Елена Колесникова
Если наступит завтра

ПРОЛОГ

В последнее время меня мучили жуткие кошмары, очевидно ставшие отражением переживаний, ощущаемых в реальной жизни. Сны были яркими красочными, заставляющими меня каждое утро просыпаться с криком, и чувствовать себя опустошенной и уставшей. Самым примечательным в этих снах являлось одно обстоятельство – какими бы реальными они не казались, стоило мне открыть глаза, и произошедшие события, почему-то кажущиеся важными и значительными, ускользали от меня, рассеиваясь подобно утреннему туману под лучами восходящего солнца.

Сон, приснившийся мне в ту дождливую осеннюю ночь, не походил на другие, которые я обычно не могла вспомнить с наступлением утра. В том сне я видела себя словно со стороны, идущей по берегу моря. Вокруг бушевала страшная буря: дождь лил бесконечным потоком, яростные порывы ветра обрушивались на меня со всех сторон, а над морем то и дело сверкали огненные вспышки молний и раздавались сильнейшие раскаты грома. Но женщина, медленно пробирающаяся сквозь ледяную стихию, будто не замечала разыгравшейся вокруг нее бури, не обращала она внимания и на то, что вся ее одежда, состоявшая из простой больничной рубашки, пропиталась ледяной водой, а длинные черные волосы мокрыми змеями разметались по плечам и спине подобно смертельному савану.

Шедшая по берегу женщина была мной, она обладала моими чертами лица, моими глазами, моей походкой. И все же она отличалась от меня, по крайней мере от той части меня, какой я была до того, как со мной произошла вся эта невероятная история.

В глазах незнакомки с моим лицом я видела нечто удивительное, даже во сне заставившее меня похолодеть от страха и дурного предчувствия. Незнакомка знала истину, которую мне еще предстояло раскрыть. Она знала нечто такое, что имело невероятную силу и мощь, и могло перевернуть судьбу целого мира………Помимо этого потрясающего откровения, я увидела в ее глазах то, что как я поняла много позже, превратилось в мою собственную судьбу, в мое наказание и мой дар. Незнакомка с моим лицом познала боль, огромную всепоглощающую боль, по сравнению с которой мои собственные переживания выглядели смешными и нелепыми. Можно было с уверенностью сказать – этой незнакомки с моим лицом следовало опасаться, поскольку в ее глазах читалась отчаянная решимость, заключающаяся в ее страстном желании броситься в морскую пучину, едва только она поймет, что ее время пришло.

Вскоре сон немного изменился. Я уже не видела женщину со стороны, я стала ей самой. Я почти физически ощущала сковавший ее сердце холод, охватившее ее безумие, ставшее следствием дикого отчаяния и перенесенной ею страшной трагедии. После всего, пережитого ею, у той женщины не оставалось иного выхода кроме как броситься в морскую бездну, способную избавить ее от боли и страдания. Именно такой исход избавил бы ту несчастную женщину от боли, сейчас затаившуюся внутри нее, но готовую в любой момент вырваться наружу. Только так она сможет забыться в долгожданной ослепительной бесконечности, где, возможно, она получит шанс увидеть его, хотя бы один единственный раз………

Внезапно женщина увидела свет, чей источник не представлялось возможным определить, судя по всему приближающийся именно к ней. Неужели кто-то помешает ее планам, не даст осуществиться столь желанной цели? Невольное любопытство переселило страх и немедленное желание бежать от направляющегося к ней источника света. Просчитав возможные варианты, женщина остановилась на пике высокого утеса, готовая в любой момент броситься с обрыва, если только кто-то попытается остановить ее, лишить возможности наконец-то оборвать свое беспросветное существование. Она ожидала, стоя в темноте, обдуваемая бушующей стихией, подобно хищнику, затаившемуся во мраке ночи в ожидании своей жертвы. Время остановилось, перестало иметь значение. Но вскоре все изменилось. Свет, исходивший от фонарей, походивших на фонари прежних веков, внезапно осветил темноту, и она увидела группу людей, закутанных в темные плащи. Мужчина, судя по всему не обращающий внимание на потоки лившегося на него дождя, высоко поднял фонарь. Из темноты возникло скрытое черным капюшоном лицо, чей обладатель имел ничем не примечательную внешность. Мимо такого человека можно было бы пройти на улице или в метро, и через несколько мгновений даже не вспомнить о подобной встрече. Однако женщина, совершенно определенно знала этого мужчину, ибо, словно демон из преисподней перед ней явился человек, называющей себя Генералом, явившийся из кошмара ее воспоминаний, из ее прошлой жизни, от которой она страстно желала избавиться, бросившись в объятия бушующей стихии.

Пронизывающий взгляд Генерала пронзил ее ударом молнии. Он знал все, в том числе о ее намерении покончить с собой, и, судя по всему, намеревался помешать ее планам. Его властный, гипнотизирующий взгляд невольно притягивал, не давая женщине сделать последний решительный шаг и броситься в морскую бездну прямо на глазах у Генерала и окружающих его людей. Затем Генерал заговорил хриплым голосом человека, привыкшего командовать и отдавать приказания.

–Ты слишком задержалась, Хранительница судьбы. Мы так долго ждали тебя, ждали, когда ты вернешься к нам.

Я услышала свой собственный голос, хриплый и тихий, и все же сумевший с вызовом ответить на странные слова Генерала:

–Ждали меня? Для чего? Для меня все теперь конечно! Я женщина без прошлого, без настоящего и без будущего! Все прошло, исчезло, растворилось. Я не хочу больше жить! Оставьте меня в покое, и дайте покончить со всем! Только так я смогу освободиться, очиститься, только так моя душа обретет покой, какой я не смогла обрести в этой жизни даже ценой перенесенных страданий!

–Ты ошибаешься, Катюша, – сказал мужчина, называющий себя Генералом. – Ты действительно испытала в жизни горя, достаточного для одного человека. И все же, тебе ли стоит плакать, и проклинать судьбу? Ты сама сделала свой выбор, и талисман жестоко отомстил тебе. Я однажды предупреждал тебя, но ты не послушала меня, не вполне осознавая, чтобы ты не сделала, судьбу изменить было невозможно. Однако, талисман проявил милосердие, подарив тебе второй шанс!

С этими словами мужчина протянул руку, и раскрыл ладонь, в которой был спрятан красивый золотистый браслет, украшенный драгоценным камнем, необычной формы, напоминающей песочные часы, чья сфера светилась в ночном мраке ярким бирюзовым светом, ослепляя своей невероятной красотой и необычным сиянием, притягивающим и завораживающим, обещающим ей забвение и новую жизнь, новую надежду.

–Мне кажется, Хранительница, ты его потеряла. Но теперь настало время вернуться на место, принадлежавшее тебя по праву!

Всего лишь несколько мгновений женщина колебалась, пытаясь бороться с невольным искушением. В последний раз она ощутила страстный призыв моря, не желающего отпускать свою жертву. Сомнения, неуверенность, события ее прежней жизни, наполненной самыми невероятными приключениями, ослепляющей вспышкой пронеслись в ее сознании. Необычный браслет завораживал, притягивал, словно обещал ей новую жизнь. Внезапное желание жить, выжить в обезумевшем мире оказалось сильнее ее желания броситься в разверзнувшуюся под ногами морскую бездну. Не думая, не размышляя более, Катя протянула Генералу руку, белую и тонкую, на мгновение утонувшую в мощной ладони будущего властелина, незаметным движением надевшего браслет на запястье.

Сразу же все изменилось. По ее заледеневшему телу пробежало благодатное тепло, она ощутила Силу, уже знакомую, но только сейчас ощущаемую ею как нечто реальное и осязаемое. Сила уменьшила ее боль. Она предала забвению ее прошлое, полное страданий и отчаяния. Сила подарила ей надежду. Теперь на Генерала смотрела совершенно другая женщина, словно несчастная, обезумевшая от горя незнакомка, какой она была совсем недавно, действительно исчезла в морской пучине. Для этой женщины ничего не конечно. Все только начиналось!

ЧАСТЬ 1 «БЛУЖДАЮЩАЯ ВО МРАКЕ»

Глава 1.

С диким криком, еще не вполне осознавая, на какой границе между сном и реальностью я должна сейчас находится, я подскочила на кровати, несколько мгновений глотая ртом воздух, и пытаясь прийти в себя. Я долго сидела неподвижно, глядя в одну точку остекленевшим, ничего не выражающим взглядом, пока, медленно не начала приходить в себя, возвращаясь к окружающей меня действительности, немного успокоенная привычной обстановкой собственной спальни. Остатки невероятного сна, более всего походившего на кадры фантастического фильма, некоторое время не желали покидать меня, но постепенно по мере того, как мое сознание возвращалось в реальный мир, они исчезли, сколько бы я не пыталась связать воедино недавно казавшиеся такими реальными образы и события.

Я провела рукой по глазам, и наваждение минувшей ночи постепенно растворилось в тусклом свете дождливого осеннего утра. Мой взгляд невольно упал на лежавший на столике рядом с кроватью роман Стивена Кинга. Конечно же! Неудивительно, что мне снятся кошмары. Я слишком близко к сердцу воспринимала каждую прочитанную книгу, обладая сильным воображением, и, пожалуй, даже чрезмерной чувствительностью, ставшей следствием депрессии, в черных границах которой я пребывала последние несколько лет.

Тяжело вздохнув, я встала с кровати, долго нежилась под струями теплого душа, окончательно прогнавшего недавнее наваждение, и лишь после всех процедур решилась сесть за туалетный столик, и взглянуть на себя в большое зеркало.

Я невольно поморщилась, посмотрев на свое отражение. Нет, по всем канонам современной красоты, я, Екатерина Александровна Савельева, в девичестве носившая фамилию Строганова, которой зимой 2014 года исполнилось двадцать пять лет, выглядела достаточно привлекательной. Я была стройной брюнеткой с тонкими правильными чертами лица, красивыми бирюзовыми глазами, которые имели необычное свойство менять цвет в зависимости от моего настроения, и длинными вьющимися от природы волосами, спускающимися ниже плеч. Я осознавала свою привлекательность, когда ловила на себе заинтересованные взгляды мужчин в супермаркетах, или же когда кто-либо пытался заигрывать со мной на светской вечеринке. В свои двадцать пять лет я обладала всем, о чем только может мечтать женщина. Богатая и обеспеченная, я являлась учредителем фирмы, основанной несколько лет назад моим отцом, приносившей прибыль, позволяющую мне не слишком задумываться о финансовом обеспечении моих интересов. Я привыкла к роскошной жизни, привыкла ни в чем не знать нужды, буквально купаясь в роскоши, окружая себя дорогими вещами, модной одеждой, изысканными украшениями.

Для большинства окружающих людей и даже для собственных родителей я являла собой образ женщины, которой невероятно повезло в жизни. Постоянный достаток, красивый муж, возможность делать все, чего я пожелаю, не думая о том, как заработать денег на свое существование! Большая часть жителей России, наверняка, просто мечтают о такой жизни, даже не представляя себе, что за все, что ты имеешь приходится платить очень высокую цену.

Итак, на первый взгляд все казалось прекрасным и потрясающим. Если бы только люди, завидующие мне, нередко мечтающие оказаться на моем месте знали, сколько печальных событий мне пришлось пережить за пять лет моего замужества, приведших меня в достаточно плачевное нынешнее состояние, то едва ли они почувствовали бы желание занять мое место, даже не представляя, что деньги и положение в обществе еще не являются залогом настоящего счастья.

Мрачные мысли, ставшие привычными, одолевали меня, когда я варила себе кофе в дорогой кофе-машине. Когда напиток был готов, я, не забыв накормить своего любимца – пушистого рыжего кота по кличке Барсик, села за пустой обеденный стол, с тоской разглядывая роскошную кухню. Да, у меня было все, и вместе с тем с некоторых пор в моем сердце поселилось беспросветное отчаяние.

Предоставленная самой себе, я получила прекрасную возможность поразмыслить над своим прошлым, осознать собственные ошибки, понять, почему моей жизнью, моей судьбой, последние два года управляла черная полоса невезений и неудач, тогда как все начиналось, словно в сказке, а я казалась самой себе самой счастливой женщиной на свете.

Разве могло быть иначе, ведь мой муж – Андрей Савельев, был лучшим студентом в МГУ, где я училась на экономическом, а он на факультете управления. Он обладал поистине математическим складом ума, при этом отличался невероятной общительностью и активностью, благодаря чему он всегда являлся участником всех университетских мероприятий. Кроме всего прочего, природа наделила его внешностью голливудского актера – высокий сероглазый брюнет с правильными и мужественными чертами лица – он быстро покорял сердца студенток, меняя девушек как перчатки, ничуть не задумываясь об их чувствах.

Поэтому я невероятно удивилась, когда однажды в клубе он обратил внимание на меня, поскольку несмотря на свою довольно привлекательную внешность, я, под воздействием комплексов, полученных еще в детстве от слишком активного воспитания со стороны родителей, считала себя довольно посредственной и ничем не выделяющейся среди более эффектных одногрупниц. Почему он меня заметил, принявшись после активно ухаживать, долгое время оставалось для меня загадкой. Не менее я была поражена, когда через полгода головокружительного романа, он сделал мне предложение.

Его слова никогда не расходились с делом и вскоре практически сразу после получения дипломов, мы сыграли пышную свадьбу.

Мой отец, уже замысливший начать собственный бизнес, что было невозможным в виду его положения и военной карьеры, несмотря на личную неприязнь к Андрею, предложил ему выгодную сделку – стать директором фирмы по производству мебели. Поскольку предложение отца совпадало с амбициозными интересами моего будущего супруга, Андрей согласился, и, даже не задумываясь, подписал брачный договор, составленный по инициативе отца, по условиям которого в случае нашего с ним развода Андрей терял бы все – принадлежащий ему пакет акций и пост генерального директора.

Хотя такое предложение унижало моего мужа, он не выказывал никаких возражений, да и на первых порах мы казались потрясающей парой, а наши отношения походили на сказку: нежные признания и страстные ласки, дорогие подарки, поездки за границу, развлечения. При этом Андрей не забывал о фирме, добившись невероятного успеха: после года работы компания вышла на международный рынок, имея крупнейшую сеть филиалов по всей стране.

Проблемы начались через три года. Собственно, я так и не смогла понять, с какого момента все пошло наперекосяк. Возможно все началось с моего осознания простой истины, которая заключалась в том, что конечно такая беззаботная жизнь довольно привлекательна, но, деятельная по натуре, я постепенно начала уставать от своей роли домохозяйки и красивой игрушки своего мужа. Дела фирмы, в которой я являлась учредителем, и получала огромные дивиденды, благодаря которым я имела постоянный и стабильный источник дохода, не слишком меня интересовали. Я только подписывала документы и принимала участие в заседаниях совета директоров, если возникала необходимость. В остальных случаях я просто была предоставлена самой себе, и постепенно я начала понимать, какой пустой и никчемной выглядит моя жизнь. Тогда я заговорила с мужем о ребенке, и к моему удивлению он загорелся этой идеей. Однако долгое время, несмотря на наши старания, у нас ничего не получалось, что заставило меня обратиться к специалистам. После многочисленных процедур, болезненных и дорогостоящих, врачи сделали неутешительный диагноз, сразивший меня на повал – я была бесплодна. Эта новость поразила меня в самое сердце и ввергла в состояние глубочайшей депрессии.

Однако, если я ожидала сочувствия и понимания со стороны близких, особенно моего мужа, то глубоко ошиблась. Андрей вместо того, чтобы как-то поддержать меня, начал делать все, лишь бы причинить мне еще больше боли и страданий. Постепенно он отдалился от меня: нередко приходил домой поздно, не удосуживаясь поведать мне о том, где и с кем он проводил время. О его изменах я узнала случайно: оказывается, он стал настоящим бабником, меняя партнерш с поразительной скоростью.

Поначалу его измены причиняли мне боль, но со временем я к ним привыкла, вскоре мы стали совершенно чужими друг другу людьми, сталкиваясь лишь для решения проблем, связанных с бизнесом, и изредка появляясь на светских мероприятиях, где я ощущала на себе насмешливые взгляды людей, прекрасно осведомленных о поведении моего супруга.

О разводе я даже не помышляла, привязанная к мужу условиями брачного договора, я мирилась с создавшейся ситуацией, пряча слезы за давно отрепетированной дежурной улыбкой. Даже мои родители, слишком поглощенные собственными делами, поддавшиеся очарованию Андрея, считали его самым лучшим мужем на свете, и, безусловно, самым подходящим для такой серой мышки, какой я всегда была в их глазах. Они не замечали моего состояния, довольно прохладно и даже безразлично отреагировав на известие о моем недуге. Мой отец всегда был занят важными правительственными делами, а моя мать – Светлана Николаевна, женщина, по сути недалекая, жила для своего мужа, свободное время проводя в обществе многочисленных подруг, и занимаясь кучей вещей, казавшихся мне бесполезными и глупыми.

Итак, я осталась совершенно одна, предоставленная самой себе, не в силах разобраться со своей жизнью. Иногда мне казалось, что прекрасным выходом из сложившейся ситуации для меня было бы самоубийство, но я была слишком слабохарактерной для такого серьезного поступка. Поэтому я все глубже и глубже погружалась в бездну своих переживаний, считая себе неполноценной, ни на что ни способной личностью, живущей исключительно за счет других. Для всех я обуза – для мужа, очевидно жаждущего от меня избавиться, для родителей, слишком поглощенных своими заботами. Ощущение пустоты, ненужности и заброшенности росло во мне подобно смертельной болезни, постепенно заражающей здоровые клетки организма. Я могла целыми днями не выходить из дома, валяясь на диване, нередко с бутылкой вина в руках, постепенно все сильнее погружаясь в состояние глубокого стресса, которому способствовала дождливая московская осень 2014 года.

В тот день я вновь предавалась мрачным мыслям о своем безрадостном прошлом и будущем, наполненном мраком неизвестности. Подобное состояние в последние месяцы сделалось для меня привычным, и, неизвестно, к каким бы последствиям оно привело, если бы события того дождливого октября полностью не изменили бы мою жизнь самым неожиданным и невероятным способом.

И конечно же я не могла представить, что началом, неким сигналом для тех событий послужит телефонный звонок, настойчиво оборвавший окружающую меня тишину, и избавивший меня от состояния апатии к окружающей меня действительности.

Поскольку телефон продолжал трезвонить, мне пришлось взглянуть на дисплей, и невольно поморщиться. Номер принадлежал моей золовке –сестре Андрея, не относившейся к числу моих друзей. Татьяна являла собой полною мою противоположность – эффектная, пышногрудая блондинка, казалось, наделенная всем, чего господь лишил меня. Она вела развязный образ жизни, любила вечеринки, ночные клубы, и, конечно же мужчин. Нигде не работая, она, вместе с моей свекровью, сидела на шее своего брата, то есть получала определенные дивиденды с акций нашей фирмы, позволяющие ей вести беззаботный образ жизни.

Общение с Татьяной, по причине острой личной неприязни, я старалась ограничить двумя-тремя семейными торжествами в год. Поэтому ее звонок показался мне странным и неприятным предзнаменованием более серьезных событий, и, как вскоре выясниться, моя интуиция не подвела меня и на этот раз. К тому же я имела веские основания не ожидать ничего хорошего от ее звонка, ведь Татьяна любила доставлять мне неприятности, то и дело снабжая меня информацией об очередной измене Андрея. Какое-то время я решила не отвечать на звонок, но телефон продолжал настойчиво трезвонить, и, решив, что едва ли звонок золовки доведет меня до более худшего состояния, чем то, в котором я сейчас находилась, я наконец-то решилась ответить.

– Привет, сестрица! – сказала Татьяна бодрым довольным голоском, свидетельствующем о том, что даже в столь ранний час она побаловала себя бокалом «Мартини», или, быть может, более крепким напитком.

– Не скажу, что рада слышать твой голос! – буркнула я в трубку. – Чего тебе надо?

– Ух, какие мы злые! Впрочем, скоро у тебя прибавиться поводов для злости!

Я не смогла сдержать усталый вздох.

– Чего тебе надо? Или поговорить не с кем?

– Катюша, у меня для тебя есть очень интересная новость. Тебе наверняка понравиться!

– Что, наши акции взлетели? Или курс доллара упал? – спросила я, не сдержав ехидности в голосе.

– Нет, это касается Андрея. И его новой пассии. Этой Анжелы.

Я закатила глаза.

– Тоже мне новость!

– Нет-нет, ты даже не представляешь! Приезжай, я все тебе скажу!

Я уныло посмотрела в окно: дождь не прекращался уже несколько дней, и сейчас его капли барабанили по стеклу. Или все же поехать и послушать, чего там еще выдумала моя любезная родственница? В конце концов, внесу в свою унылую жизнь немного разнообразия.

– Ладно! Где ты?

– Ресторан на берегу Москвы-реки. Возле памятника.

Я прикинула по времени.

– Буду в течение часа! – ответила я, разъединив звонок, не дожидаясь ответа.

Мне пришлось потратить полчаса, чтобы привести себя в порядок, со вздохом сожаления взглянув на свое отражение в зеркале – слишком бледное лицо с узкими скулами, и черными кругами под глазами, едва скрываемыми даже макияжем, свидетельствовали не в мою пользу. Не задумываясь над тем, как я буду выглядеть по сравнению со своей родственницей, не позволяющей себе без косметики выйти из собственной спальни, я, одевшись в удобные джины и теплый свитер, и накинув куртку, направилась к своей машине – шикарному джипу модели «Ауди» – самой последней марки – подарку родителей на день рожденье. Оснащенная новейшими приборами машина доставляла мне настоящее удовольствие, к тому же сегодня мне удалось добраться до места обходными путями, миновав печально известные московские пробки, естественно возникшие по вине дождливой погоды.

До ресторана я добралась за час, и, войдя в уютное помещение, сразу же заметила мою золовку, сидевшую за столиком возле окна, и меланхолично потягивающую мартини, очевидно далеко не первый за сегодняшний день. Татьяна делала вид, будто занята телефоном, хотя на самом деле она оценивала каждого мужчину, имевшего глупость появиться в поле ее зрения. Я-то знала о слабости своей родственницы, ведь если та нацелила хищный взгляд на какого-либо субъекта, то у несчастной жертвы не представлялось никакой возможности сбежать от этой коварной и опасной хищницы.

Заметив меня, Татьяна приветливо помахала, и мне пришлось, скрывая свою неприязнь, сесть рядом с ней за столик, призвав на помощь все свое самообладание и делая вид, будто меня совершенно не интересует предстоящий разговор.

– Привет! Выглядишь неплохо! – сказала женщина, попутно подозвав официанта.

Таня заказала себе еще «Мартини», спросив у меня:

–Ты будишь делать заказ?

Я покачала головой.

– В это время дня, да еще и за рулем я предпочитаю пить кофе, но сейчас компания кажется мне не слишком подходящей даже для такого удовольствия.

– Хм! Попридержи-ка лучше свой язычок, дорогуша! – Татьяна пропустила мои слова мимо ушей, не обратив внимания на мой ироничный и презрительный тон. –Думаю, новость, которую я тебе хочу сообщить быстро убавит твою спесь!

Дождавшись, пока вновь появившийся официант поставит бокал, я молчала, спросив после его ухода:

– Так что? Честно говоря, у меня нет ни времени, ни желания с тобой болтать. У меня есть дела!

– Пожалуйста! Скажу напрямик. Помнишь ту красотку – секретаршу Андрея? Ты в курсе, что она его очередная пассия? Они прямо не разлей вода!

Я с трудом придала своему лицу непроницаемое выражение, сдерживаясь, чтобы не врезать в наклонившуюся надо мною ухмыляющуюся физиономию. Нет, я давно привыкла к подобным «новостям» об очередном романе моего мужа, то и дело сообщаемыми мне Татьяной. Сейчас интонации ее голоса мне показались какими-то необычными, и даже торжествующими.

– И что? Хотела меня этим удивить? Думаешь, я не знаю о его интрижках?

На лице Татьяны появилось хитрое выражение, которое она даже не пыталась скрыть.

–Конечно знаешь! А знаешь ли ты о том, что Анжела беременна? Я сама видела их сегодня в больнице! Ты не представляешь! Андрей светился от счастья! Я знаю, я видела у них в руках фотографии, результаты УЗИ.

Новость сразила меня наповал. И все же, если я чему-то и научилась за годы, проведенные со своим супругом, так это способности держать себя в руках, не показывая настоящие эмоции и чувства даже самым близким людям. К тому же, внешне хрупкая и беззащитная, я все же умела постоять за себя, особенно когда кто-то наносил мне удар в самое сердце. Во мне проснулся обычный инстинкт самосохранения, присущий всем живым существам, и, догадавшись, какое оружие мне следует использовать против своей противницы, я, наклонившись прямо над раскрашенной физиономией, нанесла последний решающий удар.

Приняв безразличный вид, я отчетливо произнесла, слова, которые наверняка поразили мою слишком беспечную родственницу.

– Я знаю, ты и твоя мамаша давно настраиваете Андрея против меня! Как странно – вы упорно забываете, благодаря кому ваш Андрей получил занимаемое им положение и богатство. Ты привыкла жить красиво, ни в чем не зная забот. Но ведь все может и измениться! Ты наверняка ничего не знаешь об одном замечательном пункте брачного договора………..Так вот, поделюсь с тобой маленькой тайной – согласно этому пункту, ваш Андрей в случае развода со мной теряет все: должность, деньги, акции! Вот так! Теперь, советую подумать над тем, где твоя семья станет искать средства для существования!

Бросив последнюю реплику, наслаждаясь впечатлением, произведенным своими словами, я вышла из ресторана с видом победительницы, позволив себе только в машине ощутить новую боль, причиненную услышанным недавно известием.

Нет, сам факт измены меня не удивил, поскольку я знала о романе Андрея с его привлекательной секретаршей. Но ее беременность ввергла меня в пучину отчаяния, еще сильнее подтверждая мою неспособность стать матерью. Почему я не могла родить ребенка, в то время, как другим это абсолютно ничего не стоило? Конечно, современная медицина предлагает сейчас много способов, только зачем мне теперь ребенок, когда весь мой брак разрушился в одно мгновенье, разлетевшись на тысячи черных осколков. Я едва ли смогу жить с Андреем, зная, что он имеет другую семью, а ведь он не сделал ничего, когда мне нужна была его помощь. Одно слово, одно самое нелепое предположение сотворили бы чудо, но он предпочел замкнуться в своей работе и своих шлюхах. Что ж, настала пора принимать решение, которое я так долго откладывала….

От грустных раздумий меня оторвал неожиданный стук в оконное стекло. Вздрогнув и приготовившись увидеть золовку, последовавшую за мной, и решившую продолжить свои издевательства, я поняла, насколько ошиблась. В окне я увидела старую цыганку. Она нетерпеливо стучала по стеклу, явно желая мне что-то сказать. Выглядела она как сотни цыган, промышляющих в столице своим грязным промыслом, но, внезапно взглянув на нее, я окунулась во власть невероятных чувств: мне показалось, будто я где-то ее видела, но самое главное, будто она собирается сказать мне нечто такое, что сейчас мне просто необходимо услышать, и что в дальнейшем перевернет всю мою жизнь.

И хотя внутренний голос настойчиво шептал мне не открывать окно, я, не желая его слушать, нажала на кнопку. Лицо старой женщины, изможденное морщинами, и тем не менее волевое и решительное приблизилось ко мне на опасном расстоянии.

«Сейчас она пустит в ход одну из своих штучек с гипнозом, и ты отдашь ей все ценности, наивная дура» – кричал голос разума.

– Что вам нужно? – спросила я, возможно более грубо, чем того хотела.

–Купи браслетик, красавица! – ответила цыганка голосом, нисколько не вязавшимся с ее внешним видом.

– Простите, мне не нужно! Может вам нужны деньги? Возьмите, у меня есть немного!

Я говорила, надеясь, что цыганка быстро от меня отвяжется. Очень мне не нравился ее взгляд, проникающий в самую душу, словно женщина могла прочесть мои самые сокровенные мысли, и понимала, какие проблемы навалились на меня в последние годы, знала ту истину, которую мне еще предстояло раскрыть.

–Мне не нужны твои деньги! Слушай, я хочу помочь тебе. Ты сейчас блуждаешь во мраке, но, если послушаешь меня, сможешь найти выход из черного лабиринта. Вот, посмотри, у меня есть средство, которое изменит всю твою жизнь!

Женщина поднесла к моему лицу морщинистую руку, и когда она раскрыла ладонь, я едва сдержала вздох удивления, а ведь мне, привыкшей к роскоши и изысканным вещам, приходилось видеть немало настоящих драгоценностей. Но браслет, казавшееся неуместным в испещренной морщинами ладони старой цыганки, сверкающий нежно-бирюзовым цветом, не походил ни на одну вещь, виденную мною раньше. Его обод был сделан из золота или очень качественной позолоты, а огромный драгоценный камень, от которого исходило невероятное сияние, походил на песочные часы, наполненные яркой неоновой сферой. И все же не только изящество работы и его необычный дизайн привлекли меня в браслете. Его вид подействовал на меня завораживающе, словно украшение обладало некой магической силой, притягивающей, призывающей меня, словно оно много лет ожидало того момента, когда я смогу его отыскать и пожелаю стать его истинной хранительницей…….

Неизвестно откуда взявшаяся нелепая мысль привела меня в замешательство, вместе с тем отогнав странное наваждение, охватившее меня, едва я увидела изысканный браслет. Пытаясь прогнать неприятное чувство, я, посмотрела на цыганку, будучи не в силах побороть охватившего меня волнения, придавшее моему голосу некоторую неуверенность.

– Браслет, очень красив и, безусловно, стоит больших денег. Можете поверить, я разбираюсь в таких вещах. Сдайте его в ломбард, и вашей семье надолго хватит средств к существованию….

Цыганка решительно покачала головой, и посмотрела на меня взглядом, заставившим меня пожалеть о своих словах.

– Браслет должен принадлежать тебе. Он очень долго тебя искал, и теперь вернулся к своей настоящей владелице. Возьми его, и все твои желанья исполнятся, а черная полоса пройдет, и тебе откроется истина, доступная лишь настоящим хранителям……..

Повинуясь внезапному порыву, в глубине души желая поскорее избавиться от обезумевшей женщины, я протянула руку, с опаской прикоснувшись к браслету.

– Возьми! Не бойся! Ты не должна ничего бояться. Только слушай свое сердце, и ты обретешь все, чего тебе так не хватает.

Некоторое время я молча смотрела на причудливое украшение, лежащее на моей ладони и переливающееся всеми оттенками бирюзового цвета. Необычное, ничем необъяснимое чувство снова вернулось ко мне, словно я нашла вещь, которую очень давно потеряла, будто браслет, как и говорила старая цыганка, действительно должен принадлежать именно мне. Безуспешно пытаясь прогнать наваждение, я посмотрела в окно, где всего несколько минут назад стояла цыганка, но старая женщина исчезла, к моему огромному удивлению ни взяв с меня ни копейки за подаренное мне изысканное украшение.

Испытывая более чем странные ощущения, я, не решаясь надеть браслет, положила его на пассажирское сидение, и завела машину, стремясь поскорее вернуться домой и поразмыслить над тем, как я должна действовать в сложившейся ситуации, а мысли об окружающей меня мрачной действительности вытеснили воспоминания о необычной встрече на стоянке и странные ощущения, охватившие меня едва я увидела красивый талисман, владелицей которого я стала.

Стараясь не думать ни о чем серьезном, я добралась до дома. И только когда ворота закрылись за машиной, я почувствовала, что от снедающего меня нервного напряжения меня сотрясает дрожь. Немного посидев в машине, я безуспешно попыталась успокоиться, привести в порядок свои взбудораженные мысли и чувства. Внезапно мой взгляд упал на лежавшее на сиденье украшение, и, повинуясь совершенно необъяснимому чувству, я порывисто его схватила, надев браслет на запястье правой руки. Неизвестно, чего я ожидала от таких действий на самом деле, но в тот момент абсолютно ничего не произошло! Ничего необычного или необъяснимого. Скорее всего, у меня просто разыгралось воображение, не давая моему сознанию сосредоточиться на событиях мрачной действительности, над которыми я намеревалась серьезно поразмыслить и принять важные решения.

И все же, когда я выходила из машины произошло одно маленькое событие, казавшееся на первый взгляд ничем не примечательным, тем не менее серьезно повлиявшее на мою дальнейшую судьбу. Обычно я доставала ключи из замка зажигания, всегда оставаясь достаточно внимательной в данном вопросе, выполняя ставшие привычными действия на инстинктивном уровне. Однако в тот день, возможно слишком потрясенная недавними известиями и происшествием на стоянке, я забыла достать ключи и положить их в сумку, которую также оставила на переднем сиденье.

Даже не обратив внимание на столь странное для меня обстоятельство, я медленно прошла в дом, и, машинально накормив домашних любимцев – двух огромных лабрадоров и пушистого рыжего кота Барсика, взяла из бара бутылку коньяка и один бокал, прошла в гостиную, где включила камин, и, не удосужившись переодеться в домашнюю одежду, упала в свое любимое кресло. Выпив целый бокал, я молча уставилась на огонь, машинально гладя усевшегося на колени кота. Меня сотрясала нервная дрожь, но слез, которые принесли бы мне облегчение, я так не дождалась. Скорее всего, за прошедшие годы унижений я выплакала все слезы, и теперь меня начинали душить совершенно для меня не свойственные ярость и гнев.

Снова и снова я думала о новости, сообщенной Татьяной несколько часов назад. Нет, конечно известие об очередном романе моего супруга само по себе не являлось чем-то необычным. Я должна была признаться, что более всего меня огорчило и расстроило известие о беременности его любовницы. Конечно, нельзя с точностью утверждать, его ли это ребенок, но некое предчувствие говорило мне, что все действительно складывается именно так. И какая роль отводилась во всей этой отвратительной истории мне? Судя по всему, мне придется играть роль спонсора для своего супруга и его новой семьи, принимая во внимание древнюю истину о том, что жена узнает последней об изменах своего супруга…….. Ну нет, этому не бывать!

Внезапно начавшие подниматься из самых глубин моего естества гнев и ярость уступили место другим чувствам, заглушая боль от причиненной мне обиды и нанесенного оскорбления. Именно благодаря им, я словно сбросила столько лет сковывающие меня железные цепи, наконец-то избавившись от пелены, застилающей мои глаза во всем, что касалось моей семенной жизни. Почему я терпела так долго? – невольно спрашивала я себя. Почему целых три года я принимала как должное измены мужа, смирившись со всем, с его холодностью, безразличием и даже безжалостностью по отношению ко мне? Ведь в сложившейся ситуации именно я находилась в выигрышном положении! А я со свойственной мне добротой стремилась всеми силами сохранить брак, который уже очень давно стоило разрушить!

Однажды укрепившись, эта мысль прочно засела в моем сознании, и, невольно вспоминая об условиях заключенного во время свадьбы брачного контракта, я испытала огромную благодарность к своему отцу, заставившему меня согласиться на его условия. Теперь я имела все основания обвинить супруга в изменах, предъявить ему счет, и избавиться от оков бесполезного брака, чтобы начать новую жизнь. Если я не решусь на такой поступок, я погибну, и едва ли кто-либо станет слишком уж долго скорбеть обо мне.

В те мгновения во мне боролись две совершенно противоположных друг другу женщины, причем я по-прежнему сидела неподвижно, и если бы меня увидел кто-либо из знакомых, то не смог бы даже представить, какая серьезная борьба происходила внутри меня. С одной стороны, со свойственным многим людям чувствам я страшилась перемен, и одна часть меня говорила о том, что не стоит даже пытаться начинать борьбу, а следует смириться и дальше продолжать влачить жалкое беспросветное существование. Достаточно быстро мне удалось заглушить неприятные мысли, и теперь я прислушивалась к другому голосу, который твердил мне о необходимости начать серьезную битву за свою независимость, за начало новой жизни. Поражаясь самой себе, даже не представляя, откуда могли взяться столь смелые, несвойственные мне мысли, я решилась прислушаться именно к этому голосу, постепенно под его влиянием превращаясь в совершенно другого человека. И этот человек, эта новая женщина с твердым решительным взглядом прекрасных бирюзовых глаз намеревалась вступить в борьбу со всеми, кто осмелиться помешать ей на пути осуществления ее новых целей!

Внезапно я осознала, что стены дома кажутся мне теперь тесными, душат меня, не давая возможности дышать и окончательно осмыслить суть произошедших со мной перемен, осознать смысл принятого решения. Мне захотелось бежать отсюда как можно дальше, бежать от самих воспоминаний о черных днях, которые я провела в этом доме, в ожидании супруга, проливая слезы по своей увядающей молодости и красоте. Настало время положить начало новой жизни, и следовало сделать это сейчас, немедленно, как можно быстрее, пока не стало слишком поздно!

Я уже собралась было встать с кресла и приступить к воплощению своего замысла, как вдруг услышала шум подъезжающей машины, и последовавший за ним звук открывающейся входной двери. Посмотрев на время, я невольно поморщилась, спрашивая, почему в этот день Андрей приехал домой, когда часы показывали четыре часа дня. Возможно, сегодня все происходило не так, как обычно, и лишь много позже, осмысливая случившиеся со мной невероятные вещи, я пришла к выводу, что скорее всего в мою жизнь вмешалось странное провидение или же другая необъяснимая сила.

Как бы там ни было, вовремя исполнить свои замыслы мне не удалось, а значит следовало продумать свое поведение в создавшейся ситуации……Продолжая смотреть на отсвет пламени в камине я улыбнулась улыбкой, которая испугала бы меня, если бы я имела возможность взглянуть на себя со стороны.

Тем не менее, я продолжала сидеть на прежнем месте, даже не стараясь показать, что обратила внимание на возвращение Андрея. Он, судя по всему, намеревался пройти прямо в спальню, но, заметив меня в гостиной, направился прямо ко мне, издав вздох удивления, когда заметил полупустую бутылку коньяка, стоявшую рядом со мной на столике.

–Кажется, у кого-то есть серьезный повод для праздника! – воскликнул он вместо приветствия. – Может, поделишься? Я не прочь выпить, замерз как собака!

Утихшие было гнев и ярость всколыхнулись внутри меня с новой силой. Здравый смысл, которым я руководствовалась постоянно, даже во время семейных ссор и скандалов, отступил на второй план, и теперь я намеревалась высказать мужу все, что накопилось во мне за прошедшие годы, не слишком заботясь о последствиях своих слов и дальнейших действий.

–Сдается мне, у тебя сегодня есть неплохой, я бы даже сказала, просто потрясающий повод выпить!

Я встала с кресла и медленно, наслаждаясь произведенным эффектом, начала приближаться к замершему от удивления изменнику. Он, совершенно очевидно, не ожидал ничего подобного, и конечно же мое поведение показалось ему более чем подозрительным. Решив воспользоваться его замешательством, я, подойдя прямо к нему и смело глядя в серые глаза, которые когда-то я безумно любила, произнесла, медленно повторяя каждое слово.

