# Темная фея в академии света

Кларисса Рис

Я самая бестолковая светлая фея, какую только можно представить! Причина проста, я – темная фея. Каким ветром меня занесло в Академию света? Все до смешного банально – в ее стенах я решила прятаться от нежеланного замужества. Но не все тихо и гладко в учебном заведении. Там творятся жуткие события, так что тайна моего происхождения уже никого не интересует. С чем мне предстоит столкнуться? Политические и магические заговоры, интриги, покушения на светлого принца и загадочное Братство ночи!

Пролог

У каждой истории существует не только своя героиня или герой, но и предпосылки к обстоятельствам, положившим начало запутанному повествованию. Вот почему я, перед тем как представиться, хочу поведать вам предысторию к моей мистической биографии.

Люди считают, что настоящие феи постоянно носят за спиной большие, тяжелые и вполне осязаемые крылья. Но в реальном мире все иначе. Наши крылья сотканы из яркой невесомой магии и становятся осязаемыми лишь по желанию своего владельца.

Итак, все самое интересное началось за десять месяцев до моего рождения. Именно тогда в Темном Королевстве фей произошел большой переполох – был подписан мирный договор со светлыми феями. Это произвело эффект разорвавшегося минного проклятия. Надо же было такому приключиться!

Народ не понимал, как ему реагировать на еще недавно казавшееся невозможным событие, что вообще делать и куда бежать. И тогда было объявлено, что залогом мирного договора станет свадьба генерала светлых и одной из герцогинь темных.

Никто из семи великих темных герцогинь по доброй воле не отдал бы свою дочь за светлого, про темных герцогов речи вообще не шло, в их семьях все девочки были обручены с женихами едва ли не с рождения. Вот и ломали голову, каким образом из трехсот невест выбрать ту, которую будет не жалко, а жалели всех.

Тогда и приключилось роковое событие, сыгравшее огромное значение в моей судьбе. Кубок Святых, ценнейший артефакт страны, избрал юную фею из герцогского дома Штраургайс. Трехсот восьмилетнюю Ютирилию. Весь королевский двор застыл в ожидании очередного скандала. Любимая подружка единственного ребенка короля и королевы. Парень в юбке, по-другому про мою матушку не говорила даже бабуля, темнейшая герцогиня Штраургайс, главная фрейлина королевы.

К всеобщему удивлению, мама приняла участь вполне стойко и без закатывания истерик. Правда, она выторговала себе возможность последнюю декаду перед свадьбой провести вместе с принцем Партариком в Оуверлийном лесу, где у короля была летняя резиденция.

Высшая аристократия тому воспротивилась, но поделать ничего не смогла. Отношения принца и моей матушки не вызывали подозрений, даже прогуливающимися под ручку их вместе не видели. Просьба невесты светлого генерала была удовлетворена. Спустя декаду будущая герцогиня, не сопротивляясь, погрузилась в карету и укатила в Светлую Империю на свадьбу к жениху, а двор накрыл настоящий скандал.

До последнего принц Партарик не верил, что любимая оставит его и покорится воле короля. И вот прекрасная рыжеволосая бестия на его глазах покинула темный двор. Не совладав с чувствами, принц признался отцу, что последнюю ночь перед отъездом юная герцогиня провела в его объятиях, не пожелав уехать, не познав всей прелести любви.

Бедную королеву едва удар не хватил от такого заявления. Ее любимый сын саморучно положил конец еще не укрепившемуся договору. Хорошо еще, у того ума хватило промолчать, что вместе они с малого совершеннолетия и скоро должны были отпраздновать шестьдесят лет союза. В противном случае история не получила бы столь резонансного противостояния.

Мама всего творящегося бедлама не знала. Она спокойно, даже равнодушно, сказала “да” у главного алтарного камня Светлой Империи. В такую покорность темной феи верили с трудом абсолютно все, не исключая ее родных, прибывших вместе с невестой. И тут произошло судьбоносное роковое стечение обстоятельств: во время брачной ночи злосчастный церемониальный браслет навязанного супруга из-за неосторожного движения распорол матушке бедро. Утром никто не стал разбираться, что там было, есть кровь – и хорошо. Так и получилось, что она осталась в светлых землях, а не уехала на родину к любимому опозоренная, но довольная.

И наконец произошло самое важное событие в моей истории. Я родилась точно в указанный лекарями день, не позже и не раньше. Не исключено, что матушка возненавидела меня сперва, как живое напоминание о ее провалившемся плане. Однако я смогла удивить даже хладнокровную и жестокую темную герцогиню.

Когда я впервые распахнула веки, мои родные увидели сияющий взгляд ярко-зеленых очей с золотыми искорками. Бабушка едва в обморок не упала, узрев глаза королевского рода. Дед же, напротив, молился всем темным богам, чтобы светлые феи не знали, что обычные темные феи рождаются с одинаковыми белыми глазами, и невозможно сказать, какого цвета будут глаза у ребенка, пока он не достигнет пятидесяти лет.

Не знаю, какое по счету это было стечение обстоятельств, но сей факт действительно не вызвал ни у одной феи подозрений, и в тот самый момент началась моя история. Теперь я могу вам представиться и рассказать о себе.

Я – Амиксис Ватрлайт, урожденная светлая фея и будущая темнейшая герцогиня первой очереди Штраургайс. Полная копия своей горячо любимой маменьки: рыжеволосая, зеленоглазая и не дружащая с головой светлая фея с самым темным даром, какой только можно представить. Пелена Смерти подвластна лишь самым сильным феям Темного Королевства, а тут я официально светлая и обладаю им.

Шутка судьбы, по-другому не скажешь. Жила бы я себе и горя не знала, если бы приехавшая на мое малое совершеннолетие мама не рассказала мне всю правду. Вот уже сорок пять лет подряд с тех пор я мучаюсь осознанием невероятного факта собственного рождения.

Официально и я, и мама, имеем королевский титул, а папуля готов хоть сейчас пойти войной на светлых, лишь бы вернуть домой свою принцессу, то есть меня. Все было бы нормально, я дожила бы последние пять лет до совершеннолетия у светлых фей и спокойно покинула их страну, прикрываясь долгом герцогини при будущей королеве, которого вообще не предвидится. Именно под таким предлогом папа и забрал любимую женщину из-под носа отца.

Но тут произошло событие, от которого я на самом деле грохнулась в обморок, не стыдясь того факта, что темной герцогине и почти законнорожденной принцессе это не положено. Отец представил мне жениха. Младшего сына наших соседей, юнца на сорок лет меня младше и едва отпраздновавшего свое малое совершеннолетие. Именно это страшное для меня событие стало спусковым крючком для всего дальнейшего повествования. А радостное оно или не очень, я узнаю только в конце пути.


Глава 1

На часах была половина первого, а я металась в четырех стенах обшарпанной таверны. Руки тряслись от страха и почти шокового состояния. Я понимала, что у меня с собой имеются документы, которые позволят поступить в любое учебное заведение Светлой Империи. Но от осознания этого факта легче не становилось.

Денег едва хватило на убогий номер на краю столицы, только зря отец надеялся, что такие препятствия меня сломят и заставят вернуться в родной дом, чтобы молча дожидаться помолвки. Настоящая темная фея мириться со столь позорным фактом не собиралась. Внизу, в общем зале, раздался звук первых ударов, и я облизнула пересохшие от волнения губы. Негативные эмоции и ощущения захватили с головой. Не смерть, конечно, но тоже сгодится.

Драка разгоралась с каждым мгновением все сильнее, а я упоенно ловила отрицательные эмоции, почти кожей впитывая звуки вылетавших зубов и сломанных костей. Приличной фее подпитываться таким образом не в порядке вещей, но у меня были смягчающие и оправдывающие обстоятельства. Земли Темного Королевства отсюда находились так далеко, что я не могла ощущать даже направление, в котором они располагаются. По-другому подпитывать природную магию в светлых землях было просто нечем.

Вот и приходилось выкручиваться, на безрыбье и рак рыба. В школе и младшем лицее я спокойно переносила отлучение от родины. Зависти, ревности, интриг и пакостей среди студентов хватало с головой, потому я была счастливее всех светлых разом.

Сейчас ситуация складывалась абсолютно противоположным образом. В чопорной и правильной до зубного скрежета столице невозможно найти добротные негативные эмоции. Все вокруг были до боли правильные и светлые. Если бы не привычка постоянно держаться с подобающим достоинством, давно бы погорела на своей ненависти к окружающим.

Звуки драки стихли, и потянуло новой отборной ненавистью. Похоже, в таверну заявилась гвардия. Только служителей закона ненавидели до такой степени, что царящее вокруг отвращение можно было темным продавать в качестве экстренной подпитки. Хихикнув, я прислушалась к собственным ощущениям: трое стражей, как минимум. Плохо дело, если они найдут меня, то вернут под злые очи отца, которого видеть я не желала.

Пошарив взглядом по комнате, я прикинула, чем в случае опасности можно будет отбиться от гвардейцев с их повышенным чувством долга. На глаза попался только увесистый томик литратиационной магической рунники. Не лучший вариант, но за отсутствием оружия, неплохо иметь хотя бы его. Трудом магистра Шатарисадис можно и убить при желании. Весит эта книженция немало. Надеюсь, до членовредительства не дойдет.

К моему огромному облегчению, постояльцами захудалой таверны представители закона интересоваться не стали и отбыли восвояси. Нервотрепка на этом, конечно, не закончилась, но стало полегче. Второй раз за ночь они сюда не сунутся. Пока я искала место для заселения, видела пару плакатов с собственной миленькой мордашкой на них. Розыск блудной дочери отец начал в правильном направлении, но я хорошо подготовилась к побегу.

Блистательную Графиню Ватрлайт в обычной нищенке вряд ли опознают. Таскать рваные юбки мне было не впервой. Сбегая на встречи с парнем, я пользовалась множеством трюков. К сожалению, против моего отца он не пошел. Наша любовь сгинула еще двадцать семь лет назад. С того момента я считалась самой неприступной крепостью во всей империи. Меня начинало колотить от вездесущих ванильных улыбочек и шарканья ножкой перед моим отцом.

В окне показался полный диск ночного светила, и я с тоской подумала, что сегодня точно не усну. Утро будет самым опасным в моей авантюрной жизни. Мне предстояло в полном облачении графской дочки добраться до ворот академии и не загреметь в загребущие руки блюстителей порядка. Задача казалась невыполнимой, но я надеялась успешно с ней справиться.

Отборочные испытания начинались в девять часов, выходить мне предстояло в половину восьмого, чтобы попасть в первые ряды соискателей. Иначе стража по мою бедную душу точно нагрянет, и не спасет меня от свадьбы уже ничто в этом бренном мире. Вздохнув, я решила привести свои волосы в порядок, а то за три дня пути на голове красовалась пакля.

Волосы расчесывались неохотно, рыжие кудри обиделись за небрежное отношение к ним, и теперь я пищала, распутывая колтуны и развязывая узелки. Мне нравились вьющиеся локоны, но уход за ними требовал слишком много сил и времени. Сколько раз я порывалась обрезать их покороче, но рука так и не поднялась обкромсать рыжий водопад. Он был изюминкой моей внешности. Сияние глаз приходилось прятать под мороком артефакта-серьги.

Время медленно приближалось к рассвету, и горизонт окрасился первыми лучами дневного светила. Сердце сдавили оковы тревоги. Я боялась до ужаса. Если сейчас провалюсь, то уже не смогу сбежать на родину, навсегда застряну в отцовском поместье на краю страны, где на многие арси вокруг только степи и продуваемые ветрами пустоши.

От перспектив провести там остаток жизни, меня мутило сильнее, чем от светлого алтаря. Его я могла воспринимать с раздражением, а тут накрывала нескончаемая злость, хотелось послать все к богам и тайком исчезнуть. Но нет, пока мы с мамой могли удерживать папу от неправильных решений, мне приходилось терпеть. Хрупкий мир был дороже еще пяти лет моей жизни. Ничего, я потерплю. Двести девяносто пять лет терпела, и пять оставшихся препятствием не станут.

Махнув рукой, я решила собираться. Приду первой – еще лучше. Стража к заучкам любопытства не испытывает, да и готова поставить фамильные бриллианты, что пара десятков абитуриентов спали под воротами Академии Света. Ничего удивительного, если я подойду на час раньше.

Облачаться в парадное платье оказалось сложно, но вполне реально. За сто пятьдесят лет обучения в лицее я отвыкла от платьев и прочих атрибутов женской красоты. Правила там царили строгие. Мы не могли носить ничего, кроме повседневной или парадной формы, даже родовые перстни были под запретом. Ректор ратовал за равноправие, и студенты ценились за знания, а не за громкие имена.

Там я нашла свой настоящий дом, а, выпускаясь, рыдала в три ручья на широкой груди декана, правда не в одиночку, а на пару с его женой. Милая профессор по ритуалам за столько лет прикипела ко мне всей душой и воспринимала едва ли не дочерью.

