасло и пол начал уходить из под его ног. Это могло означать только одно – трипл–двигатель перегрелся и отключился, а стриммерс, лишенный стабилизаторов, перешел в вертикальное пике.

***

Когда корабль сорвался вниз, защитная автоматика уловила запредельную перегрузку системы и отстрелила спасательную капсулу в сторону. Кувыркаясь по воздуху, юникордовый многогранник из закаленного стекла с шумным всплеском упал в воду и тут же закачался на высоких волнах. Едва придя в себя после такой кошмарной посадки, Рон с трудом попытался удержаться на ногах в качающейся кабине, которую волны словно соломинку нещадно швыряли из стороны в сторону. Это конечно, лучше чем пойти ко дну вместе с боевым кораблем, но Арун хорошо понимал, что если останется внутри капсулы даже на несколько минут, то морская болезнь скрутит его, превратив мозг в кисель.

Подхватив пролетевший по воздуху бризер, Ронни быстро одел его на голову и подтянул застежки. Крепко сжимая зубами загубник, он резким движением кадыка заглотил тягучую жидкость, слегка поморщившись от неприятного комка, колом застрявшего в его горле. Ничего, так и должно быть. Скоро он свыкнется и глотательный рефлекс постепенно притупится, уступая место новым ощущениям. Ронни нажал кнопку аварийного открытия капсулы и прозрачная крышка тут же с шипением отошла в сторону. В следующее мгновение волны вышвырнули его наружу и он почувствовал как прохладная вода просачивается внутрь гидрокостюма. Обождав немного, Рон почувствовал что вода нагретая его телом стала теплой и нырнул вниз.

Поначалу уйти на глубину было трудно и соленая вода стремилась вытолкнуть его тело обратно на поверхность, но когда ему удалось заглубиться метров на десять, то качка стала не такой сильной, а давление толщи воды сверху наоборот стало толкать его тело вниз.

Ронни был снуфером, одним из немногих молодых людей, которые получили в подарок от природы уникальную способность переносить высокое давление под водой. Этот феномен еще не был должным образом исследован, но вероятнее всего снуферы были результатом антропогенеза – кардинального сдвига в эволюции человеческих особей в условиях глобального затопления земного шара. Проще говоря, это был ответ природы на изменение внешних условий. По мнению Рона, принимая во внимание то, что человечество теперь ютилось на летающих платформах, было бы гораздо логичнее если бы природа дала людям крылья, но она почему–то подарила им жабры.

Нет, конечно никаких жабер, у снуферов не было. Во всяком случае пока. И обходиться без бризера, аппарата извлекающего кислород из воды, они совершенно не могли. Зато могли дышать особыми жидкостями на основе перфторана и переносить влияние глубины без особых последствий. В отличие от обычных людей, у снуферов была особая, пятая группа крови, которая не только идеально сочеталась с жидкостным дыханием, но и позволяла избежать любых видов азотного или кислородного опьянения. Иными словами, Рон мог опуститься почти на любую глубину и чувствовать себя там как рыба в воде. Правда, по возвращении на поверхность его ждала довольно неприятная процедура возврата назад на воздушное дыхание, но об этом сейчас думать совсем не хотелось.

Ориентируясь на показания наручного микрокомпьютера, Арун сверился с компасом и проверил отметку глубины. 200 метров. Он не знал насколько далеко от запретной зоны разбился его корабль, а потому решил что для надежности лучше уйти еще глубже. Достав из заспинного кармана своего жилета раскладную моноласту, Рон закрепил ее на ногах и проверил заряд батареи в двигателе. Как это часто бывало с ним в последнее время, индикатор едва светился тускло–желтой отметкой. Ну что ж, придется поберечь энергию на обратный путь, а сейчас поработать ножками.

Извиваясь всем корпусом как дельфин, Ронни стремительно направился вниз и плыл так, пока компьютер не предупредил его звуковым сигналом о достижении отметки в полкилометра. Если он не ошибся с координатами, то этого должно быть достаточно. Всматриваясь в темноту, Рон завис в толще воды и огляделся по сторонам. Всё это время он специально не включал фонарик, чтобы дать возможность глазам адаптироваться к темноте. Вопреки расхожему мнению, она не была сплошной – сквозь зеленую мглу, просматривались более темные очертания пиков и снуфер уверенно поплыл к ним.

Когда в самом начале Диких войн на земле началось затопление, многие люди не придали этому никакого значения. Говорят, люди тогда жили в особых конструкциях, которые они называли «домами» – Рон видел их на картинках в своих книгах. Они были похожи на современные платформы, только стояли почему–то вертикально. Когда первые города стали уходить под воду, энтузиасты начали строить воздушные шары и дирижабли. Над ними тогда все смеялись, но когда вода продолжила прибывать, стало не до смеха. Государства рассыпались словно песчаные замки, богатые люди принялись строить себе воздушные виллы. Военные и корпорации стали строить привычные им боевые корабли. Первые полеты над затопленными странами носили развлекательный и увеселительный характер, ведь по прогнозам ученых и властей наводнение должно было носить временный характер. Однако когда земля полностью скрылась в морских пучинах, сильно поредевшее человечество вдруг осознало, что возврата к привычной жизни больше не будет. Тогда–то и начались Дикие войны за оставшиеся ресурсы, в которых каждый был сам за себя и все были друг другу врагами.

Чем больше поднимался уровень воды, тем менее доступными становились земные блага и тем дороже они ценились. Внезапно выяснилось, что человечество смогло унести с собой в воздушный Мидгард лишь крохотную частичку знаний и еще меньше практических предметов, механизмов или устройств. Достать что–то из затопленных небоскребов было нереально, и некогда простые вещи навроде вилки или механических часов стали на вес золота. Рон слышал, что так в древние времена говорили про какой–то желтый металл, но абсолютно не представлял себе как простая железка может цениться больше, чем например уцелевшая книга, кусок деревянной доски или предметы из стекла.

С тех пор минуло 30 лет, уровень воды не снижался и никто из жителей платформ не мог достичь подводных сокровищ. Никто, кроме снуферов. И именно из–за них Корпорация объявила город вблизи «Синей птицы» запретной зоной для любых полетов.

Аккуратно достав из кармана фонарик, Ронни подплыл к огромному прямоугольнику, маячившему черной громадой в водной толще. Ему повезло. Говорят раньше такие строения называли небоскребами, и теперь ему оставалось лишь найти вход в здание и посмотреть что ценного в нем сохранилось. Тонкий луч света прорезал водную толщу и высветил большое овальное пятно на стене. Рон поводил фонариком вверх и вниз, пока наконец не обнаружил ряд черных прямоугольных отверстий. Это было плохим знаком. Искать надо было целые окна – это давало шанс на то, что внутри мог остаться воздушный пузырь, а значит какие–то предметы древности вполне могли сохраниться, не будучи поврежденными соленой водой.

Вдруг в его горле запершило и Арун резко закашлялся. Быстро посмотрев на показания бризера, он вдруг понял что дядя Освальд не просто предал его, выдав якудза, но и судя по всему вовсе не собирался одалживать ему исправный бризер. Очевидно, он предположил, что после встречи с Мисору снуфера всё равно ждала смерть, и поэтому принес ему незаправленный бризер. Просто чтобы отвлечь его внимание.

– Ах, ты ж подлец какой! – сейчас Арун на него злился даже больше, чем когда бурёндо пришли за ним в «кузину Брунгильду».

Инстинктивно постучав рукой по компактному баллону со смесью перфторана на груди, Рон понял что комфортному плаванию пришел конец. С каждой минутой эффективность бризера будет снижаться и спустя какое–то время он попросту перестанет доставлять добываемый кислород в клетки его организма. Такое было с ним впервые и сколько у него осталось времени он не знал, однако явно следовало поторопиться.

Внезапно сбоку промелькнула какая–то тень и Арун решил что у него всё же начались галлюцинации. Он резко обернулся, помахивая своей моноластой, но на этот раз тень пронеслась уже слева. Это было что–то знакомое и вполне осязаемое, и видение не могло быть столь реальным. Акулы! Да, очевидно свет от его фонаря привлек их внимание и теперь сразу несколько крупных особей принялись кружить вокруг его здания. Они скрывались с одной стороны дома и почти тут же возникали с противоположной, выписывая широкие окружности.

Оглядевшись по сторонам, Рон увидел второе здание неподалеку. Оно было выше и отсюда казалось, что в нем еще есть целые стекла. Забыв об осторожности, Ронни решительно направился туда. Чем выше ему удастся подняться, тем на дольше ему хватит дыхательной жидкости. И эта логика была сильнее опасности угодить в зубы свирепым хищникам.

