Чёрные Охотники. Мантикора
Гульзара Калимуллина

© Гульзара Калимуллина, 2021

ISBN 978-5-0053-9753-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

С давних времен ходит легенда о всадниках в чёрных плащах, несущих мечи света в своей руке. Сливаясь в темноте, рассекая её, чтобы проложить путь и осветить земное пространство.

Ведя кочевой образ жизни, они менялись и совершенствовались и всё больше сливались с толпой людей, подстраиваясь под измененный современный мир. При этом не меняя законов и правил своего существования, для того чтобы оберегать и выживать.

Лишь немногим дано было знать о них. И открывшие тайну считали их посланниками Ангелов, творениями, созданными для того, чтобы защищать людей от падших и нечестивых адских созданий. У них разные имена и лица, но именуют они себя Чёрными Охотниками.

Глава 1

«Я бегу через лес, уходя всё дальше в чащу, прокладывая дорогу между деревьями. Дышать становится с каждым разом тяжелее. Спотыкаясь, закрываю уши от рёва, который раздаётся где-то позади меня.

Сердце бьётся как бешеное, и отдаёт в мозг взрывными пульсациями, отчего понимаю, что если остановлюсь, то это будет конец. В один миг, когда думала, что зверь настиг меня, перестаю чувствовать землю под ногами и падаю вниз…»

– Лиза, проснись!

Открываю глаза, но темнота не уходит. По ногам пробегает озноб. Чувствую как по лицу, спине течёт холодный пот.

– Ну, ты дрыгаешься, чуть мне башку не снесла!

Сквозь отступающую пелену, увидела брата Кирилла.

– Что, ты тут делаешь? – прикрываюсь одеялом, чтобы хоть чуть-чуть согреться.

– Как это что? Ты орала на весь дом. Вот и пришёл.

Молча отворачиваюсь и укутываюсь ещё сильнее.

– Ну ладно, если что я рядом, – дверь закрывается.

Один и тот же сон, чуть ли не каждый день. Снова! Как несколько лет назад. Глупо бояться, ведь всё уже в прошлом.

Казалось, что уже не усну, но прошлые, почти такие же бессонные ночи взяли своё и, закрыв глаза, я все таки засыпаю.

Сегодня гораздо теплее и солнце светит с окна ярче. Cнега за всю зиму выпало не так много, поэтому февраль выдался больше похожим на раннюю весну. Грязным, пыльным и ветреным.

Я вышла из своей комнаты и направилась в ванную, где уже пристроился мой братец. Его завитые тёмные волосы торчали в разные стороны и голубые глаза щурились от недосыпа. Почти на две головы выше меня, тело отшлифованного качка стоило постоянных тренировок в спортивном зале, где он выжимал из себя всё для игры в баскетбол. Разница в возрасте у нас почти год и мы совсем не похожи друг на друга.

Кирилл громко выхаркал содержимое изо рта и повернулся ко мне, сверкая до бела вычищенными зубами:

– Как спалось после?

– Ну, и манеры у тебя! Нормально, – не хотелось начинать разговор об очередной кошмарной ночи. Неприятно вспоминать холодный взгляд монстра.

Брат хмыкнул и, прополоснув рот, уступил место в ванной, которую мы делили вдвоём.

Я посмотрела на своё отражение в зеркале: сплошная белизна, начиная от кожи, ресниц и заканчивая длинными светлыми волосами. Меня можно было спокойно назвать альбиносом, если бы не исключительно тёмные брови, несколько темных прядей волос и обладание стойким здоровьем. Самой уникальной и отличительной чертой во мне являлись почти зеркальные зелёные глаза с врождённой колобомой. Многие знакомые и даже незнакомые замечали и в открытую говорили, что радужка отливает фиолетовым цветом.

Мама не переживала по этому поводу, так как работала в больнице врачом и могла с уверенностью сказать, что генетически неотличима от большинства других людей. Чем старше становилась и крепла, тем больше понимала, что все мы разные и каждая внешность уникальна по своему.

В детстве может относились ко мне с особым интересом, как это обычно бывает в малонаселенных районах. Когда подрастаешь и большинство подростков берут в моду красить в разные цвета волосы и носить разноцветные линзы, то моей внешностью никого уже не удивишь.

Аманда (так зовут мою маму) накрывала на стол и окликнула нас к завтраку. После ночного кошмара вовсе не хотелось есть. Поэтому одевшись, сообщив всем о своем уходе, я вышла из дома.

На улице таял оставшийся снег, постепенно превращающийся в огромные лужи. Мы собирались пойти с подругой в библиотеку, где я работала. Заранее договорившись, что она какое-то время составит мне компанию. Вероника, как и я, жила в одном из домов в конце улицы.

Когда подошла к воротам, то увидела, как она выходит на крыльцо и бежит в мою сторону, на ходу пытаясь завязать ярко-розовый платок на голову в виде ободка. Этот взгляд голубых глаз, светящиеся необычным светом, заприметила сразу же. Они говорили о очередной увлекательной истории или жизненно важной информации, о которой, кроме меня, все уже знают.

Вероника всегда одевалась под своё редко угасающее хорошее настроение. Сегодня на ней была ярко-желтая куртка и горчичного цвета брюки.

– Ты вовремя, – она чмокает в щёку, – что хмурая?

– Да, ужасный сон приснился.

– Расскажешь?

– Не хочу об этом говорить, – мы направляемся в сторону главной улицы на остановку.

– Ну и жарень! – она поправляет волосы, – Не то, что вчера! Одно радует, что до конца учёбы осталась всего-навсего одна четверть, – я киваю в ответ на её недовольство, сменяющуюся радостью.

– Подожди до летних каникул, ещё весенних не было.

– Быстро пролетит. Я так люблю лето, устала от этой серости и зима не зима, – она сверкнула глазами и ехидно улыбнулась, – Ты слышала, что произошло у нашего географа?

– И что же?

Преподавателя направили к нам с города в прошлом году. По большей части он являлся учёным геологом, принадлежавший к одной из проживавших когда-то в нашем районе семей, приехавший изучать найденную случайным образом три года назад закопанный временем город.

В здешнем кругу его всё ещё считали новеньким, поэтому не замужние и даже замужние женщины всячески старались привлечь его внимание. Все знали, что он одинок и за всё это время ни разу не пытался с кем-то встречаться. Думаю, то, что его сердце кто-то занял, могла быть единственной новостью, так взволновавшую мою подругу.

– Как что? И ты не знаешь?

Всегда поражал этот вопрос:

– Я же не умею читать мысли.

– Говорят у этого препода есть сын. Он будет учится в нашем классе. Представляю насколько он красив.

– Не знала, что у него есть сын, – это удивило. Преподаватель внешне выглядит максимум на тридцать пять лет, а тут у него семнадцатилетний сын.

– В том-то и дело никто не знал. Да, и вообще зачем городскому приезжать в наше захолустье. Хотелось бы узнать.

– Его отец здесь.

– Наверное, есть другая причина. Его папаша в отличии от местных имеет чуть ли не дворец в нашем районе, а это значит его сын баловень судьбы. А такие по своей природе вечно влезают в неприятности. Наша школа вовсе не знаменита, чтобы он заинтересовался обучением здесь.

– Сложно сказать, мы ведь с ним не знакомы. Если у них фамильный дом, они, наверное, имею право приезжать сюда, – я пыталась быть заинтересованной её новостями, но ночной кошмар оставил неприятный осадок, что ни о чём не хотелось думать.

– Папа рассказывал, что в прошлом семья преподавателя сделала себе имя, раскапывая землю. Это у них вроде как бизнес. Ценные породы камней и всё такое. Та часть земли, где сейчас раскопки, это территория принадлежит им, поэтому её никто не трогал. Но по каким-то причинам, ещё до конца не разобралась, он потерял определённое состояние и переметнулся на географа. Если подумать, землю тщательно охраняют, значит она имеет ценность. Видимо, его кто-то спонсирует. Даже если это правда, имея имя я вовсе не работала учителем.

– Не все думают как ты, – иногда я поражалась уму этой девчонки.

– Ты права! Если этот участок не оправдает надежд вернуть обратно своё состояние, то считай хоть какая-то работа у него будет.

Она не умолкала всю дорогу, рассказывая о том, что новенький будет жить в каменном поместье, на краю реки, вместе с отцом. Если подумать, там нет ничего особенного, лишь то, что он был отделен от района и посёлка на достаточно далекое расстояние и до прошлого года считался чуть ли не заброшенным. Теперь объявился ещё один наследник.

Автобусы в выходные ездят редко, поэтому мы поймали попутную машину за рулем которого сидел усатый мужик в кожаной куртке, которого попросили подбросить до района. Мне на руку было то, что он проезжал как раз мимо библиотеки и я не опоздала на работу.

Небольшое здание с огромной вывеской «Вселенная», встречала нас унылыми серыми красками. Здесь обычно школьники получали книги для школы и студенты, учившиеся в местном образовательном училище. Посетителями в основном являлись старики, которым нечего было делать и они продолжали, как мне казалось, жить в придуманном мире. К нему прилагался так же маленький уголок с новыми книгами и канцтоварами, в котором, в основном, продажу вела я.