–Какой же ты мерзкий, отвратительный, двуличный ублюдок! И как только у тебя хватает смелости смотреть мне в глаза, разговаривать со мной так, словно ничего не произошло!

Лицо Андрея вытянулось от удивления, но он начал догадываться, чем вызвано мое состояние, и момент, который я могла бы использовать в своих целях, был окончательно упущен, однако я не собиралась сдавать позиции.

–Татьяна? Да? Вот сука!

Я позволила себе презрительно улыбнуться.

–Да. Твоя разлюбезная сестрица не удержалась, и поведала мне о том, что она видела в больнице тебя и твою новую любовницу! О, видел бы ты, какой радостью при этом светились ее глаза, какое удовольствие она испытывала, причиняя мне боль! Но она меня недооценила, и из той битвы я вышла победительницей! Оказывается, ты поступил достаточно подло не только по отношению к мне! Как выяснилось, ко всем твоим грехам, ты еще и лжец! Надо же! Твоя сестра и твоя мамаша даже не знали о существовании заключенного между нами брачного контракта! О, думаю, его условия их очень порадовали, как вскоре порадует новость о нашем разводе! Я……….

Договорить я не успела, поскольку жесткий кулак Андрея обрушился прямо на мое ничем не защищенное лицо. Удар оказался настолько сильным, что я, не удержав равновесия, отлетела к камину, едва не угодив прямо в горящее пламя…….

На мгновенье в гостиной воцарилась тишина, словно каждый участник отвратительной сцены был по-своему потрясен случившемся. Я долго не могла прийти в себя, ловила ртом воздух, чувствуя, как на месте удара появляться огромный лиловый синяк, а ушибленная щека буквально разрывается от боли. Удар был настолько сильным, что задел рот, и теперь я явственно ощущала вкус собственной крови. Андрей даже не подозревал, какую совершил сейчас ошибку. И конечно же он не ожидал моих дальнейших действий, в его представлении совершенно не вязавшихся с его хрупкой, доброй, податливой и во всем с ним соглашающейся женой.

Я же медленно подняла голову, вновь ощущая ярость, готовую выплеснуться наружу, и которую я более не собиралась сдерживать! Я постаралась, чтобы эта ярость и ненависть отражались в моем взгляде, обращенном прямо на мужа, который до сих пор стоял молча, пытаясь осознать причины, побудившие его совершить столь необдуманный поступок.

Стараясь не думать о боли, и почти ее не чувствуя, я медленно поднялась. Молча, продолжая смотреть на Андрея обжигающим взглядом, я подошла к нему, и лишь когда остановилась в опасной близости, процедила сквозь зубы:

–Ты об этом очень скоро пожалеешь, ублюдок! Помяни мое слово: ты вообще пожалеешь о том, что родился на свет! Не думай, что тебе так легко сойдет все с рук, поскольку я иду прямо в полицию……..Я………

От удивления я замерла, осознав, что смысл моих слов даже не доходит до сознания Андрея. Его поведение резко изменилось. Если всего несколько минут назад он намеревался убить меня, то сейчас в его глазах я увидела чувства, заставившие меня похолодеть от страха, ведь его взгляд по какой-то причине, не поддающейся никакому логическому объяснению, отражал дикое необузданное желание обладать мной. О, всего несколько лет назад я бы забыла обо всех обидах, едва бы увидела столь откровенную страсть в его взгляде. Сколько раз, снедаемая одиночеством в пустоте холодных ночей я молила о том, чтобы он пришел ко мне, утолил сжигающие меня желания, но он оставался равнодушным и холодным, к каким бы средствам восстановить наши супружеские отношения я бы не прибегала. И вот теперь в его глазах я увидела страсть, которую отчаялась увидеть очень давно, но она вызывала во мне не ответное желание, а скорее гадливость и отвращение к человеку, который на протяжении стольких лет обманывал меня и пренебрегал мню.

Прежде чем я успела догадаться о его дальнейших действиях, он обхватил меня железной хваткой, прижав к стене, пытаясь руками, трясущимися от волнения и охватившего его возбуждения снять с меня свитер.

–Катя, Катенька, – бормотал он в неистовом исступлении. – Прости меня, моя хорошая. Я был так занят, так занят, что забыл, какая красивая и привлекательная у меня жена. В гневе ты особенно хороша! Давай забудем все обиды и начнем все сначала! Мне не нужна Анжела и ее ребенок, не нужен никто, кроме тебя!

Поначалу слишком потрясенная его поведением, невольно пытаясь понять, действительно ли он охвачен страстью или же на него подействовала угроза о разводе, я, ощутила его руки, проворно ласкающие мое тело, вскоре почувствовав его губы, не обращающие внимания на мое сопротивление, а потому причиняющие боль. Задрожав от ужаса и отвращения, я, изловчившись, ударила Андрея, никак не ожидающего нападения, ногой прямо в пах, с нескрываемым удовольствием услышав сорвавший с его губ крик боли и ярости.

Мне же удалось вырваться из плена сжимающих меня рук, и помчаться по коридору, надеясь, что мой удар оказался достаточно сильным и Андрей еще долго не сможет двигаться. Оглянувшись, и увидела его, стоявшего в дверях, согнувшегося от боли с перекошенным от ярости лицом.

–Ну, стерва. Сейчас я тебя догоню, я покажу, как следует себя вести с мужем!

Трясущимися от волнения руками я открывала дверь, а Андрей, продолжал говорить, очевидно надеясь, что его угрозы подействуют на меня, и я перестану творить вещи, непостижимые для его разума.

–Вначале я как следует отделаю тебя, моя женушка! Ты заслуживаешь хорошей трепки, мерзкая тварь! А потом я исполню свой супружеский долг, ведь ты этого так хотела, не так ли? Я покажу тебе нечто такое, отчего у тебя на всю оставшуюся жизнь пропадет интерес к этим занятиям, потаскуха!

Он медленно приближался ко мне, и я осознавала, что, если я не окажусь быстрее, он наверняка выполнит свои угрозы, и никто не придет мне на помощь, поскольку Андрей был полновластным хозяином в своем доме и не терпел вмешательства в его личную жизнь. К счастью, удача оказалась на моей стороне. Я наконец-то смогла открыть дверь и выбежала на улицу, сразу же сделавшись жертвой обрушившегося на меня холодного дождя. Осенний день близился к завершению, а благодаря дождю увидеть что-либо на расстоянии вытянутой руки представлялось достаточно сложной задачей. Тем не менее, я ориентировалась в своем доме и дворе даже в темноте, потому я, стараясь не слишком торопиться и сохранить равновесие на скользкой дорожке, подбежала к машине, не обращая внимания на собак, неистово лающих мне вслед и пытающихся оборвать сковывающие их движение цепи и броситься на помощь любимой хозяйке. На мгновение у меня мелькнула мысль отцепить животных, которые могли бы стать мне хорошей защитой, но Андрей вполне способен использовать пистолет, который всегда носил собой, и тогда я бы подвергла жизнь собак опасности.

Поэтому следуя первоначальному замыслу, я открыла дверцу машину, едва сдержав вздох облегчения при виде ключа в замке зажигания и сумки на переднем сиденье. Гадая, какая неведомая сила заставила меня забыть вещи в джипе, я села за руль, и, посмотрев в зеркало, увидела появившегося на крыльце Андрея. Даже в условиях затрудненной видимости я заметила его искаженное яростью лицо, принадлежащее человеку, уже не способному владеть собой. В него словно вселился обезумевший демон, и мне совершенно не хотелось становиться его жертвой.

Пока я заводила машину, Андрей попытался броситься к джипу, и, судя по всему, в его намерения входило добраться до ворот, открывающихся автоматически и перекрыть их при помощи блокировки. Но, стоило ему ступить на крыльцо, и он поскользнулся и растянулся на мокрой дорожке, и даже сквозь шум дождя мне удалось услышать отборные ругательства, перемежающиеся угрозами в мой адрес.

Заведя машину и с наслаждением ощущая, как огромный джип медленно прибавляет скорость, я невольно улыбнулась. Сегодня, несмотря на сотрясающую меня нервную дрожь, я чувствовала себя победительницей, впервые за пять лет нашей совместной жизни. Чтобы удостовериться в правоте своих мыслей, я снова оглянулась, и заметила, что попытки Андрея подняться с асфальта и броситься в мою сторону заканчиваются полным провалом. С ощущением одержанной победы, я открыла стекло, высунула руку и показала разъяренному супругу средний палец правой руки, тем самым высказав свое отношение к нему и своей прежней жизни.

Когда машина выехала за ворота, я постаралась поехать с максимально возможной по такой погоде скоростью, вздохнув с облегчением, едва миновала территорию жилого комплекса, на которой находился наш дом. Джип без труда выехал на трассу, вскоре покинув пределы города и пустившись по широкой МКАД, заливаемой бесконечными потоками унылого осеннего дождя.

Несмотря на недавнее ощущение триумфа, я чувствовала невероятную опустошенность. У меня возникало такое чувство, будто я бесконечно долгое время брела по одному пути, а теперь этот путь окончен, а я пребываю в полной растерянности не знаю и не понимаю, как строить свою жизнь дальше. Возможно, виной подобному состоянию был перенесенный во время отвратительной сцены с Андреем эмоциональный срыв. Но я ни на мгновение не пожалела о принятом мною решении навсегда расстаться с супругом, а его поведение во время последней ссоры окончательно убедило меня в правильности этого решения.

Мне следовало подумать над своей дальнейшей жизнью и судьбой, и поэтому я стремилась уехать как можно дальше из Москвы. Прочь из шумного, постоянно куда-то спешащего мегаполиса, где я никогда не смогу обрести мир и гармонию с самой собой. Я стремилась, не зная точно, куда еду, за много километров от шумного города, в какой-нибудь тихий провинциальный городок, в котором я смогу собрать в единое целое осколки собственной жизни и, быть может, найти выход из черного беспросветного лабиринта, в котором я блуждала в последние годы.

«Уехать!» – думала я. – «Все равно куда, только уехать!». Посмотрев на браслет, о котором я совершенно забыла во время семейного скандала, повинуясь неожиданному порыву, попросила, произнеся вслух:

– Помоги мне, ведь это в твоих силах! Ты можешь, я знаю!

Браслет продолжал светиться в темноте салона таинственным темно-сапфировым цветом.

Быть может я сошла с ума? Из-за бесконечного одиночества я пытаюсь увидеть то, чего на самом деле не существует, ища ответы на свои вопросы там, где их быть не может?

Мои невеселые мысли прервал звонок телефона, небрежно брошенного на пассажирское сидение. Посмотрев на дисплей, я поморщилась – разговор с мамой, вероятно почувствовавший неладное, мне сейчас совершенно ни к чему. Но телефон продолжал настойчиво звонить, и я решила снять трубку.

Голос мамы – пятидесятилетней женщины, сохранившей остатки былой красоты благодаря неустанной заботе о своей внешности (пожалуй, даже в большей степени, чем о собственной дочери), выражал не свойственную ей тревогу. Странно, мы с мамой никогда не были близки, хотя интуиция, особенно в тех вопросах, когда дело касалось моих проблем, ее никогда не подводила.

– Катя, с тобой все в порядке? – спросила она вместо приветствия.

В меня снова будто вселился демон, заставивший вспомнить равнодушие матери к моим несчастьям, ее неспособность выслушать и понять меня, приведшую к моему полному одиночеству и депрессии. Я не хотела говорить обидные слова, вместе с тем наслаждаясь своей маленькой местью сквозь душившие меня слезы ярости, обиды и разочарования от своей неудачной жизни.

–А что у меня может быть в порядке? Или ты считаешь, я должна прыгать от восторга, зная, что очередная любовница моего мужа умудрилась залететь от него, а он так и светиться от радости? Или я должна радоваться, вспоминая бесконечные бессонные ночи, когда я ждала его, а он тем временем наслаждался объятиями очередной шлюхи? Интересно, ты бы терпела подобное, если речь шла о папе?

Если я хотела обидеть маму, то попала самую в точку. Мой отец, несмотря на занимаемую им высокую должность, был примерным семьянином, отличающимся строгими моральными принципами, и если он имел интрижки на стороне, то очень тщательно скрывал свои романы, и все окружающие его люди считали его образцом добродетели и примером для подражания.

– Как ты смеешь так со мной говорить, дочка? – опешила мама от удивления. Судя по всему, ее, также, как и моего мужа поразили произошедшие во мне перемены. – Ты что, пьяна? Что произошло?

Я поморщилась.

– Я не хочу сейчас это обсуждать. Но раз уж мы заговорили, я хочу, чтобы ты первая узнала – я собираюсь развестись с Андреем. Мне кажется, я слишком поздно приняла такое решение, и сделать это следовало еще раньше!

На другом конце провода воцарилось молчание, свидетельствовавшее о том, что маме не сразу удалось осмыслить услышанное известие.

–Ты серьезно? Не пожалеешь о своем решении? А как же брачный договор?

Мама была в своем репертуаре.

–О, я помню условия контракта наизусть. Ты даже не представляешь, какую благодарность я испытываю к папе за то, что он настоял на оформлении документа! Я…….

Не сразу я догадалась, что последовавший за прерванной фразой дикий вопль принадлежит мне. А между тем, увлекшись неприятным разговором, я перестала обращать внимание на размытую дождем дорогу, на которую не очень своевременно выскочила собака. Несчастное животное замерло от света фар, а я, забыв уроки, полученные в автошколе, резко повернула машину в сторону, чего делать не стоило, поскольку я сразу же потеряла управление: огромный джип завертело на дороге словно легкую пушинку, и все мои попытки взять управление машиной под контроль оказались тщетны. Через несколько безумных мгновений, в течение которых мой крик смешался с воплем мамы в трубку, которую я не успела отключить, машина, без труда разбив дорожное ограждение, полетела в огромный овраг, представляющийся мне адской бездной.

Все произошло настолько быстро, что я не успела толком испугаться, а милосердная судьба пришла мне на помощь, ибо в тот момент, когда раздался оглушительный удар, смявший корпус моей дорогой иномарки, я не почувствовала ничего; лишь только ослепительно-белая вспышка захлестнула мое сознание, а я погрузилась в черные объятия спасительного беспамятства. Мир перестал существовать, на него опустилась кромешная тьма. Все звуки, запахи, все чувства исчезли, перестали иметь смысл и значение, и лишь браслет поблескивал таинственно-сапфировым цветом на тонкой руке, безжизненно упавшей на искореженную приборную панель……..

Андрей лежал на диване в гостиной, недавно так театрально покинутой его разбушевавшейся супругой, пил коньяк, недопитый ею же и курил сигареты – досадная привычка, от которой он не мог отказаться, впрочем, немного успокаивающая. После разыгравшейся сцены, когда он, в порыве ярости, осознал, насколько привлекательной может выглядеть его жена, полностью им игнорируемая в течение трех последних лет, ему необходимо было успокоиться и обдумать неприятную ситуацию. Несмотря на легкое волнение, вызванное более чем странным поведением жены и ее бегством, он даже не представлял, что ее угрозы по поводу расторжения брака имеют серьезное основание. Ну подумаешь, несколько дней подуется на него, а после прибежит как миленькая – в конце концов, деваться ей все равно некуда, ведь с родителями она явно не останется. И вот тогда он найдет способ усмирить ее гнев, а заодно и загладить свою вину. О! Ему доставляло удовольствие представлять, что он сделает с ней! Она наверняка быстро забудет свои обиды и смириться с неизбежным, а после они устроят второй медовый месяц.

Дьявольщина, да что с ним такое твориться? Он готов был убить жену, если бы она появилась на пороге в течение последовавших за ее бегством нескольких часов, а сейчас он сгорал от желания обладать ею. И почему с ним произошли такие перемены? Или все дело в ней? Возможно, он привык к ее безропотному послушанию, ее доброте и покорности, в конце концов надоевшей ему, вынудивших его искать развлечений на стороне. А между тем оказалось, что он плохо знал свою жену. О, как она была хороша в гневе! Почему он раньше не замечал, вернее забыл, насколько она привлекательна?

И почему он вел себя как последний придурок, испортив самому себе жизнь? Можно же было вести себя иначе, так, чтобы его жена не знала о его интрижках, не испытывая при этом недостатка в его внимании? Неизвестно, к каким последствиям приведет эта ссора –первый серьезный скандал за всю их совместную жизнь. Вспомнив об условиях брачного договора, Андрей так и похолодел от страха. Конечно, ему не нравилось ощущать себя под постоянным наблюдением отца своей супруги – истинного владельца его бизнеса, но в конце концов он привык не обращать внимания на это обстоятельство, вкладывая в дело свои силы и душу. Кто знает, до чего может дойти Катя, охваченная яростью и жаждой мести, в том новом облике, о существовании которого он до сегодняшнего дня даже не подозревал. И как он только мог наделать столько ошибок, по сути испортив самому себе жизнь?

«Немедленно прекрати!» – приказал себе Андрей. Еще ничего неизвестно. Просто он, со свойственным ему образом мышления умел предвидеть несколько вариантов развития событий, благодаря чему фирма успешно работала за годы его управления. Нельзя же придумывать себе всякие ужасы! Катя не такая дура, чтобы от него отказаться! Он в это верил, по крайней мере, очень хотел верить……….

Его размышления прервал звонок телефона, невольно заставивший его вздрогнуть. К его огорчению звонила не супруга – номер абонента вообще не высвечивался на дисплее. Решив, что дело может быть важным и привыкнув к неожиданным звонкам даже в столь позднее время, Андрей нажал на кнопку «Ответить». В трубке раздался приятный женский голос, поначалу побудивший его к игривому настрою.

– Савельев Андрей Николаевич? – спросила молодая женщина официальным тоном.

– Он самый, к твоим услугам, таинственная незнакомка! – ответил Андрей, однако собеседница проигнорировала его флирт.

– Андрей Николаевич, у меня для вас плохие новости. Ваша жена – Екатерина Александровна Савельева, не так ли?

Андрей уже почувствовал неладное, забыв о своих намерениях по отношению к говорившей.

– Да, а в чем собственно дело?

– Андрей Николаевич, ваша супруга доставлена к нам несколько часов назад в критическом состоянии. Она находиться в больнице имени Склифосовского. Подробности узнаете в регистратуре! До свиданья!

Не дав Андрею опомниться и задать еще вопрос, собеседница прервала разговор. Посылая на голову жены, умудрившейся попасть в аварию и наверняка разбить свою дорогую машину, угрозы и не самые лестные отзывы, Андрей, немного приведя себя в порядок, поехал в больницу, до которой было примерно час-полтора езды при условии отсутствия пробок. Поездка по дождю, не перестающему барабанить по крыше его дорогого «Бентли» едва ли принесла ему удовольствие, зато дала возможность поразмыслить над тем, как ему вести себя с ее родителями, наверняка уже приехавшими в больницу. Так и не придумав ничего определенного, еще раз обругав жену самыми последними словами, Андрей припарковал машину на крытой стоянке, направившись в большое здание больницы имени Склифосовского, выделяющейся из ночной тьмы освещающими его огнями.

Молодая медсестра из регистратуры, не отреагировавшая на его попытки заигрывания, направила его на третий этаж в отделение реанимации, где по словам девушки, его жене уже больше двух часов делали операцию. Ее слова неприятно удивили Андрея – он-то полагал, будто авария не такая уж серьезная и Катя отделалась несколькими незначительными травмами. Оказалось, совсем наоборот, и происходящее начинало ему нравиться все меньше и меньше! Дежурившая на третьем этаже медсестра, отослала его в конец длинного коридора, тихого и пустынного в поздний вечерний час. Собрав остатки мужества, Андрей направился туда, куда показала девушка, и увидел сидящих возле двери с надписью «Операционная» родителей Кати, встречи с которыми он так опасался, и, как вскоре выяснилось, не без основания.

Катина мама, едва увидев его, встала со стула, и, не стесняясь присутствия молчаливого супруга, влепила Андрею две звонкие довольно болезненные пощечины.

– Светлана Николаевна, я не понимаю….

Андрей по примеру современной молодежи называл Катиных родителей по имени отчеству, опасаясь пользоваться «мамой» или «папой», что казалось ему совсем уж не применимым, особенно по отношению к суровому тестю.

Теща же, судя по всему, разошлась не на шутку.

– Все ты понимаешь, мерзавец! Это ты довел ее до такого состояния! Еще неизвестно, выживет ли она!

– Почему вы решили….– начал было оправдываться Андрей, гадая, что знает женщина. Оказалось, Светлана Николаевна знала почти все.

– Я звонила ей. Перед самой аварией. Я все слышала…..Ее крик до сих пор стоит у меня в ушах. Но дело не только в этом. Она мне все рассказала. И знаешь, думаю вот это тебе очень понравиться! Она сказала, что собирается с тобой разводиться! И думаю, она говорила вполне серьезно!

– Света! – прервал гневный поток красноречия Александр Владимирович.

Привыкшая повиноваться своему мужу, женщина покорно села, наградив Андрея таким взглядом, что тот решил, будто настал его последний час.

Тесть же говорил спокойно, привыкнув за годы службы сдерживать свои эмоции в любой ситуации, и лишь только его глаза выдавали его настоящую боль и его истинные чувства.

– Так вот, сучонок, если с моей дочерью что-нибудь случиться, я буду считать в этом виноватым именно тебя. Ты знаешь, я не бросаю слов на ветер!

Угроза тестя подействовала на Андрея гораздо сильнее криков Катиной матери. Он пытался найти слова для оправдания, однако его спас вышедший из операционной врач, устало снявший с лица повязку. Врач оказался довольно привлекательным мужчиной, обладающим мужественными чертами лица и пристальным взглядом серых глаз, оценивающих каждого, с кем ему приходилось иметь дело по долгу его службы.

– Доктор, как она? – спросил Андрей, опередив тестя и тещу, вызвав их недовольство им на зло.

Доктор, который на несколько сантиметров возвышался над Андреем, посмотрел на него, не скрывая своего презрения, и не удостоил его слова ответом, чем окончательно вывел мужчину из себя.

Не обращая внимания на Андрея, врач обратился к Александру Владимировичу, и каждое его слово походило на приговор, вынесенный суровым палачом, не знающем жалости или сострадания.

– К сожалению, вынужден вам сообщить, что ваша дочь впала в кому. Я сделал все что мог, но травма головы оказалась слишком серьезной! У нее сломаны еще нога и рука, однако эти раны не так опасны, и мы сделали все, чтобы их восстановить. В общем, она сможет ходить, если только придет в себя.

– Как долго это продлиться? – спросил чужим незнакомым голосом Катин отец, сразу постаревший лет на десять. – Вы можете что-нибудь сделать?

Доктор покачал головой.

– Мы теперь можем только наблюдать за ней.

Несчастный мужчина некоторое время стоял молча, словно услышанное известие обрушилось на него огромной тяжестью, сразу же лишив его присущей ему военной выправки. За одно мгновение статный офицер состарился на много лет, но, умея владеть собой в любой даже самой критической ситуации, Александр Владимирович не желал, чтобы посторонние люди стали свидетелем его слабости. Потому, собрав остатки мужества, он обратился к врачу чужим охрипшим голосом:

– Поместите ее в отдельную палату, и, прошу вас, обеспечьте ей самый лучший уход. Мы все оплатим!

Доктор молча кивнул, а в это время санитары вывезли из операционной носилки с телом молодой женщины. Андрей смотрел на свою жену, лежащую в неподвижном бессознательном состоянии с каким-то странным чувством, смысл которого он смог осознать не сразу. Вопреки ожиданию, он почувствовал не жалость, и даже не отвращение, а нечто гораздо большее – эта женщина на носилках, чье тело походило на древнюю мумию, и лишь глаза да пухлые губы выделялись из-под повязки, покрывающей всю голову, по какой-то неизъяснимой причине притягивала его сильнее любой самой изысканной красавицы. Не вполне понимая природу своих чувств, Андрей вместе с Катиными родителями, не решившимися выяснять отношения с зятем при посторонних, последовал в роскошную палату отделения реанимации, предназначенную для людей, чьи родственники имели средства на их содержание.

Молчаливый доктор подключал тело Кати к мониторам, а датчики, подсоединенные к телу, и выводящие на современный экран непонятные для Андрея данные, отражали все показатели молодой женщины.

–Я постоянно буду следить за изменениями в ее состоянии! – пояснил врач, когда медсестры покинули палату. Сами понимаете, я не могу всегда при ней находиться, поэтому рядом будет дежурить медсестра. Можете не волноваться – весь наш персонал – опытные и грамотные специалисты.

Катины родители, сраженные обрушившимися на них известиями, молча покинули палату, направившись обсуждать с врачом дальнейшие детали содержания молодой женщины в больнице, совершенно не беспокоившие Андрея. Он прекрасно знал, что благодаря положению и деньгам его зятя, за Катей будет обеспечен самый лучший уход, какой только можно ожидать от современных столичных поликлиник.

Предоставленный сам себе мужчина долго стоял в палате возле кровати молодой женщины, все тело которой походило на древнюю мумию, благодаря покрывающим его бинтам и многочисленным повязкам. Лишь сигналы компьютера свидетельствовали о том, что в неподвижном теле еще теплиться жизнь. Андрей испытывал странные, ничем не объяснимые чувства к этому безжизненному телу. С одной стороны, он давно забыл о своих супружеских обязанностях по отношению к жене, можно сказать он иногда попросту не вспоминал о ее существовании. Когда-то он любил ее, скорее любил положение в обществе, приобретаемое благодаря ей. С определенного момента их совместной жизни она потеряла для него всякий интерес, и тогда он начал искать утешение в объятиях других женщин, впрочем, не испытывая к ним иных чувств, кроме обычного физического желания, после удовлетворения которого они переставали иметь для него всякое значение. И все же сегодня очень многое изменилось. Катино поведение во время ужасной ссоры, ее ярость и гнев совершенно преобразили его жену, и он вдруг увидел, какой красивой и желанной женщиной она являлась на самом деле. Странно, и как он не замечал ее столько лет? И что с ним происходит сегодня? Конечно случившаяся катастрофа поразила его, и он все еще не мог прийти в себя от мыслей о возможном разводе и потери всего, чем он обладал, и все же дело было не только в этом. Он вдруг ощутил острое чувство вины, ведь именно он довел жену до такого критического состояния. А все могло сложиться иначе, и, если бы он приложил немного усилий, они бы вместе были бы счастливы. Какой же он идиот! Теперь он бы отдал все, что имел, лишь бы вдохнуть жизнь в бесчувственное тело, услышать ее голос, увидеть обращенный на него взгляд бирюзовых глаз и потратить всю дальнейшую жизнь на исправление совершенных им ошибок.

Но для него было слишком поздно! Он не мог знать об этом, поскольку браслет, сверкающий на пальце молодой женщины, чья рука неподвижно лежала на краю больничной кровати, уже захватил в плен ее тело, ее сердце и ее душу. Теперь та, к кому обратились мольбы так поздно раскаивающегося в своих поступках мужчины, не могла его услышать. Ее сознание принадлежало отныне другому миру, блуждающему на границе между сном и реальностью……….

ЧАСТЬ 2 «ПРОБУЖДЕНИЕ СИЛЫ»

Глава 2.

Ослепительная вспышка золотой молнией пронзила ее, заставив сознание вырваться из окутавшего его черного тумана беспросветного мрака, и молодая женщина открыла глаза.

От раскинувшегося вокруг великолепия ее веки снова невольно закрылись: яркое небо и сияющая белизна, окружающая ее, заставляли думать, будто она все еще видит сон, прекрасный и чарующий, в котором она проснулась в некоем волшебном царстве, где окружающий мир сияет неестественной лазурью неба и серебром девственной земли.

Она представляла собой поистине странное зрелище – юная красивая женщина с развивающимися черными волосами, еще сильнее подчеркивающими белизну окружающей природы, раскинувшаяся посреди безлюдного пространства, залитого бледным золотым светом солнца.

Она продолжала неподвижно лежать, отдавшись нахлынувшему на нее невероятному ощущению покоя, чувствуя себя так, будто ее тело сделалось легким и невесомым, а сознание, отключившись от привычных проблем и забот, представляло собой сознание ребенка, впервые родившегося на свет. Возможно она умерла, и именно таким странным образом должен выглядеть загробный мир, являющийся пристанищем блуждающих во мраке душ, лишенных телесной оболочки наконец-то обретших покой в ослепительном сиянии. Если смерть действительно так прекрасна, то она, не задумываясь, готова окунуться в ее спасительные объятия.

Она не знала, сколько времени пролежала подобным образом, пребывая в состоянии странной невесомости, не ощущая ни боли, ни радости, не чувствуя вообще ничего. Она парила между небом и землей, на границе голубой лазури неба и сверкающей под солнцем земли. Время утратило для нее какое-либо значение, вовсе перестав существовать. И если она умерла, то ничего более прекрасного и восхитительного она не испытывала в прошлой жизни, и она с радостью примет окружающую ее новую реальность, ставшую прибежищем ее души, погруженной в беспросветный мрак и теперь вновь увидевший свет, долгожданный и притягательный.

Тем не менее, по мере того, как бесконечные мгновения текли с потрясающей медлительностью, ее сознание постепенно обретало чувство реальности, словно чья-то неведомая воля вдыхала жизнь в бесчувственное тело. Повинуясь этой неведомой силе, побуждающей вырваться из окутавшего ее тумана, грозившего навсегда поглотить ее сознание, чувства, собственную волю, она снова открыла глаза, медленно возвращаясь к окружающей действительности. Первым услышанным ею звуком стал стук собственного сердца, поначалу слабый и едва различимый, вскоре возродившийся с новой силой, отдающийся в ушах, висках, он, на несколько мгновений, заслонил все остальные звуки и чувства. Она ощущала, как кровь забурлила в венах, и, повинуясь молчаливому приказу сердца, медленно начала разливаться по всему телу, наполняя жизнью каждую клеточку ее существа. И только тогда она осознала, что жива, ее окружает реальный мир, а ее душа, возможно недавно и пребывающая на границе между жизнью и смертью, снова вернулась в тело.

В тот момент, ощутив странность создавшегося положения, молодая женщина, резко поднялась, сразу же почувствовав, как перед глазами замелькали черные точки, ставшие причиной слишком долгого пребывания в одной и той же позе с закрытыми глазами. Через несколько мгновений, зрение вновь обрело прежнюю четкость, хотя поразившее ее ослепляющее великолепие окружающего пейзажа никуда не исчезло. По-прежнему над ней распростерлось чистое голубое небо, а вокруг все сверкало сияющей на солнце белизной. Оглядевшись, она поняла, что находиться на огромном пустынном пространстве, усыпанном снегом, полностью закрывшим землю всюду, куда бы она не обращала свой взор. Судя по всему, снег выпал недавно, и еще не один человек не нарушил его пушистого серебристого покрова. Отражающееся от снега холодное солнце слепило глаза, поэтому она не сразу смогла обрести ясность зрения, сразу же после пробуждения решив, будто находиться в нереальном, сказочном царстве.

По мере ощущения реальности окружающего мира, в сознании молодой женщины начали возникать тысячи всевозможных вопросов. Как она попала в это странное место, и где вообще она находиться? Что произошло? И кем являлась она на самом деле?

Последняя мысль привела ее в замешательство. Пытаясь отыскать хотя бы отголоски воспоминаний о себе, прошлой жизни, она внезапно наткнулась на непреодолимую преграду, не обнаружив абсолютно ничего, только отзвук собственного имени всплыл в глубине ее сознания и теперь она хотя бы знала, что ее зовут Катя. Все остальные воспоминания о том, кем она являлась на самом деле, чем она занималась, кем были ее родные, покрыл туман черного беспросветного мрака, и осознание этого привело ее в полнейшее отчаяние. Нельзя придумать положения ужаснее – прийти в себя в незнакомом месте, не имея ни документов, ни вещей, помня лишь свое собственное имя! Ситуация, в которую она попала, казалась чертовски скверной, и некоторое время она едва на поддалась отчаянию. Закрыв лицо непослушными руками, она попыталась прийти в себя, иначе, если она и дальше начнет вести себя подобным образом, то ею завладеет настоящая паника, и она начнет кричать до тех пор, пока окончательно не лишиться рассудка!

Внезапно, когда ей удалось сосредоточиться на своих руках, прижатых к лицу, ее внимание привлекло необычный браслет, надетый на правую руку. Поднеся его поближе к лицу, молодая женщина долго с интересом разглядывала драгоценность, любуясь его необычной формой. Браслет представлял собой тонкий золотистый ободок, украшенный необычным камнем в форме песочных часов, наполненных прозрачной бирюзовой сферой, переливающейся на солнце всеми возможными цветами и оттенками. Сияющие великолепие украшения притягивало взгляд, завораживало своей первозданной красотой, однако более не вызывало в сознании молодой женщины никаких воспоминаний вопреки ее ожиданиям. А ведь едва она взглянула на браслет, как ей показалось, будто он вернет ей утраченную память и даст ответы на преследующие ее с момента пробуждения многочисленные вопросы. В этом она ошиблась, но не видела повода для отчаяния.

Первый приступ паники, возникший, сразу же после пробуждения, немного отступил, и теперь она почувствовала острую необходимость понять, где она находиться и тогда разработать дальнейший план действий. В конце концов, что бы с ней не произошло, она всегда сможет добраться до ближайшего отделения полиции, где она сможет обратиться за помощью.

Но как понять, куда ей следует направиться, если кругом, насколько хватало глаз, распростерлось огромное заснеженное поле? В любом случае, оставаться в таком положении нельзя. По мере осознания окружающей ее действительности, начали пробуждаться совершенно реальные ощущения и желания, и вскоре она осознала, что ее руки и ноги перестали ей подчиняться, потеряв всякую чувствительность от долгого пребывания на морозе в одной и той же неподвижной позиции.

Нарастающий издалека гул, поначалу неясный, вскоре отвлек ее внимание от мрачных мыслей и раздумий о том, как ей следует действовать в сложившихся обстоятельствах, заставив посмотреть в кажущийся неподвижным горизонт, откуда, казалось, исходил странный шум. Черная точка, омрачающая небо, и издающая звук, напоминающий гудение пропеллеров вертолета, показалась на горизонте. Заинтригованная молодая женщина не отрываясь смотрела на объект, приближающийся к ней со скоростью, несовместимой со всеми возможными законами физики. Катя еще не успела до конца осознать, что неопознанный объект двигается именно по направлению к ней, а точка, вблизи напоминающая миниатюрный самолет, молниеносно приземлилась, разбросав снег в разные стороны, нарушив тем самым первозданную красоту природы. Дальнейшее слишком потрясло ее, чтобы она смогла совершить хотя бы любые действия для своей защиты.

На том месте, где приземлился необычный объект вскоре возникло странное существо, словно сошедшее с кадров фантастического фильма, ибо пришелец внезапно превратился в настоящего робота огромного роста, являясь воплощением самых страшных кошмаров, поскольку он представлял собой груду железа с руками – пулеметами и маленькой головой, на которой выделялись красные глаза, смотревшие на замершую от ужаса жертву с холодным безразличием.

Катя уже решила, что пришел ее последний час, поскольку руки-пулеметы пришельца за несколько секунд нацелились прямо на нее, но внезапно с неизвестного ей пока направления в сторону робота был послан огневой снаряд чудовищной силы, заставивший пришельца невольно отступить. Еще один снаряд, и робот разлетелся на тысячи черных осколков, а через мгновенье осколки превратились в пыль, развеянную по воздуху, словно пришелец в действительности являлся сном или самой обыкновенной галлюцинацией.

Все еще не пришедшая в себя от ужаса молодая женщина оглянулась в ту сторону, откуда, по ее мнению, должен был исходить снаряд, уничтоживший робота. С облегчением она осознала, что ее спаситель, несмотря на плотную черную одежду и шлем, защищающий голову, был обычным человеком. Некоторое время незнакомец с интересом смотрел на Катю подобно тому, как Катя совсем недавно рассматривала вознамерившегося ее уничтожить пришельца. Но, судя по всему заметив, что женщина находиться в состоянии, близком к беспамятству, мужчина снял шлем, и Катя с интересом разглядывала его внешность, впрочем, ничем не примечательную, поскольку ее спаситель оказался самым обычным мужчиной. Его морщинистое лицо украшала густая борода, из чего Катя сделала вывод, что скорее всего незнакомцу давно минуло пятьдесят лет. Тем не менее ее внимание привлекли его глаза, живые, любознательные, явно свидетельствующие о том, что мужчина чувствует себя намного моложе своего настоящего возраста. Как бы там ни было, незнакомец обратился к Кате, не скрывая раздражения, и даже ярости:

–Какого черта ты делаешь?

Мужчина говорил на вполне понятном русском языке, и Катя мысленно вздохнула свободнее. Однако, когда она попыталась ответить, собственный голос, охрипший от долгого пребывания на холоде, отказывался ей повиноваться.

–Я? Кто…..Это был? – спросила она тихо, но незнакомец услышал ее, или понял суть ее вопроса.

Он подошел поближе, опасливо глядя на молодую женщину, очевидно полагая, будто у нее, так же, как недавно у робота, вместо рук появятся огнеметы, и глядя на нее так, словно считал ее по меньшей мере древним музейным экспонатом.

–Это? Всего лишь робот –андроид 2020. Новое оружие проклятых янки!

Катя, еще не осознавшая, где она находиться и как ей стоит вести себя с учетом того, что ее прошлое представляет собой огромную зияющую дыру, и не пришедшая в себя после нападения пришельца от услышанных слов едва окончательно не лишилась рассудка.

–К….какой андроид? Что вообще происходит?

В ее голосе слышалась паника, и мужчина осторожно подошел к ней, судя по всему решив, что она не представляет серьезной угрозы.

–Кто ты? – спросил он, не ответив на ее вопрос.

Катя покачала головой, стараясь сдержать охватившее ее отчаяние.

–Я не знаю!

Мужчину ее ответ разозлил.

–Как это не знаешь? Хватит валять дурака! Отвечай, кто ты такая? Тебя подослали янки?

Ярость в его голосе привела Катю в ужас. Закрыв лицо трясущимися руками, она не смогла сдержать слез, пытаясь бороться с подступающей паникой.

– Я не знаю! Я не помню, кто я! Я не понимаю, о чем вы вообще говорите и что, к чертям собачьим, происходит!

Взрыв отчаяния, ее плачевный вид, очевидно заставили сжалиться ее сурового спасителя. Он присел рядом с ней, отнял руки от лица, вытер слезы неизвестно откуда взявшимся платком. Он хотел спросить что-то еще, но, заметив, в каком жалком состоянии находиться молодая женщина, решил оставить вопросы на более позднее время. Сняв плотную черную куртку, он надел на нее, и Катя сразу же почувствовала приятное тепло.

–Спасибо, – она попыталась благодарно улыбнуться, но, скорее всего вместо улыбки появилась отвратительная гримаса.

–Да чего уж там!

–Ладно, нам нельзя долго оставаться в таком незащищенном месте без защиты. Пойдем-ка в лагерь, там командир разберется, что ты за птица и как с тобой поступить! Ты сможешь идти?