Активно работая всем телом, Арун стремительно поплыл в сторону башни небоскреба. Впрочем его расчет на то, что акулы им не заинтересуются оказался крайне наивным. Перестав плавать возле затопленного здания, хищники образовали вокруг него плотное кольцо, и теперь с каждым кругом всё больше сужали радиус. Одна из морских тварей выгнула свою спину дугой, и слегка приподняв верхний плавник, вдруг стремительно ринулась прямо на человека, обнажив сотни острозазубренных белоснежных резцов. Крохотные черные глазки не мигая смотрели на свою жертву, и Рону пришлось вдавить кнопку электродвигателя, чтобы совершить резкий маневр в сторону в последнюю секунду. Ударная волна от пролетевшей мимо живой торпеды, швырнула его в сторону и только наличие у него широкой ласты, помогло избавиться от попадания в моментально закручивающийся поток турбулентности. Метнувшись в сторону стены здания, Рон на ходу нацелился на узкий черный лаз в частично обрушившейся крыше.

Он уже почти подплыл к нему как вдруг сбоку мелькнула широко раскрытая пасть и Арун зажмурился от ужаса, сознавая что буквально через секунду смертоносная челюсть врага вопьется в его тело и порвет на куски. Еще миг – и внезапно другая акула с силой ткнула своим телом первую прямо в округлый черный нос, сбив ее траекторию. Ронни замер, ничего не понимая и оторопело глядя прямо перед собой, но тут же стал свидетелем яростной схватки двух хищников за будущую добычу. Акулы явно не любили друг друга и одна не давала второй схватить его, приберегая лакомый беззащитный кусок свежего мяса для себя. Вода забурлила когда к схватке двух акул присоединилась третья. Кувыркаясь и выписывая немыслимые фигуры в воде, хищники дрались между собой и жестокая ярость их схватки нарастала с каждым мигом. Казалось они позабыли о несчастном человеке, стараясь нанести как можно больше урона друг другу. Дергаясь всем телом, акулы бросались друг на друга, тараня своих товарок и расталкивая мощными корпусами соперников. В тусклом свете фонаря мелькали плавники и хвосты, чьи–то оскаленные челюсти и широкие щели жабер, вскоре в воде появились первые клубы красной крови и накал борьбы поднялся до немыслимого градуса.

Не теряя времени Ронни просунул в черную щель крыши обе руки и быстро втянул себя внутрь. Еще через секунду позади него раздался мощный удар – это одна из особей, одурев от запаха крови, на полном ходу врезалась в узкий лаз. Проржавевшее железо сильно погнулось, но не позволило челюстям ухватить человека. Прижавшись к дальней стене, Арун наблюдал за тем как остроконечный нос раз за разом остервенело вонзался в брешь, неистово молотя по металлу. И с каждым таким ударом в голове всё отчетливее проявлялась мысль, которую снуфер предпочел бы отогнать от себя как можно дальше – он оказался запертым в ловушку.

***

Когда первое оцепенение прошло и готовое выпрыгнуть из груди сердце немного успокоилось, Арун осмотрелся по сторонам.

Перед ним было просторное купольное помещение чердака старого здания. Сквозь мутную толщу воды и поднятую акулами со дна муть осадка, луч фонаря выхватывал из темноты странные ажурные конструкции, пересекавшие большую комнату из конца в конец. Ухватившись рукой за ближайшую из них, Рон подтянулся и проплыл ближе к потолку, где вода была чуть прозрачнее. Справа от себя он увидел в полу лаз и черную винтовую лестницу за ним, идущую вниз. Акулы все еще дрались снаружи, периодически атакуя его укрытие и было бы разумнее спуститься на уровень ниже, где в случае опасности Рон мог бы спрятаться за металлическим ограждением. Нырнув, он посветил на уходящие вниз ступеньки и затем решительно поплыл внутрь.

Пространство снизу представляло собой подобие машинного отделения, однако Арун пока не понимал что за механизм он видит перед собой. Огромные шестерни были надеты на толстые балки, цепи с противовесами уходили куда–то вниз через большое круглое отверстие в полу, а широкие деревянные балки, сколоченные крест на крест расходились на четыре стороны, практически утыкаясь своими концами в целые мутные стекла. Но самое интересное было на концах этих балок! Деревянные цилиндры с крупными шипами хитрым образом соединялись с массивными металлическими спицами замысловатого вида. Одна спица была тонкой и длинной, в то время как вторая была заметно толще и короче, а третья и вовсе напомнила Рону силуэт чайки, расправившей крылья. Все они вращались в разных направлениях и по периметру круглого окна можно было различить еще полтора десятка таких же желтоватых полос, расставленных через равные промежутки.

– Часы! – догадался Ронни. – Сейчас таких нигде не делают, но в древности люди измеряли ход времени именно таким примитивным способом!

Подплывя ближе, Арун взялся ладонью за одну из тускло поблескивающих стрелок и потер ее. В свете фонаря металл отозвался ярким бликом и тут же в голове возникла мысль, что может быть это и есть то самое пресловутое золото, которое так ценилось в прежние времена? Трудно сказать на что этот кусок металла может сгодиться теперь, но такой артефакт вполне мог пригодиться Мисору, который слыл большим знатоком древнего антиквариата.

Рон вставил фонарь в нагрудную проушину и обеими руками ухватился за витиеватую золотую стрелку. Она была надежно закреплена в самом центре конструкции и ему пришлось упереться ногами в какую–то шестерню, чтобы с силой потянуть за нее. Деревянная оснастка часов хоть и заметно подгнила в воде, но просто так сдаваться не собиралась. С тихим стоном дерево заскрипело по мере того как Арун выдирал из него понравившийся предмет. Внезапно круглое окно вдребезги разлетелось на куски и хищная морда акулы ворвалась внутрь часовой башни. Круша всё на своем пути, крупная черная тварь заметалась среди механизмов и лесенок и тяжелая деревянная балка свалилась на снуфера сверху. Увлекая его за собой, она проломила некогда дощатое перекрытие, пронеслась через два пролета ограждений и с шумом врезалась в пол, придавив собой Рона.

Золоченая стрелка отлетела на несколько метров в сторону, упав на землю и подняв вверх целое облако вековой пыли. Обезумевшая акула напоролась на какой–то железный шип и теперь из ее бока хлестала кровь. Она носилась вверх и вниз по широкой шахте в поисках выхода, а Ронни старался тихонько лежать и не шевелиться, чтобы не привлечь к себе её внимание.

Поглядывая по сторонам, он гонял в голове разные варианты того, как можно было бы незаметно выбраться из западни и тут вдруг увидел в противоположном конце зала фигуру еще одного человека. Призрак?! Поначалу он даже слегка встряхнул головой, отгоняя наваждение, но чем больше он вглядывался в силуэт, тем отчетливее видел, что фигура не была плодом его воображения. Девушка прикрыла глаза рукой, когда он посветил на нее фонариком и тут же по её лицу, Арун понял что она смотрит вовсе не на него, а на его золотую стрелку! Добыча лежала ровно посередине между ними и Рон отчаянно замотал головой, давая понять что никому ее не уступит. Акула вновь стремительно пронеслась между ними, подняв целый вихрь взбаламученной пыли и заставляя плотнее прижаться к полу. Рон заерзал, стараясь поскорее выбраться из–под придавившей его балки, однако когда ил осел, он не увидел ни девушки, ни золотой стрелки!

Проклятье! Чертовка украла его добычу и что самое плохое – он вновь почувствовал острый приступ кашля, заставивший его на этот раз согнуться почти пополам. Резкая, острая боль в легких обжигала ему трахею, а из глаз выступили слезы. Стараясь отползти в какой–нибудь угол, Арун сквозь мутную пелену видел лишь мечущийся по залу силуэт акулы. Застучав кулаком по баллону бризера, он попытался хоть как–то наладить подачу смеси в легкие, но понимал что без кислорода его ждет скорая и мучительная смерть.

Испытывая злобу и ненависть по отношению к незнакомке, укравшей его добычу, Арун чувствовал как теряет силы. Время убивало его и надо было решаться! Сил на преследование вора не было и он втопил до отказа кнопку электродвигателя. Моторчик заурчал и потащил его вверх. Арун кое–как проплыл вдоль стены, выскользнул в разбитое акулой окно, и закрыв глаза стремительно полетел к поверхности.

В этот миг он был готов ко всему на свете. Ему было плохо. Он чувствовал себя разбитым и подавленным не только физически, но и эмоционально. Сегодня всё было против него и этот день по праву можно было считать одним из худших в его жизни. И если сейчас на него нападут и растерзают акулы, то он не удивится – это будет достойным финалом тяжелого дня.