Частенько бывала здесь, особенно в выходные. Мама не могла нас прокормить своей маленькой зарплатой, которую она пыталась накопить и отправить Кирилла учиться в город, чтобы он мог получить хорошее образование. Это одна из причин по которой мне приходилось работать, помогая седовласому старику Панкратию разбирать старые книги и принимать новое поступление.

После школы я в обязательном порядке должна находиться здесь до семи часов ровно, поэтому выходные считались для меня особой роскошью. Хотя читателей, в отличии от покупателей, в такое время не так много. Я проводила основную часть дня за книгами и домашним заданием.

Бывало, приходилось выходить на работу в субботу и воскресенье и составить компанию дедушке, которого я недолюбливала. Мама говорила, что у него это старческое, то книга не так лежит, то пыль села на полку. Всё в его библиотеке должно быть идеально, потому что порядок всегда привлекает читателя и многие о нём не забывают.

Деньги платили не такие большие, но я не жаловалась. Лучше уж что-то, чем ничего.

– Посижу с тобой, но недолго! Не очень-то хочется смотреть на лицо этой зелёной лягушки в течении долгого времени. К тому же, я потеряла одну из его книг, про которую он не хочет забывать, – полушёпотом сказала подруга, – Попробуй отпроситься!

– Ты сама напросилась побыть с подругой пару часиков. О большем и не прошу.

Она закатила глаза и, открыв дверь, пропустила первую. Ко мне сразу же, прихрамывая, подбежала небольшая чёрная собака, виляя хвостом:

– Анти! Ты собьёшь меня с ног, – девочка послушно села, заглатывая слюну, пряча и высовывая язык.

В уши врезались звуки скрипучего голоса Панкратия, который приветствовал фразой:

– Аааа… На работу пришла? Антонина, на место! – собака нехотя, но послушно опустив голову поплелась за стойку, где стоял старик, и легла, высунув морду так, что ей был виден вход.

Вероника, слегка толкнув меня в сторону, ответила ему:

– Здравствуйте! Я за книгой. Если вы не против, то я могу остаться с подругой? У вас говорят новое поступление.

Старик как-то отдалённо посмотрел на неё, а потом на меня. В его глазах мгновение читались тревога и сомнения, которые моментально сменились по привычке на задумчивый. Худое лицо, на сегодня бледнее обычного, покрыто грубыми морщинами и старыми, побелевшими с годами, двумя шрамами, ведущие от правого уха к нижнему подбородку. От этого он не выглядел уродливым, но его взгляд и слишком тихие движения, иногда приводили в некий ужас. Имея такую привычку, переросшую в репутацию, большинство людей нашего района старались всячески избегать общения с ним.

Придя в себя и особо не останавливаясь на изучении чужого лица, промямлила тихое: «Здравствуйте».

– Елизавета, доченька! – никогда не нравилось как он ко мне обращался, потому что у меня не было отца и «доченька» по праву принадлежало называть только моей матери. Но я не стала перечить, чтобы не лишится этой более или менее сносной работы, с которой могла учиться, – Распакуй вон те коробки за стеллажом и разложи по полкам.

Молча кивнув, направилась к книгам. Уйти сегодня пораньше не получится, а я планировала прогуляться с Никой после работы.

– Третьякова! – Панкратий обратился к Веронике, – Если помощь хочешь, то не против. Быстрее управитесь, быстрее работа закончится, – сказав это, он отвернулся от нас и уткнулся в свои какие-то записи. Да, старик умело читает мои мысли!

Мы обе направились в дальний угол здания к коробкам, где они нас поджидали, при этом Вероника скорчила кислую гримасу и шипела:

– Как ты можешь с ним работать? Это ужасно… От одного его вида мурашки по коже. Поэтому он и считается отшельником. Лиза, если ты превратишься в такую, то я тебя пристрелю! – она сказала это с таким серьёзным видом, что я начала смеяться. Ника меня подхватила. Мы шикали друг на друга, делая намёк на то, чтобы библиотекарь нас не услышал.

Сдерживая смех, я открыла одну из первых коробок и дала Веронике указание, чтобы она складывала книги по сюжетам и по алфавиту, как обычно делал старик.

С очередным открытием коробки поняла, что останусь здесь допоздна. Так как утром ушла не поев, то сейчас настолько проголодалась, что мечтала о том, чтобы библиотекарь как можно скорее вышел прогуливать собаку.

Панкрат, будто снова прочитав мои мысли, таща свое осунувшее тело в нашу сторону, доверил мне закрыть библиотеку на обед. Сказал, что задержится, и поплёлся к выходу. Антонина по привычке подбежала ко мне, пару раз лизнула руки и убежала за стариком. Он жил недалеко от этого здания, поэтому час ровно, туда на еду и обратно, ему вполне хватало. Но если он сказал, что задержится, то три часа мне одной в библиотеке обеспечено.

Вероника, не привыкшая к такому темпу работы, быстро устала. Найдя повод, что мама ей раз сто звонила и просила посидеть с младшей сестренкой, оставила наедине с книгами.

Вероника была из семьи, где у её отца собственная земля для посадки кормовых трав для ста пятидесяти голов собственных коров. Её папа, когда-то мечтавший о сыновьям, пытался приноровить к работе. Но она не переносила коров в общем и отлынивала от домашних обязанностей, а библиотека являлась отличным местом для времяпровождения.

Минут через десять после ухода парочки маленьких покупателей, решила закрыть магазин, размышляя о жареной курочке и картошке, которую мама обычно готовила в выходные и которую я не съела.

Поменяв вывеску «открыто» на «обед», повернулась в ту сторону откуда пришла и увидела всё великолепие нашей очень скромной, но большой библиотеки. Здесь практически от входа тянулись стеллажи с книгами. Только маленькое пространство, для любителей почитать в этом тихом месте, выделялось шесть столов с четырьмя стульями для каждой.

Размышляя о том, что работаю в одном из прекраснейших мест нашего района, я резко развернулась и ударилось об чье-то тело, которое секунд десять назад вроде как не было.

– Ой! – единственное, что пришло на ум, когда я увидела красивого… Нет! Ослепительно красивого парня с чёрными, как смоль, глазами. На мгновение меня пробрала волнительная дрожь и я даже качнулась от легкого головокружения. Он ухмыльнулся, потом улыбнулся.

– Хэй, только не упади! – его голос снова сбил меня с толку. Слишком соблазнительный.

– Да, вроде и не собиралась. Это наверное из-за того, что пропустила завтрак и если сейчас не уйду, то пропущу и обед, – язвить я никогда не умела, но тут просто не удержалась. Хотя бы на мгновение хотелось стереть с лица эту самодовольную улыбку.

– Я вовремя! Хотел пару книг одолжить, – он рассматривал меня с особым любопытством, к чему я привыкла с годами. Светлые волосы и в особенности глаза играли свою роль.

Молча указала на дверь, намекая на то, что у меня заслуженный перерыв.

– Если ради меня откроешь, так уж и быть, не оставлю тебя голодной.

– Ты вроде как новенький? – я знала об этом, но все же решила удостоверится. Что может такой парень делать с такой дыре, как эта?

– Ну, да, – он смахнул свою щёлку в бок. Дааа… и волосы у него что надо. Такие же тёмные, как и глаза.

– Вроде только приехал и уже куда-то торопишься. Ладно, пошли, – дольше обычного возилась с замком. Присутствие рядом хорошенького мальчика действовало на мою координацию движения.

– Какой класс?

– Десятый А, – сама не понимаю, почему удивилась нахлынувшей радости. Он будет учится в нашем классе, как и говорила Вероника. Широкие джинсы, чёрная футболка с красным графическим рисунком и такого же цвета курткой, очень ему шли. Я себя почувствовала дискомфортно, потому что мой стиль одежды оставлял желать лучшего. Протертые джинсы, оранжевая толстовка и чёрная короткая куртка, одетые на спех вещи никак не могли меня выделить и зацепить такого парня, как он. О чем я только думаю! Попыталась отбросить стеснение куда подальше. Всё же он новенький, а не я.

– Пойдём, поможешь мне, – мы пошли вдоль стеллажей и я, вытаскивая нужные книги, отдавала ему. Набралось примерно десять штук, – вроде бы всё.

Он отнёс книги к месту выдачи:

– Могу взять ещё парочку?

– Конечно, – руки слегла тряслись от волнения, которые пыталась скрыть за невысокой стойкой, куда обычно старик крепил маленький календарь, коробки со списками читателей и важные записи.

Удивило, что его не заинтересовала обычная литература. Темноглазый прошёл в дальний угол библиотеки и у меня возникло чувство, что он знал, где что лежит и в точности нашёл, то, что вроде как бы искал. Он провозился некоторое время и я уже начала злиться, что уступила ему, открыв библиотеку.

– Тебя интересует мифология? – спросила, когда он положил три старые на вид книги доисторических времён.

– Такие издания бывают куда интереснее.

«Интересно то, что ты вообще интересуешься книгами,» – подумала, но не сказала этого вслух.

– Есть документ удостоверяющий твою личность? – вела себя как библиотечный червь, но всё же стоило хоть как-то оборонятся от его обаяния.

