Дмитрий Обской
Смертельный фактор

Всё началось, как обычно это бывает, внезапно и стремительно. Никто не был готов к такому быстрому развитию событий, которое имеет такие смертоносные последствия.

Только человечество преодолело пандемию коронавируса COVID-19, и казалось, что оно уже готово к подомным вещам, как последовала новая, более страшная эпидемия.

В этот виновником оказался немецкий учёный миколог из Дюссельдорфа по имени Гюнтер фон Шмит. Он, изучая новые виды грибов, ездил в экспедиции по всему миру, и в этот раз он попал в экваториальные джунгли одного острова возле Суматры.

– Гюнтер, какого чёрта мы приплыли на этот богом забытый не обитаемый островок? – негодовал его напарник норвежец Ингвар, – тут даже ни одного пляжа нет, одни скалы и камни.

– Я читал дневники одного ботаника из команды Магеллана. Да-да, того самого мореплавателя, которого на Филиппинах убил местный вождь Лапу-Лапу. Так вот он упоминал в своих мемуарах про некий таинственный гриб, который убивает на расстоянии. Возможно эта легенда местных дикарей, которую он записал, как миф, или сказку, но я давно хотел это проверить.

– А зарисовок этого дьявольского грибка он, случайно не оставил.

– Оставил, – спокойно, как ни в чём не бывало, ответил Гюнтер.

– Да, ну? – удивился Ингвар, – и ты до сих пор молчал?

– Не хотел выглядеть глупо в глазах научного сообщества.

– Покажи рисунок?

– К сожалению не могу. Помнишь, несколько лет назад в моей лаборатории был пожар? Так вот, тетрадь с записями сгорела.

– Как ты только не сделал копию такого ценного манускрипта?

– Не успел, всё откладывал, и за час до пожара собирался перенести в электронный формат, а тут прямо… – Гюнтер на секунду задумался, – …прямо мистика какая-то.

– А на что был похож рисунок? – спросил Ингвар.

– На обычный дождевик.

Так, рассуждая о мистическом грибе и обсуждая прочие рабочие моменты, исследователи углублялись в дебри острова, внимательно всматриваясь себе под ноги и по сторонам в поисках незнакомых грибов. Вдруг они ощутили жуткую вонь, разлагающегося мяса, и обнаружили прямо на своём пути огромный цветок, растущий прямо из земли. Именно от него исходил этот смрад.

– Аморфофаллус, – произнёс название цветка Ингвар. – Самый большой цветок в мире. Запах тухлятины нужен для привлечения мух, которые опыляют это растение, а вот его клубни вполне съедобны.

Полюбовавшись этим чудом природы, путешественники двинулись дальше.

По дороге им встречались шиитаке и прочее вешенки, трутовики и поганки различного рода, но все эти виды им были хорошо знакомы. Наконец они добрались до центра острова и решили сделать привал, так как через пару часов должно начать смеркаться. Поставив палатку, они растопили сухим горючим переносную плитку и поставили варить принесённую с собой воду, чтобы заварить чай. Принесённый с собой примус с горючим, не требовал времени на поиск дров, тем более что, в дождевом лесу найти сухой валежник, почти невозможно. Когда чай был готов начал накрапывать дождь, и они залезли, в так вовремя поставленную палатку, пить чай с галетами. Провизии они с собой много брать не стали, так как срок экспедиции по регламенту составлял одну неделю. Помимо галет у них была тушёнка, сгущёнка, лапша быстрого приготовления, и несколько армейских сухпайков.

– А как тебе малайзиечки? – спросил Ингвар, своего более старшего коллегу.

– Ну, молоденькие мне все нравятся, даже Австралийки или с остров, типа Новая Гвинея, или Вануату. Мне не нравится, что Малайзия мусульманская страна. Не люблю я страны Ислама, из-за непривычных для меня обычаев и нравов. Нет там, свободной продажи алкоголя и публичных домов. Конечно, всё это можно найти и там, но надо искать, а люблю, чтобы всё было без ограничений.