Но акулы не стали преследовать его. Быть может они попросту не заметили как он ускользнул от них, а может их больше привлекал запах крови раненой товарки, которая всё ещё неистовствовала внутри часовой башни. Так или иначе, но по мере приближения к поверхности Рон почувствовал себя чуть лучше. Снуферы не нуждались в декомпрессии в силу особенностей своего организма, но остатки расширяющегося кислорода в пефторановой жидкости немного привели его в чувство. Батарейка окончательно села примерно в полусотне метров от поверхности и когда моторчик затих, Арун вяло повиливая своей ластой, поплыл кверху.

Отсюда, с глубины, поверхность моря выглядела почти спокойной, но даже если это было не так – ему было всё равно. Он нуждался в воздухе, жаждал наполнить легкие и насладиться его вкусом. Вылетев наверх, он вначале подпрыгнул словно пробка, а затем закачался на высоких волнах. Шторм сместился куда–то в сторону и Рон позволил себе вяло улыбнуться – ему опять повезло и он снова остался жив, несмотря ни на что.

Внезапно тугая петля обвилась вокруг его тела и он ощутил как его выдергивают из воды словно рыбу. Пытаясь сорваться с крючка, Арун задергался, но крисонитовое лассо держало его прочно. Пролетев над поверхностью воды, он вдруг ударился обо что–то головой, а затем его с силой дернули и он очутился на борту летающего корабля. Если это были якудза Мисору, то ему нечем было их порадовать.

Однако когда Рон разлепил глаза, то увидел перед собой вовсе не бурёндо и его сподручных. С нахмуренного лица на него смотрели черные глаза капрала Олега Бойко и этот взгляд не предвещал ничего хорошего.

– Где мой стриммерс? – сходу резко спросил корпорат, для убедительности как следует встряхнув Ронни за мокрую одежду.

– Я.. Я припарковал его.. на дне, – Ронни натянуто улыбнулся, всё ещё не отойдя от происшествия с бризером. – Но он в полном порядке! Клянусь тебе – ни единой царапинки!

– Боже! Ты что утопил мой корабль?!

– Понимаешь, он сам… в смысле двигатель – он сам перегрелся и отключился..

– Ты перегрел двигатель?! Но там же есть звуковое оповещение! – Олег в ярости отбросил Аруна на палубу и гневно посмотрел на глупо улыбающегося ему в ответ дикаря.

– Я кажется отключил его.. ну, у них там такой противный голос, что я.. ты же сам знаешь..

– Что ты сделал?! Отключил? О, синее небо! Теперь меня точно разжалуют в суборды!

Капрал устало всплеснул руками и машинально одернул свою идеально отутюженную серую униформу. Понуро повесив голову, он плюхнулся в кресло пилота и привычным жестом сразу положил руки на штурвал. По его хмурому лицу и напряженному сопению было ясно, что по вине Аруна у солдата корпорации были большие неприятности.

Немного придя в себя, Рон приподнялся на локте и осмотрелся по сторонам. На борту кроме них больше никого не было. Корабль стремительно набирал высоту и от крутого виража у снуфера слегка засосало под ложечкой.

– Слушай, а куда мы летим? – примирительно спросил Ронни.

– На «Корону», – нехотя буркнул в ответ молодой корпорат, стараясь не обращать внимания на то, как слегка пошатывающийся Арун подошел к нему и прямо в мокрой одежде плюхнулся на соседнее кресло, забрызгав собой часть приборной панели.

– Станция «Корона»? Ничего себе. Это же летающая тюрьма корпоратов! Что ты там забыл, приятель?

– Сдам тебя флайт–коменданту.

– Меня?! Да, ты что? Постой, дружище – мы же напарники! Так нельзя!

Однако капрал его не слушал. Ловким движением он застегнул на запястьях Аруна наручники, и насупившись, резко потянул штурвал на себя, стремительно разгоняя корабль до околозвуковой скорости.

Глава 2. Задание

В камере было чертовски холодно и ее стены буквально были пропитаны людским страхом. Помещения для арестантов не обогревались, потому что власти не видели в этом разумного экономического смысла. Зачем тратить энергию на тех, кто как правило не задерживался на «Короне» больше, чем на три дня?

Зябко поеживаясь, Арун обводил взором тоскливые лица сокамерников, все молчали. А что тут скажешь? «Корона» была знаменитой летающей тюрьмой Корпорации, в которой следствие вели судебные маршалы, совмещавшие в себе сразу три функции – следователя, прокурора и судьи. Адвокаты здесь не были предусмотрены. Как правило, судебный маршал выносил своё решение еще во время первого допроса, а три дня ему были нужны лишь для заполнения бумаг и назначения «особых процедур» на случай несговорчивости арестованного подопечного. Невиновных тут не было по определению. Сама вина могла быть различной, зато наказание было всего одно – казнь.

Ронни заскрежетал зубами. Как же он ненавидел власть корпоратов! Когда Дикие войны были в самом разгаре и пиратские флотилии бороздили небо в поисках добычи, несчастные выжившие остатки человечества с радостью восприняли вмешательство лунной корпорации в земные дела. Русские всегда отличались своим умением создавать превосходное оружие. Казалось, это было их национальной чертой – разрушать всё к чему они могли прикоснуться. Талантливые ученые, гениальные инженеры и не особо трудолюбивые рабочие – во времена потопа они мигом переориентировались на строительство военных судов. Во главе русских корпораций почему–то всегда исторически стояли олигархи из числа бывших генералов. Эта ненасытная свора в прежние времена руководила добычей национальных природных ресурсов, а с началом Диких войн быстро нацелилась на захват ресурсов всего мира.

Со временем русские корпорации объединились в военизированный Альянс, декларирующий борьбу с пиратством и терроризмом, а на деле подмявший под себя почти все доступные вышки и уцелевшие буровые платформы. Наводя жесточайшую дисциплину, они организовали особые учебные лагеря, в которых молодые подростки воспитывались и превращались в робоподобных солдат, для которых долг и служение Родине были превыше здравого смысла и инстинкта самосохранения. Сдавший Аруна в тюрьму капрал Бойко явно был из таких.

Теперь русские почти полноправно заправляли Мидгардом, подчиняясь только Железному королю. Лунный диктатор Трипплхорн был скорее мифом, чем живым человеком – во всяком случае Ронни видел его лишь на картинках. С агитационных красно–черных плакатов, призывающих физически крепких юношей вступать в ряды Альянса, на жителей Мидгарда смотрел закованный в металлическую броню образ непобедимого властителя. Железный король славился своей жестокостью и был единственным кто смог подчинить себе корпоратов. Где–то там, на далекой Луне, им был основан Витариум – волшебный город–поселение, о сказочной роскоши и богатстве которого ходили легенды. Все, кто смог сколотить состояние, стремились переселиться туда – в царство безмятежности, покоя, высококлассной медицины и долголетия. Витариум был раем. Однако Рону было не суждено попасть туда даже после смерти.

Дверь камеры скрипнула и темноту помещения прорезал узкий луч желтого света.

– Рональд Райт, – громко произнес голос, привыкший к беспрекословному повиновению.

Рон молча поднялся и шагнул навстречу своей судьбе. В коридоре его ждали трое солдат, одетых в мышиную форму корпорации. На их нарукавных нашивках красовались треугольные логотипы «Короны», а темно–синие полоски на погонах красноречиво говорили о принадлежности к Особому департаменту. Для порядка ткнув арестанта электрошокером в поясницу, ближайший из конвоиров пнул носком своего ботинка упавшего на пол Ронни. Застонав от боли, Арун поспешил подняться на ноги, чтобы его не сочли слабым и не добивали. Дверь камеры с лязгом захлопнулась за спиной.

Пройдя по длинному светлому коридору, Аруна впихнули в кабинет судебного маршала и надежно зафиксировали в кресле. На лодыжках и запястьях защелкнулись титановые браслеты, а в лицо ударил луч стробоскопического фонаря. Зажмурившись, арестованный за воровство неудачник только сейчас по–настоящему осознал насколько короткой вышла его жизнь. Отчего–то тоской защемило сердце, стало жалко свою никчемную жизнь дикаря, вспомнилось лицо старого Ли. Воспоминание о наставнике сидело внутри него как заноза, ведь якудза дали ему всего три дня, из которых половину он уже впустую провел в тюрьме.

Грубый мужской голос вырвал его из череды невеселых раздумий.

– Итак, Рональд Райт, вы обвиняетесь по статье корпоративного Кодекса номер 36–бис…

– Арун, – тихо произнес Ронни, перебив маршала.

– Что простите? – недоуменно спорсил невидимый собеседник, не привыкший к тому чтобы его речь прерывали.

– Меня зовут Арун, а не Рональд, – щурясь от ярких вспышек произнес прикованный к креслу арестант. – Можно «скользкий Рон» или Ронни, но только не Рональд, пожалуйста…

– Хм.. Арун значит? – где–то зашелестела бумага, видимо маршал перелистывал страницы его личного дела. – Ты получил образование в Храме?

– Всё верно, сэр.

– Зачем ты украл энергетические кубы с наших складов?

