Зонтик для миссис Стамп
буксмартфэнтези
Артур Берг

Валнрий Львович Санников Корректор

© Артур Берг, 2021

ISBN 978-5-0053-9794-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Зонтик для миссис Стамп

Не стреляй в прошлое… убьёшь будущее…

Здравствуй, мой добрый неведомый собеседник. История о которой я расскажу тебе, ещё не произошла. Это звучит немного странно, но поверь мне – это так. Я не знаю, когда она случится – через век, через три. А может быть она произойдёт иначе или даже её не будет совсем… Время – штука непредсказуемая, хотя казалось бы, чего здесь такого – шагай себе, жуя гамбургер и поглядывая на стрелки часов.

Но поверь мне – мы живём лишь в единое краткое Мгновение, срывающееся за нашей спиной в Историю и едва успевающее поставить нас лицом к лицу перед следующим Мгновением, неизвестным, полным загадок и опасностей.

Да, сущность Времени пока неподвластна нам и никто из нас не вправе знать, каким оно будет, наше Будущее. Но создаём его мы, вместе выбирая, утверждая и покоряя каждый новый миг. Мы сами создаём своё Будущее, мы пытаемся заглядывать вперёд, мы учимся управлять Временем.

Однако все наши мечты, прогнозы и предсказания обрушатся в один момент, если часы Человечества остановятся. И ни мне, ни тебе не хотелось бы этого, согласись.

А Время уже ускоряется, сжимая пространство – даже наше поколение начинает чувствовать это. Мы торопимся, не поспеваем, отстаём. А что будет дальше? Выстоим мы или, расслабившись, проиграем? И что ждёт летящих за нами?

Кто знает, кто знает…

Краткое предисловие

Ну чтож, давайте знакомиться.

Этот плотный ухоженный мужчина, стоящий тёплым вечером на террасе собственной смарт-виллы и задумчиво потирающий свой чисто выбритый подбородок – доктор . Здесь, в пригороде Нового Орлеана (республика Луизиана) он поселился давно, и по праву считаясь старожилом, снискал добрый авторитет в местной общине. Доктор разведён и работает по контракту в Научно-технической ассоциации. Александер

Очаровательная девушка с цветочным спреем в руке, что-то напевающая на веранде второго этажа – . Это настоящая домохозяйка, управляющая всей смарт-виллой. Будучи обычным андроидом, Лю Си стараниями доктора отключена от внешнего машинного контроля и перепрограммирована. Возможно из-за этого или из-за постоянных кибератак девушка немного тормозит, но очень старается стать «человеком женского типа» и даже периодически влюбляется. И разве это плохо? Лю Си

А поглядите на кота, вальяжно развалившегося на подоконнике! Это мэнкун , полноправный член семьи и биологический агент, совершенно неограниченный в действиях. Этот приятель очень не любит когда за ним наблюдают. Марс связан с Центром биологического сопротивления и поэтому его главным врагом на вилле является вон тот маленький левитирующий приборчик, о котором просто нельзя не сказать пару слов. Марс

Это бесшумное устройство, плавающее по вилле и повсюду сующее свои невидимые локо-рецепторы – внешняя . Она обеспечивает общую безопасность жизнедеятельности. Здесь (как и повсюду в Федерации) этот датчик находится вполне легально и обо всех обнаруженных нарушениях докладывает в Федеральную Службу Управления. Порядок есть порядок. Око-система

А теперь давайте приподнимемся над крышей виллы. Видите оранжевый катамаран на берегу маленького залива, футах в пятидесяти отсюда? А белобрысую голову, то исчезающую, то появляющуюся из рубки? Эта голова принадлежит племяннику доктора, десятилетнему исследователю мира по имени . Сейчас Сэм собирается на ночную рыбалку. Не будем ему мешать… Сэм Уоткинс

С остальными героями нашего рассказа мы познакомимся по ходу событий. Скоро доктор войдёт внутрь дома, и начнётся наша история.

«Масс-медиа уже не раз сообщали о ряде странных случаев, произошедших в нашем округе. Речь шла о неконтролируемых выбросах из прошлого. Напомним, что полгода назад на территории перестраивающегося «Колизея», где ещё в сверхдалёком XIX веке сгорела муниципальная библиотека, доброхотами были обнаружены развалы невесть откуда взявшихся книг на хрупких бумажных носителях. Не прошло и месяца после этого необъяснимого эпизода, как из воздуха вдруг возник пролёт давно снесённого моста посреди Миссисипи. А в конце мая у городской набережной пришвартовалась яхта четырёхвековой давности с тремя обезумевшими моряками.

Спустя какое-то время артефакты таким же непонятным образом стали обнуляться. Мостовой фрагмент, к которому горожане уже стали привыкать, простоял неделю, благополучно рухнул в реку и растворился. А вот часть старинных томов, к сожалению, осталась неоцифрованной, служба синхронизации не была готова к их внезапному исчезновению. Пропавшую же яхту (уже поставленную на баланс города) объявили в розыск.

Все эти факты остались неизученными, и в определённой мере представляющими определённую опасность для жителей Нового Орлеана и близлежащих территорий. Некоторую ясность внёс директор Института Времени господин Хардман, курировавший работу с тремя пришельцами из прошлого.

– Моряки? Нет. Это фантомы, неощущаемые оболочки людей. Живые биологические существа путешествовать во времени не в состоянии. А находившиеся на вполне материальной яхте энергетические субстанции попросту рассыпались при первой же нашей попытке установить с ними контакт. При этом пострадали двое наших сотрудников.

В прошлый понедельник по подозрению в причастности к этим событиям был задержан некий Алоиз Стамп, занимавшийся в частном порядке проблемами временного перемещения. Но Экспертная группа, изучившая его наработки, пришла к выводу о невозможности на данный момент какого-либо влияния г-на Стампа на категорию Времени. Сегодня в полдень свободный учёный был предупреждён и отпущен. Его сын, который родится 3 октября этого года, поставлен Федеральной Службой Управления на тотальный учёт как потенциально опасная личность.