– В этом вопросе я с тобой солидарен, – согласился с Гюнтером Ингвар, – как писал Киплинг? Запад есть Запад, Восток есть Восток, и вместе им никогда не быть.

Перед сном, когда дождь закончился, они вышли из палатки, по малой нужде и Ингвар был поражён зелёными сияниями светлячков. Он в отличие от Гюнтера был в тропиках впервые, за исключение пустыни в Восточной Африке, но пустыня это совсем другое. И поэтому многое для него было в диковинку. Так же его поразил звук ночных джунглей. Он в корне отличался от дневного звука. Ингвар взглянул на небо и не увидел ни одной звезды, ибо всё небо было затянуто тучами. Ингвар был родом из Норвегии и вспомнил, зимнее ночное небо, где все звёзды были, как на ладони, а какой красоты он там наблюдал северное сияние. Ингвар не был микологом, как его друг Гюнтер, он занимался генетическими исследованиями и пытался выделить ген подавляющий развитие раковых клеток. Он, не как не мог понять, почему ежегодный и очень быстрый рост рогов, у северных оленей не приводит к развитию рака кости, и появлению метастазов в других костях. Ингвар обладал энциклопедическими знаниями и увлекался всем вокруг. Его сильно интересовала жизнь и поведение голого землекопа – единственного млекопитающего, которое живёт на подобии муравьиной или пчелиной колонии. Где есть царица, рабочие особи и солдаты, которые её обслуживают и охраняют, и только она может спариваться и размножаться. Поразило, что эти зверьки не стареют и почти ничем не болеют, хотя все другие грызуны близкого им размера живут всего 2-3 года. Во время эпидемии коронавируса Ингвар занимался созданием вакцины, как и тысячи других учёных.

Ночь была душная и влажная, но на неприкрытую одеждой кожу заползали сухопутные пиявки, а вот москитов на острове не было, так как их сдувало ветром в океан.

Утром, сытно позавтракав, они продолжили свои научные изыскания. За пару дней они тщательно обследовали местность вокруг палатки, нашли некоторые эндемичные виды насекомых и растений, но новые виды грибов им не встретились. Далее они перешли на другое место дислокации и разбили там новый лагерь. Когда же пришло время, в очередной раз менять место лагеря, зарядил сильный ливень, который продолжался весь день. Пришлось целые сутки просидеть в палатке, но когда на рассвете они вылезли наружу, то прямо у порога увидели только что выросшие дождевики неизвестного им вида!

– Клянусь, это они! – вскрикнул Гюнтер.

– Но, не факт, что они ядовиты, – опустил его на землю Ингвар, – я не знаю сильно токсичные виды грибов этого вида.

– А это мы скоро узнаем, – ответил, Гюнтер, и нырнул внутрь палатки за контейнером для сбора биологического материала. Через минуту, он уже собирал все плодовые тела грибов вместе с мицелиями в свои пробирки и баночки.

– Что, наша миссия выполнена? – спросил Ингвар, – можно уже вызывать катер, на два раньше отмеченного срока?

– Да, конечно. Больше нам тут делать особо нечего, – ответил Гюнтер с блеском сумасшедшего в глазах. Он был на пике блаженства, так как всю жизнь думал и мечтал отыскать этот таинственный гриб. Эта идея стала его наваждением. Конечно, он понимал, что полученная из дневников информация может оказаться иллюзией и приведёт к огромному разочарованию, но надежда, что это истина, его не покидала.

Ингвар, по спутниковому телефону позвонил на базу и перенёс рейс катера на сегодняшний день. Свернув платку и собрав свои вещи, они отправились по уже знакомой дороге обратно, на побережье, где их должен забрать катер. Путь был не близок, и когда они спустились к океану, то катер уже стоял на якоре.

– Ну, как прошло? – спросил капитан, – обнаружили, что искали?