Он протянул свой паспорт и первое, что прочла, это его имя и фамилия «Владислав Норденшельд».

– Теперь мы знакомы, Лиза Чайка, – он улыбнулся и протянул руку. Я протянула в ответ. Теплые пальцы рук обожгли мои и от смущения быстро убрала их за стойку.

– Вроде я не говорила своего имени, тем более фамилии, – он указал на бейджики, которые были прикреплены к краю стола, – тебя же не Панкратием звать? Грозное имя.

Мы засмеялись.

«Утиные истории» первое заведение в нашем районе куда люди обычно заходили перекусывать, обедать и просто проводили свои будние и выходные дни. Кафе не соответствовало названию, утку подавали только по праздникам, в обычном меню всегда была только курица и индюшатина.

Владелец кафе Леонид Степаныч с засаленными волосами, носом картошкой, добрыми глазами и огромным животом не раз предлагал мне работу официанта. Но книги для меня были ценнее, чем разнос еды.

После рисовой каши с мясом, салата и колы, он в очередной раз подошёл, чтобы узнать не нужно ли нам ещё чего-нибудь. Владислав вопросительно взглянул на меня.

– Нет, спасибо! – я улыбнулась.

– Я Леонид Степаныч! Можно просто Лёня! А ты у нас новоприбывший? – протягивая руку Владу, спросил наидобрейший повар нашего района.

– Да, Владислав! Приехал к отцу. Вы, наверное, его знаете? – ответил тот рукопожатием.

– У нас тут все почти друг друга знают… уже ухаживаешь за нашими местными красавицами? – подмигивая, ляпнул так ляпнул Леонид Степаныч, – Смотри не обижай, глаз да глаз! – вроде шутя и серьезно продолжил как не кстати объявившийся «ангел-хранитель». Захотелось провалится сквозь землю, но Влад искренне улыбнулся и сказал, что я в надёжных руках.

– Ну, если что зовите, – Леонид Степаныч дружелюбно похлопал Влада по плечу, подмигнул мне и направился за барную стойку.

– Ты в районе всех знаешь? – он нарушил молчание первым.

– Почти что.

– Они здесь все такие как он?

– Не все, – щёки пылали, я всё еще не могла отойти он недавнего диалога.

– С виду хороший человек. Сложно одному управлять таким кафе, – он начал интересоваться местными и это не удивило. Городскому, наверное, было любопытно узнать о сельской жизни.

– У него жена есть, она все это и готовит, ну и в будни, когда приходят рабочие, у них есть пара рук, которые помогают.

– Детей нет? – стало резко грустно от воспоминаний.

– У них двое сыновей… было, три года назад погиб старший, – стало тяжелее говорить, слова вышли полушёпотом.

– Прости! Я догадывался, что ты та девушка… Отец рассказывал, что это необычное место. Вы, наверно, были хорошими друзьями?

Кажется, всё это время ждала человека, которому могла бы рассказать свои переживания о том случае, ведь всё это связано с ночными кошмарами.

– Мы с детства общались. Мама из-за постоянной работы, оставляла нас у них. Старший не выжил при падении, в отличии от меня, – посмотрела на настенные часы, где они намекали, что опаздываю уже на десять минут и начала вставать, – нужно идти, спасибо!

Пока он расплачивался за обед, я приходила в себя на улице.

– Извини, если это тема испортила твоё настроение, – он тронул мою руку и от кончиков пальцев пробежала тёплая волна, отдавая по всему телу.

– Ничего, это просто воспоминания так на меня подействовали, – я взглянула на него снизу вверх, он смотрел в противоположную улицу и о чём-то призадумался.

– Тяжело терять близких людей, – только сейчас поняла, что ему тоже пришлось пережить потерю близкого человека, но он повернулся в мою сторону и улыбнулся, уводя прочь этим прошлое. Я улыбнулась в ответ.

С приходом сумерек поняла, что провела в библиотеке намного дольше обычного. И тут же вспомнила, а ведь Панкратий так и не вернулся. С ним такого никогда не бывало раньше. Это здание для него считалась священным местом, где он всегда оставался до поздней ночи, когда уходила.

Меня больше удивило не то, чтобы библиотекарь не пришел обратно, а что я все это время думала о приезжем парне. Попыталась сконцентрироваться на последних записях, но в последний момент кинула оставшиеся книги обратно в коробку, убрала журнал, закрыла ноут, мысленно собираясь доделать все завтра с утра пораньше.

Запасными ключами закрыла дверь библиотеки, которые старик доверял мне только на момент обеда, но не позволял забирать, и направилась в сторону остановки. Увидев отъезжающий автобус, выругала себя. Теперь пилить с района до нашей деревни километров двадцать.

Обычно, в такие моменты выбираю пешие прогулки, поэтому решила пойти коротким путем через лес, по мосту, где протекала река. Я знала, что если пройти в глубь леса, можно будет попасть в то злосчастное место, в котором с прошлого года ведутся раскопки. Меня оно пугало больше, чем притаившиеся поблизости дикие звери.

Хотя несколько лет назад эти места и были убежищем не только животных, но и смелых влюбленных или старшеклассников, устраивавших по выходных посиделки. То теперь она служила путём для большегрузных машин, которые рассекали по территории и днём и ночью, с приставленной вокруг участка охраной.

Пока не стало совсем темно, решила по быстрому проскочить окрестности леса. Но, не тут-то было, не доходя до моста, всё небо покрылось тёмными грозовыми облаками. Обругала себя ещё раз. Если по дороге повстречается охрана, то меня развернут и отправят обратно. А мне вовсе не хотелось делать огромный круг по главной дороге.

Фонари освещали путь и, сжав кулаки, пошла дальше. Оглядываясь по сторонам, интуитивно почувствовала чье-то присутствие. Я не испугалась, хотя это может быть дикий зверь, решивший выйти в люди, что являлось частым в нашем районе.

На другом концу моста кто-то вышел из леса. Человек почти ростом с меня, не выше, руки опущены и пустые. Спокойно выдохнула, видимо местный.

Тускло мерцающий фонарик, освещающий мост с его стороны не позволял вглядеться в фигуру, одетую на два размера больше, чем его владелец, толстовку с капюшоном. Шла как ни в чём не бывало с каждым разом замедляя шаг, когда он медленно направлялся в мою сторону. Именно шаг за шагом на меня, а не мимо. Из моего горла вышло что-то похожее на хрип. Спросить или крикнуть не получалось. И он молчал. Это точно парень. У него что-то мелькнуло за спиной похожее на изгибистый предмет. Когда она блеснула, мысли начали путаться, только сердце стучало бам, бам, бам… Нужно меньше читать всякие небылицы во время работы.

Позади меня послышался шум подъезжающей машины. На мгновение я отвела взгляд в сторону. Вспышка света и фигура исчезла, будто и не было. Только тёмный лес. Неужели привиделось? Брр… Развернулась в сторону светящихся фар. Его невозможно было не узнать. Владислав шёл быстрыми шагами, его лицо напряжено, но в глазах читалась, что он рад меня видеть.

– Ты что тут делаешь? – или нет, не рад? Его взгляд направлен в сторону леса, а не на меня.

– Шла домой…

– Через этот лес? Сумасшедшая! Тебе видимо жить надоело. – Он отчитал меня как пятилетнюю, что покраснела до кончиков ушей. Хотелось провалится там же, где стояла.

– Решила срезать, здесь короче до дома, – промямлила я.

– Ты же понимаешь, что в лесу не безопасно, особенно в такое время? Пойдём, отвезу тебя, – мы направились в сторону его машины.

На автомате следовала молча за ним, пытаясь найти оправдание своей глупости, как позади нас кто-то свистнул. Из леса вышли два охранника.

– Эй, вы что тут забыли? – устрашающий вид одного из верзил в форме военного, держащего правую руку на пояснице, заставил меня вздрогнуть, – Подойдите оба!

Влад встал вплотную ко мне. Не знаю почему, но рядом с ним чувствовала себя настолько защищенной, нежели иди я дальше одна. Только было открыла рот, чтобы объяснить ситуацию, как Владислав протянул какую-то карту первому охраннику, тот мельком взглянул и переменился в лице:

– Девушка с вами, вас проводить?

– Я позже заеду.

– Могу отправить с вами машину.

– Не нужно, – охранник покладисто кивнул и вернулся к своему другу.

Когда пошли обратно в сторону его машины, он открыл дверцу и слегка так нежно подтолкнул внутрь. Этого хватило. По телу пошла мелкая дрожь и ноги сами подкосились и я не села, а шлепнулась на спасительное пассажирское сиденье. Пока он обходил машину, в голове прокручивала, а что он делает в такое время в неизвестном ему месте. Как только за ним захлопнулась дверь, уже сама готова была накинуться на него с такими же претензиями, но и тут он опередил:

– Отец просил завезти кое какие инструменты к месту раскопок, не ожидал тебя встретить, – он улыбнулся, – часто ты так гуляешь одна?

– Не часто, – меньше всего хотелось оправдываться, особенно перед хоть и симпатичным, но малознакомым человеком. Тут только вспомнила, что эта земля находится в собственности его отца, значит принадлежит и ему, – Мог пойти, если срочно, я бы сама нашла дорогу.