Маленькая и тоненькая рядом с мужем, она смотрелась настоящей нимфой, и, если бы я не знала, что она имеет вторую ипостась с хвостом и рогами, никогда не поверила бы, что она демоница. Профессор сбежала из дома и, попав к феям, пропала для всего окружающего мира, влюбившись в одного из охотников за чудовищами. Историю эту знал весь лицей, сомнений она не вызывала, но все равно в голове у меня не укладывалось, как смогли полюбить друг друга столь разные внешне и по характеру здоровенный амбал и хрупкая нимфа.

Вздохнув, я захлопнула чемодан и печальным взглядом обвела убогие стены таверны. Щелчок пальцев – и о моем присутствии здесь не расскажет ни один предмет. Выглянув из-за грязной тряпки, заменяющей занавеску, я убедилась, что мой ночлег не взят в кольцо стражи или личного отряда отца. По лестнице спускалась, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Ключ небрежно кинула на дубовую стойку и, не поворачиваясь на окрик, вышла. Чем меньше народа осознанно увидит мое лицо, тем сложнее будет работать сыскарям отца.


Улицы столицы с самого раннего утра были заполнены спешащими на рынок лавочниками и слугами. Экипажи сновали туда-сюда без остановки. Конницы не заметила, и на том спасибо. К дворцовой площади решила не соваться, хоть это и был самый короткий путь к академии. В это время там можно нарваться на кого и что угодно: от мелкого ворья до испытания приемной комиссии. Через жилые кварталы тоже не пошла, там могли и в лицо узнать.

Отец был графом уездного поместья, но в столице пользовался невероятной популярностью. Генеральский чин делал ему неплохую рекламу. Каждая молодящаяся светлая фея старше тысячи лет пыталась утешить генерала в его разлуке с неблагодарной темной женой. Надо отдать должное, утешаться в их объятиях отец не спешил, маменька обещала натравить на него все четырнадцать темнейших герцогских родов, если посмеет ей изменить без развода.

Прикинув, он ясно понял, что с целой армией фей, обладающих редчайшими магическими специализациями, он не справится даже при наличии собственной гвардии. Моя бабуля, которая сейчас была регентом при папе, нрав имела ревнивый и сволочной, как и любая темная. Могла и согласиться оставить будущую невестку безутешной вдовой, прикрывшись каким-нибудь законом стотысячелетней давности. Я не верила в благоразумие отца, но, думаю, ему хватило ума тайком обходиться постоянной любовницей.

Вот и пришлось мне топать через торговую площадь, где в шикарном наряде я неизбежно привлекала внимание зевак, но вряд ли кто из слуг или торговцев мог узнать символ мира между двумя государствами. С детства я была не сильно общительной, а потом последовали почти двести пятьдесят лет в учебных заведениях начального и среднего образования. Последнее высшее получали аристократы или гении в своей специализации. Я пошла на этот шаг, чтобы воспользоваться защитой академии перед отцом. Получив диплом, я стану взрослой феей, прошедшей второе совершеннолетие, и тогда смогу по своему усмотрению распоряжаться собственной жизнью и замужеством.

Я медленно курсировала в толпе зевак. Как и предполагала, прохожие рассматривали мой дорогой наряд, а не мое бледное лицо с темно-синими глазами. Миновав рынок, расслабилась и перевела дыхание, до цели моего путешествия осталось пройти пару улиц.

Утерев взмокший от волнения лоб, я осмотрелась. Улица ничем не выделялась на фоне остальных безликих перекрестков с серенькими домами. Взглянув на часы, обнаружила, что почти к назначенному времени я подойду к вратам Академии Света.

Двинувшись по пустым утренним улочкам квартала, я вдруг почувствовала, как на мое плечо легла чья-то рука. Не раздумывая, а действуя инстинктивно, я резко присела и, вскинув ногу, попыталась попасть в чужую голень. На каблуках и в пышной юбке проделывать отточенное за столетие движение оказалось гораздо сложнее. По ноге я не попала, но заставила противника отпустить меня и отскочить на пару шагов.

Не поднимаясь с мостовой, выдернула из-под резинки чулков тонкую иглу и, ориентируясь на слух, метнула ее в направлении противника. Металлический свист рассек тишину утренней улицы. Резкий вскрик означал, что я попала. Игла была зачарована и могла пробить защиту даже магистра охранной магии. Папа не мелочился на моей защите.

Плавно поднявшись с пыльных камней, я перевела взгляд на противника. Парень явно был со старших курсов, о чем свидетельствовал мундир с четырьмя золотыми полосками на рукаве. К сожалению, значения голубого цвета его формы я не знала, в каждом учебном заведении своя система кодировки направлений.

Противник сидел на мостовой и старательно зажимал рану выше предплечья. Усмехнувшись, я одарила юношу нечитаемым взглядом, и, развернувшись, двинулась к воротам академии.

– Постой ты! – заорал он мне в спину. – Почему кровь не останавливается?

– А нечего нападать на беззащитных девушек ранним утром, – я ехидно скосила глаза.

– Это часть экзамена, – зло выплюнул он мне в лицо.

– Хочешь сказать, – я присела на корточки возле парня, – что доучился до четвертого курса и не знаешь, как справляться с простыми иглами.

– Какого демона ты мне городишь? – брюнет не сдавался. – Это не простая игла, она охранку магистра Сатира пробила, а тот лучший в академии. Говори, что это за гадость?

– Небесная стира, – поманив пальцем, я вернула оружие с его руки. – Как ты и сказал, высококлассная игла, которую используют горные наемники из гномьего рода.

– Недешевая вещица, – похоже, мой собеседник разбирался в оружии.

– Папочка не скупится на моей охране, – я равнодушно пожала плечами, убирая иглу под чулок.

– Ваш пропуск за ворота, – мне в руку легла стальная монетка.

– Благодарю, – резко поднявшись, я поспешила в академию.


Времени оставалось немного, скоро около ворот будет целое столпотворение, а мест на счет. Да и в толпе соискателей из небогатых и знатных с легкостью можно вычислить блудную дочь генерала Светлой Армии.

Огромные и помпезные врата, горящие золотым блеском, выбили меня из душевного равновесия. Я, как любая темная фея, ненавидела дешевую показуху. Лучше бы на эти деньги организовали еще пару детских школ. Почему-то в мире слывет утверждение, что светлые феи все поголовно чистые и пушистые. На деле порой оказывается совершенно по-другому. Я не защищаю темных, у них свои проблемы и недостатки. Но у них все дети в независимости от статуса должны получить хотя бы среднее образование, и оно бесплатное. У светлых обучение стоит неподъемную сумму, и если ты не богат, тебе даже начальное не светит.

Это я понять не могла, да и принимать отказывалась. Дети – наше наследие, то, что мы оставляем после себя. Мне жилось еще хорошо, а двум единокровным сестрам от первой жены отца – не очень. На мое содержание темные родственники ежемесячно высылали немалые деньги, а тех девушек отец не баловал, они с детства обучались в храмовой школе. Тихие и забитые существа, которых даже феями назвать язык не поворачивался.

Сейчас обе замужем и каждые пять-семь лет рожают детей, чаще лекари не разрешают. Отец сверкает от собственного величия. Три дочери, два сына и уже столько внуков. Одна я осталась не пристроенной и не в меру ретивой особой. За пару часов до обручения сбежавшей из собственной комнаты и объявленной в розыск. Отец понимал, где меня искать. Кроме академии податься мне было некуда, из остальных мест беглянок выдавали.

Я приложила монетку к вратам и скривилась от ужасного скрипа распахивающихся передо мной створок. Кажется, у меня получилось отстоять свое право на обучение, и меня не смогли поймать. Оставалась самая малость – сдать вступительные экзамены, что после моего непростого путешествия сюда казалось вполне обыденной задачей.

Набрав полную грудь воздуха, я сделала последний отделяющий меня от свободы шаг. Шаг в новую жизнь студентки высшего учебного заведения. Врата сомкнулись за моей спиной, отрезая от всего остального мира на долгие пять лет.


Глава 2


Голова закружилась в волнительном предвкушении. Схему здания администрации я выучила наизусть. То еще испытание – блуждать по запутанному лабиринту коридоров, тупиков и сквозных комнат. Я не знала, кто строил сие великолепие. По слухам, сам ректор приложил руку, точнее, лапу к созданию этого страшного сна не только студентов, но и преподавателей.

Мне предстояло найти комнату приемной комиссии в восточном крыле на третьем этаже, рядом со статуей редкостной стервы, извиняюсь, профессора чароведения. Славилась эта мадам на весь мир, волосы от нее вставали дыбом даже у матерого вожака оборотней. Еще бы, ведьма, самая настоящая человеческая ведьма! От такого и поседеешь раньше времени. Муж ее вообще облысел. Представляете, лысый дракон!

Его, как мужчину, я вполне понимала, в далекой юности это была просто конфетка. Длинные иссиня-черные волосы, колдовские шоколадные глаза… Внешность благородной нимфы, и до замужества она умело притворялась скромной и прилежной девушкой. А вот после свадьбы бедный младший принц драконов пачками начал писать мемуары и завещания.

Хотя надо признать, благодаря жене он пережил восьмерых собственных братьев и стал нынешним императором. Но тут точно неизвестно, приложила ли к этому свою миниатюрную ручку его благоверная. Статую грозной леди я запомнила на карте первой, слишком приметной она казалась мне на фоне других. Даже в солидном возрасте эта мадам выглядела просто шикарно, не превратилась с годами в уродливую старую каргу.

Обычно памятными скульптурами награждали умерших особо заслуженных деятелей науки и культуры, а эту поставили лет шестьсот назад, когда леди исполнилось две тысячи лет. Первая в своем роде, она вынуждала восхищаться ее отвагой и женским коварством.

Злополучную статую я обошла по большой дуге и оказалась перед очередью в два человека. Не густо, я ожидала, что будем стоять вдали от самых ворот. Но тут в памяти всплыла стычка на улице, и я поняла, что студентов решили отсеивать еще на подходе к пафосным вратам учебного заведения.

Девчонку я знала лично. Герцогиня Ваталистия Вотарфляй – лучшая подружка седьмой принцессы Светлой Империи. Девица красивая, с водопадом золотых волос и карими глазами, но с одним недостатком: ума в ее хорошенькой головке не водилось отродясь. Потому ее стояние в очереди абитуриентов меня сильно удивило. Она была на пару месяцев меня старше. Отличалась высокомерной пренебрежительностью ко всем, кто ниже ее по положению.

Впервые мы сцепились еще во времена моей учебы в Лицее Магического Познания при Императорской Академии Чар, куда меня отдал отец в надежде на то, что из меня сделают порядочную светлую фею. Фокус не удался. В первую же неделю я поцапалась с этой белобрысой мымрой, напрочь убив свою репутацию. Дальше просто плюнула и забыла о собственных намерениях быть паинькой и во всем подражать светлым феечкам.

С того момента я и затесалась в лучшие ученицы прекрасной демоницы, а отношения с болонкой принцессы рассыпались окончательно и бесповоротно. Так мы и делали маленькие каверзы друг другу все сто пятьдесят лет совместного обучения. К счастью, после выпуска наши дорожки разошлись. Она, как породистая лошадь, поперлась в Императорскую Академию Чар, где обучалась вся знать. Я же, напротив, попала в самую закрытую и засекреченную школу во всей Светлой Империи.

Школа святой Ердидид слыла обучающей набожной покорности, так что отец особо не протестовал. На деле же закрытое учебное заведение готовило воинов и наемников всех мастей. Информация была засекречена, она раскрывалась только тем, кто отучился десять лет и смог там зацепиться. От светлой феи с темным даром все преподаватели пришли в неописуемый восторг, а узнав, что я готова умереть, но не возвращаться к отцу, взяли на обучение сразу на пятом году. Так я и оказалась самой молодой студенткой на профессиональной подготовке.

Меня не щадили и не делали поблажек. Наоборот, из-за темного дара требовали с три короба. Но упорства мне было не занимать. На тридцать седьмом году я сдала все экзамены на выпускной диплом. Возвращаться мне смысла не было, но в День Знаний я стояла с чемоданом у металлической калитки и покорно ждала своей очереди.

На меня, конечно, посмотрели, как на полную идиотку, но пустили. Услышав полную версию моей истории, куратор сжалился и взял меня в помощницы. Так началась вторая часть моего обучения. Я словно в омут с головой погрузилась в книги и запрещенные знания. Спустя пять лет написала первую монографию про расслоение светлого элемента. К окончанию последнего курса под моим именем вышло более тридцати трудов в тайных и запретных областях.

И снова выпускалась я, рыдая на груди декана. Старик Сардир не хотел меня отпускать. Он призывал остаться в качестве преподавателя и обучать юное поколение мастерству отравления. Я же только улыбалась и обещала обязательно заехать перед отъездом на родину. Ректор же потребовал с меня обещание об обмене студентами с Темным Королевством. В ответ на мои увещевания заявил, что плевать он хотел на императора с самой высокой башни, столь редкий шанс не упустит.

И вот, спустя много лет, блондинка без царя в голове стоит в очереди на горячо желаемое мною место. В голове промелькнула шальная мысль: отравить ее по-быстрому, и место будет мое. Но я поспешно отогнала ее, неизвестно сколько мест и претендентов. Так что подпевала принцессы пока поживет.