– Я должен был заплатить выкуп якудза за своего наставника…

– Как благородно! – невидимый собеседник ехидно хмыкнул. – А стриммерс ты угнал тоже, чтобы помочь якудза? Или может тебе припомнить твои проделки на Сараваке?! А нападение на патруль корпорации на станции «Форест» три месяца назад – это твой наставник тебя надоумил? Кражи на «Галилео», «Ленине» и «Андромеде» – я знаю про тебя всё!

Голос рявкнул и Рон услышал как по столу громко хлопнули папкой с его личным делом. Стробоскопический фонарь вдруг погас, и попытавшись открыть глаза, Арун неожиданно понял, что сознание медленно уходит из–под его контроля. Картинка поплыла и ему стало дурно. Послышались быстрые шаги и кто–то схватил его рукой за подбородок, вздернув лицо кверху.

– Ты – мелкий воришка и дикарское отребье! Ты – ничтожество, посмевшее посягнуть на собственность Корпорации. Ты – отбросы общества, недостойные называться человеком! В то время когда Альянс ведет кровопролитную борьбу с пиратами, защищая жителей Мидгарда от смерти и рабства, ты смеешь снабжать наших врагов топливом?! Великий Трипплхорн своей щедростью позволил вам жить, одарил технологиями, взял под своё покровительство и защиту, а ты предал его идеи и ценности?!

Маршал распалялся еще минут десять. Он говорил о предательстве Аруном своего народа, о ничтожестве его существования, о высоких идеалах Железного короля, о справедливости и долге, и еще о множестве понятий, с которыми Ронни никогда не приходилось иметь дело.

– Вы ведь всё равно казните меня… – тихо проговорил пленник, – так зачем нужны все эти беседы?

– Зачем?! – рявкнул маршал. – А кто тебе сказал, что ты достоин смерти, сынок?! Смерть – это благо, которое ты должен заслужить… это дар Железного короля, который можно принять только чистыми руками и с чистыми помыслами. Прежде чем умереть, ты должен раскаяться в своих грехах. Чем по твоему занимается Особый департамент Корпорации?

– Ловите инакомыслящих и предателей…

– Нет, Ронни.. Вас ловят обычные пехотинцы – а мы занимаемся тем, что досконально изучаем ваши личности и затем последовательно и неукоснительно исправляем каждую вашу ошибку, каждый ваш грех. Можно сказать, мы занимаемся искуплением. «Нельзя очистить этот мир от скверны, не очистив каждую душу в нем..», – маршал процитировал одну из знаменитых фраз Лунного диктатора и почти тут же резко ударил его кулаком под дых и задал вопрос: – Ты работаешь на «Ядро»?

– Ч..что? – Рон едва восстановил дыхание от подлого и больного удара и уставился слезящимися глазами на расплывчатую фигуру корпората. – Нет.. я бы ни за что.. нет!

Зрачки Аруна обрели фокус и лицо маршала наконец стало четким. Его пронзительный взгляд пытливо всматривался в разбитую физиономию пленника. Шевеля одними губами, он тихо произнес «Искупление..» и это слово врезалось в сознание Ронни. Он понял, что следующей своей фразой корпорат объявит ему приговор.

Взяв папку со стола, коренастый мужик с широкими черными усами, приготовился огласить все статьи, по которым судили Рона. Вдруг дверь в кабинет неожиданно открылась и в комнату вошел еще один корпорат с погонами старшего офицера. Шепнув что–то на ухо маршалу, он многозначительно кивнул в сторону связанного и вышел, оставив особиста с выражением озадаченности на лице. Поцокав языком, маршал снова приблизился и сел на край стола. Прищурившись, он почти ласково спросил:

– Какая у тебя группа крови, Ронни?

– Пять–би, – сплюнув на чистый пол, с вызовом отозвался арестант.

Хмуро пожевав губами, маршал нехотя произнес:

– Железный король великодушен и даёт тебе шанс на искупление… С одной из наших платформ по добыче ресурсов произошла какая–то неприятность. И мы не можем исправить ее, послав туда робота…

– Какая глубина?

– Три километра… может чуть больше..

Ронни фыркнул и ухмыльнулся. Чуть больше, чуть меньше – когда речь шла о таких глубинах, то это означало верную смерть, даже для снуфера. Неудивительно, что давление толщи воды разрушало титановые корпуса роботов, уничтожая их электронику.

– Вы отправитесь втроем и осмотрите добывающую платформу. За выполнение задания – свобода. Именем Альянса Корпораций передаю тебя в ресурсный отдел. Ну, и повезло же тебе сегодня, скользкий Рон!

Маршал встал, обошел по кругу свой стол и захлопнул папку. Затем размашисто написал что–то перьевой ручкой на обложке и тиснул свою печать. А Ронни тем временем думал, что судьба вновь преподнесла сюрприз и подарила ему билет. Правда, на этот раз он был в один конец…

***

Пройдя по длинному светлому коридору, Рон вошел в небольшую комнату где уже находились два молодых парня в наручниках и конвоир. Они были одеты в синие стёганые жилеты и одинаковые цветные шапки, и вообще походили на братьев. Коротко кивнув им, Ронни подошел ближе и хмуро посмотрел на подростков – им было лет по шестнадцать, совсем еще дети. Вели они себя непринужденно и иногда дерзко поглядывали на сопровождающего корпората, не сознавая до конца всей опасности выпавшего им задания. С сомнением посмотрев на Рона, тот что был выше ростом спросил:

– Так ты и есть тот самый Ронни Райт? Я думал ты моложе…

Второй тут же добавил:

– Это правда что ты – снуфер? Если нет – тебе крышка.

– Если да – чувствую, что итог будет тем же, – невесело отозвался Рон, которому юный возраст парней сильно не понравился.

– Отставить разговоры! Руки за спину – шагом марш!

Второй конвоир корпоратов распахнул перед ними дверь и нажал потайную кнопку в стене. Послышался низкий гул магнитного замка и наружная дверь с щелчком отскочила в сторону. В лицо ударил холодный ветер и Арун с удовольствием втянул его ноздрями. Так пахла свобода.

Прошагав по палубе метров двести, их подвели к видавшему в жизни и лучшие времена кораблю–батискафу. С виду машина казалась крепкой, но вмятины на бортах и коричневая ржавчина на закрылках явно говорили о том, что эта старушка уже не один десяток лет эксплуатировалась Корпорацией. Подобные батискафы Арун уже видел на станции «Ленин», специализацией которой как раз и были подводные технические работы. Впрочем, вспоминать о том периоде жизни сейчас совсем не хотелось.

Боковая дверь шлюза с шипением откинулась вниз, превратившись в короткий трап, и наружу вышел пилот, которому надлежало доставить арестантов на место отбывания наказания. Увидев капрала Бойко, скользкий Рон презрительно хмыкнул, и громыхая ботинками по металлу, молча прошел внутрь. Тим и Брайли, так звали молодых снуферов, тут же забрались на заднее сиденье и принялись изучать военные бризеры последней модели, которые кто–то заранее принес на борт. Арун сел на единственное свободное кресло, располагавшееся рядом с пилотом. Он всё ещё был здорово обижен на поступок Олега, сдавшего его властям. Капрал похоже тоже не очень был рад их встрече. Формально он был назначен сопровождать их до уровня Альфреда, но Ронни предполагал, что молодой пилот–корпорат не сам вызвался на это задание, а скорее всего был наказан.

– Так значит мы теперь напарники? – с вялой улыбкой задал риторический вопрос дикарь.

– Еще чего! Будешь слушаться меня беспрекословно и ни на секунду не забывай, что это боевое задание, а я – твой командир.

Капрал ловко пощелкал тумблерами приводя репульсорную подвеску в режим полета, а затем плавно поднял машину в воздух. За стеклом пронеслись серые облака, станция «Корона» стала стремительно уменьшаться и вскоре превратилась в небольшую точку снизу. Машина зависла около глиссадного маяка и корпорат поправил наушник.

– Борт три–один–дельта. К вылету готов, – четко произнес Бойко.

– Борт три–один–дельта, полет разрешаю, – послышался приглушенный помехами голос диспетчера. – Набирайте эшелон два девять ноль, слева на траверзе попутный выше.

– Вас понял, эшелон двести девяносто.

Капрал ввел полетное задание в компьютер и пока судно разворачивалось, повинуясь указаниям автопилота, коротко глянул на заднее сиденье, где Тим и Брайли затеяли какую–то возню.

– Отставить драку, – скомандовал он и коротко бросил взгляд на Аруна. – Что это у тебя с шеей? – Олег жестом указал на глубокую рану, оставленную мечом якудза.

– Порезался, когда брился… А вот эта кнопка зачем? – с любопытством спросил Ронни, протягивая палец к широкой темно–красной клавише, расположенной посередине пульта.

