# Метка Афины

Рик Риордан

Человечество в опасности! Всего месяц остался до пробуждения богини Геи и ее кровожадных детей, а затем весь привычный мир будет уничтожен в новой войне богов и гигантов. Остановить богиню могут только семеро героев из пророчества во главе с Перси Джексоном. Вот только времени в запасе у них, увы, не месяц, а всего лишь несколько дней, по истечении которых от рук близнецов-гигантов погибнет их друг. Герои должны сделать непростой выбор – отправиться навстречу опасности или, послушавшись пророчества, сулящего им неминуемую гибель, свернуть с пути…

Третья книга суперсериала от создателя цикла о Перси Джексоне, ставшем одним из самых популярных литературных персонажей последних лет!

Rick Riordan

The Heroes of Olympus

The Mark of Athena


© 2011 by Rick Riordan

Permission for this edition was arranged through the Nancy Gallt Literary Agency


© Ефимова Е., перевод на русский язык, 2013

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2013


Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.


> Бродягам и скитальцам,

> которые спешат, ведомые зовом богов.


## Благодарности

Огромное спасибо Шону Хемингуэю, хранителю греческих и римских древностей Метрополитен-музея в Нью-Йорке, за то, что помог мне следовать за Меткой Афины до ее истока.

## I. Аннабет

Аннабет думала, что готова ко всему, – до тех пор, пока ей не повстречалась взрывающаяся статуя.

Дочь Афины расхаживала по палубе их летающего военного корабля «Арго-II», проверяла и перепроверяла, надежно ли закреплены баллисты. Убедилась, что мирный белый флаг все так же развевается на мачте. Уже в который раз обсудила с командой план, запасной план и запасной план номер два.

А главное, девушка отозвала в сторонку тренера Глисона Хеджа, их повернутую на войне «няньку», и подкинула ему идею: по утрам нет ничего лучше, чем посидеть у себя в каюте и пересмотреть чемпионаты по смешанным единоборствам. Они летели на волшебной греческой триреме в римский лагерь, предположительно вражеский, и меньше всего им сейчас требовался средних лет сатир в тренировочных штанах, размахивающий бейсбольной битой и вопящий: «Сдохните!»

Казалось, все в порядке. Отступила даже непонятная дрожь, колотившая ее с тех пор, как отчалило судно. Во всяком случае, пока отступила.

Военный корабль снижался, разрезая скопления облаков, но Аннабет никак не могла успокоиться. Может, это все же неудачная затея? Что, если римляне запаникуют и сразу же нападут?

Вид у «Арго-II» уж никак не дружелюбный. Двести футов в длину, корпус окован бронзовыми щитами, нос и корма ощетинились самострелами, носовая фигура в виде металлического дракона, умеющего изрыгать пламя, и две баллисты на вращающихся платформах в средней части судна, стреляющие разрывными болтами, пробивающими бетон… да уж, навряд ли таких соседей выбегут встречать с хлебом-солью.

Аннабет попыталась известить римлян заранее. Она попросила Лео отправить одно из его особых изобретений – голографический свиток, – чтобы предупредить друзей в лагере. К счастью, послание прошло. Лео хотел было нарисовать гигантское сообщение на днище корабля («КАК ДЕЛА?»), присовокупив к нему улыбающуюся рожицу, но Аннабет зарубила идею на корню. Не факт, что у римлян есть чувство юмора.

А теперь слишком поздно поворачивать назад.

Корабль вырвался из облаков, и внизу показался зеленый с золотом ковер холмов Окленд-Хиллз. Аннабет стояла у правого борта, крепко ухватившись за один из бронзовых щитов, опоясывавших весь корабль. Трое членов ее команды заняли свои места. На квартердеке Лео заметался, как сумасшедший, сверяясь со своими измерительными приборами и сражаясь с рычагами. Другой рулевой на его месте удовольствовался бы штурвалом и румпелем.

Лео же, помимо всего прочего, установил клавиатуру, монитор, элементы управления с «Лирджета», навороченную звуковую плату и датчики управления перемещениями с «Нинтендо Вии». Он мог развернуть корабль, сжав руки, как будто душит кого-то, открыть огонь из всех орудий, выбрав музыкальный альбом, и поднять паруса, сильно встряхнув Вии-контроллер. Лео очень сильно страдал от СДВГ[1], даже по меркам полубогов.

Пайпер вышагивала взад-вперед между грот-мачтой и баллистами, на ходу репетируя свою роль.

– Опустите оружие, – бормотала она. – Мы просто хотим поговорить.

Противиться чарам ее голоса было непросто, слова будто обволакивали Аннабет, внушая ей желание выбросить кинжал и пуститься в обстоятельную беседу по душам.

Пайпер всячески старалась не выпячивать свою красоту – не слишком типичное поведение для дочерей Афродиты. Сегодня она оделась в драные джинсы, разношенные кроссовки и белую майку на бретелях с розовым логотипом «Привет, Котенок». (Возможно, шутки ради, но с Пайпер никогда нельзя ничего утверждать наверняка.) Свои волнистые каштановые волосы она заплела в косу, украсила пером орла и носила, перекинув через правое плечо.

И, наконец, бойфренд Пайпер – Джейсон. Он стоял на носу, на помосте рядом с самострелом, чтобы его легко могли заметить римляне, и так сильно сжимал рукоять золотого меча, что побелели костяшки пальцев. В остальном он выглядел совершенно спокойно, и не скажешь, что парень подставляет себя под удар. Поверх джинсов и оранжевой футболки из Лагеря полукровок он надел тогу и пурпурный плащ – атрибуты его преторского ранга. Красивые льдисто-голубые глаза и копна светлых волос придавали ему суровый, внушительный вид, как и подобает сыну Юпитера.


Он вырос в Лагере Юпитера, так что оставалась надежда, что, завидев знакомое лицо, римляне не станут сбивать корабль на подлете.

Аннабет старалась этого не показывать, но она все еще до конца не доверяла этому парню. Он вел себя слишком правильно: всегда следовал правилам, всегда совершал благородные поступки, даже выглядел чересчур идеальным. В глубине сознания дочери Афины билась противная мысль: а вдруг это уловка, и он нас предаст? Что, если мы прилетим в лагерь Юпитера и он скажет: «Привет, римляне! Глядите, какой корабль я вам привел! И уведите этих пленников».

Аннабет сомневалась, что такое возможно, однако не могла смотреть на молодого человека без горечи. Ведь он был частью программы «по обмену», навязанной богиней Герой, чтобы познакомить представителей обоих лагерей. Ее в высшей степени надоедливое Величество, царица Олимпа, убедила других богов, что двум лагерям, в одном из которых жили дети греческих, а в другом – римских богов, следует объединиться, дабы спасти мир от пробуждающейся в недрах земли злобной богини Геи и ее ужасных детей, гигантов.

Без всякого предупреждения Гера схватила Перси Джексона, бойфренда Аннабет, стерла ему память и отправила в лагерь римлян. В обмен греки получили Джейсона. Конечно, Джейсон ни в чем не виноват, но всякий раз, когда Аннабет на него смотрела, она вспоминала, как сильно ей не хватает Перси.

Перси… он сейчас где-то под ними.

О, боги. Ощутив нарастающую панику, девушка волевым усилием загнала ее обратно в глубины подсознания. Нельзя позволить чувствам взять над собой верх.

«Я – дитя Афины, – сказала она себе. – Нужно придерживаться плана и не дать себя отвлечь».

И снова ощутила уже знакомую дрожь, как будто у нее за спиной притаился какой-то психически больной снеговик и дышал ей в шею. Девушка обернулась, но сзади никого не было.

Наверняка это все нервы. Даже прожив всю жизнь в мире богов и чудовищ, Аннабет не особо верила, что на новом корабле вдруг заведутся привидения. «Арго-II» прекрасно защищен: щиты из небесной бронзы вдоль края борта зачарованы так, чтобы отпугивать чудовищ, а сатир, тренер Хедж, учуял бы любых незваных гостей на борту.

Аннабет очень хотелось попросить защиты у своей матери, но теперь это было невозможно. Меньше месяца назад она встретилась с матерью (встреча вышла ужасная) и получила худший в своей жизни подарок…

Теперь холод ощущался сильнее. Аннабет показалось, что ветер доносит до нее чей-то тихий смех. Каждый мускул ее тела напрягся: вот-вот случится что-то страшное.

Она едва не приказала Лео повернуть назад, но тут в долине под ними затрубили рога: римляне их заметили.

Аннабет полагала, что знает, чего ожидать, ведь Джейсон подробнейшим образом описал ей лагерь Юпитера. И все-таки она с трудом верила собственным глазам. Опоясанная холмами Окленд-Хиллз долина превышала площадь Лагеря полукровок как минимум в два раза. С одной стороны, образуя недописанную с правого бока букву «О», долину огромным полумесяцем огибала речушка, впадавшая в искрящиеся синие воды озера.

Прямо под кораблем, прилепившись у самого берега озера, сверкал на солнце Новый Рим. Аннабет узнавала достопримечательности города на семи холмах, о которых рассказывал ей Джейсон, – ипподром, амфитеатр, храмы и парки, разглядывала извилистые улочки, красочные виллы и цветущие сады.


Девушка заметила также следы последней битвы римлян с армией чудовищ: в крыше одного из зданий, очевидно, сената, зияла брешь. На широкой площади форума чернели кратеры. Некоторые фонтаны и статуи лежали разломанные.

Толпы ребят в тогах выбегали из здания сената, чтобы получше рассмотреть «Арго-II». Множество римлян выходили из магазинов и кафе, таращились и показывали пальцами на приземляющийся корабль.

Примерно в полумиле к востоку, где трубили рога, на холме стояла крепость римлян. Выглядела она в точности как на иллюстрациях, которые Аннабет видела в книгах по военной истории: оборонительный ров, окаймленный пиками, высокие стены, дозорные башни с установленными на них «скорпионами». Внутри, вдоль главной дороги, «виа принципалис», выстроились в идеальную линию белые казармы.

Из ворот выдвинулась колонна полубогов и быстро направилась к городу, поблескивая доспехами и наконечниками копий. В центре строя шествовал настоящий боевой слон.

Аннабет хотела посадить «Арго-II» до того, как это войско приблизится, но до земли еще оставалось футов семьсот. Она всматривалась в толпу, надеясь разглядеть там Перси.

Потом у нее за спиной прогремело «БУМ!».

Взрывная волна едва не выбросила девушку за борт. Она резко обернулась и нос к носу столкнулась с рассерженной статуей.

– Неприемлемо! – пронзительно завопило изваяние.

Очевидно, оно только что переместилось на палубу посредством взрыва, от его плеч валил едкий желтый дым.


Из курчавых волос гостя со щелчками выстреливали хлопья пепла. Ниже пояса он являл собой кусок мрамора прямоугольной формы, из которого рос мускулистый мужской торс, задрапированный в резную тогу.

– Я не позволю провозить в пределы померия оружие! – объявил он тоном строгого учителя. – А уж греков – и подавно!

Джейсон метнул на Аннабет взгляд, в котором ясно читалось: «Я разберусь».

– Терминус, – воскликнул он. – Это же я, Джейсон Грейс.

– О, я помню тебя, Джейсон! – проворчал Терминус. – Я думал, тебе хватит ума не водить компанию с врагами Рима!

– Но они не враги…

– Верно, – вклинилась Пайпер. – Мы просто хотим поговорить. Если бы мы могли…

– Ха! – рявкнула статуя. – Не пытайся очаровать меня своим голоском, юная леди. И опусти кинжал, пока я не выбил его у тебя из рук!

Пайпер быстро глянула на бронзовый кинжал, который сжимала в руке (она совершенно про него забыла).