– Лучше отвезу тебя домой.

Владислав завёл машину и я облегченно вздохнула, когда лес остался позади. Что взбрело в голову пойти туда. Может из-за снов думала, что если хоть раз пройду мимо того места, то ночные кошмары прекратятся.

Не покидало чувство страха и я начала замерзать. Влад то ли понял, то ли в машине, как и на улице, прохладно, включил печку и прибавил звук музыки. Чем дальше мы уезжали, тем сильнее я успокаивалась. Но одно напряжение сменилось другим, уже такое нежное, тёплое, от того, что он был рядом. Боковым зрением разглядывала его черты лица, губы, руки, крутившие баранку. Кажется внешне он настолько спокоен, насколько я в смятении.

– Ты водишь, разве это законно? – хотелось хоть как-то развеять страх или даже может услышать его соблазнительный голос. О чём это я?

– Нет, – Влад засмеялся, – права я получил уже в прошлом году. В городе такого мне бы никто не позволил. Скажем так, я договорился кое с кем и теперь это не проблема.

– Договорился? Или?

– Ахах, не метишь на место следователя?

– Могу не спрашивать, если сложно ответить, – я обиженно отвернулась к окну, понимая, что лезу не в свое дело.

– Да, я пошутил. А ты значит у нас законопослушная?

– Пока ничего не нарушала, но сидя с тобой… – но тут же оборвала себя.

– Что? – он ехидно улыбался, пронзая своим взглядом.

– Ничего, – появилось желание слиться с сиденьем в одно целое.

– Через пару месяцев у меня день рождение. Так что, можно сказать я и не нарушаю. Я-то ладно, но кто знает, что ты собиралась делать в такое позднее время, да ещё и в лесу? – усмехаясь, он снова посмотрел мне в глаза.

– Не твоё дело! Лучше смотри на дорогу. Не хватало ещё разбиться с тобой.

Влад повернулся в сторону лобового стекла. Несколько раз спросил куда нужно свернуть, чтобы добраться до моего дома и мы наконец-то доехали. Разгоряченная, я выскочила из машины. Влад вышел следом и подошёл ко мне.

– В следующий раз лучше попроси меня за тобой заехать. Не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, – он взял мои руки в свои. Они были такими мягкими и в тоже время мужественно крепкими. Я растерялась от того, что происходило между нами. Его глаза блестели в темноте и казались темнее обычного.

– Хорошо, – проблеяла я. Он легко отпустил и я, ни разу не обернувшись, зашла домой. Хотя так сильно хотела, но боялась, что если посмотрю на него снова, то мне окончательно снесет крышу.

– Лизка, Лизка, тебя уже мальчики провожают! – из ниоткуда выскочил мой брат и дернул за ухо. Я вскрикнула.

– Отстань от сестры, – мама выплыла из комнаты, как мотылек так, как только она умела. Аманда с братом почти на одно лицо. С таким мраморным цветом тела как у меня, оставалось только завидовать их смуглой коже, на которых летом красиво ложился загар.

Мою внешность ничего бы не испортило, но странный цвет глаз ещё одно подтверждение тому, что всегда была какой-то не своей среди местных, вроде белой вороны.

Может это генетика со стороны родословной непутёвого отца, который маловероятно, что с наших мест. Мама почти не говорила о нём, больше оправдывая его безответственность по отношению к семье и отцовству. У нас даже нет его фотографий. Хотя если учесть, что разница с братом десять месяцев, он надолго не задержался после того, как я появилась.

– Как дела? Звонила, ты трубку не брала. Не думала, что задержишься.

– Прости, мам, забыла телефон дома, – подошла и поцеловала её в щёку.

– Кто этот молодой человек, который решился тебя подвезти? – она выгнула дугой бровь. Брат тем временем, сдерживая смех, поглядывал на то, как буду оправдываться.

– Это новенький, сын учителя географии, будет учиться в нашем классе. Не успела на автобус, он решил подвезти, – не стала вдаваться в подробности этой встречи, зная какова будет реакция мамы. Аманда во многом уступчива и терпелива к сменам наших с Кириллом характерам, но после случая несколько лет назад, она как и все родители опасалась за мое состояние. Хоть и доверительные отношения являлись для нашей семьи принципиально главными, но меньше всего сейчас хотелось расстраивать её своими странными похождениями и особенно ночными кошмарами.

– Да, слышала. Что ж, садимся ужинать, – она улыбнулась и я облегчённо вздохнула, поняв, что допрос окончен.

Глава 2

Воскресение прошло незаметно с уборкой по дому и домашними заданиями. Я успокоилась и радовалась тому, что не снился тот жуткий сон. Хотя приснился Владислав, но сослалась на то, что новичок мне просто очень понравился.

В понедельник Вероника не отставала от меня ни на секунду, когда услышала про мою с ним встречу. Сегодня она приоделась, завила волосы и накрасилась ярче обычного.

– Не успела отойти, как ты захомутала новенького, – она хихикнула.

– Я как бы и не..

– Каков он а?

Уже хотела ответить, что когда она его увидит, то не сможет отвести взгляда, как заметила Влада позади неё. Он зашёл через главный вход, чем привлёк взгляды учащихся. Эта уверенная медленная походка, ехидная улыбка на лице, которая говорит о том, что «я знаю, что собой представляю» и тёмные глаза, на светлой коже лица. Одежда на нем не соответствовала школьной форме: чёрные джинсы, та же красная куртка и серая шапка, ещё больше отличало его от всех присутствующих.

– Что? – Вероника смотрела на меня растерянно, когда попыталась скрыть своё явное восхищение человеком, с которым познакомилась двое суток назад, – Охо… можешь не отвечать на мой вопрос!

Владислав подошёл к нашему однокласснику по имени Пётр и дружески пожал ему руку. Тот в свою очередь начал знакомить его с оставшимися парнями, которые стояли рядом и ещё с несколькими материализовавшимися рядом с объектом моих мыслей.

– Он с ним что знаком? – Вероника удивлённо хлопала глазами, – Думала экскурсию по школе проводить будем мы.

Влад и Петя кое как освободились от натиска желавших познакомится с новеньким и направились в нашу сторону.

– Ооо, он идёт сюда! – прошептала Вероника и встала позади меня, уступая место.

До нас оставалось всего ничего шагов пять, как из ниоткуда выскочила Алиса со своей лучшей подругой. Коронованная звезда с первого класса, занимавшая первые места в районных конкурсах красоты. Такие всегда есть в любом учебном заведении. Они всегда отличаются от остальных, выделяясь не только внешностью хорошенькой блондинки, но и внутренней харизмой. Так же считаются любимицами учителей, мальчишек и основой сплетен у серых мышек. Ко всему тому же она была девочкой одной из обеспеченных семей в нашем районе, главной танцовщицей группы поддержки и лучшей пассией капитана баскетбольной команды. Когда-то частью которой я являлась, пока Вероника не начала тихую вражду с ней.

У неё было много-подруг подлиз, которые увивались вокруг неё лишь бы встать в круг её общения, но самую близкую она держала при себе. Марина, темнокожая шатенка с пухлыми губами – дочь директора школы и практически зеркальный близнец Алисы в манерах и поведении. Её мама, являющаяся примером для учеников, вначале не одобряла дружбу с главной тусовщицей нашего района. Но примерилась сразу же, после того как семья Алисы вложила немалые деньги по благоустройству школы, наравне с несколькими другими родителями.

Всегда относилась к этой паре нейтрально и, наверно, поэтому не являлась поводом насмешек с их стороны. Но сегодня меня можно отнести к той части школы, которых бесят такие типажи, а в особенности Веронике. Так и хотелось, чтобы она исчезла из поля зрения Влада.

– Привет! – отбросив в сторону свои ухоженные волосы, пролепетала блондинка, – Я Алиса, а это моя подруга Марина, – оба одеты почти одинаково, хотя в школе приветствовалась только одежда чёрных и белых оттенков, состоящие на данный момент из рубашек и юбок. Отличало их только оттенки волос и разных цветов аксессуары в виде ободков, сережек и сумок. Алиса сделала лёгкий, едва заметный шаг чуть ли не лицом к лицу к Владу, – ты тот о ком все говорят?

– Привет! А что говорят? – он не растерялся от её напора и сногсшибательной энергетики и не сделал шаг назад.

– Да, многое. Думаю, ты ещё не освоился в нашей школе и поэтому возьмусь за это, как главный представитель. Я здесь всё знаю, – она кокетливо выставила свои белоснежные зубы напоказ.

Когда они проходили мимо нас, то Влад улыбнулся и бросил мне дружеский «привет». Блондинка остановилась прищурилась и притворно хихикая, уволокла мои мечты о разговоре с ним в глубь школы.

– Её наглость не знает границ! Ты слышала, что красавец нашей школы кинул её на одной из последних вечеринок. Теперь вон пытается привлечь таким образом его внимание. Как мне жаль новенького, он не понимает где оказался, – подруга сразу заметила смену моего настроения, – ты загрустила?

– Вовсе нет, – я взяла тетрадь по географии и закрыла шкафчик.

– Если как ты сказала, он читает книги, то в скором времени она ему надоест, своей стопроцентной пустоголовостью. Ну и влетит же ему от директрисы за такой вид в школе.