– Так, ничего тут не трогай! Погоди, а когда это ты снял наручники? – капрал кивком головы указал на свободные руки арестанта, слегка подправляя положение штурвала.

– Да, сразу же как мы вошли внутрь…

– А почему ж ты тогда не проделал этот фокус, пока мы летели на «Корону»?

– Расстраивать тебя не хотел, – отмахнулся Ронни, разглядывая приборную панель и постоянно норовя нажать пальцем какой–нибудь из рычажков, – уж больно вид у тебя был грустный.

– А ты думаешь меня на «Короне» ждало легкое объяснение того куда делся боевой корабль и почему у меня из под носа сбежал преступник?! Не трогай тут ничего, я сказал! Ты просто сидеть не можешь?! О, синее небо, за что мне такое наказание?

– Ладно, ладно – успокойся… Не нервничай, не надо добавлять проблем..

– Ты и есть моя проблема! – капрал недобро посмотрел на дикаря в его старом жилете, который идя на смерть, улыбался непонятно чему. – Да, не трогай же ты эти переключатели!

Вскоре за окнами корабля из облаков возникла призрачная громада буровой платформы. Желто–синие сигнальные маячки по периметру периодически вспыхивали, обозначая границу посадочной площадки. На нескольких этажах жилого корпуса тускло горели крохотные оконца, а в производственной части неподвижно застыли стрелы подъемных кранов и из труб с шипением вырывался пар.

– Мы разве не зайдем перекусить для начала? – поинтересовался Арун, методично проверяя выданный ему Олегом бризер и искоса поглядывая на пронесшуюся за иллюминатором коричневую громаду.

– Нет, мертвецам еда ни к чему. – Он приступил к снижению прямо на воду и вскоре за лобовым стеклом показались первые морские волны, которые с силой ударялись о корпус батискафа, а затем с легким шипением откатывались назад. – Я опущу вас до уровня Альфреда, дальше пойдете сами. Приказываю всё время оставаться на связи! Инструмент лежит под сиденьем. Тим, Брайли, никаких фокусов под водой – это не игра, а боевое задание. Внизу вас ждет сильное морское течение.

Братья переглянулись и фыркнули со смеху. Серьезный тон капрала Бойко казалось, только забавлял их.

– Мы готовы, – гаркнул в рацию Ронни, направляясь к выходу. Олег поморщился от громкого звука, но воздержался от комментариев, заскрипев зубами. Ожидать порядка от дикарей, выросших на платформах, было глупо. – Не скучай, капрал! А то если хочешь я спою тебе что–нибудь пока мы погружаемся?

– Лучше сделайте свою работу побыстрее.

Гермошлюз с шипением захлопнулся за снуферами и из переходной камеры послышалось бульканье прибывающей морской воды. Олег внимательно следил за показаниями приборов, плавно опуская батискаф вдоль одной из опор буровой платформы и старательно борясь с подводным течением, сносящим корабль в сторону. Вскоре на приборной панели зажглась надпись, информирующая о достижении предельной глубины и он нажал кнопку открывания наружного выхода.

– За работу, парни, – отчетливо произнес Бойко, сражаясь с боковым потоком воды и старательно выравнивая крен судна. – Докладывайте мне обо всем, что обнаружите под водой.

Вместо ответа в наушнике послышался скрипучий голос Ронни, искаженный дыхательной жидкостью. Снуфер безбожно фальшивя, выводил какую–то портовую песню и Олег поморщился – этот дикарь и впрямь решил доконать его своим пением.

Меж тем молодые братья проворно пользуясь двигателями своих моноласт, стремительно заскользили вниз. Пристегнувшись карабинами к боковым тросам, они неслись навстречу черной бездне, словно устроив между собой гоночное состязание. Арун поправил ремень с инструментами на поясе, не спеша проверил заряд бризера перфтораном, и удовлетворенно кивнув, тоже приступил к длительному погружению.

Так глубоко ему опускаться еще не доводилось. Пройдя отметку в полтора километра, он прислушался к своим ощущениям и с некоторым удовольствием отметил, что бризер работал исправно, а организм чувствовал себя вполне комфортно. Что ни говори, а по части военной техники эти русские корпораты и впрямь хорошо знали своё дело. Опускаясь всё ниже и ниже, Арун отметил что по его телу начали пробегать мурашки. Наручный компьютер показывал температуру окружающей воды где–то на уровне 10–12 градусов Цельсия, а значит дело было не в холоде. Ронни включил нагрудный фонарь и яркое пятно света залило окружающее пространство. Тысячи мелких песчинок, словно метель, проносились мимо него по мере погружения. Вдалеке проплыл скат, мерно помахивая своими огромными крыльями. Его рога были слегка загнуты книзу и Рон отметил с какой легкостью многотонное существо перемещается в водной толще. Вскоре стайка мелких рыбешек приплыла к нему на свет фонаря и стала тыкаться мордами прямо в его полнолицевую маску. Отогнав их рукой в сторону, Арун проводил взглядом ската, оставшегося наверху, и с тоской на сердце пошел ниже.

В памяти всплыло лицо и фигура загадочной незнакомки, которая обокрала его во время прошлого погружения. Странно, но Ронни никогда раньше не видел ее ни на одной из платформ, и вообще он не слышал о женщинах–снуферах. С другой стороны молодых братьев–напарников он тоже до сегодняшнего дня не встречал. Кем она была? Где раздобыла бризер? На кого работала? И наконец, куда эта чертовка сбежала? Вопросов было много и нахождение в сходной обстановке навевало на Рона воспоминания о неудачном дипдайве. Рон пообещал себе, что если по какой–то прихоти богов, ему удастся выжить, то он непременно отыщет её, и конечно же, отнимет принадлежащую ему по праву золотую пластину.

Динамик ожил и из него послышался воодушевленный голос Тима. Или Брайли – Ронни не отличал их из–за влияния перфторана на голосовые связки.

– Эй, Ронни, давай сюда! Мы нашли тут кое–что интересное!

– Что вы обнаружили? Доложить обстановку! – с небольшой задержкой послышался голос капрала, который явно был недоволен тем, что снуферы игнорировали его старшинство.

Однако на его призыв никто не ответил и Рон вяло отозвался вместо них. Глубина стискивала ему грудь и приходилось признать, что дыхание при такой высокой плотности воды было делом куда более сложным.

– Не волнуйся, кэп, скоро я прибуду на место и тогда ты всё узнаешь из уст самого Ронни Райта!

Пот потек по его лицу и эта простая фраза отняла настолько много сил, что Арун предпочел сохранять молчание до конца погружения. Каждое движение в плотной среде требовало от него огромных затрат усилий и он испытал облегчение, увидев приближающиеся огни на скафандрах Тима и Брайли. Молодость давала их организмам небольшую фору, но даже эти два вечных балагура сейчас успокоились, зависнув на определенной отметке и озираясь по сторонам.

– Что тут у вас, парни? – ощущая легкую одышку, коротко спросил Рон. Вместо ответа долговязый Тим махнул рукой в сторону, продолжая напряженно всматриваться в темноту. – Да, что случилось–то?

– Сам посмотри, – отозвался Брайли. – Все тросы, равно как и опорная мачта перерезаны..

– Перерезаны?! У вас что азотный наркоз, ребята? А я говорил вам – спускаться надо не спеша, чтобы организм успевал адаптироваться…

Его фраза повисла в воздухе не оконченной, когда луч собственного фонаря выхватил из тьмы концы отрезанных стальных тросов, каждый из которых был толщиной с его запястье.

– Это еще не всё, – с тревогой произнес Брайли и в его интонации явно слышались нотки страха и напряжения. – Дело в том… в общем тут кто–то есть…

– Что?! – удивлению Ронни не было предела. Он быстро взглянул на показания своего компьютера: – Кто может быть на глубине 3200 метров? Здесь не могут выживать не только акулы, но и ни одно известное нам морское животное!

– В том–то и дело, – отозвался Тим, держась рукой за трос и вглядываясь в темноту. – Ни одно известное не может, но ты ведь слышал о мутантах?

– Мутанты – это байка, которую в барах рассказывают простакам ради бесплатной выпивки. Я и сам грешен, не раз сочинял такое, что…

– Тихо! Вот сейчас.. чувствуешь?

– Нет..

– Замолчи и закрой глаза..

– Чего? – протянул Ронни, всерьез опасаясь, что парни всё же подхватили азотное опьянение.

– Закрой глаза… ты сам всё поймешь…

Не столько проникнувшись словами ребят, сколько чтобы просто поддержать контакт с ними, Арун послушно закрыл глаза и выровнял тяжелое дыхание. Спустя какое–то время он и впрямь ощутил своим телом легкую вибрацию, словно кто–то стремительно проплыл рядом с ним, оставив после себя вихревой след. Ронни распахнул глаза и посветил фонарем в густую тьму – никого не было. Только побелевшие от страха перепуганные лица молодых снуферов, вопросительно смотревшие на него.