Парня я тоже знала, он был на два года младше меня. Имел просто фантастические способности по управлению огнем. Похоронить такой дар было бы кощунством, и он тут находился вполне заслуженно. Пару раз я на собственной шкуре смогла испытать, что такое бой с перворожденным стихийником.

Парень тоже меня заметил и осторожно поклонился. Он знал, что после окончания школы я намеревалась пропасть из общественного поля зрения и научных кругов. Так же, как и я, он одарил блондинку брезгливым взглядом и подошел ко мне.

– Профессор, – тихо прошептал мне на ухо, – вы же покинули нас и не обещали вернуться?

– Не поверите, студент Тавитир, – я тихо откликнулась, – но обстоятельства заставили.

– Сильно мешают? – парень окинул меня пронзительным взглядом.

– Увы, убить нельзя, – правильно поняла я намек своего бывшего подопечного.

– Жаль, – как-то неуверенно отозвалось юное дарование.

– Очень, – я отошла подальше, нечего раньше времени светиться.

Неизвестно, какие заведены правила в этом месте студенческого прозрения. Вляпаться в неприятности раньше времени я не хотела. Ваталистия скрылась за дверью, и я перевела дыхание. Возможно, не так уж много студентов доходят до приемной комиссии, отсеиваясь на уличных испытаниях или заблудившись в лабиринте административного корпуса.

Обратно девица не вышла, а Тавитир неожиданно скрылся за дверью, и я осталась в полном одиночестве. Ожидание затягивалось… На то, что парня уже приняли, я готова была поставить месячное содержание герцогини. Значит, это психологическая травля. Ну ничего, нервы от маменьки мне достались железные.

Походив из угла в угол, я не выдержала и подошла к статуе леди профессора. Вырезанные в камне глаза смотрели как живые, настолько детально они были сделаны. Видимо, гоблинская работа. Только этот народ мог похвастаться такими навыками в обработке камня.

Статуя изображала прелестную деву с восхитительной внешностью. Локоны крупной волной спускались по точеной спине, прикрывая своим каскадом аппетитную филейную часть ведьмы. Грудью женщина гордилась по праву. Шикарный бюст был упакован в причудливый корсет, которой прикрывал ровно настолько, чтобы это не казалось полнейшим развратом. Самомнения у представительницы проклятого колдовства было не отнять.

Засмотревшись на непокоренную ведьму, я пропустила момент, когда в голове зазвучал колокольчик вызова в кабинет. Опомнившись, подхватила юбки и рванула на долгожданное собеседование. Двери противно скрипнули – они тут на бытовых чарах экономят, что ли?

Уперлась я взглядом в длинный стол, поделенный на пять секций, так четко читались границы между профессорами. Первым был старик с юркими и противными, словно буравчики, глазами. Нос едва заметно дергался, выдавая в нем оборотня из грызунов, у них эта особенность.

Вторым сидел строгий и опрятный мужчина средних лет. На нем был наглухо застегнутый черный сюртук. Прилизанные темно-каштановые волосы и алые глаза выдавали в нем вампира, даже без вечного атрибута в виде длинных белых клыков.

Посредине восседал ректор. Грозного вида мужчина в одних шароварах. Джинн, что еще с него взять. По рассказам, у них вместо крови настоящее пламя бездны течет. Лысая голова сверкала в ярком свете магических люстр. Бронзовая кожа, белозубая улыбка и переливы тренированных мышц должны были свести с ума любую абитуриентку, но я осталась равнодушной. И не таких красавчиков посылала в пешее эротическое путешествие в пучины бездны. Видя мою равнодушие, ректор внимательным взглядом осмотрел меня с ног до головы и недобро так усмехнулся. Чем это я ему успела не угодить, спрашивается?

По правую руку от него находился представитель рода фей. Статный голубоглазый парень едва старше тысячи лет. В столь молодом возрасте попасть в академию можно было только гению или любовнику императрицы. На последнего он не тянул, но отбрасывать эту мысль я не спешила. От парня не веяло силой, как от моих бывших студентов.

Последним профессором за столом оказалась та самая ведьма, на чью статую я засмотрелась в коридоре. Темные волосы спускались по ее спине, глаза горели азартом, а бюст заставлял отвлечься от размышлений. На нее я засмотрелась больше, чем на полуголого ректора.

– Абитуриентка, – грозный голос разнесся по аудитории.

– Да, господин ректор, – не стесняясь, я впилась в него колючим взглядом.

– Детка, мы не видим, чтобы от тебя сильно фонило магией, – на словах оборотня я скривилась, – что же привело тебя к нам?

– От господина слева тоже магией не сильно фонит, но он тут, – указала я на юнца.

– А так? – и вместе с улыбкой парня на меня обрушилась ментальная атака.

– Слабо, – пожав плечами, скинула с головы обруч чужого влияния.

– Вы меня удивили, – протянул молоденький менталист.

– К моему счастью, в школе нас обучали защищать разум от чужого влияния, – я поклонилась.

– Кажется, вы выпускница того же учебного заведения, что и огненный маг, прошедший до вас, – ректор наконец-то проявил ко мне нормальный интерес.

– Да, студент Тавитир обладает потрясающим даром, – я поежилась. – Не хотелось бы вставать с ним в спарринг. Рожденный стихийник – это нечто.

– Вы настолько хорошо знаете младших? – впервые заговорил вампир.

– Нет, – отрицательно помотала головой, – я читала его группе лекцию о влиянии ядов на трансмутационные клетки магов в ситуациях повышенной опасности и адского чистилища.

– Вы смеетесь? – ректор побагровел.

– Ни в коем случае, – и из дорожной сумки я достала стопку документов, – вот списки моих монографий, научных экспериментов и практических испытаний. Я личный помощник профессора Сардир и его лучшая ученица. Моя специальность – темные и запрещенные учения. Я разбираюсь во всех аспектах не просто магии фей, а всей темной магии, к какому бы вектору, стилю и течению она ни относилась. Также на базовом уровне я владею темной магией фей.

– В вашем табеле отсутствует оценка за магические действия, – шоколадные глаза ведьмы будто приморозили меня к полу аудитории.

– Я не владею светлым даром, – угрюмо пожала плечами.

– Как так произошло? – оборотень оскалился. – Светлая фея – и не владеет даром.

– Выяснилось, что у светлого с темной ребенок может быть только бездарностью, потому дара у меня нет вообще, – я немножко приврала почтенной комиссии.

– Вы распознали и сбросили ментальную атаку. Не врите, – погрозил мне пальцем молоденький профессор.

– Дар нестабилен. Точно предсказать, какое заклинание он выкинет, невозможно, – я тяжело вздохнула, – Ректор Школы Святой Ердидид предполагал, что пока в меня не вобьют основы темной магии, его вообще бесполезно контролировать. Это оказалось правдой, но теперь на свет вылезла вторая проблема, каждый час окрас магии меняется. Сейчас я светлая фея, а через три минуты стану темной феей.

– Какой непростой у нас гарант мира, – промурлыкала единственная дама в комиссии.

– Гарант? – удивленно уставились на меня четыре пары глаз.

– Хотите сказать, вы не узнали дочку Тауриса Ватрлайта? – захихикала та.

– Быть не может! – воскликнул вампир.

– Простите, но я и есть Амиксис Ватрлайт, – прочистила горло и присела в реверансе.

– Интересная, – как-то по-звериному облизнулась госпожа ведьма – Я хочу тебя детка.

– Регина, – прикрикнул ректор.

– Что? – и бедный джинн посерел под взглядом колдовских глаз.

– Забирай, дорогая, – поспешно ретировался покоритель женских сердец под напором коллеги.

– Благодарю, пупсик, – ведьма кивнула мне на дверь в другой части комнаты.

– Спасибо вам огромное, госпожа Люмер, – я, не задерживаясь, покинула аудиторию.

Оказавшись по другую сторону спасительной двери, перевела дыхание. Слава темным и светлым, я прошла собеседование. Если бы не ведьма, которой я приглянулась, плакало бы мое обучение. Но все, что ни происходит, к лучшему. А значит, надо благодарить судьбу за редкий шанс. С этого момента отец не сможет меня вытурить из учебного заведения. После приема все студенты фактически переходят в разряд собственности при Академии Света. И я – одна из них!


Глава 3

Счастливая до умопомрачения, я медленно плыла по коридорам студенческих корпусов, соединенных причудливыми галереями. На пути мне пока никто не попался. Значит, студенты старших курсов еще не приехали на занятия, и всю следующую неделю я смогу спокойно изучать новую территорию, не боясь быть застуканной.

Задумавшись, сделала очередной поворот и врезалась носом во что-то упругое, твердое и мягкое одновременно. Подняв глаза, обнаружила того самого парня, который напал на меня и дал монетку-пропуск. Он очаровательно улыбался, теперь стоя передо мной в обычной одежде.

– Ни на секунду не сомневался, что ты попадешь в боевики, – ямочки на его щеках заиграли.

– Лучше уж к темным, чем к боевке, – огрызнулась я, глядя в темные глаза.

– Тогда к кому же тебя определили, милашка? – парень не сдавался.

– К теоретикам, – равнодушно пожала плечами.

– С твоими навыками? – глаза недавнего знакомого округлились.

– Я и шла в них, – попыталась обойти живое препятствие на моем пути.

– Так нечестно, – парень попытался меня перехватить за талию.

– Пропустите, – я угрожающе сдвинула брови, – или на этот раз иглу я не вытащу.

– Ой, какие мы серьезные, – загребущие руки предприняли новую попытку меня потрогать.

– Лардар, убери от девушки руки, – из-за спины раздался суровый голос.

– Ну вот, милашка, нам так нагло помешали, – он отошел от меня.

– Надеюсь, мой подчиненный не доставил вам проблем? – учтиво спросил у меня темноволосый парень с яркими золотыми глазами, сияя очаровательной улыбкой.

– Эта крошка уложила меня на лопатки посреди мостовой, – отозвалась моя жертва.

– О, – спаситель оценивающе на меня посмотрел, – тогда разрешите поздравить вас.

– С чем же, позвольте узнать? – я вздернула бровь в вопросительном жесте.

– Вы заслужили мое уважение, – брюнет еще шире и лучезарнее засверкал улыбкой.

– Позвольте, – я отшатнулась, – я даже не в курсе, кто вы.

– Во дает, – и Лардар покатился со смеху, не стесняясь нас.

– Как вы можете меня не знать? – насупился мой спаситель.

– Вы тоже обо мне не осведомлены, так что мы квиты, – серьезно заверила я собеседников.

– Точно, – спохватился парень, – как зовут тебя, прелестное создание?

– Только после вас, – сверкнула на него своими очами.

– Ты серьезно не знаешь этого напыщенного индюка? – подобралась к нам моя жертва.

– Впервые имею честь лицезреть, – на полном серьезе отозвалась я.

– Это второй принц и первый ребенок второй императрицы, – тихо прошептал мне парень.

– Ворелд Кастарадис к вашим услугам, леди, – ехидно отозвался второй наследник империи.

– Позвольте теперь узнать ваше имя? – с другой стороны встал Лардар.

– Амиксис Ватрлайт, – тихо простонала я.

– Гарант мира? – парни с интересом посмотрели на меня.

– Достали, – надоело вечное сравнение с предметом.

– Постой! – понеслись мне вслед два разочарованных вопля.

Только мне было уже все равно, я стремилась как можно быстрее скрыться из этого злополучного коридора. Почему это случилось именно со мной? Уложить на лопатки первую шпагу империи, да еще и подставиться с нелицензионным оружием. Вот это я вляпалась по самую макушку. Даже если он не расскажет принцу, то сам начнет допытываться, откуда у дочки самого светлого из всех светлых генералов взялось незаконное оружие, которое используют только наемники.

А что я на это, собственно, могла сказать? Понимаешь, я дочь, но только не вашего генерала, а темного, впрочем, и это мелочи. Мамуля за пару дней до свадьбы вашему гаранту рога наставляла, да ни с кем попало, а с самим принцем Партариком. Вот он мой настоящий отец. Так что вопросы не ко мне. Я темная, мне можно любым оружием пользоваться.

Да за такое признание моя голова полетит с плеч быстрее, чем папины и отцовские шпионы найдут, куда я так резко исчезла. К общежитию теоретиков я примчалась в рекордный срок. Находилось оно на самом дальнем отшибе. Профессия непопулярная, мало кто готов просиживать пять лет ради научных изысканий. На всем курсе таких обычно наберется не больше пяти.

Со всех пяти курсов редко набиралось даже двадцать человек. По этой причине общежитие теоретиков представляло собой невысокое здание круглой формы. Маленькие окошки выходили на все стороны света. Педагоги не боялись, что эта братия что-то взорвет. Обычно все теоретики были обделены магическими дарами и обладали сверхъестественными способностями в анализе и сборе информации. Этим они компенсировали полное или частичное отсутствие дара.

Зачастую за них платили или школы, или очень богатые покровители. Из высшего общества в теоретики шли только такие барышни, как я, и то при условии, что они обделены способностями в других областях магической науки.