– Пойдём на урок, а-то мы опоздаем.

Учитель географии, в тоже время отец Владислава, Николай Дмитриевич, оказался на редкость одарённым преподавателем. Все всегда с интересом слушали его.

Сын с отцом были очень похожи друг на друга. Те же чёрные глаза и волосы, сильный подбородок и явно очерченные скулы. Единственное отличие взрослого от подростка стиль одежды, тогда как Влад был одет в чёрные джинсы и серую толстовку, то Николай Дмитриевич придерживался классического стиля. Гладко выглаженные серые брюки, голубая рубашка и тонкая вязаная жилетка. Вся женская половина нашего района может вздохнуть спокойно, потому что он все еще оставался одиночкой, ну а те кто младше явно переключатся на его сына.

Даааа, от этой мысли не стало легче.

Пообедав в школьной столовой, мы с Вероникой забрали вещи и вышли на улицу. Солнце сегодня не удостоила своим вниманием и всё казалось грустнее обычного: тучи начинали сгущаться, что говорило о скором снеге. Зима по-видимому опомнилась и не хотела уступать так быстро весне, отчего ветер морозно-холодный.

Скрестила руки на груди, одела капюшон, пытаясь унять дрожь. Недалеко от правой стороны угла школы собралось небольшое количество учеников младших классов.

– Смотри, там видимо что-то произошло, – чувство тревоги нахлынуло с такой силой, что я испугалась.

– Что могут найти такого интересного маленькая шайка телепузиков? – не слушая, схватила Нику за локоть и потащила за собой. Проталкивая малышню, пробралась к месту, куда были устремлены взгляды.

– Чёрт!

Заглянув через плечо детей, увидела обнажённое тело собаки, которая, виляя хвостом, так часто встречала возле входа библиотеки. Шерсть местами содрана начиная от шеи и до пят, а брюхо вспорото. Земля рядом вся в крови, тянувшаяся от задней части школы. Будто собаку тащили с другого места, либо она сама из последних сил, оставшихся в ней, пыталась выйти в люди, чтобы подать знак. Стало не по себе от этого зрелища и на глазах навернулись слёзы.

Позади послышался голос Владислава, но не разобрала, что он говорит. Зато чётко был слышен баритон, прибежавшей директрисы:

– Уводите детей!

Наверное, я единственная, кто обратил внимание на белокурую головку пятиклассницы, которая свернула за школу, по кровавым следам. Интуитивно последовала за ней, в ожидании, что увижу одну из худших картин в своей жизни. За пару секунд до того как нагнала девочку, послышался её сиренный крик. Последние шаги я добежала. Рядом со сломанным железным забором, отделявшим территорию школы от леса, лежал библиотекарь.

Его левая рука и частично грудь были разодраны, одежда полностью пропитана высохшей кровью и лицо бледное, как у мертвеца. Схватив девчонку, я прижала её к себе, пытаясь успокоить, но всё ещё не отрывая глаз от тела.

Прибежали любопытствующие. В голове промелькнули кадры прошлых лет, когда зашла в библиотеку и робко предложила свою помощь, тогда с виду мрачному человеку, который так редко улыбался или вообще не улыбался. Как бы слишком по взрослому строго он ко мне не относился, как бы не упрекал, моментами, когда Панкратий был в духе, а у меня выскальзывала из рук очередная толстая энциклопедия, он дружески подмигивал, помогал если что-то не получалось в учёбе. Его придирки и опека выводили меня из себя, но они как-то разом отошли на другой план и передо мной стоял улыбающийся некогда душевный человек, чьей энергией к жизни я заряжалась. Он никогда не ругался, когда читала между работой книги, погружаясь в них и забывая всё вокруг. Просто своим некогда скрипучим голосом, выводил из мира фантазий.

Подошёл Влад и слегка отодвинул меня своим плечом:

– Он дышит, – наклонился и нащупал пульс на шее, – Сюда уже едет скорая.

Когда собралась задать вопрос, Владислав развернулся и скрылся в толпе зевак.

Запоздавшие преподаватели разгоняли учеников к выходу из школы, давая понять что уроков на сегодня больше не будет. Девочку проводила к её классной руководительнице, которая начала приводить ту в чувство. Сама не могла отойти от шока, не зная куда себя деть. Ведь после школы по обычному шла на работу, а теперь.

Что могло произойти? Дикие животные, водившиеся в глуби леса, не осмеливались подходить близко к району. Я вспомнила следы огромных лап на земле, разодранная ткань и кожа на собаке и человеке, что говорило о том, что это мог быть только зверь. Но, что Панкратий делал возле школы? Мой ум начал прояснятся от впечатлений и заваливал вопросами.

Стояла смотрела как подъехала скорая помощь и оттуда вышла Аманда. Поверх белого халата одевая синюю длинную куртку. Она издалека махнула рукой и с озадаченным лицом побежала с несколькими санитарами за школу. Вероника подошла и сказала, что поедет домой:

– Ты останешься?

– Подожду, узнаю что же произошло.

– Когда это могло случится? Его что с утра никто не видел? – она печально посмотрела на меня, – Никогда не любила страшные фильмы и не думала, что придётся такое увидеть в реальности. Ладно я пойду, – она обняла меня, – напишешь потом, если хоть что-то будет известно!

Она села в приехавшую за ней машину, с салона которого поприветствовала женщина в голубом костюме с такого же цвета глазами и приветливой улыбкой на лице. Мама Вероники одного возраста с моей, но выглядела куда лучше неё. Я ответила ей лёгким кивком головы, почему-то губы не могли разомкнутся. Они уехали.

Подростки и местные прохожие не расходились наблюдали как несли носилки, в котором лежал Панкратий. Побежала в сторону микроавтобуса скорой помощи, чтобы узнать как обстоят дела. Аманда обернулась ко мне со встревоженным лицом и обняла.

– Как ты? – не хотелось, чтобы она уезжала. Я старалась не смотреть на то, что происходило за машиной, где возились двое мужчин, пытавшиеся уложить тело старика.

– Тебе стоило уехать с Вероникой.

– Он выживет?

– Пока сложно сказать, – она нежно погладила по щеке и я почувствовала себя лучше, – Старайся не думать обо всём этом. Езжай домой, – она обняла меня и, развернувшись, села рядом с водителем, рыжеволосым бородатым дяденькой, который робко помахал мне. Слышала, что он ухаживает за моей мамой и каждый раз, видя его, не могла не улыбнуться. Редко от людей исходит такое тепло. Я не против того, чтобы у Аманды был ухажер, хотя Кирилл его недолюбливал, – позвони мне.

Долго смотрела в уже опустевшую дорогу, но меня окликнул мой брат:

– Привет, – он обнял и я по привычке примкнула к его плечу.

– Привет, – чуть ближе к школе стоял Владислав и разговаривал со своим отцом и директором Светланой Арнольдовой, темнокожей пухленькой женщиной невысокого роста. Её костюмы не отличались одна от другого и придерживались оттенка её кожи. Поэтому казались одним целым, а не отдельной её частью.

– Там директор тебя зовёт, – прервал молчанье Кирилл.

– Зачем?

– Пока состояние библиотекаря неизвестно, кому-то надо его замещать и раздавать книги. А кто лучше моей сестрёнки знает эту работу, а? – он пальцем дёрнул мой нос.

– Ай, ты же знаешь, что мне не нравится, когда так делаешь! – я отпрянула от него, он засмеялся.

– Не хмурься, всё образуется! Пошли, – он схватил руку и понёс в сторону уже приближавшейся к нам троице, но я выдернула её. Не хотела казаться маленькой рядом с Владиславом, которую всё ещё опекают. Брат закатил глаза и попытался ущипнуть за бок.

– Кирилл, перестань!

– А, вот и нет, – он театрально сдвинул брови.

– Боже, мне стыдно за тебя, сколько тебе лет-то? – я скорчила недовольную гримасу и мои глаза встретились с чёрными глазами Влада. Я быстро их отвела в сторону директрисы, – Здравствуйте!

– Здравствуй! Это ведь ты работаешь у Панкратия и помогаешь ему в библиотеке? Ты ведь дочь Аманды? – Светлана Арнольдовна не стала ждать ответа и продолжила дальше, – В связи с недавним происшествием и тем, что нам некем заменить нашего уважаемого Панкратия, то сегодня сделаю тебе выходной. Такое потрясение… Но завтра после учёбы, не должна забывать о своих обязанностях. Конец учебного года к тому же, – я молча слушала, – Если необходима будет помощь, то назначу тебе помощника.

– Владислав хорошо ориентируется в книгах, – Николай Дмитриевич похлопал по плечу сына, тот сдержанно улыбнулся в ответ.

– Если, что я тоже готов помощь своей сестрёнке.

«Оооо, Кирилл! Тебя никто не просил!» – мысленно я выругала брата. Остаться наедине с Владом меня одновременно и радовало и пугало. Так что с одной стороны было на руку, что брат слишком уж зацикленный на том, чтобы защищать меня, будет маячить рядом. Но если Влад и я одни, как тогда в машине. От этих мыслей голова идёт кругом. Никогда не приходилось испытывать подобного чувства ни к одному из парней в моём окружении. Рядом с ним всё было по другому.