Ронни вновь закрыл глаза, стараясь проверить не мерещится ли ему всякое в темноте, и не розыгрыш ли это со стороны братьев. Хотя какой может быть розыгрыш когда прямо перед ним висят в толще воды перерубленные кем–то стальные канаты?

На этот раз вибрация была более отчетливой и Арун даже уловил ее направление. Два.. Нет, скорее три каких–то существа явно приближались к ним с восточной стороны. Пульсация нарастала с каждой секундой и это невидимое нечто явно было живым. Вот оно сменило направление и теперь быстро шло прямо на них!

– Быстро наверх! – скомандовал Ронни.

Он дернул за рукав ближайшего из братьев, вытаскивая того из оцепенения, и подтолкнул его в сторону поверхности. Затем выхватил из поясного кармашка крохотную видеокамеру и наскоро заснял перерезанные опоры. На такой глубине сигнал с батискафа доходил с большой задержкой и Рон без особой надежды быть услышанным произнес в микрофон:

– Олег, слышишь нас? Мы всплываем! Повторяю – тут кто–то есть, мы всплываем!

***

Превозмогая боль в мышцах, Рон с трудом шевелил ластами. Глубина делала своё дело и с организмом что–то происходило, что–то неладное, что–то что заставляло его испытывать слабость во всем теле, в каждой его клеточке. Подводное течение внезапно усилилось и сменило своё направление. Теперь оно тянуло не просто вбок, но вниз. Встроенный электромотор работал изо всех сил, но их не хватало на то, чтобы преодолеть мощь морского течения.

Первым из сил выбился Тим – из–за своей молодости он слишком рьяно работал ластой и активно расходовал кислород, и вот теперь неожиданная усталость навалилась на него, не отпуская и не давая возможности сопротивляться потоку.

– Тим! – голос Брайли почти срывался, когда он пытался одной рукой удержаться за стальной трос, а второй помочь своему брату. – Тим, держись! Умоляю тебя, не сдавайся!

– Хватайся за мою страховку! – прокричал ему Ронни, отстегивая свой карабин и протягивая ему конец веревки. Он старался дышать максимально размеренно, несмотря на всё возрастающую нагрузку. Если ему удастся сладить со своим сердечным ритмом, то возможно у них будет шанс спастись всем вместе.

2500 метров. Арун посмотрел на показания бризера. На такой глубине перфторан быстро терял свои свойства, а он слишком хорошо помнил, что происходит когда кислород перестает поступать в клетки тканей. В это мгновение воздух был ему нужен как никогда – он держал Брайли, а Брайли держал брата. Медленно переставляя руки вдоль троса, Рон пополз вверх. Вряд ли он сможет вытянуть всех троих на протяжении трех километров – это было безумием даже в теории, но сдаваться он был не намерен. Ронни Райта можно было обвинять в том, что он не соблюдает законы, но он всегда соблюдал правила, и первым из них было не бросать друга в беде. И пусть он был знаком с парой молодых снуферов всего несколько часов, изменять себе он не собирался. Закрыв глаза, Арун начал переставлять руки и медленно пополз наверх.

В полнолицевой маске отчетливо было слышно его натужное дыхание. Пот застилал всё лицо, стекая по бровям на глаза и щеки. В висках неприятно пульсировала какая–то мелкая жилка, было душно и внутренняя поверхность маски начала запотевать, лишая и без того плохой видимости. Внезапно где–то внутри него возникло острое чувство тревоги и вибрация, которую они ощущали возле оборванных тросов, вновь отчетливо отдалась в ушах. В темных водах явно что–то было и теперь оно преследовало их. Крик Брайли мигом вырвал его из раздумий.

– Берегись, Тим!

Странное существо на огромной скорости приблизилось к ним и его глаза горели необычным красноватым огнем. Чудище быстро перемещалось, на ходу меняя свою траекторию, и когда оно пронеслось совсем рядом, то Ронни вдруг осознал, что перед ними было вовсе не живое существо, а машина! В лучах фонарей мелькнул серебристый корпус, который он поначалу принял за диковинную чешую. Двигатели робо–чудовища мерно работали, всасывая воду с одной стороны и выбрасывая её позади корпуса. Эти короткие, но частые импульсы и создавали ту странную вибрацию, которую они все чувствовали на глубине.

– Осторожно! – это прокричал уже Ронни, когда смертоносная капсула пронеслась совсем рядом с ними, на ходу ловко перерезав трос, которым они были связаны вместе.

Острые дисковые лезвия вращались с бешеной скоростью и уже в следующее мгновение, робот–убийца, развернувшись полоснул ими по телу Тима. Хлынувшая кровь, в отсутствие солнечных лучей приобрела темно –зеленый цвет и широкими клубами разошлась в стороны. Брайли дернулся к останкам брата, но Рон удержал его, таща за собой на веревке.

– Нет, Тимми, нет! – закричал он, пытаясь освободиться.

– Спокойно, ребята, я вытащу вас, – вдруг прозвучал в наушниках голос капрала Бойко, связь с которым внезапно восстановилась.

– Не дури, парень, тебе нельзя переходить уровень Альфреда! – прокричал в рацию Ронни. Он хорошо знал, что у любого геройства есть предел и в данном случае он был четко определен человеческой физиологией и составлял 800 метров. – Батискаф может и выдержит погружение, но ты точно нет!

После потопа что–то произошло с мировым океаном и теперь его пронизывало невидимое, но от этого не менее смертоносное излучение. Радиация вела себя странно и действовала на живые организмы избирательно – какие–то животные не обращали на нее никакого внимания вообще, другие подверглись незначительным мутациям, для человека же погружение ниже определенного уровня почти всегда оборачивалось смертью, словно планета специально навсегда отгородилась от человечества, проклиная его за совершенные в прошлом грехи. Безопасным считался уровень Альфреда, который менялся в зависимости от географической позиции, но примерно составлял те самые пресловутые 800 метров. Источник радиации обнаружен не был, однако эмпирически было установлено, что в отличие от простых смертных снуферы могли преодолевать этот порог без видимых последствий. Впрочем, кто мог знать что ждало их в будущем и как проявит себя действие излучения на разных глубинах.

Проклятое течение снова изменило своё направление и останки Тима пронеслись мимо них наверх. Стихший на время мерный рокот глубоководного убийцы вновь стал приближаться и тут в голову Рона пришла дикая авантюра.

– Брайли! Отцепляй страховку!

– Что?!

– Отцепляй наши страховочные тросы! Течение дует наверх – этим надо воспользоваться! Будь готов включить двигатель на максимум по моей команде!

– Я не брошу его здесь!

– Его больше нет, Брайли.. Мы должны выбираться..

Снуфер послушно кивнул и отцепил трос, а течение моментально подхватило человеческие тела, утаскивая их наверх по какой–то замысловатой траектории. 1900, 1800, 1750… Ронни пристально следил за показаниями глубиномера. Течение теряло свою силу и пора было действовать.

– Пора! – прокричал Ронни, давая Брайли сигнал включить двигатель. Выжимая из него максимум и помогая ластами удерживать нужное направление, они поднялись выше.

Чертов русский похоже и впрямь не особо дружил с головой и Рон отчетливо видел, что он не только прошел отметку в 1200 метров, но и теперь активно лавировал в потоке, стараясь совместить свою траекторию с направлением, в котором они всплывали.

– Ниже не надо! – прокричал в рацию Ронни, – мы уже близко!

Им и впрямь оставалось проплыть не больше двух сотен метров, когда робо–чудище вновь вернулось за ними. На этот раз оно было не одно, а в компании ещё двух таких же жужжащих своими дисковыми пилами устройств. Красные огоньки искусственных глаз–визоров словно ночной кошмар быстро перемещались в темной толще воды, то исчезая из поля зрения, то вдруг появляясь снова, но уже с другой стороны. Ронни подналег на ласты, видя что Бойко уже открыл для них отверстие входного шлюза, которое теперь отчетливо маячило впереди ярким желтым пятном. Однако то, что произошло дальше повергло его в шок.

Брайли, который за всю дорогу наверх не проронил ни слова, вдруг выхватил из поясной сумки с инструментами огромный гаечный ключ, и включив двигатель на максимум, ринулся на ближайшего робота. Он успел нанести ему по корпусу не больше двух ударов до того момента, когда робо–чудище отстрелило один из вращающихся дисков, и он пролетев небольшое расстояние воткнулся в тело снуфера, почти перерезав его надвое.

– Проклятье! – Арун едва успел втащить ноги внутрь батискафа, когда один из преследующих его боевых роботов с силой ударил по корпусу корабля. – Всплываем! Быстрее, быстрее, быстрее!