Скрип захлопнувшейся за моей взмокшей спиной двери общежития прозвучал спасительной музыкой. Наконец я могу вздохнуть спокойно, вроде как за мной не гонятся стражники с намерением немедленно доставить в отделение.

Осторожно осмотрела помещение этого причудливого архитектурного сооружения. Маленькая прихожая переходила в огромное пространство открытого холла с высоким вторым светом. Что-то похожее я видела в мамином будуаре. Хихикнув, представила, что будет с папой, если он узнает, что живу я в условиях студенческих реалий беднее церковной мыши.

Все деньги и чековая карта остались в доме отца, брать их было опасно. Проще уже в студенческом отделении написать заявление о краже и перевыпуске карточки. Но это займет около месяца. Придется жить на пару серебряных монет.

Прикинув, я поняла, что делать нечего. Придется знакомиться с сокурсниками и пытаться занять в долг до выпуска нового доступа к банковскому счету. Вот только в здании я была одна. Других живых существ поблизости не почувствовала. Если, конечно, не брать во внимание привидение, которое активно шпионило со второго этажа. Как выяснилось, всего их было три.

На первом находился просторный общий холл. Кухня занимала отдельное место в доме, на нашем факультете готовить приходилось самим студентам. Профессора и руководство посчитали, что двадцать ртов и сами способны обеспечить себя по вечерам. Также имелся спуск в подвал, который являлся огромной библиотекой, по слухам, уходившей вниз больше, чем на три уровня.

На втором этаже располагались комнаты для одаренных студентов не очень благородных кровей. Десяток комнатушек с кроватью и тумбочкой. Три общие ванные: одна для девушек, другая для парней, а третья для профессора, который должен жить с нами.

Третий этаж отводился для более именитого сословия, но мог похвастаться только яркой раскраской стен. Больше на теоретиков тратиться не стали. Не видели смысла переводить деньги на самый непопулярный факультет во всей академии.

Комната профессора давно была закрыта. Туда не ступала нога живого существа, наверное, с самого открытия факультета. За кем следить-то, двадцать студентов и сами могут за собой присмотреть.

Обойдя комнату по кругу, я устроилась на диване, размышляя на тему всего произошедшего за утро. Перспективы меня не радовали, но и особо трагичного не видела.

Всегда можно все списать на закидоны отца. Ну захотелось ему обучить дочку владеть магическими боевыми иглами, гарант все же, а вдруг убьют. Некрасиво тогда получится, особенно перед темными, где матушка этого недоразумения сейчас и обитает. А те на расправу быстрые, война вспыхнет – обернуться не успеете, потому и пришлось обучать. Запрещено, но эффективно же? Вот и отец так же решил.

Пока я сидела и отдыхала, в комнате народу не прибавилось. Зато Ата и Гер вылезли из-под моей юбки и решили проверить на прочность местное привидение. Сдалось оно достаточно быстро. Против двух юрких зверьков породы салиманские василиры выстоять ему было непросто. Мои питомцы могли и мертвого до могилы довести.

Подобрала я двух диковинных зверушек в Императорском заповеднике, куда меня отец брал с собой по работе. Разлученные с родиной и друг с другом, они были на грани смерти, потому с удовольствием приняли предложение стать моими ручными призраками. И вот теперь эта парочка гоняла по всей комнате пожилого призрака с густой длинной бородой, что волочилась следом. Беготня по кругу отняла у привидения прилично сил, и теперь даже обделенный темным даром смог бы его разглядеть.

Похоже, незваный жилец обитал здесь еще с прошлого перемирия, когда в моде были высокие гольфы, объемные штаны и зауженные пиджаки с двубортным воротником. Именно в таком обличии и стоял призрак, загнанный в угол двумя моими питомцами. Тяжело дыша, он исподлобья косился в мою сторону, прекрасно понимая, откуда взялась эта парочка.

– Говорить будем? – я покачивала ногой. – Или вы, господин, немой?

– Отчего же, барышня? – проскрипел сгусток чей-то неупокоенной мести.

– Тогда зачем все эти игры? – я внимательно смотрела на него.

– Да знал я, – он махнул на меня рукой, – что эти идиоты предпримут новую попытку.

– А поподробнее, – подалась вперед, – пока я вас не особо понимаю.

– Ты гарант? – задал логичный вопрос мой мертвый собеседник.

– Предположим, – уклончиво обошла я шаткую для себя тему.

– Тогда беги отсюда, девица, – он указал мне на дверь. – Пока жива, беги.

– К сожалению, – пожала плечами, – бежать мне некуда.

– Родных уже зарезали, – как-то странно завыл он, – с моих так же начинали.

– Сир, – я осторожно влила в него крупицу магии, – я темная фея, мою матушку просто так не убьешь.

– Темная? – призрак выпучил на меня свои глаза.

– Самая натуральная, – кивнула и влила еще крупицу.

– Кто твоя мать, девчонка? – облетев моих питомцев, он завис напротив.

– Темнейшая герцогиня, – чем-то этот призрак меня подкупал.

– О, – округлил он губы, – тогда другое дело. Твоя смерть принесет еще больше проблем.

– Да о чем вы говорите? – окончательно запуталась я в нити разговора.

– Понимаешь ли, симпатяжка, – ехидно подмигнул мне призрак, – я Лафариз Латариг.

– Первый гарант мира? – мгновенно вспомнила имя, засевшее у меня в печенках.

– Он самый, – кивнул мужчина, – и как видишь, я призрак, что не упокоен по правилам.

– Как же так случилось? – история принимала интересный оборот.

– Меня заперли тут на долгие столетия. Я не знаю в каком году скончался, – простонал он.

– Вас потеряли где-то столетий двести назад, – припомнила я дату из учебника.

– А кто отец твой на светлой стороне? – не пожелал он продолжать тему.

– Граф Ватрлайт, – без раздумий назвала имя отца.

– Из новой аристократии, это хорошо, – собеседник начал опять говорить загадками.

– Что с вами произошло? – не нравился мне этот разговор.

– Убили, детка, – усмехнулся он в бороду, – как помеху нескончаемой вражде.

– Заговор против мира, – я мгновенно поняла, о чем говорит призрак.

– Умненькая. Может, подольше моего проживешь, – усмехнулся Лафариз.

– Через пять лет ноги моей здесь не будет! – воскликнула я.

– К темным подашься? – он правильно понял меня.

– Естественно, – усмехнулась в лицо призраку.

– А не побоишься? – нагло скосил глаза на двух моих питомцев.

– Там безопаснее, да и статус будет выше, – я равнодушно пожала плечами.

– Тут ты права, – он согласился со мной. – Темнейшую вряд ли тронут. Только доживи сперва.

– Пять лет – это не вечность, – я отмахнулась от назойливого привидения.

– Я тоже так считал, когда оставался преподавать, – зло усмехнулся погибший мужчина.

– И что же пошло не так? – спросила я. Действительно, почему именно его тут заперли?

– Я первый и единственный куратор теоретиков, – сказал он.

Тут у меня волосы зашевелились.

– Получается… – заканчивать было страшно.

– То и получается, – хохотнул Лафариз. – Не глупая, догадаешься.

– Кому же тут можно верить? – вопрос встал неожиданно остро.

– Кто тебя принял? – облетев комнату, призрак вернулся на место.

– Профессор Регина Люмер, – я вспомнила заинтересованный блеск ее глаз.

– Этой можно, – милостиво разрешил он мне.

– А ректор? – припомнила недобрый прищур его глаз.

– От него первого беги, – привидение начало таять. – И помни, мертвые не могут лгать.

– А живые только это и делают, – в памяти всплыло наставление моего первого учителя.

– Верно, студентка, – в дверях появился низенький старик.

– Простите, – я мгновенно вскочила с дивана.

– Белье и вещи, предоставляемые академией, – в меня полетел небольшой сверток.

– Благодарю за заботу, – кривовато попыталась вежливо улыбнуться.

– Порвешь или потеряешь – платить будешь, – и не уделив мне более ни минуты, старик ушел.

– Прекрасное начало учебы, – пробубнила себе под нос.

– Занимай комнату на втором этаже в дальнем конце слева, – подсказали мне из пустоты.

– А почему ее? – призраки не лгут, а вот подлянки устраивают.

– Потом узнаешь, когда учеба начнется, – и голос растворился вслед за обладателем.

Ничего не оставалось, кроме как пойти и посмотреть, что за хоромы мне предложили выбрать. От всех остальных они ничем, к великому огорчению, не отличались. Подумав, я решила последовать совету с того света и остаться именно в этой комнате. Обо всем важном лучше будет поразмышлять после того, как поем и приведу себя в порядок. Раздевшись, рухнула на замененные простыни и сразу же уснула.


Глава 4

Всю неделю до официального открытия Академии Света я провела как на иголках. В любой момент ожидая явления отца с личной гвардией и требованием вернуть блудную дочь под его светлые очи. Только ни отца, ни его гвардии возле золотых ворот так и не появилось. Я пребывала в гордом одиночестве. Ни однокурсников, ни старшекурсников за это время не прибавилось. Только одиноко воющее привидение первого гаранта мирного договора.

Нервное напряжение дошло до той критической точки, когда я начинала есть все подряд, без оглядки на количество и качество поглощенного. Вот и сейчас я торчала на кухне и методично мешала в кастрюле саморучно приготовленный суп.

Неожиданно над ухом раздался смешок, и с перепугу я решила защищаться тем, что, собственно, в руках и было. Так что неизвестной личности прилетело половником с капающей с него алой жидкостью. Смех резко оборвался, и я увидела знакомые синие глаза. На лбу этого чуда красовалась немаленькая шишка от удара половником.

– Профессор, ну зачем же сразу драться? – Макрайр печально потирал пострадавший лоб.

– А зачем пугать? – пробубнила я, призывая магию регенерации.

– Откуда я мог знать, – пожал он плечами, – что вы в атаку ринетесь.

– Забыл, где мы вместе учились? – я вопросительно изогнула бровь.

– Забудешь там, – поежилось сокровище национальной библиотеки.

– Каким чудом тебя в теоретики занесло? – задала я самый логичный вопрос.

– Это для наемников мой дар едва ли не ценнее вашего, – пожал плечами парень, – а вот у простого населения только в библиотеке сторожем или хранителем работать.

– Консервация используется не только для таких глупостей, – возмутилась я.

– Это мы с вами научную статью про влияние данного магического воздействия писали, – смутился мой бывший студент, – а многие про него даже не слышали.

– Да, все наши труды расходились по ограниченным источникам, – припомнила я ту статью двадцатилетней давности.

– Вот и засунули меня в теоретики, – жалостливо вздохнул рыжеволосый, – это вы сюда целенаправленно поступали, а все остальные – неудачники, как и я.

– Сколько всего нас? – вспомнила, что до этого момента не видела других студентов.

– Двенадцать, – обреченно протянул Макрайр. – У других в подгруппе больше, чем нас на все пять курсов.

– Ты шутишь? – быть такого не могло, это же даже на факультет не похоже.

– Почему сразу шучу? – сверкнули на меня лукавые глаза, – На пятом – двое, на четвертом – трое, третий самый людный – четверо, на моем тоже двое, а из первогодок – только ты.

– Кто меня одну учить-то будет? – схватилась я за голову.

– Пока платишь – будут, – утешил меня старый знакомый. – Просто к разным группам и курсам на занятия ходить станешь, как и мы все. Журнала посещения, понятное дело, нет, когда студентов по пальцам одной руки даже грифону пересчитать можно.

– А остальные где? – осмотрела я пустую кухню.

– Старшие приедут только на следующей неделе, – пояснил парень, – им практику сдавать. Мой однокурсник из высших вампиров. Его дар нестабилен, вот в теоретики и попал, ночью пожалует. Мыши с чемоданом не бойся – это Ларатирадирастар Третий, сокращенно Лорик. Магию учует сразу, так что проще сразу всем рассказать, что ты темная. Третий курс уже наверху вещи разбирает. Сама понимаешь, мало кто верил, что в этом году еще несчастные будут.

– Тогда как ты узнал, что я здесь? – задала я волнующий вопрос.

– О твоей помолвке прочитал, с кем-то из низших светлых, а в доме нюх оборотня помогает, – пожал плечами рыжий. – Все же нас тут немного. А ты, как фея, пахнешь вкуснее всех.

– Очень интересный комплимент, – я усмехнулась и взмахом руки развеяла непонятное варево от греха подальше, – все девушки будут твои.

– Да, готовка явно не твой конек, – шмыгнул он чувствительным носом. – И не обижайся, ты действительно пахнешь вкуснее всех в этом доме, да и в академии. Может, за исключением принца. Но там что-то не так с генами императорского рода. Вроде у темных такая же ситуация, но короля пока понюхать никто не осмелился.

– А что не так с моим запахом? – меня полученная информация насторожила, так и проколоться недолго.

– Как бы это объяснить простой фее, – задумчиво почесал подбородок мой собеседник.

– Вкусно, – раздалось из-за наших спин, – слишком вкусно.

– Старилис, не стоит так пугать фею, – хохотнул этот лис, – не то половником получишь. Она у нас дама нервная, от студентов натерпелась.

– Что, в школе дразнили? – передо мной предстал платиновый блондин с прозрачно-голубыми глазами и выделяющимися острыми ушами, похоже кто-то из собратьев лиса.