– Э-э-э… хорошо. Но как вы собирались его выбить? У вас же нет рук.

– Какая наглость!

Раздался громкий щелчок, полыхнуло желтым. Пайпер вскрикнула и отшвырнула дымящийся, плюющийся искрами кинжал.

– Твое счастье, что я только-только вернулся с поля боя, – заявил Терминус. – Если бы я был в полной силе, то уже взорвал бы эту вашу летающую страхолюдину прямо в воздухе!

– Минуточку, – Лео шагнул вперед, помахивая Вии-контроллером. – Вы только что назвали мой корабль страхолюдиной? Мне, наверное, померещилось.


Перед мысленным взором Аннабет предстала картина маслом: Лео атакует статую, как мечом размахивая игровым джойстиком. Тут уж девушка моментально справилась с шоком.

– Давайте все успокоимся. – Она подняла руки, показывая, что безоружна. – Я так понимаю, вы – Терминус, бог границ. Джейсон говорил мне, что вы охраняете город Новый Рим, верно? Я – Аннабет Чейз, дочь…

– Да знаю я, кто ты такая! – Статуя смерила девушку гневным взором белых глаз. – Дитя Афины, греческой ипостаси Минервы. Возмутительно! Вы, греки, начисто лишены всякого понятия о приличиях. Мы, римляне, знаем, каково истинное место этой богини.

Аннабет стиснула зубы. С этой статуей просто невозможно вести дипломатические переговоры.

– Что именно вы имеете в виду, говоря об «этой богине»? И что такого возмутительного в том, чтобы…

– Верно! – вмешался Джейсон. – И вообще, Терминус, мы здесь с мирной миссией. Было бы очень мило с вашей стороны дать нам разрешение на посадку…

– Невозможно! – взвизгнул бог. – Сложите оружие и сдавайтесь! Немедленно покиньте мой город!

– Так что именно нам сделать: сдаваться или улетать? – съехидничал Лео.

– И то и другое! – надулся Терминус. – Сдавайтесь, а потом убирайтесь. Даю тебе пощечину за такой глупый вопрос, ты, бесстыжий мальчишка! Чувствуешь?

– Ух ты! – Лео воззрился на Терминуса с профессиональным интересом. – Похоже, вы на взводе. У вас там какие-то шестеренки заклинило? Я мог бы взглянуть.

Он преобразовал свой Вии-контроллер в одну из отверток из своего волшебного пояса с инструментами и постучал по пьедесталу статуи.

– Прекратить! – потребовал Терминус. Раздался новый взрыв, и Лео выронил отвертку. – На римской земле, в пределах померия, оружие под запретом.

– В пределах… чего? – переспросила Пайпер.

– В черте города, – пояснил Джейсон.

– А этот корабль – одно сплошное оружие! – гнул свое Терминус. – Вы не можете приземлиться!

Внизу, в долине, вооруженное подкрепление уже преодолело половину пути до города. Толпа на форуме все увеличивалась. Аннабет всматривалась в лица воинов и… о, боги, увиделаего. Он шагал к кораблю вместе с двумя ребятами: крепко сбитым юношей с черным ежиком волос и девушкой в кавалерийском шлеме, обнимая их за плечи, как будто они приятели не разлей вода. Казалось, Перси чувствует себя абсолютно свободным, и выглядел он очень счастливым. На нем был пурпурный плащ, в точности такой же, как у Джейсона – отличительный знак претора.

Сердце Аннабет забилось сильнее.

– Лео, останови корабль, – приказала она.

– Что?

– Ты меня слышал. Дальше этого места не двинемся.

Лео поднял свой контроллер и резко дернул его вверх. Все девяносто весел замерли, и корабль остановился.

– Терминус, – сказала Аннабет, – не существует правила, запрещающегопарить над Новым Римом, верно?

Статуя нахмурилась.

– Полагаю, нет…

– Мы можем оставить корабль в воздухе, а сами спустимся на форум по веревочной лестнице, – предложила девушка. – В таком случае, корабль не коснется римской земли, во всяком случае, формально.

Статуя какое-то время обдумывала такую возможность. Аннабет задавалась вопросом: не потирает ли бог подбородок воображаемыми руками.


– Я люблю формальности, – наконец признало изваяние. – И все же…

– Все наше оружие останется на борту, – заверила его Аннабет. – Полагаю, римляне – даже вон то небольшое войско, что движется сюда, – также проявят уважение к вашим же собственным правилам в пределах померия, если вы им прикажете?

– Конечно! – важно кивнул Терминус. – Я что, похож на человека, который стерпит нарушение законов?

– М-м-м… Аннабет… – вмешался Лео. – Ты уверена, что это хорошая идея?

Девушка сжала кулаки, чтобы скрыть дрожь в руках. Противный холодок не проходил, все так же вея у нее за спиной. И теперь, когда Терминус больше не вопил и не взрывался, Аннабет показалось, что ей снова слышится смех: на этот раз в нем звучала радость, как будто она приняла неверное решение.

Но там, внизу, находился Перси… так близко. Она должна попасть к нему.

– Все будет хорошо, – заверила Аннабет. – Никакого оружия, мы вполне можем мирно поговорить. А Терминус проследит, чтобы обе стороны соблюдали правила. – Она взглянула на мраморную статую. – Мы договорились?

Бог фыркнул.

– Полагаю, да. До поры. Можешь спускаться в Новый Рим по своей лестнице, дочь Афины. И, пожалуйста, постарайся не разрушить мой город.

## II. Аннабет

Аннабет шла к форуму сквозь огромную толпу, и поднятые по тревоге полубоги расступалась перед ней. Одни казались напряженными, другие нервничали, некоторые были перевязаны после последнего сражения с гигантами, но никто не носил оружия. Никто не нападал.

На чужаков выходили посмотреть целыми семьями. Аннабет заметила пары с детьми, карапузов, цепляющихся за ноги родителей, даже несколько пожилых людей, облаченных в древнеримские одежды вперемешку с современными. Неужели все они – полубоги? Пожалуй, да, решила Аннабет, хотя никогда раньше она не видела такого места. В Лагере полукровок жили в основном подростки. Если им удавалось пережить выпускной класс школы, в дальнейшем они оставались в лагере и становились старостами или отправлялись в мир смертных и выживали, как могли. Здесь же бок о бок жили люди всех возрастов.

Вдалеке в толпе Аннабет разглядела циклопа Тайсона и адскую гончую Перси, миссис О’Лири – первую «разведгруппу» из Лагеря полукровок, появившуюся в Лагере Юпитера.


Кажется, они пребывали в прекрасном расположении духа. Тайсон, с римским знаменем на груди, повязанным на манер огромного слюнявчика, махал рукой и широко улыбался.

Краешком сознания Аннабет отметила, как красив этот город, – запах выпечки, журчание фонтанов, пышно цветущие сады. А уж архитектура… о, боги, какая архитектура… позолоченные мраморные колонны, блистательные мозаики, монументальные арки и виллы с террасами.

И тут прямо перед ней людское море расступилось, пропуская девушку в полном боевом облачении римского образца и пурпурном плаще. Темные волосы рассыпались по ее плечам, а черные глаза мерцали, как кусочки обсидиана.

Рейна.

Джейсон очень точно ее описал, но даже если бы Аннабет ничего о ней не слышала, то и тогда признала бы в ней лидера. На доспехах новоприбывшей красовались медали, а держалась она так уверенно, что остальные полубоги отступали и отводили взгляд.

Но Аннабет заметила в ее лице и кое-что еще: твердо сжатый рот и гордо вздернутый подбородок словно говорили: я готова принять любой вызов. Рейна явно хотела выглядеть отважной, скрывая надежду, волнение и страх, которые не могла показывать на публике.

Аннабет уже случалось видеть такое выражение лица: она постоянно наблюдала его, глядя в зеркало.

Обе девушки оценивающе рассматривали друг друга. Справа и слева из-за спины Аннабет выглядывали ее друзья. Римляне в страхе посматривали на Джейсона, шепотом произнося его имя.

Затем из толпы показалось новое действующее лицо, и Аннабет перестала замечать, что происходит вокруг.

Перси улыбался ей – саркастической, хулиганистой улыбкой, раздражавшей ее несколько лет подряд и ставшей со временем такой любимой. Его глаза цвета морской волны остались такими же прекрасными, как и раньше, темные волосы были залихватски откинуты со лба, как будто он только что вернулся с прогулки по пляжу. Перси выглядел даже лучше, чем полгода назад: загорелый, выше ростом, более подтянутый и мускулистый.

От потрясения Аннабет не могла сдвинуться с места. Ей казалось, что если она подойдет к нему поближе, все молекулы в ее теле могут воспламениться. Она влюбилась в него, когда им было по двенадцать лет, и хранила это чувство в тайне. А прошлым летом она просто с ума сходила от любви. На целых четыре месяца они стали счастливой парой, а потом он исчез.

За время разлуки что-то случилось с чувствами Аннабет: они усилились. Она постоянно ощущала в груди ноющую боль, как будто ее лишили жизненно необходимого лекарства. И теперь не понимала, что же мучительнее: жить с этой ужасной пустотой в душе или снова быть вместе с ним.

Претор Рейна выпрямилась и с явной неохотой повернулась к Джейсону.

– Джейсон Грейс, мой бывший сослуживец… – Она произнесла последнее слово так, словно оно ей не нравилось. – Я приветствую тебя, ты снова дома. А это твои друзья…

Аннабет не собиралась этого делать, ее словно подхватила какая-то волна и понесла вперед. Одновременно Перси бросился к ней. Толпа напряженно замерла, некоторые потянулись к отсутствующим мечам.

Перси ее обнял, они поцеловались, и на какой-то миг все остальное стало не важным. Даже если бы на планету упал астероид и все вокруг умерли, Аннабет не обратила бы на это никакого внимания.

Перси пах морским бризом, а его губы имели солоноватый привкус.


«Рыбьи мозги», – мелькнула у нее шальная мысль.

Перси отстранился и пристально вгляделся в ее лицо.

– О, боги, я никогда не думал…

Аннабет схватила его за запястье и мощным броском перекинула через плечо. Юноша с размаху рухнул на каменную мостовую. Римляне загалдели, некоторые бросились было к ним, но Рейна прокричала:

– Стоять! Отойдите!

Аннабет поставила колено Перси на грудь, предплечьем надавив на его горло. Плевать, что подумают об этом римляне. Ее распирала раскаленная добела злость, злокачественная смесь беспокойства и горечи, которую она носила в себе с прошлой осени.

– Если ты еще когда-нибудь меня бросишь… – с трудом проговорила она. В глазах щипало. – То клянусь всеми богами…

Перси хватило наглости рассмеяться. Внезапно раскаленный комок чувств в груди у Аннабет растаял.

– Считай, что я предупрежден, – сказал Перси. – Я тоже по тебе скучал.

Аннабет поднялась и помогла встать молодому человеку. Ей ужасно хотелось снова его поцеловать, но она сумела сдержаться.

Джейсон покашлял.

– Итак… Да… Приятно снова вернуться домой.

Он представил Рейне Пайпер (дочь Афродиты выглядела несколько обиженной, ведь ей так и не пришлось произнести заготовленные слова, а она долго тренировалась), а потом – Лео (тот широко улыбался и всячески демонстрировал дружелюбие).

– А это Аннабет, – закончил Джейсон. – М-м-м… Обычно она не практикует на людях дзюдо.

Глаза Рейны сверкнули.

– Ты уверена, что не принадлежишь к числу римлян, Аннабет? А может, ты амазонка?

Аннабет не понимала, стоит ли расценивать вопрос как комплимент, но все же протянула руку для рукопожатия.