– Вот и отлично! Думаю, вы двое, поможете ему освоится здесь намного быстрее. И, молодой человек, у нас не принято так одеваться. В школе должна быть классная форма.

– Это моя оплошность. Не успели с покупками, – сказал Николай Дмитриевич.

– Что ж, договорились! – Светлана Арнольдовна кажется немного смутилась. С ней всегда такое происходило, когда она делала замечания исключительно важным для её окружения людям. Или все же ей нравился отец Влада куда больше, чем она пыталась показать?

Директор сдержанно помахала своей маленькой ручкой в воздухе, указывая на Влада. Видимо, хоть и частично, но гора с её широких плеч упала так, что она снова выпрямилась и попрощавшись со всеми нами, направилась в сторону школы.

– Ребята! Думаю всем пора по домам. Увидимся завтра! Влад… – учитель географии кивнул и неспешным шагом последовал за Светланой Арнольдовной. Владислав посмотрел на меня и Кирилла, который сделал лицо уличного верзилы, вызывающий больше смех, нежели страх. Его братская опека иногда выходила за край, но видимо Влада это только позабавило.

– Может вас подвезти? – спросил он.

– Сами дойдем! – брат кивком головы в сторону пытался сдвинуть меня глазами, но я приросла к земле, давая понять, что сама буду решать, с кем ехать.

– На улице не безопасно, – Влад пристально посмотрел на нас обоих. Я не стала ждать ещё одного предложения и тихонько потащила своего брата с собой, схватив за куртку.

Мы всю дорогу молчали. Кирилл выпрыгнул из машины и, бросив «спасибо», сразу же направился к дому. Чувствовала себя неловко из-за поведения брата.

Я всегда понимала, что колеблет в нём самолюбие. Того, что могла дать мама не всегда хватало для жизни. Его работа в автомастерской и моя в библиотеке хоть немного да и позволяли нам получать необходимые вещи.

Хотя Кирилл ко всем относился равно до тех пор, пока несколько лет назад его словами не задели богатенькие приезжие городские туристы. Назвав его деревенщиной, которому никогда не найдётся места в городе. С тех пор он начал играть в баскетбол, дав себе слово, что его имя скоро будет звучать везде. Что в дальнейшем позволит поступить в один из престижных университетов и вырваться в город.

– Не обращай внимание, он иногда ведёт себя…

– Заботится о тебе?

– Даже чересчур. Мама часто оставляла нас дома одних и задерживалась на работе, так что вся домашняя работа и я были на его плечах. С возрастом это не изменилось, – заглянула в его глаза, до дикости чёрные и до неприличия красивые. Его рука коснулась моих волос, – снег!

Разом посмотрели на небо и засмеялись и тут Влад поцеловал меня в щёку, которые моментально покрыл румянец. Ощутила жар, хотя на улице и вовсе не было тепло.

– Ну, я поехал! Увидимся! – он мило улыбнулся напоследок.

Всё ещё не могла прийти в себя и стояла смотрела, как машина скрывается за всё больше нарастающим слоем белых хлопьев.

Глава 3

Прошла неделя с того происшествия. Перед глазами всё ещё мелькали картины этого дня и жизнь уже не была такой тихой и спокойной. Поэтому по всей округе открыли временное правило. Со школы все сразу же должны были идти домой. Это было касаемо и старшеклассником, за исключением тех, кто работал.

Но большинству не было дела до того, что говорят взрослые, все готовились к весенним каникулам, после которых следовала последняя четверть.

Сложно привыкать к новому графику, где не было места даже для обеда. Начали появляться дни, когда опаздывала на урок, только потому что не могла поднять себя по утрам. Кирилла, который обычно заменял мне будильник, это не заботило, потому что последнее время начал пропадать по ночам у своей подружки.

Так же мой брат ускользал от той работы, в которой предложил помощь, за исключением Влада. Он заглядывал во «Вселенную» и раскладывал книги, пока я торговала в канцелярской части. Мы практически не разговаривали, каждый был занят своим делом. Но во время обеда общались о нашем прошлом.

Эти несколько часов, проведенные с ним, были самыми лучшими. Не только потому что нагрузки становилось меньше, а по явной причине того, что он мне очень сильно нравился.

Сегодня проворонила школьный автобус и ехала на попутке с беззубым дедушкой Толей, жившем почти по соседству с нами. Вся его машина, и тем более он сам, пропахли дешёвыми сигаретами и птичьим пометом. Он разводил кур для продажи, а потом развозил их на заднем сиденье. Это была единственная машина, остановившаяся возле остановки, что пришлось пересилить себя и сесть, чтобы хотя бы успеть на конец первого урока.

Милый дедуля болтал без умолку о зерне и своих курочках. Я только кивала и незаметно для водителя, пыталась подставить лицо в чуть приоткрытое окно, где могла не сдерживать дыхание.

Добрались мы на удивление быстро и, как можно вежливо поблагодарив, быстро выскочила из старого корыта, который пыхтя и вздыхая, как сам хозяин, уехал в направлении рынка.

Теперь могла дышать спокойно и бежала в сторону школы. Преподаватель по литературе не любил, когда опаздывали на его урок. И как обычно все учителя, он обожал свой предмет и требовал должного уважения от каждого ученика.

Неуверенно постучала и приоткрыла дверь. Вначале, показалось, что попала не туда, потому что кабинет был заполнен девятиклассниками. С самых последних парт мне помахала Вероника. Видимо, сегодня совместили два класса.

– Здравствуйте! Можно войти? – уже наполовину зашла под пристальным взглядом учеников и преподавателя.

– Здравствуй, Елизавета! Снова опаздываете? – учитель Егор Ефимович был невысокого роста, с явной проседью седых волос. Неизменный темно-серый пиджак и брюки дополняли белая рубашка и квадратные очки, – Найдите свободное место и садитесь. Ещё раз повторюсь, мы сейчас проходим Пушкина «Онегин» с девятым классом. Старший класс вам для повторения, пара вопросов будет во время аттестации ЕГЭ именно по данному произведению…

Практически не слушала преподавателя. Стараясь быть незаметной, прошла между салагами к своей подружке. Села рядом с ней и еще одним кучерявым мальчишкой с младшего класса, который мило высунул вперед свои зубы, что явно говорило о том, что он пытается заиграть с Вероникой.

На других присутствующих особо не обратила внимание, потому что на третьем ряду, параллельно мне, возле окна, сидел Владислав. Он подмигнул, на что я ответила своей улыбкой и снова повернулась к подруге.

– Так рада, что ты пришла! – Вероника как можно дальше отодвинулась от кучерявого, который умно записывал в тетрадь болтовню преподавателя.

– Почему урок сделали общим?

– Надеюсь физичка не оправится до конца недели, потому что на завтра я не сделала и не хочу делать домашнее. Ты чего опоздала? – спросила Вероника шёпотом и убрала пряди волос с лица, – От тебя пахнет курятиной.

– О, нет! – я понюхала воротник и свои волосы, – Ужаснее не может и быть!

– Сейчас секунда! У меня есть спрей для волос, – Вероника незаметно для всех достала с сумки баллончик и пару раз тихо брызнула в мои волосы, – Если что, то всегда пожалуйста!

– Спасибо! Нужно будет переодеться. Меня подвез дядя Толя.

– Ооо, жуть… Хочешь обрадую? Урока истории не будет. Вместо этого пойдём смотреть новую местную достопримечательность с одиннадцатым классом. Почему все старшеклассники такие лапочки? С нашими даже и не сравнишь.

Я закатила глаза от мыслей чересчур влюбчивой подруги.

– Не делай так! Тебе повезло. У тебя Влад, – я отрицательно кивнула, параллельно пытаясь понять о чём говорит преподаватель, – это странно, не находишь? Все эти годы туда запрещено было даже подходить, а с прошлого года и вовсе заперли, пустив слух о том, о том, что городские организации раскупили территорию.

– Ты меня удивляешься, откуда столько информации? – подруга помахала передо мной телефоном, – Администрация района давно уже уговаривает, чтобы наши побывали там первыми до того, как это будет все доступным местом для приезжих или пока не развезут все ценные находки в город. С прошлого года сам хозяин, говорил, что будет обзор по захороненному месту, когда она станет более менее безопасной.

– Смысл этой экскурсии, не понимаю? Хотя все же лучше, чем сидеть и парится в классе.

Егор Ефимович перебил мою подругу и обратился к ней:

– Третьякова? Раз вы отвлекаете своих одноклассников и разговариваете наравне со мной, то это значит, что вы очень хорошо знаете данное произведение? Расскажите тогда нам продолжение письма Татьяны к Онегину.

– Эмм… Я не помню, – Вероника никогда не краснела и выдержала тяжелый взгляд преподавателя.

– Тогда может ваша опаздывающая собеседница помнит. Чайка? – моя фамилия, так же как и внешность, всегда приковывала к себе внимание. Даже теперь все взгляды устремились в мою сторону. Кучерявый повторил: «Чайка, – и прижался в плотную к Нике.»