– Нет, курс о влиянии ядов на трансмутационные клетки магов в ситуациях повышенной опасности и адского чистилища нам читала, – скороговоркой пропел мой бывший студент.

– Что, прости? – парень с платиновой шевелюрой поперхнулся воздухом.

– Я преподавала последние тринадцать лет своего обучения, – не видела смысла скрывать.

– Гений? – меня самым нахальным образом обнюхали.

– Нет, – отрицательно помотала головой, – жизнь заставила.

– Еще бы, – в голос заржал Макрайр, – с таким даром я тоже не спешил бы домой к папеньке возвращаться.

– К папе я бы с радостью вернулась, – пробурчала я себе под нос.

– Да ладно, вся империя в курсе, насколько граф Ватрлайт жадный и самовлюбленный генерал, – посмотрели на меня две пары глаз.

– Я и не говорю, что к нему хочу, – потянулась я до хруста.

– Только не говори… – и оба одновременно замолчали.

– Вы первые сказали, что от меня вкусно пахнет, – лукаво подмигнула им.

– Да ты врешь! – не выдержал блондин.

– В чем-то, возможно, и вру, – еще коварнее улыбнулась я, – а где-то просто не договариваю.

– Прости, но к светлым феям ты имеешь такое же отношение, как я к песцам, – и кивнул на блондина, который широко распахнутыми глазами смотрел на нас.

– Тогда я даже не знаю, – наигранно замялась я.

– Могу предположить, – наконец-то блондин пришел в себя, – что ты дочь темного короля. Но в этом случае я даже боюсь представить, что будет с мирным договором. Он просто рухнет в бездну. И война заденет не только вас.

– Знаешь, – опершись на столешницу, я подняла на них зеленые глаза, – мне плевать на договор.

– Да что это такое? – парни совсем с лица сбледнули. – Правда, что ли?

– Сам говорил, проще сразу рассказать, – пожала я плечами. – В отличие от вас, вампир с первого взгляда понял бы, что я вру напропалую про свою светлую родословную.

– Ты незаконнорожденная? – трясущимися губами прошептал Макрайр.

– Нет, – я помотала головой, – вполне себе целая принцесса.

– Нас всех убьют, – Старилис обреченно посмотрел в потолок.

– Да ладно вам, – я рассмеялась звонко и весело. – Через пять лет я отсюда сбегу с огромной радостью, прикрывшись долгом перед семьей и будущей принцессой.

– Какой? – с надеждой посмотрели на меня две пары глаз.

– Собой, – и парни совсем поникли под моим насмешливым взглядом.

– Точно тебе говорю, – простонал песец, – нас всех казнят за предательство Светлой Империи.

– Расслабьтесь, – отмахнулась я. – Пока я не признаюсь сама, доказать что-либо невозможно. Доказательств измены, а тем более с темным принцем, у светлой стороны попросту нет. Единственный шанс они упустили в день моего рождения.

– Ворелд Кастарадис, он учится в этой академии на третьем курсе боевиков, – обреченно сообщили мне два оборотня.

– Имела честь лицезреть, – гнев вновь накатил, – и его правую руку.

– Ты уже прокололась? – жалобно взвыл мой бывший студент.

– Похоже на то, – не видела смысла скрывать, – я в него магическую боевую иглу вогнала.

– Все, нам не жить, – на лице парня нарисовалась скорбная мина.

– Предлагаешь добить? – выступать против первой шпаги в одиночку я не рискнула бы.

– Чтобы бедный не мучился, – хохотнул лис. – Нет, его надо переключить.

– На что? – я издевательски приподняла бровь.

– На вас, – песец словно встрепенулся на мгновение.

– В каком смысле? – мы с парнем посмотрели на собеседника.

– Приворот, – потер руки белобрысый. – Я мастер зельеварения, но на основной курс меня не взяли, заявив, что мужчинам там делать нечего, и засунули к вам в теоретики.

– Совсем с катушек съехал? – задала я волнительный вопрос.

– Да не бойся, мелочь, – коварно оскалился оборотень, – проверну все в лучшем виде.

– Приворот на первой же комиссии распознают, – возмутился мой студент.

– Ваш криворукий – да, – клыки выделились на фоне верхней челюсти. – А я могу сварить любое зелье, прочитав единожды о нем. И у меня нет ограничений. Даже если это мертвый язык, и то, пробежавшись глазами от начала до конца текста, я интуитивно знаю, как сварить зелье.

– Ты алхимик? – удивленно воскликнула я.

– Да, Ваше Высочество, – в голубых глазах появился фанатичный блеск сумасшедшего.

– Дайте-ка я угадаю, – прикрыла глаза, – остальные девять студентов тоже обладают редкими и узконаправленными специализациями, из-за чего угодили в теоретики?

– В самую точку, – поаплодировали мне от двери. – Парни, что от меня прячете столь прекрасное создание?

– Разрешите представить, – песец повернулся ко мне, – Марашар Да’Садар – наполовину джинн, на остальную половину сирена. Парень, конечно, неплохой, но главный бабник всей Академии.

– Дар чарования? – с интересом рассматривала я высокого смуглого красавца с темно-зеленой гривой волос и рубиновыми глазами.

– Не-а, – ехидно улыбнулся полуджинн, – я разрушитель.

– Что? – я аж поперхнулась от его заявления.

– Да, милашка, – он очаровательно улыбнулся мне, – я могу стереть и разрушить любое проклятие, заклятие, письмена, да по сути – все.

– Ата кусить! – скомандовала я, и из-под юбки метнулась белая тень.

– Невероятно, – от двери прошептал еще один новый обитатель дома. – Кто это?

– О, – простонал соблазнитель, – не обращай внимания на этого парнишку.

– Прорицатели редко с головой дружат, – пояснил мне песец.

– И все же, – вклинился к нам субтильный юноша с пшеничными волосами и белыми глазами, – мне не терпится узнать, что это за существо, не поддающееся разрушителю.

– Признаться, тоже заинтригован, – Марашар отбивался от одного из моих питомцев.

– Гер, – скомандовала я, и на свет вылез второй зверек.

– Их двое? – в восхищении застонал прорицатель.

– Ата и Гер – мои ручные призраки, – представила я питомцев. – До своей смерти были салиманскими василирами в Императорском зоопарке. После перешли ко мне в услужение.

– Похоже, теперь самый редкий дар у тебя, – в комнату вошел последний обитатель дома. – Тапарис Зарадир, небесный грифон. Я ни разу не видел, чтобы подопечные демонов так легко соглашались на услужение фее.

– Какой же он, – белые глаза засветились, – дар самой смерти?

– Да обычная Пелена Смерти, – отмахнулась я от них.

– Не совсем редкий, – пояснил мой бывший студент, – встречается у большого круга магов, но вот его сила у леди Амиксис достаточно редкая, полное принятие до младшего совершеннолетия. Такое вообще встречается у единиц.

– Я слышал про такое, – Марашар оставил попытки угомонить Ату. – Ты нестабильна?

– Полностью стабильна, – я покачала головой. – Все дело в наличии искры темного бога, она позволяет пробудиться раньше остальных.

– Но такое характерно только для правящих династий, – грифон скосил на меня желтые глаза с хитрым прищуром.

– Да принцесса я, – натурально взвыла. – Принцесса, и Ворелд не должен узнать о моем существовании. Иначе не избежать мне этой свадьбы.

– Так ты от свадьбы сбежала? – мои собеседники явно сбились с мысли от резкого перехода на другую тему.

– Да, знаете, не хочется всю жизнь проторчать на краю Светлой Империи с увальнем под боком и без нормальных средств к существованию, – пожаловалась я на судьбу.

– Так твой отец не очень богат, – протянул прорицатель, – а ты вполне прилично одета и не стеснена в деньгах. Не стоит врать!

– Не смотри на меня так укоризненно, – я отмахнулась от прорицателя, – в деньгах я действительно не нуждаюсь. Мама и бабушка регулярно переводят нужные средства. Но вот все мои сестры по крови, боги спасите их души от такого издевательства. Кроме детей и вечных родов, они больше ничего не видели в этом мире.

– Странные дела произойдут, – белые глаза заволокло туманной поволокой, – как только зеленые глаза отразятся в золотых, накроет мир блаженной Тьмою. Свет предаст Свет, прикрывшись Тьмой, и только истинная Тьма способна открыть на все глаза.

– Это что такое? – я в шоке смотрела на провидца.

– Похоже, твое предсказание, – неуверенно откликнулся полукровка. – Шарах редко ошибается, когда выдает нечто подобное.

– Я не хочу еще и пророчество на свою шею, – возмутилась от несправедливости.

– А придется, – каким-то замогильным голосом произнес маг, – твоя судьба связана с гарантом, а он предвестник либо войны, либо процветания. И только смерть теперь решит, что ты принесешь на земли смертных, дитя неверности, коварства и любви.

– Я сейчас в обморок грохнусь, – честно призналась мужской компании.

– Рано, – стойко поддержал меня оборотень, – ты еще не видела остальных.

– Добро пожаловать в наш дурдом, миледи, – в дверях кухни появился вампир. – Ваш отец просил присматривать за вами. Вот только вы уже успели вляпаться.

– Лорик, она сейчас и так в обморок грохнется, – укоризненно посмотрели на него все остальные.

– Ничего, темные герцогини и не такое переживают, – с маниакальной улыбкой отмахнулся принц Дома Теней. – Прекращай строить из себя умирающего лебедя. Я неплохо знаком с твоей дражайшей бабушкой, а та в свои семь с копейками тысяч лет любому вампиру фору даст. Шарах, запиши все, что сейчас предрек герцогине. Мало того, что отныне в нашей суровой мужской компании появилась дама, теперь у нас еще и огромная головная боль. От лица всего Братства Ночи приветствую вас, темнейшая принцесса.

Напрягшись, я вспомнила, где до этого слышала про Братство Ночи. Воспоминания ничем хорошим не порадовали. Решив последовать устоявшейся тенденции, я рухнула в обморок. Точно потеряю репутацию, но хотя бы выиграю себе пару часов на подумать. Встречаться лицом к лицу с будущими членами темного ковена, я была морально не готова.


Глава 5

Час спустя в общей гостиной факультета теоретиков.


– Вы слышали? – грифон возмущенно сопел в кресле.

– Неудивительно, – отмахнулся оборотень-лис. – Лорик – первый на очереди в темный ковен.

– Согласен, – кивнул песец, – у вампиров всегда были хорошие связи с темными феями.

– Но это не значит, – обиженно прохрипел грифон, – что мы, как дураки, должны таращиться на темную принцессу фей и не знать, кто перед нами.

– Смешно, – невесело протянул прорицатель, – но все же девушка необычная, она принесет нам кучу проблем.

– Я даже не уверен, – разрушитель прикрыл зеленые глаза, – что мы сами выбрали свой путь, а не всех нас тут собрали для защиты этой прекрасной феечки.

– В твоих словах есть доля истины, – согласился с ним нестройный гул голосов.

– Сейчас я прекрасно понимаю, что как она и сказала, среди нас нет простого существа с вполне обыденными способностями. Все мы в той или иной мере уникальны, – пожал плечами полукровка, – даже просто факт того, что каждый из вас связан с ковеном.

– А наш вампирчик – будущий глава этой организации, – желтые глаза вспыхнули, – к тому ведешь?

– Да про это только слепой не знает и глухой не слышал, – подтвердил свои слова парень.

– Но отбор еще даже не начинали, – усомнился грифон.

– Что не мешает всем знать, кто в нем победит, – сощурился прорицатель. – Одно то, что он в курсе дел, уже показывает, насколько высоко его ценят в ковене и как главу Братства Ночи.

– Отец Амиксис – действующий член восточного круга, – в голубых глазах вспыхнул звериный огонек. – Все мы так или иначе должны ему подчиняться.

– Тогда вопрос в другом, – прищурил глаза полуджинн. – Почему наша феечка вне Братства?

– А вот тут перед нами встает истинная картина мира, – в комнату вошел вампир.

– И какая же она? – подобрались все сидящие в комнате.

– Она гарант мира, который таковым является только на бумаге, – оскалился клыкастый. – Ты хоть представляешь, чтобы принцессу добровольно отпустили из дворца.

– Король и дракона завалить может, – поежился рыжий. – Причем, голыми руками.

– Да, и со спокойной совестью он ждет ее совершеннолетия, – продолжил глава братства. – Никто не знает, где носит боевика огненного?

– Сасирог никогда не отличался пунктуальностью, – откликнулся рыжий оборотень.

– Понятно, – глаза вампира полыхнули. – Жаль, Рагист приедет только через неделю.

– Да, – раздались смешки, – гном-менталист уделывал даже нашего зазнавшегося профессора-красавчика. Но только для глупой башки-боевки, боюсь, не поможет даже он.

– Ничего, против боевки у нас есть Карас, – вампир оскалился. – Маг-полуночник, мозги вставит кому угодно и куда угодно.

– Не поминай его к ночи, – перекрестился суеверный недоджинн.

– Что, троюродного дядюшку опасаешься? – нагловато усмехнулся тихий прорицатель.