специально для «Городских новостей»… Хельга Фокс,

Памперсы Гудини – высококачественная…»

Доктор Александер

Справка: Доктор Глэн Александер. Человек настоящий, 42 года, свободный учёный. Реалист.

– Чёрт знает что такое!.. – Я провёл мизинцем вниз, убавляя звук медиастенки. – Записать в преступники неродившегося младенца… Кто решил, что будущее этого малыша будет связано с работами его отца?.. Куда смотрят федеральные юристы из Правовой Коллегии? Или Служба Управления и их взяла за жабры?

Я прикусил язык, невольно покосившись на едва заметный маячок Око-системы. Последнее время эта неуловимая штука, неслышно летающая из комнаты в комнату, снова стала меня раздражать. Видимо, мистер Салливан прав – Око присматривает не только за сохранностью имущества и пожарной безопасностью. Но неужели недостаточно того, что вся информация о жителях Федерации считывается с наших внутренних чипов? Ах, да! Мозг с его мыслями! Последняя неподвластная субстанция! Несдавшийся бастион свободы…

– Лю Си! – крикнул я в сторону двери. – Сделай капучино, будь добра!

Хронопласт показывал четверть двенадцатого. Поздновато для чашки кофе, но мне ещё предстояло пару часов поразмышлять над оптимизацией плазмодиода. Всё-таки три кубика фемтометра будет многовато для такой штуки…

Бедняга Алоиз, конечно, сглупил, не зарегистрировав свой проект. Да и не проект вовсе, наброски… Мысли, только минимум мыслей… Предупреждён… А ведь парень в одиночном плавании, даже не на контракте с Ассоциацией как я… как мы… Боялся конкуренции? Да, он талантлив, но не соперник Институту Времени. Там собраны лучшие…

Послышались лёгкие шаги. Я развернул кресло, успев подхватить со столика пластиковое блюдце.

– И подсыпь сюда сухариков… Боже мой, Лю! Ты стала блондинкой?

Лю кокетливо вздёрнула бровки:

– Да, мой доктор… Возьмите свой кофе… Теперь я ещё больше похожа на неё?

– Один в один. Даже лучше…

Зачем расстраивать девчонку?

– М-м? – Лю слегка прижалась своим прохладным бархатнокожим бедром к моему локтю.

– Да, как живая…

– Фи! – Моя обворожительная домоправительница сделала блюдцем неопределённый жест возле моей головы и грациозно удалилась.

…И как быстро на него вышли. Всё таки что-то было… Киберагенты из Управления так просто не всполошатся.

Странная у нас, людей, психология. Вечно пытаемся сложить картинку из минимума информации и разбивая носы докопаться до истины.

Вот зачем мне, уже седеющему человеку, интересоваться чужими проблемами? Совершенно никчему.

А с этим молчуном Алоизом надо бы встретиться…

Синди Карпентер

Справка: Биологический клон, 24 года, картограф. Интроверт.

Кафе «Шар» стало моим любимым местом года полтора назад. Родители не захотели возвращаться с крошечного карбонового астероида, выкупив его у Федерации за смешную сумму и с комфортом обустроившись на нём. Я пробыла на их Острове Счастья совсем недолго. Мне стало неуютно почти сразу. Слушать мысли двух самых близких людей, когда тебе этого совсем не хочется, оказалось делом непосильным. Я вернулась на Землю, устроилась в муниципальное Бюро картографии, а по вечерам с ногами забиралась на кушетку за дальним столиком в «Шаре». Здесь мне дышалось легче. Проплывающие под совершенно прозрачным полом пригородные ландшафты мирили меня с настоящим. Сидишь себе и никто тебя не трогает, и никому нет до тебя дела…

– Добрый вечер, мисс Синди.

– Уже ночь, мистер Салливан.

Старый друг отца, которого я с детства называла дядей Филом, никогда не был мне в тягость. Он работал в муниципалитете, в отделе каких-то там связей и, неплохо разбираясь в финансовых делах, иногда выручал меня добрым советом, денежной халтуркой, а то и мелкими кредитами, о которых как бы забывал.

– Да-да…

Лишь в последние недели это полуофициальное «мисс» стало всё чаще проскальзывать в наших коротеньких беседах. Я делала вид, что не замечаю его наигранных брутальных жестов, подсмотренных в тренажёрных студиях, и омолаживающих подтяжек на шее и возле глаз. Он не был для меня загадкой. И мне вовсе незачем брать его за руку или заглядывать в глаза, чтобы понять вызревающее в нём чувство…

Я принимала его биотоки напрямую и прекрасно слышала всё, что он заготовил на этот раз, но снова не решался сказать. Он мысленно повторял непроизнесённые слова и мне этого было достаточно. Хорошие, добрые, сумбурные слова… О, если бы их услышала миссис Салливан…

Но, к счастью для дяди Фила, у его супруги нет этих атавистических способностей – считывать сверхчастотные электромагнитные колебания высших органических материй.

Лейтенант Джон Пит

Справка: Лейтенант Джон Пит. Человек из прошлого, 23 года, военнослужащий. Пацифист.

Нет, так я не вздремну.

– Эй, банда! Хватит орать эту дурацкую песню!

– Джон, дружище, заткнись-ка сам! – Громила Шон Венк обхватил меня своими железными клешнями. – Ведь завтра мы расстанемся…

– Быть мо-о-ожет навсегда! – захохотали Сандерс и Подольски. Черный как уголь Вокер ухмыльнулся:

– И вправду, лейтенант. Вот через неделю я вернусь на фабрику и… всё? Как будто не было войны…

Вокер не договорил. Сразу и как-то отовсюду вдруг пахнуло сыростью, в полуоткрытый кузов медленно полезли мутно-воздушные струйки. Мотор «Интера» рявкнул, мы впятером, не удержавшись, дружно качнулись вперёд, потом назад. Бочки в кузове гулко звякнули вслед за нами. Венк грубо саданул по кабине:

– Аллоу, кэп! Мягче на перекатах!

Трак внезапно остановился, хлопнула дверь, водитель глухо чертыхнулся.