Вжавшись спиной в дальнюю стенку гермошлюза, Ронни отчетливо слышал как дисковые пилы со скрежетом впиваются в титановый корпус корабля. Рассчитанный на высокое давление, он не мог противостоять этому странному и одновременно страшному оружию. В корпусе появились узкие бреши и в голове Аруна промелькнула мысль, что через считанные минуты эти дьявольские устройства попросту распилят батискаф на куски. Ровно так, как они поступили с опорами буровой платформы.

Ворвавшись в кабину пилота, Арун хотел что–то проорать Олегу, но дыхательная жидкость, которая еще была в его легких не дала ему такой возможности. Переход на воздушное дыхание был крайне болезненной процедурой, сопровождающейся спазмами гортани и приступами судорог во всем теле. Рухнув на колени, Арун едва удерживался на полу, схватившись правой рукой за спинку своего кресла. Резкие перегрузки и болтанка корабля из стороны в сторону лишь добавляли дискомфорта его измученному телу, которое теперь лежало на полу в приступе легкой лихорадки. Однако капрал Бойко был превосходным пилотом. Несмотря на многочисленные повреждения и начисто отрезанные роботами рули управления, он сумел сбросить врагов со своего корпуса и оторваться от них, устремившись к поверхности.

Лежа на полу, Арун смотрел как пилот ловко орудует переключателями и маневрирует в морских потоках. Вскоре корабль прошел уровень Альфреда, а спустя какое–то время и вовсе выскочил на поверхность. Он закачался на высоких волнах, однако летать ему похоже было больше не суждено. Выплюнув изо рта остатки сине–голубой жидкости, Ронни устало прикрыл глаза.

***

– Ты что, всерьез думаешь, что эти робо–чудовища – это продукт производства Корпорации?! – изумлению капрала не было предела.

Пока их потерявший управление батискаф дрейфовал по волнам, между выжившими разгорелся нешуточный конфликт.

– А кто еще по–твоему в состоянии построить такие машины?! – парировал Арун, расхаживая по крохотной рубке корабля взад и вперед. – Только ваша Корпорация или кто–то из примкнувших к ней членов Альянса! Или ты думаешь, что на Мидгарде научились делать металл и электронику прямо из воздуха?

– Это невозможно…

– И почему же?! Потому что тебя не предупредили об испытании боевых машин на арестантах?

– Но я – не арестант, а сопровождающий вас офицер!

– А кто знал о том, что ты сунешься за нами на глубину?

– Мы так не поступаем…

– А как по–твоему вы поступаете, а?! Корпорации годами притесняют жителей Мидгарда, устраивают полицейское насилие, грабежи мирных граждан и еще много чего, о чем не сообщают на ваших политинформациях.

– Мы защищаем закон и обеспечиваем исполнение правосудия!

– Защищаете от кого? От тех, кого вы называете чумазыми дикарями? Ты хоть сам–то знаешь что такое закон? Это воля господствующего класса, изложенная на бумажке. Вы все – слуги Лунного диктатора, который десятилетиями выкачивает земные ресурсы, чтобы жизнь на Витариуме была еще лучше с каждым днем. Даже сами Корпорации являются всего навсего перевозчиками – обычными космическими таксистами, доставляющими Железному королю всё, что он пожелает!

– Перестань нести чушь…

– Чушь?! А чем по–твоему вы все занимаетесь? Вы управляете башнями и платформами, буровыми вышками, Кольцом и множеством заводов по производству летающих судов. Это всё круто – да, я с этим не спорю. Но для чего нужен этот флот? Зачем нужны все ваши транспортные платформы, космический лифт и прочее? А, зачем?

– Мы не создавали этих подводных убийц, – вновь устало произнес капрал.

– Больше ни у кого нет таких технологий и ты это знаешь…

– Мы обеспечиваем соблюдение закона, в то время как члены террористического «Ядра» вредят обществу. И вообще, перерезанный трос, скорее всего, их рук дело.

– Ага, и они приплыли на такую глубину, где невозможно выжить обычному человеку, только чтобы отключить одну из ваших вышек. И машины у них получше, чем у корпорации… Ты еще скажи, что это они захватили Луну и изгнали с нее богатых, а не наоборот. Ты хоть слышишь себя?! Или тебе настолько промыли мозги в инкубаторе, что ты лишь способен маршировать с портретом генерала Чернигова в руках?

Олег грустно улыбнулся в ответ.

– Чего лыбишься?

– Мы не рождаемся в инкубаторах, это байки..

– А мы вовсе не чумазые дикари – это тоже байки. Но вы называете нас только так… И кстати, где вас тогда таких выращивают?

– В училищах.. Особые кадетские корпуса. Я между прочим был лучшим на своем курсе и сегодня у нас должен был состояться выпуск с присуждением новых званий! Если бы я не встретил тебя, то вечером уже обмывал бы погоны флайт–капрала вместо того, чтобы болтаться с тобой в одной лодке.

– А что потом?

– В каком смысле?

– Ну, дальше.. как ты видишь свою жизнь?

– Я бы стал одним из лучших пилотов Корпорации, лет через пять дослужился бы до праймера или даже штаб–сержанта. Потом получу погоны мастера и перед выходом на пенсию может успею стать штурм–капитаном. – Бойко мечтательно улыбнулся своим мыслям, очевидно уже примеряя на себя погоны с ромбовидными звездами вместо его нынешних угловых лычек с крылышками. – А ты? Что тебя ждет в твоем мире?

– А я собираюсь спасти своего наставника, успеть до заката надрать задницу якудза Мисору и еще хорошо бы где–то поужинать, а то уже желудок крутит после всех этих ваших заданий, – Ронни всё ещё ходил туда–сюда по небольшой рубке корабля, то появляясь в поле видимости Олега. то на краткий миг исчезая за его спиной.

– Ничего себе план! Дальновидно.., – капрал ехидно ухмыльнулся приземленным мечтам дикаря. – Только знаешь, в нем не хватает одной маленькой детали – ты забыл, что сначала тебе надо выбраться отсюда. Да, и ужин у тебя сегодня, скорее всего будет на «Короне».

– Это вряд ли, – при этих словах Арун ловко защелкнул наручники на запястье Бойко, приковав того к подлокотнику его кресла.

– Ты что делаешь, чумазый?!

– Исправляю «маленькую детальку» своего плана, – Ронни широко улыбнулся.

Однако в следующий миг свободная рука капрала скользнула куда–то за спину и он извлек пистолет из потайной кобуры. Наведя ствол на Ронни, он отчетливо произнес:

– Немедленно отстегни меня! Я сделал кое–какие выводы с нашей прошлой встречи, и как видишь, хорошо подготовился.

– Ну, я тоже сделал выводы. И знаешь что я про тебя понял? – он выжидающе посмотрел на прикованного пилота, – Ты не выстрелишь…

Арун ловко подхватил свой бризер с пола и по–хозяйски прошелся по салону, присматриваясь что бы еще полезного прихватить с собой напоследок. Олег всё еще держал его на прицеле, но его это совсем не волновало. Корпорат не выстрелил в него еще там у складских пакгаузов, когда они еще не были знакомы, а уж теперь –то не сделает этого и подавно. Несмотря на всю свою выучку, он явно не был хладнокровным убийцей, и это устраивало скользкого Рона как нельзя больше.

– Ты же знаешь, что я всё равно выберусь отсюда! – прорычал Бойко, силясь оторвать наручники от стального подлокотника кресла.

– Конечно, выберешься, но у меня будет фора. И да… в твоих интересах на этот раз сказать, что на задании погибли все три снуфера. Тебе не простят мой второй побег, а быть разжалованным в суборды… В общем, ты и сам знаешь, что достоин гораздо большего. Ладно, мне пора. Не скучай, дружище!

При этих словах Арун сунул загубник бризера себе в рот и распахнув лобовой иллюминатор, вылез наружу. Через мгновение капрал услышал всплеск за бортом и понял, что чертов дикарь его вновь оставил в дураках.

Глава 3. Старые долги – новые проблемы

Олег машинально одернул свою идеально вычищенную форму, смахнул невидимую пылинку с серого кителя и решительно вошел в кабинет коменданта станции.

– Младший капрал Бойко прибыл по вашему распоряжению, сэр, – четко произнес он, вытянувшись и замирая по стойке «смирно» в середине комнаты.

Хмурый взгляд коменданта, сидящего за широким письменным столом под портретом генерала Чернигова, уставился на капрала и изучающе пробежался по наградным нашивкам отличника. Бойко был на хорошем счету у командования и тем неожиданнее было получить от него столь странный рапорт после выполнения по сути несложного задания. А вернее сказать, полного его невыполнения. Штурм–капитан поднялся со своего места и неспешно, словно опытный и уверенный в своих силах хищник, приблизился к стоящему на вытяжку пилоту.