– Вам бы не знать, – передернуло полукровку, – как джинны относятся к таким, как я.

– Не прибедняйся, – пожурил его глава, – таких, как ты, днем с огнем не сыщешь, так что джинны над тобой трясутся, как над хрустальным.

– Возможно, – отстранено проговорил зеленоволосый, – но это не придает моей психике спокойствия и уверенности в завтрашнем дне. В отличие от феечки, мне от свадьбы бежать некуда.

– Два года после выпуска поболтаешься тут поблизости, – усмехнулся песец, – прикрываясь той самой феечкой, а там останется пара месяцев до совершеннолетия.

– А неплохой вариант, – протянул парень, перекинув длинную прядь волос за спину.

– Ну вот, с твоей проблемой разобрались, – вампир усмехнулся. – Предлагаю перейти к более насущным делам, пока наша принцесса не очухалась.

– Она точно принцесса? – задал волнующий всех вопрос Кармир. – В школе не казалась заносчивой и высокомерной. Преподавала нам, и вполне успешно. Редко кто пропускал пары. Такого неудачника она твердой рукой самолично выкидывала в бездну под воздействием яда с прогулянного занятия. После второй смерти группу стали посещать поголовно. И не надо так на меня таращиться, рога у меня еще не отрасли. Профессор Ватрлайт была самой доброй в школе.

– Подожди, вас серьезно подвергали пыткам? – испуганно пропищал грифон.

– Ну в качестве профилактики или за дурную голову, – пожал плечами лис.

– Кармир, – вампир взглядом просверлил оборотня-лиса, – какого черта ты молчал об этом?

– А что я вам должен был жаловаться каждый раз, когда меня в бездну гоняли? – оскалился обиженный наемник.

– Нет, но о странной преподавательнице вполне мог и сообщить, – вампир серьезно посмотрел в желтые глаза своими пылающими алыми очами.

– Да нормальная она, – обиделся младший из всех. – У нас многие остаются преподавать, кто-то в обычных курсах, а кто-то, как она, на спецподготовке. Это не самое странное в Школе Святой Ердидид. Вы бы на самих студентов посмотрели.

– Простите за опоздание, – дверь открылась, и в комнату ввалился боевик.

– Время! – строго рыкнул на него глава Братства Ночи.

– Ларатирадираст, не злись, – примирительно поднял руки парень, – но от принца и его свиты так просто не сбежать даже мне. Они как с цепи сорвались, и все пытаются выяснить у Ватарфляй, что она знает о Амиксис. Но, слава богам, эта блондинка тупа как пробка, она только хлопает глазами. До меня у них пока фантазии не хватает добраться. Оказывается, в отличие от нашей школы, в других не принято гонять по десять курсов сразу. И спарринг партнеров подбирать не по возрасту, а по дури в голове и шилу в причинном месте.

– Зачем она им сдалась? – насторожились все присутствующие.

– Вроде как она нехило так нашу первую шпагу светлых по мостовой поваляла, – отозвался задумавшийся брюнет. – Это я вполне себе представляю, она неплохо сражалась на дуэлях даже с природниками и рожденными стихийниками. Так что обычный пацан, хоть и с мечом, не мог ее достать. Пару раз с ней сражался, приемы она использует достаточно грязные, как и полагается темнейшей герцогине. Однако нездоровый интерес не мог быть вызван только этим. На отборочных много кого в мостовую мордой ткнули. Я даже предположить не могу, с чем связана эта неожиданная вспышка интереса со стороны Его Светлости принца.

– Паршиво, – замогильным голосом протянул прорицатель.

– Не накаркай тут, Шарах, – стукнул его по голове сидящий рядом песец.

– Да что там каркать, – блондин только отмахнулся, – если они узнают про принцессу, нам всем не жить. Весь темный ковен через пару часов окажется на ушах.

– А Братство Ночи тут, – вампир тоже нахмурился. – К этому ведешь?

– То-то же, – указательным пальцем блондин ткнул в потолок, – чувствуешь, чем грозит?

– Войной и неслабой такой, – простонал грифон.

– И мы с вами на темной стороне, – боевик тоже напрягся.

– Сасирог, прости, но тебе придется подружиться с этой неразлучной парочкой, – хмуро проговорил вампир и выпустил клыки.

– Для чего? – остолбенел парень и выпучил свои черные глаза.

– Надо следить за ними, – напряглись все.

– Что происходит, глава? —огненный маг подобрался в мгновение ока.

– Принцесса темных случилась, – с глубоким вздохом простонали в ответ.

– Какая? – поперхнулся вопросом засланный шпион.

– Темная, с великолепной фигуркой, шелковыми волосами и немалыми познаниями в ядах, – рассмеялся лис. – Никого не напоминает?

– Профессор Ватрлайт, – онемевшими от шока губами простонал первокурсник.

– Она самая, – подтвердили его страшную догадку.

– Но… – так и не смог закончить фразу боевик.

– Да, я тоже думал, что это просто школьные слухи, – потер переносицу лис. – Но как выяснилось, не все слухи придумываются на пустом месте. Наша драгоценная профессор – та еще заноза в нашей непростой ситуации.

– Неужели они именно из-за этого начали проявлять к ней такой интерес? – вопросительно взлетела в воздух темная бровь.

– Не думаю, – покачал головой блондин-прорицатель.

– Обоснуй, – не стал противостоять ему вампир, решив дождаться аргументов.

– Если бы они знали именно эту деталь ее жизни, – ухмыльнулся парень, – то мое предсказание не имело бы смысла. А так вполне логично, что ближайшие два года мы должны держать их как можно дальше от нашей темной феи.

– Ты как себе это представляешь? – подобрались все находящиеся в гостиной.

– Для этого Тавитар и угодил к боевикам, – почесал переносицу длинноволосый парень. – Любого другого завернули бы к нам в теоретики, а против огненного мага, еще и рожденного, они пройти не смогли. Я заранее знал, что с принцем будут какие-то проблемы, но отец до последнего молчал, какие именно. Только в обед я узнал, что гарант мирного соглашения между феями грозит нам такими проблемами, что никому из нас даже не снились. Если бы не ее идиот-отец, мы спокойно дождались бы пять лет и забрали принцессу, но из-за свадьбы она предпочла сбежать в академию.

– А что, кстати, там с этой самой свадьбой? – удивился грифон.

– Да все через одно место, – оскалился лис. – Ей прочат какого-то юнца, который свои двести пятьдесят едва разменял. И это в мужья Темной Герцогини, да он от одного взгляда свекрови обделается. А жену генерала Ватрлайт я видел, на роль королевы подходит идеально. Тонкая, стройная и руки по локоть в крови. Я вам гарантирую, таким взглядом демоны в бездне не смотрят, как это милое создание с зелеными глазищами на пол-лица.

– Где ее видел? – вампир призвал чайник с кухни.

– На день открытых дверей пару раз приезжала, – пожал плечами Кармир. – Там половина учеников школы едва в обморок не грохнулась, когда увидела герцогскую карету темных. А оттуда выпорхнуло создание едва старше дочери на вид, и с таким невинным взглядом, что никто даже не понял, каким образом она догадалась, чему на самом деле там учат. Директора едва инфаркт не хватил, когда, поправив рыжие кудри, она попросила присутствовать на спаррингах. Да что там, ее наш профессор по боевой подготовке едва к куполу припереть смог, и это при том, что она даже платье не запачкала в глине. Ужасная семейка.

– Похоже, принц – не единственная наша проблема, – вампир выглядел расстроенным.

– Какая еще? – джинн потянулся на полу.

– Сама принцесса нам досталась тоже не из нежных фиалок, – угрюмо простонал глава.

– Та еще заноза на самом деле, – подтвердили его опасения бывшие ученики Святой Ердидид.

– Вот я уже прикинул, что спокойно жить нам не дадут. Итак, господа, у кого есть мысли по этому поводу? – вопросительно приподнял бровь бессмертный вампир.

– Выслать ее под шумок к темным? – предложил грифон.

– Засадить в библиотеку? – откликнулся песец.

– Сказать, что слишком хрупкое здоровье и потому, кроме штудирования книг, ничего нельзя? – джинн отличился оригинальным подходом.

– Проклясть? – миролюбивым прорицатель больше не выглядел.

– Думаете, вам это поможет? – лис горько улыбнулся.

– Профессор Люмер ей заинтересовалась, – словно найдя гениальное решение, пропел боевик. – Если сплавим феечку к ней, может, и облегчим себе жизнь.

– А неплохой вариант, – согласились с ним присутствующие члены Братства Ночи.

– Если она потопает к ведьме, – вампир прикрыл глаза, – то до нее ни один принц не доберется.

– Вот и я про то же, – радостно оскалился брюнет.

– Только как наверняка узнать? – задумчиво протянул грифон.

– А пусть Лакар узнает, – прошептал песец. – Не убьет же Регина единственное дитятко.

– От нее собственный муж не знает, чего ожидать, – передернул плечами Марашар, – а ты тут планы строишь. Нам стихийник еще пригодится.

– Будет в качестве экстренного плана, – спокойно сказал вампир. – А про интерес госпожи Регины к нашей фее я узнаю через отца. Все же она единственная из всей Академии Света состоит в верхушке темного Ковена.

– Тогда я, пожалуй, пойду, – боевик накинул на голову капюшон. – Гулянка в честь начала учебного года должна уже закончиться, но я не уверен, что мой сосед по комнате спит. Повезло же мне угодить к дриаду под бок. Тех ни вино, ни снотворное не берет.

– Разрешаю угрожать, – повелительно кивнул Савалье.

– Не подведу, – и темная тень плавно растворилась в ночной тени деревьев.

– Что ж ребятки, Сасирог подал нам отличную идею, – потянулся до хруста вампир, – и нам пора на боковую, завтра у нас первые занятия. А весь четвертый курс прибудет только через неделю. Так что будьте очень внимательны, мы не знаем, с какими курсами поставят пары Амиксис. Если с принцем светлых, мы попали по полной. И помогите нам боги, чтобы интерес у матушки Лакара был настоящий.

– Поддерживаю, – и тонкая фигура прорицателя ушла наверх.

– Мы тоже пойдем, – грифон и сирена-джинн, тихо перешептываясь, пошли на третий этаж.

– До утра, – махнул на прощание лапкой песец.

– Вы уверены, что все получится, – один рыжий лис стоял напротив кресла главы.

– Твоя интуиция? – он внимательно осмотрел однокурсника.

– Вопит, – тряхнул головой Кармир Макрайр.

– Просветишь? – в отличие от остальных, вампиру требовалась всего пара часов сна.

– Принц нас всех утянет на дно, – поежился оборотень, – и сама бездна нам покажется райским местом с дивными созданиями.

– Я тоже так считаю, – тяжело признался черноволосый, – но не могу выкинуть ее за шкирку.

– Нет, – странно загорелись желтые глаза. – Принцесса тут на своем месте.

– Тогда посмотрим, что будет, – кровожадно розовый язык прошелся по белоснежным клыкам.

– Главное – не опоздать, – собеседник вздрогнул от увиденного жеста.

– Иди спать, – махнул рукой вампир, – до завтра мир не рухнет.

– Тогда до утра, – и последнего из членов Братства Ночи сдуло из гостиной.

Только одинокий вампир с тяжелыми думами смотрел в ночное небо и перебирал в голове, что такого невероятного для них готовит судьба, раз даже ему, почти бессмертному существу, так неспокойно и неуютно.


Глава 6

Проснулась, несмотря на все волнения, я вполне бодрой и счастливой. Голова лишь едва заметно отдавала болью в виске, но с этим можно было мириться. Форма академии висела на мне как на вешалке, пришлось вспоминать бытовые чары и подгонять ее по фигуре. Вряд ли мои сожители вообще поймут, в чем соль, но слушать комментарии от той же Ваталистии, не хотелось.

Спустившись на кухню, я обнаружила дымящуюся чашку с чаем и круассан под чарами консервации. Также к холодильному шкафу была прикреплена записка, нацарапанная неряшливым кривым почерком. Разобравшись в неровных строчках, все же смогла понять, о чем мне в ней упорно пытаются сообщить.


“У первого курса сегодня нет первой пары, можешь не торопиться. Но к полудню явись в зал приемов, там всех познакомят с куратором, и распределят по группам. Тебе это, конечно, не грозит, но сходи ради приличия. Новости у меня не особо радостные. Ваш куратор – сама Регина Люмер.

С ее сыном познакомишься через неделю, учится с нами же. Но если слухи не врут, держись к нашей ведьме поближе, рядом с ней безопаснее всего. Про твоего проблемного поклонника мы пока ничего не узнали, но не переживай, вряд ли ему известно о твоем титуле.

С привидением ты, наверное, уже познакомилась, раз обладаешь пеленой смерти, но все же предупрежу, не слушай бредни этого сумасшедшего, он еще два столетия назад тронулся окончательно. Все твердит про гарант мира и нелепую смерть. Бред, да и только. Темный ковен уже давно в курсе был бы такого грандиозного события.

К ректору лучше не приближайся. Он не сильно любит Регину и всех теоретиков вместе взятых. Считает, что мы бездарно занимаем здание и преподавателей. Хоть и побаивается миссис Люмер, но подкинуть ей свинью готов хоть каждую минуту.