Все еще ничего не понимая, Катя решила следовать за своим спасителем, ведь иного выбора у нее не было. Она до сих пор не понимала, в какой необычный мир она попала после невероятного пробуждения, но определенно ей следует это выяснить как можно скорее, иначе она окончательно лишиться рассудка. Потому, догадываясь, что нельзя оставаться в том месте, где ее обнаружил странный пришелец, она решила последовать за незнакомцем, однако выполнить ее намерения оказалось достаточно трудным, поскольку ее ноги от долгого бездействия и пребывания на морозе отказывались ей повиноваться. Осознав в чем дело, мужчина, не слишком церемонясь, принялся разглядывать затекшие конечности молодой женщины, залившейся краской от его слишком пристального взгляда. Вскоре она осознала, что ее опасения беспочвенны, поскольку мужчину интересовало именно состояние ее ног и их способность передвигаться самостоятельно.

–Да, дела довольно плохи, но ничего непоправимого нет, моя красавица, – говоря, он принялся осторожно растирать закоченевшие ступни молодой женщины. – Прости, я бы предложил тебе обувь, но, до лагеря придется идти в чем есть.

От его прикосновений Катя ощутила приятное тепло, и вскоре осознала, что ее ноги снова ей повинуются, хотя мысль о необходимости босиком идти прямо по снегу не вызывала у нее особого энтузиазма. Поэтому, еще не вполне осознавая смысл своего вопроса и его соотнесение с реальной обстановкой, она спросила своего спасителя:

–Скажите, а может мы вначале зайдем в ближайший магазин, аптеку, в конце концов, любое место, где я смогу немного привести себя в порядок. Или хотя бы в больницу? Ведь даже в такой глуши есть что-нибудь подобное?

Едва она произнесла эти слова, мужчина пронзил ее таким взглядом, каким обычно смотрят на сумасшедших или тяжело больных людей, не вполне осознающих смысл окружающей их действительности. Он помолчал, продолжая растирать ее замершие ноги, не сразу осторожно ответив:

–Больница или магазин? Что ж, несколько лет назад ты смогла бы воспользоваться услугами этих заведений. Если на то пошло, я бы с радостью сдал бы тебя в полицию, пусть они бы решали, куда тебя девать. Но видишь ли, уже более семи лет этих учреждений просто не существует!

Катя опешила. Не считая странного робота, напавшего на нее, она все еще не осознавала, в какой мир она попала. И слова ее спасителя снова приводили ее в замешательство.

–Как так, не существует? Почему? Что вообще происходит?

Мужчина пристально посмотрел на молодую женщину, продолжая свое занятие.

–Как ты думаешь, какой сейчас год? – спросил он, очевидно решив, будто этот вопрос окажется самым подходящим.

Не взирая на то, что она совершенно не помнила своего прошлого и не имела представления о своей прежней жизни, она определенно помнила, в какое время она жила. Поэтому, практически не задумываясь, она твердо ответила:

–Как это какой год? Разумеется, 2014! Я не помню ничего о себе самой, но это я могу сказать вам с такой же твердостью, с какой могу назвать свое имя!

Мужчина покачал головой.

–Ты ошибаешься! Сейчас 2027 год. Вот уже почти десять лет идет третья мировая война!

От удивления и потрясения Катя не могла сказать ни слова. Между тем, не давая девушке опомниться, незнакомец встал, и подал ей руку, помогая подняться. Заметив ее замешательство, он осторожно произнес:

–Ладно, хватит торчать на морозе без защиты, пока эти проклятые роботы нас не засекли. Пойдем в лагерь, там все и выясним. Кстати, ты сказала, что помнишь свое имя. Прости, я забыл представиться. Меня зовут Николай Назаров. Майор Николай Назаров, если хочешь.

–Меня зовут Катя, – машинально ответила девушка, осторожно последовав за своим новым знакомцем.

Какое-то время она молча следовала за майором Назаровым, но вдруг мужчина, неожиданно к ней повернувшись, приложил палец к губам, давая знак молчать и указывая рукой на небо. Вдалеке на линии горизонта снова виднелись стремительно приближающиеся черные точки, только теперь их было более пяти, и, судя по всему, они направлялись прямо к путникам. Не успела Катя сообразить, как действовать дальше, майор Назаров резко толкнул ее в сторону, и она покатилась прямо вниз с высокого обрыва, по краю которого до сего момента пролегал их путь. Все происходило слишком быстро, и все же Катя догадывалась, что в этом случае лучше всего следовать указаниям майора и не делать глупостей. Поэтому она даже не возразила, когда майор накрыл ее своим телом, а засыпавший их пушистый снег скрыл их от роботов, несколько мгновений покруживших над местом недавнего происшествия и вскоре пролетевших мимо.

Когда опасность, миновала, майор Назаров осторожно освободил девушку из плена, тихо объяснив:

–Роботы реагируют на звук голоса. В лагере и в больших городах действует система современной защиты, но здесь, вне городских стен, мы находимся в постоянной опасности. Скорее всего противник быстро узнал о происшедшем с роботом-разведчиком, и решил проверить, что произошло на самом деле!

Катя молча кивнула, хотя по-прежнему ничего не понимала. Но она решила оставить многочисленные вопросы до поры до времени, в первую очередь мечтая добраться куда-нибудь в теплое место, где она сможет привести себя в порядок, а уж затем разобраться в невероятной ситуации, в которой она оказалась. Потому она, не задавая более вопросов, последовала за майором Назаровым, а тот, видя, что девушка находится в состоянии шока, также не решался давить на нее, рассудив, что в лагере все так или иначе проясниться и встанет на свои места.

Поход до лагеря показался измученной невероятными событиями девушке, дорогой на эшафот. Она с трудом пыталась приноровиться к широкому шагу майора Назарова, с каждым пройденным метром чувствуя, что еще немного, и ее босые ноги, которые она снова перестала чувствовать, окончательно перестанут ей повиноваться. Тем не менее, она, не намеревалась жаловаться своему суровому проводнику, прекрасно осознавая, что на данный момент иного выхода у нее не было. Если она упадет или еще каким-либо образом даст майору понять, насколько плачевным являлось ее состояние, он вполне способен оставить ее одну среди незнакомой местности, поскольку создавалось ощущение, будто майор сожалеет о своем недавнем поступке и спасении девушки. Руководствуясь подобными соображениями, Катя молча следовала за майором, стараясь отвлечь себя разглядыванием окружающего пейзажа.

Между тем, Катя и ее суровый спаситель какое-то время шли в глубине обрыва, в который они скатились, прячась от роботов. Затем ненадолго они вышли на более ровную местность, поле или пустынное плато, и здесь Кате пришлось плотнее завернуться в куртку майора Назарова, поскольку сильный ветер ко всем прочим бедам едва не сбил ее с ног. Уже вскоре она вздохнула свободнее, и теперь их путь проходил между густых деревьев, покрытых, как и все кругом, плотным слоем выпавшего накануне снега.

Кате, с трудом поспевающей за майором, судя по всему не ведающим усталости, начинало казаться, будто лес никогда не закончиться, а она так и будет идти за молчаливым проводником до тех пор, пока ее силы окончательно не иссякнут. Судьба наконец-то сжалилась над обессилевшей молодой женщиной, и вскоре лес начал редеть, а Катя оказалась перед самым странным и самым невероятным военным лагерем, какой только можно себе представить.

Лагерь занимал достаточно большое пространство, скрытое от посторонних глаз густыми деревьями, а также, судя по словам майора Назарова, мощной системой защиты, представляющей собой невидимую взгляду пелену, накрывающую лагерь с воздуха и не позволяющую противнику обнаружить его с помощью современных приборов и систем слежения. На территории лагеря далеко за пределы видимости протянулись небольшие одноэтажные казармы, являющиеся уютным жильем для солдат. Много позже Катя узнает о достоинстве таких домов и об их способности исчезать, когда возникала необходимость перемещать военный лагерь на другое место. Помимо домов, повсюду стояла многочисленная техника, но формы и размеры ее выглядели подчас столь странными и необычными, что Катя могла лишь удивляться и спрашивать себя, действительно ли она видит реальные вещи своими глазами, или же она всего-навсего спит и ей сниться самый необыкновенный сон, который только можно себе представить! Все вокруг казалось невероятным, фантастическим, и девушке с трудом удавалось сохранить самообладание, и не обрушить на голову молчаливого майора накопившиеся вопросы.

Николай Назаров подвел Катю к небольшому кирпичному домику, возле двери которого он остановился, несколько раз постучав. После чего он открыл дверь, и Катя к ее немалому удивлению оказалась в помещении, чем-то напомнившим штабы командиров из фильмов о Второй мировой войне, но оснащенном современными средствами техники: интерактивной картой, компьютерами и прочими устройствами, назначение большинства из которых было ей совершенно незнакомо.

Возле одной из висевших на стене карт, стоял высокий широкоплечий мужчина, внимательно разглядывающий странные значки на карте с озабоченным видом. Слишком поглощенный своим занятием, он не сразу обратил внимание на вошедших, и лишь когда майор Назаров несколько раз кашлянул, напоминая о своем присутствии, мужчина повернулся.

В тот момент для нее перевернулся весь ее мир, тревожащие вопросы и сомнения перестали иметь малейшее значение, ибо стоило их взглядам встретиться, и все остальное перестало существовать, а их жизни и судьбы навсегда связали невидимые огненные нити. Взгляд карих глаз проник в самую душу, в самое сердце молодой женщины, и с того мгновения ее сердце, ее душа, ее собственное тело перестали ей принадлежать, готовые подчиниться молчаливому властному призыву его взгляда, показавшегося ей на удивление знакомым, словно она знала его очень давно, и теперь судьба, до сего слишком суровая к ней, сжалилась и подарила долгожданную встречу! Навсегда она стала пленницей его властного, сильного взгляда, забыв о своей собственной воле и гордости, готовая броситься в его объятия, чувствуя, как все ее естество заливает горячая волна огромной всепоглощающей любви и неистового неукротимого желания, разливающегося по ее венам и заставляющего быстрее биться ее сердце. Чем дольше он смотрел на нее, тем сильнее она погружалась в водоворот сладостного безумия, молясь лишь о том, чтобы он продолжал на нее смотреть и ни в коем случае не отвел взгляда!

Наверное, она бы долго простояла так, сделавшись добровольной пленницей карих глаз, забыв обо всем окружающем мире, если бы недовольное покашливание майора Назарова, решившегося заявить о своем присутствии, не прервало бы очарования восхитительного момента этой неожиданной встречи, словно предначертанной самой судьбой. Чувствуя, как ее щеки покрывает румянец, Катя опустила глаза, и, не совладав с любопытством, принялась из-под полуопущенных ресниц разглядывать обладателя магического взгляда, потрясенно приходя к выводу, что перед ней самый привлекательный мужчина, которых когда-либо создавала природа. Нет он не был красавцем, но его мужественное, словно вылепленное умелой рукой скульптура лицо, настолько привлекало внимание резкостью черт, что, Катя, забыв о приличиях, принялась открыто глазеть на него, любуясь мощным лбом в обрамлении светлых золотистых волос, сильным волевым подбородком, невольно остановившись на впадинке между бровей, к которой ей сразу же захотелось прижаться губами. От всего его облика веяло несгибаемой силой, а в нем самом чувствовался настоящий мужчина, способный противостоять любым трудностям и невзгодам.

Слишком потрясенная неожиданной встречей, перевернувшей всю ее жизнь, она не сразу поняла, что Николай Назаров и незнакомец смотрят на нее, пока мужчина не задал майору вопрос приятными глубоким голосом, звук которого заставил ее сердце биться еще сильнее. Теперь, чувствуя себя неловко под внимательными мужскими взглядами, Катя злилась на себя, а еще более на него, ведь он первым нарушил чудесное очарование первой встречи, к тому же его вызывающий тон окончательно вывел ее из равновесия, заставив вырываться из восхитительных мечтаний и снова вернуться в непривлекательную реальность.

–Итак, сдается мне, твое задание оказалось довольно успешным, не так ли, майор? – в голосе мужчины слышался вызов. Возможно, он говорил грубее, чем того хотел на самом деле, но Катя не намеревалась позволять ему вести себя подобным образом, какое бы влияние его близость на нее не оказывала. И пусть сейчас она находилась в достаточно плачевном состоянии и не являлась хозяйкой положения, она с вызовом взглянула на возвышающихся над ней мужчин, гордо вскинув голову.

Николай Назаров с нескрываемым интересом наблюдал за неожиданным поворотом событий. Давно научившийся понимать намерения своего командира, знающий его сильные и слабые стороны, майор сразу догадался: полковник Муравьев заинтересовался таинственной незнакомкой. Однако, годы, проведенные в военных лагерях и сражениях, гибель семьи, ожесточили полковника, и, по мнению майора Назарова, его боевой командир и единственный друг будет поначалу скрывать свои истинные чувства под маской внешней грубости и безразличия. Глядя на этих двоих, стоявших друг против друга в воинственной позе, Николай Назаров, мысленно посмеиваясь, принялся с интересом наблюдать за развитием событий.

–Кого же ты привел, майор? – спросил полковник, и, Николай, встрепенувшись, попытался изложить недавние события.

– Да вот, товарищ полковник. Пошел я, значит, по вашему заданию на разведку. Иду, и вижу, робот, явно намеревается на кого-то напасть. А перед ним эта девчонка, смотрит на него с таким видом, словно увидела пришельца из космоса. Поскольку я все-таки мужчина, я счел нужным прийти на выручке бедной девочке, а то осталось бы от этой красотки одно мокрое место!

Полковник Муравьев, внимательно выслушав рассказ майора, медленно подошел к Кате, разглядывая ее взглядом, лишенным прежней теплоты и желания. Сейчас его взгляд более всего напоминал взгляд инквизитора на допросе, тем не менее Катя, ощущала невольную сладостную дрожь от его близости, поскольку он остановился совсем рядом с девушкой, внезапно растерявшей всякие остатки мужества и прежней бравады. Неожиданно он грубо схватил ее за подбородок, заставив смотреть прямо в его глаза, сейчас взирающие на нее с беспощадностью палача, готового уничтожить ее, если он поймет, что она собирается солгать ему.

–Говори, кто ты такая? Откуда ты взялась? Кто тебя подослал?

Вопросы, смысл которых она осознавала не сразу, обрушивались на нее тяжестью обвинительного приговора. Быть может, если бы ей предоставили больше времени понять, что с ней произошло на самом деле, она попыталась бы защищаться, но сейчас, слишком потрясенная случившимся, раздавленная силой открывшихся в ней чувств, судя по всему лишенных взаимности, молодая женщина не выдержала. Из ее глаз брызнули слезы, и она с мольбой посмотрела на своего мучителя:

–Я не знаю! Я ничего не знаю! Я не понимаю, о чем вы говорите! Какие шпионы, какая война? Что вообще происходит?

Потрясенный молчаливой страстной мольбой, откровенно отражающейся в обращенном на него взгляде, полковник отпустил девушку, в бессилии прислонившуюся в одной из стен.

Какое-то время в комнате царила напряженная тишина. Катя стояла неподвижно, глотая слезы и ожидая приговора. Пусть он уже решит, что она действительно шпионка, пусть прикажет уничтожить ее, или еще лучше, сам ее убьет, а она испытает настоящее счастье, умирая от его руки! Все лучше, чем это мучительное ожидание, словно он тем самым наказывал ее за мгновенья проявленной им недавно слабости……..

Майор Назаров наблюдал за развитием событий, не вмешиваясь, предоставив полковнику самому решать судьбу гостьи из прошлого, как он называл про себя свою невероятную находку. Он был готов выполнить любой приказ полковника. Между тем полковник, очевидно приняв решение, снова повернулся к Кате. Понять что-либо по его непроницаемому взгляду не представлялось возможным, и молодая женщина предоставила свою участь полностью в его распоряжение, намереваясь принять его решение, каким бы жестоким оно ей не показалось.

–Итак, ты утверждаешь, что ничего не помнишь? – спросил ее полковник более мягким голосом. – Что ты помнишь последнее?

Катя медленно покачала головой.

–Я открыла глаза, а потом……увидела робота, который собирался на меня напасать. Я не помню больше ничего! Прошу вас, поверьте, я говорю правду!

Неизвестно, оказала ли на сурового полковника воздействие страстная мольба в ее голосе, но он произнес уже более мягким тоном.

–Хорошо, а имя-то ты свое помнишь?

Катя вскинула голову, смело взглянув в его глаза.

–Меня зовут Катя.

–Ладно, уже кое-что. Я, полковник Никита Сергеевич Муравьев. Думаю, с майором Назаровым ты успела познакомиться………

Катя молча кивнула. Ее нервы были натянуты до предела, и ей казалось, если кто-либо не прояснит ситуацию, и не расскажет ей о том, что происходит на самом деле, она окончательно лишиться рассудка.

Внезапно в ее измученном последними событиями сознании возникла странная идея. Быть может, ее всего-навсего разыгрывают? В глубине смутных воспоминаний о прошлой жизни мелькнула мысль об увиденных ранее телешоу, в которых родственники разыгрывали своих близких подчас используя для этого самые невероятные способы. Как правило, жертву «розыгрыша» заставляли проделывать такие вещи, которые этот человек никогда бы не стал делать в обычной жизни. Иногда несчастного заставляли жить в таких условиях, что он вынужден был вести жесткую борьбу за существование, и не сразу «жертве» говорили о том, что окружающие его опасности являются вымышленными. Что если и она сделалась жертвой подобного розыгрыша, а ее близкие решили таким образом поразвлечься, глядя на нее со стороны? Намереваясь выяснить истинность своей догадки, она решительно пошла в наступление:

– Я поняла! Вы меня разыгрываете, так? В подходящий момент появиться оператор с видеокамерой! Я не раз видела такие дурацкие шутки по телевизору. Кто же решил столь жестоко надо мной подшутить?

Ее слова, вопреки ожиданиям, не произвели на мужчин никакого воздействия, они обменялись взглядами, выражение которых совершенно не понравилось молодой женщине. С ней словно играли в кошки мышки. И если она считала окружающую ее странную реальность безумной, то полковник Муравьев и майор Назаров, по всей вероятности, считали безумной именно ее.

Заметив, что девушка находиться на грани нервного срыва, грозившего перерасти в настоящую истерику, полковник Муравьев подошел к ней, и, не обращая внимания на слабые попытки сопротивления с ее стороны, взял ее за руку и усадил на длинную скамью, протянувшуюся возле стены необычной штаб-квартиры. Все это он проделал молча, не говоря ни слова, но от его близости у Кати закружилась голова, а стоило ему прикоснуться к ней, как ей показалось, будто ее руку пронзили раскаленным железом! Присев рядом с девушкой, полковник кивнул майору Назарову, и тот, взяв со стола бутыль с жидкостью подозрительного коричневого цвета, налил немного в стакан и протянул его Кате.

–Выпей! Ты почувствуешь себя лучше, и мы сможем спокойно поговорить! Не бойся, это всего лишь коньяк! Добыли трофей в очередной операции! – невесело усмехнулся полковник.

Не чувствуя сил к сопротивлению и даже не желая возражать, Катя залпом осушила стакан, невольно закашлявшись, поскольку жидкость оказалась довольно крепкой. И все же вскоре она действительно почувствовала приятное тепло, снова начала чувствовать свое тело, а ее сознание сделалось на удивление ясным и четким. Теперь она всем своим существом ощущала близость Никиты, сидевшего рядом с ней. Он действовал на нее самым непостижимым образом, она уже не считала себя одинокой, потерянной, не представляющей, как ей выбраться из запутанной ситуации, в которую она попала. Ощущая его присутствие, исходившую от него настоящую мужскую силу, в глубине души невольно надеясь на его поддержку и участие, не взирая на его недавнюю холодность, она чувствовала, что справиться с любыми неприятностями, если он поверит ей, если решит пойти ей навстречу и окажет ей поддержку. Если же он оттолкнет ее, прогонит прочь, тогда она погибнет, ведь без него она не мыслила жизни, и даже собственное прошлое казалось ей не таким уж важным и значимым по сравнению со страстным желанием покорить его холодное сердце.

–Итак, ты совсем ничего не помнишь, не так ли? – осторожно спросил Никита, видя, что девушке стало немного лучше.

Катя покачала головой.

–Николай, на том месте, где ты ее нашел, были следы сражения? Хоть что-нибудь?

Майор Назаров, к которому обратился полковник, тяжело вздохнул:

–Чистое заснеженное поле! Ничего. При ней не было никаких документов. Все это кажется мне довольно странным!

–Я спрошу тебя, когда мне понадобиться твое мнение, – резко оборвал его полковник.

–Как ты думаешь, что могло с тобой произойти? – снова спросил он Катю.

–Я не знаю! Я же говорю вам, стоит мне попытаться заглянуть в глубь своего сознания, и я не вижу ничего, абсолютно ничего! – в отчаянии ответила она, закрыв лицо руками.

–Ладно, не переживай так сильно. – Мы попытаемся найти информацию о тебе в архивах, хотя на это потребуется немало времени.

Воцарилось напряженное молчание. После долгих размышлений Катя решила принять окружающую ее действительность. В конце концов, приходилось смириться с неизбежным, а после более детально во всем разобраться. Однако для объективного восприятия невероятной реальности ей необходима информация. Она намеревалась задать привлекательному полковнику несколько вопросов, к тому же ей совершенно не хотелось с ним расставаться, ей казалось, что без него зыбкая реальность и вовсе перестанет существовать. Потому она осторожно задала наиболее интересующий ее вопрос:

–Поскольку мое прошлое на данный момент остается неясным, я бы хотела спросить, что произошло на самом деле? Когда и по какой причине началась война?

Посмотрев на девушку странным невидящим взглядом, полковник Муравьев, немного подумав, осторожно начал потрясающий рассказ, тем не менее, как вскоре поняла Катя, он не желал останавливаться на деталях и подробностях, посчитав необходимым сообщить ей наиболее значимые факты.

– Трудно сейчас ответить прямо на твой вопрос, ведь с тех пор прошло почти десять лет. Пожалуй, все началось с конфликта на Украине, который произошел еще в 2014г. В результате, если ты конечно помнишь, Крым стал территорией России, и этого нам не смогли простить. С того момента только тонкая политика президента сдерживала более решительные действия со стороны других государств, и, прежде всего, конечно же Соединенных штатов. Но именно с этого конфликта все и началось………..

А потом, 9 сентября 2019 года американцы сбросили на нас несколько атомных бомб. К тому времени были разработаны новейшие системы защиты, но они смогли только частично защитить самые крупные города и мегаполисы. Скорее всего, наше правительство давно ожидало нападения, и успело к нему подготовиться, но защитить всю страну им было не по силам. После катастрофы прежний мир, который сохранился в твоем сознании, перестал существовать. На месте городов, деревень, лесов и полей теперь пустое пространство, наполненное радиацией так, что выйти за пределы защищенных территорий без соответствующего оборудования не представляется возможным. Помимо этого, кругом подстерегает опасность. Как ты понимаешь, противник вторгся на территорию страны подобно тому, как стервятники слетаются на падаль. Несмотря на наши надежды, посланных в сторону врагов ответных ядерных ударов оказалось недостаточно для их полного уничтожения……….И тем не менее, преимущество все еще на нашей стороне. Не взирая на разорение и запустение, царившее в стране, наша армия, военная техника и технологии продолжают развиваться, и используются для борьбы. Основная проблема, по моему мнению, и по мнению других офицеров, заключается в том, что до сих пор никто не подумал о возможности большого сражения. Именно такой серьезной битвы противник опасается более всего, поскольку знает о наличии у нас оружия, способного уничтожить всю враждующую армию………..Вот так, Катюша. Прежний мир рухнул, и остался лишь в наших воспоминаниях, да в компьютерных файлах. Тем, кто выжил после ядерных ударов приходиться приспосабливаться к новой реальности. И все же каждый из нас надеется, что война скоро закончиться, и новый мир, который мы сможем создать, будет лучше и совершеннее прежней цивилизации, надо сказать еще до войны зашедшей в тупик…….

Никита замолчал, судя по всему считая свой рассказ завершенным, давая возможность молодой женщине осмыслить его слова, что оказалось достаточно трудным.

У нее не было причин сомневаться в правдивости слов полковника Муравьева, и все же принять столь суровую и потрясающую действительность, несмотря на ее недавние убеждения, не так-то просто.

Ведь если раньше Катя ничего не понимала в происходящем, то услышанная история лишь усилила ее беспокойство, и она старалась изо всех сил сдерживать поднимающуюся в ней панику. Если все, о чем поведал ей привлекательный полковник было правдой, то, невольно возникал вопрос – откуда взялась она сама. Какую страшную трагедию она пережила в прошлом? Неужели всех ее близких, всю ее семью поглотил чудовищный пожар войны? Господи, разве сможет она во всем разобраться и найти истину, не потеряв при этом рассудок?

Большое количество информации, вызвавшее новые вопросы, снова привели Катю в замешательство. Ей стало трудно дышать, она чувствовала приступ приближающийся паники, а резкая головная боль внезапно сжала ее виски, заставив прижать к ним руки и невольно вскрикнуть. На несколько мучительных мгновений ее сознание, пережившее за последние часы немало потрясений, едва не отключилось от окружающей реальности, и только когда она услышала обеспокоенный голос полковника, снова начала приходить в себя, пытаясь справиться с охватившей ее слабостью.

–Катя! Катя, ты меня слышишь?

Открыв глаза, она увидела перед собой его лицо, так близко, что у нее перехватило дыханье от одного лишь его взгляда, полного беспокойства и тревоги. Стараясь держать себя в руках, что в его присутствии представлялось достаточно сложным, Катя, с трудом справляясь с охватившем ее желанием, охрипшим от волнения голосом произнесла:

–Все хорошо! Со мной все в порядке!

– А вот мне так не кажется! – твердо ответил полковник. – Черт, да ты же столько всего пережила за последние несколько часов! Прости, если я был с тобой слишком груб. Сама понимаешь, в сложившейся ситуации я не мог вести себя иначе! Ладно, пока ты со мной в лагере тебе нечего опасаться.

Катя снова ощутила властную силу его взгляда. Она едва не сказала, что ей наплевать на войну, наплевать на весь окружающий мир и даже на ее собственное прошлое, лишь бы ощущать его близость, лишь бы он не переставал смотреть на нее так, словно она для него дороже всего на свете.

Обеспокоенный охватившими его чувствами, которые пробудили в нем одно лишь присутствие необыкновенной девушки, полковник Муравьев обратился к майору Назарову, считая разговор завершенным. Совершенно определенно ему было необходимо поразмыслить над тем, почему Катя оказывает на него столь странное влияние, и как ему следует вести себя по отношению к девушке в сложившихся обстоятельствах.

Поэтому, приняв решение, полковник обратился к майору Назарову, за время разговора не проронившему ни слова, но внимательно наблюдавшему за происходящем.

– Майор, отведи-ка нашу гостью из прошлого ко мне. Пусть немного отдохнет и придет в себя! А после мы продолжим нашу беседу!

Катя собралась возражать, ведь ей совсем не хотелось покидать его. Он являлся для нее единственной реальностью в окружающем ее безумии, в его присутствии она чувствовала себя защищенной от любых бед и опасностей, которые, как она полагала, ожидают ее за пределами штаб-квартиры.

Однако, едва она собралась высказать свои мысли вслух, как дверь открылась, впустив нового персонажа, оказавшимся привлекательным черноволосым мужчиной, обладающим резкими чертами лица и военной выправкой. И все же несмотря на его привлекательность, он по какой-то необъяснимой причине сразу же не понравился молодой женщине. Если полковник или даже майор Назаров сразу располагали к себе, то вошедший выгладил мрачным и угрюмым. Не понравилось Кате и выражение его глаз – она со своего положения могла видеть мужчину, а вставший со скамейки полковник Муравьев возвышался над ним на целую голову, едва ли успел заметить промелькнувшее в глазах вошедшего выражение крайней ненависти и злобы по отношению к командиру, заставившее Катю сразу отнести незнакомца в разряд своих врагов.

–В чем дело, майор? – резко спросил полковник. – Тебя разве не учили стучать, прежде чем войти? Что случилось?

Отповедь нисколько не смутила мужчину, и только спрятанная в глубине его глаз ненависть, по мнению Кати, сделалась еще более жесткой и непримиримой.

– Меня просили передать, что ваш брат уже несколько минут пытается с вами связаться.

– Случилось что-то важное?

Майор пожал плечами, и только сейчас он заметил сидевшую на скамье Катю. Взгляд его глаз сразу приобрел странное выражение, сочетающее в себе смесь любопытства, интереса, и затем такого вожделения, что, Катя почувствовала прилив тошноты. Становилось совершенно ясно – этот мужчина, едва бросив на нее взгляд, решил, что она неизвестно кто, а ее растрепанный вид явно свидетельствовал не в ее пользу. Скорее всего он принял ее за проститутку, и от этой мысли, подтверждаемой откровенным разглядыванием незнакомца, Катю бросило в жар. Она внезапно ощутила прилив гнева и ненависти, и, чувствуя, как щеки покрывает румянец, она смерила мужчину холодным презрительным взглядом, вопреки ее ожиданию нисколько не охладившим пыл незнакомца, поскольку он ответил ей таким дерзким, откровенным взглядом, что, Катя от охватившей ее ярости потеряла дар речи.

Полковник Муравьев, повернувшийся спиной к участникам этой сцены и принявшийся настраивать огромный монитор, занимающий одну из стен штаб-квартиры, не глядя более на Катю, и словно забыв о ее существовании, снова обратился к майору Назарову.

– Николай, отведи Катю ко мне! Я переговорю с братом, а после мы продолжим нашу занимательную беседу.

И все! Внутри молодой женщины снова все задрожало от ярости, теперь направленной на полковника. Да как он смеет так с ней обращаться после недавней близости, восстановившейся между ними. Какое самомнение!

Катя собралась было возразить, однако майор Назаров, вовремя заметивший реакцию молодой женщины, поспешил вмешаться.

– Пойдем! Еще будет время для разговора. У полковника важные дела.

За время этой короткой сцены Катя постоянно ловила на себе насмешливый взгляд мужчины, нарушившего их уединение, мысленно посылая на него тысячи всевозможных проклятий.

– Майор Самойлов, а ты останься! – приказал полковник продолжавшему стоять в дверях незнакомцу. – Мне надо сказать тебе несколько слов!

Катя облегченно вздохнула. Она почему-то решила, что тот, кого полковник Муравьев назвал майором Самойловым последует за ней, а она совершенно не испытывала желания продолжать с ним знакомство. Давая себя увести майору Назарову, она невольно провела рукой по лбу жестом человека, испытывающего радость освобождения от назойливого присутствия. На запястье тонкой прекрасной руки при этом мелькнул ярким светом золотистый браслет. Ее жеста не заметил никто, кроме майора Самойлова, а Катя, если бы увидела выражение его глаз, которым он провожал ее, наверняка бы пришла в ужас, ибо крайняя степень удивления в зеленых глазах мужчины сменилась вожделением, смешанным с благоговением и страхом………

Катя и ее провожатый вышли из уютной штаб-квартиры на морозный зимний воздух. Лагерь, в который попала молодая женщина, как она вскоре успела убедиться, напоминал прежние деревни – длинная дорога и дома по обеим ее сторонам, только дома эти свои необычным видом ничем не напоминали прежние строения, привычные для сельской местности. Они представляли собой квадратные здания серого цвета, занесенные снегом. Трудно было предположить, что в этих зданиях живут солдаты, однако Катя почему-то подумала, что на таком морозе военным лучше жить пусть даже в подобиях домов, чем в палатках, ничем не защищаемых от снега.

Впрочем, судьба военных ее не очень-то волновала. Стараясь не думать о том, что из каждого окна за ней могут наблюдать любопытные солдаты, наверняка умирающие от скуки и долгого ожидания, она посмотрела на своего молчаливого спутника.

– Какое сегодня число, майор? Ну, то есть, год вы мне сказали, а число….

– Сегодня 10-е декабря. Как ни странно, мы до сих пор придерживаемся прежних временных интервалов, хотя природа, подчас, играет с нами странные шутки....

Катя намеревалась задать ему еще много вопросов, но не решалась, поскольку молчаливые окна окружающих строений пугали ее, и ей совсем не хотелось, чтобы посторонние услышали то, о чем она собиралась говорить со своим недавним спасителем.

Вскоре майор привел ее к зданию, не менее необычному чем те, возле которых они только что проходили. Он достал из кармана электронный ключ-карточку, и, открыв дверь, пропустил Катю внутрь странного жилища, в первую очередь включив свет, поскольку в здании было темно из-за снега, практически закрывшего окна.

К огромному удивлению молодой женщины внутри домик оказался достаточно просторным. Он состоял из нескольких комнат, а вся обстановка в нем, несмотря на кажущуюся суровость, олицетворяла облик того, кто здесь жил.

– Дома командиров, – пояснил майор. У каждого свой. Ты не думай, здесь есть все удобства, даже вода горячая имеется.

Катя слабо улыбнулась. Ей еще многое предстояло узнать об окружающем ее незнакомом мире, и она должна научиться воспринимать его таким, каким он являлся в действительности, если она хочет разобраться в происходящим и приспособиться к новой жизни.

– Знаешь, ты приглянулась полковнику! – неожиданно сказал майор, заставив Катю, осматривающую дом, замереть от неожиданности.

– В каком смысле?

– В том самом, глупенькая! Только слепой не заметил бы, какими взглядами вы обменивались. Не обращай внимания на его грубость. Поверь, думаю, он потрясен возникшим в нем чувствам не меньше тебя самой! Ему необходимо время, чтобы все осознать и понять, может ли он доверять тебе.

Вопреки ожиданиям, слова майора не только не вызвали в молодой женщине возмущения, напротив, в глубине ее души всколыхнулись искры надежды, зажегшие в ее ясных глазах настоящее пламя. С момента знакомства с полковником Муравьевым она столько раз переходила от мучительного ожидания к холодному отчаянию, что теперь радовалась любой возможности выведать правду о том, каким на самом деле являлся человек, заставивший ее сердце испытывать столь сладкие и одновременно тяжкие мучения.

Повинуясь внезапному порыву, она схватила майора за руку.

– Скажите, что он за человек? Что вы о нем знаете?

В обращенном на майора умоляющем взгляде необыкновенных бирюзовых глаз светилась отчаянная надежда и такая огромная любовь, что только совсем бесчувственный человек посмел бы не ответить на ее страстный призыв. К тому же майор испытывал странную симпатию к девушке. Нет, его чувства не походили ни на любовь, ни на страсть, скорее он испытывал бы подобную привязанность к своей дочери, если бы она у него была. Он видел, как трудно ей приходится, и решил немного ей помочь, пообещав себе в дальнейшем непременно найти в архивах информацию о ней, а также о ее необычном браслете, привлекшем его внимание еще во время спасения девушки от робота. Ему предстоит покопаться в архивах, поскольку смутные, пока еще ничем не обоснованные догадки начали постепенно возникать в его сознании. Сейчас же майор намеревался помочь молодой женщине завоевать сердце его друга и боевого товарища, поэтому он поспешил ответить на ее вопрос.

–Полковник потерял семью за год до начала войны. Самолет, в котором его жена и дочь возвращались с отдыха, разбился………Прости, я не мастер красиво говорить, и не могу описать тебе всего, что он пережил после их смерти. А после началась война. Он с таким упоением отдался борьбе, восстановлению мира, пытаясь забыть боль от перенесенной им трагедии, что мог бы легко добиться важного поста в правительстве, как его сводный брат, который сейчас является правой рукой нынешнего правителя.

Но именно спокойствия он и не хотел. Его словно тянуло на передовую в самые горячие точки, будто он каждый раз снова и снова искал себе смерти. Вместо этого, он стал тем блестящим офицером, каким ты его видела сегодня. Великолепный стратег и блистательный командир, к его советам прислушиваются в ставке, а солдаты души в нем не чают. Сейчас полковник совместно с другими офицерами, настаивает на решительном сражении, замучив наше руководство многочисленными письмами и просьбами. Думаю, скоро этот вопрос решиться. Тем не менее, несмотря на то, что война и армия заменили, ему семью, став его жизнью, он до сих пор оставался одиноким.

Катя слушала, затаив дыхание, пытаясь понять, чем живет мужчина, которого выбрало ее сердце.

– До сих пор после смерти жены женщины не интересовали его. Нет, нельзя сказать, чтобы их соединяла слишком сильная любовь или страсть. Но он всегда был человеком высоких моральных принципов, а произошедшая трагедия поразила его, и, если бы не война, едва ли он смог бы оправиться от горя. А сегодня я впервые увидел его таким! Он словно ожил после долгих лет пребывания во мраке! Только смотри, если ты причинишь ему боль или предашь его, в таком случае я самолично тебя уничтожу!

Катя тряхнула головой, смело посмотрев в глаза своего собеседника.

– Я никогда не смогу предать его! Я скорее разрежу себя на части!

В ее голосе звучала такая твердость и уверенность, что настороженное выражение в глазах майора сменилось одобрением. Кем бы она не являлась на самом деле, шпионкой или кем еще, ее чувства, пусть и возникшие совсем недавно, были настолько сильны, что она, судя по всему, вполне способна перевернуть целый мир ради своего избранника.

–Вот и хорошо. Ты похожа на женщину, способную отвечать за свои слова и поступки. Тем не менее я очень надеюсь, ты сделаешь полковника счастливым, ибо он заслуживает счастья как никто другой.

Щеки Кати покрыл легкий румянец, а сердце сильнее забилось в груди.

–Если бы все было так, как вы говорите! Но мне показалось, что он не слишком-то обрадовался моему появлению! Он словно стремился побыстрее от меня избавиться!

Майор усмехнулся.

– Думаю, он просто потрясен, а потому скрывал свои чувства за маской холодности и грубости. На самом деле, я уверен, все совсем иначе. И лишь от тебя зависит, сможешь ли ты обрести свою любовь, и завоевать его сердце.

–Я сделаю все, от меня зависящее, чтобы сделать его счастливым! – тихо ответила Катя.

–Вот и хорошо. Думаю, все у вас сладиться. Он, наверняка скоро придет. Я пойду, а ты пока приведи себя в порядок. Постараюсь найти тебе подходящую одежду и поищу информацию о тебе в архивах. Скучать тебе навряд ли придется!

Катя кивнула, провожая благодарным взглядом своего недавнего спасителя, еще не вполне осознавая, какого сильного и верного друга она обрела в его лице.

– Удачи тебе! – произнес он на прощанье, после чего, выйдя на улицу, закрыл дверь, о чем свидетельствовал резкий щелчок электронного замка.

Катя осталась одна. Некоторое время она осматривала странное жилище, с интересом разглядывая его спартанскую обстановку, состоящую из кровати, шкафа для одежды, небольшой кухни и ванной комнаты. Ничего лишнего. Никаких предметов роскоши, фотографий, один взгляд на которые позволил бы ей лучше понять человека, занимавшего ее мысли последние несколько часов. Катя, осознав, что не найдет ничего, что позволило бы ей понять, каким на самом деле являлся полковник Муравьев, тяжело вздохнула. Ей предстояло самой разбираться в сложном характере полковника, но для начала следовало привести себя в порядок. Она чувствовала себя уставшей и измученной, и улучшить ее состояние смог бы только горячий душ.