– Итак, капрал, – вместо приветствия произнес Левченко, – что по вашему произошло с буровой платформой?

– Её отрезали, сэр, – лаконично доложил молодой корпорат, глядя прямо перед собой. – Детали я подробно изложил в своем ра..

– Я читал рапорт, – перебил его комендант и тут же сменив гнев на милость более спокойным тоном добавил: – Меня интересует ваша версия событий, капрал. Расскажите всё простыми словами..

– Сэр, я полагаю, что члены «Ядра» разрушили крепежные тросы и перерезали несущую магистраль платформы.

– И как они смогли это сделать?

– При помощи радио–управляемых механических устройств с дисковыми пилами, сэр.

– Вы своими глазами видели это, капрал?

– Нет, сэр. Согласно приказа я сопровождал арестованных снуферов до уровня Альфреда, затем поддерживал с ними связь пока это было технически возможно.

– И они доложили вам о том, что якобы увидели на глубине… – Левченко неспешно прошелся по комнате до окна и задумчиво посмотрел сквозь пуленепробиваемое стекло на проносящиеся мимо серые облака. – А как они смогли доложить вам, если вы утверждаете что связь в какой–то момент прервалась?

Комендант резко развернулся и вопросительно поднял брови. Казалось, ловушка захлопнулась.

– Сэр, когда на них напали эти.. эти устройства, то они предприняли попытку подняться.

– Бежать! – рявкнул комендант, – Они предприняли попытку «бежать» и вы должны были остановить их, капрал! Любой ценой! даже ценой своей жизни!

– Так точно, сэр. Но всё же на них напали, я видел видеозапись и потом.. они все погибли, сэр.

– И где сейчас эта видеозапись?

– Её нет. Когда мой корабль подвергся атаке, я принял решение.. – тут Олег немного замялся, потому что ему было стыдно произносить эти слова, но он всё же решился: – Я принял решение оставить свою позицию на уровне Альфреда и всплыть наверх, чтобы иметь возможность доложить командованию о происшествии. Эти твари почти полностью разрезали мой корабль на куски. К сожалению, модуль связи и блок хранения данных также были уничтожены, а я…

– А вы получаете строгий выговор, капрал. – неожиданно за него закончил фразу штурм–капитан Левченко.

– Простите, сэр? – Бойко был искренне удивлен такому решению. Он был уверен, что доставленная им информация представляла огромную ценность и рассчитывал если не на награду, то хотя бы на присвоение давно заслуженного звания.

– Вы оставили свою позицию без разрешения, капрал. Провалили задание, сеете слухи и небылицы среди сослуживцев, да еще и повредили корабль корпорации.

– В бою, сэр..

– Молчать! За такое вас следовало бы немедленно разжаловать в суборды и отправить на гауптвахту, и только хорошие рекомендации вашего командира останавливают меня от этого. Вы на неделю отправляетесь обычным патрульным на складскую зону, а потом я решу что с вами делать.

– Есть, сэр. Я могу приступать к патрулированию?

– Можете..

Комендант вяло махнул рукой, отпуская провинившегося солдата исполнять свой долг. Но перед самой дверью вдруг на мгновение задержал его.

– Капрал, так ты говоришь, что все трое снуферов погибли?

– Так точно, сэр. Я слышал их крики и на поверхности было много крови.

– Тогда подумай на досуге, как один из них вчера пил пиво в таверне на «Синей птице»? – Олег выругался про себя и его щеки покраснели от стыда. Обманывать начальство ему еще не доводилось ни разу в жизни. – Вы свободны, капрал. Ша–гом марш!

***

Обида, досада и раздражение. Вот, пожалуй, краткий список тех эмоций, которые испытывал Олег Бойко, прибыв на нижний складской уровень. Ему никто не поверил, его рапорт о нападении робо–чудовищ признали вымыслом, а поведение на поле боя трусостью. Вместо новых погон он получил выговор и его карьера пилота не просто висела на волоске, она уже вовсю скатывалась под горку, стремительно набирая обороты. Будь проклят этот дикарь! Надо было пристрелить его прямо в рубке и сейчас всё было бы совсем по–другому.

Этот гадёныш вчера вечером пил пиво, а капрал Бойко теперь был отстранен от полётов и переведен охранять армейские склады, словно он был не первоклассным пилотом, а каким–то… у него даже не было слов, чтобы адекватно сравнить своё текущее положение! Мелькнула даже мысль спрыгнуть с платформы и поступить достойно чести офицера, хотя какое достоинство может быть в банальном самоубийстве?! Нет, он должен предпринять что–то другое, что–то что восстановит доверие начальства и позволит ему продолжить карьеру бравого пилота. Без неба для него не было смысла в жизни!

– Они думают, что я всё выдумал! Испугался и насочинял про роботов и мутантов, а этот поганец жив и здоров и прохлаждается на «Синей птице»! Ну, попадись ты мне еще раз Ронни Райт, я из тебя всю душу вытрясу!

Гоняя в голове гневные мысли, капрал Бойко и сам не заметил как ноги привели его к посадочной площадке, на которой в ремонтном ангаре в самом углу, закрытый брезентом голубого цвета стоял его израненный батискаф.

– Они даже не стали осматривать его, посмеявшись над рапортом! Ничего, я всем покажу, что Олег Бойко не напрасно был лучшим на курсе!

Оглянувшись по сторонам, капрал ловко прошмыгнул в ангар, намереваясь самостоятельно осмотреть поврежденный корабль и провести своё собственное расследование. Если они думают, что повреждения кораблю были нанесены сбежавшими снуферами, значит надо отыскать что–то не характерное.

– Надо найти то, что будет указывать на следы вражеской технологии. Если конечно.., – тут он на секунду замялся, не решаясь дать ход крамольным мыслям. – Если конечно, вчера и вправду не проводились какие–то секретные испытания, как и предположил чертов Ронни.

Если это так, то многое вставало на свои места – и выбор места для испытания, и использование арестантов, и даже отправка Олега – как никак он был отличным солдатом и написал обо всём честный рапорт. Но если так, то логично предположить, что где–то здесь должны были находиться и атаковавшие его подводные роботы! Кто–то же должен был осмотреть их после того, как они побывали в бою и сразились с его батискафом?!

Мысль была дурацкой, но отделаться от нее было крайне сложно. До начала его смены в карауле было еще добрых полчаса, а значит есть время осмотреть ремонтный ангар и если повезет, то он либо найдет доказательство безумной теории, либо успокоится и пойдет отбывать заслуженное наказание.

Оглядываясь по сторонам, Олег на цыпочках перебежал к следующему ремонтному стенду, также укрытому от чужих глаз брезентовой накидкой. Откинув ее в сторону, он обнаружил поврежденный стриммерс, который очевидно побывал в боях во время недавнего набега пиратов на Кольцо. Следующими были еще два транспортных корабля и пехотный турбоцикл.

– Не то! Это всё не то, я не там ищу.., – сказал себе Бойко. – Нападавшие роботы были небольшими по размеру, компактными как торпеды..

Он быстро перебежал к противоположной стене ангара, где стопками были составлены многочисленные ящики. Капрал на секунду замер, когда ухо различило какой–то шорох, но больше ни одного звука не донеслось и он продолжил свои незаконные изыскания. Если его поймают здесь, то карьера пилота закончится навсегда, зато начнется новая – карьера шпиона и преступника. Честно говоря, не хотелось бы…

Пробегая между высокими рядами ящиков, Олег бегло осматривал их содержимое – запасные части силовых установок, элементы двигателей, боекомплекты, навесное оружие и патроны. Пока он носился между стеллажей по его спине постоянно пробегал холодок – он делал крайне нехорошее дело. Как он дошел до такого?! Еще несколько дней назад он был примерным солдатом Корпорации, а теперь бегает с монтировкой и вскрывает ящики на собственном складе, вместо того чтобы охранять их! Это определенно было влиянием его знакомства с дикарем и Бойко даже поразился тому насколько быстро в него просочилась эта зараза. Подбежав к очередной стопке, накрытой брезентом, он вновь замер – на складе определенно был еще кто–то. Или это нервы?

Он принялся обыскивать очередную стопку пластиковых контейнеров защитного синего цвета, как вдруг поймал себя на мысли, что такое оружие вполне могло находиться в ведении лунного департамента – особого корпуса селенитов, дислоцированного на их платформе и представлявшего здесь интересы Железного короля. А ведь и правда, несколько дней назад прибыл очередной шаттл со сверхсекретной миссией! Селениты всегда держались особняком и считали себя белой костью, их дела на платформах, равно как и в Мидгарде были строжайше засекречены. Поговаривали, что их основная задача – розыск уцелевших членов «Ядра», но чем они занимались в действительности мог знать только комендант платформы. А мог и не знать..

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.