– Так я нападаю только на своего бойфренда, – заверила она. – Приятно познакомиться.

Рейна крепко сжала ее ладонь.

– Похоже, нам есть что обсудить. Центурионы!

Несколько обитателей римского лагеря – очевидно, старшие офицеры – бросились вперед. Подошли двое ребят, те самые, с которыми Перси недавно так по-приятельски болтал, и встали по сторонам от юноши. Плотный парень лет пятнадцати с короткой стрижкой и азиатскими чертами лица чем-то напоминал гигантскую панду, и это делало его очень милым. Девушка была моложе, лет тринадцати: янтарно-желтые глаза, шоколадная кожа, длинные вьющиеся волосы. Кавалерийский шлем она держала под мышкой.

Из того, как они держались, Аннабет заключила, что эти ребята считают себя близкими друзьями Перси. Они стояли рядом с ним, словно защищая, как будто они вмести прошли через множество приключений. Аннабет подавила зарождающуюся ревность. А что, если Перси и эта девушка… нет, между этими троими явно витала какая-то химия, но иного рода. Аннабет всю жизнь училась разбираться в людях, без этого навыка она бы не выжила. Пожалуй, здоровяк азиат – бойфренд этой девушки, хотя, кажется, они вместе не очень давно.

Но кое-чего Аннабет не понимала: на что эта девушка так сердито уставилась? Она хмурила брови, глядя в сторону Пайпер и Лео, как будто узнала одного из них и вспомнила что-то очень неприятное.

Тем временем Рейна отдавала приказы своим офицерам.

– …легионерам – отмена боевой готовности. Дакота, предупреди дýхов на кухне, пусть приготовят пир в честь наших гостей. И, Октавиан…

– Ты впустишь этихнезваных гостей в лагерь? – Вперед протолкался высокий парень со светлыми, свисающими, как пакля, волосами. – Рейна, угроза безопасности…

– Мы не ведем их в лагерь, Октавиан, – Рейна метнула в офицера строгий взгляд. – Мы будем есть здесь, на форуме.

– О,какое облегчение, – проворчал Октавиан. Похоже, только он один не подчинялся Рейне как старшей по званию, и в этом ему не мешала ни общая костлявость, ни бледность, ни три плюшевых медведя, болтавшихся у него на поясе (и зачем они ему, интересно?). – Хочешь, чтобы мы отдыхали в тени их боевого корабля?

– Они наши гости, – отчеканила Рейна. – Мы будем приветствовать их и вести беседу. А тебе, как авгуру, следовало бы принести благодарственное всесожжение богам за то, что они вернули нам Джейсона в целости и сохранности.

– Хорошая идея, – вставил Перси. – Иди, сожги своих медведей, Октавиан.

Рейна явно пыталась сдержать улыбку.

– Вы слышали мои указания. Выполняйте.

Офицеры разошлись. Октавиан злобно зыркнул на Перси, потом подозрительно глянул на Аннабет и величаво удалился.

Пальцы Перси сжали ладонь Аннабет.

– Не волнуйся из-за Октавиана. Большинство римлян – замечательные люди, вроде Фрэнка, Хейзел и Рейны. Все будет хорошо.

Аннабет показалось, будто кто-то провел по ее шее холодной мочалкой. Ей снова послышался тот самый смех, не громче шепота, словно невидимый насмешник последовал за ней с корабля.

Девушка посмотрела вверх, на огромный бронзовый корпус «Арго-II», поблескивающий в лучах солнца. Часть ее хотела прямо сейчас похитить Перси, подняться на борт и сматываться отсюда, пока еще можно.

Ей не удавалось отделаться от предчувствия, что вот-вот случится нечто ужасное. А она ни за что на свете не рискнет снова потерять Перси.

– Все будет хорошо, – повторила она, пытаясь и сама в это поверить.

– Прекрасно, – воскликнула Рейна, поворачиваясь к Джейсону. Но Аннабет почудился какой-то голодный огонек в ее глазах. – Давай поговорим, наконец-то у нас есть такая возможность, ведь прошло так много времени.

## III. Аннабет

Жаль, что у Аннабет не было аппетита: уж в чем, в чем, а в еде римляне знали толк.

На нескольких тележках привезли диваны и низенькие столы, так что в конце концов форум стал похож на выставку мебели. Римляне, рассевшись группами по десять-двенадцать человек, болтали и смеялись, а над их головами реяли духи ветра, ауры, разносившие бесчисленные пиццы, бутерброды, чипсы, прохладительные напитки и свежеиспеченное печенье. В толпе дрейфовали пурпурные призраки, лары, облаченные в тоги и легионерские доспехи. Вокруг площадки со столами сатиры (нет,фавны, подумала Аннабет) рысцой перебегали от стола к столу, выпрашивая еду и мелочь. В близлежащих полях резвились боевой слон и миссис О’Лири, а дети играли в салочки, бегая вокруг статуй Терминуса, расставленных вдоль городских границ.

Вся эта сцена показалась Аннабет такой знакомой и в то же время совершенно чужой, так что у девушки голова пошла кругом.


Все, чего ей хотелось, – это быть вместе с Перси, желательно наедине, но она знала, что нужно подождать. Если они хотят, чтобы их миссия увенчалась успехом, им нужны эти римляне, а значит, с ними нужно подружиться и продемонстрировать добрые намерения.

За одним столом с Аннабет и ее командой сидели Рейна и несколько ее офицеров (в том числе блондинистый Октавиан, только что вернувшийся после сжигания плюшевых медведей). К ним подсел и Перси со своими новыми друзьями, Фрэнком и Хейзел.

Когда на стол, кружась, опустились подносы с едой, Перси перегнулся через столешницу и прошептал:

– Хочу показать тебе Новый Рим. Только ты и я. Тут просто потрясающе.

Аннабет следовало бы от счастья вознестись на седьмое небо, ведь «только ты и я» – это именно то, чего ей хотелось. Вместо этого в ней вскипело чувство обиды: как мог Перси с таким восторгом говорить об этом месте? А как же Лагерь полукровок, их лагерь, их дом?

Она старалась не смотреть на новые знаки на предплечье Перси – там появилась татуировка с буквами SPQR, такая же, как у Джейсона. В Лагере полукровок полубоги носили ожерелья из бусин, по которым отсчитывали, сколько лет они там провели. Здесь римляне выжигали на живой плоти татуировки, как бы говоря: «Ты навечно принадлежишь нам».

Девушка оставила при себе вертевшиеся на языке ядовитые замечания и кивнула:

– Хорошо, конечно.

– Я тут подумал, – нервно продолжал Перси. – Насчет…

Тут Рейна предложила тост за дружбу, и он осекся.

Перезнакомившись, римляне и команда Аннабет начали рассказывать каждый свою историю. Джейсон объяснил, как попал в Лагерь полукровок с полной потерей памяти и как вместе с Пайпер и Лео отправился спасать богиню Геру (или, если угодно, Юнону – и греки и римляне одинаково ее не переваривали) из заточения в Волчьем доме, что в Северной Калифорнии.

– Это невозможно! – вмешался Октавиан. – Это самое священное для нас место. Если гиганты заточили там богиню…

– Они бы уничтожили ее, – сказала Пайпер. – И обвинили во всем греков, так что началась бы война между двумя лагерями. А теперь помолчи и дай Джейсону закончить.

Октавиан открыл было рот, но не издал ни звука. Аннабет улыбнулась про себя: волшебный голос Пайпер пришелся очень кстати. Она заметила, что Рейна постоянно посматривает на Джейсона с Пайпер, очевидно, только сейчас начиная понимать, что эти двое – пара.

– Итак, – продолжал Джейсон, – мы узнали про богиню земли Гею. Она все еще полуспит, но это именно она выпустила чудовищ из Тартара и призвала гигантов. Порфирион, их пижонистый предводитель, с которым мы сражались в Волчьем доме, сказал, что отступает в древние земли, ни много ни мало – в Грецию. Он собирается пробудить Гею и уничтожить богов… как же он выразился? Выдернув их корни.

Перси задумчиво кивнул.

– Гея и здесь побывала, мы уже столкнулись с царицей Лицо-из-Грязи.

Он подробно изложил свою часть истории. Рассказал, как проснулся в Волчьем доме, не помня совершенно ничего, кроме одного имени – Аннабет.

Услышав это, Аннабет едва сдержалась, чтобы не заплакать. Перси рассказывал, как отправился на Аляску вместе с Фрэнком и Хейзел, как они победили гиганта Алкионея, освободили бога смерти Танатоса, как вернули в римский лагерь утерянный штандарт с золотым орлом и как в результате удалось отразить атаку армии гигантов.

Когда Перси закончил говорить, Джейсон одобрительно присвистнул.

– Неудивительно, что тебя сделали претором.

Октавиан фыркнул.

– Таким образом, у нас теперь целых три претора! А в законе ясно говорится, что их не может быть больше двух!

– Взглянем на это с хорошей стороны, – предложил Перси. – Мы с Джейсоном оба старше тебя по званию, так что мы оба можем приказать тебе заткнуться.

Октавиан побагровел, сравнявшись цветом лица с пурпурными футболками, которые носили в римском лагере. Джейсон с Перси ударили кулаком о кулак.

Даже Рейна улыбнулась, хотя глаза ее сердито сверкали.

– Мы разберемся с вопросом лишнего претора позже, – заявила она. – А сейчас нам нужно утрясти более серьезные дела.

– Я уступлю в пользу Джейсона, – легко предложил Перси. – Это ерунда.

– Ерунда? – поперхнулся Октавиан. – Должность претора Рима – ерунда?

Перси проигнорировал его слова и повернулся к Джейсону:

– Так ты брат Талии Грейс? Ух ты! Вы с ней совершенно не похожи.

– Да, я заметил, – кивнул Джейсон. – Как бы то ни было, спасибо, что помогал моему лагерю в мое отсутствие. Ты постарался на славу.

– Как и ты, – улыбнулся Перси.

Аннабет пнула юношу в голень. Жаль, конечно, прерывать этот братский обмен любезностями, но Рейна права: им нужно обсудить вещи посерьезнее.

– Нам стоит поговорить о Великом Пророчестве. Похоже, римляне тоже о нем знают?

Рейна кивнула.

– Мы называем его Пророчество Семи. Октавиан, ты помнишь его наизусть?

– Разумеется, – кивнул блондин. – Но, Рейна…


– Процитируй его, пожалуйста. По-английски, а не по-латыни.

Октавиан вздохнул.

– «На зов ответят семь полукровок. В огне и буре мир гибнет снова».

– «Клятву сдержи на краю могилы, – продолжила Аннабет. – К Вратам смерти идут вражьи силы».

Все уставились на нее – все, кроме Лео. Паренек смастерил вертушку на палочке, пустив на это дело фольгу, в которую заворачивали такос[2], и теперь тыкал новой игрушкой в пролетавших мимо духов ветра.

Аннабет понятия не имела, с чего это она вдруг выпалила строки из пророчества. Просто она чувствовала, что должна это сделать.

Сидевший напротив здоровяк Фрэнк вытаращился на нее в изумлении, как будто у нее на лбу проклюнулся третий глаз.

– Так ты действительно дитя Мин… то есть Афины?

– Да, – подтвердила девушка, вдруг почувствовав необходимость защищаться. – А почему это тебя так удивляет?

Октавиан усмехнулся.

– Если ты и правда дочь богини мудрости…

– Достаточно! – рявкнула Рейна. – Аннабет говорит правду и пришла к нам с миром. Кроме того… – Она глянула на Аннабет с невольным уважением. – Перси весьма лестно о тебе отзывался.