К ее огромному удивлению, за небольшой дверью она обнаружила ванную комнату с настоящей душевой кабиной. Она едва не застонала от наслаждения, когда подставила свое заледеневшее тело под струи горячей воды, и позволила себе расслабиться и ни о чем не думать, пока не ощутила, что ее тело снова начинает ей повиноваться, а разум, слишком потрясенный произошедшими событиями, постепенно приобретает ясность и четкость мышления.

Наконец, почувствовав себя достаточно чистой, Катя выключила воду. Она долго вытиралась махровым полотенцем, невольно отмечая стройность своей фигуры, и приятную нежность кожи, после купания приобретшей нежный кремовый оттенок.

Затем, стараясь побороть страх, Катя взглянула на свое отражение, обнаружив небольшое зеркало, висевшее на стене.

Увиденное показало ей довольно привлекательную молодую женщину – двадцати, возможно, двадцати пяти лет. Ее лицо имело форму совершенного овала, прямой нос, чуть раскосые глаза потрясающего серо-голубого цвета, нежные щеки и чувственные губы – вот, что увидела она в зеркале. Весьма удовлетворенная своей внешностью, Катя, теперь думая о том, сможет ли она понравиться полковнику, вышла из ванной. Завернувшись в полотенце, она подошла к шкафу, содержимое которого составляла в основном военная форма и белые рубашки. Немного подумав, Катя взяла одну из рубашек, достающую ей почти до самых колен, и завернулась в нее, с наслаждением вдыхая исходивший от нее аромат, ощущая его запах, четко отпечатающийся в ее сознании.

Она почувствовала себя намного лучше, однако пережитый ею эмоциональный шок постепенно давал о себе знать, и она, ощущая невероятную слабость, присела на край кровати. Итак, положение, в котором она оказалась, представлялось более чем потрясающим. Она пришла в сознание, не помня своей прошлой жизни, абсолютно уверенная в том, что сейчас 2014 год, и, где бы она не находилась на самом деле, ей окажут помощь, а полиция поможет ей найти ее родственников. Вопреки ее ожиданиям, после того, как ее едва не прикончил робот, словно сошедший с кадров фильма «Терминатор», ее приводят в странный военный лагерь, и утверждают, будто сейчас 2027 год, и уже более десяти лет идет третья мировая война. Есть отчего прийти в отчаяние и окончательно лишиться рассудка!

Единственной реальностью в окружающем ее безумии казались вспыхнувшие ярким пламенем чувства к полковнику Муравьеву, судя по всему лишенные надежды на взаимность. Да еще странный браслет на руке, впрочем, не вызывающее в ее сознании абсолютно никаких воспоминаний. И что же ей теперь делать? Быть может, до поры до времени стоит принять окружающий мир таким, каким он являлся на самом деле, и попытаться выжить? Ведь если мужчины в штаб-квартире говорили правду, ей следует принять действительность, какой бы невероятной и чудовищной она не представлялась, и предоставить событиям следовать своим чередом, отдавшись на волю судьбы? Пожалуй, стоит следовать принятому решению, иного выбора ей все равно не предоставлено……..

Внезапно Катя ощутила жуткий голод. Интересно, чем питаются в этом странном будущем, в которое ее занесла судьба? – спросила она себя.

Пройдя в небольшое помещение, очевидно служившее кухней, молодая женщина впервые осознала – она действительно начала верить в том, что попала в будущее. Пожалуй, с подобной верой ей будет намного легче приспособиться к новой жизни. В конце концов, у нее нет иного выхода. И все же каким бы безумным не казалось ее положение, она страстно захотела узнать, что с ней произойдет дальше?

Размышляя подобным образом, Катя обследовала кухню. Не найдя ничего подходящего в нескольких шкафах, и чувствуя, что была бы счастлива даже куску хлеба, в одной из банок Катя наткнулась на то, чего даже не ожидала увидеть – кофе. Его запах она не спутала бы ни с чем. Она уже собралась поставить чайник на небольшую плиту, как внезапно раздался стук в дверь, столь неожиданный, что она едва не уронила на пол спички.

В первый момент она даже не подумала о возможной опасности. Она решила, что скорее всего вернулся майор Назаров, обещающий принести ей одежду. Поэтому она, забыв о всякой осторожности, пошла открывать дверь. Слишком поздно она поняла, насколько сильно ошиблась, поскольку в дверном проеме мгновенно возникла мощная фигура человека, которого она желала бы увидеть в самую последнюю очередь. Непрошенным гостем оказался майор Самойлов, с первого же взгляда вызвавший у нее острую неприязнь. Сейчас он стоял в дверях, хищно ухмыляясь, смотря на молодую женщину оценивающим взглядом, слишком откровенно выдающим его намерения.

Нельзя показать ему свой страх – твердо решила Катя. Иначе, она пропала! Надо поставить его на место, и попытаться сделать это, пока не придет помощь. Приняв решение, она гордо вскинула голову, и смерила противника презрительным взглядом, словно она была королевой, снизошедшей до своего самого низшего подданного.

– Разве вас приглашали, майор? Что вам нужно?

Майор улыбнулся мерзкой ухмылочкой, исказивший его привлекательное лицо самым неприглядным образом, что его совершенно не волновало. Его улыбка и взгляд ясно дали понять Кате – ее мнение об этом человеке оказалось более чем верным – за красивой маской скрывались тайные мысли и хитрые интриги, о которых едва ли подозревали его непосредственные начальники. Вообщем, майор Самойловым был не тем, кем хотел казаться, но сейчас, когда он снял свою маску, Кате стало несколько легче, ведь она увидела его истинное лицо и поняла, насколько верно разгадала его натуру.

Все эти мысли пронеслись в ее сознании мгновенно, пока она лихорадочно искала способ наиболее верных действий по отношению к своему противнику. Майор же, воспользовавшись ее замешательством, напротив, не терял времени даром. Не обратив внимания на слабые попытки сопротивления, он резко толкнул девушку в дом, а дверь за ним захлопнулась от порыва сильного морозного воздуха.

Подходя все ближе к своей жертве походкой, напоминающей зверя, готовившегося к прыжку, он постепенно сделал так, что вскоре отступать ей было некуда, и она ощутила прикосновение холодной стены. И хотя совсем недавно Катя приказала себе не бояться, паника горячими волнами поднималась в самой глубине ее естества, готовая в любой момент вырваться на свободу. Разве могла она с ним справиться? Он выглядел огромным и сильным, заслоняя теперь своей мощной фигурой все окружающее пространство. Его намерения были очевидны – его зеленые глаза горели таким неприкрытым желанием и вожделением, что, Катя ощутила, как вместе с паникой в ней возрастает самый настоящий животный страх. Этот мужчина собирался изнасиловать ее, и все же он не спешил, очевидно выжидая, когда его жертва станет совсем беспомощной от страха….

Усилием воли молодая женщина стряхнула с себя оцепенение. Она намеревалась бороться до конца, и теперь, ощутив приближение предстоящей битвы, почувствовала не страх, а напротив, прилив сил и желание выйти победительницей из предстоящего сражения. Приняв решение, она, стараясь придать голосу как можно больше твердости, произнесла, четко выделяя каждое слово:

– Если вы сейчас же оставите меня в покое, я сделаю вид, будто ничего не было, и вы избежите наказания! В противном случае………

Не дослушав ее, майор презрительно расхохотался.

– Ах, и кого же я должен бояться? Полковника? Да я, если захочу, без труда его уничтожу. Сейчас речь не о нем…. А о нас. О тебе и обо мне!

Катя не поверила своим ушам.

– Разве у нас с вами может быть что-то общее?

Майор ухмыльнулся своей отвратительной ухмылкой, вызвавшей у Кати желание надавать ему пощечин и расцарапать ногтями слишком привлекательную физиономию.

–У нас с тобой общего больше, чем ты думаешь, моя дорогая Хранительница Судьбы.

Катя почувствовала, как пол уходит из-под ног. Она посмотрела на майора ничего не понимающим взглядом.

– Как вы меня назвали?

На красивом лице промелькнуло удивление, впрочем, быстро сменившееся догадкой, вскоре превратившейся в уверенность.

–Вот оно что! Ты еще не поняла, да? Не осознала своей Силы, которую дает тебе браслет? Просто невероятный потрясающий каламбур!

Пожалуй, из всего безумия, в которое она окунулась за последние сутки, слова майора выглядели самыми безумными, напоминая бред человека, лишившегося рассудка. Интересно, ее окружают одни сумасшедшие, или же она сама потеряла разум, все сильнее погружаясь в пучину всеобщего безумия? Но если майор действительно ненормальный, его стоило опасаться. Не зная, как вести себя с подобным субъектом, Катя спросила:

–Вы, наверное, сумасшедший да? Вы хотя бы сами понимаете, о чем говорите? Или вы все здесь безумны?

Очень поздно она поняла, что совершила ошибку. Она могла продолжить расспросы, и, быть может, узнала бы что-нибудь интересное, однако майор не намеревался более вести пустых разговоров. Напротив, ее вызывающие слова послужили для мужчины неким сигналом, а опасный блеск в его глазах вскоре превратился в огонь. Не говоря более ни слова, он прижал ее к стене, впившись в ее рот, пытаясь заставить ее подчиниться поцелую, вызывавшему у нее приступ отвращения. Его руки принялись тем временем шарить по ее телу, срывая рубашку, оставляя синяки на нежной коже.

Едва ли действуя осознанно, Катя, изловчившись, ударила его коленом прямо в пах, не забыв укусить насилующие ее губы. Если она полагала, будто ее сопротивление охладит пыл обезумевшего насильника, то она заблуждалась. Майор выглядел устрашающе – из укушенной губы капала кровь, а глаза горели яростью, смешанной с диким необузданным желанием.

Катя попыталась было броситься на кухню – она видела там несколько ножей и вполне могла бы ими воспользоваться для самообороны. Но насильник предугадал ее намерение: налетев на нее, подобно урагану, он обрушил на нее град яростных ударов, после чего без всяких слов, повалил ее на кровать, разорвав остатки прикрывающей ее тело рубашки.

Вероятно, для того, чтобы у нее не возникло желание для дальнейшего сопротивления, он ударил ее по скуле. Она была бы рада, если бы от удара она потеряла сознание, но в планы насильника, судя по всему, не входило обладание неподвижной жертвой. Ему хватило нескольких секунд, чтобы снять с себя штаны, и вскоре Катя ощутила тяжесть его тела, его колени, пытающееся раздвинуть ее ноги. От ужаса и отвращения она издала не просто крик, а настоящий вопль, после чего к огромному изумлению поняла, что какая-то неведомая ей сила оторвала майора от несчастной жертвы……

Полковник Муравьев сидел в штаб-квартире, глядя на монитор компьютера ничего не видящими глазами. С ним творилось нечто совершенно необъяснимое – в тот момент он думал не о многочисленных указаниях и возможном сражении, которое, по заверениям его сводного брата, недавно с ним связавшегося, должно состояться в ближайшие дни. Всего несколько часов назад известие о предстоящей битве, вызвало бы в нем небывалый подъем физических и эмоциональных сил, ведь уже давно война стала его жизнью, его женой и его возлюбленной.

Однако теперь предстоящее сражение и планы по его проведению лишь частично занимали полковника, а если точнее, отошли куда-то вглубь его сознания, затемненные образом той, что вызвала в глубине его сердца чувства, о которых он, казалось, забыл очень давно. Мысли полковника Муравьева сосредоточились на странной девушке с ясными глазами, чей взгляд за одно мгновенье взял в плен его сердце, казалось, уже неспособное испытывать подобные чувства. Почему она оказала на него столь сильное воздействие? – спрашивал он себя снова и снова, и не находил ответа на этот вопрос. В ней словно сосредоточилось все, чего он был лишен все эти года – любовь, страсть, скрытая сила, и вместе с тем – потрясающая невинность и неопытность. Если бы молча следивший за ним майор Назаров спросил, что он думает об этой необыкновенной гостье из прошлого, едва ли полковник нашел бы верный ответ. Она выглядела страшно напуганной, и все же любая другая на ее месте наверняка бы начала впадать в истерику. Она же вела себя так, словно была королевой, командовавшей своими поданными, и вместе с тем он каждой клеточкой своего тела ощущал ее страх, неуверенность, сомнения, скрываемые за маской отчаянной безрассудной смелости………

Полковник Муравьев настолько погрузился в свои мысли, что вздрогнул, когда рука майора Назарова легла ему на плечо. Майор был не просто его боевым товарищем. Он был тем, кто вытащил его из пропасти, когда полковник едва не лишился рассудка от горя после гибели своей семьи. Именно майор Назаров, в прошлом служитель церкви, помог ему встать на ноги и начать жизнь заново, служа стране и пытаясь восстановить мир, к которому так стремились все, кто выжил после ужасной катастрофы. И если существовала настоящая мужская дружба, то она связывала двоих мужчин намного сильнее, чем родственные узы, соединяющие полковника Муравьева и его сводного брата, ставшего практически вторым человеком в правительстве после самого Генерала.

Поэтому сейчас майор Назаров, догадываясь, какие чувства одолевают его друга, решил немного подтолкнуть его, прекрасно зная его характер, его устойчивые жизненные принципы, сохранившиеся несмотря на крах мира, и вполне способные помещать ему найти свое счастье.

– Послушай, Никита, перестань-ка ты заниматься ерундой! Я же вижу, как ты терзаешься! Иди уже давай. Не заставляй девушку ждать!

Очевидно полковник собирался возразить, однако, взглянув в глаза друга, понял, что тот со свойственной ему проницательностью разгадал мысли, мучившие его все это время.

– Послушай, Николай, тебе не кажется, что это какое-то безумие? Ведь она может оказаться кем угодно! Даже иностранной шпионкой!

Майор Назаров хмыкнул. В его глазах зажглись лукавые огоньки, словно говорившие полковнику – ты можешь обмануть кого угодно только не меня и не себя самого.

–Неужели для тебя сейчас это так уж важно?

Николай не сказал полковнику про браслет. Он решил постепенно выяснить истинность своих догадок, и пока не будут иметь достаточного основания, не собирался делиться своими соображениями с полковником. Майор справедливо полагал, что сейчас Никита едва ли способен здраво воспринимать информацию, касающуюся их необычной гостьи из прошлого.

– Ты прав! Черт, я сам не могу понять, что со мной происходит!

– А, по-моему, ты все прекрасно понимаешь! – усмехнулся майор Назаров. – Ты уже не в том возрасте, чтобы лгать самому себе о своих настоящих чувствах и намерениях. Никит, ты слишком долго был одинок. Да, в течение прошедших лет война заменила тебе и жену, и любовницу. Но, как мне кажется, твоему одиночеству пришел конец. Или я не прав? В конце концов, ничего не мешает тебе любить эту девчонку. К тому же, ты ей нужен. Она осталась совершенно одна, и, пока мы не найдем о ней хоть какую-то информацию, придется решить, как с ней поступить.

–Ты думаешь, мы сможем найти о ней сведения? Наши архивы достаточно ограничены.

–Не забивай себе этим голову. Пока мы сидим в этой дыре, я попытаюсь покопаться в архивах. А ты иди лучше к ней. Все само собой проясниться!

Полковник вздохнул. Да, майор Назаров знал, какие слова нужно сказать и в какое время. Из него бы вышел отличный психолог, и полковник так и не смог понять, почему до войны он выбрал карьеру служителя церкви.

– Я прослежу, если будут новые важные сообщения. Ты иди, а я попробую выяснить что-нибудь насчет личности нашей таинственной гостьи из прошлого, – заверил командира майор Назаров, сразу же усевшись за компьютер, тем самым подтверждая серьезность своих намерений.

Полковник, ничего не сказав, надел меховую шапку со знаком отличия, и вышел из теплой штаб-квартиры, сразу же ощутив морозный зимний воздух, наполнивший легкие и затрудняющий дыхание. Зима началась слишком рано, и в начале декабря стояли жуткие морозы, но погодные условия сейчас мало интересовали полковника Муравьева. Пока он медленно, не торопясь шел до своего дома, повалил густой снег, мгновенно засыпавший его голову, шею и плечи. Впрочем, погруженный в свои мысли мужчина едва ли обращал внимания на капризы погоды. Теперь он думал не о девочке, вызвавшей в его сердце давно забытые эмоции и чувства. Как ни странно, он погрузился мыслями в свое прошлое, хотя до недавнего момента считал эту тему запретной, и не позволял горестным воспоминаниям вырваться на свободу.

Недавно ему исполнилось пятьдесят шесть лет, и тем не менее никому, из тех, кто его видел не приходило в голову, какой у него возраст на самом деле. Благодаря постоянным физическим нагрузкам, он умудрился сохранить неплохую форму, и все, кто его знал, полагали, что ему не более сорока. И все же его глаза, глубокие и бездонные выдавали его печаль – печаль человека, в прошлом пережившего немало бед и несчастий.

Эти несчастья постепенно стерлись из его памяти, развеявшись как пепел на фоне всемирной катастрофы. Кто знает, чтобы, с ним произошло, ни случись этой ужасной войны. Он даже не помнил, в какой момент решил посвятить свою жизнь делу, которое уже начали называть делом великой победы. Благодаря протекции брата – в прошлом – важного начальника, умудрившегося после ядерного удара пробиться в ряды лидеров правящей верхушки, полковник Муравьев получил желаемую им должность. Он обладал гибким и острым умом, и с его помощью армии удалось добиться успехов, приведших к возможному сражению, ведь именно большой битвы боялись противники, но именно в такой битве российские войска смогли бы их победить. Таким образом полковник Муравьев стал одним из пяти командиров, способных соединить разрозненные войска и командовать ими с таким опытом, что все уверились в успехах его планов и стратегий.

Несмотря на свою популярность среди простых солдат, для многих из которых он представлялся настоящим кумиром, полковник был одинок. Его жизнь – жизнь одинокого война, не давала ни времени, ни возможности для серьезных привязанностей, да он и не стремился к этому, словно со смертью жены и дочери всякая возможность на счастье для него оказалась потерянной.

С сегодняшнего дня все изменилось, едва он взглянул в ее ясные глаза, наполненные такой сильной любовью и страстью, словно он знал ее очень давно, а теперь все встало на свои места. Словно где-то в другом мире, в другой реальности их жизни уже сплетались в единое целое, а сейчас судьба, разлучившая их прежде, подарила им новый шанс!

Да, с появлением этой девчонки его одолевают странные и невероятные мысли, а взгляд ее глаз преследует его, лишая прежнего покоя, заставляя предаваться совсем ему несвойственным мечтаниям и надеждам.

Погруженный в размышления мужчина не заметил, что дошел до своего дома, и только услышав доносившийся оттуда отчаянный женский крик, вернулся в реальность, мгновенно приняв решение о дальнейших действиях………

Содрогаясь от рыданий и перенесенного нервного напряжения, Катя ощутила, как ее освободили от насильника, к счастью не успевшего осуществить свои грязные намерения.

Прикрывшись простынею, она села на кровати, поджав под себя колени, и, не обращая внимания на кровь, еще капающую с ран, нанесенных майором, смотрела на полковника Муравьева, несколько раз ударившего незадачливого насильника, теперь превратившегося в жертву. И хотя они находились на довольно большом расстоянии от молодой женщины, Катя ясно могла различить выражение ярости и гнева на их лицах и в глазах, когда полковник поднял майора за воротник.

Было заметно, что полковнику довольно трудно сдерживать охватившую его ярость: прояви он ее в полную силу, вполне смог бы убить майора Самойлова, причем последствия такого поступка оказались бы достаточно непредсказуемыми. Очевидно, осознав это Никита, глядя противнику в глаза медленно произнес:

– Послушай, Степан. Я и раньше догадывался о твоих темных делишках. Мне многие говорили, советовали запросить прошение о твоей отставке, да только я не хотел верить. Теперь я понимаю, что мне стоило прислушиваться к словам окружающих меня людей. Тебе придется внимательно выслушать меня, гаденыш. Если я еще раз увижу тебя в своем лагере, или возле этой девочки, я не посмотрю на твои связи в ставке и раздавлю тебя, как червя! Ты понял меня?

Майор Самойлов может и был подвержен приступам, которые заставили его напасть на Катю, но к дуракам отнести его никто бы не осмелился. Догадавшись, что проиграл сражение, он позволил себе с ненавистью взглянуть на бывшего командира.

–Я уйду! Только не думай, что я пропаду за пределами лагеря! А когда я вернусь, тебе, командир, придет конец! А с этой шлюхой я еще разберусь!

Сверкнув глазами и бросив на полковника Муравьева и свою недавнюю жертву полный ненависти взгляд, майор Самойлов ушел, а после его ухода в домике повисла напряженная тишина.

Катя продолжала сидеть на прежнем месте, завернувшись в одеяло, и, не обращая внимание на свое плачевное состояние, следила за действиями Никиты, безуспешно пытаясь понять, какие мысли его сейчас одолевают, не подозревая, какие чувства скрываются за непроницаемым выражением его красивого лица. Почему он ничего не говорит, и даже не смотрит в ее сторону? Неужели он полагает, будто она сама виновна в случившемся? Зачем же он тогда пришел ей на помощь? Оставил бы ее на волю насильника, после чего единственным наиболее благоприятным для нее исходом стало бы самоубийство, поскольку она готова перенести любые испытания, лишь бы только не увидеть ненависть или презрения в его глазах!

А он, судя по всему, забыл об измученной молодой женщине, следившей за его действиями с видом жертвы, ожидающей смертного приговора. Совершенно игнорируя ее присутствие, он снял с себя верхнюю одежду, затем, прошел в ванную комнату, и вскоре вернулся, облаченный в темные обтягивающие штаны и белую домашнюю рубашку, подчёркивающую его мускулистый торс.

Только в тот момент он осмелился взглянуть на девушку, не отважившуюся встретиться с ним взглядом. Поэтому она не заметила, что черты его лица стали жестче, а в глазах вспыхнула ярость, едва он увидел, в каком плачевном она состоянии. По-прежнему ничего не говоря, он подошел к небольшому шкафу, где хранилась аптечка, и, найдя необходимые лекарства, вернулся к кровати.

–Ну вот. Сейчас я обработаю твои раны, и, благодаря чудесному бальзаму, который недавно научились готовить наши врачи, завтра утром от них не останется и следа, а твое личико снова будет сиять прежней красотой. К счастью, этот мерзавец не успел осуществить своих отвратительных намерений, иначе я, не задумываясь убил бы его собственными руками!

Катя позволила ему обработать нанесенные насильником раны, практически не чувствуя при этом боли. Сейчас все перестало иметь для нее значение, а в нем, его действиях, его словах, сосредоточился целый мир. Каждая клеточка ее существа ожидала его слов, его приговора, одновременно замирая от сладостного мучительного напряжения. Жгучее всепоглощающее желание и безумный страх, смешавшись в единое целое, обострили все ее чувства и эмоции, а прочие мысли и сомнения исчезли, поглощенные томительным и уничтожающим ожиданием. Она загадала – если он прогонит ее прочь, оттолкнет ее, она покинет его навсегда, найдет способ покончить со своей нелепой жизнью, но, если он ответит на ее страстный призыв, она посвятит свою жизнь тому, чтобы сделать его счастливым, избавит его от тоски и одиночества.

Она не заметила слез, струящихся по щекам, не заметила и того, что Никита давно перестал обрабатывать раны и теперь с ощущением происходящей в нем борьбы смотрит на прозрачные жемчужины ее слез. Едва осознавая свои действия, и их возможные последствия, он осторожно провел рукой по ее щекам, а Катя, схватив его ладонь, порывисто прижалась к ней губами. Не в силах более выносить снедающей ее неизвестности, она решительно подняла голову, встретившись с его взглядом, наполненным диким всепоглощающим желанием, вызвавшем в ней целый вихрь ответных чувств и эмоций. С того момента она перестала принадлежать себе. Их губы встретились в жадном пьянящем поцелуе, а терзающие их сомнения исчезли, смятенные волнами зарождающейся страсти и любви, сила которой, словно вырвавшись на свободу из сковывающего ее плена, снова и снова бросала их в объятия друг друга, заставляя забыть обо всем, кроме сладости обжигающего желания и силы безумной страсти.

Много позже, когда уставшие от любви они лежали в объятиях друг друга, наслаждаясь мгновениями чудесной близости, они ненадолго смогли прийти в себя. Катя, утомленная любовью, пребывала в мире, где реальность и грезы переплетались, не желая выходить из чудесного блаженного состояния.

А вот ее возлюбленного после того, как первые моменты бурного всепоглощающего восторга прошли, терзали другие вопросы. Он корил себя за проявленный безумный порыв, хотя нисколько не сожалел о нем, ведь в объятиях этой девочки он впервые за долгие годы обрел счастье и покой. Нет, он, всегда более всего заботившийся о других, чем о себе самом, был не на шутку встревожен. Как он мог так поступить? Вел себя как настоящий варвар! А если бы она оказалась совсем невинной? И где только был его здравый смысл, если один единственный ее взгляд лишил его рассудка?

Но почему она молчит? Неужели он, сам не желая этого, все же причинил ей боль? И сможет ли он в таком случае простить или оправдать свой поступок?

Осторожно он перекатился на бок и взглянул на дремавшую рядом девушку, невольно вновь и вновь поражаясь совершенству ее черт, нежности ее кожи, и тому, какую страсть она в нем вызвала. Чего он ждал? Быть может, он ожидал увидеть упрек в ее глазах, или смех и превосходство над тем, как быстро она поймала его в свои сети?

Но когда она, наконец, открыла глаза, он был поражен в самое сердце, потрясенный силой любви в ее взгляде, любви, бесконечной, как само время, и все вопросы, сомнения и тревоги исчезли из его мыслей. Открывшиеся в них чувства казались сильнее, чем все, что полковник испытывал прежде. Создавалось невероятное ощущение, будто когда-то в другом мире, в другой реальности, они любили друг друга, но коварная судьба разлучила их, снова соединив в этом мире, подарив им еще один шанс. Полковник Муравьев сделался добровольным пленником пленительных бирюзовых глаз, взгляд которых красноречиво отражал все чувства, ощущаемые в это мгновение молодой женщиной.

Катя улыбнулась возлюбленному, даже не представляя, каким сиянием озарилось ее лицо, весь ее облик, отражая ее чувства сильнее любых слов и ненужных фраз. В ее взгляде полковник увидел откровенный призыв и страстную мольбу, и снова впился в ее губы, не в силах справиться с охватившим его желанием. Все слова, мысли, сомнения и тревоги унеслись вдаль, оставляя место лишь страстным поцелуям и ласкам, соединяющим их сердца, тела, и души. Страсть огненными нитями сплетала их тела, а любовь, огромная и бесконечная, как само время, навеки соединила их сердца – они стали частью единого целого, и теперь не могли существовать друг без друга.

Подобные мысли приносили Кате, через несколько часов нежившейся в сильных объятиях своего возлюбленного пьянящую радость и мучительную боль. Слишком поглощенная неожиданным счастьем, она, даже после утомительных, полных наслаждения мгновений любви, не хотела спать. Пытаясь быть честной с самой собой, она осознала причину своего состояния – несмотря на то, что часы любви не только не утомили ее, но и придали новых сил, она боялась закрыть глаза. Почему-то она убедила себя: стоит ей закрыть глаза, все исчезнет, и она снова окажется на глубине темного бездонного колодца, и вновь начнет блуждать в темноте среди притаившихся там чудовищ, пытаясь безуспешно найти выход.

Ощутив, как затекло тело, она попыталась лечь в более удобную позу, едва не вскрикнув от неожиданности, когда ее возлюбленный осторожно спросил:

–Ты почему не спишь?

– Я….– все же Катя решила ответить ему откровенно. В конце концов он был единственный, кому она могла доверить свои самые тайные страхи, сомнения и тревоги.

– Я боюсь спать! – призналась она. Боюсь, что усну, а когда проснусь, тебя не будет рядом и все произошедшее окажется сном! У меня и сейчас такое чувство, будто я все еще вижу сон, самый прекрасный сон, какой мог мне присниться.

Обернувшись, Катя взглянула в карие глаза своего возлюбленного, потрясенного ее откровенными словами и любовью, и страхом, отразившихся во взгляде молодой женщины. Между тем она продолжала, пытаясь вложить в слова истинные чувства.

– Я не помню кто я! Не знаю, каким было мое прошлое, и куда исчезли близкие мне люди. Но ты заменил мне весь мир! Ты словно вдохнул новую жизнь в мое тело, исцелил мое сердце, уставшее от тоски и одиночества. Теперь ты – смысл моей жизни, всего моего существования. Если ты покинешь меня, я погибну от горя!

Страсть и мольба, звучавшая в ее голосе, светившаяся в ее глазах, сказали полковнику Муравьеву больше любых фраз. Ее слова невероятным образом сделались отражением его собственных чувств, ведь после всего произошедшего между ними он не мог лгать самому себе: он без памяти влюбился в эту невозможную девчонку, и его чувства, его потребность в ее присутствии становилась все сильнее с каждым проведенным с нею часом.

Он притянул ее к себе, заключив в нежные объятия.

– Как ты можешь так говорить? А что если у тебя есть семья, муж, который ждет и ищет тебя?

Возможно, все так и было, но прошлое теперь перестало иметь для нее значение. Где-то в глубине ее души зарождалось странное ощущение – словно она долгое время блуждала по темному лабиринту, а Никита и его любовь стали для нее единственным огнем, светом, благодаря которому она выбралась из удушающей тьмы, чтобы чудесным образом возродиться для новой жизни, подарившей ей еще одну возможность обрести долгожданное счастье.

–Теперь это не важно! Я не хочу никого другого, кроме тебя! Я нуждаюсь в тебе, как человек нуждается в кислороде для жизни, для дыхания! Ты стал моим миром и моей вселенной! Я готова на все, лишь бы остаться рядом с тобой. Прошу тебя, не прогоняй меня! Ты так нужен мне!

Она говорила, вкладывая в свои слова и свой взгляд свои мысли, свою душу и свою любовь. Она не знала, зачем завела этот разговор, повинуясь безумному страстному порыву, словно исходившему из тайников ее души. Она была уверена лишь в одном: надо дать ему понять, насколько искренни ее чувства.

Потрясенный полковник Муравьев едва ли смог найти слова, способные утолить желания и сомнения его возлюбленной. Потому он, прижав ее к себе еще крепче, глядя прямо в обращенные на него глаза, сейчас напоминающие цвет грозового неба, ответил, пытаясь вложить в слова все чувства, обуревавшие его в тот момент.

–Моя невозможная любовь! Разве я дал тебе повод усомниться в моих чувствах? Что касается твоих страхов: неужели ты думаешь, я смогу прогнать тебя, после всего, что произошло между нами? Ты говоришь, будто я вдохнул в тебя жизнь, но, поверь, я мне кажется, напротив, это ты дала мне понять – все эти годы я жил, подобно роботу, забыв о таких чувствах, как любовь и нежность. Так разве я могу тебя бросить? Разве я похож на человека, способного на подобный поступок?

Катя покачала головой.

– Не знаю. Я совсем запуталась! Я уверена лишь в одном – в своих чувствах к тебе, и в том, что если ты меня покинешь, я погибну!

Он прижал ее к себе еще крепче, и Катя ощутила всю силу желания, вновь охватившего его.

– Катюша, я не знаю, что ждет нас завтра. Да никто из тех, кого ты встретишь в лагере, не сможет тебе ответить на этот вопрос. Я знаю лишь одно – я никогда не откажусь от тебя! Ты – моя женщина, моя жена и моя возлюбленная! Неужели тебе этого мало?

Теперь она чувствовала себя намного лучше. Успокоенная его словами, стараясь поверить в их искренность, она снова отдалась страсти, огнем охватившей все ее тело, ее сердце и душу. Несколько часов до самого рассвета она отдавалась единственному мужчине, ставшему смыслом ее жизни, смыслом ее существования, даже не подозревая, какие коварные сюрпризы и испытания готовит ей судьба.

Глава 3

Пасмурный зимний рассвет постепенно занимался над спящим на первый взгляд лагерем, тем не менее пребывающем в состоянии постоянной боеготовности, а средства защиты, кажущиеся невидимыми, оставались постоянно включенными.

Катя, после безумной ночи любви едва сомкнувшая глаза, на рассвете, резко открыла их, так и не поняв до конца, видела ли она во сне длинный больничный коридор, пустынный, но почему-то таивший немало скрытых опасностей. Открыв глаза и уютно устроившись на плече своего любовника, она вдруг осознала, что боится засыпать, и страх этот кроется не только в опасении не увидеть любимого после пробуждения. Во сне ее поджидали опасности, и вместе с тем сон, вероятно, призван помочь ей открыть занавес, скрывающей ее прошлую жизнь.

Сейчас же ей показалось, что время для сна прошло, и, хотя она всю ночь отдавалась страстным ласкам и нежным объятиям своего возлюбленного, она почти не ощущала усталости, напротив – ее переполняла энергия.

Сквозь пелену сладостной неги, окутавшей молодую женщину, она с огорчением услышала стук в дверь, мгновенно разбудивший ее возлюбленного. Накинув рубашку, Никита пошел открывать, явно не испытав особой радости при виде стоявшего на пороге майора Назарова.

– Что случилось? Что-то срочное? – спросил полковник.

– Звонок из штаба. Ты уж извини, тебя хочет видеть начальство. У них какое-то важное донесение.

– Ладно. Буду через десять минут.

Захлопнув дверь прямо перед носом своего товарища, совершенно не ожидающего подобного обращения, полковник Муравьев с сожалением повернулся к Кате, раскинувшейся на кровати во всей своей красоте. Не желая отпускать любимого, она попыталась прибегнуть к средству, которое смогло бы его удержать, однако уже тогда она понимала, что между ними всегда будет стоять война, призванная постоянно разлучать их. Он посвятил войне много лет, в то время, как она появилась в его жизни лишь вчера, и едва ли успела занять в ней серьезное место, несмотря на все признания прошедшей ночи. Однако его нежность поборола все ее сомнения – Никита подошел к ней, накрыл ее одеялом, ласково поцеловав губы, припухшие от бесконечных поцелуев.

– Мне нужно идти, моя родная. Надеюсь, ты не заметишь моего отсутствия. И кстати, постарайся быть паинькой и не натворить глупостей.

С этими словами он оставил ее одну, и Катя сразу же ощутила холод гнетущего одиночества, словно вся радость мира, сосредоточившаяся в одном единственном мужчине, покинула ее. И вместе с тем она не могла бездействовать. Она не могла все время спокойно сидеть, ожидая любимого, пока не выяснит, кем являлась на самом деле. Только как ей это сделать?

Размышляя, Катя приняла горячий душ, надев принесенную майором Назаров одежду, не очень элегантную, но достаточно удобную, состоящую из теплых штанов и обтягивающего свитера. Внезапно почувствовав голод и осознав, что в последние сутки ее пищей были исключительно нервные потрясения и любовные ласки, Катя попыталась вновь отыскать что-нибудь съестное в скромном жилище ее возлюбленного, однако поиски оказались безрезультатными. Собираясь выйти на улицу, чтобы выяснить у Никиты или майора Назарова, не питаются ли в будущем, куда она попала, воздухом, Катя одела теплую куртку, как вдруг услышала осторожный стук в дверь, более напоминающей слабый скрежет.

– Кто там? – спросила Катя, еще помня ужасное происшествие с майором Самойловым.

– Слушай, с тобой хочет поговорить некто, кто сможет рассказать тебе о твоем прошлом.

–Кто же это? – спросила Катя недоверчиво.

– Пойдем со мной и все узнаешь! Никто, особенно твой полковник не должен ничего узнать.

Предложение, сделанное человеком, обладающем хриплым неприятным голосом совсем не понравилось Кате. Не лучше ли дождаться Никиту, или хотя бы послать ему весточку о том, куда она направилась? Конечно, это вполне могла быть ловушка…А если нет, и с ней действительно хочет встретиться тот, кто сможет поведать ей о ее прошлой жизни и избавить ее от мучительных сомнений, вызванных тем, что все происходящее, за исключением прошедшей ночи, всего лишь нелепый розыгрыш. Разве можно пренебрегать подобной помощью, сколько бы возможных опасностей она в себе не таила?

Отбросив в сторону сомнения, молодая женщина, открыв дверь, увидела перед собой довольно странного мужчину невысокого роста с лицом, наполовину скрытом плотным воротником шинели. Лицо мужчины, кроме того, закрывал серый шарф, и лишь черные глаза виднелись на его казалось бы спрятанной от сильного мороза физиономии.

Без особых церемоний таинственный незнакомец перешел к сути интересующего его вопроса.

–Ты та девушка, которую вчера майор Назаров спас от автобота?

–Ну я! А вы кто?

–Я всего лишь посыльный, – на спрятанном лице странного гостя отразилось некое подобие улыбки, впрочем, не затронувшей глаз, по-прежнему оставшихся холодными и настороженными.

–С тобой очень желает поговорить некто, кому известно о твоем прошлом. Ведь ты хочешь узнать истину, не так ли?

Катя некоторое время колебалась. Всего несколько мгновений назад она думала о том, кто сможет помочь ей разобраться в тайне, окутавший ее жизнь до ее появления в лагере. Словно в ответ на ее молитвы небеса послали ей этого необычного посыльного. Говорил ли он правду?

–Так ты хочешь узнать, кто ты и почему ничего не помнишь, или нет? Если да, то стоит поторопиться, поскольку тот, кто желает с тобой говорить, находиться за пределами лагеря.

–Почему он не мог прийти прямо сюда? – насторожилась Катя, все еще не принявшая окончательного решения.

–У него имеются свои причины………Пожалуйста, решай поскорее. Мы теряем время. Чем быстрее мы покинем лагерь, тем быстрее вернемся обратно. Никто не заметит твоего отсутствия.

Несколько мгновений молодую женщину раздирали жгучие противоречия. Не угодит ли она в ловушку за пределами лагеря, оставшись без его средств защиты? Не стоит ли вначале послать весточку своему возлюбленному, прежде чем предпринимать столь опрометчивые решения? И все же желание узнать о своем прошлом, подстегнутое обыкновенным женским любопытством, пересилило ее сомнения и настороженность.

– Хорошо, пойдем, – ответила она, наконец таинственному гостью. Скажите хотя бы, как мне к вам обращаться? – попыталась она наладить отношения, надеясь выведать у него любую информацию прежде чем она доберется до человека, вызвавшего ее на встречу через столь необычного посланника.

Ее проводник ухмыльнулся.

– Зовите меня Федором.

– Хорошо, Федор, тогда я следую за вами.

Плотнее застегнув куртку, поскольку на улице стоял сильный мороз, и бледное зимнее солнце, иногда просвечивающее между облаков, нисколько не уменьшало его силы, Катя последовала за проводником, и, обойдя дом полковника, она со своим спутником оказалась за пределами лагеря. Деревья здесь образовывали плотное кольцо, сквозь которое практически не видно было неба, однако не это привлекло внимание Кати. Между деревьев стояла довольно странного вида черная машина, более всего напомнившая ей бронетранспортёр, поскольку окон кроме переднего стекла, Катя не заметила. Мощные огромные колеса, судя по всему, позволяли машине продвигаться по зимнему бездорожью.