Кирилл бы гордо приподнялся, потому что ему льстит, когда он попадает мячом в корзину и все болельщики кричат со своих мест. Но не для меня? Быть в центре внимания не по мне, особенно, когда отчитывает преподаватель и так пристально смотрит человек, который мне не безразличен.

Тихо вздохнула, потому что помнила наизусть некоторые строки. Все вышло на одном дыхании, но самое главное, что в этот момент видела то, как Влад неотрывно наблюдает за мной. Сердце стучало так, что готово выскочить. Руки дрожали, хотя никогда не боялась выступать перед сверстниками, если знала, что говорю.

Сейчас всё было по другому. Каждой клеткой тела чувствовала его, даже если видела где он сидит, только боковым зрением. Когда повторила два раза «…милое виденье, В прозрачной темноте мелькнул…» преподаватель меня остановил.

– Можете сесть. И не отвлекайтесь, – послушно села и закатила глаза в сторону подруги. На что она сдерживая себя, захихикала в тетрадь. Мне было тоже смешно, но прикрыла рот рукой, чтобы снова не пришлось пересказывать следующий отрывок.

Мельком посмотрела на Владислава и меня бросило в жар от одной его улыбки. Строки стихотворения снова вспылили в голове и я поняла, что влипла по полной.

В начале последнего урока преподаватель географии собрал наш класс и объяснил правила безопасности, сказав, что прежде чем зайдём на территорию, то должны одеть каски.

Школьный автобус довёз до места прибытия быстро и все ученики ещё несколько километров шли пешком по уже протоптанной тяжёлыми машинами дороге.

– Соблюдайте меру осторожности, здесь всё ещё не безопасно. Ничего не трогайте и не заходите за огражденную жёлтой лентой территорию.

Странное чувство прийти туда, где ты четырнадцатилетней девчонкой убегала от огромного зверя, чей покой был нарушен зажжённым костром и шумной вечеринкой подростков. Так получилось, что я отошла на достаточно хорошее расстояние от компании, чтобы позвонить маме и почувствовала тяжёлое дыхание в темноте. Не мешкая побежала и зверь последовал за мной, что в итоге привело сюда.

Спасатели вытащили меня под утро без сознания, но рядом со мной также нашли тело старшего сына владельца кафе, который упал и разбился насмерть. Это место запечатали на несколько лет, пока владелец земли не решил сам основательно изучить находку.

Преподаватель подошёл и спросил, как себя чувствую. Наверно, внутренняя паника выразилась на итак бледном лице.

– Нормально, – пролепетала я.

– Если не уверена, то можешь посидеть в автобусе.

– Нет, спасибо, я пойду со всеми, – Николай Дмитриевич кивнул и повёл первые ряды с собой, где стоял Владислав.

Для того чтобы попасть в затерянный мир, в котором жили люди прошлых веков, прорыли огромный проход, со входа висели фонари. Пещера вела вниз по склону в открытый участок земли, где убрали мешавшие деревья и кусты. Если посмотреть сверху, то откопанное место теперь больше напоминало огромный ковш, внутри которого мы находились. По участку были разбросаны останки каких-то строений.

Преподаватель начал рассказ о том, что это древние здания, развалившиеся во время гражданской войны местных, обитавших здесь задолго до нас. Хотя в истории об этом нигде не упоминается, ведь заселение на эту землю произошло всего лишь век назад. Поэтому причин найти что-то ценное в развалившейся земле не было и изучать территорию решили только спустя пару лет.

– Если вы думаете, что только техника здесь всё очищает, вы ошибаетесь. Земля постепенно сама разваливается, раз два в месяц идёт обвал определённого участка и открывает нам данное зрелище. То место, что позади вас, практически полностью развалился позавчера. Поэтому теперешний период мы можем спокойно изучить. Не знаю слышали ли вы о том, что существуют подземные города?! Скажете из мира фантастики, но большинство учёных верит в это. Даже есть предположения о том, что они существуют лишь в четвёртом измерении и когда электромагнитные поля планеты смещаются, то открываются входы в тоннели. Это место, которое нашла ваша одноклассница, может является одним из тех, что ведут в другой мир, – весь класс разом посмотрел в мою сторону.

– И что будет, когда мы может быть туда попадём? Снова будет война? – один из баскетбольных выскочек Толик, веснушчатый рыжий парнишка с длинным носом и ростом чуть ли не в два метра, жуя жвачку спросил, усмехаясь. Большинство подхватили его смех.

С ним лично познакомилась, когда первое время посещала тренировки Кирилла. Толик относился к тем типам людей, которые олицетворяют фразу «сила есть, ума не надо».

– Всё исчадие ада, что живёт под нами вырвется наружу и тогда наш мир станет адом, – Николай Дмитриевич сказал это загадочным тихим голосом, что все разом замолчали. Он улыбнулся, – Расслабьтесь, это всего лишь миф. Но если найдётся лазейка, то в подземном царстве могут оказаться ценные породы металлов или камней, так же исторические находки. Всё же город существовал. Это уже интересно. Сейчас вы можете пройтись рассмотреть, но ещё раз говорю, ничего не трогайте и не заходите за ограждения.

Ребята разошлись кто куда. Как и большинство девочек, мы с Вероникой направились к сохранившимся статуям, расположенным вдоль одного из обломков зданий. Начиная от бедра они уходили глубоко в землю.

Точно очерченные фигуры людей, заросшие мхом и плесенью сохранились почти в идеальном состоянии.

– Лиза, – Толик окликнул меня и засмеялся, – Слышь, твои предки!

– Лизка, смотри у них глаза из каких-то камней, – Вероника ткнула в одну из ближайших статуй. Я следом за ней приподнялась на цыпочки и посмотрела. Ближе невозможно разглядеть, но они практически все были фиолетовых оттенков.

– Это Александрит, – позади нас стоял Влад, – поэтому данную территорию тщательно охраняют.

– Но кто они? – мой взгляд устремился на полураздетые камни, прикрытые лишь мужчины набедренной повязкой, а женщины тонким слоем ткани, держащие в руках копья и луки со стрелами.

– Это Охотники! – Владислав смотрел пристально в мои глаза, казалось, что его взгляд поглотит меня полностью, – если говорить о мифах, то эти статуи олицетворяют защитников людей от нечисти.

– Зачем раскопки не ведутся быстрее и не унесут эти сокровища в городской музей? – Вероника хлопала глазами, пытаясь таким образом привлечь всё его внимание к себе, но Владислав снова посмотрел в мою сторону.

– Ты плохо слушала про обвалы. Найденная ценность не настолько прочна, как кажется на первый взгляд. Случайный сдвиг земли, как несколько лет назад, может забрать с собой не только статуи.

– Но, что ещё?

В этот момент несколько парней из старшего класса улучили момент, пока преподаватель разговаривал с рабочими, начали давать пас обломком камня, который в итоге ударился об стену где-то позади меня. Все присутствующие замолкли из-за странного звука с глубин земли. Николай Дмитриевич дал знак, чтобы все осторожно начали выводить.

Я перевела дыхание, но странная вибрация почвы под ногами начала усиливать. Такое же чувство уже было и знала, что могу снова упасть в неизвестность. Часть земли начала уходить вниз, меня парализовало так, что не получалось сдвинуться с места, и тут крепкие руки обхватили за пояс и Влад повёл в сторону выхода. Обернувшись, посмотрела назад. Земля проломилась, открывая часть здания, которая вела в нижний этаж. Несколько статуй искривились и на этом всё и закончилось.

Когда только мы вышли с этого странного места, я выдохнула. Вероника, выбежавшая одной из первых, уже стояла рядом со старшеклассником Витей, пытаясь охмурить одного из главных красавцев нашей школы. Но, заприметив меня, подошла:

– Думала ты пошла следом. Что произошло? С тобой всё в порядке? Стою расспрашиваю тут, где ты! Этот шум из под земли, чуть сердце не выскочило, так испугалась!

– Всё нормально.

– Вот с ней всегда так, за ручку водить надо, – Ника, упрекая меня посмотрела на Влада теперь уже, как на моего спасителя.

– Я же говорил, что ты в надёжных руках, – Владислав улыбнулся и отошёл к ребятам.

Николай Дмитриевич заставил каждого пройти осмотр в палате у находившихся здесь медиков. Теперь точно весь район начнёт сплетничать о том, что я имею какое-то влияние на здешнее место и это непременно дойдёт до ушей мамы, которая категорически против, чтобы подходила к этим развалинам.

Наконец-то всех упаковали в автобус и мы уехали. Всю дорогу до школы меня не покидало чувство тревоги.

Глава 4

Каникулы летели на скорости, нежели учёба. Директор позволила мне отдохнуть наравне со всеми, посчитав, что резко могу снизить оценки по предметам. Уже несколько преподавателей пожаловались на мои опоздания. Ни у кого не возникало особого желания работать в библиотеке из-за низкой зарплаты и может даже скучной обстановки унылых книг. Кроме как когда-то старика, а теперь и меня.

Раскопки на время прекратились после недавнего происшествия и о очередной экскурсии не было и речи. От мамы получила выговор и обещание, что не стану больше туда ездить, даже если это нужно будет для экзамена. Пригрозив тем, что дойдёт до директрисы и постучит всем там по головке, учитывая какой стресс я испытывала несколько лет назад, снова и снова возвращаясь в тот день во снах. Так же как пару месяцев назад, до приезда Влада.