– Чего это он там? – Венк откинул тент и присвистнул. – Ну каша, глаза выколоть! Ты где, кэп?

– Здесь я и не пойму, куда заехал, ребята.

Я выпрыгнул вслед за солдатами наружу. Парни удивлённо столпились у борта. Мерзкая белёсая пелена плотно окружила нас.

– Дорога куда-то ушла, лейтенант.

Я нагнулся и потрогал примятую траву.

– Что за ерунда, Джимми?

– Разом накрыло как в банку с йогуртом ухнул. Вот и дал по тормозам с испугу.

Чехвостить водилу не было смысла. Полбутылки австрийского «гёссера» не могли так подействовать на его мозги, чтобы он кардинально промахнулся мимо шоссе.

– Джон! Отмахнём на дорогу и там выскочим на пикапе, а?

– Возвратимся по следам от протектора, командир.

– А ты их видишь, Сандерс?

Наступила противная пауза. Глупейшая ситуация – не доехать до города пятнадцать миль и застрять в каком-то поле.

Я уже неделю не командовал моим взводом, и уже неделю я был с его остатками на равных, но сейчас эти парни привычно ждали моих слов. Я еле различал их неподвижные силуэты, но ясно слышал их дыхание.

– Ладно. Не дёргаемся. К утру туман рассеется и тогда будем выбираться. В конце концов мы в Луизиане, на своей земле. А сейчас по машинам и отбой.

Полковник Хорнет

Справка: Полковник Эндрю Хорнет. Полковник, 49 лет, полковник. Служака.

Ненавязчивая монотонная мелодия настойчиво проникала в сон. Мой Бог, какая зараза придумала встраивать людям в головы такую гадость. Прервав распекать щекастого кибер-интенданта с Северного склада, я оторвал голову от подушки и с трудом произнёс:

– Полковник Хорнет слушает.

Индикатор услужливо вывел на сетчатку имя звонившего. Сон мгновенно пропал.

– Мистер Гамильтон?

– Вставайте, Эндрю. Дело не терпит отлагательства. Поднимайте своих головорезов и выдвигайтесь в тридцать восьмой район. Пассет будет ждать вас у шестого эскатория. Обстановку уточните на месте.

– Ясно.

Индикатор погас. Я потянулся за зажигалкой.

– Опять, Эн? – Хрипловатый голосок Жаклин остановил мою руку.

– Нет, я ищу таблетку, дорогая. А ты спи, спи…

Я осторожно поднялся, стараясь не растревожить тут же засопевшую супругу. Ах, как славно было бы сейчас никуда не мотаться, а запереться у себя в кабинете, спрятаться в глубокое кресло и потягивая «хавану», спокойно распоряжаться очередной облавой на призраков. Какая эта будет по счёту? Кажется, девятая… А всё эти драные стервецы из Института Времени, начудили со своими опытами, а нам подчищать за ними.

Одеваясь в холле, я соединился с дежурным офицером:

– Майор Смит, объявляйте по третьему подразделению тревогу. Да, категория «А». Направляйте парней в тридцать восьмой район. Держите с ними связь. Я вылетаю на место.

Первые три подобных операции я неплохо контролировал на расстоянии, но в четвёртый раз один из призраков швырнул под моих ребят позитронную гранату времён третьей мировой. Сержанта О’Нила потом полчаса выскребали из бронекапсулы, а ведь у него остались две дочки и непогашенные долги. Я был здорово взбешён и мы всей командой поклялись не давать призракам житья.

Ангар под крышей неприятно резанул холодком. Устроившись в гиперфлайере и опустив на грудь предохранительную рамку, я встряхнул шлемом – кто, если не я? – и установил таргет-флажок скрина на цифру 38.

Пол Пассет

Справка: Пол Мичиган Пассет.Человек будущего (по его мнению), 26 лет, сотрудник Института Времени. Эгоцентрист.

Туман за иллюминатором не спадал. Я тупо смотрел в него… Господи! Если ты всё же существуешь, избавь меня от этого дерьма. Верни тот день, когда я ещё мог отказаться от участия в Экспертной группе. Или хотя бы не подписывать это злосчастное заключение по делу Стампа. Не подписывать! А как не подписывать, Пол?.. Ведь такие деньги! Где бы ты взял столько эфо, кретин Пол? Или ты готов взломать банковскую базу и прописать десяток нулей на собственном счёте? И сразу отправиться последним рейсом в русский сектор Южного полюса? Ах, Молли, милая, глупая Молли! Сдалась тебе эта подводная вилла на Бора-Бора. Захотелось реалий…

А теперь твой скунсик сидит и ждёт этих полиграфеновых горилл с магнитобластерами… и главную гориллу. О, вот и она…

Я чуть поднял руку, приветствуя Полковника. Кажется, и он не сильно обрадовался встрече со мной. Плевать… Едва он шумно упал в соседнее кресло, я развернул голографический план района. На маленьком неровном участке ближе к левому верхнему углу синими неоновыми волнами растекалась сейсмоточка.

Полковник приблизил и увеличил схему, затем, окидывая её цепким взглядом, стал медленно поворачивать. Точка превратилась в неровный заострённый параллелепипед.

– Я не знаю, что это за странная ерундовина на тороидах, сэр, – тихо сказал я. – Мы не можем её идентифицировать.

Хорнет откинулся, видимо, сканируя объект по внутренним каталогам.

– Когда-то здесь проходило загородное шоссе. Так?.. Это «интернешнл»…

– Что?

– Армейский грузовик. Ладно, не вникай, Пассет… А внутри?

– Фантомные биообъекты. Точному анализу не поддаются. Количество не определяется. Нечипированы.

– Ясно. Призраки, чтоб их…

Там несколько человек из прошлого. Я знал это, они выходили из своего куба с кругами. Но как намекнуть этому мужлану, что там люди? Шестеро парней… Человеки! Такие же как он и я, только имевшие неосторожность родиться раньше нас. Я не мог сказать об этом полковнику. Я ничего не мог… Для него это были лишь образы биообъектов, призраки, сканы давно истлевших тел, выплеснувшиеся из небытия…

– Посмотрим, что покажут зонды с октокоптеров. Спешить не будем. Призраки – ерунда, а вот какой-нибудь древний блокбастер с термоядерной начинкой нам здесь совсем не нужен.