– Что это? – спросила Катя у своего спутника, глядя на машину так, словно перед ней неожиданно возник неизвестный природе хищный зверь.

– О, это всего лишь Бронер 2018. Не самый мощный аппарат, зато способный скрыться от любого спутника. Смотрите.

Федор нажал кнопку небольшого пульта, который, как Катя заметила только сейчас, все время находился у него в руке, и машина, исчезла, так, словно она являлась плодом ее разыгравшегося воображения.

Заметив замешательство молодой женщины, Федор неопределенно пожал плечами.

– Да не бойтесь. На самом деле машина стоит на месте. А отсутствие видимости – всего лишь необходимое средство, впрочем, иногда довольно действенное, поскольку противник еще не научился отслеживать наши машины на своих компьютерах, также как мы, к сожалению, не всегда в состоянии вовремя заметить их треклятых роботов.

– И давно мы научились делать такие штуки? – спросила Катя, чувствуя себя ребенком, впервые пришедшим в военный музей, где все для него кажется новым и необычным.

Федор только покачал головой.

– В мои обязанности не входит преподать вам уроки военной истории, моя красавица. К тому же, мы и так задержались. Чем раньше мы уедем, тем быстрее вы сможете вернуться.

Не испытывая доверия к стоявшей технике и все же понимая, что у нее не было выбора, Катя последовала за Федором, внутрь черного гиганта, оказавшись в кабине, оборудованной всевозможными приборами и кнопками.

Машина сразу же тронулась с места с удивившей молодую женщину легкостью, и вскоре Федор включил «систему невидимости» – так назвала она для себя сей необычный феномен.

Поистине, ей предстоит очень многое узнать о событиях, выпавших из ее памяти, если они действительно происходили. Необходимо восполнить проблемы в знаниях как можно скорее, чтобы не делать безумных глаз каждый раз при виде новых непонятных ей вещей. Раз уж она попала в таинственное будущее, ей нужно все узнать о нем, и с этим она обязательно обратиться к возлюбленному, как только вернется в лагерь.

Предаваясь подобным грезам, Катя смотрела на унылый заснеженный пейзаж, проплывающей за окном бесшумной машины. Вскоре деревья начали редеть, и машина въехала в нечто, походившее не небольшую деревню с несколькими приземистыми домиками, однако охраняемую тремя солдатами.

Охранники пропустили Федора и его спутницу без лишних вопросов, а Катя невольно задала себе вопрос: что за странные средства защиты охраняют маленький лагерь. Также, как и в лагере полковника Муравьева никаких видимых следов она не обнаружила, а вместе с тем солдаты явно чувствовали себя достаточно непринужденно и неожиданное нападение противника их наверняка не особенно волновало. Быть может лагеря защищает нечто невидимое для глаз? Да, ей действительно предстоит многое узнать об этом неведомом и странном будущем, вызывающем у нее все больший интерес.

Машина, везшая Катю и ее необычного проводника, остановилась перед домом, напоминающим штаб-квартиру лагеря полковника Муравьева. Однако Катя уже начала догадываться – дома и строения, кажущиеся снаружи совсем неприметными, внутри могли выглядеть совершенно иначе.

Невольно спрашивая себя, кем являлся таинственный незнакомец, которому была известна тайна ее прошлого, для нее самой до сих пор остающаяся загадкой, Катя последовала за своим проводником по лестнице и остановилась возле двери, открывшейся после того, как Федор несколько раз постучал по ней.

–Он ждет вас. Моя же миссия заканчивается здесь. Прошу, вас, входите.

Входя в здание Катя едва ли не задыхалась от двух противоречивых чувств: с одной стороны, ее охватили недавние подозрения, а с другой – жгучее любопытство заставляло двигаться вдоль небольшого темного коридора в комнату, служащую единственным источником света.

«Должно быть, – подумала она, вспомнив одну из детских сказок, так чувствовала себя Алиса, упавшая в кроличью нору». Стараясь сохранять спокойствие, молодая женщина прошла в большую комнату, к ее удивлению представляющую собой нечто среднее между современной компьютерной лабораторией, прямо-таки напичканной большими мониторами и прочими приборами, о назначении которых она даже не подозревала; и средневековым замком – такими невероятными казались стены комнаты и ее обстановка, совсем не похожая на ту, что ей довелось видеть раньше.

Среди всего этого невероятного многообразия лицом к небольшому оконцу стоял мужчина, чью мощную фигуру Катя нашла смутно знакомой. Когда мужчина повернулся, она едва сдержала крик. Тысячи противоречивых эмоций захлестнули ее в одно мгновение: ненависть, безудержная ярость и леденящий страх, ибо незнакомцем, якобы намеревающимся сообщить ей о прошлом, оказался никто иной, как майор Самойлов, ее недавний обидчик, выгнанный из лагеря ее возлюбленным.

«Значит, я по собственной глупости попала в ловушку! – пронзила ее первая мысль, полная отчаяния. Надо бежать! Бежать, пока не поздно!».

Но коварный похититель легко прочел ее мысли. Она не заметила, как он оказался прямо перед ней, и, невольно прикинув расстояние от окна до места, где она стояла, решила, что от страха у нее начались галлюцинации, поскольку она находилась довольно далеко от майора. И все же он каким-то невероятном образом оказался рядом с ней. Дальнейшее произошло за несколько секунд. Майор вроде бы стоял совсем близко, но каким-то чудом ему удалось закрыть электронные замки на дверях, тем самым он, преграждая своей жертве путь к отступлению. И словно этого ему было мало, Катя вдруг почувствовала, что ее тело уже ей не принадлежит. Она попала под власть странной, неведомой, невероятной силы, и не могла пошевелить ни рукой, ни ногой, хотя ее рассудок оставался по-прежнему ясным, а ярость и гнев, усиленные непониманием происходящего, еще сильнее обострили ее чувства и восприятие происходивших событий.

– Как вы смеете! –выдавила она, все же с некоторым облегчением осознав, что ее голос до сих пор ей повинуется. – Жалкий ублюдок………Выродок!

Катя, неизвестно откуда, вспомнила самые отборные ругательства, поток которых обрушился на голову майора, нисколько не смутившегося от тирады, полной отборного и грязного мата. Напротив, его злорадная ухмылка, весь его облик, полный самодовольства и осознания превосходства над несчастной жертвой, свидетельствовали о том, как его забавляет создавшаяся ситуация и какое он испытывает удовольствие, от осознания беспомощности попавшей в его сети пленницы, вынужденной защищаться одними словами.

Вскоре, осознав, что ее гневная тирада не оказала на похитителя никакого воздействия, Катя замолчала, понимая, какую слабость проявила подобным поведением. Вместе с тем, осознавая всю опасность создавшегося положения, она, как и при первой встрече с насильником, решила держаться твердо и не показывать своего страха, несмотря на то, что ей было действительно страшно, ведь жуткая неведомая сила по-прежнему сковывала ее, не давая сделать ни малейшего движения.

–Надеюсь, тебе стало легче, моя прекрасная Хранительница? Можешь ругать меня самыми последними словами! Ты в любом случае в моей власти. Никто не найдет тебя здесь. А я пока смогу делать с тобой все, что захочу……….

От произнесенных вскользь возмутительных намеков похитителя веяло неприкрытой угрозой, словно он давал понять тем самым, что намеревается исполнить то, чему вчера помешал полковник Муравьев.

Мысль о возлюбленном придала Кате сил. «Надо выиграть время», – твердила она себе. Она непременно найдет выход из ловушки, в которой оказалась по собственной глупости. Главное, любыми способами оттягивать момент, так ожидаемый майором. Сама мысль и близости с другим мужчиной вызывала в ней теперь ужас и отвращение. А значит она должна предотвратить насилие всеми доступными ей способами!

Катя попыталась сосредоточиться на своем противнике, кружащем вокруг нее подобно хищнику, гипнотизирующему взглядом свою жертву. Вместе с тем неведомая сила продолжала сковывать ее движение, хотя, благодаря небесам, сознание оставалось по-прежнему ясным. И она попыталась броситься в атаку, заранее предвидя неудачу своей попытки.

–Итак, майор, вы, стало быть, как всегда решили использовать грязные методы, чтобы заманить меня в ловушку. Признаю, здесь вы оказались мастером! Что же вы намерены делать дальше? Хотите взять меня силой? Неужели вам доставит удовольствие держать в объятиях холодную бесчувственную женщину, заранее предполагая, какого врага вы приобретете после того, как совершите ваше гнусное деяние! Неужели вокруг не осталось других женщин, чтобы удовлетворить вашу похоть?

Противник явно не ожидал подобного выпада. Он с интересом разглядывал свою жертву: Катя стояла в невидимом круге силы, скрестив руки на груди, и смотрела на врага с высоко поднятой головой и с вызовом в прекрасных глазах цвета грозового неба. Непонятно было, о чем он думает, но внезапно Кате показалось, будто его взгляд обращенных на нее глаз полон искреннего восхищения и чего-то еще, едва уловимого, ускользающего от ее взгляда.

Безмолвная битва противников продолжалась несколько мучительно-долгих мгновений. Ни один из участников молчаливого сражения не желал прекращать борьбу. В результате майор вскоре отвернулся от своей жертвы, ошибочно посчитавшей такие действия с его стороны своей маленькой победой.

Ей удалось лишь выиграть немного времени, но и этого оказалось достаточно.

–Да, я вижу, ты –крепкий орешек. Любая другая давно ползала бы на коленях, умоляя пощадить ее честь. От моего взгляда многие женщины сходили с ума! Ты же действительно та, о ком гласили легенды, прекрасная Хранительница!

Катя, забыв о своем страхе, вновь ощутила прилив раздражения. Опять он говорит какие-то глупости. Так или иначе, ей следует выведать, о чем он толкует. Так она сможет выиграть еще немного времени, и, возможно даже понять смысл произошедших с ней невероятных событий, не считая, конечно, прошедшей ночи, пожалуй, самой реальной из всего, что ее теперь окружало.

–Майор, я все же пытаюсь понять: вы сумасшедший, или вы стремитесь убедить меня в моем собственном безумии. О чем вы говорите? Какая я вам Хранительница? Господи, да я не помню ничего, до вчерашнего дня, а вы твердите о каких-то там легендах! При чем тут я?!

Майор Самойлов несколько минут смотрел на молодую женщину взглядом, смысл которого она так и не смогла понять. Немного подумав, мужчина решил ответить на Катин вопрос, и какое-то время в его голосе не было прежнего злорадства.

–Значит, не помнишь? Я не имею к твоему прошлому никакого отношения, и мне, по правде говоря, оно совершенно не интересно. Но если ты так настаиваешь, я посвящу тебя в курс дела, моя красавица!

Немного помолчав, очевидно собираясь с мыслями, майор начал рассказ, поразивший Катю не меньше недавнего экскурса в историю, заставившего рухнуть ее представления обо всем, что она считала реальным и достоверным. Слова майора оказали на нее не меньшее воздействие, и не сразу она поняла, что в его рассказе речь шла не о какой-нибудь другой женщине, а о ней самой.

–Итак, слушай. Когда началась война (я не буду говорить о ее истории, ты наверняка уже знаешь самые важные моменты), естественно, все оставшиеся в живых люди были поражены случившимся. Конечно постепенно начали создаваться отряды сопротивления, но война, как ты знаешь, затянулась надолго, и не одного сражения до сих пор не произошло. А люди…оставшиеся в живых. Ну, очевидно, им нужно было во что-то верить. Когда-то они верили в Бога, затем в силу и незыблемость научного прогресса……..После войны они поверили в легенду, неизвестно кем созданную, но приобретшую необычайную популярность. Легенда предсказывала появление прекрасной женщины с символическим талисманом, представляющем собой необычный браслет. Эта женщина, обладающая потрясающей красотой, равно, как и невероятной силой, согласно легенде, может положить конец войне и наступлению долгожданной Эры Возрождения. Каким образом должно произойти столь ожидаемое всеми событие, никто не знал, но, как я уже сказал, людям нужна была вера, и они поверили, как в прошлой жизни верили в Бога.

Катя слушала, затаив дыхание, как, вероятно слушала в детстве сказки, которые ей читала мама перед сном…. Слова майора походили на бред сумасшедшего с примесью невероятного абсурда. Хранительница Судьбы! Это она-то?

– Майор, почему вы считаете, будто я та самая Хранительница? Да, мой браслет довольно необычный, и что с того? Если бы я обладала, как вы там говорили, силой, я бы стерла вас с лица земли, даже не задумываясь!

Майор усмехнулся.

–Не сомневаюсь в том, что я стал бы твоей первой жертвой. Скорее всего, тебе нужен некий стимул, если хочешь, катализатор, чтобы ты смогла почувствовать свою Силу! Собственно, я должен сделать так, ведь иначе мой…Темный властелин прикончит меня.

–А это еще что за маньяк?

Майор снова хмыкнул.

–Узнаешь, когда придет время. Слишком большое количество информации вполне способно принести вред, моя красавица. Всему свое время!

Майор снова принялся обхаживать свою жертву с видом хищника, готовящегося к нападению, и Катя физически ощутила вновь надвигающуюся опасность, снова решив прибегнуть к отвлекающему маневру.

–И все же, мне кажется, вы должны рассказать мне о….Темном властелине. Не зря же говорят, будто стихийные бедствия и мировые катастрофы приводят к воскрешению самых невероятных сил. Хотя я очень сомневаюсь в правдивости и адекватности ваших слов, более всего напоминающих бред обезумившего фанатика.

Ее противник загадочно ухмыльнулся.

– Это мне предстоит сейчас проверить!

Дальнейшее вновь произошло за считанные секунды, и по мнению Кати не подавалось логическому объяснению. Стоило майору повернуть голову, как все та же сила, ранее сковывающая ее движения, буквально пригвоздила ее к стене, а ее руки и ноги сковали огромные железные цепи. В довершение ко всему, ее одежда исчезла, уступив место непристойному белому платью, более напоминающему ночную рубашку, открывающую большую часть ее тела алчному взгляду ее врага. Пока все это происходило, майор не притронулся к ней и пальцем. Как догадалась Катя, он скорее всего лишь управлял мучившей ее странной силой, и невольно, забывая о своих страхах и менее чем незавидном положении, она спросила себя, каким образом ему удается выполнять столь невероятные действия, выходившие за рамки всех законов физики.

Медленно подойдя к распятой на стене жертве, майор, продолжая хищно ухмыляться, провел рукой по ее лицу, и внезапно Катя увидела на этой руке браслет, представляющий собой точную копию ее браслета. Единственная разница заключилась в цвете необычного камня, поскольку камень на украшении майора был не бирюзового, а кроваво-красного цвета. Она не смогла удержаться от вопроса, все еще надеясь выиграть время и сгорая от жгучего любопытства.

–Откуда у вас этот браслет? Вы же говорили, будто я – единственная Хранительница Судьбы.

–Ах это…. Майор на несколько мгновений отвлекся от своих планов по отношению к жертве.

–На самом деле таких браслетов-талисманов несколько. Их носят те, кто наделен властью, то есть самые близкие к Генералу люди.

– Генералу?

Майор вздохнул, и произнес таким тоном, словно он разговаривал со школьником, который никак не желал понимать своего учителя.

–Генерал – главный правитель нашей страны….. Он занял место президента, если хочешь. Его окружают самые талантливые и способные люди. Их всего пятеро. Каждый из них имеет такой же браслет как у меня. Но его Сила не идет ни в какое сравнение с Силой, заключающейся в твоем талисмане. Генералу и его сторонникам необходимы браслеты для защиты, для поддержания порядка в стране. Кстати, я не уверен, но вполне вероятно, что и у брата твоего полковника есть такое кольцо. Хотя он всегда оставался в тени, думаю, сейчас он ближе всех к Генералу.

Катя закрыла глаза, пытаясь осмыслить услышанные слова. Ее сознание за последние сутки пережило слишком много потрясений, и вникнуть в суть происходящего и понять, где реальность, а где вымысел, было достаточно сложно.

Однако в намерения похитителя, судя по всему, не входило предоставлять ей слишком много времени на отдых.

Внезапно Катя ощутила его руки на своем теле.

–Что вы делаете? Разве вы не сказали, что должны доставить меня вашему…….хозяину? Очевидно, у него на меня определенные планы. Не думаю, что он обрадуется, узнав, как вы поступили со мной.

Ненавистное лицо оказалось рядом с ее лицом, а его руки продолжали шарить по ее телу, находя самые сокровенные места.

–А как, по-твоему, я собираюсь с тобой поступить?

– Ответ очевиден! Вы намереваетесь взять меня силой! Так берите, и покончим с этим. Но знайте, после я не оставлю вас в покое. Я буду преследовать вас, пока не убью, и, клянусь богом, ваша смерть не будет легкой.

К ее удивлению майор тяжело вздохнул.

–Моя красавица, я бы рад откликнуться на твое шикарное предложение……И все же, ты права. У моего Властелина особые на тебя виды. Он узнает о моем поступке, едва коснется тебя. Тем не менее, я обязан разбудить твою Силу. И раз любовь не помогла тебе в этом, то ненависть ко мне, быть может, сделает свое дело………..

Катя очень поздно осознала, к какому виду насилия он намеревался прибегнуть. А потом его руки бесконечно долгие мгновения шарили по ее телу, находя самые сокровенные места, мучая ее, оставляя синяки на нежной коже. Все оказалось намного хуже обычного насилия. Ее противник никак не мог удовлетворить свое желание, а потому ее мучения, заставляющие ее сгорать от стыда, продолжались бесконечно долго….

Наконец, получив долгожданное удовлетворение, ее мучитель оставил ее в той же неудобной позе: распятой на стене, униженной, подавленной и разбитой. Он не просто уничтожил ее, он погубил ее любовь, ведь после всего она не сможет смотреть в глаза Никите, не сможет получать удовольствие от его ласк. Словно на ней поставили невидимое клеймо, разбив нежные чувства, зародившиеся в ее сердце совсем недавно, но успевшие стать смыслом ее жизни, ее существования. Молчаливые слезы стыда, унижения и разбитых надежд душили ее, застилая глаза.

Не сразу она ощутила близость своего мучителя, вернувшегося к ней.

–Итак, моя хорошая. Спасибо тебе за расположение. Сейчас у меня дела….

–Какие у тебя могут быть дела, жалкое ничтожество? – бросила Катя, ощущая прилив жгучей ненависти, душивший ее не меньше недавнего отчаяния.

– Ах вот, ты о чем?

Майор, внимательно глядя на истерзанную жертву, сделал вид, будто раздумывает над ответом, вскоре решив ответить молодой женщине, тем самым нанеся ей последний удар.

–Если тебе так интересно, то пожалуйста, я скажу. Мне поступило сообщение о том, что недавно началась битва за Южный рубеж, которым так стремиться завладеть противник и которой так ожидали все наши командиры. Возможно, скорее даже вероятнее всего, мы победим в сражении. Этого и добивается противник и те из нас, кто не желает победы нашей армии. В Южном рубеже твоего полковника и тех, кто уцелеет в сражении, будет ожидать интересный сюрприз – ведь город наполнен янки и их союзниками. Я же получу неплохую награду за активную помощь нашим врагам.

–А теперь, извини, милая, мне пора. После моего возвращения мы продолжим наше замечательное времяпровождение.

К ее огромному удивлению ее мучитель действительно покинул свою жертву, не позаботившись освободить ее от цепей, по-прежнему сковывающих руки и ноги молодой женщины. Оставшись одна, она, на какое-то время, отдалась охватившему ее отчаянию, чувствуя, как молчаливые слезы медленно текут по щекам. Она даже не пыталась найти объяснения случившемуся, прекрасно понимая, что она оказалась в таком положении по своей собственной вине. И ведь она ровным счетом ничего не узнала о своем прошлом! Только какие-то бредовые идеи безумного сумасшедшего, и ничего более.

Мысли о похитителе, полные ненависти, подобно которой она раньше никогда не испытывала, заставили ее выбраться из плена отчаяния, едва не доведшего ее до более критического состояния. Охватившая ее ненависть по своей силе и страсти походила на любовь, вспыхнувшую в ее сердце только вчера. Огромной беспощадной волной эта ненависть, гнев ярость и обида, нахлынули на нее, и создавалось впечатление, будто ее сердце разоврется, не выдержав слишком сильного напора чувств и эмоций……

И внезапно она почувствовала! Словно огненный шар ненависти действительно взорвался где-то внутри ее существа. Теплыми успокаивающими волнами странное ощущение разливалось по ее телу, как накануне ночью по нему разливалось желание, превращая кровь в раскаленную лаву. Сейчас это было нечто иное. Ни любовь, ни желание и не ненависть. Совершенно другая Сила, могущественная и сокрушительная. Она как будто пришла откуда-то извне, и вместе с тем являлась частью ее самой, неотъемлемой и неделимой. Словно слишком сильные чувства и потрясения, пережитые ею за последние сутки, привели к зарождению этой Силы. А возможно, она с самого начала находилась внутри нее. Но это было не Сила, управляющая ею. Это была Сила, которой могла управлять ОНА!

Как все произошло она не понимала, как не осознавала половины того, что случилось с ней после ее невероятного пробуждения. И все же осознание Силы сделалось таким же простым, как осознание ее любви, и осознание жгучей ненависти к тому, кто пытался уничтожить ее чувства, унизив ее самым постыдным образом….

Что же ей делать дальше? В первую очередь, она должна выбраться отсюда. Сделать это не составило никакого труда. Стоило ей только подумать, как сковывающие ее цепи разлетелись, словно по ним ударили молотком. С такой же легкостью она вернула свою прежнюю одежду, избавившись от ненавистного белого платья, делавшего ее похожей на жертву, приготовленную к распятию. Если бы она могла с так же легко очистить свои мысли! – подумала Катя, глядя на блестевший в полумраке браслет. Она догадывалась, что именно необычный талисман дает ей Силу, но дальше этой догадки придумать ничего не могла. После она попытается найти ответы на новые вопросы. Сейчас надо выбраться из ловушки, в которой она оказалась по собственной глупости!

Частью сознания, успевшей принять ее Силу, она догадывалась: выбраться из западни будет легче легкого. И все же прежде чем уйти, она должна кое-что проверить, ведь ей необходимо хотя бы немного разобраться в своих способностях. Сила переполняла ее, и, порой, молодой женщине казалось, будто она вот-вот выплеснется наружу потоком раскаленной энергии, способной уничтожить все вокруг. Не стоит слишком переусердствовать: кто знает, к чему могут привести подобные импульсы.

Подумав таким образом, Катя, огромным усилием воли, взяла под контроль и собственные эмоции и проявления Силы. Решив устроить проверку своим способностям, она, не зная, что предпринять, посмотрела на монитор большого компьютера, стоявший в комнате.

Компьютер включился мгновенно. Благодаря небольшому импульсу Силы, она, даже не нажимая на клавиши руками, принялась просматривать файлы, с огромной скоростью переключающиеся на мониторе. Она пропускала документы, касающиеся истории войны, не считая себя способной просмотреть многочисленные файлы и видео. Однако очень скоро она нашла то, что искала. Документ, написанный на языке, на первый взгляд зашифрованным, но распознанным молодой женщиной без особых усилий, ясно подтверждал слова, сказанные недавно майором Самойловым – в Южном рубеже, в который армия попадет, если выиграет битву, их ждет ловушка. Большинство командиров полагали, что в городе остались лишь уцелевшие после удара мирные жители. Однако это было не так. Город наводнили солдаты противника, только и ожидающие, когда армия войдет в него, оказавшись в смертельной опасности.

Разве могла она допустить подобное? Она попыталась запомнить каждое слово из приказа, прочтенного на компьютере, после чего выключила его, по-прежнему не выполняя никаких действий, кроме мысленных сигналов ее мозга.

Теперь она знала, как ей следует поступить. Ей необходимо предупредить полковника Муравьева, ведь, как никак он возглавит сражение, о готовящейся ловушке…А после….

«После пусть он прогонит меня! Или, еще лучше, убьет, и я умру от его руки. Лишь бы только увидеть его снова!».

Стараясь быть честной с самой собой, она признала, что в первую очередь она страстно желает вновь увидеть своего возлюбленного. Да, случившееся и совершенное майором Самойловым насилие, пусть и не прямое, потрясло ее, но не затронуло ее души. Никто и ничто не заставит ее отказаться от своей любви, и никакая сила не заставит вырвать ее из своего сердца. Какой бы могущественной она не стала, благодаря своей Силе, истинные масштабы которой ей еще предстоит раскрыть, единственной ее Силой навсегда останется ее любовь.

Приняв решение, и стараясь очистить свой мозг от посторонних мыслей и сосредоточиться на предстоящем деле, Катя направилась к двери. Она без труда открыла замок, прошла узкий коридор, и, через несколько минут оказалась на чистом морозном воздухе, пораженная странной тишиной, царившей в маленьком лагере майора Самойлова.

Внезапно, ощутив чье-то резкое движение за спиной, она ловко отскочила в сторону, и вовремя, поскольку некто, держащий в руках довольно большой топор, едва не ударил ее обухом по голове.

Пытаясь придумать, что она может сделать с нападавшим, она вдруг узнала его по низкому хриплому голосу и отборному ругательству.

–Твою же мать! Какого черта!

Мужчина, едва не упавший, вскоре смог вновь удержать равновесие и встать на ноги. Но уже до того, как увидеть блестящие в темноте черные глаза и черную бороду, Катя узнала нападавшего. К ее огромному удивлению, им оказался никто иной, как майор Назаров, собственной персоной!

Майор конечно же узнал молодую женщину, которую он успел довольно грубо схватить за руку.

– Катя?! Что происходит?

– А что здесь делаете вы, майор? – спросила Катя, постепенно приходя в себя от удивления.

–Спасаю тебя, разумеется! – проворчал мужчина.

Сердце Кати пропустило один удар. Почему майор, почему он направился на ее поиски?

– А Никита….Я хочу сказать полковник Муравьев?

Майор Назаров покачал головой.

– С самого утра идет сражение. Наконец-то пришел долгожданный приказ. Твой полковник и еще несколько командиров возглавляют битву. И от ее исхода зависит дальнейшие события.

При мысли о том, что ее любимый сражается, быть может, даже ранен, Катя застонала, не находя нужным скрыть свои чувства от майора, уже давно обо всем догадавшегося.

– Я должна пойти к нему! Я должна быть рядом с ним! Если понадобиться, я готова за него жизнь отдать!

–Да угомонись ты, глупая женщина! Неужели ты считаешь, будто я повезу тебя в самую гущу сражения? Полковник приказал, если я тебя найду, оставить тебя в укрытии….

Глаза Кати вспыхнули недобрым огнем. Ярость, еще более страстная благодаря кипевшей в ней Силе, слишком ясно отразилась в ее взгляде. Неизвестно, к каким бы последствиям не привела их словесная перепалка, если бы со стороны лагеря не послышался шум, заставивший майора довольно бесцеремонно толкнуть молодую женщину в тень дома, за которым, к удивлению Кати, стояла машина, похожая на привезшую ее сюда, судя по всему принадлежащую майору.

Затолкав Катю в кабину, майор Назаров, включив двигатели и систему защиты, поспешил покинуть лагерь, очевидно опасаясь преследования, хотя Катя была уверена, что ее мучитель сейчас далеко – в Южном рубеже и предвкушает свою победу. Как же она могла забыть! Ловушка! Она коварно улыбнулась в темноте машины. Ну нет, она не позволит полковнику Муравьеву так легко от нее отделаться. Отправить ее в безопасное место! Как бы не так! Если он забыл свою возлюбленную, которой совсем недавно клялся в любви, то от ее информации он точно не сможет отмахнуться! Она должна увидеть его любой ценой! Она не допустит, чтобы он погиб. А после…. Не стоит заглядывать так далеко. После пусть хоть весь мир рухнет! Ей достаточно будет заглянуть в его глаза, и тогда она все поймет. Конечно, он имеет право злиться на нее за опрометчивый поступок, приведший к печальному исходу. Его гнев будет означать, что он любит ее и все его слова были правдой! А если нет….

Внезапно, разглядывая мелькающие мимо них деревья, она подозрительно покосилась на своего спасителя, уверено ведущего машину по узкой заснеженной лесной дороге.

–Куда мы едем?

–Что? – очевидно, майор о чем-то глубоко задумался.

–Я спросила, куда мы едем?

Знакомая ярость снова начала подниматься из самых глубин ее существа. Слишком много она испытала за сегодняшний день, ее эмоции зашкаливали, а Сила, казалось, наполнила каждую клеточку ее тела, и ей просто необходимо было каким-то образом выплеснуть свои эмоции.

– Катя, я же сказал……..

Катя легко сделала так, что машина поехала сама, без помощи водителя, а майору пришлось с удивлением посмотреть на молодую женщину.

–Что происходит? Какого черта ты творишь?

–Майор, я должна увидеть полковника Муравьева! Помимо того, что я должна понять, насколько искренни были его слова прошлой ночью, у меня есть для него и остальных командиров важное сообщение.

–Какое сообщение? – недоверчиво спросил майор.

–Сейчас я не могу сказать!

–Катя! Я тебе не враг! Почему ты так ведешь себя со мной? Если хочешь, чтобы я тебе поверил, ты должна мне все рассказать.

Катя, на несколько мгновений задумалась. Она понимала несколько иначе смысл слов «рассказать все». Ей вдруг действительно захотелось поведать майору о недавнем открытии. Она не могла понять причины этого желания. Но интуиция подсказывала ей – он действительно ей не враг; он друг, способный ей помочь. А, видят небеса, она безумно нуждается в его помощи!

Вместо ответа, она сосредоточилась на снеге, летевшем в окна машины из-под колес. Внезапно снег, повинуясь ее мысленному импульсу, поднялся с земли снежной воронкой, и, довольно долго покружившись возле остановившейся машины, разлетелся в стороны огненными искрами настоящего фейерверка.

Майор смотрел на свою спутницу с удивлением, однако по какой-то неизъяснимой причине она догадалась – он уже все знал, а если и не знал, то наверняка о многом подозревал.

–Вы знали? – спросила она потрясенно. – Но как? Ведь я узнала только недавно….

Достав сигареты, майор закурил.

–Скажем так, пока ты развлекалась с полковником, я изучал информацию……Нет-нет, – заверил он поспешно, глядя, как ее глаза зажглись огнем, именно о тебе я так ничего и не нашел. Зато, я изучил много легенд о Хранительнице Судьбы, ведь я заметил твой браслет еще во время твоего спасения. Я сопоставил несколько фактов, и пришел к выводу, что ты вполне можешь быть той самой женщиной, о появлении которой ходит столько легенд…….

–И что же будет дальше? – тихо спросила Катя, обращаясь скорее не к майору, а к самой себе. – Поверьте, я не хотела бы для себя подобной судьбы, и уж тем более не просила ее!

–Я знаю! Но ведь выбирать не приходиться, верно?

Катя покачала головой.

– А полковник? Вы сказали ему?

Майор затянулся сигаретой, медленно выпуская из рта колечки дыма.

–Это ваши с ним дела! Сама решишь, говорить ему или нет.

–Спасибо! – тихо поблагодарила Катя.

Ее отношения с возлюбленным казались ей еще такими непрочными. Как отреагирует он, узнав о ее не совсем обычных способностях? Нет, не стоит ему ничего знать, по крайней мере до тех пор, пока она не перестанет сомневаться в нем, в искренности его чувств и намерений по отношению к ней. Но разве она просила о подобной судьбе? Разве она желала стать спасительницей всего мира, ведь именно так, кажется, говорилось в легендах? Господи, да какая из нее спасительница, если она из всей своей жизни помнит лишь вчерашний день? Внезапно все ее существо взбунтовалось против странного выбора, который был сделан против ее воли. В одно мгновенье она ощутила такой всплеск силы, что уже не смогла его контролировать.

–Я не просила для себя такой судьбы! – неожиданно закричала она. – Это не мой выбор!

–Верно, не твой. Катюша, но ты только подумай. Ты же безумно влюблена в полковника Муравьева! А главная его мечта, как, впрочем, и всех нас, состоит в том, чтобы бесконечная война наконец-то закончилась, и воцарился новый мир, который мы можем создать таким, каким желаем его видеть! Неужели ты не хочешь помочь ему, помочь всем нам?

– А разве он захочет моей помощи? – взорвалась она. – Я для него, всего лишь женщина на одну ночь! Он позабавился со мной, и потребовал от вас отвезти меня подальше! Почему я должна ему помогать?

Внезапно ее ярость, гнев и раздирающие ее сомнения вырвались наружу импульсом Силы такой огромной мощи, что машина, на которой они ехали, за несколько мгновений превратилась в пепел, а они оказались без транспорта на темной лесной дороге.

–Проклятье! – выругался майор, сильно разозленный поступком своей спутницы. Он схватил ее за руки, хорошенько встряхнув.

–Катя, учись держать себя в руках! Ты словно ребенок, впервые начавший ходить и еще не осознавший, какие возможности дают ему его новые способности! Ты говоришь ерунду! Ты даже не представляешь, как разозлился Никита, узнав, что ты исчезла. Я никогда не видел его в такой ярости! Я думал, он наделает глупостей. С огромным трудом нам удалось напасать на твой след. Он собирался сам отправиться за тобой, да только внезапно пришел приказ о наступлении, и он уже не мог сам поспешить тебе на помощь. Тогда он послал меня. Он велел мне держать тебя подальше от сражения, догадываясь, что ты можешь кинуться в самую его гущу, и натворить глупостей. И, сдается мне, он был прав.

Слова майора подействовали на Катю так, словно ее облили ледяной водой. Ей стало стыдно за свой порыв, сомнения, и за необдуманное использование Силы, в результате которого они остались без средства передвижения.

–Простите меня, Николай! Я действительно веду себя как избалованный ребенок. Но мне так трудно сдержать свои эмоции. Вы даже не можете себе представить. Я ведь даже не представляю, что я могу и на что я способна.

Майор успокаивающе похлопал ее по руке.

–Ничего, милая. Всему свое время. Думаю, ты создаешь впечатление достаточно умной женщины и быстро всему научишься.

Некоторое время они шли молча по заснеженной лесной дороге. Слишком поглощенные собственными мыслями, ни Катя, ни ее спутник не успели вовремя заметить приближающуюся опасность.

Две черные точки стремительно упали на землю, в одно мгновенье превратившись в роботов, не таких больших, по сравнению с тем, который напал на Катю в период ее пробуждения, но не менее грозных, показавшихся молодой женщине воплощением самых страшных кошмаров, внезапно ставших реальностью. Роботы некоторое время буравили беззащитных людей свирепыми красными глазами, пока Катя не поняла – они ожидают чьей-то команды. Эта мысль ей совершенно не понравилась. И все же самое главное заключалось сейчас в другом – она не боялась приготовившихся к атаке киборгов. Более того, она уже собралась послать в их сторону мощный импульс Силы, как вдруг роботы, явно повинуясь чьем-ту приказу, окончательно замерли, словно кто-то отключил управляющую ими программу.

Из-за деревьев возникли двое коренастых высоких мужчин, очевидно отдавших приказ роботам не начинать атаку. Они были экипированы в зимнюю амуницию, но Катя почему-то сразу догадалась – они принадлежали к армии противника. Несколько мгновений участники сцены разглядывали друг друга. Молодая женщина не спешила применять свои способности. Внутренний голос, ставший с какого-то момента невероятно требовательным и настойчивым, говорил ей: не спеши, посмотрим, может у тебя появился шанс узнать нечто весьма интересное. И ее интуиция не подвела ее: вскоре один из мужчин заговорил, обращаясь скорее к своему спутнику, чем к застигнутым врасплох беглецам.

–Посмотри-ка, Стью, кого тут застигли наши добрые друзья, наделенные искусственным интеллектом?

Мужчина говорил на английском, но Катя с легкостью разбирала все его слова.

– Может, кокнем их, а Билл? Хотя с девчонкой я бы позабавился, уж больно она хороша!

–Стью, ты дурак! Ты ведь знаешь, почему нас послали на разведку! Главный засек проявление Силы в этом районе! Ты понимаешь, о чем я?

От этих слов Катя мысленно похолодела и безумные догадки, одна хуже другой принялись терзать ее сознание.

–Командир сказал, если мы найдем женщину, мы должны везти ее к нему! А вдруг это та самая? Еще и награду получим?

– Ну не знаю, Билл.

–Господи, да наше дело не знать, а выполнять приказы!

Катя решила, что услышала достаточно. Из бессмысленного на первый взгляд разговора она поняла одно – некто, скорее всего находящийся в Южном рубеже и принадлежащий к армии противника стремиться ее поймать. Неужели и им известна легенда о Хранительнице Судьбы? Значит, помимо того безумного Темного Властелина, вознамерившегося привлечь ее на свою сторону, за ней охотиться армия противника? Хорошенькие перспективы………..И тем не менее, она не испытывала страха. Она уже знала, как ей необходимо поступить. Эти двое помогут ей и ее спутнику попасть в Южный рубеж, и тогда майор Назаров убедиться, действительно ли город полон американских солдат и их союзников. У нее еще есть время. Если сейчас идет сражение, то она ничем не поможет своему возлюбленному, а вот раздобыв более точную информацию о возможном предательстве, она явно заслужит больше доверия, чем в случае, если предоставит те скудные сведения, которыми она сейчас располагала.

Приняв решение, она обратилась к солдатам твердым уверенным голосом, взглядом предупредив своего более скептически настроенного спутника: не волнуйтесь, я знаю, что делаю.

– Господа, а в чем, собственно, дело? – спросила она на чистейшем американском без акцента так, словно она говорила на этом языке все свою сознательную жизнь. – Неужели кто-то из вашего командования заинтересовался моей скромной персоной? Или, чтобы окончательно облегчить ваши сомнения, вам стоит показать это?

Катя подняла правую руку, на которой в темноте засверкал бирюзовым цветом необычный браслет. Вскоре она поняла – она сделала верное предположение, так как при виде талисмана мужчины переглянулись с видом людей, обнаруживших вещь, которую они искали достаточно долго.

– Это ваше украшение, прекрасная госпожа? Значит вы – та, кого очень давно ищет наше командование?

Катя пожала плечами.

–Ничего не знаю о вашем командовании, но мне хотелось бы знать – где оно сейчас находиться?

–Как это где? В Южном рубеже, конечно!

Катя с трудом удержалась, чтобы не бросить на майора Назарова победный взгляд. Она была права. Но все же стоит убедиться в этом окончательно, иначе, если майор не поверит, то и реакция ее возлюбленного и остальных командиров будет такой же.

Поведение же американских солдат переменилось.

–Простите мою дерзость, прекрасная госпожа, но мы вынуждены арестовать вас, и вашего спутника и проводить до нашего командира. Думаю, он очень захочет побеседовать с вами лично.

– О чем речь?

Катя улыбнулась такой улыбкой, что у мужчин перехватило дыхание, а майор Назаров, не принявший участие в безумии, затеянном его сумасбродной спутницей, лишь покачал головой. У него не было иного выбора: одобрял он ее действия или нет, он должен был стать ее верным рыцарем и защитником и оберегать ее от опасностей, или по крайней мере не позволять наделать глупостей.