У Аннабет ушло несколько секунд, чтобы понять двойной смысл сказанного Рейной. Перси не смотрел на нее, сосредоточив все внимание на своем чизбургере.

Аннабет ощутила, что к щекам приливает жар. О, боги… Рейна пыталась отбить у нее Перси. Вот откуда затаенная горечь и даже зависть в ее голосе. А Перси дал ей от ворот поворот ради нее, Аннабет.

В ту же минуту Аннабет простила своему невозможному бойфренду все, что он когда-либо учудил. Девушке захотелось его обнять, но она приказала себе сохранять спокойствие.

– М-м-м… спасибо, – кивнула она Рейне. – В любом случае, какая-то часть пророчества обретает смысл. «К Вратам смерти идут вражьи силы»… здесь говорится о римлянах и греках. Мы должны объединиться, чтобы отыскать эти врата.

Хейзел, девушка с кавалерийским шлемом и длинными вьющимися волосами, взяла что-то со стола. Предмет походил на большой рубин, но Аннабет не успела получше разглядеть вещицу: Хейзел спрятала ее в карман своей джинсовой рубашки. И сказала:

– Мой брат, Нико, отправился на поиски этих врат.

– Что? – удивилась Аннабет. – Нико ди Анджело – твой брат?

Хейзел кивнула, как будто это и так ясно. У Аннабет на языке вертелся еще десяток вопросов, от которых у нее кружилась голова, прямо как вертушка Лео. Так что девушка решила пока оставить эту тему.

– Хорошо. Так что ты говорила?

– Он исчез, – Хейзел облизнула губы. – Боюсь… Я не уверена, но мне кажется, с ним что-то случилось.

– Мы будем искать и его тоже, – пообещал Перси. – Нам ведь все равно нужно найти Врата смерти. Танатос нам сказал, что все ответы ждут нас в Риме… в самом первом Риме. Это же по пути в Грецию, так ведь?

– Танатос, бог смерти, сказал тебе это? – Аннабет не поверила своим ушам.

За свою жизнь она повстречала немало богов, даже побывала в Царстве Мертвых; но рассказ Перси про то, как он выпустил на волю воплощение самой смерти, наводил на нее страх.

Перси откусил кусок бургера.

– Теперь, когда Смерть на свободе, рассыпавшиеся в прах чудовища попадут обратно в Тартар. Но до тех пор, пока Врата смерти открыты, они снова будут возвращаться.

Пайпер покрутила воткнутое в волосы перо и предположила:

– Как вода, прорывающаяся через дамбу.

– Ага, – улыбнулся Перси. – В нашей дамбе брешь.

– Что? – переспросила Пайпер.

– Ничего, – покачал головой юноша. – Это такая шутка. Суть в том, что мы должны найти врата и закрыть их до того, как отправимся в Грецию. Только тогда у нас будет шанс одержать верх над гигантами и убедиться, что они больше не поднимутся.

Рейна цапнула яблоко с проплывавшего мимо подноса с фруктами и теперь вертела его в руках, рассматривая темно-красные бока.

– Ты предлагаешь снарядить экспедицию в Грецию на вашем боевом корабле. Понимаешь ли ты, что древние земли – как и Mare Nostrum – опасны?

– Что еще за Мэри? – спросил Лео.

– Mare Nostrum, – пояснил Джейсон. – «Наше море», так древние римляне называли Средиземное море.

Рейна кивнула.

– Когда-то оно входило в состав Римской империи. Это не только родина богов, но еще и исконное гнездо чудовищ, титанов и гигантов… и кое-чего похуже. Даже здесь, в Америке, полубогам очень опасно путешествовать, а там – в десять раз страшнее.

– Ты говорила, что на Аляске будет полная жуть, – напомнил Перси. – Но мы же выжили.

Рейна покачала головой, ее ногти оставляли на кожице яблока маленькие полумесяцы.

– Перси, плавать по Средиземному морю – на порядок опаснее, чем все остальное вместе взятое. Для римлян это за пределами возможностей вот уже много веков. Ни один герой в здравом уме не сунется туда.

– Тогда мы как раз подходим! – Лео во весь рот ухмыльнулся поверх своей вертушки. – Потому что мы все сумасшедшие, верно? Кроме того, «Арго-II» – высококлассный корабль, на нем мы прорвемся.

– Нужно спешить, – добавил Джейсон. – Не знаю наверняка, что замышляют гиганты, но Гея все больше приходит в сознание с каждым часом. Она вторгается в сны, появляется в самых неожиданных местах, призывает все более и более могущественных монстров. Мы должны остановить гигантов прежде, чем они окончательно ее разбудят.

Аннабет вздрогнула: не так давно ей самой снились кошмары.

– «На зов ответят семь полукровок», – сказала она. – Значит, нужно выбрать людей из каждого лагеря. Джейсон, Пайпер, Лео и я – это уже четверо.

– И я, – добавил Перси, – вместе с Хейзел и Фрэнком. Как раз семеро.

– Что? – Октавиан вскочил. – И мы должны просто так согласиться? Ни голосования в сенате, ни соответствующих дебатов, ни…

– Перси! – К ним огромными прыжками поспешал циклоп Тайсон, а за ним по пятам следовала миссис О’Лири. На спине адской гончей сидела самая худющая гарпия из всех, что когда-либо приходилось видеть Аннабет: болезненного вида девчонка с тонкими рыжими волосами и красными крылышками, одетая в платье из холстины.

Аннабет понятия не имела, откуда взялась эта гарпия, но при виде Тайсона, в его неизменных драных джинсах и рубахе, с повязанным на груди знаменем, на котором значились буквы SPQR, на сердце у нее потеплело. Ей случалось участвовать в очень неприятных стычках с циклопами, но Тайсон был настоящим душкой, а по совместительству – сводным братом Перси (это длинная история), так что девушка относилась к нему почти как к члену семьи.

Тайсон затормозил у их дивана и заломил мясистые ручищи. Его большой карий глаз глядел обеспокоенно.

– Элла напугана, – сообщил он.

– Б-б-больше никаких лодок, – пробормотала гарпия себе под нос, яростно дергая себя за перья. – «Титаник», «Лузитания», Pax[3]… не гарпиевское это дело – на лодках плавать.

Лео, прищурившись, посмотрел на сидевшую рядом Хейзел.

– Эта тощая курица только что сравнила мой корабль с «Титаником»?

– Это не курица, – Хейзел отвела взгляд, как будто Лео ее нервировал. – Элла гарпия, просто немного… легковозбудимая.

– Элла хорошенькая, – заявил Тайсон. – И напугана. Нужно ее увести, но она не пойдет на корабль.

– Никаких кораблей! – повторила Элла, глядя прямо на Аннабет. – Несчастье. Вот она. Дочь Мудрости одна на пути незримом…

– Элла! – Фрэнк резко поднялся. – Возможно, сейчас не самое подходящее время…

– Метка Афины горит над Римом, – повысив голос, продолжала Элла, зажимая уши ладонями. – Близнецы крадут неспешно ангела последний вздох, у него есть ключ от смерти нескончаемых оков. Бич гигантов золотом и белизной одет, победив тюрьмы плетенья, с болью вырвется на свет.

Последовал эффект разорвавшейся бомбы: все уставились на гарпию, но никто не произнес ни слова. Сердце Аннабет глухо стучало в груди. Метка Афины… Девушка подавила сильное желание пощупать карман, но она и так чувствовала, что серебряная монетка – проклятый дар ее матери – нагревается. Следуй за меткой Афины. Отомсти за меня.

Вокруг продолжалось веселье, но разговоры и смех, казалось, звучат приглушенно и издалека, словно их стол вдруг оказался в четвертом измерении.

Первым пришел в себя Перси. Он встал, взял Тайсона за руку и сказал, напустив на себя веселый вид:

– У меня идея! А что, если ты отведешь Эллу подышать свежим воздухом? Вы с миссис О’Лири…

– Погоди-ка, – Октавиан не сводил глаз с Эллы, вцепившись дрожащими руками в одного из своих плюшевых медведей, словно хотел его задушить. – О чем это она говорила? Это похоже на…

– Элла много читает, – выпалил Фрэнк. – Мы нашли ее в библиотеке.

– Да! – поддакнула Хейзел. – Скорее всего, она просто вычитала это в книге.

– Книги, – очень кстати забормотала маленькая гарпия. – Элла любит книги.

Высказавшись, она заметно расслабилась, уселась, скрестив ноги на спине у миссис О’Лири, и принялась приглаживать перышки.

Аннабет с любопытством посмотрела на Перси. Они с Фрэнком и Хейзел явно что-то скрывают. Нет никаких сомнений в том, что Элла только что процитировала пророчество – в котором упоминается она, Аннабет.

На лице у Перси большими буквами было написано: «На помощь».

– Это было пророчество, – настаивал Октавиан. – И звучало это как пророчество.

Никто не ответил.

Аннабет не понимала до конца, что происходит, но ей стало ясно, что Перси вот-вот угодит в большую переделку.


Она заставила себя улыбнуться.

– В самом деле, Октавиан? Возможно, здесь, у вас, римлян, гарпии какие-то особенные? У наших едва хватает ума, чтобы прибираться в домиках да готовить обед. А ваши, значит, частенько изрекают пророчества? Ты консультируешься с ними, прежде чем самому сделать предсказание?

Ее слова вызвали именно такой эффект, на который она и рассчитывала: римские офицеры нервно рассмеялись. Некоторые оценивающе смотрели на Эллу, потом на Октавиана и фыркали. Какая-то птицеподобная мелочь выдает пророчества – эта идея казалась римлянам такой же нелепой, как и грекам.

– Я… м-м-м… – Октавиан выпустил своего медведя. – Нет, но…

– Она просто выдала цитату из какой-то книги, как и предположила Хейзел, – сказала Аннабет. – Кроме того, у нас и так уже хватает забот с настоящим пророчеством.

Она повернулась к Тайсону:

– Перси прав, почему бы тебе не взять с собой Эллу и миссис О’Лири и не пойти погулять куда-нибудь сквозь тень на какое-то время? Элла, как ты на это смотришь?

– Большие собаки хорошие, – кивнула Элла. – «Старый Брехун», тысяча девятьсот пятьдесят седьмого года, авторы сценария Фред Гипсон и Уильям Танберг[4].

Аннабет не знала, как реагировать на такой ответ, но Перси улыбнулся, как будто проблема была решена, и воскликнул:

– Отлично! Когда закончим, мы пошлем вам радужное сообщение Ириды и догоним вас.

Римляне смотрели на Рейну, ожидая ее решения. Аннабет затаила дыхание.

Претор даже бровью не повела. Она оценивающе смотрела на Эллу, но Аннабет догадывалась, о чем она думает.

– Ладно, – наконец решила Рейна. – Отправляйтесь.

– Ур-р-ра! – Тайсон обежал вокруг диванов и от души обнял каждого, даже скорчившего недовольную мину Октавиана.


Затем циклоп забрался на спину миссис О’Лири, усевшись рядом с Эллой. Адская гончая выскочила за пределы форума, нырнула в тень на здании сената и исчезла.

– Что же, – Рейна отложила недоеденное яблоко. – Октавиан прав в одном: прежде, чем отправить кого-то из наших легионеров в поход, мы должны получить одобрение сената. Особенно, если это предприятие такое опасное, как вы говорите.

– Все это попахивает предательством, – проворчал Октавиан. – Эта ваша трирема – вовсе не мирное судно!

– Заходи к нам на борт, чувак, – предложил Лео. – Я устрою для тебя экскурсию, даже дам порулить. Если справишься – подарю капитанскую фуражечку. Правда, бумажную.

– Да как ты смеешь… – начал было Октавиан, раздувая ноздри.