Как только узнаешь собственное расписание, найди кого-нибудь из нас. Мы постараемся не оставлять тебя одну, а по возможности прикрывать. Сейчас я не могу сказать точно, что вообще происходит, но магический фон нестабильный, и в защитной сети есть непредвиденные бреши. Будь внимательна, и не показывай больше, чем должна”.


Отложив странное послание, я отпила обжигающего кофе и задумчиво посмотрела в стену. Как-то все неправильно у меня пошло, наперекосяк. Хотела тихой и мирной жизни в академии, прикинувшись обычным теоретиком. А получила целый кавардак событий, с которыми только предстоит разобраться и решить, что делать.

Как и сказал призрак, в отличие от живых, он не мог обмануть меня – ту, которая контролировала пелену смерти, а вот живые лгут постоянно. В голову назойливо забегала мысль, что от Братства Ночи надо как-то спасаться. Правда или нет, я пока не знала, но предпочитала не рисковать понапрасну собственной головой.

Стать предметом интереса грозной ведьмы в данном случае было меньшим из проблем. Регина на самом деле могла защитить меня и добиться моего нормального обучения. Даже просто из женской солидарности. Обычно нас не пускали в науку и магию. Таких, как Регина, в спину поливали грязью и предполагали, кто из ближайшего окружения написал за нее очередную работу.

Скорее всего, именно по этой причине она и заступилась за меня перед приемной комиссией. Что касается ректора, я ни минуты не сомневалась, что Регина ему как кость в горле. Своенравная ведьма, которая превратит тебя в кровавое месиво, даже не поморщившись. Королева драконов была той еще занозой в мягком месте. Ее бюст торчал из всех заметных военных конфликтов. Будь то примирение или ожесточенный бой, она не гнушалась ничем.

И вот с такой дамой я бы поработала, если бы не боялась ее до синих пятен перед глазами. Если уж я студентов в бездну за прогулы отправляла, то куда она их закидывает? Тот еще вопрос, причем очень и очень страшный. Знать ответ на который я не хочу.

Медленно перевела взгляд на часы, они показывали без четверти полдень. Я слишком глубоко задумалась и не заметила, как отведенное на отдых время подошло к концу. Схватив со стола собственную сумку с вещами, рванула в душный полуденный зной, который неприятно лип к телу. Форма, состоящая непонятно из чего, мгновенно прилипла к спине и пропиталась тяжелым влажным воздухом, холодя даже в жгучую жару.

Зал, в котором нас собирали, находился почти на другом конце академии. Мчаться мне пришлось галопом, чтобы успеть к назначенному времени и не опозориться окончательно и бесповоротно. Часы показывали без двух минут, когда я, запыхавшаяся и взмыленная как лошадь, забилась в наш серый угол, и попыталась мимикрировать под обивку кресла.

Часы на главной башне отбили полдень, и огромные двустворчатые двери закрылись с оглушительным хлопком. Из-за них доносились растерянные голоса тех, кто не успел зайти в зал до полудня. Хорошо, нас хотя бы дисциплине обучили в Школе Святой Ердидид. Болтать около зала я себе не позволяла.

Пошарив глазами по залу, поняла, что он заполнен на две трети от расставленных стульев в секторах. Значит, первый отсев уже прошел. Свет резко потух, и среди студенческого моря прокатилась волна перешептывания. Похоже, большая часть присутствующих – выпускники Императорской Академии, прекрасно знающие друг друга.

Свет начал медленно и томительно играть на сцене, и в его круглом пятне возникла стройная фигурка с пышными формами. Шоколадные глаза строго обвели зал, и повисла гробовая тишина, такой даже наш преподаватель по спортивной борьбе добиться не мог. А тут один взгляд – и все, словно кролики перед удавом, замерли и раскрыли рты.

Я тоже притихла. Внимательно начала вглядываться в происходящее на сцене. Не особо мне верилось, что одним взглядом все ограничится. Я оказалась совершенно права, волна сырой силы прокатилась по студентам, пригвождая их к стульям. В последний момент я сумела скатиться на пол и прикрыть голову. Переждав, осторожно выглянула из укрытия и обнаружила еще три головы, смотрящие вопросительно и непонимающе.

Регина же только улыбалась и загадочно поигрывала тонкой тростью. Приготовившись к очередной атаке, я поглубже вжалась в пол, и наблюдала за сценой в щель между креслами. Профессор будто не собиралась нас атаковать, напротив, она словно расслабилась. Но я-то прекрасно видела, как перекатываются тренированные мышцы на руках.

Осторожно улыбнувшись и прищурив свои шоколадные глаза, леди послала еще одну магическую волну, и меня фактически пронзила паника. Но инстинкты сработали быстрее, и я уже сидела с ногами на стуле, не касаясь пола, что теперь был покрыт изморозью оков льда.

– Замечательно, – Регина улыбалась, – кто из вас троих из Святой?

Мы дружно подняли в воздух руки. Кто был третьим в нашей компании с бывшим моим студентом Тавитиром, я не знала. Но предполагала, что меня этот парень также знает. У всех десяти курсов, с которых он мог быть, я читала лекции.

– Печально, господа студенты, – женщина скривила пышные губки, – что только далеко набожная школа преподает своим студентам основы техники безопасности и вколачивает в их головы инстинкты самосохранения. Весь остальной зал уже мертв и давно покоится в гробу. Скажите спасибо, что это только тест, а не первоначальное задание. Вы трое, можете слезать, больше атак не будет, на сегодня я развлеклась. Остальным скажу, будь моя воля, выгнала вас взашей. Ну что это за боевики, которые мертвыми валяются у ног единственного теоретика в нашей компании! Позор, да и только. Спасибо Ердидид за двух одаренных боевиков, с мадам из заднего ряда знакомы?

– Да, – гаркнули в полную мощь своих легких два справившихся парня.

– Позвольте узнать откуда? – леди ехидно посмотрела на нас.

– Эм, – две пары глаз уставились на меня.

В каких бы равных условиях мы сейчас ни были, а полеты в бездну под сильнейшим ядом они точно не забыли.

– Я их бывший профессор, – склонила голову, сидя с поджатыми ногами.

– Так эта девица не соврала? – удивленно вскинула бровь Люмер.

– Нет, – в один голос отозвались два бывших студента Святой Ердидид.

– Любопытно, – она склонила голову набок. – Поведайте-ка мне, студентка Ватрлайт, почему эти двое боятся на вас смотреть?

– Я не любила, когда прогуливали мои пары, – гулко сглотнула. – И у них мышечная память работает просто замечательно, напоминая, каковы последствия лишнего сказанного слова.

– Занимательно. И по виду этих несчастных, – леди усмехнулась, – очень не любили. Итак, господа студенты, не будем брать тех неудачников, что вообще не пришли на наше с вами собрание, а поговорим о всех неудачниках, что сидят передо мной. Представьте хоть на мгновение своим жалким подобием мозга, что это было настоящее нападение? Нет, нигде не екнуло? А очень и очень зря. Наша троица из набожной школы ужаснулась, и правильно сделала. Вы все потенциальные защитники своей родины, страны и целой кучи народу, который вы успешно похоронили, не увидев атаку врага вовремя. Заметьте, тот единственный, кто пригнулся, слишком рано расслабился. Остальные же столь беспечны не были. До последнего не отпускали концентрацию и ждали следующую подлянку. Признаться, успеха ждала только от нашей леди теоретика, но, оказывается, есть еще два дарования, которые воспитывались в тех же стенах. Посему радуйтесь, что вашим куратором буду я. К концу пятого курса вы станете идеальными представителями магического сообщества. Можете расходиться, и передайте тем несчастным за дверью, что их ожидает двойное наказание вместо простого, которое ждет всех, кроме сдавших первый тест.

Зал зашевелился, и мгновенно повисла гнетущая тишина, которую можно было потрогать онемевшими пальцами. Куда я попала? Хотелось схватиться за голову и пару раз приложиться ею о ближайшую стену. Я думала, что ужаснее нашей родной школы быть ничего не может. Как выяснилось, одна ведьма с точеной фигуркой способна переплюнуть полный штат профессоров со степенями в убийствах и нелегальной деятельности.

Я медленно и бочком попыталась незаметно выбраться из импровизированного ада на земле. Но фокус, как говорится, не удался. Это я поняла по насмешливому взгляду карих глаз нашего куратора на ближайшие пять бесконечно долгих лет.

Всхлипнув, поймала сложенный втрое лист с расписанием и сбежала самым позорным образом. Я не могла и дальше смотреть в хитрые шоколадные глаза. Ведьма меня пугала до чертиков. Если мне придется общаться с ней дольше, чем одну пара, я боюсь, сбегу к жениху. Его хотя бы через пять лет убить можно, а забеременеть мне не дадут артефакты, которые зашью себе под кожу на животе.

Нахмурившись, я перевела сбившееся дыхание и опустила глаза на дрожащий в моем кулаке лист с расписанием на ближайший год. Едва не поседела от волнения. Три из двадцати предметов у меня были с четвертым курсом боевиков, на котором училась моя злополучная проблема в виде принца и его первой шпаги империи.

Вот это я точно попала. Начала вчитываться в корявые строчки, поняла, что все предметы будет вести профессор Регина, и страх немного поутих: на ее занятиях точно нет хождений по аудитории и лишних разговоров. У меня есть все шансы дожить до конца года и не попасть под ясные очи второго принца Светлой Империи.

О чем там меня просила мужская часть нашего жилища на ближайшие годы? Найти их и сообщить расписание. Ничего, подождут, сейчас мне надо подать заявление на восстановление банковского счета, а то не хочется и дальше ходить оборванкой.

Кивнув собственным мыслям, я побрела в сторону административного корпуса, заодно анализируя предметы, которые предстоит изучать в ближайшие месяцы. Ничего нового и сверхсложного не было, все упиралось в группы, которые мне попадутся. Потому что, если судить по первым курсам всех направлений, ловить там нечего. Профессор только по боевке прошлась, которая вообще-то должна быть всегда на стреме, а остальных так, нежно приласкали общими фразами. Тем же медикам тоже надо держать удар на поле боя, но не все туда стремятся.

Странный шепот привлек мое внимание. Накинув легкий морок, я подкралась к темной нише. Днем в таких местах не решают, что взять на обед.

– Что там за теоретичка появилась? – шипел визгливый женский голосок.

– Говорят, графиня, – ответил ей более приятный и журчащий тембр.

– Да хоть принцесса, – снова взвилась первая. – Почему Варелд вообще на ней зациклился? Он должен был со мной идти на осенний бал открытия. А теперь я слышу, что он по всему первому курсу ищет тех, кто знаком с этой неизвестной деревенской выскочкой.

– Это не значит, что он ее найдет, – хрипло отозвался еще один голос.

– Надеюсь, – мне не понравилось, как это прозвучало.

– Не беспокойся, – вновь заговорила вторая. – Не думаю, что она сможет его заинтересовать достаточно сильно. Ты на это почти три года потратила, а тут всего первогодка.

– Говорят, она Лардара на лопатки уложила во время отборочных испытаний, – третья, если судить по голосу.

– Первую шпагу империи? – воскликнули одновременно обе девицы.

– Из-за этого ее и ищут, – отозвалась с хриплым баритоном.

– Тогда она не должна помешать нашим планам, – и голоса загадочно стихли.

Я отпрянула, мгновенно исчезла от ниши. Так, надо срочно писать заявление. До помещения банка я почти стрелой летела. Заявление заняло еще час, и вымотанная, я доползла до собственной комнаты. Думать не хотелось, голова была тяжелая, уставшая. Махнув на все рукой, я завалилась спать. Кому надо будет, тот разбудит.


Глава 7

Стоило мне приоткрыть заспанный глаз, как я поняла, почему чувствовала себя так некомфортно. Вампир серьезно и обиженно смотрел на меня своими красными глазами. Похоже, он мысленно уже оторвал мою многострадальную голову и сжег ее в камине.

Приподнявшись на локтях, я посмотрела на него и нагло отвернулась, с головой накрывшись одеялом. Нечего тут на меня глазами сверкать и дуться. У меня тоже могут быть свои душевные неурядицы. Такие, как внимание одной жуткой ведьмы, а также не в меру огромная заинтересованность со стороны принца светлых и его ручного монстра со шпагой наперевес. И я не знаю, кого боюсь больше из этой компании.

Говорить не хотелось, да и думать, признаться, тоже, но буравящий взгляд в спину не позволял обратно погрузиться в цветастый мир снов и красивых картинок. Пришлось все же разворачиваться и в упор смотреть в два горящих праведным огнем глаза.

Разговаривать с парнем было превыше моих сил, но выражение на лице вампира красноречиво давало понять, что сейчас он убьет мой мозг и вытянет через трубочку. Странный садистский блеск заставил поежиться даже легендарную выдержку темных герцогинь. Не хотелось мне сейчас с ним наедине находиться в пустом доме с привидением. Передернув плечами, я все же поднялась и, слегка пошатываясь, прошла до свободного стула, на который и рухнула.