Катя же продолжала улыбаться, испытывая огромное удовольствие от желания, вспыхнувшего в глазах мужчин, и которым она, к своему немалому удивления, могла контролировать.

–Только, господа, я надеюсь, нам не придется идти до Южного рубежа пешком?

Тот, кого звали Стью, словно очнулся ото сна.

–Конечно же нет!

Он достал из кармана небольшой пульт, и вскоре к ним подъехала машина, подобная той, которую Катя недавно уничтожила необдуманным применением Силы.

Стью и Билли сели в кабину, а Катю и ее спутника посадили в просторный салон, немного напоминающий салон военного самолета – так все выглядело прочно и надежно, а неизменный черный цвет придавал машине не очень приятный вид похоронного катафалка, что, впрочем, не смогло ухудшить оптимистического настроя молодой женщины, явно не разделяемого ее угрюмым спутником.

Едва машина тронулась с места, майор Назаров тихо, чтобы не услышали сидевшие в кабине американцы, спросил:

–Ты хотя бы понимаешь, какую опасную игру ты затеяла? Я не понимаю только для чего? Почему мы должны отправляться прямо в логово врага?

Глаза Кати засверкали опасным огнем. Она приняла решение и не собиралась от него отступать. Если все получиться, как она задумала, то она одним выстрелом сможет убить двух зайцев: она докажет, верна ли ее информация, а, заодно, и опробовать свои возможности, сможет понять, каков истинный масштаб ее необычных способностей. Конечно, дело довольно опасное, но ради своего возлюбленного и его жизни она готова на любой риск!

Очевидно именно отчаянную решимость увидел в ее глазах майор Назаров.

–Я собираюсь проникнуть в Южный рубеж. Вы мне нужны как свидетель. Если город действительно наполнен солдатами противника, то вы сможете лично в этом убедиться и подтвердить правоту моих слов перед командирами. Вам полковник Муравьев и остальные командиры поверят больше, чем мне! К тому же вы сами сказали – пока идет сражение, я ничем не смогу помочь……Хотя…

–Даже не думай! –предостерег майор Назаров. – Конечно, твои возможности, скорее всего огромны, но сейчас не стоить лезть на рожон, не зная точно, на что ты способна.

–Да, пожалуй, вы правы. Только вот, майор, удовлетворите мое любопытство по одному вопросу.

Собравшись с духом, Катя посмотрела в глаза своему спасителю.

–Почему вы мне помогаете? Вас ведь никто не заставлял тащиться на мои поиски. Могли бы ослушаться приказа полковника, и броситься в битву.

Майор тяжело вздохнул.

–Да уж, плохо иметь дело с женщиной…Тем более столь красивой и такой умной! Мне кажется, ты и без………необычных способностей представляешь угрозу! Страшно подумать, какие вещи ты начнешь творить, когда осознаешь свою Силу!

Хотя разговор пошел совсем не в том направлении, которого ожидала Катя, она ответила, ни на секунду не задумавшись:

–Какими бы способностями я не обладала, я никогда не стану на сторону зла! Это я знаю совершенно определенно! И все же, майор, вы не ответили на мой вопрос. Почему вы мне помогаете? Вы ведь второй раз спасаете мне жизнь!

Майор снова вздохнул. Создавалось впечатление, будто он не хочет говорить на эту тему. Внезапно Катя осознала – она с помощью своей Силы сможет легко проникнуть в его мысли, вот только едва ли она обрадуется, узнав скрывающуюся в них истину.

–Послушай, еще до сегодняшней ночи я не знал, кем ты являешься на самом деле. Собственно говоря………Объяснить это трудно. Дело в том, что в ставке давно ожидали твоего появления. Не знаю, где правда, а где вымысел, но брат полковника Муравьева по приказу Генерала велел мне оберегать тебя. Я должен стать твоим рыцарем, что ли….

Кате ответ не понравился. Слишком много людей пытались вмешаться в ее жизнь. Ей еще предстоит во всем разобраться, но все казалось таким сложным и невероятным.

Заметив замешательство своей спутницы, майор поспешил ответить.

–Но, если честно, я до конца не верил в эти легенды и слухи! Я же совсем недавно узнал о твоих способностях. Просто……Ты для меня стала как дочь, какой у меня не было и не могло быть. Да, ты очаровала, и не просто очаровала, а свела с ума моего друга и боевого товарища, но есть в тебе нечто, что притягивает к тебе. Не могу точно объяснить. Я увидел в тебе девушку, которая, не смотря на отчаянную храбрость, нуждается в помощи. И вместе с тем, мои чувства совсем не похожи на те, которые испытывает к тебе полковник Муравьев. Ты, судя по всему, свела его с ума.

Катя невольно вспыхнула. Недавнее отвратительное происшествие с майором Самойловым она спрятала в глубины своей памяти. Она не позволит никому разрушить ее любовь, и, если понадобится, станет бороться за нее до последней капли крови. Что бы кто не говорил о ее предназначении, она будет следовать зову сердца, и ни в коем случае не собирается становиться чьей-то марионеткой только из-за Силы, совсем ей не желаемой, но уже ставшей частью ее самой.

Нарушая неловкое молчание, майор, продолжил:

–Я отношусь к тебе как к дочери, или сестре. И если я должен следить за тем, чтобы ты не натворила глупостей, поверь, я это сделаю!

Катя улыбнулась. Ей совсем не повредит подобная дружба!

–Не знаю, майор, насколько у вас получиться! Но очень надеюсь, что наши чувства станут взаимны. Хотя, вы сейчас единственный близкий мне человек, не считая, конечно, Его.

Майор утешающе похлопал ее по руке, догадавшись, какие мысли и сомнения терзают его прекрасную собеседницу.

–Ты все вспомнишь. Я уверен!

Остальной путь, не занявший много времени, прошел в молчании. К счастью, недолгая дорога и остановка машины не дала Кате слишком погрузиться в свои мысли, иначе она бы наверняка начала сомневаться в успехе своего плана. Сейчас же ее охватила некая эйфория, наполненная необъяснимой убежденностью в правильности своих действий.

И вот после довольно короткого пути машина остановилась. В маленькое окно Катя через ослепляющий свет фонарей, увидела часовых, преградивших путь. Часовые стояли перед большими воротами, находившимися в массивной черной стене.

«Совсем как средневековые замки в фильмах, – невольно подумала Катя».

Переговоры между водителями и часовыми не заняли много времени, и машина покатила дальше. В кромешной тьме, изредка освещаемой фонарями, разглядеть что-либо было трудно, поэтому Катя спросила своего спутника, про себя решив все же заняться историей войны, дабы не выглядеть полной простофилей во всем, что ныне ее окружало.

–Скажите, Южный рубеж – единственный уцелевший город? – обратилась она к своему спутнику.

–Нет, совсем нет! Есть еще Центральный рубеж. Ты не поверишь, он возник на месте Москвы, хотя до прежней блистательной столицы ему далеко. Есть также Северный рубеж – там, где раньше была Сибирь. И еще Темная пустошь – владения, принадлежавшие якобы Темному Властелину.

Катя поморщилась.

–Почему «якобы». Разве вы не верите в его существование?

Майор пожал плечами.

–Кто знает! После того, что я видел сегодня, я уже ни в чем не уверен.

У Кати накопилось еще много вопросов, но машина вскоре остановилась, и не проронившие ни слова охранники подвели их к странному зданию. Оно представляло собой нечто, похожее на многоэтажный дом: к нему вела покрытая снегом мраморная лестница. Более отвратительного и нелепого строения Кате едва ли доводилось видеть в своей жизни

–Это здание, где располагается городская верхушка.

В ответ на изумленный взгляд Кати, майор пояснил:

–Ну что-то типа Администрации, если проводить аналогию с прежним временем!

Катя кивнула. Она попыталась сосредоточиться на предстоящим испытании, отбросив волнения и тревоги, стараясь не терзать себя мыслями, то и дело мучившими ее после того, как она узнала о своих невероятных способностях. В первую очередь она должна справиться с добровольной миссией, которую сама на себя возложила, а уж после анализировать, рассуждать и строить планы на будущее.

Катю и ее спутника тем временем провели в большое помещение, на первый взгляд напоминающее просторный холл какого-нибудь правительственного здания. Их сопровождали четверо охранников, судя по всему предупрежденных об их появлении, а потому на протяжении всего пути не проронивших ни единого слова.

Едва маленькая группа забралась наверх по просторной мраморной лестнице, Катю и ее спутника разлучили – двое охранников повели майора в одну сторону, а молодую женщину в совершенно противоположную. Напоследок Катя успела бросить на майора взгляд, означающий: не беспокойтесь. Я скоро за вами приду, и мы выберемся из этого логова.

Майор успел ей ответить понимающим взглядом, незаметно от своих стражей скрестив пальцы. Катя догадалась – его жест означал пожелание ей удачи. С того момента она перестала беспокоиться о своем спутнике, прекрасно зная, что найдет его, когда придет время. Она сосредоточилась на предстоящем деле, и пока ее вели по темным узким коридорам, в которых изредка появлялись закрытые двери, она прислушалась к собственным ощущениям, с невероятным наслаждением почувствовав – Сила никуда не делась: она продолжала бурлить в ней, готовая прийти на помощь при первом же приказе своей хозяйки. Кате нравилось это чувство – оно дарило ощущение покоя и превосходства над противником, но вместе с тем немного пугало. Впрочем, не стоило сейчас слишком много думать об этом. Сосредоточившись, она принялась запоминать схему коридоров, по которым ее вели, и вскоре поняла, что в ее сознании словно отпечаталась карта здания. Она могла без труда сказать, где находятся входы и выходы, а также определить, сколько человек сейчас внутри.

К ее удивлению, помимо начальника, ожидающего пленницу, в здании находилось небольшое количество военных. Очевидно, остальные были заняты более важным делом, или же готовились в предстоящей операции. Так или иначе, скоро она все выяснит!

Вскоре Катю действительно привели к большой двери, вполне походивший на дверь кабинета начальника или босса какого-нибудь солидного офиса в центре Москвы. Однако комната, куда ее ввели после утвердительного ответа со стороны находившегося там мужчины, ничем не напоминала подобный офис – она вся была заставлена компьютерами; а огромный монитор и карта занимали ее стены.

Провожатые остались за дверью, и вскоре Катя оказалась наедине с крупным рыжеволосым мужчиной, которому на вид можно было дать лет шестьдесят. Он казался достаточно рослым, и все же поражало в нем ни его довольно габаритная фигура, а внешность. Едва ли этот человек был американцем, поскольку рыжие волосы и усы, а также европейские черты лица делали его похожим скорее на типичного немца, или, как решила для себя Катя, настоящего фрица.

Мужчина смерил молодую женщину усталым взглядом, и, без тени интереса, спросил на английском, нисколько не позаботившись о том, знает ли она этот язык.

–Итак, какого черта вас сюда занесло? У меня и без вас сегодня много дел! И совсем нет времени разбираться с девчонкой, пусть даже такой смазливой, как вы.

Катя улыбнулась. Она не ощущала ни капли страха, напротив, Сила бурлила в ней огненным ключом, заставляя броситься в решительную атаку. К тому же внутренний голос подсказывал ей – не стоит задерживаться в стане противника. Надо было действовать немедленно, и она поспешила ринуться в бой.

Медленно, стараясь двигаться с кошачьей грацией, она подошла к мужчине, смело заглянув в его глаза. Одного взгляда оказалось достаточно, чтобы прочитать все его мысли, всю его биографию – от жизни до войны и его «подвигах» после атомного удара. Чувство было совершенно невероятным. Хотя проникать в чужие мысли оказалось далеко не так приятно, тем более в мысли столь мерзкого типа, как тот, что стоял перед ней. Решив, что никогда не станет прибегать к подобной процедуре к тем, кто ей дорог, она произнесла приятным мелодичным голосом, при этом приблизившись к собеседнику настолько, насколько позволяли приличия.

При ее приближении у мужчины невольно перехватило дыхание – двигалась она невероятно грациозно. Кроме того, Катя едва ли отдавала себе отчет в том, насколько соблазнительно она выглядела: плотные кожаные штаны обтягивали длинные стройные ноги. Полушубок она сняла, а белая рубашка с длинными рукавами и слишком откровенным вырезом подчеркивала ее прекрасную фигуру, выделяя наиболее привлекательные ее черты. Блестящие черные волосы развивались при каждом ее движении. В глазах мужчины она представляла собой восхитительное и одновременно опасное видение, поскольку ни на мгновенье она не пыталась скрыть своих намерений, ведь если бы только захотела, она бы вела себя совсем не как воительница. Но с этим противником следовало сразу показать свою силу, иначе весь ее план рухнет. К тому же не следовало слишком тянуть. Поэтому Катя в ответ на не очень лестное высказывание полковника Крейга (она узнала его имя из его мыслей, также, как узнала подробности всей его биографии), произнесла приятным мелодичным голосом, не лишенном угрожающей нотки.

–Простите, что прерываю ваше занятие, полковник Дэниел Крейг. Но у меня очень мало времени, а нам с вами надо обсудить несколько вопросов.

Полковник, оказавшись мужчиной старой военной закалки, все же едва ли смог скрыть свое удивление, еще не вполне оправившись от шока, вызванного появлением соблазнительной молодой особы, разнообразившим его скучную вахту.

–Мне кажется, произошла ошибка! Эти придурки сказали, что схватили женщину, которую называют Хранительницей Судьбы. Лично я не верю в подобные байки. Однако, я решил убедиться, кого поймали эти два сопляка!

Остальные события произошли за считанные минуты. Катя точно знала, как надо действовать, словно Сила не только пришла ей на помощь, но и стала верной союзницей. Она послала мощный импульс в сторону полковника, заставивший того отлететь в сторону на несколько метров. Мгновенье – и мужчину скрутила судорога боли. Катя знала, что он чувствует – Сила сковала его внутренности так, что он едва ли был в состоянии дышать. Она недавно ощутила подобное, когда майор Самойлов применял к ней свою Силу….Конечно, ей не хотелось прибегать к крайним мерам, и все же внутренний голос ей подсказывал – не следует быть с полковником слишком мягкой. Поэтому она перешла к решительным действиям.

–Итак, полковник, как вы, наверное, уже догадались, ваши люди поймали ту, кого разыскивает ваше командование. Однако, они просчитались, впрочем, как и вы. Мне не нужна ваша жизнь. Я не убийца. Тем не менее, мне нужен ответ на один вопрос, и, если вы мне ответите правильно, считайте, ваша жизнь снова принадлежит вам. Вы меня поняли?

Очевидно, что боль, мучившая ее жертву, была невыносимой, и все же он смог кивнуть в ответ на ее вопрос, несмотря на заставший в его глазах животный страх.

Катя подошла ближе к своей жертве, угрожающе над ней нависнув, не давая ни малейшей возможности для отступления.

–Я должна знать: сколько людей в городе. Кто является участником ловушки, которая подстроена для нашей армии? И, наконец, мне нужно подтверждение ваших слов.

Она улыбнулась.

–Сами понимаете, без доказательств мне никто не поверит.

Катя немного ослабила путы, сковывающие полковника, чтобы тот мог перевести дыхание и обрести способность говорить.

–Значит, вы на стороне врага? Жаль….

–Это вас не касается! – отрезала молодая женщина. – Говорите. Я же могу убить вас, не касаясь пальцем, впрочем, пока я не желаю причинять вам страданий больше, чем вы того заслуживаете. Но если вы меня вынудите….

По стальному взгляду прекрасных бирюзовых глаз, полковник понял, что любое сопротивление бесполезно. Перед ним стояла не женщина, а настоящая амазонка, готовая на все ради победы своей армии.

–Сейчас в городе половина наших солдат. Недавно был отдан приказ об отступлении.

–Отступлении? Значит, если русские победят, а вы объявите отступление, они придут в город, где их ждет верная гибель?

Полковник молча кивнул.

–Потрясающей по наглости и коварству план. Кто отдал приказ? Кто замешан в этой грязной афере? Майор Самойлов?

–Майор всего лишь пешка. Поверьте, он выполняет всю грязную работу. Предатели находятся у власти. Скорее всего, в Центральном рубеже.

–И вы не знаете имен тех, кто отдал этот приказ?

Катя не желала верить, что люди, взявшие после страшной катастрофы власть в свои руки способны на столь подлое предательство.

–Даже в письменных документах не было указано ни одной из фамилии.

Катя кивнула головой в сторону компьютера.

–Мне нужна информация!

Компьютер включился под воздействием импульса, и Катя указала полковнику на монитор.

Двигаясь медленно и осторожно, все еще находясь под влиянием Силы, полковник достал из ящика маленький предмет, похожий на мини-флэшку, и, вставив в системный блок, открыл нужный файл из папки с надписью «Секретно».

Чтобы доказать своей мучительнице, что файл нужный, полковник его открыл. Документ был написан на неизвестном Кате языке, однако ей хватило всего нескольких минут для его расшифровки. Документ подтверждал слова полковника, поскольку содержал изложение весьма дерзкого плана, направленного на полное уничтожение русской армии, а, главное – ее верхушки.

Все еще поражаясь смелости противника, Катя, вытащив средство хранения файлов, спрятала его в один из многочисленных карманов своих штанов. Посмотрев на полковника, она произнесла.

–Простите, что наше знакомство оказалось таким коротким, мистер Крейг. Как я уже сказала, у меня мало времени. Сейчас вы немного отдохнете, а когда проснетесь, станете совершенно другим человеком. Всего хорошего!

Катя послала в сторону полковника усыпляющий импульс. Впрочем, не только усыпляющий. Когда полковник проснется, он забудет о своем прошлом и о том, какие гнусности он творил в свое время. Тем самым она немного подорвет силы врага, ведь полковник был очень важным командиром в армии противника.

После того, как мужчина отключился прямо на полу, Катя собралась было уходить, но внезапно ее осенила потрясающая идея. Она вернулась к компьютеру, без труда найдя схему огромного здания. Схема оказалась не обычной картой, она показывала сколько людей находиться в ратуше и в какой комнате. Она легко нашла место, где держали ее спутника, но ее цель сейчас заключалась в другом.

Все еще улыбаясь своей блестящей затее, Катя, посмотрев на вентиляционные решетки, пустила по трубам здания быстро разошедшийся усыпляющий газ. Она сделала это не только для того, чтобы усыпить противника, поскольку смогла выбраться бы из ратуши и без подобного трюка. С невидимым газом, медленно расползающимся по помещению, все находившиеся в них солдаты, едва проснувшись, забудут о том, кому они служили, и вообще долго будут вспоминать события своего прошлого. Конечно, она не могла уничтожить таким образом все силы противника, но по крайней мере, она подорвет его боевую способность.

Вот бы увидеть лицо майора Самойлова и других, стоявших во главе этого заговора, когда они вернуться в штаб, и увидят солдат, которые после такой порции усыпляющего газа будут бродить по зданию подобно слепым котятам!

Невольно радуясь собственной находчивости и изобретательности, Катя покинула кабинет полковника Крейга, и пошла по пустынным коридорам в комнату, где держали майора Назарова, судя по данным карты помещение находилось несколькими этажами ниже. Сейчас, озаренная своим триумфом, она как никогда выглядела невероятно прекрасной, однако если бы кто-нибудь ее увидел, то наверняка осенил себя крестным знамением, поскольку с развивающимися волосами и горящими ярким светом глазами, она скорее напоминала дьявола в женском обличие, чем реального человека.

Вероятно, даже майор Назаров, начавший засыпать под воздействием газа, заметив вошедшую в комнату, где его держали под стражей, молодую женщину, поначалу также принял ее за существо из другого мира, пока Катя не оградила его от воздействия усыпляющего газа, неплохо прояснив ему сознание.

–Судя по твоему довольному виду, ты добилась, чего хотела! Впрочем, итак понятно, что ты оказалась права. В этом здании полно янки! Держу пари, не только здесь. Наверняка их на улице несметное множество.

–Я в этом тоже не сомневаюсь. Но, будьте спокойны, солдаты, которые находятся в этом помещении еще долго не смогут взять в руки оружие.

Майор, очевидно, намеревался спросить Катю, каким образом ей удалось это сделать, однако, глянув в ее глаза, промолчал, пораженный горевшим в них опасным огнем.

–Ты достала доказательства? Конечно, моим словам могут поверить, но….

Катя показала майору микросхему, снова спрятав ценный материал в карман.

–Всегда лучше подстраховаться. А теперь, майор, пришло время выбираться из этого логова янки, и предупредить……полковника Муравьева и других командиров, пока не стало слишком поздно!

–Скажи лучше, что ты безумно хочешь его увидеть!

При упоминании возлюбленного Катя словно на несколько мгновений превратилась в другого человека, и воинственная амазонка исчезла, и тем не менее еще не пришло время любви, ведь им предстоял долгий путь через вражеский лагерь. В кабинете полковника Крейга Катя просмотрела не только карту здания, но и схему всего города. Выбраться из него будет достаточно трудно, и все же, помимо основных ворот, в стенах города находилось несколько тайных входов и выходов, которыми и собиралась воспользоваться Хранительница Судьбы.

Она излагала свой план майору Назарову, пока они выходили из здания городской ратуши. Катя не забыла о защите, ведь она смогла создать вокруг себя и своего спутника невидимую для других сферу, защищающую их от взглядов людей. Эта идея пришла к ней столь же спонтанно, сколь и затея с газом. Как оказалось, она способна создавать вокруг себя действительно мощную защитную сферу. Такая способность пришлась ей по душе, поскольку могла в будущем действительно пригодиться в более важные моменты.

Они миновали ратушу и прошли несколько пустынных улиц, когда Катя почувствовала внезапную слабость. У нее закружилась голова, а перед глазами начали расплываться черные круги. Вероятно, майор Назаров оказался прав – не стоило расходовать силу, не зная обо всех своих возможностях и способностях. Но разве у нее был выбор?

Ее спутник осторожно поддержал молодую женщину, несмотря на охватившую ее слабость продолжающую удерживать защитный импульс вокруг них.

–Катюша, что с тобой?

Она сделала несколько глубоких вдохов, наполнивших легкие кислородом, и постепенно снова почувствовала себя значительно увереннее.

–Ничего, все в порядке.

– Я же говорил, не переоцени своих способностей!

–Майор, некогда расслабляться и распускать нюни. Вы сами сказали – мы на войне. Я пойму, когда моя задача завершена лишь когда увижу полковника Муравьева, – ее голос дрогнул как всегда при упоминании имени возлюбленного.

Не решившись возражать, майор продолжил путь.

Некоторое время они шли молча. Улицы города, освещенные фонарями, выглядели довольно пустынными.

Как объяснил майор своей спутнице – в этой части города располагались здания, где жили солдаты, а также различные здания правительственного назначения. Жилые дома располагались в других районах.

–Интересно, – вслух высказалась Катя, – куда делись мирные жители и все те, кто поддерживал нашу армию?

–Ну, мирное население едва ли тронули. А вот, что касается командования….

–Боюсь, их методы устранения противника не столь гуманны, как твои.

Катя улыбнулась.

Внезапно беглецам пришлось остановиться. Их глазам открылось невероятное зрелище, которое Катя будет помнить всю оставшуюся жизнь. Они наткнулись на большой военный полигон. На полигоне собралось огромное множество солдат-янки: то, что солдаты принадлежали к армии врага, было ясно по их форме, а также по языку, на котором они переговаривались между собой. Солдаты явно собрались на какое-то построение, поскольку они стояли большим квадратом вокруг полигона, огороженного от остальной части города не забором, а простой колючей проволокой, что позволяло видеть все происходящее на площадке.

Катя, не слушая возражений своего спутника, забралась на небольшой холм, и с него могла наблюдать за всеми событиями, происходящими в лагере врага, по какой-то необъяснимой причине привлекшие ее внимание. Она нисколько не удивилась, увидев в центре солдат майора Самойлова, в тайне ожидая его увидеть. Кроме майора там стояло еще несколько офицеров. Два из них принадлежали, подобно полковнику Крейгу, к американской верхушке, а другой, чьи руки были связаны, а на довольно привлекательном молодом лице запеклась кровь, судя по всему являлся пленником.

Пока Катя и ее спутник оценивали ситуацию, по рядам солдат пробежал ропот, вскоре затихший, поскольку майор Самойлов поднял руку, желая высказаться.

–Итак, мои американские друзья, время пришло. Мы придумали блестящий план, и очень скоро он будет приведен в исполнение. Армия русских наступает. Мы же проигрываем бой, но это не должно слишком нас тревожить, не так ли? Да, мы потеряем наших товарищей, но, у нас появился шанс одним ударом разделаться с армией русских и уничтожить их боевую силу, и, главное, командиров, на которых в ставке возложена вся надежда!

Майор помолчал, вскоре продолжив:

–Приказ об отступлении уже получен! Вскоре, возможно через несколько часов армия русских войдет в город. И тогда наступит наша очередь!

Солдаты радостно закричали в ответ на слова майора.

Внезапно молчавший пленник, заговорил.

–Как вы можете ему верить? Он же не из ваших людей? А вдруг он предатель?

Как заметила Катя, пленник обладал приятным голосом, слегка охрипшим от долгого пребывания на морозе.

Тут заговорил другой офицер – высокий мужчина с суровым лицом человека, от одного вида которого бросало в дрожь и едва ли возникало желание встретиться с ним ночью в темном переулке.

–Майор не раз доказывал нам свою преданность, товарищ старший лейтенант. Вам же пора успокоиться и смириться с неизбежным! Иными словами, заткнитесь и не лезьте не в свое дело!

Пленник посмотрел на офицера полным ненависти взглядом. Сама не зная почему, Катя почувствовала к нему искреннюю симпатию, и уже собралась проучить и офицера и своего мучителя, когда рука майора спокойно легла на ее руку.

–Не надо! Майор поймет. У него такой же браслет! Он не столь сильный, по сравнению с твоим, но он поймет, кто это сделал. Мы не успеем убежать. Пошли-ка отсюда, пока он нас не заметил.

–Но пленник!

Катя уже поспешно бежала за своим спутником.

–Они его не тронут. Он им нужен.

–Кто он?

–Я знал его. Это старший лейтенант Вадим Морозов. Очень способный офицер. Он стоял во главе Южного рубежа. Они не станут от него избавляться так просто – мало ли, вдруг их план не сработает!

Катя посмотрела на майора сверкающими от возбуждения глазами.

–Ведь именно от нас зависит, если он не сработает! Вперед, майор! Мы слишком долго здесь задержались.

Они уже не шли, а бежали по улицам, и вскоре оказавшись на высоком холме, внизу которого виднелась широкая лента замершей реки, а на другом конце холма – огораживающая город стена и тайный выход.

Когда беглецы остановились, пытаясь перевести дыхание, Катя посмотрела вниз. Она запомнила маршрут, который поможет им выбраться из города, по карте на компьютере полковника Крейга. Казалось бы – все просто: осталось перейти реку, взобраться на крутой холм и открыть никем не охраняемую скрытую в стене калитку. Однако, прежде чем перейти к последнему этапу их отчаянной авантюры, она, сама, не зная по какой причине, задержалась на одном месте.

–Катя, с тобой все в порядке? – спросил ее спутник, крайне озабоченный бледностью молодой женщины. Она выглядела так, словно ее силы были на исходе, и он совсем не удивлялся этому обстоятельству, ведь она израсходовала слишком много Силы, еще не вполне осознавая все возможности своих невероятных способностей. К тому же она была всего лишь женщиной, которая за два дня пережила столько событий, что даже более сильный мужчина едва ли смог бы после всего оставаться на ногах и сохранять здравый рассудок. Но ей необходимо сделать последний решающий шаг – они зашли слишком далеко и совершенно невозможно отступить сейчас, когда победа так близка; ведь майор даже в пределах Южного рубежа слышал отголоски сражения, разыгравшиеся за стенами города.

–Все в порядке! – Кате снова удалось взять себя в руки. Не время и не место для слабости! Она все еще ощущала в себе достаточно Силы. Позже она позволит усталости взять над ней верх, но сколько всего еще предстоит сделать!

–Пойдемте, Николай. Перейдем эту чертову реку, раз уж нам не посчастливилось набрести на мост.

–К счастью, стоят сильные морозы. Река давно покрылась льдом! Иначе, пришлось бы переплывать ее! – хмыкнул майор Назаров, ступая на спрятанный под толстым слоем снега лед.

Стараясь не думать о том, что прямо под ногами проходит бурный речной поток, Катя шла осторожно, следуя за своим спутником, вызвавшимся идти первым. Странным казался ей переход через замерзшую реку в ночной тьме, которую иногда прорезал луч охраняющих город прожектора или фонаря. Благодаря защитному импульсу, удерживаемому ею на протяжении всего пути, ни один патруль не смог бы их обнаружить….

Несчастье случилось, когда беглецы миновали более половины пути. Очевидно, в этом месте лед оказался достаточно тонким из-за быстрого течения, хотя, едва ли можно было сказать наверняка, поскольку снег, покрывший реку, заставлял их следовать практически вслепую. Катя даже не успела вскрикнуть – мгновенье, и майор Назаров провалился под тонкий лед.

Катя действовала скорее интуитивно: понимая, как сильно рискует, она подошла к самому краю ледяной ямы, и вскоре ее спутник, очевидно отчаянно боровшийся с подхватившим его течением и холодом, задыхаясь вынырнул на поверхность.

–Катя! Я не могу выбраться! Проклятый лед ломается.

–Я знаю!

–Не жди! Оставь меня! Времени мало!

У молодой женщины даже не возникло мысли подчиниться приказу своего спасителя. Не раздумывая больше, и, забыв о своей Силе, скорее всего не способной ей помочь, она протянула майору Назарову тонкую руку.

–Хватайтесь, майор! Не тратьте время на глупые разговоры!

Возможно, в темноте ей показалось, но майор Назаров посмотрел на нее каким-то странным, совсем незнакомым ей взглядом. И все же, он схватил протянутую ему руку, едва не затащив молодую женщину в ледяную яму.

Катя же совершенно не думала о себе. Она сосредоточила все свои силы, именно настоящие физические силы, а не способности браслета, и, с огромным трудом, вытащила майора Назарова из проруби. Вместе они упали на более толстый слой льда. Катя задыхалась: ее легкие словно разрывало на части, и не сразу ей удалось перевести дыхание и вспомнить о своем спутнике, которому наверняка требовалась помощь. Много позже, вспоминая те мгновенья, она не могла понять, каким образом ей удалось вытащить майора из проруби, ведь он был намного больше и тяжелее ее! Но сейчас у нее не было времени заниматься подобными глупыми размышлениями. Немного придя в себя, она подползла к мужчине, дышавшему, казалось, с огромным трудом.

–Майор, откройте глаза! Вам нельзя спать!

И поскольку ее спутник не реагировал на ее слова, Катя, снова вспомнив о своих способностях, взяла его за руку, передавая ему тепло, необходимое для сохранения жизни. Вскоре Николай открыл глаза, посмотрев на Катю с благодарностью, заставившей ее смутиться.

–А ты ничего, детка! Даже без талисмана справилась!

Катя улыбнулась в ответ на его ухмылку.

–Теперь мы квиты, майор?

Николай усмехнулся.

–Да уж. Око за око, не так ли?

Помолчав, он добавил:

–Пожалуй, полковник Муравьев даже не представляет, какую невероятную женщину он полюбил! Ты же могла бы бросить меня, и уже была бы на пути к спасению. Я для тебя ничего не значу.

Катя покачала головой.

–Упуская тот факт, что вы дважды меня спасли, я считаю, что было бы ужасной неблагодарностью бросить вас умирать! Вы бы поступили также, разве не так?

–Конечно! А теперь, хватит болтать!

–Да вы правы……О черт!

Пока Катя занималась спасением майора, она совсем забыла о необходимости сохранять вокруг них защитный импульс. По доносившимся с берега крикам, она поняла –их заметили, и теперь более дюжины солдат спешили к беглецам, явно намереваясь схватить их живыми, а другая часть сосредоточилась на берегу, приготовив оружие, которое собирались использовать в случае сопротивления.

–Проклятье! Ладно, майор, пришла пора повеселиться. Нам надо только добежать до берега!

Взявшись за руки, они без труда преодолели оставшееся до берега небольшое расстояние. У них была значительная фора перед противником, чем не преминула воспользоваться Хранительница Судьбы. Остановившись на берегу, она, сосредоточившись, послала мощный импульс, и фонтан снега, и река, словно очнувшись от ледяного сна, охватила солдат, не успевших ничего понять и исчезнувших в черной глубине навсегда.

Катя не желала становиться убийцей, однако случившееся убийством не считала. У нее не было времени задумываться над своим поступком: в любом случае она не могла позволить противнику настигнуть их в тот момент, когда заветная цель уже так близка! Поэтому, даже не оглядываясь назад на устроенный ею снежный переполох, она вместе со своим спутником, переставшим чему-либо удивляться, без труда преодолела последнее расстояние, отделяющее их от тайного выхода из Южного рубежа…………

Глава 4.

Уже довольно долгое время Катя и ее спутник взбирались на вершину высокого холма, покрытого деревьями, расположенного сразу же за пределами Южного рубежа. Отголоски сражения слышались здесь более четко, однако даже не искушенная в таких делах Хранительница понимала – сквозь шум, звуки перестрелок все явственнее доносились радостные крики, свидетельствующие о чье-то победе. И поскольку Катя знала об отступлении американской армии, то догадывалась, что именно русские солдаты и их союзники кричат от радости, повергнув противника в бегство. Ох, если бы они знали, какой бедой может все обернуться!

Катя то и дело торопила майора Назарова, хотя чувствовала себя на пределе своих физических возможностей, тем, более не считая необходимым применять Силу. Да, она очень устала, но мысль о том, что скоро она увидит своего возлюбленного подстегивала ее сильнее, чем если бы за ней гналась вся американская армия. Увидеть его! Увидеть его, заглянув в его глаза. А дальше, пусть весь мир рухнет, ей все безразлично!

Пока она думала о том, кого так жаждала увидеть, беглецы миновали спасительное укрытие холма, оказавшись в самой гуще последних схваток. Вокруг них свистели пули, раздавались радостные крики, и Катя на несколько мгновений ощутила странную нереальность происходящего. В ее уши словно залилась вода, и она едва ли слышала майора Назарова, что-то ей кричащего, очевидно призывающего ее действовать с большей осторожностью.

Так они пробирались сквозь неистовство отступающих боев, укрывая друг друга от летевших в их сторону многочисленных пуль, не зная точно, где находятся свои, а, где враги. Их словно охватило всеобщее безумие, в котором смешались крики, грохот снарядов, запах крови и пороха и снежные искры, летевшие в лицо. Кошмар продолжался мучительно долго, и неизвестно, сколько бы они брели сквозь этот ад подобно слепым котятам, если бы майор Назаров не наткнулся на двух солдат, стрелявших в противника за укрытием небольшого холма. Здесь огненный дождь казался менее сильным, и у них появилась возможность перевести дыхание.

–Солдат, что происходит? Кто выигрывает?

Один из солдат, очевидно узнав майора, отдал честь, и, улыбаясь во весь рот, отрапортовал.

–Так ведь ясное дело –мы, товарищ майор! Вы что, с луны свалились?

–Не с луны, а с гораздо менее приятного места……Говоришь, выигрываем?

–Янки отступают! Причем наши потери минимальны! И ведь все благодаря нашим командирам! Сейчас мы просто добиваем тех, кто не успел скрыться. Скоро мы будим в Южном рубеже!

Слова солдата подействовали на пытающуюся перевести дыхание молодую женщину подобно удару хлыста. Нельзя терять время!

–Где полковник Муравьев? И остальные командиры? – спросила она у солдата, не заботясь о вежливости.

При виде растрепанной женщины, глаза бойца округлились от удивления.

–Отвечай, боец! – вмешался майор. – У нас очень важное донесение!

Солдат с интересом посмотрел на неожиданных пришельцев, но, заметив приказ в обращенном на него взгляде майора Назарова, ответил:

–Они все на укреплении. Отсюда примерно несколько минут ходьбы!

Катя уже никого не слышала и не видела, бросившись прочь из укрытия, не обращая внимания на крики майора Назарова, призывающего ее к осторожности. Он был здесь, совсем рядом! Только это имело значение! Она понеслась в сторону, указанную солдатом, словно у нее за плечами выросли крылья, не замечая сыпавшегося со всех сторон огненного града……….

Несколько казавшихся бесконечными мгновений Катя мчалась по широкой равнине под непрекращающимся обстрелом, пока вдалеке не увидела большой холм, о котором говорил солдат.

«Он там! Он совсем близко!» – подсказало ей сердце, готовое вырваться из груди не только от быстрого бега, но и от переполнявших ее чувств. Она забыла обо всем, в том числе и своей Силе. Она думала лишь о нем, стремилась к нему одному, только сейчас осознавая, как сильно она истосковалась по нему……

Наверное, если бы она могла лететь, она непременно это сделала бы. И вдруг все оборвалось, и не сразу молодой женщине удалось осознать, по какой причине. Внезапно она ощутила острую боль, пронзившую плечо, и лишь тогда Катя поняла, что одна из пуль все-таки настигла ее. Боль становилась все сильнее; алая кровь мгновенно залила белую рубашку. Катя, слишком ошеломленная, чтобы что-то предпринять, изумленно остановилась на том месте, где в нее попала пуля. Неизвестно, сколько бы она так простояла, пытаясь собраться с мыслями и восстановить расплывающуюся перед глазами реальность. Она ничего не понимала в ранах, поэтому не могла сказать, насколько серьезно могло оказаться ранение. Создавалось впечатление, словно в ее плечо вонзили горящее железо. И все же она не должна останавливаться. Ей необходимо двигаться дальше, чего бы ей это не стоило!

Приняв решение, она уже снова собралась продолжить путь, несмотря на царившее вокруг безумие, острую боль и туман, постепенно начавший застилать ее сознание, если бы чьи-то сильные руки вовремя не подхватили ее.

Узнав поддержавшего ее мужчину, Катя через силу ему улыбнулась:

–Видимо, майор, так уж суждено, что вы постоянно будете меня спасать!

Майор Назаров, судя по всему намеревался отчитать молодую женщину за ее безрассудство, но время для этого оказалось не самое подходящее, и он лишь махнул рукой на ее выходки, понимая, никто и ничто не в силах изменить происходящего. Если в дело вмешалась любовь, Катя готова пойти на все! Поэтому, осторожно взяв ее на руки, он принялся пробивать себе путь, молясь небесам, чтобы они позволили ему поскорее добраться до укрепления командиров, до которого беглецам осталось пройти совсем немного…….

Полковник Муравьев горячо обсуждал с остальными офицерами дальнейшие планы. Сражение было выиграно, причем с минимальными потерями, и вскоре им предстояло войти в Южный рубеж. Первая серьезная битва после стольких лет бесконечных ожиданий свидетельствовала об их бесспорной победе, но полковник, обладавший военным опытом и отличной интуицией, чувствовал – здесь что-то не так. Словно он и его товарищи упускали нечто очень важное, и он пока не мог понять, что именно.