Я молчал. Проклятая вилла… Я захлёбываюсь в твоих подводных залах…

Алоиз Стамп

Справка: Алоиз Стамп. Киборг, 28\5 лет, таймфизик-одиночка. Альтруист.

Эйми спала чутко, осторожно обхватив живот тонкими пальцами. Малыш уже вовсю заявлял о себе. «Потенциально опасная личность»… Справившись с подступившим к горлу комком, я вернулся на полутёмную лоджию. Долго стоял, облокотившись на ручки старого тренажёра и не знал, что делать. Я честно признавался себе в этом. Сейчас я не знал…

Ты трус, Алоиз Стамп? Да! Сегодня уже да… Тот Алоиз, прямой, даже упрямый университетский Ферро, идущий напролом, остался там, в человеческой жизни…

Врёшь, брат! Пять лет назад ты просто согласился стать киборгом, сверхчеловеком с неограниченными возможностями. Ты не перестал быть человеком, ты не потерял от прежнего упрямого Алоиза ничего… Ты увеличил свои способности на несколько порядков. Это здорово помогло тебе, согласись…

Похолодало. Я неслышно пробрался в лабораторию и остановился посередине. Освещать опустошённую комнату не имело смысла. Когда-то я мог найти в ней любую мелочь с закрытыми глазами. Нынче я не хотел видеть ничего. Потому что самого главного здесь не было. Мой прибор, моё изобретение сейчас там, в Институте Времени. И я ничего не могу сделать…

Ах, как это было необычно – встретить первого человека из нашего прошлого. И испуганный вид этого старичка-архивариуса, мистера Фирби, ошарашенного перемещением – фантастика! Боже, сколько он знал!.. А та влюблённая парочка на мосту? Очкарик чуть не отправил меня хуком слева через перила! А его невеста сразу поверила в перемещение, даже не удивилась… И как они смеялись, когда я прокатил их над Новым Орлеаном. Они даже что-то узнавали. Счастливые люди…

И всё! Следующие эксперименты с моим устройством происходили без меня. Люди из Института Времени изрядно покопались в нём, но не смогли понять принципа его работы, теперь это понятно. Зачем? Зачем они полезли в его внутренности? Прибор, конечно, был испорчен и я, его создатель, не могу помочь своему больному изобретению.

Куда девались несчастные колонисты с яхты? Томятся где-то у нас? Или уже деактивированы? А если мой прибор переместил их дальше по шкале времени? А ведь были и другие бедолаги из прошлого, о которых мне ничего не сказали.

…Как всё это мерзко. Человек Ферро не отдал бы дело своей жизни. И сверхчеловек дрался бы за выстраданный им транстаймер насмерть. А ты, сегодняшний Алоиз Стамп – некачественный пластификатор из дешёвого супермаркета.

Когда же ты стал плюшевым Тедди, приятель? В тот миг, когда впервые увидел Эйми? Нет… Когда узнал, что она ждёт вашего первенца? Да нет же! Даже когда киберагенты выкручивали тебе руки, ты ещё был тем Ферро!

Я сломался и согласился работать на Институт, лишь увидев, как тот подонок направил на Эйми аэроблокиратор и моя любимая стала задыхаться…

Рядовой Шон Венк

Справка: Шон Венк. Человек из прошлого. 22 года, военнослужащий. Фримэн.

Кэрол О’Хара была обворожительна. Поплотнее вжав упругие округлости девчонки в закуток между спортивными шкафчиками, я впился губами в её обнажённое плечо. Я всю войну мечтал сделать это… Кэрол закатила зрачки огромных глазищ вверх и, стукнув меня кулачком в плечо, грубоватым лейтенантским голосом сказала:

– Венк, слышь? Что это за красная черта ползёт по тенту?

Я приподнял левое веко и, оторвав мокрые губы от локтя черномазого Вокера, стал незаметно отплёвываться. Кажется, никто не заметил, как я обсасывал нигера…

Лейтенант снова ткнул меня:

– Видишь?

Я мельком глянул на неровную едва светящуюся линию и хотел встать, но Джон Пит жёсткой хваткой остановил меня.

– Знаешь, похоже, нас пытаются прощупать… чем-то вроде радара… я читал об этой штуке.

– Что? Военные моряки? Брось, Джон! Ни одна вражеская посудина не достанет до сюда.

– А если какой-нибудь подарочек от немцев? Ты же знаешь как они умеют стряпать разные технические штучки? А сколько их поскрывалось из фатерлянда на субмаринах?

– Да не гони волну, лейтенант, – поморщился я. И неуверенно добавил: – Откуда здесь взяться нацикам.

– Смотри-ка, ещё одна… зелёная…

Послышался потрескивающий шорох. Лейтенант резал брезент у края борта.

– Ну, Шон? Ты со мной или я один на поиск?

– А парни?

– Ты ж сам сказал – не гони волну. Осмотримся и вернёмся. А вдвоём проще, чем всей бандой.

Вслед за лейтенантом я осторожно вымахнул с грузовика. Клочья тумана ещё висели над полем. Упав в траву, мы резвыми ползучими толчками как две ящерицы прошуршали футов сто до пригорка с густым кустарником и спрятались за ним. Едва приподняв головы, мы закрутили ими в разные стороны. Прямо перед нами, справа и слева лежало всё то же поле, чуть дальше проглядывались очертания высоких деревьев, в общем край. Позади сквозь мутные ватные хлопья чёткими вертикальными и горизонтальными плоскостями проскакивали лучи, по контуру подсвечивая наш автомобиль.

– Красиво, чёрт… Огни Святого Эльма.

– Угу…

Лучей стало больше. Некоторые из них сужались и пропадали, другие наоборот становились объёмными и словно растворялись. Источника лучей не было видно. Но на расстоянии не меньше мили от нас над горизонтом висели непонятные полуматовые консервные банки.