– Прекрасная мысль, – перебила его Рейна. – Октавиан, иди с ним и осмотри корабль. Собрание сената начинается через час.

– Но… – Блондин умолк, видимо определив по выражению лица Рейны, что дальнейшие пререкания плохо скажутся на его здоровье. – Хорошо.

Лео встал, повернулся к Аннабет, и его улыбка вдруг изменилась. Девушка решила, что ей померещилось: на какой-то миг вместо Лео вдруг появился кто-то другой, с холодной усмешкой и жестоким блеском в глазах. Аннабет моргнула, и Лео снова стал прежним пареньком с проказливой ухмылкой.

– Скоро вернусь, – пообещал он. – Это будет грандиозно.

Девушку пробрала страшная дрожь. Пока Лео с Октавианом шли к веревочной лестнице, она все думала, а не позвать ли их назад, вот только как бы она стала объяснять свой поступок? Сказать всем, что она сходит с ума, ей мерещится всякое и она чувствует озноб?


Духи ветра начали убирать со столов.

– Э-э-э, Рейна, – заговорил Джейсон, – если ты не против, я бы хотел показать Пайпер город, пока не началось заседание сената. Она никогда не видела Новый Рим.

Рейна посуровела.

«Интересно, – подумала Аннабет, – как Джейсону удается быть настолько тупым? Неужели он действительно не понимает, как сильно нравится Рейне?» Это же очевидно. Спрашивать у Рейны разрешения показать своей новой подружке ее, Рейны, город – это все равно, что сыпать соль на рану.

– Конечно, – холодно ответила претор.

Перси взял Аннабет за руку.

– Ага, и я тоже хотел бы показать Аннабет…

– Нет! – рявкнула Рейна.

Перси нахмурился.

– Извини?

– Я бы хотела перекинуться с Аннабет парой слов, – заявила Рейна. – Наедине, если ты не возражаешь, мой сослуживец претор.

Судя по тону, разрешение ей вовсе не требовалось.

У Аннабет по спине пробежал холодок. Интересно, что задумала Рейна? Может, претор решила, что позволять сразу двоим отвергнувшим ее парням выгуливать своих новых подружек по ее городу – это уже слишком? Или же она на самом деле хочет о чем-то поговорить без посторонних глаз. В любом случае безоружной Аннабет не очень-то хотелось оставаться один на один с лидером римлян.

– Прошу, дочь Афины, – Рейна встала с дивана. – Идем со мной.

## IV. Аннабет

Аннабет хотела бы возненавидеть Новый Рим. Но она страстно любила архитектуру и не могла не любоваться террасными садами, фонтанами и храмами, вымощенными булыжником петляющими улочками, блистательными белыми виллами. После разразившейся прошлым летом войны с титанами она мечтала, что ей доверят перепланировку дворцов на горе Олимп. И теперь, шагая по этому миниатюрному городу, она не могла отделаться от мыслей вроде: «Мне следовало бы спроектировать такой купол. Как чудесно эта колоннада обрамляет дорогу к внутреннему дворику». Кто бы ни спроектировал Новый Рим, он явно вложил в работу кучу времени и душу.

– У нас лучшие архитекторы и строители в мире, – сказала Рейна, словно прочитав ее мысли. – Так уж повелось в Риме с древних времен. Многие полубоги, отслужив в легионе, продолжают жить здесь, поступают в наш университет, остепеняются и заводят семьи. Перси это заинтересовало.

«Это в каком же смысле?» – подумала Аннабет. Должно быть, она неосознанно нахмурилась, потому что Рейна рассмеялась.

– Да уж, ты боец, – признала претор. – У тебя глаза горят огнем.

– Извини, – попыталась загладить неловкость Аннабет.

– Не стоит. Я ведь дочь Беллоны.

– Римской богини войны?

Рейна кивнула, потом отвернулась и свистнула, будто подзывая такси. В следующий миг к ним уже мчались две металлические собаки – механические борзые, одна серебряная, другая золотая. Они принялись тереться о ноги Рейны, а на Аннабет поглядывали, сверкая рубиновыми глазами.

– Мои любимцы, – пояснила Рейна. – Аурум и Аргентум. Не возражаешь, если они погуляют с нами?

И снова Аннабет посетило чувство, что это вовсе не просьба. Она заметила, что зубы у борзых размером со стальные наконечники стрел. Пусть в городе и запрещено носить оружие, но собачки Рейны могли бы разорвать Аннабет на куски, если бы пожелали.

Рейна привела гостью в кафе под открытым небом, официант которого явно ее знал. Он улыбнулся и протянул ей большой стакан «на вынос», потом предложил такой же Аннабет.

– Хочешь попробовать? – спросила Рейна. – Здесь подают потрясающий горячий шоколад. Не римский напиток, конечно…

– Шоколад пьют везде, – заметила Аннабет.

– Точно.

Стоял теплый июльский денек, но Аннабет, поблагодарив, взяла стакан. Они двинулись дальше, золотая и серебряная собаки Рейны брели рядом.


– В нашем лагере Афина – это Минерва, – сказала Рейна. – Тебе известно, чем ее римское воплощение отличается от греческого?

Прежде Аннабет об этом не задумывалась. Ей вспомнилось, как Терминус отозвался о ее матери «та богиня», как будто она каким-то образом оскандалилась. А Октавиан вел себя так, словно само существование Аннабет оскорбительно.

– Полагаю, Минерву здесь не слишком почитают?

Рейна подула на исходивший паром стакан.

– Мы почитаем Минерву, она богиня ремесел и мудрости… но никак не войны. Не для нас, римлян. А еще она – богиня-дева, вроде Дианы… которую вы зовете Артемидой. Здесь нет детей Минервы, и нас немного шокирует сама мысль о том, что Минерва может завести потомство, да еще и в открытую.

– О, – Аннабет почувствовала, что у нее краснеют щеки. Ей совершенно не хотелось обсуждать, как именно рождались дети Афины (прямо из ее разума, как некогда сама богиня родилась из головы Зевса). Подобные разговоры всегда смущали Аннабет, словно она – какой-то урод. Люди часто спрашивали, есть ли у нее пупок, раз уж она рождена волшебным образом. Разумеется, пупок у нее имелся, а уж откуда, она бы не смогла объяснить. По правде говоря, ей не хотелось этого знать.

– Понимаю, вы, греки, смотрите на вещи по-другому, – продолжала Рейна. – Но римляне очень серьезно относятся к обету хранить непорочность. Например, девственные весталки… если бы они нарушили свои клятвы и влюбились в кого-нибудь, их бы сожгли заживо. Так что сама мысль, что у богини-девы вдруг появились бы дети…


– Я поняла. – Горячий шоколад вдруг потерял свой вкус, словно Аннабет отхлебнула жидкой грязи. Неудивительно, что римляне так странно на нее смотрели. – Меня не должно было существовать. И даже если бы в вашем лагере вдруг появились дети Минервы…

– Они не походили бы на тебя, – закончила Рейна. – Они могли бы стать ремесленниками, художниками, может быть, наставниками, но не воинами. И уж точно не предводителями опасного похода.

Аннабет хотела возразить, что она вовсе не предводитель похода, во всяком случае, не официально. Вот только согласятся ли с этим ее друзья на «Арго-II»? Последние несколько дней они смотрели ей в рот, ожидая приказов. Даже Джейсон, а ведь он мог бы «воспользоваться служебным положением», будучи сыном Юпитера. Даже тренер Хедж, а он никогда и никому не повиновался.

– Более того, – Рейна щелкнула пальцами, и золотая собака, Аурум, рысцой подбежала к хозяйке. – Гарпия Элла… она произнесла пророчество. Мы обе это знаем, не так ли?

Аннабет сглотнула. Ей сделалось не по себе от того, как Аурум смотрит на нее своими рубиновыми глазами. Она слышала, что собаки способны чуять страх, даже определять, когда у человека изменяется ритм дыхания и сердцебиения. Неизвестно, конечно, распространяется ли это на волшебных собак, но девушка сочла за благо сказать правду.

– Действительно, это прозвучало как пророчество, – признала она. – Но до сего дня я никогда не встречала Эллу, да и не очень четко расслышала ее слова…

– А я расслышала, – пробормотала Рейна. – Во всяком случае, часть уж точно.

Бежавшая впереди серебряная собака гавкнула. Из ближайшего переулка высыпала стайка ребятишек. Столпившись вокруг Аргентум, дети стали, смеясь, гладить собаку, похоже, острых как бритвы клыков они не боялись.


– Нам лучше пойти дальше, – сказала Рейна.

Они продолжали идти вверх по дороге, опоясывающей холм. Борзые потрусили следом, оставив детей позади. Аннабет украдкой посматривала на лицо Рейны. Ее беспокоило какое-то смутное воспоминание: то, как Рейна заправляла волосы за ухо, серебряное кольцо с факелом и мечом…

– Мы уже встречались, – Аннабет решила рискнуть. – Думаю, ты тогда была младше.

Рейна одарила ее сухой усмешкой.

– Очень хорошо. А Перси меня не вспомнил. Конечно, в основном ты говорила с моей старшей сестрой Хиллой, теперь она царица амазонок. Она уехала только сегодня утром, до того, как вы прилетели. В любом случае, когда мы встречались в прошлый раз, я была всего лишь служанкой во дворце Цирцеи…

– Цирцея… – Аннабет вспомнила, как в тринадцать лет посетила остров чародейки. Они с Перси плыли по морю Чудовищ и пристали к берегу, где их встретила Хилла. Она помогла Аннабет помыться, дала ей прекрасное новое платье и наложила макияж. Цирцея сделала девочке предложение, от которого невозможно было отказаться: если Аннабет останется на острове, то сможет обучаться колдовству и обретет огромную силу. Аннабет колебалась (совсем чуть-чуть), ровно до тех пор, пока не поняла: дворец – это ловушка, а Перси уже успели превратить в грызуна. (Потом это стало поводом для шуток, но на тот момент казалось весьма пугающим.) Что же до Рейны… точно, она была одной из двоих служанок, которые расчесывали волосы Аннабет.

– Ты!.. – удивленно воскликнула Аннабет. – А Хилла стала царицей амазонок? Но как же вы вдвоем?..

– Это длинная история, – сказала Рейна. – Но я тебя хорошо помню. Ты храбро держалась, я еще ни разу не видела, чтобы кто-то сумел отклонить гостеприимство Цирцеи, и тем более – перехитрить ее. Неудивительно, что Перси тебя любит.

В ее голосе прозвучала тоска, и Аннабет решила, что безопаснее всего будет не отвечать.

Они поднялись на вершину холма и вышли на террасу, с которой открывался вид на всю долину.

– Это моя любимая точка обзора, – сказала Рейна. – Сад Бахуса.

Площадку окружала увитая виноградными лозами решетка, создавая некое подобие беседки. Вокруг благоухающих соцветий жимолости и жасмина гудели пчелы. В центре террасы стояла статуя Бахуса: облаченный в набедренную повязку бог, надув щеки, застыл на одной ноге в позе танцора балета, из его губ, сложенных буквой «О», в фонтан лилась вода.

Несмотря на все свои страхи, Аннабет едва не рассмеялась, потому что была знакома с богом в его греческой ипостаси – Дионисом, или Мистером Д., как его называли в Лагере полукровок. При виде их старого своенравного директора, наряженного в подгузник и плюющегося водой, ей стало чуточку легче.

Рейна остановилась на краю террасы. Открывавшийся перед ними вид стоил того, чтобы сюда карабкаться: под ними точно трехмерная мозаика раскинулся весь город. На юге, на другом берегу озера, на холме возвышались храмы; на севере к холмам Беркли-Хиллс протянулся акведук, рабочие чинили поврежденную секцию, вероятно, устраняя последствия последней битвы.