Панкратий так и не очнулся. Хотела навестить его, но тянула с этим. Может боязнь того, что знакомый человек, игравший с твоей жизни какую-то роль, лежит на грани жизни и смерти. Поэтому целыми днями скучала дома одна, обдумывая и решаясь съездить в район к Аманде, заодно и к библиотекарю. Вероника уехала в город к родственникам и мне не с кем было проводить время.

С Владиславом ни разу не виделась, так как он жил в другом конце района и маловероятно, что мог бы приехать в наш поселок. Но он так часто посещал мои мысли, что не удержалась и все же решилась развеяться велопрогулкой. Взяв всё необходимое с собой, я вышла.

Оставшийся снег на улице слился с грязью и земля выглядела пустынной. Хотя небо было ясное и воздух чист, наполненный утренней прохладой. Хорошо, что одела куртку и синие спортивные брюки, в них всё же теплее и комфортнее.

До больницы доехала быстро. Немного замешкалась перед входом, думая в каком состоянии Панкратий. Но пересилила себя и все же зашла. В больнице по обычному присутствует запах лекарств и хлорки.

Аманда находилась в дежурном кабинете. С ней в компании сидел рыжебородый дядька, который отсалютировав, вышел по своим делам.

– Рада, что ты ко мне заглянула. Последнее время столько работы.

– Тоже рада тебя видеть, – я обняла маму, – вот, принесла пончики. Приготовила с утра.

– Моя умница! – тут дверь открылась и вошла старушка. Я знала ее с детства. Маленькая, шустрая, слегка сгорбленная временем, лицо которой всегда излучало свет и доброту. Ей почти семьдесят, но возраст не мешал всё так же помогать людям, в такой непростой работе.

– Здравствуй, Елизавета! Давно у нас не бывала.

– Здравствуйте, тетя Люда! – всегда её так называла и с годами это не изменилось.

– Какой там еще тётя! Я уже старая бабенка, – она присела и засмеялась, поправляя белый платок на голове, – Чего это ты к нам не заглядывала? Маленькая была отсюда и не вылезала.

– Тёть Люд, она же работает, – ответила Аманда, протягивая ей пончики.

– Ах, да! Ты говорила. Стара стала, забываю многое. Вот от этого не откажусь! Отложи на обед. Ты к матери или кого навестить? – от неё невозможно что-либо скрыть.

– Хотела навестить, – сама не знаю почему пришла сюда, он всё равно без сознания, но какая-то часть меня тянулась увидеть Панкратия.

– Давай провожу, – старушка встала и заковыляла к двери.

– Кирилл не приходил? – Аманда вопросительно взглянула.

– Когда уходила, то он ещё не возвращался.

– Придётся ему позвонить. Ладно, иди! – она поцеловала меня в щёку и я пошла следом за тётей Людой. Для старушки она двигалась очень быстро, внимательно озираясь по сторонам.

Стены больницы были моим убежищем в детстве, когда мама работала в две смены и боялась оставлять одних дома, то приводила сюда. Всё здесь до привычности близко и неизменно уже много лет.

– Нам на второй этаж! – мы начали подниматься по лестнице, – Бедный, уж с месяц и всё не приходит в себя и родных у него нет. Не вернётся, так и не известно что с ним делать.

Она еще о чём-то говорила, но я всё пропускала мимо ушей. Мной на мгновение одолел страх перед неизведанным. Раньше чувствовала такое же. Когда маленькой не спалось и ходила по коридорам, видела как привозили тяжело больных, лежащих на грани. Помню, что всегда хотелось подойти и взять каждого за руки, но мама закрывала дверь в реанимацию.

Второй этаж практически такой же как первый. Мы прошлись по нескольким палатам, в которые Люда по обычному заглядывала и спрашивала больных, что им нужно, пока не оказались в самом конце коридора.

– Он лежит здесь, – Люда открыла дверь и я увидела сидящую рядом с кроватью женщину. Она была бы последним человеком, которую могла здесь увидеть. Это жена владельца «Утиных историй», – Ааа, пришла уже Наталья!

– Здравствуйте! Я ухожу, – её серые глаза полные слёз выражали удивление и даже какой-то страх, когда она меня увидела. Подняв, своё грузное тело, одетое в шерстяное бардовое платье и слегка прикрывая сумкой лицо, она выбежала как ошпаренная.

– Всегда такая взвинченная. Конечно, с таким мужичком живя… многое она повидала, – часто замечала, что старикам нравится разговаривать и они могли рассказать куда более интересные истории, нежели сверстники.

Лицо Панкратия безмятежно. Кажется, его тело и вовсе не дышало. Хотя он выглядел худее и бледнее, нежели когда приходил на работу, но морщины на его лице разгладились и внешне он уже не походил на угрюмого старика, коим привыкла его считать. Слегка зазнобило от мысли, что он где-то далеко от этого суетливого мира и маловероятно, что вернётся сюда ещё.

– Она часто навещает? – стало немного стыдно, ведь за это время ни разу не пришла.

– Так часто, как может. Вначале к подруге своей Киселевой заходит. Недолго там сидит, потом мчит сюда.

– Не знала, что Панкратий хоть с кем-то так хорошо общался.

– Не общались они уже много лет. Это старая история и немногие её знают. Любовь не ржавеет с годами, она становится только сильней, – Люда поправила одеяло.

– Разве они были вместе когда-то? – эту сторону жизни библиотекаря я никогда не знала.

– Молодые были, учились в одной школе, немногим старше её, встречались. Только вот отец Натальи в те времена был человеком при деньгах и не желал отдавать дочь за нищеброда, у которого ни гроша в кармане не было, а она хвать и забеременела. Только потеряла сразу же. Отец её не стал мешкать и женил на сыне своего друга, пока им не взбрело в голову сбежать, – она вздохнула и села, – Тот был важной шишкой в городе. Хотя после свадьбы оказалось, что они обанкротились. Отец знакомого тебе Виктора Степаныча всё потерял. Так что пришлось ему засучив рукава, осваивать готовку и приноравливаться к кухонной жизни. Наталья после замужества родила первенца, а потом и второго. С Панкратием муж и отец не давали общаться. Как видишь он так и не женился, а она вон сюда сейчас приходит тайком. Ладно, пока пойду. Ты если хочешь, посиди маленько.

Шокированная её рассказом, стояла и смотрела на лицо пациента. Люда похлопала меня по плечу и вышла. Не знала, что в таких случаях говорят спящему, либо просто сидят молча, что и сделала.

Пересилив себя снова взглянуть на лежащего и на автомате взяла его руку. Оно было теплым, как будто человек просто спал, а не находился в тяжелом состоянии. Ощутила еле уловимый пульс, потом лёгкое покалывание от своей ладони и пульс как будто бы участился. Показалось или у него дернулись веки. Пальцы сжали мои и сердцебиение на мониторе стало слышно сильнее.

Испуганная, резко вырвала свою руку и отскочила к окну. Тут вошла Аманда:

– Как ты?

– Показалось, что он хотел проснуться… – её приход шокировал не меньше.

– Почему ты так думаешь? – мама изогнула брови и подошла к кровати.

– Его глаза и пальцы…

Аманда приоткрыла веки и посвятила в каждый из глаз Панкратия. Убрав фонарик в карман, подошла ко мне:

– Дорогая моя, такое бывает во время комы. Ведь человеческий мозг наполовину жив.

– Это напугало. Я пойду наверно. На работу надо сходить, посмотреть как всё там.

– Ты у меня слишком впечатлительная, – Аманда обняла, – Сегодня буду поздно, поэтому ужин приготовьте сами.

– Хорошо…

Быстрее ушла из больницы, говоря себе, что больше туда не загляну, пока старику не станет лучше. Если ему станет лучше! Как можно дальше отбросила от себя всякие мысли.

В библиотеке тихо. Всё лежало на своих местах. Прежде чем выйти в понедельник на работу, нужно прибраться. Уже с ухода Панкратия, всё без изменений. Мне всегда доставалась работа в виде пыли на полках, старик же мыл полы сам, говоря, что это приводит мысли в порядок.

Длинные улочки между стеллажами тянулись бесконечно и под конец устала так, что готова упасть на единственный обшитый зеленым бархатом диван, с годами не потерявший вида.

Полы ко всему этому ещё деревянные и в нескольких местах покрыты уже затоптанными и запылившимися коврами. Я не стала их трогать. Нужно как-нибудь запрячь брата, чтобы помыть их у себя во дворе и придать им более менее должный вид.

Тяжело выдохнув от проделанной работы, переоделась и услышала над входной дверью звон колокольчика, говоривший о том, что вошёл посетитель. Второпях побежала в сторону входа, думая повернула ли таблицу с «Закрыто» на «Открыто». Всё же первое было правдоподобнее. Не знаю кто решился прийти не в рабочий день.

Взгляд остановился на привлекательном парне высокого роста одетого в синие протертые джинсы и чёрную спортивную куртку. Он выглядел старше меня. Его улыбка и светло-голубые глаза напоминали о детстве, но внутренний барьер не пропускал к воспоминаниям из прошлого.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.