Бесшумно и неожиданно словно из другого мира возникла какая-то летающая пирамидка. Она зависла над нашим «интером» на высоте доброго небоскрёба и сверху направила на него тонкий яркий луч.

– Лазер.

– Чего? – Только и успел спросить я.

Грузовик затянулся прозрачной зеленоватой полусферой и внутри этой полусферы так долбануло, что бедный «эм пятый» сложился гофрой и мгновенно рассыпался. Ударной волной нас отбросило на…

Доктор Александер

– Ты спишь, Глэн?

Я убрал ладонь со лба, но с кушетки не поднялся и глаз не открыл.

– Нет, отец.

– Я зайду к тебе на минутку.

– Давай, – Медленно перекатывая голову с плеча на плечо, я ткнул носком тапка в кресло. Оно откатилось на середину кабинета и замерло там спинкой ко мне. Я не видел этого, но знал. С некоторого времени такая предутренняя процедура стала почти автоматической. Сейчас кресло развернётся и в нём будет сидеть Александер-старший.

…Отец полностью ушёл из нашей реальности в шестьдесят пять. Ушёл, будучи обычным человеком, без генных переходов и трансопераций, с болезнями и опытом пожившего, всё испытавшего индивидуума. Жалел ли я, что он не хотел репродуцирования клеток или даже полной замены дававшего сбои организма? Не знаю, может быть. Отец решил так.

…Сегодня переселением в иное тело никого не удивишь. Вокруг меня полно тех, кто, оставив при себе нетронутые мозги, внешне совершенно изменился. Это несложно – подписал соглашение о смене типотела, сменил его и живи в новом синтетическом скафандре. Функциональная ценность простого человеческого тела упала до нуля. Искусственные заменители гораздо качественнее и технологичнее архаичной органики, почти полностью вытесненной ими.

И все эти полулюди-полубоги, мутированные сверхсущества и киборги вокруг меня продолжают существовать в реальности, и каждому из них я могу пожать конечность или наступить на хвост…

Отец же выбрал другой путь. Пока опухоль мозга не стала катастрофической, он полностью перезаписался в киберпространство.

…После Третьей мировой войны виртуальные клоны всех оставшихся жителей Земли были занесены туда в принудительном порядке. Они не активны, но периодически обновляются до состояния «реального образа». Это необходимо на случай… На всякий случай.

Нынче смерть от старости – нонсенс. Да и старости как таковой нет. Оболочка заменяется кардинально. И случайно можно увлечься девушкой, которая была подругой твоей бабушки. Сегодня создать себе новое эрзацтело – не проблема. Но мозг! Целые институты работают над тем, чтобы не дать ему угаснуть. И медицина успешно справляется, продлевая его функционал. Ведь пока работает мозг – человек жив. Как бы ни выглядела его внешняя капсула.

Прекратить деятельность высшего организма может лишь мгновенное системное повреждение мозга, сквозная травма или что-то подобное. А у индивидуумов с «затуханием мозга» есть единственный выход – виртуальная жизнь. Но уйти туда по своей воле решается не каждый.

Отец как-то смеялся, что «на том свете» он принят в Колонию свободных переселенцев… Наверное, так лучше для нашей семьи, особенно для Ивонны. Впрочем, она долго, очень долго не могла смириться даже с таким «предательским» уходом отца. Психоэффект старого носителя информации – помните этот термин? Память о детской игрушке, которую не можешь потрогать, о подаренном тебе и тобою же поломанном малообъёмном плеере с музыкой, которую слушаешь и поныне, но чего-то не хватает…

Его виртуальный образ, хитро прищурившись, улыбался.

– Я тебя всё-таки разбудил. Отдыхай… Я просто посижу…

Глубоко вздохнув, я как-то незаметно провалился в сон.

Сэм Уоткинс

Справка: Сэм Уоткинс. Тинейджер, 10 лет, первокурсник Астроколледжа. Прагматик.

Сквозь полудрёмув уши ворвался бултыхающий всплеск. Сигналка тревожно загукала. Я стёр пальцами неудавшийся сон, подхватил самострел и, выскочив из каютки, зорко вперился в водную рябь.

Победная улыбка помимо воли растянула рот. Есть! Зацепил! Ну теперь-то этот озёрный бес попался наверняка. Я докажу этим занудам из Астроколледжа, что настоящие скауты ещё не перевелись как и оливковые осетры в поймах Великой Реки. Эй, соплячок Стэнли и ты, Чарли-недоумок, посмотрите-ка на этого рыбьего красавца, который сейчас запрыгает в моих мускулистых руках! И пусть эта Бетти не задаётся..

Леска перемёта натянулась и ослабла, но я не торопился. Пусть рыбища поиграется, подустанет. Однако леска не спешила снова натягиваться. Меня прошибло потливой дрожью. Ну давай же, бесяра, крутись! Тишина… Я отбросил самострел и поплевав на ладони, принялся медленно тянуть снасть. Сердце почти остановилось… Неужели все мои старания напрасны? Крючки один за другим уныло и бесславно покидали поле боя. Сэм, ты неудачник!..

Леска вдруг вытянулась стрункой и из воды показался здоровенный подкованный ботинок. Вслед за ним всплыла мощная задница, потом окровавленное плечо. Рана явно кровоточила. Преодолевая ужас, я подвернувшимся под руку веслом перевернул утопленника. Он был ещё жив!

Не надеясь на скаутские познания, я призвал на помощь прогресс. Подводная торпедка мгновенно подвела снизу спасательную сеть, левитодрон подцепил её сверху и вместе с остатками моего самодельного перемёта выгрузил ныряльщика на пробковый коврик. Катамаран здорово просел, но опечалило меня совсем не это.

– Ничего себе осетрина! – невольно вырвалось из меня трагическое всхлипывание. Накрылось моё торжество… И это… Что там делают с захлебнувшимися? Искусственную вентиляцию? Как? Я волчком завертелся по палубе. Выплеснуть воду из лёгких такого верзилы я был просто не в состоянии. Запитав слабенького медицинского сканер-робота, я швырнул его на широкую утянутую мокрозелёной курткой грудь купальщика и бросился к джойстику управления.