– Коммерческая тайна! – счастливо улыбаясь, ответил Гюнтер, но по его экзальтированному виду, капитан всё понял без слов.

Как только катер дошёл до Суматры, учёные не теряя ни минуты времени, сразу с причала на такси отправились в аэропорт, а далее в Дюссельдорф в лабораторию Гюнтера.

Добравшись до лаборатории, Гюнтер сразу поместил мицелии грибов в инкубатор с температурно-влажностным режимом, таким же, как был и на острове. Далее, он взял пробу плодового тела и отправил на полный анализ. Включая, и спектральный.

Анализ плода ничего нового вообще не показал. Осталось подождать, когда вызреют споры. Это должно было занять несколько дней, и чтобы сократить время ожидания Гюнтер достал из шкафа бутылку шнапса, и позвонил Ингвару.

– Слушаю, Вас,– тут же взял трубку телефона его приятель.

– Это я, Гюнтер.

– Привет, дружище, – узнав его голос его голос, ответил Ингвар, – как обстоят дела с нашим грибом.

– В процессе, – был ответ от миколога.

– Что-то у тебя не весел голос.

– Ну, первая стадия эксперимента не дала требуемых результатов.

Первая же выпитая рюмка сняла лёгкое разочарование от первого анализа и влила в его вены волну оптимизма.

– Но, посмотрим, как пройдёт второй этап исследования.

– А я тебе говорил: «Не строй иллюзий – не будет разочарований»!

– Да знаю я это, чай не первый год живу на белом свете.

– Ладно, мне сейчас некогда разговаривать, неотложные дела. Держи меня в курсе.

– Ок, – произнес Гюнтер, и сбросил кнопку вызова.

Через пять дней грибы созрели и высохли, но под тонкой их оболочкой содержалось несколько триллионов спор, которые были в 20 раз мельче пыльцы и имели размер 1-2 микрометра. Гюнтер вспомнил простонародное русское название этих грибов – дедушкин табак, видимо так его назвали от вылетавшего облака спор похожего на густой дым, даже при не сильном нажатии на гриб.

Манипуляции с объектом изучения проходили в герметичном, изолированном от внешней среды кубе, при помощи впаянных вовнутрь него перчаток с рукавами. У самого Гюнтера был надет респиратор. Извлекался, или добавлялся нужный материал через специальный шлюз.

Взятые на анализ споры, так же, как и тело гриба ничего необычного не выявили, но через два дня лабораторные мыши имевшие контакт с сухим грибом погибли.

Вскрытие показало, что у них полностью поражены лёгкие.

Теперь Гюнтеру стало всё понятно. Разумеется, что убивал людей никакой не дух гриба, и даже не яд, который мог бы выделяться с эфирными маслами и передаваться по воздуху. Гриб обладал чрезвычайно активной силой всхожести своих спор. Два века назад люди ничего не знали о природе пыльцы и спор, также не знали о бактериях, и тем более вирусах. Зато они верили в злых духов, и всякие проклятия.

Гюнтер тут же позвонил своему другу.

– Поздравь меня Ингвар, я нашёл разгадку тайны!

– И в чём же она заключается? – заинтересовался генетик.

– Споры гриба, при вдыхании попадая в лёгкие, прикрепляются к альвеолам и быстро прорастают. Мицелии полностью поражают оба лёгких, что приводит к смерти. Это очень странно, обычно любой паразит не заинтересован в гибели своего хозяина. Он, наоборот, заинтересован, чтобы тот процветал и жирел, обычно образуется некий симбиоз, а тут какая-то аномалия. Короче, приезжай и посмотри сам. Кстати, тебе будет интересно взглянуть на цепочку ДНК и покопаться в его генах.

– Хорошо, прямо завтра я и прилечу.

На этом разговор был окончен, и довольный своим открытием и дальнейшими исследованиями, за которые он вполне может стать лауреатом Нобелевской премии, Гюнтер открыл заветный шкафчик со своим любимым шнапсом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.