Тяжелое молчание, не переставая, давило на плечи, не давая возможности отвести взгляд от горящих алых глаз. Подперев щеку кулачком, я сделала умиленную гримаску и стала ждать ответной реакции от вампира. Она, к моему сожалению, не последовала, оставив его черствое и мертвое сердце равнодушным к моей неземной красоте. Шутки шутками, но что он тут забыл?

– Долго собираетесь сидеть? – все же нарушила гнетущую атмосферу.

– Пока ты не объяснишь мне, – его зрачки пугающе сверкнули, – чем ты занималась сегодня, что даже элементарную просьбу не смогла выполнить? Или найти нас так сложно?

– Начну с того, – загнула я палец с ярко-синим маникюром, – что вы меня не предупредили. Первое вступительное испытание было ненастоящим, и сегодня мы будем его проходить. Во-вторых, прыгать от магии Регины Люмер мне удовольствия не принесло. В-третьих, быть выставленной на всеобщее обозрение тоже не понравилось. В-четвертых, узнать, что интерес принца к моей персоне кому-то в чем-то там мешает – так себе удовольствие. И под конец, восстановить собственную банковскую книжку морока побольше, чем попасть сюда.

– А поподробнее, – наконец-то вампир перестал убивать меня взглядом.

– Куратор первого курса решила проверить нашу подготовку, – начала рассказывать я. – Сперва по залу шандарахнуло поверхностной оглушающей волной, повезло четверым, которые рухнули на пол. Потом она послала по полу изморозь Гавриила Светлейшего. Как понимаешь, из четверых условно выжили трое. Все из Святой Ердидид. Я, Тавитир и последнего я особо не рассматривала, но лекции у него читала. Нас ласково похвалили, опустив ниже плинтуса весь остальной зал и тех, кто не успел до двенадцатого боя часов. Было не очень приятно сидеть под перекрестным огнем ненавистных взглядов. Как так теоретик уделала даже боевку и некросов.

– Регина в своем репертуаре, – простонал Ларатирадираст.

– Тогда почему не сказали, – захотелось наорать на главу Братства Ночи.

– Никто точно не мог предсказать, что конкретно она может выкинуть, – пояснил он мне.

– Но могли бы хоть намекнуть, – я покачала головой, – чтобы сидела и не высовывалась.

– Это да, – понял он мой намек. – Прости, действительно наша ошибка.

– Дальше мой поход до отделения банка, – продолжила я, – в результате которого неожиданно узнала, что мешаю чьим-то коварным планам по захвату в плен Его Высочества Варалда Кастарадиса. Какая-то мерзкая девица три года старалась привлечь его внимание, а он ей в походе на бал отказал, сославшись на заинтересованность во мне. Вот теперь сиди и ломай голову над его поведением. Нажитых врагах, в которых я не заинтересована. И самое обидное, что непонятно: то ли я ему под руку подвернулась, как красивая ширма, то ли на самом деле у него есть заинтересованность во мне любимой.

– Необычный поворот, – тут даже бессмертного проняло, – не ожидал от светлого принца ничего подобного. Больше тебе подходит, как темной принцессе. Хотя если посмотреть на уровень жизни, то вы явно в приоритете у местного населения, в отличие от правящей семьи Светлой Империи. Надо будет узнать, что задумал принц в отношении тебя.

– А с балом что делать? – припомнила еще один странный факт.

– Осенний бал открытия, – вампир скривился, – главное торжество всех боевиков в академии, от их мундиров в глазах рябит. Мой тебе совет, хватай Сасирога под ручку и тащи на бал. Как ты поняла, он тоже состоит в Братстве. В теоретики мы его ну никак не могли записать, потому все сошлись на идее, что он нам вполне сгодится в качестве бесценного источника информации.

– Его нельзя пропустить? – не хотелось мне тащиться на помпезное мероприятие.

– Нет, – обрадовал меня вампир. – Там вас всех официально посвятят в студенты. Именно с того момента вы будете окончательно потеряны для всего мира.

– Пока не пройдет бал, – закралась страшная догадка, – отец может выкрасть меня?

– Нет, конечно, – рассмеялся почти бессмертный. – Но он может найти достойный предлог, чтобы потребовать твоего возвращения домой.

– Час от часу не легче, – я вздохнула. – И когда произойдет столь знаменательное событие?

– Через две с небольшим недели, – отозвался парень. – За этот срок у всех новичков есть время передумать и сбежать. Как ты, наверное, уже поняла, все старшекурсницы успели обзавестись шикарными платьями и украшениями. Бедным первокурсницам придется краснеть и бледнеть на их фоне. Ты как это переживешь? Или лучше украсть у кого-нибудь подходящий наряд?

– Не стоит, – остановила я его. – У матери попрошу, она к концу недели пришлет почтой.

– Ты в это веришь? – вздернул он бровь в жесте недоверия.

– Я – темнейшая герцогиня, – тут в позу встала уже я, – и ты прикажешь мне появиться на балу в обносках? Нет, мой хороший, – мои глаза полыхнули, – я приложу все усилия, но войду в танцевальный зал в самом шикарном платье. Передай своему ручному огневику, что его костюм тоже пришлют. Еще не хватало из-за него опозориться.

– Боже, вот женщины, – взвыл клыкастый парень. – Я и забыл, что вас нельзя принижать. Ты теперь из кожи вон вылезешь, но докажешь, что богаче, краше и умнее во всем мире нет.

– Правильно думаешь, – не стала отпираться и переубеждать его.

– Зачем я вообще тебе это сказал? – задал он чисто философский вопрос.

– Поверь, лучше так, чем опять сюрприз, – усмехнулась про себя.

– Что с твоим расписанием? – быстро сменил он тему разговора.

– Почти все хорошо, кроме трех пар у профессора Люмер с боевиками четвертого курса.

– Принц, – глава Братства Ночи сразу же понял, о чем я.

– Он самый, – я печально кивнула головой.

– Ладно, пойду поговорю с ребятами, – он махнул рукой. – Может, чего-нибудь придумаем.

– Хорошо, – отозвалась со стула, – а я пока с родителями поговорю.

– Королю привет, – и дверь моей комнаты захлопнулась.

Стены моих владений покинули все лишние личности, и я тихо выдохнула и разжала сцепленные пальцы. Меня едва заметно накрыло паникой и чьим-то эмоциональным влиянием. Я так поняла, это была очередная проверка. Неприятно, но ожидаемо. Им меня охранять, и если объект совсем мертв, то тут не поможет ни один некромант.

Поэтому они были в своем праве узнать, насколько хорошо я могу отражать магическое воздействие. Темная магия во мне была в достаточном количестве, об этом я рассказывать не собиралась. Оставила единственный козырь в рукаве. Должны быть у каждой девушки свои маленькие секреты. И свой я рассказывать не собиралась даже будущим членам темного ковена. Прикрыв глаза, вздохнула и поднялась. Потянувшись до хруста, размяла затекшие мышцы.

Я действительно заранее знала о бале и подготовила платье, оно хранилось у мамы и ждало отмашки для отправки ко мне. Это был поистине грандиозный проект. В этом сезоне в Светлой Империи пользовались особой популярностью платья будто из старинных сказок. Огромные, массивные и тяжелые даже на вид. Мне они не нравились, и я распорядилась сделать все наоборот.

Верх платья состоял из ткани, идеально подобранной к тону моей кожи, и черной ручной вышивки в области груди и по рукавам. Все это создавало иллюзию полной обнаженности и тончайшего кружева, закрывающего самые пикантные места. Мастериц едва удар не хватил от такой мысли. Только позже мне рассказали, что маменька заказала себе слитный боди и пару комплектов белья в той же технике. Бархатная юбка в пол создавала обманчиво закрытый образ, словно компенсируя шаловливый верх. Но стоило мне сделать шаг, и два разреза открывали ноги до самых бедер.

Губы растянулись в мечтательной улыбке. Я уже была в нетерпении, так сильно хотелось примерить свое черное платье с незабываемым фасоном. Утереть нос всем несведущим девицам, которые вздумали точить на меня зубы. Если после этого вечера отец до меня уже не доберется, то лети оно все к демонам в ад. Мне надоело жить тише церковной мыши.

Светлой я не была, а бумажную формальность как-нибудь могла пережить. Пусть мне хоть кто-то скажет, что в приличном обществе себя так не ведут. Еще как ведут, особенно, если ты темная герцогиня и будущая опора всего Темного Королевства. С этим вряд ли смогут поспорить.

Как бы светлые не кичились мирным договором, но даже слова не посмели сказать матушке, когда около дома графа Ватрлайт остановилась черная карета с фамильным гербом. Один только странно крякнул под увесистой рукой моего деда. Артефактор-кузнец – это вам не девица хрупкой наружности, с таким вряд ли поспоришь, зашибет и не заметит.

Достав карманное зеркальце, я щелкнула кольцом по крышке. По верхнему зеркалу побежала рябь вызова. Далековато, но я надеялась, что сигнал достигнет зеркала мамы и свое платье я получу в назначенное время.

– Что случилось, крошка? – передо мной была родительская спальня и взволнованные зеленые глаза папы.

– Папуль, а где мама? – поискала глазами родительницу.

– В душе, – догадалась взглянуть на часы. Половина одиннадцатого, неплохо я поспала.

– Передашь ей, – умиленно посмотрела на папу, – что мне через две недели понадобится бальное платье.

– То безобразие? – усмехнулся король темных фей. – У нас теперь половина двора обсуждает новинку моды.

– Дочка, – мама птичкой впорхнула в зеркало, – я так рада тебя видеть. как первый день учебы?

– Его еще не было, – мое сердце сжалось. – У нас только знакомство с куратором случилось.

– Кто попался? – папа сел на пуфик и утянул маму себе на колени.

– Регина Люмер, – вновь по моей спине прошлись мурашки.

– Жена императора драконов? – поняли меня родители. – Непростая ведьма, но если ей понравишься, будешь жить не хуже, чем дома в замке.

– Меня уже просветили, – я почесала макушку. – Оказывается, ее сын учится со мной на факультете, только на пятом курсе. Приблизительно я представляю, чего от нее ожидать.

– Лакар – неплохой мальчик, – кивнула мама, – на три года тебя старше. Единственный ребенок у правящей династии. Правда, отец хотел его охранять, как величайшее сокровище империи, но с такой мамой это невозможно. Закончил, как и ты, Святую Ердидид, только версию для драконов. Регина не скупилась, гоняя сына до потери сознания.

– Не в этом суть, – мой голос стал суровей. – В меня тут принц светлых нечаянно то ли влюбился, то ли как ширму решил использовать.

– Младший? – родители подались к зеркалу.

– Нет, второй принц, первый сын второй императрицы, – объяснила я взволнованным родителям.

– Не советую, – папа стал суровым королем.

– Я понимаю, – не совсем я была бестолковой, – если секрет раскроется, быть беде.

– Не в этом дело, – отмахнулся король. – Могу хоть сейчас телеграмму отправить, объясняя всю правду. Меня этот мир не особо волнует.

– Тогда что? – звучали слова папы очень подозрительно.

– Вторая императрица пришла к власти, убив первую на дуэли чести, – я аж вздрогнула. – Она почти триста лет была любовницей императора и лучшей подругой умершей от ее руки императрицы. Коварнейшая особа, жаждущая власти. Если ее первый сыночек сбежит с тобой, боюсь, война разразится похлеще той, чем если я сейчас отправлю телеграмму. Не знаю, чем ты его привлекла, но держись подальше. Не хочется разгребать проблемы там, где их не предвиделось.

– Не сомневайся, – я улыбнулась. – Сделаю все, чтобы фанатки принца не подпускали его ко мне и на огненный фаербол.

– Мы рассчитываем на тебя, – мама просияла вдохновляющей улыбкой.

– Платье, умоляю пришли мне платье и подходящий к нему мужской костюм для накаченного боевика, – прикрыла я глаза.

– С кем-то уже познакомилась? – мамой завладело любопытство.

– Ага, из Братства Ночи, – интерес мгновенно сполз с лиц родителей.

– Тогда кто из этих оболтусов? – папа не стал скрывать истинного мнения.

– Сасирог Тавитир, – я тоже не видела смысла во лжи.

– Тогда через неделю все будет у тебя, – родительница расцвела от нежного поцелуя за ушком.

– Спокойной ночи вам, – послала родственникам воздушный поцелуй.

– И тебе, доченька, – воображаемо меня расцеловали в обе щечки.

Зеркало потухло, а я рухнула на постель. Погрузилась в вереницу собственных мыслей, увлекшись которыми, вскоре уснула.


Глава 8

Первый день учебы меня сильно волновал. Мало того, что придется заниматься с разными группами, я еще и отвыкла от роли студента. Почти четверть века в качестве преподавателя подчистили в моей памяти смутные воспоминания о партах и конспектах.

Сдвинув брови к переносице, я еще раз проверила, как сидит форма и имеются ли в наличии все необходимые вещи в наплечной сумке. Сверившись с расписанием, потопала на встречу с пятым курсом лекарей, у которых как раз начался курс по трансмутации ядов при взаимодействии. Тема, близкая к моим научным работам, и от того полностью для меня бесполезная.