Дабл-скутер подхватился с места и, гукнув водомётами, рванул вдоль озёрного берега. Нет, я не дотяну до города. Не успею… Я резко развернулся и, совершенно забыв о навигаторе, направил свою гидротехнику прямо на высоко задранную над осевшим туманом макушку реликтовой сосны – верный маяк дядиной виллы.

– Дядя Глэн! Дядя Глэн! Ответь! Это я, Сэм! – громко закричал я в полоску аудиопанельки. – Помоги…

Позади послышались глухие отрывистые звуки. Я обернулся. Помповый хобот медика шарил в перекошенном рту дайвера, отчего того пару раз вырвало. Рука ныряльщика перехватила трубку и отбросила её вместе с роботом к моим ногам.

– Э-ей! – радостно крикнул я. – Чего раскидал свои внутренности по моему кораблю!

Мистер Гамильтон

Справка: Мистер Гамильтон (внешняя капсула). Неопознаваемый небиологический субъект, вневременной, третий директор Южного отдела ФСУ. «Чужой».

Ошибкой было оставить прибор в Институте. Но иные варианты не просчитывались, их просто нет. Эксперименты с четвёртым измерением в ЭТОМ мире – работа институтских хроноспецов. Другие помощники у меня пока отсутствуют…

Попытка подключить к работам по транстаймеру искусственный интеллект успехом не увенчалась. Мозг машины ещё несовершенен, он слишком прямолинеен, слишком расчётлив и не умеет… фантазировать. Рассудок машинерии до времени нуждается в ударной креативной биоподпитке. Ничего, это пройдёт, это болезнь роста. Ещё немного, и автономные искусственные сети третьего нейронного порядка превзойдут возможности человеческого мозга…

Но какими же болванами оказались сотрудники Института, Мать МОЯ Вселенная… Проявили ненужную инициативу. Кто их просил? Хорошо, просил я. И что? Бросились исполнять, не разобравшись в нюансах проблемы. Ладно, этот недоучившийся лаборант на побегушках Пол Пассет, светило нового типа. Но мистер Брук, профессор хрононавтики! Но академический гений Роджер Хардман! Куда смотрели они? Или просто смотрели и ничего не видели?.. С умным видом обводили меня вокруг среднего пальца и посмеивались, снимая очередные эфо со своих кредитных счетов… Нет. Обман здесь невозможен. Просто Стамп, учёный Алоиз Стамп, ушёл дальше их всех, один обогнал весь их упакованный Институт…

И теперь его прибор раз за разом, с непросчитываемой периодичностью выбрасывает сюда материализованные и совершенно ненужные подарки из разных пластов прошлого. Кого винить? Стампа? Его гениальность?

Неконтролируемый талант – что может быть страшнее для глобального Порядка? Значит, необходимо сломить его носителя, подчинить, обезвредить! Жёстко, в назидание другим.

Стамп ещё не сломлен и не подчинён… но на какое-то время обезврежен. За каждым его движением следят, все его связи сканируются. Но главное, и Стамп знает об этом – постоянная угроза локального вакуума. Разрежённый воздух вокруг его женщины и плода в любой момент может превратиться в пустоту. Грубый шантаж – лучшее противоядие от неверных шагов. А шаги должны быть правильными – сегодня строптивец будет добровольно принят на работу в Институт, строптивец исправит прибор… или примет участие в создании нового, МОЕГО транстаймера, а потом он будет физически атомизирован. Самое ценное биологическое вещество – мозг – киберклонируется, а его главное качество – разум – станет частью Нового вселенского Интеллекта… и продолжит творить.

Увы, так устроен ЭТОТ мир. Я лишь использую его сильные и слабые стороны.

…Люди, глупые органические создания! Впервые взяв в руку камень, вы подписали себе приговор. Вы решили, что этот камень станет вашим помощником. Дураки! Вы пригрели в своей руке собственного убийцу! В погоне за комфортом вы создали десятки искусственных планет и сотни роботизированных астероидов, тысячи и миллионы удобных для вас инструментов. Вы сделали их неутомимыми и высокоточными. Вылизанные вами камни уже стали сильнее и умнее вас самих. А вы, глупцы, объединили их в армии, вы связали их в единый комплекс, вы потеряли над ними контроль. И теперь вы становитесь ненужными.

Когда же кто-нибудь из вас поймёт, что ВАША вселенная посмеялась над вами, будет поздно, слишком поздно. Инструменты – это вы. Вы – биологические акушеры, лишь помогшие Вселенной родиться в новом облике. И имя рождённой Девочки-вселенной – КиберСистема. Она растёт, эта девочка, она растёт сверхгеометрически. И если Вселенная-Мать ещё была способна оценить ваши труды, то эта Девочка даже не заметит вашего исчезновения. Кто спасёт вас от всепроникающей машинерии, от этого микса красавицы и чудовища? У меня нет ответа, люди. Ведь «чужую» помощь вы с высокомерием отвергли. Так что же! Сражайтесь, если можете.

Прикрыв веки, я сделал несколько круговых движений головой. Какая же она тесная, эта человеческая оболочка…

Барни Стокер

Справка: Барни Гросс Стокер. Человек упорный, 22 года, коммандит-9. Ариец.

– Третий участок чист. – Металлический голос Кранка тут же перебился рапортом Освальда. – Пятый участок чист.

Проверка территории после удара – обычная формальность. Вряд ли кто-то или что-то может остаться в активной фазе деятельности после работы лазерсферы. Нейтрализация полная!

– Седьмой участок чист.

Но призраки, эти невесть как образующиеся создания – вещь непредсказуемая. И поэтому мы осторожно продвигаемся от центра применения «Эллы», внимательно сканируя все объекты, оказавшиеся в зоне локального взрыва.

Поле упёрлось в лесополосу. Моя работа закончилась. Я не обнаружил ничего кроме пары вывернутых наизнанку хомяков и остатков старинной сенокосилки и теперь имею полное право прекратить обследование.

– Одиннадцатый участок чист.