– Я хотела услышать это от тебя, – сказала Рейна.

Аннабет обернулась.

– Услышать от меня что?

– Правду, – заявила Рейна. – Убеди меня, что доверяя тебе, я не совершаю ошибку. Расскажи о себе, о Лагере полукровок. У твоей подруги Пайпер волшебный голос, уж поверь, я провела достаточно времени с Цирцеей и знаю, как действуют такие чары. А Джейсон… что ж, он изменился. Он, кажется, стал совсем другим и больше ничем не напоминает римлянина.

Боль в ее голосе резала, как битое стекло. Аннабет пришло в голову: неужели у нее тоже был такой голос, все те месяцы, пока она искала Перси? По крайней мере, она нашла своего любимого, а у Рейны никого нет. Она одна отвечает за управление целым лагерем. Аннабет чувствовала, что Рейне хотелось бы, чтобы Джейсон ее любил. Но он исчез, а вернулся с новой подружкой. Тогда как Перси повысили в звании до претора, но он тоже отверг Рейну, а теперь явилась Аннабет и хочет увезти его с собой. И Рейна снова останется одна и будет тащить на своих плечах работу, которую и вдвоем-то трудно выполнять.

Прилетев в Лагерь Юпитера, Аннабет внутренне приготовилась вести переговоры с Рейной или даже драться, если придется. Но она и не предполагала, что придется ей сочувствовать.

Впрочем, Аннабет постаралась скрыть свои чувства, Рейна производила впечатление человека, который не потерпит жалости к себе.

Так что дочь Афины просто начала рассказывать о своей жизни, об отце, мачехе, о том, как они жили в Сан-Франциско и как она чувствовала себя изгоем в собственной семье. Как в семь лет сбежала из дома, повстречала друзей, Луку и Талию, и попала в Лагерь полукровок на Лонг-Айленде. Описала лагерь, поведала о том, как выросла там. Рассказала о своей встрече с Перси и том, как они вместе прошли через множество приключений.


Рейна оказалась хорошей слушательницей.

Аннабет даже подумала, не рассказать ли о своих новых проблемах: о столкновении с матерью, о подаренной серебряной монетке, о кошмарах, заново всколыхнувших ее давний, парализующий волю страх, из-за которого она даже хотела отказаться от участия в этом путешествии. Но, поколебавшись, промолчала. Она и так уже слишком разоткровенничалась.

Пока Аннабет говорила, Рейна смотрела на Новый Рим, а ее металлические борзые бродили, принюхиваясь, по саду и щелкали зубами, пытаясь поймать вившихся над жимолостью пчел. Наконец Рейна указала на храмы, прилепившиеся к склону холма вдалеке.

– Видишь вот то маленькое красное здание на северной стороне? Это храм моей матери, Беллоны, – Рейна повернулась к Аннабет. – В отличие от твоей матери, у Беллоны нет воплощения в греческом пантеоне богов, она исключительно римская богиня – защитница отчизны.

Аннабет ничего не ответила, потому что очень мало знала о римских божествах. Жаль, что она недостаточно занималась, однако греческий ей всегда давался лучше, чем латынь. Внизу поблескивал корпус «Арго-II», корабль завис над форумом, как огромный воздушный шарик на вечеринке.

– Когда мы, римляне, уходим на войну, – продолжала Рейна, – то в первую очередь посещаем храм Беллоны. Внутри находится земляная площадка, символизирующая вражескую территорию. Мы бросаем копье на эту землю, в знак того, что отныне мы на войне. Понимаешь, римляне всегда верили, что лучшая защита – это нападение. В стародавние времена, как только наши предки чувствовали угрозу со стороны соседей, они сразу же нападали на них, чтобы обезопасить себя.

– Они подчинили себе все окрестные народы, – сказала Аннабет. – Карфагенян, галлов…


– И греков, – многозначительно добавила Рейна. – Я пытаюсь сказать, что не в природе Рима сотрудничать с сильными врагами. Каждый раз, когда встречаются греческие и римские полубоги, они воюют. Из-за конфликтов между нами разгорелись самые ужасные войны в истории человечества, особенно гражданские войны.

– Это неправильно, – покачала головой Аннабет. – Мы должны действовать вместе, иначе Гея уничтожит и нас, и вас.

– Согласна, – сказала Рейна, – но возможно ли такое сотрудничество? Что, если план Юноны провалится? Даже богини могут ошибаться.

Аннабет ждала, что сейчас Рейну поразит молния или она превратится в павлина, однако ничего не произошло.

К сожалению, Аннабет разделяла сомнения Рейны. Гера совершала ошибки. Из-за этой невыносимой богини у дочери Афины были одни проблемы, и, уж конечно, она ни за что не простит Гере похищение Перси, даже если та и преследовала благую цель.

– Я не верю богине, – призналась Аннабет, – но доверяю своим друзьям. Это не уловка, Рейна, мы можем работать вместе.

Рейна допила свой шоколад, поставила стакан на окружавшую террасу балюстраду и обвела взглядом долину, словно мысленно рисуя линию фронта.

– Думаю, ты говоришь искренне, – заметила она. – Но если вы отправитесь в древние земли, да еще прямо в Рим, тебе следует кое-что узнать о твоей матери.

Плечи Аннабет напряглись.

– О… о моей матери?

– Пока я жила на острове Цирцеи, – продолжала Рейна, – туда прибывало много посетителей. Как-то раз, может, за год до вас с Перси, к берегу прибило человека. Его мотало по морю много дней, так что он наполовину обезумел от жажды и жары. Он что-то несвязно лепетал, в том числе сказал, что он сын Афины.

Рейна сделала паузу, видимо ожидая реакции Аннабет, но девушка не представляла, кем мог быть тот парень. Она никогда не слышала, чтобы кто-то из детей Афины отправился бы в море Чудовищ, и все-таки почувствовала, как нарастает страх. Свет просачивался сквозь виноградные лозы, так что на земле сплетались тени, похожие на тучи мелких насекомых.

– Что сталось с этим полубогом? – спросила Аннабет.

Рейна помахала рукой, как будто речь шла о пустяках.

– Цирцея, разумеется, превратила его в морскую свинку (из него получился совершенно сумасшедший грызун). Но до этого он, не умолкая, бредил, твердил, что провалил свое задание. Утверждал, что направлялся в Рим, следуя за Меткой Афины.

Аннабет ухватилась за балюстраду, чтобы не упасть.

– Да, – кивнула Рейна, видя ее реакцию. – Он все повторял что-то про дитя мудрости, Метку Афины, «Бич гигантов золотом и белизной одет». Те самые строки, которые только что процитировала Элла. Но ты утверждаешь, что до сего дня не слышала ничего похожего?

– Нет… не в таких выражениях, как цитировала Элла, – слабым голосом проговорила Аннабет. Это была правда. Она никогда раньше не слышала это пророчество, но ее мать велела ей следовать за Меткой Афины; а при мысли о спрятанной в кармане монете у нее начало зарождаться жуткое подозрение. Она вспомнила язвительные слова матери и подумала о мучивших ее в последнее время странных кошмарах.

– Тот полубог… как-то объяснил, зачем отправился в путешествие?

Рейна покачала головой.

– В то время я понятия не имела, о чем он толкует. И только гораздо позже, когда я стала претором Лагеря Юпитера, у меня появились кое-какие соображения.

– И… какие же?

– Есть старая легенда, которую преторы Лагеря Юпитера передают из уст в уста уже много веков. Если она правдива, станет понятно, почему наши два лагеря полубогов никогда не могли ужиться. Возможно, в ней объясняется причина нашей враждебности. До тех пор, пока этот старый счет не будет оплачен, римляне и греки не смогут жить в мире. А началось все с Афины…

Что-то просвистело в воздухе, и Аннабет краем глаза заметила вспышку света.

Девушка обернулась, и одновременно на форуме прогремел взрыв и образовалась новая воронка. В сторону отлетел обугленный диван, полубоги в панике заметались.

– Гиганты? – Аннабет потянулась к кинжалу, совершенно забыв, что безоружна. – Я думала, их армия разбита!

– Это не гиганты, – глаза Рейны сверкали от гнева. – Вы предали наше доверие.

– Что? Нет!

Не успела Аннабет договорить, как «Арго-II» дал второй залп. Баллиста, установленная у левого борта, выстрелила огромным копьем, вокруг наконечника которого полыхал греческий огонь; оно попало точно в поврежденную крышу сената и взорвалось, так что здание осветилось, как хэллоуинский фонарь из тыквы. Если кто-то находился внутри…

– Боги, нет, – Аннабет накрыла волной тошноты, так что едва не подогнулись колени. – Рейна, это невозможно. Мы бы никогда на такое не пошли!

Металлические псы подбежали к хозяйке и теперь скалились на Аннабет, но пока не нападали, будто колеблясь.


– Ты говоришь правду, – определила Рейна. – Возможно, тебя не посвятили в заговор, но кто-то должен заплатить за предательство.

Внизу, на форуме, нарастал хаос. Народ толкался и пихался, разгорались рукопашные схватки.

– Кровопролитие, – сказала Рейна.

– Нужно остановить это!

У Аннабет возникло ужасное ощущение, что это последний раз, когда они с Рейной действуют заодно. Вместе девушки побежали вниз по дороге.

Если бы в городе разрешалось носить оружие, друзья Аннабет уже были бы мертвы. На форуме собралась разъяренная толпа римских полубогов. Некоторые швырялись в «Арго-II» тарелками, едой и камнями, естественно, без особого успеха: все это падало обратно в толпу.

Несколько десятков римлян окружили Пайпер и Джейсона, те пытались успокоить горожан, но тщетно. Волшебный голос Пайпер тонул в возмущенных воплях множества полубогов. По лбу Джейсона текла кровь, его пурпурный плащ разорвали в клочья, но он упорно повторял:

– Я на вашей стороне!

Однако его оранжевая футболка из Лагеря полукровок только усугубляла положение, как и военное судно, с воздуха обстреливающее Новый Рим пылающими копьями. Одно попало в магазин, торгующий тогами, оставив от строения груду развалин.

– Плутоновы наплечники! – выругалась Рейна. – Смотри!

К форуму бежали вооруженные легионеры. Две команды артиллеристов за пределами померия заряжали катапульты, готовясь обстрелять «Арго-II».

– Становится только хуже, – ахнула Аннабет.


– Ненавижу свою работу, – прорычала Рейна, бросаясь наперерез легионерам. Ее псы мчались следом.

«Перси, – подумала Аннабет, в отчаянии высматривая на форуме знакомую фигуру. – Где же ты?»

Двое римлян попытались ее схватить, но девушка поднырнула под тянущимися к ней руками и бросилась в толпу. К разозленным римлянам, полыхающим диванам и взрывающимся зданиям добавились сотни призраков, метавшихся по форуму; они проходили прямо сквозь полубогов и голосили наперебой. Фавны тоже времени даром не теряли: они облепили столы с угощением, под шумок сгребая еду, блюда и кубки. Один из них рысцой пробежал мимо Аннабет, к груди он прижимал охапку такоса, а в зубах тащил целый ананас.

Бухнул взрыв, и прямо перед Аннабет возник Терминус. Бог тут же наорал на нее по-латыни, скорее всего обозвав лгуньей и обвинив в нарушении договора, но девушка бесцеремонно оттолкнула статую и побежала дальше.

Наконец она заметила Перси: он вместе с Хейзел и Фрэнком забрался в фонтан и отбивался от разъяренных римлян водяными струями. Его тога свисала клочьями, но, кажется, сам он не пострадал.