И все же он не ощущал той эйфории, которую бы наверняка почувствовал от подобного результата военных баталий всего несколько дней назад. Он не мог до конца разделить триумфа своих товарищей и солдат, опьяненных успехом, поскольку он как будто раздвоился: одна часть его сознания пребывала на поле битвы, другая же мучилась в бесконечной тревоге, ведь от майора Назарова до сих пор не было никаких известий, и он не знал, что случилось с невозможной девчонкой, похитившей его сердце, и снова исчезнувшей из его жизни.

Поэтому сейчас во время совещания, когда от него не требовались все его усилия для командования сражением, он, наконец-то позволил себе погрузиться в воспоминания о прошедшей ночи, казалось случившейся несколько столетий назад. В своем отношении к ней он уже не сомневался. Он перешел ту возрастную черту, когда мог быть честен с самим собой и понимал, что Катя окончательно похитила его сердце. Но те чувства, которые он испытал, не обнаружив возлюбленную после своего возвращения, не поддавались никакому описанию. Поначалу его охватила дикая необузданная ярость непривычная и несвойственная ему, поскольку полковник всегда отличался сдержанностью, спокойствием и уверенностью в себе. Ярость и гнев сменились тревогой, а тревога – мучительным беспокойством, раздирающим его на части. Окружающие его люди и солдаты не узнавали его, и лишь майору Назарову была известна истинная причина состояния полковника. Однако, он ничего не мог поделать. Пришел приказ, и сражение началось слишком быстро. Полковник, всегда верный чувству долга, не пожелал поступиться им и на этот раз, ведь от его решений, его приказов и его поведения зависела жизнь очень многих людей. Потому он, в суматохе, предшествующей сражению, велел майору Назарову отправиться на поиски его возлюбленной. Отсутствие майора было не слишком заметно, к тому же полковник сообщил остальным командирам, что майор выполняет некую тайную миссию, о которой сам полковник не может никому говорить.

С тяжелым сердцем полковник вступил в бой, и только полная и окончательная победа российской армии излечила его боль, снова давшую о себе знать после завершения сражения. Снова и снова он возвращался мыслями к той, кому он прошлой ночью клялся в любви. Она оставила его с такой легкостью, словно не было страстных ласк и признаний. Или же она попала в беду? По крайней мере, если судьба сжалиться над ним и позволит вновь ее увидеть, он найдет, что ей сказать………

Внезапно, повинуясь инстинкту, не поддающемуся никакому объяснению, Никита обернулся, отвернувшись от совещающихся командиров. Открывшаяся ему картина едва не лишила его из привычного самообладания – из снежной пелены возник мужчина, несший кого-то на руках. Когда мужчина подошел ближе, Никита сразу узнал майора Назарова, несмотря на то, что его лицо было покрыто кровью и порохом. А потом, опустив глаза, он увидел ее, и внутри у него словно оборвалась невидимая струна.

Катя лежала на руках майора, в бессознательном состоянии: ее голова была прижата к плечу мужчины, а длинные черные волосы рассыпались по рукам, свисая, подобно укрывшему ее савану. Белая рубашка молодой женщины была не просто залита, она словно пропиталась кровью. Тонкая белая рука со сверкающим золотистым браслетом безвольно болталась в воздухе…….

При виде возлюбленной в столь ужасном состоянии, полковник Муравьев мгновенно позабыл накопившуюся в нем обиду и готовые сорваться с губ гневные слова. Мысль о том, что он может ее потерять, потрясла его до глубины души, еще раз дав ему понять, как сильно он влюбился в эту девочку. Тысяча невероятных чувств и эмоций охватили его, и только благодаря накопившейся за многие годы военной выдержке, он приказал себе не терять голову, хотя был близок к тому, чтобы поддаться безумию и натворить глупости.

Майор уже подошел к полковнику, с трудом держась на ногах. Он избегал встречаться взглядом с Никитой, ведь он не смог уберечь Катю, хотя полковник его об этом настоятельно просил, не говоря уже о его просьбе отвезти девушку в безопасное место, подальше от опасностей сражения. Пытаясь оправдаться в глазах командира, майор начал было объяснять, почему он нарушил приказ:

–Никита, я........

Но внезапно, услышав имя возлюбленного и ощутив его близость каждой клеточкой своего существа, Катя, огромным усилием воли, открыла слипающиеся веки.

–Не ругай майора, Никита. Я во всем виновата! Я не хотела идти туда, где не будет тебя. Я…….

Никита перехватил молодую женщину у своего друга, и теперь она таяла от счастья, оказавшись в его объятиях, ощущая исходившую от него силу, забыв о режущей боли в плече. Несколько мгновений она боялась встретиться с ним взглядом, но вскоре, подумав о том, что, возможно у нее осталось и не так много времени, решилась взглянуть в его глаза. И внезапно мир перестал существовать. Для нее в окружающей реальности остался он один – ее возлюбленный, ее мужчина, единственный, кто имел значение. Все остальное казалось не важным: недавнее насилие майора Самойлова, ее вновь обретенная сила, проделанный путь, разыгравшееся сражение и радостные крики, свидетельствующие о победе армии. Все исчезло, они словно остались одни во всей вселенной, а в его глазах она увидела столько любви, что поняла – ради этого мгновения стоило жить и пройти предназначенные ей испытания. Ради одного его взгляда она согласна даже на смерть!

Позже, вспоминая чудесные мгновения необыкновенной встречи, Катя так и не могла с точностью сказать, сколько времени прошло, пока они, забыв обо всем на свете, смотрели друг на друга, слишком потрясенные, чтобы произнести хотя бы слово. Такие же потрясающие ощущения она испытала, когда вчера в лагере впервые встретилась с ним взглядом, но охватившие ее сейчас чувства оказались глубже и острее, словно пережитая разлука показала всю силу и глубину ее любви….

Возможно, они бы еще долго простояли так, не думая о времени и об окружающей их обстановке, не слишком подходящей для любовных нежностей. Их идиллию прервал один из офицеров; мужчины, давно забыв о прерванном совещании, с интересом наблюдали за своим товарищем. И поскольку полковник Муравьев был не в состоянии размышлять здраво, а принесший Катю майор Назаров еле держался на ногах от усталости, один из командиров, которого звали Сергей Тихомиров, решил вмешаться.

Он по-дружески опустил руку на плечо полковника Муравьева, вздрогнувшего от прикосновения, но моментально пришедшего в себя, словно полковник Тихомиров развеял некие колдовские чары.

–Никита, твоей девушке, как я вижу, требуется помощь. Она же ранена, черт возьми!

Никита постарался стряхнуть охватившее его оцепенение, пытаясь рассуждать здраво, чувствуя себя неловко под взглядами боевых товарищей.

–Послушай, займись-ка своей красавицей! Битва окончена. Солдаты ставят наши домики и большая часть бойцов уже в укрытии: кто-то залечивает раны, а кто-то отмечает победу. Думаю, твоя помощь нам уже не пригодиться. В любом случае, сегодня нам не стоит соваться в Южный рубеж!

Находившаяся в состоянии полудремы Катя, уютно устроившаяся в могучих объятиях возлюбленного, уже немного привыкнув к боли, раздирающей ее руку огненными клешнями, невольно встрепенулась. Как же она могла забыть! Господи, она едва не погубила все дело. Но что она могла поделать, если, едва увидев Никиту, потеряла голову от охватившего ее счастья!

–Никита, товарищ Тихомиров…....Прошу, выслушайте меня. Южный рубеж. Армия не в коем случае не должна туда входить. Эта ловушка. Битва подстроена. Американцы заранее приготовились к поражению. Их цель заключалась в том, чтобы заманить армию в ловушку, а, главное – уничтожить командиров. Я знаю. И майор Назаров может подтвердить мои слова. У меня есть доказательство!

Стараясь действовать здоровой рукой, Катя достала из кармана мини-флэшку с данными, которые она нашла в компьютере полковника Крейга.

На лицах пяти командиров, таких разных отразились одинаковые чувства: недоверие и удивление. Катя догадывалась, что реакция на ее слова окажется именно такой, поэтому только сейчас осознала, насколько правильно она действовала. Но признание далось ей с трудом, подточив и без того убывающие силы. Тяжело дыша, она положила голову на плечо Никите, слыша остальной разговор так, как бывает слышишь звуки, нырнув глубоко под воду.

–Это правда! Я видел все своими глазами! – вмешался майор Назаров, заметив, что молодая женщина близка к обмороку.

Молчание, последовавшее за признанием майора, длилось не долго. Ситуацию вновь принялся разрешать полковник Тихомиров, очевидно сохранивший наибольшую способность рассуждать здраво по сравнению с другими командирами. Среди них всегда царило братство и равенство, ведь они боролись за одно дело, но в подобных случаях, кому-то всегда приходилось принимать ответственность на себя. Обычно таким лидером выступал полковник Муравьев, но Никита, слишком потрясенный случившимся, опасающийся за жизнь своей возлюбленной, был не способен принимать важные решения. Поэтому полковник Тихомиров осторожно вмешался, обращаясь прежде всего к полковнику Муравьеву.

–Никита, мы всем выясним, насчет Южного рубежа. Майор Назаров нам все подробно расскажет.

Майор молча кивнул.

–Ты же иди, займись своей раненой возлюбленной, пока вся кровь не вышла из ее тела. Мы свяжемся с тобой, если понадобиться. В любом случае я думаю, до утра мы ничего предпринимать не станем, быть может только, пошлем разведку.

Никита, молча поблагодарив полковника Тихомирова взглядом, покинул место, откуда несколько бесконечных часов командовал сражением. Полковник Тихомиров оказался прав – солдаты установили домики для себя и своих командиров, и теперь лагерь зажил обычной жизнью, прерываемой лишь то и дело раздающимися криками «Ура!», ведь солдаты сегодня имели полное право праздновать победу. Полковник Муравьев уже не думал о битве, исход которой казался таким важным совсем недавно. Он размышлял о молодой женщине, покоившейся на его руках, с ужасом думая о том, что, очевидно, ему придется делать все необходимое, поскольку имеющийся в лагере доктор занимался ранеными солдатами. Нет, он имел неплохую врачебную практику, но одно дело лечить незнакомых тебе людей, а совсем иное – девушку, ставшую частью его жизни. И все же у него не было выбора! Ему предстояло нелегкое дело, и, пожалуй, сразиться с сотней янки оказалось бы предпочтительнее ожидающих его часов.

Вскоре добравшись до домика, к которому за время войны уже привык, радуясь в тайне новому изобретению, дающему возможность и командирам, и солдатам во время походов жить почти нормальной жизнью со всеми удобствами. Американцы бы много отдали за технологию создания таких военных жилищ, но возможности нашей страны, после атомного удара, как ни странно, ушли далеко вперед.

Никита, войдя в дом, осторожно положил молодую женщину на кровать, на которой прошлой ночью они предавались страстным ласкам. Стараясь отогнать от себя посторонние мысли, он сосредоточился на деле: нашел аптечку, и, удостоверившись, что в ней имеется все необходимое для предстоящей ему операции, попытался сосредоточиться на дальнейших действиях. Скинув грязную одежду, он набросил чистую рубаху, решив, что после примет душ, и, тщательно промыв руки, запачканные порохом и кровью возлюбленной, направился к кровати, где лежало бесчувственное тело.

Вздохнув, он решил для начала разодрать пропитавшуюся кровью рубашку. Под рубашкой ничего не было, и, стараясь не смотреть на обнаженную грудь девушки, полковник осторожно отмыл тело от начавшей запекаться крови. Осмотрев раненое плечо возлюбленной, он тяжело вздохнул. Рана оказалась не серьезной, и все выглядело бы не так плохо, если бы пуля не застряла в плече. Ее необходимо вытащить, иначе может начаться заражение, гораздо более опасное, чем само ранение.

Никита тяжело вздохнул. Господи, если бы только речь шла о ком угодно, он бы уже давно вытащил пулю! Как же трудно сосредоточиться на предстоящей операции после долгих часов бесконечного боя и волнения за судьбу Кати, едва не доведшего его до безумия. И все же, не стоит терять время.

На несколько мгновений покинув возлюбленную, Никита подошел к шкафу, достав оттуда бутылку с отвратительным пойлом, по цвету напоминавшем коньяк или виски. Впрочем, он и солдаты давно привыкли ко вкусу этого напитка, поскольку никаких других вариантов в армии просто не было! Сделав большой глоток и даже не поморщившись от горького привкуса, полковник Муравьев вернулся к кровати. Нагрев щипцы до необходимой температуры, он, стараясь придать дрожащим рукам твердость, попытался поднести их к ране, но внезапно холодные пальцы молодой женщины сомкнулись на его руке.

–Все так плохо? – прекрасные глаза смотрели на полковника, а голос показался ему хриплым и безжизненным. Ее состояние объяснялось потерей крови, и, вполне возможно, усталостью, ведь за последние сутки она даже не сомкнула глаз. Она казалась ему сейчас такой нежной, хрупкой и беззащитной, что его рука, сжимающая инструмент, невольно опустилась.

–Вовсе на так уж плохо! – ответил он, пытаясь прийти в себя от неожиданности. – Пуля застряла в плече. Рана не серьезная, но ты потеряла много крови. Прости, я должен достать пулю!

Через силу она попыталась улыбнуться.

–Я бы доверила тебе свою жизнь! Делай, что считаешь нужным. Я выдержу, не переживай.

Внезапно ее лицо исказила гримаса боли. Никита ошибочно подумал, будто боль вызвана ее раной, однако в тот момент Катя ощутила острую потребность поведать ему обо всем, что случилось с ней в лагере майора Самойлова. Иначе она просто не сможет смотреть ему в глаза! Пусть он узнает, а там, будь что будет!

–Никита я должна сказать тебе нечто важное! Прошу, выслушай меня, прежде чем начать……операцию….

–Я слушаю, моя родная!

С трудом подбирая слова, Катя поведала возлюбленному об отвратительном насилии майора Самойлова, желая оказаться в любом другом месте вселенной, только не с ним. Но она должна была это сделать! Так подсказало ей некое чувство, интуиция, которая помогла ей достать требующуюся ей информацию в Южном рубеже. Та же интуиция подсказывала ей – нельзя ничего говорить ему о своей Силе, по крайне мере до определенного периода. Ее Сила должна остаться ее тайной, и с этим она ничего не могла поделать. Зато, облегчив свое сердце и избавившись от сомнений, Катя почувствовала себя намного лучше, хотя избегала смотреть в глаза полковника, боясь увидеть в них ненависть, или, того хуже, презрение.

После ее рассказа воцарилось молчание, ставшее вскоре невыносимым. Первой не выдержала молодая женщина. Все еще опасаясь смотреть на любимого, она спросила срывающимся от волнения голосом, не имеющим ничего общего с ее раной:

–Ты теперь презираешь меня? Если ты меня прогонишь, я уйду, но знай, в таком случае моя жизнь перестанет иметь для меня всякое значение. Я…….

Никита осторожно приложил палец к бледным губам своей возлюбленной. Оказавшись с ним лицом к лицу, она уже не могла избежать этого, невольно взглянув в глаза полковника. Ее едва не затрясло от облегчения, ведь в его взгляде она увидела ту же любовь, что и прежде.

–Катя, еще несколько слов, и я начну думать, что у тебя начался бред. Конечно, ты рассказала мне чудовищные вещи, но разве ты хотела того, что произошло?

–Я бы лучше убила себя…….

Его пальцы принялись нежно гладить ее лицо.

– А теперь, запомни на всю жизнь, моя невозможная любовь. Ты здесь, ты со мной, и ты не представляешь, как я благодарен за это судьбе. Пока тебя не было рядом, я едва не лишился рассудка. Поэтому все твои сомнения и тревоги лишены всякого смысла! А что касается майора Самойлова…….

При упоминании майора, красивые черты лица полковника исказила ярость.

–Что касается майора, лучше ему не встречаться у меня на пути!

Катя невольно подумала о том, что к майору Самойлову у нее имеются свои счеты и она намеревается их свести с ним без участия своего возлюбленного. Впрочем, разговор с Никитой отнял у нее много сил, и она устало откинулась на подушки, решив отложить возможные объяснения на более позднее время.

–Делай то, что нужно, любимый! – произнесла она хриплым голосом. – Поверь, я выдержу все!

Полковник Муравьев понял, нельзя терять ни мгновенья, и, не думая более ни о чем, кроме предстоящей операции, вонзил острые клещи в тело своей возлюбленной, которая в ответ лишь слабо застонала, погрузившись в милосердное беспамятство…….

Чувствуя себя безмерно усталым и невероятно опустошенным, полковник Муравьев вышел на крыльцо, нисколько не удивившись при виде ожидающего его на порожках майора Назарова. Никита опустился на холодные ступени рядом со своим боевым товарищем, с благодарностью приняв из его рук флягу с отвратительной жидкостью, служивший им в качестве спиртного. Поскольку полковник Муравьев, потрясенный и опустошенный последними событиями, сидел молча, уставившись в пространство, первым решил нарушить молчание майор Назаров, снедаемый любопытством и беспокойством.

–Как все прошло? – осторожно спросил майор, нарушая затянувшееся молчание, прерываемое лишь слабыми криками запоздалых гуляк, все еще продолжающих отмечать долгожданную победу.

Вместо ответа Никита открыл сжатую ладонь, на которой в свете освещающих лагерь прожекторов сверкнула пуля, которую он достаточно легко извлек из тела своей возлюбленной. Однако его рука тряслась от пережитого им нервного напряжения, и полковнику с трудом давалось каждое слово.

–Никогда бы не подумал, что будет так не просто! – сказал он, высказав одним предложением обуревающие его чувства.

– А Катя? – осторожно спросил майор Назаров.

–Уснула! Видит бог, ей пришлось пережить немало за прошедшие сутки! Не всякий мужчина выдержал бы такое…….

Майор промолчал, в то время, как полковник осторожно продолжил.

– Так что же все-таки произошло? Расскажи мне все, Николай.

От пристального взгляда Никиты, майору Назарову сделалось немного не по себе. Но у него было время продумать свой рассказ, упуская моменты, касающиеся необыкновенных способностей возлюбленной его друга. Об этом она должна поведать ему сама. Хотя, по мнению майора, чем меньше будет знать Никита, тем лучше не только для их отношений, но и для его же собственной безопасности.

Осторожно, и все же с твердой уверенностью в голосе, майор Назаров рассказал полковнику Муравьеву обо всех событиях, которые им пришлось пережить с Катей, упуская моменты, способные вызвать у Никиты серьезные подозрения.

Закончив свое повествование о невероятных приключениях, майор замолчал, ожидая реакции полковника Муравьева на его рассказ. Никита тоже долгое время сохранял молчание, пока не произнес слова, немало удивившие майора:

–А ты, Николай? Сдается мне, ты ей восхищаешься? Или в твоих чувствах есть что-то еще?

Майор с трудом удержался от улыбки, понимая, насколько серьезным был вопрос его боевого товарища. Ведь слова майора, весь его рассказ был пронизан невольным восхищением мужеству и отваге молодой женщины, не остановившейся перед опасностью ради помощи своему возлюбленному. В рассказе майора Катя выглядела настоящей героиней, но майор не стал говорить полковнику, к каким средствам и способам прибегала она для достижения своих целей. Пусть Никита по-прежнему видит в ней невинную жертву, нуждающуюся в защите. Так будет лучше для укрепления их отношений. А что будет дальше, покажет лишь судьба, сейчас неведомая никому.

–Никита, не говори ерунды! Она выбрала тебя. В ее сердце есть только ты, и никто не в силах этого изменить……Что касается моих чувств к ней……Я считаю ее своей младшей сестрой. Или дочерью, которой у меня никогда не было и не могло быть.

–Вот, значит, как! А еще недавно ты считал ее едва ли не шпионкой? – то ли в шутку, то ли в серьез подначил друга Никита.

Майор усмехнулся.

–Первое впечатление обманчиво. Уж не знаю, кем она была в прошлом, и каким образом попала к нам! Одно я понял – вернее и преданнее женщины тебе не найти!

Разговор снова прервался. Оба очень устали за прошедшие дни, слишком богатые событиями, как ожидаемыми, так и самыми невероятными! Порой они понимали друг друга без слов, ведь достаточно долгое время они прослужили бок о бок не просто как войны или офицеры, а как настоящие друзья, а дружба, как и любовь редко встречалась в те страшные дни, поэтому тем, кто испытал подобные чувства, приходилось их ценить……..

Первым нарушил затянувшееся молчание майор Назаров, решив, что пора перестать хандрить и сидеть на морозе, ожидая неизвестно чего. Поэтому он, хлопнув Никиту по плечу, решительно заявил:

–Вот, что, Никит, иди-ка ты к своей раненой красавице! Не стоит терять время, отпущенного вам судьбой. Никто не знает, что нас ждет завтра!

Никита улыбнулся, в который раз подумав о том, как хорошо майор понимает его, и умеет разгадать его самые сокровенные мысли.

–Ты прав!

–Кстати, командиры тоже ушли отдыхать. В лагере расставили дозорных и послали шпионов в Южный рубеж. Так что думаю, несколько часов отдыха у тебя есть. Ты их сполна заслужил, дружище!

Попрощавшись таким образом с полковником Муравьевым, майор Назаров покинул друга, еще некоторое время простоявшего на крыльце. Морозный воздух зимней ночи после долгих часов затянувшегося сражения освежал, но вскоре полковник почувствовал отчаянную потребность снова увидеть Катю. Конечно, он должен был выяснить, как чувствует себя молодая женщина после операции и не начался ли у нее жар, но, будучи честным с самим собой, он понимал – дело не только в беспокойстве о состоянии ее здоровья. Потребность увидеть ее, ощутить тепло ее тела, услышать ее голос стала самой настоящей мучительной потребностью его организма. Эта девушка не просто покорила его сердце, она словно околдовала его, и его тянуло к ней так, что ничего подобного он не испытывал ни к одной женщине; да чего греха таить, даже к своей жене, покинувшей его столько лет назад.

Не в силах более противостоять этой потребности, полковник вернулся в дом, не забыв плотно закрыть за собой дверь. Убедившись, что, Катя спокойно спит, он принял душ, и только после этого вернулся к своей возлюбленной. Присев на край кровати, он собирался было осмотреть рану, но невольно замер, в который раз пораженный красотой молодой женщины, еще более преобразившейся за время его короткого отсутствия. Возможно, он просто сходит с ума, и все же сейчас Катя выглядела невероятно притягательно. Во сне черты прекрасного лица разгладились, бледные щеки снова покрылись легким румянцем, а нежные чувственные губы так и манили к поцелую. Роскошные черные волосы девушки блестящими локонами раскинулись на белых подушках, еще более подчеркивая белизну и гладкость ее кожи, словно светившейся в полутьме нежным мягким свечением.

Пораженный открывшейся ему картиной, полковник Муравьев забыл обо всем на свете, смутно догадываясь, что мог бы вечно созерцать открытую его взору божественную красоту, слишком великолепную, чтобы быть реальной. В глубине его сознания снова возник коварный вопрос: кто она и откуда пришла, но он не обратил внимания на свой внутренний голос. Даже, если она пришла ему на погибель, что же, он готов отдать жизнь ради ее прекрасных глаз, ради ее счастья и ее будущего…….

Не в силах сдержать искушения, Никита осторожно прикоснулся рукой к нежной щеке возлюбленной. Словно она только этого и ждала, Катя открыла глаза, едва не задохнувшись от счастья, увидев того, к кому даже во сне стремилась всем своим сердцем, каждой клеточкой своего существа. Она вложила в ответный взгляд все свои чувства, всю свою любовь, видя отсвет своих чувств в его глазах, моля небеса лишь о том, чтобы этот миг бесконечного счастья длился как можно дольше.

Он хотел спросить ее том, как она себя чувствует и не беспокоит ли ее раненое плечо, но вместо ненужных вопросов припал жадным поцелуем к ее губам, страстно ответивших на его ласку. Ее руки обвили его шею, притягивая к себе с неожиданной силой, и все вопросы вылетели у него из головы, в тот миг, когда их тела, истосковавшиеся друг по другу после разлуки снова и снова сливались в единое целое, отдаваясь неистовой обжигающей страсти.

Когда первые безудержные порывы немного утихли, влюбленные долгое время нежились в объятиях друг друга, ни о чем не разговаривая, просто наслаждаясь мгновениями чудесной близости. Первым пришел в себя Никита, вспомнив о состоянии возлюбленной и ее ране.

–Моя прекрасная, ты ведешь себя так, словно всего несколько часов назад ты не истекала кровью.

Он улыбнулся Кате той необыкновенной улыбкой, которую она уже успела полюбить и от которой ее сердце, замирая, вскоре начинало неистово биться, словно ему становилось тесно в ее груди.

–Знаешь, никогда не встречал столь страстной женщины! – он снова улыбнулся. – Только, пожалуй, мне стоит взглянуть на твою рану!

Катя улыбнулась лукавой улыбкой.

–Пожалуйста, господин доктор! Я вся в вашей власти!

Никита, стараясь не отвлекаться на притягательные прелести своей юной подруги, осторожно снял повязку, скрывающую рану на плече Кате, и…… не поверил своим глазам. На нежной белой коже, там, где еще несколько недель должна была находиться рана, которую следовало обрабатывать, остался лишь маленький розовый шрам. Этого просто не могло быть! Ведь даже после проведенной им достаточно умелой операции, потребовалось бы определенное время, чтобы рана подобным образом затянулась. И уж конечно же она не смогла бы приобрести такой вид всего за несколько часов, прошедших после операции. Или зрение его подводит, или твориться нечто, пока еще совсем не поддающееся логическому объяснению. Впервые он задал себе пугающий вопрос: что же скрывается в прошлом его возлюбленной, если ее тело обладает такой невероятной способностью к исцелению?

Никита посмотрел на Катю подозрительным взглядом, ставшим вдруг невероятно холодным и пугающим, заставившим ее сердце, еще недавно трепещущее от любви и желания, болезненно сжаться от дурных предчувствий.

–Что случилось? – спросила она хриплым от волнения голосом.

–Твоя рана……– голос Никиты тоже показался ей тусклым и каким-то безжизненным. – Она зажила. За несколько часов.

Чувствуя, как сердце замирает в груди, Катя рукой осторожно потрогала раненое плечо, и вскрикнула от изумления и неожиданности. Рана действительно зажила! От нее остался лишь маленький шрам! И хотя она ничего не понимала в медицине, то могла предположить с определенной точностью – подобные раны, пусть даже легкие, не заживают за несколько часов. И внезапно ее пронзила острая до боли догадка. Неужели это еще одна ее способность? Она уже успела забыть о своем необыкновенном даре и том, что являлась Хранительницей Судьбы! Господи, как же ей поступить? Она по-прежнему, повинуясь внутреннему голосу и некоей интуиции, не желала открывать возлюбленную ставшую ей известной тайну, хотя необходимость скрывать от него что-то вызывала в ней острое отвращение. И все же он отдалялся от нее. Чувствуя, как ее сердце разрывается на части, она видела, как он, встав с кровати, подошел к столику, на котором стояла бутылка коньяка, и, налив себе большой стакан, выпил его одним залпом. Его могучие плечи как-то странно поникли, и весь его облик свидетельствовал о крайней растерянности.

Катя не могла допустить, чтобы он отдалился от нее. Она не имела права говорить ему правды, и вместе с тем должна была действовать, иначе она потеряет его – она вдруг остро почувствовала нависшую над ними страшную угрозу.

Повинуясь внезапному инстинкту, она бросилась к Никите, и, не думая о своем достоинстве и прочей чепухе, бросилась к нему в объятия. В ее прекрасных глазах застыли слезы, впрочем, вполне искренние, ведь угроза потерять его вызвала в ней такой смертельный страх, что она почувствовала себя на грани нервного срыва.

–Прошу тебя, Никита! Я не знаю, как объяснить это! Но, скажи, разве это что-то меняет? Я ведь сама не понимаю, что со мной происходит! Ты не представляешь, как терзает меня провал в моем сознании……И все же, я не лгу тебе! Моя любовь к тебе настоящая! Пожалуй, это единственное настоящее чувство, которое я ощутила с момента моего странного пробуждения! Ты стал для меня всем, целым миром! Если ты меня оттолкнешь, прогонишь меня, клянусь, я не проживу более ни часа! Какие бы тайны не скрывало мое прошлое, знай одно, я никогда не отрекусь от тебя и нашей любви!

Чувствуя, как пламенная тирада отняла у нее все последние силы, она рухнула на холодный пол, и разрыдалась от отчаяния и бессилия, уткнувшись лицом в ладони, ставшие мокрыми от слез. Пусть он прогонит ее! Тогда она без сожаления покончит с собой, ведь кроме него в этом мире у нее никого нет! Если он покинет ее, ее сердце перестанет биться, и даже ее сверхъестественные способности перестанут иметь значение!

Внезапно она ощутила его сильные руки на своих плечах. Осторожно, но настойчиво, Никита поднял плачущую девушку с пола, ругая себя за проявленную грубость. Она просто свела его с ума, этим все объясняется! На несколько безумных мгновений странные непонятные подозрения буквально разъедали его изнутри, и все же он быстро от них избавился, когда осознал, как много он значит для нее, ведь ее слова были прямым отражением его собственных чувств! Разве имели значение происходящие с ней странности? Он же должен ей помочь, а не поступать как грубый бездушный тиран, которому есть дело только до собственных нужд и удовольствий. Он ведь любил ее до безумия, а, значит должен был ей помочь в поисках ответов на те бесконечные вопросы, которые терзали ее с самого пробуждения…….

Катя почувствовала его знакомые руки, прижимающие ее к себе, нежно гладившие ее плечи, все еще сотрясающиеся от рыданий. Она очень долго не могла остановиться – слишком много навалилось на нее за столь короткое время! Наслаждаясь теплом и нежностью его прикосновений, она боялась взглянуть в его глаза – вдруг он всего лишь утешает ее, а в его взгляде не осталось прежней любви, способной исцелить ее измученное сердце?

–Катя, посмотри на меня, родная!

Выдержав долгую паузу, Катя решилась поднять глаза, и сразу же поняла – недавний порыв был всего лишь мгновенной слабостью, потрясшей ее возлюбленного. В его взгляде она увидела прежнюю любовь, и едва не разрыдалась еще сильнее; в этот раз от огромного облегчения, словно с ее плеч свалился тяжелый груз, готовый раздавить ее.

–Прости меня, любимая! Я не должен был так поступать, но я был слишком потрясен. Клянусь тебе, больше этого не повториться. Я не отвернусь от тебя, кем бы ты ни была в прошлом и какие бы сюрпризы не приготовила нам судьба! Я люблю тебя моя невозможная девчонка, и мне наплевать, если выясниться, что ты исчадие ада, или даже сатана, спустившийся из преисподней всем на погибель! Ты моя! И никто и ничто не смогут этого изменить!

Он не дал ей ответить ни слова – его горячие губы накрыли ее губы в страстном неистовом поцелуе, а их слияние после разыгравшейся сцены стало еще более неистовым. Страсть соединила в единое целое их тела и их души, снова и снова бросая их в объятия друг друга, которыми они никак не могли насладиться……

Серый рассвет зимнего утра снова застал влюбленных, в объятиях друг друга. Катя дремала на плече возлюбленного, погрузившись в странное оцепенение. После безумной ночи бурных ласк ее тело все еще хранило отпечатки его прикосновений, она ощущала его ровное спокойное дыхание на своей щеке, с наслаждением вдыхала его запах. Разве можно было придумать более счастливого мгновения? О, если бы судьба оказалась в ее власти, она бы сделала все, чтобы провести остаток жизни так: просыпаясь в его объятиях после ночи любви, наполненной безумными ласками, страстными порывами и нежными признаниями. И хотя за прошедшую ночь ей не удалось поспать и нескольких часов, она едва ли когда-либо чувствовала себя более счастливой! А после всех пережитых ею приключений в его объятиях минувшей ночью она нашла покой и утешение, и никакая сила, кроме силы любви была над ней сейчас не властна!

–Ты почему не спишь? – оказывается Никита тоже не спал, и какое-то время наблюдал за своей возлюбленной.

Катя сладко потянулась.

–Казалось бы после недавних треволнений я действительно должна была проспать довольно долго! Но, знаешь, возможно, это безумие, и все же, сегодня мне открылась одна странная истина: когда ты рядом, спать мне совсем не хочется!

Катя не стала говорить возлюбленному о тайных страхах, преследующих ее еще со время минувшей ночью. Он бы наверняка не принял их всерьез, ведь самый главный ее страх заключался в том, чтобы проснуться в том мире, где ее счастье окажется лишь призрачной надеждой. Она сама не знала, откуда взялось столь странное предчувствие, и что могло послужить его причиной, и все же каждый раз в ночные часы он преследовал ее, не давая окончательно погрузиться в сон.

Никита, заметивший ее беспокойство, тяжело вздохнул.

–Родная моя, но сон необходим! Мне совсем не хочется становиться причиной твоей бессонницы!

Катя горячо запротестовала.

–Я совсем не хочу спать! – и это было правдой. За несколько часов сна, прошедших после операции и за время утренней дремы она выспалась, и чувствовала себя отдохнувшей и посвежевшей. Возможно, любовь вселяла в нее силы! Впрочем, она не хотела слишком задумываться над тем, что на данный момент вовсе не казалось ей таким уж важным.

–А чего же ты хочешь? – Никита заигрывал с ней, и она с легкостью приняла его шутливый тон, ответив все же достаточно серьезно и убедительно.

–Тебя!

Никита покачал головой.

–Какая же ты жадная и ненасытная девчонка!

Однако его слова расходились с делом: его губы уже потянулись на встречу ее губам, только этого и ожидающих. Несколько восхитительных минут они целовались, задыхаясь от страсти, как вдруг Катя вспомнила о других потребностях своего организма – ее желудок требовательно заурчал, напоминая ей о том, что она несколько дней питалась одними переживаниями и любовными ласками.

Заметил это и Никита.

Вспомнив, чем закончились ее недавние поиски еды, Катя смутилась, но тем не менее заявила возлюбленному:

–Знаешь, я уже начинаю думать, что в вашем будущем питаются воздухом! Нет, я, конечно, не против, но вот едва ли мой организм привыкнет к такой скудной пище!

Никита хлопнул себя по лбу.

– Господи, нет, конечно! Бедная моя девочка. Совсем заморил тебя голодом!

Никита встал, и Катя не удержалась, чтобы не восхититься казавшимся ей совершенным мускулистым телом возлюбленного, чувствуя, как от нахлынувших на нее чувств, сердцу становиться тесно в груди. В такие мгновения чудесного счастья ей не хотелось думать ни о прошлом, ни о будущем, ни даже о своей Силе, о которой она за минувшую ночь даже и не вспомнила!

Но все же естественные потребности давали о себе знать. Пока Никита взялся за приготовление завтрака, сославшись на то, что кулинарные таланты Кати ему неизвестны, поэтому рисковать завтраком пока не стоило, молодая женщина нежилась в душе под струями горячей воды, чувствуя, как расслабляется каждая клеточка ее тела, снова готового для ласк и поцелуев. Разве имело значение прошлое или будущее, когда он был рядом с ней, нежный, заботливый, любящий? Смутно она осознавала, что такое безмерное счастье не может продлиться долго, но в такие мгновения безмятежного покоя разве имела она право думать о чем-либо, кроме своей любви, затопившей ее с головой, ради которой она станет бороться с любыми силами!

Выйдя из душа, Катя подумала о том, в чем же она станет ходить одетой. Конечно, она могла бы спроецировать себе одежду с помощью силы, однако решила, что пока не стоит давать возлюбленному новые причины для подозрений, едва не лишивших ее заслуженного счастья, поэтому надела одну из его рубашек, доходивших ей почти до колен, и тем не менее позволяющей ей выглядеть невероятно соблазнительно.

Когда она вернулась на кухню, то почувствовала потрясающий аромат жареной яичницы, на который ее желудок откликнулся недовольным урчанием. Она подошла к хлопотавшему возле плиты Никите, страстно к нему прижавшись.

–Как вкусно пахнет! Не говори только, что помимо прочих своих талантов ты еще и прекрасно готовишь!

Выключив плиту, Никита повернулся к возлюбленной, и его глаза вспыхнули при виде ее менее чем откровенной одежды.

–Не знаю, иногда приходиться. Хотя, ты знаешь, я бы сейчас не прочь отведать другое блюдо….

Прежде чем Катя успела опомниться, она поняла, что предается жгучей первобытной страсти прямо на кухонном столе, и вскоре она забыла обо всем на свете, поглощаемая волнами немыслимого ни с чем не сравнимого наслаждения.

И, как ни странно, после бурной вспышки, она вскоре сидела с возлюбленным за тем же столом, жадно поглощая невероятно вкусный омлет с ветчиной и бутербродами, невольно думая о том, когда ей в последний раз удавалось так поесть!

Они поглощали завтрак, непринужденно болтая, пока в дверь домика кто-то настойчиво не постучался, нарушая семейную идиллию, по мнению Кати слишком прекрасную и потрясающую, чтобы быть настоящей!

В ответ на приглашение Никиты вошел майор Назаров, явно почуявший аппетитный аромат, витающий в воздухе.

–Майор, может сядешь, позавтракаешь с нами, – предложил Никита, – заодно расскажешь нам новости!

Майор, не заставив упрашивать себя несколько раз, выразив радость при виде Кати, светившейся здоровьем и счастьем, словно недавнего ранения и вовсе не бывало.

–Да, новостей, собственно, пока нет! Разведка еще не вернулась. Как ни странно, в лагере все тихо и спокойно. Офицеры продолжают обсуждать возможные варианты наступления на Южный рубеж.

–Им нужна моя помощь? – спросил Никита.

–Никто не говорил, но ты же знаешь, никто кроме тебя не может разработать блестящую стратегию….

–Ладно! Значит надо подкинуть им пару свежих идей!

Катя сразу поняла, что снова теряет его, и, хотя какая-то часть ее существа бунтовала против необходимости делить его с кем-то, другая говорила – иначе не будет. Ей предстояло смириться с тем, что ее возлюбленный ночью принадлежал ей, а днем его единственной подругой становилась война. И она непременно должна смириться с подобным положением дел, если не хочет потерять его! Что же, она смириться, только пусть ее полковник не ожидает от нее покорности во всем и спокойствия. Она может оказать ему помощь, да такую, о какой он даже не подозревает! По крайней мере она так думала, когда Никита, уже одевшийся в свою форму, не поцеловал ее на прощание, и не произнес:

–Милая, мне надо идти. Но я очень надеюсь, что сегодня застану тебя дома, поскольку недавнего приключения мне хватило надолго!

Заметив реакцию Кати на его слова, полковник поспешил их загладить страстным поцелуем, не забыв сказать на прощание:

–Пожалуйста, малышка, постарайся быть осторожной и не наделать глупостей!