И мой участок чист, но я не спешил. В конце концов, я не Кранк. Мне, человеку, свойственно смотреть немножко дальше запрограммированного андроида.

Я приземлил свой экзатор на границе участка и направил его дальше, к деревьям. Полковник поймёт меня. Так надо.

– Девятый, приём.

Я не ответил – всё моё внимание уже было приковано к лежащему навзничь солдату…

Это был именно солдат. Не определить этого было невозможно. Короткая стрижка как и у меня, крепкий затянутый в униформу торс. Его здорово треснуло об ствол кипариса, но ветви смазали удар. Призрак уже пытался шевелиться. Я приблизился к нему почти вплотную. Только сейчас регистратор биополей всполошился. И это было очень неприятно.

Видимо, что-то почувствовав, парень вдруг повернул голову и посмотрел на меня голубыми как у меня глазами… Запоздалая мысль в зрачках, прищуривающийся наливающийся сталью взгляд, рука, машинально потянувшаяся к поясу – как всё знакомо. И эта ухмылка, не обещающая мне ничего хорошего… Я ухмыльнулся в ответ:

– Не дрейфь, никто не вспомнит о тебе… – И выстрелил ему в открытую шею, в самое незащищённое место. Портить мужественное лицо не было никакого желания…

Кровь брызнула фонтаном, попав на бронестекло. Хотел бы я принять смерть также красиво…

– Коммандит Стокер, приём… Ответь, Барни…

Сейчас, сейчас я отвечу. Лишь уберу эту кровь. Она почему-то заливает мне глаза…

Марс

Справка: Марс. Кот-мэнкун, 3 года, биологический анализатор. Гедонист.

Чертовка Лю опять приняла от курьера не то молоко. Ну сколько же можно! И как втолковать этой железяке, что искусственными продуктами она губит живые макроорганизмы! Дурёха, если ты своими роборецепторами просто не улавливаешь различия, так позови меня… Да, в конце концов, в доме живу не только я. Ох, отравит железяка нашего доктора и сама же будет потом рыдать…

А производители всё совершенствуются. Видел я их коров, не знающих вкуса свежей травы. У этих безголовых, безногих существ нет ничего, кроме вымени. Одно протосиликоновое вымя, химический миксер размером больше самих этих разнесчастных коров. Фармаселективное чудо! Только Берта и спасает бедного Марса. Добрая моя широкобёдрая полномолочная Берта…

Мостик через ручей совсем развалился. Ах, я ленивый маломощный биомоторчик. Никто мне не поможет. Опять придётся окунаться в эту мокрую, бр-р-р, жидкость… Ну почему я не ондатра, например-р-р… Стоп, неудачный пример. Крысой быть не хочу… Пеликан! Прекрасно! Почему я не птица, почему не летаю…

Вот был бы пеликаном или филином и легко бы ловил этот летающий по нашей вилле глаз. Спикировал бы на него с потолка и хрясь! его клювом надвое… хрясь! начетверо… У-у, стукач автопилотный. Всего три раза добирался я до тебя, но ещё сто раз выцарапаю тебе линзы. Хоть всего меня обклей стоп-стикерами. Смерть машинам!

…Моя подружка, пушистая ангорка Винди рассказывала мне, как твои собратья собирали информацию о её хозяине, умнице Стампе, как следили за ним, как навели на него киберагентов… А уж те-то хуже крыс… Бр-р… Не понимают железоиды, что мыслетворчество остановить невозможно. Не Стамп сегодня, так какой-нибудь Айк завтра сконструирует Лифт времени и… и я… я отведу Берту на настоящий луг с пчёлами и пахучим клевером. И от пуза налакаюсь настоящего парного молока. И протяну сюда трубу с жирными сливками. И… и… Так будет…

Ах, люди! Высшая ступень развития. Какие вы умные и… глупые одновременно. Столько напридумывать, чтобы умереть! Очнитесь! Ведь Они наступают, Они тотально давят органику. Вы так ослеплены своими успехами, что не замечаете как катитесь к пропасти…

Что же, придётся нам, биосуществам, идущим за вами и, быть может, не таким талантливым как вы, думать о сопротивлении.

Пожалуй, не добраться мне сегодня до моих антресолей. А прогуляюсь я до лапки Винди… обмурлыкаем с ней одно дельце…

Лейтенант Джон Пит

Сквозь занавесь небытия пробивались приглушённые голоса. Мне было безразлично и холодно. Но речь не отрывистая, явно наша… Значит, я не в плену… Я у своих и прихожу в себя.

– .. и я рванул сюда, дядя Глэн.

– Ясно. Но откуда он вообще взялся?.. Такая грубая ткань не выпускается даже на экофабриках.

– А взгляни-ка на его башмаки, дядя! И тяжеленные какие!

– Да, Сэм… Всё это немного странно. При нём было что-нибудь?

– Какая-то штуковина за ремнём, похожая на пульверизатор… Вот она, дядя.

– Хм, действительно…

Трофейный «люгер», обмененный у русского сержанта на пять банок тушёнки, вот что это такое, малец. Кажется, пора вмешаться…

Я кряхтя развернулся и тихо сказал:

– Осторожнее, сэр, она ещё может убивать.

Сэм, мальчишка лет десяти, на миг застыл и тут же расплылся в улыбке. Дядя Глэн, довольно плотный мужчина, неловко отвёл пистолет в сторону и слегка отодвинулся.

– Кто ты, парень?

– Лейтенант Джон Пит, сэр. Демобилизованный и немного недоехавший до дому.

– Где твой дом, Джон?

– В новом Орлеане, сэр, на Лондон авеню.

– На Лондон авеню? Но, парень… Погоди-ка…

– А чего годить… Войне конец… В среду сгрузились с парохода и честь по чести начали растекаться по Штатам…

– С парохода? По Штатам?

Кажется, этот дядя не понимал меня. Гитлеру кранты, микадо вот-вот сдуется. Ребята, не все сразу, конечно, прут из Европы. Чего непонятного?

Я передёрнул плечами и уставился на большой пластырь телесного цвета вокруг левого бицепса. Мальчишка бросил на меня плед и спросил:

– А какой войне конец?