Аннабет прокричала его имя, но тут форум сотрясся от нового взрыва. На этот раз полыхнуло в воздухе: одна из римских катапульт выстрелила, и «Арго-II» застонал и накренился, на его бронзовом корпусе полыхало пламя.

Девушка заметила, что по веревочной лестнице, отчаянно цепляясь за перекладины, пытается спуститься человек. Это был Октавиан, его одежды дымились, а все лицо покрывала сажа.

Тем временем у фонтана Перси продолжал отстреливаться от толпы водяными снарядами. Аннабет побежала к нему, увернулась от кулака какого-то римлянина и от подноса с бутербродами.

– Аннабет! – завопил Перси. – Что?..

– Я не знаю! – прокричала девушка.

– Зато я знаю! – завопили сверху. Октавиан наконец-то достиг последней ступеньки. – Греки открыли по нам огонь! Этот ваш парень, Лео, пробует на Риме свои орудия!

Легкие Аннабет словно наполнились жидким водородом, ей показалось, что еще немного, и ее разорвет на мелкие кусочки.

– Ты врешь! – закричала она в ответ. – Лео никогда бы не…

– Я только что оттуда! – взвизгнул Октавиан. – Я все видел собственными глазами.

«Арго-II» возобновил огонь, и одну катапульту на поле разнесло в щепки, а легионеры бросились врассыпную.

– Видишь? – пронзительно завопил авгур. – Римляне, убейте этих захватчиков!

Аннабет зарычала от разочарования. Прямо сейчас никто не станет выяснять правду. У римлян против команды Лагеря полукровок численное превосходство сто к одному, и даже если Октавиану удалось провернуть какую-то хитрость (а, скорее всего, так и было), они просто не успеют убедить в этом римлян: их схватят и убьют.

– Надо уходить, – сказала она Перси. – Сейчас же.

Тот мрачно кивнул.

– Хейзел, Фрэнк, вам придется выбирать. Вы с нами?

Хейзел выглядела страшно напуганной, но надела свой кавалерийский шлем.

– Ну конечно. Но вам ни за что не прорваться к кораблю, если только мы не поможем вам выиграть время.

– Каким образом? – спросила Аннабет.

Хейзел свистнула, и в ту же секунду по форуму промчалось размытое светло-коричневое пятно.


У фонтана материализовался величественный конь. Он встал на дыбы, заржал, и толпа подалась назад. Хейзел взобралась на спину коня, продемонстрировав сноровку прирожденной наездницы. У седла висел римский кавалерийский меч.

Хейзел выхватила его из ножен, на солнце сверкнуло золотое лезвие.

– Когда будете в безопасности, отправьте мне радужное сообщение Ириды – тогда и встретимся! – крикнула она. – Арион, вперед!

Конь с невероятной скоростью начал скакать туда-сюда, оттесняя римлян от фонтана и создавая массовую панику.

Перед Аннабет забрезжил лучик надежды. Может быть, они сумеют выбраться отсюда живыми. И тут с другой стороны форума послышался крик Джейсона:

– Римляне! Прошу вас!

Их с Пайпер забрасывали тарелками и камнями. Джейсон старался закрыть собой Пайпер, но в следующую секунду брошенный кем-то камень ударил его в лоб. Юноша упал, а толпа хлынула вперед.

– Назад! – пронзительно выкрикнула Пайпер. Ее волшебный голос пронесся над огромным скоплением людей, и горожане заколебались. Но Аннабет знала, что чары долго не продержатся, а они с Перси ни за что не успеют на помощь вовремя.

– Фрэнк, – сказал Перси, – все зависит от тебя. Можешь нам помочь?

Аннабет не понимала, что тут можно сделать, но Фрэнк только нервно сглотнул и пробормотал:

– О, боги. Ладно, конечно, я помогу. Ну же, хватайтесь за веревки, живо!

Перси и Аннабет подпрыгнули и уцепились за веревочную лестницу. Правда, на нижней ступеньке все еще болтался Октавиан, но Перси сдернул его за ногу, и блондин полетел вниз, в толпу.

Они начали подниматься, а форум заполнялся вооруженными легионерами.


Над головой Аннабет засвистели стрелы. Она уже одолела половину подъема, когда новый взрыв едва не сбросил ее с лестницы. Девушка посмотрела вниз.

Римляне вопили и разбегались кто куда, а по форуму метался дракон – огромная тварь, пострашнее носовой фигуры «Арго-II». У него была грубая, как у варана, серая кожа и перепончатые крылья летучей мыши; стрелы и камни отлетали от его шкуры, не причиняя никакого вреда. Ящер неуклюже подобрался к Пайпер и Джейсону, подхватил их передними когтистыми лапами и взмыл в небо.

– Это что?.. – От изумления Аннабет не могла выразить свою мысль.

– Фрэнк, – подтвердил Перси, поднимавшийся несколькими футами выше. – У него есть разные особые дарования.

– И ты ничего не сказал, – проворчала Аннабет. – Поднимайся давай!

Если бы не дракон и конь Хейзел, разогнавший лучников, им бы не удалось подняться по лестнице; но наконец они перелезли через несколько сломанных воздушных весел и оказались на палубе. Снасти горели, парус был разорван напополам, а сам корабль сильно кренился на правый борт.

Тренер Хедж как в воду канул, зато Лео стоял на палубе, преспокойно перезаряжая баллисту. У Аннабет от ужаса скрутило желудок.

– Лео! – завопила она. – Ты что тво…

– Уничтожить их… – Лео повернулся к Аннабет, и девушка увидела, что глаза у него остекленели, а двигается он как робот. – Уничтожить их всех.

Он повернулся обратно к баллисте, но тут Перси с разбегу повалил его на землю. Лео ударился головой о палубу, глаза у него закатились, так что виднелись только белки.

К кораблю подлетел серый дракон. Сделав круг, он приземлился на нос и опустил на палубу потерявших сознание Джейсона и Пайпер.

– Улетаем! – заорал Перси. – Вытаскивай нас отсюда!

Аннабет в шоке осознала, что он обращается к ней, и кинулась к штурвалу.

На бегу она выглянула за борт (не стоило этого делать) и увидела, что на форуме легионеры построились рядами и заряжают луки горящими стрелами. Хейзел пришпорила Ариона и поскакала прочь из города, а за ней гналась толпа. Подогнали новые катапульты и тоже выстроили в линию. Вдоль всего померия статуи Терминуса светились пурпурным светом, словно собирая силы для решающего удара.

Аннабет глянула на пульт управления и обругала Лео со всеми его «примочками», ей сейчас было не до хитроумных движений. Впрочем, одну базовую команду Аннабет знала: «вверх».

Она схватилась за рычаг управления и рванула его. Корабль застонал и дернулся вверх под ужасающим углом. Якорные тросы лопнули, и «Арго-II» скрылся в облаках.

## V. Лео

Жаль, что Лео не мог изобрести машину времени, чтобы вернуться на два часа назад и исправить то, что натворил, или придумать аппарат типа «стукни-Лео-по-голове» и самого себя наказать, потому что взгляд, которым на него сейчас смотрела Аннабет, ранил сильнее побоев.

– Спрашиваю еще раз, – допытывалась девушка. – Что именно произошло?

Лео тяжело прислонился к мачте, голова у него все еще болела от удара о палубу. Его чудесный новый корабль имел весьма плачевный вид: кормовые самострелы теперь годились только на дрова, парус порван в клочья. Спутниковую антенну – источник Интернета и телевидения на борту – разнесло на кусочки, к вящей печали тренера Хеджа. Бронзовый дракон Фестус, их носовая фигура, кашлял дымом, как наглотавшийся шерсти кот. Судя по скрипам, доносившимся со стороны левого борта, некоторые воздушные весла выбило из пазов, а то и вовсе переломало (это объясняло сильный крен и тряску во время полета), а мотор хрипел, как паровоз-астматик.

Лео подавил рыдание.

– Я не знаю. Все как в тумане.

На него таращилось слишком много народу: Аннабет (Лео ужасно не хотелось ее злить, эта девушка нагоняла на него страх), тренер Хедж, крепко стоявший на своих козлиных ногах, в оранжевой рубашке-поло и с неизменной битой в руках (неужели обязательно повсюду ее с собой таскать?), и новоприбывший Фрэнк.

Лео никак не мог понять, что за человек этот Фрэнк. Внешне он походил на юношеский вариант борца сумо, впрочем, Лео еще не сошел с ума, чтобы высказать эту идею вслух. Мысли у него путались, но он пребывал в абсолютной уверенности, что видел, как на корабль опустился дракон, тут же обернувшийся Фрэнком.

Аннабет скрестила руки на груди.

– Хочешь сказать, что ничего не помнишь?

– Я… – Лео попытался проглотить комок в горле. – Помню, но так, словно наблюдал за тем, что делаю, со стороны. Я не мог себя контролировать.

Тренер Хедж постучал битой по палубе. В своем спортивном костюме и бейсболке, прикрывавшей рога, он выглядел в точности как в тот год, когда они с Джейсоном и Пайпер занимались под его началом физкультурой в «Школе джунглей». Старый сатир так грозно таращил глаза, что Лео на мгновение задумался, а не заставят ли его сейчас отжиматься.

– Слушай, малыш, – сказал Хедж, – ну устроил ты пару взрывов, ну напал на кучку римлян. Шик! Блеск! Но зачем ты снес спутниковое телевидение? Многоканальное… Я такой бой не досмотрел.


– Тренер, – прищурилась Аннабет, – почему бы вам не взглянуть, все ли мы потушили?

– Но я уже все проверил.

– Проверьте еще раз.

Сатир неохотно побрел делать новый обход, ворча себе под нос. Однако даже у Хеджа хватило ума не перечить Аннабет.

Девушка опустилась на колени рядом с Лео и глянула на него своими серыми, как сталь, глазами. Ее светлые волосы рассыпались по плечам, но Лео она вовсе не казалась привлекательной. Кто вообще выдумал миф о тупых хихикающих блондинках? С тех пор как прошлой зимой он повстречал Аннабет в Большом каньоне, увидел, как она решительно шагает к нему, а на лице у нее написано «верни мне Перси, или умрешь», он считал блондинок куда более умными и опасными существами.

– Лео, – спокойно начала Аннабет, – Октавиан обвел тебя вокруг пальца? Подставил тебя, или…

– Нет, – Лео мог бы солгать и свалить все на этого глупого римлянина, но не хотел усугублять и без того скверную ситуацию. – Этот малый, конечно, тот еще урод, но он не открывал огонь по лагерю. Это я стрелял.

Новый парень, Фрэнк, нахмурился.

– Специально?

– Нет! – Лео с силой потер глаза. – Хотя, да… то есть я не хотел. Но в то же время хотел. Что-то заставило меня это делать, какой-то холодок внутри…

– Ощущение холода? – спросила Аннабет изменившимся голосом. Она казалась… напуганной.

– Ага, – кивнул Лео. – А что?

– Аннабет, – позвал Перси из трюма, – нужна твоя помощь.

«О, боги, – подумал Лео. – Пожалуйста, пусть с Джейсоном все будет в порядке».


Едва придя в сознание, Пайпер оттащила Джейсона вниз. Рана у него на лбу выглядела ужасно. Лео знал Джейсона дольше, чем всех остальных ребят из Лагеря полукровок. Они были лучшими друзьями. Если бы не Джейсон…

– С ним все будет хорошо, – смягчилась Аннабет. – Фрэнк, я скоро вернусь. Пожалуйста, просто… присмотри за Лео.

Фрэнк кивнул.

До этой минуты Лео думал, что хуже быть уже не может, но он ошибался. Аннабет теперь доверяла какому-то римскому полубогу, с которым знакома всего пару часов, больше, чем ему, Лео.