Катя кивнула, опустив глаза, однако, когда дверь за Никитой и майором Назаровым закрылась, она почувствовала себя запертой, словно птица в клетке. Некоторое время она бесцельно бродила по дому, пока не поняла: все больше она не выдержит сидения взаперти, ее деятельная натура требовала хотя бы каких-нибудь действий. Поэтому она, немного подумав, надела при помощи небольшого импульса Силы, костюм, более подходящий для прогулки, состоящий из черных обтягивающих штанов, белой блузки и достаточно откровенной черной кожаной куртки, решила просто прогуляться по лагерю и подышать свежим воздухом. К сожалению, она не смогла посмотреть на себя в зеркало, но некое чувство подсказывало ей, что выглядит она ослепительно; разве могла иначе выглядеть красивая молодая женщина, каждая клеточка которой была наполнена любовью, дышала молодостью и красотой, а незримая, но ощущаемая ею Сила бурлила в ней, готовая вырваться наружу при любой подходящей возможности!

Выйдя из домика, молодая женщина некоторое время шла по дороге, по бокам которой расположились уже знакомые ей небольшие дома, служившие местом отдыха для солдат и офицеров. Она постепенно начала привыкать к странностям окружающего ее мира, приспосабливаясь к новой жизни, ведь иначе она не сможет выжить! Наслаждаясь прозрачным морозным воздухом и тусклым светом зимнего солнца, едва пробивающегося через невидимую защиту, окружающую лагерь, Катя постепенно пришла к мысли о том, что для того, чтобы выжить в этом странном безумном мире, ей недостаточно обладать своей Силой или же покровительством своего возлюбленного. Конечно, два последних обстоятельства придавали ей уверенность, делали счастливой, но все же помимо всего прочего она должна обладать смелым и решительным характером. Разве иначе она сможет избежать опасностей? Судя по всему, у нее достаточно много врагов, не считая самого ее прошлого! Да, можно было жаловаться на судьбу, сыгравшую с ней столь коварную шутку, но почему ей следует жаловаться, если несмотря на все преподнесенные ей сюрпризы она чувствовала себя невероятно счастливой?

Размышляя подобным образом, молодая женщина, пройдя уже довольно большое расстояние, остановилась, услышав чьи-то голоса и смех. Вскоре, подойдя ближе, она увидела источник привлекшего ее внимание звука. На небольшой площади, расчищенной от снега, пять солдат, установив импровизированные мишени, упражнялись, используя для своего занятия длинные пистолеты и ножи. По очереди мужчины пытались попасть по мишени – большому белому кругу с красными точками, или же – по жестяным банкам по бокам этого круга. Если кому-то удавалось попасть в цель, то он заслуживал бурные аплодисменты, а если нет, то в качестве награды мог рассчитывать только на довольно издевательский смех. Трудность упражнения заключалась в том, что мишени находились от стреляющих на достаточно большом расстоянии: именно это обстоятельство затрудняло успех солдат.

Не зная точно, какие цели она преследует, но явно заинтригованная, молодая женщина осторожно начала приближаться к группе стреляющих. Один из мужчин, неожиданно обернувшийся, и, заметивший ее, толкнул своего товарища, и вот уже вскоре остальные, среди которых выделялся высокий привлекательный брюнет, заметили приближающуюся к ним молодую женщину, невероятно прекрасную в ослепляющем свете зимнего солнца. Катя сама не могла себе сказать, зачем она ввязываться в очередную авантюру. Любая другая женщина, находясь в здравом уме, убежала бы подальше от солдат, которые наверняка несколько месяцев не видели женщин, а она, находя в опасности некое упоение, ринулась ей навстречу. К тому же, собственно, опасности они для нее никакой не представляли, ведь она, используя лишь небольшой импульс Силы, смогла узнать биографию каждого из них с той же легкостью, с какой накануне она проникла в сознание полковника Крейга. Она сумеет с ними справиться – стоит им проявить свои намерения, и она непременно использует Силу для своей защиты. Но некий внутренний голос подсказывал ей, что этого не потребуется. Солдаты всего лишь развлекались, так почему бы ей не присоединиться к ним? В конце концов, Сила, конечно, хорошо, и все же не помешает научиться искусству владения обычным оружием – мало ли, для каких целей понадобиться такой навык в будущем.

Мысли пронеслись в ее сознании за несколько мгновений, пока она стояла, ощущая на себе мужские взгляды, полные удивления и искреннего восхищения. Катя не могла представить, насколько приятно чувствовать себя в центре мужского внимания, пусть даже способного спровоцировать опасную ситуацию. Несмотря на охватившее ее возбуждение, она отчетливо владела ситуацией, просчитывая каждое возможное событие, что давалось ей довольно легко, так как мысли солдат она могла прочесть как открытую книгу.

–Что вам угодно, прекрасная госпожа? Уж, часом, не заблудились ли вы? – спросил черноволосый мужчина – как увидела Катя – младший лейтенант Сергей Иванов, чей откровенный взгляд нисколько ее не смущал, хотя, как ей показалось, именно такой реакции ожидали от нее солдаты – смущения, страха, или, даже бегства. Вместо этого молодая женщина улыбнулась лейтенанту улыбкой, от которой у собравшихся перехватило дыхание. Она вела себя несколько жестоко, но теперь, вступив на опасный путь, не желала отступать.

–Я просто услышала шум и решила посмотреть, чем вы здесь занимаетесь!

–Вот как?

–Сергей, эта же женщина полковника Муравьева! О ней весь лагерь говорит! – прошептал на ухо младшему лейтенанту один из солдат.

Сергей с интересом посмотрел на Катю.

–Вот, значит, как. А что вам понадобилось здесь?

Катя многозначительно посмотрела на оружие, чувствуя себя все увереннее и спокойнее.

–Предлагаю немного посоревноваться, товарищ младший лейтенант!

Пока лейтенант раздумывал, Катя незаметно выхватила нож, который он держал в руках. На остальные действия ей понадобилось всего несколько секунд: она взяла кинжал ловким уверенным движением, и, повинуясь все тому же странному голосу, словно побуждавшему ее к определенным действиям, закрыла глаза. Тогда случилось нечто совсем невероятное – у молодой женщины возникло странное чувства единства с холодным оружием смерти: ее рука, сжимающая кинжал, и сам клинок стали частью ее тела, ее сознания. Охватившее ее чувство первобытного восторга казалось пьянящим и ослепительным, и она, не раздумывая ни секунды, направила орудие прямо в цель, в которую ей удалось попасть с довольно большого расстояния, даже не открывая глаз.

Ее точный удар, равно как и ее внешний вид при его совершении: она могла лишь представлять, насколько восхитительно выглядела по странному блеску в глазах окружающих ее мужчин, переставших смотреть на нее снисходительно, явно поразили солдат. Некоторое время на поле воцарилось молчание, вскоре, впрочем, завершившееся бурными аплодисментами в адрес Кати, пришедшей в восторг от подобных знаков внимания.

–Где же вы научились так обращаться с оружием? – спросил Сергей. – Или же первый удар – всего лишь простое везение?

Катя с вызовом на него посмотрела.

–Предлагаете пари, товарищ младший лейтенант?

Сейчас она как никогда была уверена в своих способностях. Она знала – Сила поможет ей, но некое странное чувство, вызывающее смутное беспокойство, о котором она решила подумать после, подсказывало: возможно Сила совсем не повлияла на ее навыки владения оружием? Рано или поздно, она это выяснит, а сейчас ей хотелось ощутить все свои возможности и утереть нос заносчивому лейтенанту.

–Конечно!

–Я слушаю ваши условия!

–Вы попадете в цель десять раз с закрытыми глазами?

Катя ухмыльнулась.

–Любым оружием!

–Вот как?

–Что же, предлагаю так: десять бросков ножом и десять выстрелов из пистолета!

Катя презрительно пожала плечами.

–Идет! Что вы хотите за проигрыш?

–Поцелуй!

Солдаты одобрительно зашумели. На мгновение внутри молодой женщины зародилось сомнение, а вдруг она не справиться, или полковник Муравьев узнает о ее безобразном поведении? Но отступать было поздно! К тому же она не сомневалась в своей победе, ведь на ее стороне оружие, гораздо более опасное, чем то, какое ей предлагают испытать!

–Идет!

–Подожди, Сергей, а что будет, если проиграешь ты? – спросил один из солдат.

Младший лейтенант вопросительно посмотрел на Катю.

–Тогда вы мне подарите ваш фамильный кинжал, который я только что столь ловко запустила в цель.

–Откуда вы знаете, что кинжал – семейная реликвия.

Катя пожала плечами.

–Догадалась!

–Что же, тогда начнем! – хлопнул в ладоши младший лейтенант, и Катя приготовилась к долгой отчаянной битве, надеясь, на правоту своих предчувствий и Силу, горячим огнем разливающуюся по ее венам и готовую в любой момент прийти ей на помощь……

Полковник Муравьев и Николай Назаров неспеша возвращались из штаб-квартиры, где они, впрочем, так и не узнали ничего нового, кроме того, что посланная вчера разведка пока не дала никаких результатов. И хотя сведения, переданные Катей, выглядели вполне достоверными, офицеры не имели права принимать решения о вступлении в Южный рубеж, не имея окончательного подтверждения словам молодой женщины и майора Назарова. Поэтому в лагере воцарилась тишина, кажущаяся довольно странной после недавнего отчаянного сражения. Люди получили возможность залечить раны и восстановить силы, что было особенно необходимо перед предстоящей им достаточно сложной задачей.

Все эти проблемы беспокоили Никиту и Николая, однако полковник Муравьев в последнее время в большей степени думал о своей прекрасной возлюбленной, мечтая снова оказаться в ее страстных и нежных объятиях. Она словно околдовала его: таинственная и прекрасная, она вместе с тем выглядела такой юной и беззащитной. Его тянуло к ней, как к магниту, и когда ее не было рядом, у него создавалось странное и пугающее чувство, что он снова может потерять ее. Словом, как выразился бы Николай Назаров, догадывающийся о состоянии своего друга, Никита окончательно и бесповоротно влюбился в необыкновенную девчонку, появившуюся словно из ниоткуда, чтобы раз и навсегда похитить сердце сурового полковника.

Так, размышляя каждый о своем, друзья молча шли по лагерю по направлению к дому полковника, пока их внимание не привлек странный шум, доносившийся с поля, где солдаты упражнялись в стрельбе…….

Сквозь дым от выстрелов мужчины разглядели солдат, чему-то аплодировавших и чем-то очень увлеченных. Когда один из солдат немного отодвинулся в сторону, взору друзей предстала невероятная и неожиданная картина, поскольку в самом центре, окруженная солдатами стояла Катя, радостно улыбающаяся в ответ на обращенные к ней комплименты. Молодая женщина успешно, и невероятно изящно выполнила все задания, даже самые сложные, показав довольно поразительные способности владения оружием, чем заслужила невольное одобрение солдат, поначалу относившихся к ней с явным презрением. Она не просто стреляла, попадая в цель с любого расстояния и даже с закрытыми глазами. В момент стрельбы она словно преображалась, сливаясь с оружием в одно целое, являя взорам мужчин поистине потрясающее зрелище, представляющее собой сочетание редкой красоты, природного изящества и некоей мощной силы, невидимой солдатам, но странным образом проскальзывающей в хрупкой на первый взгляд девушке. И все же она вызвала их восхищение, на несколько мгновений превратившись в их боевого товарища. Их внимание, комплименты, шутки, на которые ей удавалось отвечать не менее дерзким юмором, опьянили Катю. Она поняла, насколько ей важно было знать, выглядит ли она действительно привлекательно, и интерес молодых мужчин подтверждал этот факт лучше любых слов. Они восхищались ее умением владеть оружием, равно как и острым умом, и привлекательностью. Наслаждаясь этим вниманием, она не представляла, насколько ослепительно выглядит сейчас – раскрасневшиеся от мороза щеки, еще более подчеркивающие матовую белизну чистейшей кожи, раскрывающиеся в улыбке чувственные губы, открывающие ряд жемчужно-белых зубов, и развевающиеся на ветру блестящие черные волосы делали ее похожей на богиню, не говоря уже о бурлившей внутри нее Силе, только подчеркивающей ее красоту, позволяющей ей стать более яркой и естественной.

Именно такое зрелище предстало взору полковника Муравьева и его спутника. Николай Назаров не успел остановить полковника, потрясенный яростью, овладевшей его другом, словно в него вселился злой дух. Тяжело вздохнув, Николай побежал следом за Никитой, дабы быть рядом, если полковник решит перестрелять всех поклонников своей женщины.

Полковник Муравьев никогда не чувствовал такой ярости и гнева, овладевшими каждой клеточкой его тела. Его глаза застлала красная пелена тумана, и только благодаря огромному усилию воли он немного овладел собой, когда оказался посреди сборища. Поскольку главным среди солдат был младший лейтенант Иванов, бросающий на Катю более чем не двусмысленные взгляды, полковник обратился прямо к нему, при этом до боли сжав костяшки пальцев, чтобы не врезать по смазливой физиономии лейтенанта.

–Товарищи бойцы, вам что, нечем заняться? – его голос звенел от ярости, что немало удивило солдат, знающих его как самого спокойного и уравновешенного из всех командиров.

–Да мы, вот, товарищ полковник, в стрельбе упражнялись…….

–Упражнения закончены! –рявкнул Никита. – Всем разойтись по казармам, и ждать приказа!

Поскольку солдаты начали в недоумении переглядываться, полковник не преминул добавить:

–Немедленно!

Не дожидаясь, пока солдаты разойдутся, Никита, бесцеремонно схватив Катю, впрочем, даже и не намеревающуюся сопротивляться, потащил ее подальше от солдат, успокоившись только когда они оказались одни на заднем дворе какой-то казармы, со всех сторон защищенных от любопытных глаз. Только тогда Никита прижал молодую женщину к стене, грозно нависнув над ней. На мгновение Катя испугалась – никогда еще она не видела своего возлюбленного в такой ярости, и не сразу ей удалось овладеть собой и направить ситуацию в свою пользу.

–Катя, ты что, сошла с ума? Что ты вытворяешь? Ты хоть понимаешь, что эти солдаты могли с тобой сделать? Они же много месяцев не видели женщин…....Какого черта ты вообще вышла из дома? Я же просил тебя, соблюдать осторожность! – на одном дыхании выпалил Никита, продолжая угрожающе нависать над прижатой к стене молодой женщиной.

–Они бы не осмелились причинить мне вред, ведь они знают, кто я такая! Что касается того, почему я вышла из дома…. – Катя посмотрела на возлюбленного таким взглядом, от которого ему стало явно не по себе. – Ты должен уяснить следующее: я не твоя личная рабыня, которой можно отдавать приказы, и которая будет покорно ждать, когда ты соизволишь уделить мне внимание! Я не собираюсь отчитываться в своих действиях не перед кем, даже перед тобой, как бы сильно я тебя не любила!

Ее слова подействовали на Никиту совсем не так, как она ожидала. Он прижал ее к холодной стене еще сильнее, однако теперь его ярость ослабла, и Катя с удивлением ощутила пробуждающуюся в нем страсть, отблеск которой мгновенно отразился в теле молодой женщины.

–Глупая своенравная девчонка! Я не считаю тебя рабыней, и конечно же не вправе тебе приказывать! Но Катя, я прошу тебя быть осторожной! Просто потому, что ты мне очень дорога, и я схожу с ума от мысли, что могу потерять тебя!

Он страстно прижал ее к себе, и Катя, чувствуя себя не способной более противиться охватившему ее дикому необузданному желанию, в ответ прижалась к нему всем телом, забыв обо всем на свете, стоило ей ощутить страстный поцелуй на своих губах. Она вовсе не была жестокой и не собиралась подвергать его такому испытанию, но ей казалось просто необходимым выяснить некоторые вещи, и понять, действительно ли она так красива. Ведь в поведении ее возлюбленного сквозило и другое чувство, помимо беспокойства, и этим чувством оказалась простая примитивная ревность, завершившаяся вспышкой бурной всепоглощающей страсти.

Его руки прижали ее к его могучему телу, почти разрывая легкую ткань ее белой блузки, обнажая нежные округлые груди. Его движения становились все более страстными, а его неистовство будило в ее теле страсть, уже изведанную ею ранее, но все равно казавшуюся новой и потрясающей. Еще несколько мгновений, и он бы овладел ею прямо здесь, впрочем, не встретив ни малейшего сопротивления со стороны своей стонавшей от желания партнерши…….

Однако чье-то настойчивое покашливание неуместно прервало жгучие ласки. Разозленный вмешательством полковник неохотно оторвался от Кати, яростно взглянув на стоявшего в стороне Николая Назарова, прятавшего глаза, и все же вынужденного прервать любовников.

–Прости, Никита, что прерываю, но дело очень важное!

Полковнику Муравьеву понадобилось несколько минут, чтобы овладеть собой, после чего он, приведя себя в порядок, официальным голосом спросил, словно недавно не сгорал от страсти:

–Что случилось?!

Показав глазами на Катю, майор пожал плечами. Никита отошел от возлюбленной, бросив на нее полный сожаления взгляд. Однако Катя не собиралась оставаться в стороне от тихого разговора мужчин, вскоре догадавшись, насколько достоверными оказались ее опасения.

–Никита, поймали пленника!

–Кого?

–Это майор Самойлов.

Кате без труда удалось услышать разговор мужчин, поэтому, когда Никита обернулся к ней, явно намереваясь избавиться от ее присутствия, она решительно заявила:

–Я иду с вами! У меня к майору свои, личные счеты, и никто не остановит меня перед тем, чтобы их не свести!

Никита, судя по его виду, собирался возразить, однако поймав взгляд майора Назарова, словно говоривший «лучше не спорить», только пожал плечами, предложив возлюбленной следовать за ними.

До места, куда отвели пленника, Катя и ее сопровождающие дошли в полнейшем молчании. Их встретили вопросительными взглядами пятеро командиров – статных офицеров, судя по всему не вполне понимающих, зачем для столь важного разговора пришла молодая женщина, пусть даже принесшая важное известие, по сути спасшее армию от верной гибели. Однако Катя с помощью небольшого импульса, не проронив ни единого слова, смогла убедить мужчин в необходимости своего разговора с пленником и уже не боялась возражений с их стороны.

Поэтому, когда один из них – полковник Тихомиров, которого Катя запомнила по вчерашней сцене во время сражения, заговорил, Никита и майор Назаров немало удивились его словам.

– Послушай, Никита, мы конечно делаем все, что в наших силах, однако этот мерзавец невероятно упрям – он молчит, словно ему отрезали язык! Хотя факт вполне очевиден – в городе полно янки! Чертовы предатели неплохо провернули дело! Интересно только, что они получили в обмен на свое предательство? Сейчас пытаемся разработать план по освобождению города, и нам безусловно, понадобиться твоя помощь, ведь ты – самый лучший стратег из всех нас. Только вот дело представляется гораздо труднее, чем казалось на первый взгляд!

Катя сразу же поняла, что сможет оказать помощь офицерам, ведь она за время пребывания в Южном рубеже и короткого знакомства с полковником Крейгом изучила не только детальный план городской ратуши. Она прекрасно помнила карту самого города со всеми ходами и выходами, благодаря своим способностям даже о тех, которые не были отмечены на карте. Однако прежде ей предстояло другое более важное дело…. Поэтому она вмешалась в разговор мужчин достаточно бесцеремонно, все же бросив на возлюбленного такой страстный и откровенный взгляд, что готовые сорваться с его губ возражения, сразу же исчезли. Он предпочел наблюдать в стороне за действиями молодой женщины, уповая лишь на то, что она осознает смысл своих действий и поступков.

–Товарищ полковник, если позволите, я хотела бы вам помочь!

–Помочь? Каким же образом, прекрасная госпожа? Кроме того, ваше присутствие и ваша красота итак вселяет в нас надежду на победу!

Катя, даже не улыбнувшись откровенному комплименту, серьезно ответила:

–Я знаю, как можно пробраться в Южный рубеж и победить противника!

–Откуда вам это известно? – удивились офицеры.

–О, за время моего короткого пребывания в Администрации города я сумела выведать подробные сведения и карты города! Обладая превосходной памятью, я смогу вам их нарисовать…. Только позвольте мне для начала переговорить с пленником. У меня к товарищу майору имеются свои личные счеты!

Небольшой импульс Силы в сторону офицеров сделал из них мужчин, согласившихся с желанием девушки, хотя едва ли они смогли бы объяснить себе смысл своих поступков.

–Что же, если вы так желаете! – ответил полковник Тихомиров, предлагая Кате войти в дом, где держали пленника.

Даже не взглянув на возлюбленного, слишком потрясенного ее поведением, чтобы возразить, Катя решительно вошла внутрь небольшого помещения, где держали заключенного, сидевшего на полу в позе, выражающей крайнюю степень презрения ко всему, словно происходящее его совершенно не касалось, несмотря на то, что по его привлекательному лицу текла кровь, он был покрыт синяками и ссадинами. Катя не испытывала к нему ни капли жалости. Сейчас у нее появилось такое чувство, словно она палач, идущий на казнь своей жертвы. После всего, что ей пришлось вынести по вине этого человека, она вполне заслужила право на месть! Сила словно наполняла ее, и в этот раз сила была разрушительной, готовой смести все на своем пути. Сидевший на полу мужчина похитил ее, унизил ее, и кто знает, что бы случилось с ней, если бы она вовремя не ощутила зародившеюся внутри нее Силу. Однако не следовало давать волю гневу! Трезвый ум и холодный расчет – вот те орудия, которые позволят ей выйти победительницей из предстоящей ей схватки. У нее накопилось к нему много вопросов, но внезапно она осознала единственную важную вещь, которую должна была у него узнать.

Пленник, между тем, почувствовав чье-то присутствие, яростно прохрипел:

– Убирайтесь! Я ничего вам не скажу! Можете меня убить, но ничего не добьётесь!

В этот момент майора буквально пригвоздило к стене, а его внутренности, словно сдавило железными тисками. В его взгляде, брошенном на Катю промелькнуло сотни разнообразных эмоций, среди которых преобладало удивление и невероятное восхищение, словно он был художником или скульптором, созерцающим свое собственное творение.

–Катерина! Ты пришла посмотреть на мою смерть? Или же избавить меня от страданий? Что же, вижу, мои усилия оказались не напрасны – твоя Сила пробудилась, и сделала тебя еще более прекрасной, если, конечно, такое возможно! Скажи, а что думает по этому поводу твой полковник? Что он чувствует, занимаясь любовью с женщиной из легенды?

Усилив мучивший пленника импульс, сжимающий его внутренности, Катя влепила ему несколько звонких пощечин, оставивших красные следы на его щеке.

Она приблизилась к нему настолько, что их взгляды скрестились словно два стальных клинка.

–Не смей говорить со мной в таком тоне! Ты же знаешь, я могу убить тебя. Хотя, думаю, это стало бы для тебя слишком легкой участью.

–Ты не убьешь меня! – прохрипел майор. – Ты же не убийца, не взирая на все твои способности. Теперь скажи, зачем ты пришла? Не для того же, чтобы посмотреть на мою смерть?

Катя холодно улыбнулась. Сейчас она поменялась с ним ролями и чертовски приятно было ощущать себя хозяйкой положения. Он находился полностью в ее власти, только она не собиралась убивать его. У нее накопилось много вопросов, однако внезапно она поняла, какой именно вопрос важнее всего задать.

–Я хочу знать о Темном Властелине? Почему он за мной охотиться? И кем приходишься ему ты, майор?

Пленник, задыхаясь от удерживающего его импульса, покачал головой.

–Я тебе уже говорил! Он самый величайший колдун нашего времени. Порождение адской машины войны, он, тем не менее, олицетворяет в себе то, что связано с колдовством и черной магией наивысшего разряда. И если до войны в такое никто бы не поверил, то теперь, даже Генералы в ставке боятся его……Поэтому и хотят использовать тебя для борьбы с ним…….

Катя покачала головой.

–Почему я ему нужна? Если, как ты говоришь, он владеет черной магией? Неужели браслет может дать ему нечто большее того, что он уже имеет?

–Может! Именно тобой и твоим талисманом он хочет завладеть. Так он станет непобедимым. В том случае, если война окончиться, он сможет безраздельно захватить власть в свои руки, установить свой собственный порядок………

Катя тряхнула головой, отгоняя странное наваждение и мелькающие перед глазами образы, вызванные словами пленника.

–Хорошо. Допустим, я тебе верю. У меня последний вопрос. Кем ты приходишься Темному Властелину? Ты его слуга?

–Я скажу тебе в одном случае………Если ты освободишь меня!

Глаза Кати вспыхнули яростью, мгновенно наполнившей каждую клеточку ее существа.

–Негодяй! Почему я должна оказать тебе такую услугу? Нет, я хочу, чтобы ты получил то, чего заслуживаешь! Чтобы на рассвете тебя расстреляли, как собаку! Даже могилы у тебя не будет! Я тебе сказала – моя месть будет ужасной!

В пылу охватившего ее гнева, Катя послала в сторону пленника огромный импульс Силы, надолго обездвиживший его. Сожаления еще придут к ней, но сейчас, внезапно почувствовав себя уставшей и опустошенной, она хотела лишь одного – оказаться в нежных объятиях своего возлюбленного – единственной реальности среди преследующего ее безумия.

Не оборачиваясь, она направилась к выходу, однако ее враг, теперь уже превратившийся в жертву, нашел в себе силы для последнего решающего шага. Казалось, за их недолгое знакомство майору удалось неплохо изучить характер молодой женщины – вспыльчивая и опасная в гневе, она, тем не менее, не была злой и бессердечной. Он сумел разглядеть в ней доброту и милосердие – те качества, которые наряду с кажущейся невинностью так привлекали других мужчин. Именно на эти черты ее характера несчастный пленник и решил сделать ставку, а его интуиция снова не подвела его.

–Катя, постой на минуту, прошу тебя, – прохрипел он.

Дождавшись, пока она обернется, майор, взглянув прямо в прекрасные глаза, сейчас полные ярости и гнева, произнес:

–Я скажу тебе кто я, если ты освободишь меня. И не только. Я знаю, поверь, Темный Властелин рано или поздно добьется своего, и тогда ты окажешься в его власти. И вот тогда моя поддержка тебе очень пригодиться! Поверь, я знаю, о чем говорю!

Катя снова пристально посмотрела на своего поверженного врага, все же не намереваясь давать ему пустые обещания.

–Посмотрим, – только и сказала она, и, не оборачиваясь, вышла из на улицу.

Пока ее не было, офицеры оживленно переговаривались между собой. Полковник Муравьев первым заметил ее возвращение. Спускаясь по порожкам, Катя почувствовала слабость. Все начало кружиться перед глазами, как накануне, когда она использовала слишком много Силы в здании администрации Южного рубежа. Если бы Никита вовремя ее не подхватил, она бы наверняка поскользнулась на ступенях, но близость возлюбленного, его обеспокоенный взгляд придали ей сил лучше любого лекарства.

–Со мной все в порядке! – попыталась улыбнуться она. – Честное слово!

–Что сказал тебе майор Самойлов? – спросил Никита. –Если он тебя обидел, то я……….

–Ничего! Мы очень мило побеседовали…….... Впрочем, он не сказал мне ничего, из того, что я так хотела услышать!

Никита покачал головой, хотя продолжал поддерживать возлюбленную. Катя помнила о своем обещании, данном офицерам рассказать о том, как армия может проникнуть в Южный рубеж. Поэтому несмотря на все возражения полковника, она приняла активное участие в совещании, состоявшимся сразу после допроса майора Самойлова, впрочем, не принесшего никаких результатов. Майора, признанного дезертиром и предателем, было решено расстрелять на рассвете. После принятия решения, офицеры словно забыли о пленнике, принявшись активно обсуждать план наступления на Южный рубеж. И в этом им, к удивлению полковника Муравьева, активно помогла Катя, которая с такой точностью нарисовала им карту города, что поразила мужчин своей замечательной памятью. Но дело было не только в этом. Молодая женщина нашла в себе удивительные способности стратега, поскольку высказала несколько довольно смелых советов, активно поддержанных офицерами, начавшими невольно уважать странную возлюбленную полковника Муравьева.

Катя и сама не понимала, зачем принимает участие в таких совершенно не женских делах. Она лишь невольно осознавала – она уже стала частью некоего общего замысла, посвященного освобождению страны от захватчиков. Ее возлюбленный был одним из лидеров армии освобождения. И если она сможет внести хотя бы какой-нибудь вклад в общее дело, то сможет доказать всем, а главное – своему любимому, что она не просто красивая игрушка, а женщина, обладающая умом и способностями, скрытый смысл которых она не собиралась открывать, по крайней мере до поры до времени. Вообщем, она намеревалась внести достойный вклад в исход войны, невольно сделавшись участницей общего дела, чем заслужила уважение и восхищение офицеров.

Однако за время совещания, казалось длившегося целую вечность, ей не давали покоя слова майора Самойлова. Почему они так сильно задели ее, ведь она ненавидела его, и хотела его уничтожить собственными руками! Быть может, майор говорил с такой убежденностью, что сам верил в тот исход событий, который он ей обещал. А что если он прав? Внезапно она осознала, что ее ненависть по отношению к нему исчезла. Да, он причинил ей много неприятных мгновений, но она искупила их, заставив его испытать боль, гораздо более сильную, чем испытала она сама в его руках……К тому же странная интуиция, в последнее время слишком яркая и оправдывающая себя, твердила ей о том, как ей следует поступить.

Прислонившись к стене, Катя следила за мужчинами, увлеченно обсуждающими план наступления, хотя судя по всему совещание подходило к концу. Заметив изменение в поведении возлюбленной, до того активно обсуждающей с офицерами план наступления, полковник Муравьев обернулся, и, обеспокоенный бледностью и отсутствующим взглядом молодой женщины, поспешил к ней, не обращая внимания на остальных офицеров.

–Катя, с тобой точно все в порядке?

Катя уже приняла решение, поэтому мысленно попросила у возлюбленного прощение за вынужденную ложь. Она подняла на него уставший взгляд, и, хотя она действительно ощущала себя усталой и опустошенной, ей предстояло сделать дело, о котором полковнике лучше пока не знать!

–Милый, пожалуй, мне лучше вернуться в наш домик! Мне кажется, я оказала вам посильную помощь. Мне нужно немного отдохнуть…… – она посмотрела на любимого с извиняющей улыбкой, взглядом, магию которого она уже успела испытать. – Последние несколько дней выдались не очень легкими для меня! – добавила она.

Никита посмотрел на девушку более пристально. Его беспокоил ее усталый вид, и его прежние подозрения, природу которых он и сам едва ли смог бы объяснить, невольно исчезли. Она действительно выглядела измученной и опустошенной. И надо же быть таким эгоистом, и думать только о себе!

–Хорошо! – сдался он. – Может, мне попросить майора, и он тебя проводит?

Катя возмущенно хмыкнула.

–Я не маленькая девочка! Сама найду дорогу. И буду тебя ждать…….

Она посмотрела на полковника Муравьева таким взглядом, что он снова забыл обо всем на свете, потеряв голову от близости своей любимой и беспокойства, возникающего в нем всякий раз, когда он вынужден был оставить ее одну.

Он прижал ее к стене, заслонив от любопытных глаз офицеров, смотревших на них уже несколько минут.

–Если ты выкинешь какую-нибудь из своих очередных выходок……

В голосе Никиты послышалась явная угроза, с которой Катя быстро справилась, снова одарив его улыбкой и взглядом, обещающем ему немыслимые наслаждения, еще более страстные по сравнению с теми, которые они пережили прошедшей ночью.

–Я же сказала, я буду тебя ждать! А сейчас, мне кажется, твоим товарищам не очень интересно наблюдать за нашими любезностями…….

Никита обернулся, и Катя, воспользовавшись моментом, выскочила из штаб-квартиры, зная, что полковник не последует за ней, пока не решаться все важные вопросы, связанные с предстоящим наступлением.

Ей не нравилось обманывать возлюбленного, и мысленно она дала себе обещание прибегать к этому как можно реже. Стоило ей выйти из продымленной, но достаточно уютной штаб-квартиры, как ее охватил холод зимней ночи, медленно опустившейся на лагерь. Решив, что ночь, выдавшаяся темной и безлунной, станет ее союзницей, Катя последовала знакомой дорожкой к дому, в котором держали пленника. Окружив себя мощным защитным импульсом Силы, она без труда сняла висевшей на двери замок, так как охранников оставлять не стали, посчитав пленника слишком слабым для возможной попытки бегства.

Когда она вошла внутрь, майор Самойлов лежал, отрешенно глядя на стену. Лицо пленника было в крови – очевидно, после ее визита, солдаты пытались выведать у него необходимую информацию, что, впрочем, не принесло абсолютно никакого результата. Майор оказался крепким орешком, и, решив, что он, несмотря на всю его значимость, все же не представляет интереса, офицеры приняли решение о его расстреле. На первый взгляд казалось, что такой исход стал бы для него самым лучшим, ведь те, кто использовал его, едва ли будут рады видеть после его пленения. Однако что-то подсказывало Кате – майор не собирается возвращаться к своим прежним хозяевам. Он исполнил свою миссию, и теперь ему предстояло другое, более опасное дело…….

Молодая женщина подошла к пленнику, вздрогнувшему от ее прикосновения. Он, очевидно не заметил ее присутствия, впав в состояние оцепенения и отрешенности перед грозившей ему участью. Катя положила руки ему на плечи, и, сосредоточившись на мысленном импульсе, за несколько мгновений исцелила его раны, ссадины и синяки, не забыв освободить от сковывающих его цепей.

–Ты?! Значит, ты пришла спасти меня? После всего, что я тебе сделал?

Катя пожала плечами. Она действительно более не испытывала к нему ненависти. На самом деле, она даже не могла точно сказать – хорошую ли услугу ему оказывает, освобождая его, но в одном она не сомневалась – она поступает правильно.

–Не спрашивай, почему я это сделала! Я и сама не знаю! Возможно, по своей глупости я поверила в то, что рано или поздно ты мне пригодишься!

Не говоря ни слова, майор выхватил висевший на поясе молодой женщины кинжал, и, не успела она удивиться, сделал на своем запястье странный знак, напоминающей английскую букву V.

–Что это? – спросила Катя, едва придя в себя от удивления.

–Да так! Символ. Через несколько часов он перестанет быть видимым. Однако, когда ты окажешься в опасности и попадешь в руки Темного Властелина, я узнаю об этом, и помогу тебе, чем только смогу!

Катя невольно улыбнулась.

–Почему ты изменил свое отношение?

Майор отвел взгляд.

–Не изменил. Я по-прежнему служу Темному Властелину. Это все очень сложно, и когда-нибудь, быть может, я поведаю тебе эту историю. А сейчас, мне пора!

–Я окружу тебя защитой до тех пор, пока ты не выберешься из лагеря, майор! О большем не проси!

–Ты итак сделала для меня слишком много! Прощай, Хранительница Судьбы. Вернее сказать, до встречи!

–Прощай, майор!

Майор Самойлов скрылся в темноте зимней ночи. Катя долго стояла на улице, ослабив защиту лишь когда поняла, что пленник находиться на безопасном от лагеря расстоянии. Конечно, едва ли кто-либо его хватиться до утра, но все же………Она сделала то, что должна была сделать. Теперь ее совесть и ее сердце успокоились. На время стоит забыть о майоре Самойлове, хотя, она не сомневалась – ему еще предстоит сыграть важную роль в ее судьбе.

Чувствуя себя совершенно опустошенной, Катя без труда нашла дорогу в дом полковника Муравьева, сразу почувствовав себя спокойней, оказавшись в обстановке, ставшей для нее привычной. Слишком много событий произошло за этот невероятно длинный день, и молодая женщина не считала себя способной воспроизводить их в своей памяти или пытаться понять причину своих поступков, особенно последнего, заставившего ее отпустить приговоренного к смерти преступника на свободу. Приняв горячий душ, она завернулась в махровое полотенце, сразу почувствовав себя намного лучше. Не прилагая особых усилий одним лишь взглядом ей удалось зажечь огонь в небольшом камине, и вскоре в домике стало тепло и уютно. От этого тепла ее начало клонить в сон, и Катя, недолго думая, растянулась на кровати, мгновенно погрузившись в блаженные объятия сна.

Именно в таком состоянии ее нашел полковник Муравьев, наконец-то вернувшийся после совещания, показавшегося ему бесконечно долгим. К его огромному удивлению, связанному с беспокойством за свою сумасбродную возлюбленную, он обнаружил Катю мирно спящей, и, однажды взглянув, уже не смог оторвать взгляд – такой прекрасной, чистой и невинной выглядела сейчас молодая женщина. Однако его присутствие оказывало на нее слишком сильное воздействие – она ощущала его даже сквозь объятия сна, сразу же открыв глаза. Она не знала, сколько проспала, но, когда рядом был он, мысли о сне ее совершенно не занимали, как и другие проблемы и заботы, которые наверняка придут с наступлением нового дня.

–Ты пришел! – она протянула ему руки, улыбаясь и вкладывая в свою улыбку, свои движения и свой взгляд все чувства, обуревавшие ее каждый раз в его присутствии.

–Разве могло быть иначе? – улыбнулся он ей в ответ, спеша оказаться в ее страстных и нежных объятиях. И тогда окружающий мир с его безумными войнами и идеями снова перестал для них существовать. Они были одни в целой вселенной, и ночь наполнилась страстными стонами и вздохами, а каждый из них думал лишь о том, чтобы восхитительные мгновенья выпавшего им на долю упоительного счастья длились бесконечно.

Глава 5.

События, последующие за первым решающим сражением, оставались в памяти молодой женщины смутными размытыми воспоминаниями. Несколько дней подряд она, вместе с офицерами, разрабатывала план наступления на Южный рубеж. Поскольку город занимал противник, затаившийся в его высоких неприступных стенах, командиры, после долгих колебаний, решили проникнуть в него через тайные подземные ходы, о которых выведала Катя во время своего недавнего приключения. И если офицеры порой поражались тому, как ей удалось узнать такое огромное количество информации, то они держали свои догадки при себе, поскольку ее помощь оказалась неоценимой. Катя вела себя так, словно в своей прошлой жизни только и делала, что разрабатывала стратегии ведения войны, сама, порой удивляясь, откуда она получила подобные знания. Мужчины шутили, что, Катя вполне может в стратегических способностях затмить самого полковника Муравьева. Впрочем, подобные замечания не слишком радовали ее, хотя ее возлюбленный, ослепленный своими чувствами, старался не замечать таинственного ореола, окружившего Катю в последние дни. И если он позволил ей принимать участие в обсуждении плана наступления, то даже слышать не хотел о ее участии в сражении, несмотря на все ее доводы, пока Катя не заявила:

–Если ты не позволишь мне быть с вами, я все равно пойду туда!

В конце концов полковник Муравьев сдался. Конечно, его очень заботила реакция его товарищей на известие о том, что в операции будет участвовать женщина. Однако Катя каким-то невероятным образом, даже не прибегая к своим удивительным способностям, смогла завоевать полное доверие и уважение командиров. Конечно, это льстило ее самолюбию, но более всего ее поражало то, что мужчины, нередко бросающие в ее сторону восхищенные взгляды, сразу же признали – она принадлежит полковнику Муравьеву. Никто из остальных пятерых командиров даже не пытался привлечь ее внимание, и Катя вскоре вздохнула с облегчением, поскольку совершенно не желала разжигать вражду между офицерами, вместе прошедшими испытания, о которых она даже не подозревала.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.