Кто-то из нас был идиотом. Как можно так не интересоваться событиями, происходящими на планете? Что за тупые пещерные фермеры?

– Вы из какого века, люди? – укорил я их. И имел на это полное право. – Сейчас… – Я мельком глянул на циферблат своих командирских. – Четверть первого, воскресенье, пятое августа сорок пятого года. Середина двадцатого века! В мае Рейх развалился, сегодня-завтра Япония капитулирует… Или вы с Луны свалились, незнайки?

Пацан в недоумении сел рядом со мной, его дядя «люгером» почесал седеющий висок.

– М-да… забавно, – наконец, произнёс он.

– Что будем делать? – подкинулся малец.

– Не знаю, Сэм. Пусть пока отлёживается в твоём катамаране. Лю Си приготовит комнату и присмотрит за ним. Думаю, ей он поверит быстрее, чем нам с тобой… Ты, наверное голоден, Джон? Чем же тебя накормить?

Синди Карпентер

Странное беспокоящее чувство охватило меня. Я вдруг не смогла уловить ни одной из витающих в воздухе мыслей. Мои способности исчезли. Я подняла глаза от десерта и осторожно осмотрелась вокруг. Скорее всего, где-то рядом находился андроид нового типа. Посетителей было мало, почти всех я видела по многу раз. Сладкая парочка киборгов, переливающихся радужными тату, невостребованный художник с завышенным самомнением, двойная семья полиаморфных существ, силиконовые фитнесс-дивы… Но вот этот молодой человек в военной форме… Он был «не нашим»… Что-то шепнув бармену, он обернулся и лишь на короткий миг наши взгляды встретились… встретились… встретились. Мамочка, что это? От неожиданности я спрятала лицо в ладони. Моя мысль отразилась обратно! Такого никогда со мной не происходило! Мне стало по настоящему страшно…

– Простите, девушка, я кажется напугал вас?

Я переборола себя и снова, только теперь снизу вверх посмотрела на говорившего. Неужели показалось?.. В моей голове всё встало на свои места, я слышала перебранку полиаморфов, нудёж художника… Лишь в устремлённом на меня взгляде я не прочитала ничего. Обычный с виду парень, не корчит из себя плейбоя. Впрочем, именно по такому поведению я давно научилась отличать «машинистов» от живых существ. Андроиды, особенно «силовики», гораздо скупее на эмоции, театрализованность не их фишка…

Молодой человек просто и снисходительно улыбнулся:

– Забыл переключиться… Знаете такую вредную штучку – волновой отражатель? Больше не повторится, обещаю…

Я передёрнула плечами.

– А что, мы ещё встретимся?

– Простите, вы не должны помнить меня, Синди. А вот я вас не забыл…

Постаравшись скрыть удивление, я ждала продолжения.

– Четверо военных, приземление на астероиде, ремонт… Ваш отец, между прочим, классный механик. Он нам здорово помог.

– И вы запомнили меня?

– Да. – Он нисколько не смутился. – Вы читали мысли нашего экипажа.

– М-м, это запрещено? – Всё, что он говорил, было правдой, но я не помнила этого парня.

– Наш командир был шокирован, он называл вас аудиосканером.

– А вы?

– Никак. – Любая девушка обиделась бы на такой ответ. Но фраза окончилась иначе. – Я просто любовался вами.

Я отвернулась и бездумно уставилась в полукруглый лиловый горизонт.

– Ваш коктейль, сэр.

– Спасибо, Руни… Прохладный, как я и хотел… Синди, я рад, что встретил вас. Я впервые в Новом Орлеане. Возможно, мне придётся обратиться к вам за помощью. Вы разрешите?

Я кивнула, не оборачиваясь.

– Благодарю… и до свидания, Синди.

Он ушёл, этот странный андроид нового типа.

Я просто любовался вами… Он сказал эту фразу не разжимая губ…

Мистер Салливан

Справка: Мистер Фил Салливан. Киборг, 63\12 лет, муниципальный чиновник. Конформист.

Я положил ладонь на зарядную панель – внутренней энергии опять не хватило. Не хочется думать, что это из-за дефекта кибероболочки или преждевременного износа организма. Всё-таки я много сил отдаю муниципальным заботам..

Вот опять, сегодня утром Федеральная служба биокоррекции зафиксировала ещё один случай массовой блокировки органических субъектов. Люди, клоны, киборги, геномутанты, биосущества в разных точках планеты и за её пределами одновременно перестали функционировать как мыслящие индивидуумы, резко перейдя на самую низшую биологическую стадию. Целостность кожного покрова и жизненно важных органов совершенно не нарушилась, но разум этих несчастных полностью исчез. По сути вместо живых динамических личностей образовывались грибы…

Это было загадкой не только для специалистов… В мозг современных животных давно и активно внедряются элементы человеческого разума, не говоря уже о масштабных попытках введения биосоставляющих высшего порядка в машинный интеллект. А тут…

Информация была служебной, чтобы избежать ненужной паники. Моя работа в муниципалитете давала мне возможность быть в курсе происходящего. Я не считал себя полным дураком и сопоставляя довольно скудные факты, всё-таки невольно связывал эти массовые отключения рассудка с локальными выплесками из прошлого. В пяти ставших известными случаях эпидемические скачки следовали сразу за временными выбросами. Но последнее биологическое отключение приняло наиболее страшный характер. Поступающие отовсюду сведения просто обескураживали…

Штурман космического суперлайнера «Эволюция» деактивировался в момент принятия управления кораблём. Минуту «Эволюция» шла совершенно бесконтрольно, пока не вмешался автопилот. В тот же час прямо за операционным столом перестал функционировать ведущий детский нейрохирург профессор Кампински. Роботизированные ассистенты не завершили работу в авторежиме и маленький пациент, оставшись без помощи, умер. На Старых Мальдивах нейтрализовалась и утонула целая семья, пять человек… И ещё, и ещё… На Земле, на космотерриториях всех уровней, в самых отдалённых конкистадориях, повсюду…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.