Когда девушка ушла, Лео и Фрэнк уставились друг на друга. Одетый в тогу-простыню поверх серой худи и джинсов, с луком и колчаном за плечами, позаимствованным из корабельного арсенала, здоровяк выглядел довольно странно. Лео припомнил свою встречу с охотницами Артемиды, кучкой симпатичных, гибких девиц в серебристых одеждах, вооруженных луками. Он представил, как Фрэнк бегает и проказничает заодно с ними. Эта мысль показалась Лео такой нелепой, что у него даже слегка улучшилось настроение.

– Значит, тебя зовут не Сэмми? – сказал Фрэнк.

Лео нахмурился.

– Что это еще за вопросы?

– Да так, – быстро сказал Фрэнк. – Я просто… Ничего. Насчет обстрела лагеря… за всем этим может стоять Октавиан. Он мог что-то наколдовать, да мало ли… потому что не хочет, чтобы римляне поладили с вами, ребята.

Лео очень хотелось в это верить. Он был благодарен этому парню за то, что тот не смотрит на него с ненавистью. Но Лео знал, что Октавиан ни при чем, это он сам подошел к баллисте и начал палить. Часть его осознавала, что это неправильно, он даже спрашивал себя: «Какого черта я творю?» И все равно продолжал стрелять.


Возможно, он сходит с ума? Сказывается стресс, он тронулся рассудком после всех этих месяцев работы над «Арго-II»?

Но сейчас он не в состоянии об этом думать. Нужно сделать что-то полезное, чем-то занять руки.

– Слушай, – заявил он, – мне стоит поговорить с Фестусом и оценить нанесенный урон. Ты не мог бы?..

Фрэнк помог ему подняться.

– Кто такой Фестус?

– Мой друг, – ответил Лео. – И его тоже зовут не Сэмми, на случай, если тебе интересно. Пошли, я вас познакомлю.

К счастью, бронзовый дракон оказался невредим, ну, если не считать того, что прошлой зимой от него осталась одна голова… Но Лео не брал в расчет такие мелочи.

Когда они прошли на нос, драконья голова повернулась на сто восемьдесят градусов, чтобы посмотреть на ребят. Фрэнк коротко вскрикнул и попятился.

– Оно живое! – пробормотал он.

Если бы Лео не чувствовал себя так паршиво, то непременно бы рассмеялся.

– Ага. Фрэнк, это Фестус. Когда-то он был нормальным бронзовым драконом, но произошел несчастный случай.

– Они у вас случаются один за другим, – заметил Фрэнк.

– Ну, не все же умеют превращаться в драконов, – приподнял брови Лео. – Так что приходится создавать собственных. В общем, я дал ему вторую жизнь в виде носовой фигуры. Он у нас теперь вроде главного корабельного интерфейса. Как наше «ничего», Фестус?

Фестус фыркнул дымом и выдал серию скрипов и писков, но Лео за последние несколько месяцев научился распознавать эти звуки. Другие полубоги понимали латынь и греческий, а Лео наловчился общаться писками и скрипами.

– Эх, – Лео покачал головой. – Могло быть и хуже, но корпус поврежден в нескольких местах. Воздушные весла по левому борту нужно починить, чтобы мы снова смогли развивать полную скорость. Нам понадобятся материалы для ремонта: небесная бронза, смола, известь…

– Что еще за весть?

– Из-весть, чувак. Карбонат кальция, который добавляют в цемент и еще в кучу всего… А, не важно. Суть в том, что если мы не починим корабль, он далеко не улетит.

Фестус выдал новую серию щелчков и скрипов, которую Лео расшифровал не сразу. Больше всего это походило на «Эй-зл».

– А, Хейзел, – наконец сообразил паренек. – Это девушка с кудрявыми волосами, верно?

Фрэнк сглотнул.

– С ней все нормально?

– Ага, все отлично, – кивнул Лео. – Фестус говорит, ее конь скачет внизу, так что она следует за нами.

– Тогда мы должны снижаться, – заявил Фрэнк.

Лео внимательно на него посмотрел.

– Она твоя девушка?

Фрэнк пожевал губу.

– Да.

– Ты не уверен?

– Да нет! Конечно же, она – моя девушка, я уверен.

Лео вскинул руки.

– Ладно-ладно, я понял. Проблема заключается в том, что мы можем себе позволить только одну посадку. Корпус и весла в таком состоянии, что корабль не сумеет взлететь, пока мы его не починим. Так что нужно сначала убедиться, что там, где мы приземлимся, есть все необходимое для ремонта.

Фрэнк почесал в затылке.

– А где же мы возьмем небесную бронзу? Навряд ли ею можно затариться в «Хоум депо»[5].


– Фестус, проведи сканирование.

– Он что, чует волшебную бронзу? – поразился Фрэнк. – А есть что-то, чего он не может?

«Видел бы ты Фестуса, когда у него еще было тело», – подумал Лео, но ничего не сказал. Напоминание о плачевном состоянии дракона оказалось для него слишком болезненным.

Стоя на носу, Лео смотрел вдаль, на проплывавшую под ними Калифорнийскую долину. Он не очень-то верил, что удастся раздобыть все, что нужно, в одном месте, но попытаться стоит. А еще Лео хотелось оказаться как можно дальше от Нового Рима. Благодаря своему волшебному мотору «Арго-II» мог за короткое время покрывать огромные расстояния, но Лео предполагал, что и у римлян найдутся какие-нибудь волшебные способы передвижения.

Сзади заскрипели ступеньки: Перси и Аннабет, оба мрачнее тучи, поднялись на палубу.

У Лео учащенно забилось сердце.

– Джейсон?..

– Он отдыхает, – сказала Аннабет. – Пайпер за ним присматривает, он поправится.

Перси смерил его тяжелым взглядом.

– Аннабет говорит, что это ты стрелял из баллисты.

– Старик, я… я не понимаю, как это вышло. Мне так жаль…

– Жаль? – прорычал Перси.

Аннабет положила руку бойфренду на грудь, удерживая его на месте.

– Мы разберемся с этим позже, а сейчас нам нужно перегруппироваться и выработать какой-то план. Что с кораблем?

У Лео дрожали ноги: Перси посмотрел на него в точности, как Джейсон, призывающий молнии. Паренек почувствовал покалывание во всем теле, все его инстинкты вопили: «Пригнись!»

Он отрапортовал Аннабет о повреждениях и о том, какие им нужны материалы. По крайней мере, говоря о чем-то, что можно починить, он чувствовал себя лучше.

Он как раз плакался на нехватку небесной бронзы, когда Фестус снова застрекотал и запищал.

– Отлично, – с облегчением вздохнул Лео.

– Что же тут отличного? – заметила Аннабет. – Разве что в целом наше положение сейчас весьма отличается от того, что было утром.

Лео натянуто улыбнулся.

– Все, что нам нужно, находится в одном месте. Фрэнк, почему бы тебе не превратиться в птичку или еще во что-нибудь? Слетай вниз, к своей подружке, скажи ей: встречаемся в штате Юта, у Большого Соленого озера.

Когда они наконец туда добрались, их ждала жесткая посадка. Весла были сломаны, парус разорван, так что Лео не мог толком контролировать корабль при снижении. Остальные спустились вниз и пристегнулись – все, кроме тренера Хеджа – тот настоял, что останется на носу, и теперь держался за перила и вопил:

– ДА! Ну, давай, озеро!

Лео в одиночестве стоял на корме у руля, пытаясь направить корабль как можно точнее.

Фестус встревожился и по системе двусторонней связи передал на квартердек[6] серию скрипов и жужжания.

– Знаю-знаю, – сквозь зубы пробормотал Лео.

Ему было некогда любоваться пейзажем. На юго-востоке, у подножия горной гряды, прилепился город, окрашенный послеполуденным солнцем в пурпурные тона, перемежающиеся синими тенями. На юге раскинулась пустынная равнина. А прямо под ними блестело, как алюминиевая фольга, Большое Соленое озеро. Береговая линия белела солеными наслоениями, вид которых напомнил Лео аэрофотоснимки Марса.

– Держитесь, тренер! – прокричал он. – Сейчас нам будет несладко!

– А мне вообще жизнь никогда малиной не казалась!

ВУ-У-УМ! Нос накрыло соленой водой, так что тренер Хедж окунулся по маковку. «Арго-II» опасно накренился на правый борт, потом выправился и закачался на поверхности озера. Механизмы загудели, и пропеллеры на полном ходу превратились в корабельные винты.

Опустились в воду и заработали три группы роботизированных весел, и корабль двинулся вперед.

– Хорошая работа, Фестус, – похвалил Лео. – Доставь нас на южный берег.

– Да! – Тренер Хедж вскинул вверх кулаки. Он вымок от рогов до копыт, но ухмылялся от уха до уха, как спятивший козел. – Давай еще раз!

– Э-э-э… Может, в другой раз, – посулил Лео. – Просто останьтесь на палубе, ладно? Вы могли бы нести вахту, на случай, если… ну, знаете, если озеро вдруг на нас нападет, или еще что случится.

– Сделаем, – пообещал Хедж.

Лео позвонил в колокол, давая понять, что все в порядке, и направился к лестнице, но на полпути услышал цоканье копыт по палубе. Появился светло-коричневый жеребец, на котором сидела Хейзел Левеск.

– Как?.. – Вопрос застрял у Лео в горле. – Мы же на середине озера! Эта животина умеет летать?

Конь сердито заржал.

– Арион не умеет летать, – ответила Хейзел. – Но может пересечь что угодно. Вода, вертикальные поверхности, низкие горы – все это для него не преграда.


– А-а-а.

Хейзел странно на него смотрела, так же, как и на празднике, словно выискивала что-то в чертах его лица. Лео так и подмывало спросить, не встречались ли они прежде, но нет, конечно, они не встречались. Он бы запомнил, если бы хорошенькая девчонка уделяла ему столько внимания, ведь такое случалось не часто.

«Она подружка Фрэнка», – напомнил себе Лео.

Здоровяк все еще находился внизу, но Лео почти захотелось, чтобы тот поскорее поднялся по лестнице. Хейзел так рассматривала Лео, что ему стало не по себе от смущения.

К ним крадучись приблизился тренер Хедж с битой наперевес, подозрительно косясь на волшебного скакуна.

– Вальдес, это расценивается как вторжение?

– Нет! – воскликнул Лео. – М-м-м… Хейзел, тебе лучше пойти со мной. Я построил в трюме стойла, на случай, если Ариону надо…

– Он скорее вольный дух, – Хейзел соскользнула с седла. – Он будет пастись вокруг озера, пока я его не позову. Но я хочу осмотреть корабль, так что показывай дорогу.

«Арго-II» был сконструирован по образцу древней триремы, только в два раза больше. На первой палубе имелся один центральный коридор, по обеим сторонам которого располагались каюты. На обычной триреме почти все пространство занимали три ряда скамей для нескольких сотен потных гребцов, которые трудились день-деньской, но Лео сделал весла автоматическими и втяжными, так что они занимали очень мало места во внутреннем пространстве корпуса. Энергия на корабле вырабатывалась в машинном отделении на второй и нижней палубах, там же находились лазарет, склад и конюшня.

# Сноски

1

Синдром дефицита внимания и гиперактивности.

2

Традиционное блюдо мексиканской кухни.

3

Мир (лат.).

4

Художественный фильм о дружбе мальчика и пса.

5

Home Depot, Inc. «Хоум депо» – компания, владеющая сетью магазинов-складов по продаже строительных и отделочных материалов для дома.

6

Помост либо палуба в кормовой части парусного корабля.