Другая Ева
Джессика Фальковски

© Джессика Фальковски, 2021

ISBN 978-5-0053-9274-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Джим Торп, Пенсильвания

Ева бежала что есть сил, задыхаясь и спотыкаясь о сухие ветки, то и дело встречающиеся на пути. «Куда дальше? Направо? Налево? Или может стоит продолжать двигаться вперёд, никуда не сворачивая?». Эти мысли одолевали её, всё то время, что она пыталась скрыться от своего преследователя. «Я не хочу умирать! Не хочу! Только не сейчас! Чёрт, я ведь даже не знаю толком, где нахожусь!». Вокруг были лишь деревья, пахло сыростью и изредка пролетали одинокие капли дождя. «Что ж, возможно, он сможет стать моим союзником на какое-то время, заглушая звуки моих шагов. Но в этой ситуации есть и обратная сторона-если дождь в скором времени не прекратится, я скорее всего просто замёрзну. От холода силы постепенно покинут меня, и я не смогу двигаться дальше. А мне нужно продолжать свой путь во что бы то ни стало, если я хочу жить».

Впереди, сквозь деревья и заросли кустов, пробивался свет, пролегающей мимо трассы. «Значит, лес заканчивается. Осталось продержаться совсем немного, а там, я смогу позвать кого-то на помощь». Расстояние стремительно сокращалось. Ева уже видела проезжавшие мимо машины, и силуэты редких придорожных построек. «Не останавливаться, только не останавливаться!». Она повторяла про себя эти слова, словно заклинание, бросив остаток сил на последний, решающий рывок. Как вдруг, тишину ночи пронзил крик боли, и девушка упала на землю, хватая руками прелые влажные листья. Только сейчас, она осознала, что даже не помнит, где потеряла свои туфли, ведь всё это время передвигалась босиком. Опираясь спиной о толстый ствол дерева, она постаралась разглядеть свою ногу, которая теперь была перепачкана кровью и грязью. «Здесь столько острых камней и веток». На стопе зияла довольно глубокая рана, но самым неприятным было то, что она сильно кровоточила, и если её не перевязать, последствия могут быть не самыми приятными. Вслед за этим, пришло н менее пугающее осознание того, что бежать она теперь тоже не в состоянии, а значит, счёт пошёл на минуты, до того момента, когда её догонит тот ненормальный. Мысли лихорадочно метались в голове, пытаясь придумать план спасения, но натыкались лишь на неизбежный исход этой ситуации. «Неужели, всё кончено, и теперь он убьёт меня? Неужели, я действительно умру так, в этом лесу, истекая кровью?». Попытка встать, не увенчалась успехом, и волна боли в очередной раз захлестнула её, заставив вскрикнуть. Ева прикрыла рукой рот, чтобы не закричать. Обхватив рукой колени, она сидела на холодной земле, тихонько поскуливая, и растирая по лицу слёзы, вперемешку с грязью. «Мне конец. Кажется, я уже слышу его шаги. Скоро он придёт за мной и всё закончится здесь». Ева принялась раскачиваться взад-вперёд, то и дело оглядываясь по сторонам. Сейчас, даже её учащённое дыхание, казалось ей оглушительно громким. Страх способен принудить человека к действиям и поступкам, которых он сам от себя не ожидает. Но Еву он заставил проявить всё своё мужество и силу. Превозмогая боль и отчаяние, она сумела подняться на ноги, и предприняла попытку продолжить свой путь настолько, насколько сумеет. Даже если из этой затеи ничего не выйдет, ей будет не так обидно умирать, зная, что она по крайней мере попыталась побороться за свою жизнь.

Каждый шаг давался с трудом. Одной рукой она опиралась о ствол дерева, другой- помогала переставлять раненную ногу. Это была борьба с самой собой, так как ей казалось, что она движется на месте. Позади неё послышался какой-то шорох, и спустя мгновение она в очередной раз полетела на мокрую почву. Но на этот раз причина была не в препятствиях на пути, а в крепких и сильных руках, схвативших её и прижавших лицом к земле. Последнее, что она помнила это запах прелых листьев, мха и влажной древесины. Дождь капал ей на лицо, смешиваясь со слезами.

*****

Ева Паунэлл

Наши дни

Я сидела в кабинете доктора Габриэллы Райт-известного специалиста в области психологии, которая зачастую бралась за самые непростые случаи. Одним из таких случаев я и была сегодня. С момента того ужасного происшествия в лесу, прошло уже почти две недели, но я до сих пор, так ничего и не вспомнила. Кто напал на меня? Зачем? Почему? Все эти вопросы по прежнему оставались без ответа, и постепенно я начинала сомневаться в эффективности наших сеансов. К тому же, вся эта обстановка вокруг, ужасно давила на меня, не давая возможности хоть на минуту расслабиться и сконцентрироваться на чём-то конкретном. Словно в подтверждение моих мыслей, взгляд скользнул на метроном, стоящий на столе.

– Выключите его, пожалуйста.

Доктор удивлённо посмотрела на меня.

– Вы уверены?

– Да, я не могу нормально думать.

– Странно, обычно он помогает вам настроиться.

Я вздохнула, сложив скрещенные руки на коленях.

– Сегодня он мешает мне.

Она кивнула, остановив стрелку метронома лёгким касанием руки.

– Так лучше?

– Значительно.

– Итак, Ева, постарайтесь сконцентрироваться на том недалёком октябрьском дне, воскресенье, когда всё произошло. Где вы были до того, как оказаться в лесу?

Откинувшись на спинку дивана, я сидела в непроизвольной позе, глядя куда-то в окно.

– Я ведь уже отчала на этот вопрос, и ответ был-не помню. За последние двадцать минут ничего не изменилось.

Мне показалось, что у доктора Райт, тоже понемногу начинают сдавать нервы, хотя это и не должно быть ей свойственно. Возможно, она просто устала, и как и я хочет поехать домой, вместо того, чтобы сидеть здесь со мной, и в сотый раз повторять одни и те же вопросы.

– Миссис Паунэлл, если вы сами не захотите помочь себе, мои старания окажутся напрасными. Для того, что понять, что же в действительности случилось с вами в ту ночь, мы должны работать вместе.

Пока она говорила, я невольно засмотрелась на неё: высокая, стройная брюнетка, с идеальной фигурой и проницательными карими глазами. Интересно, что такая красотка посчитала примечательным в столь нелёгкой и нервной работе? Она вполне могла стать фитнес-тренером, дизайнером модной одежды или даже актрисой. Почему именно психотерапевт?

– Ева, вы слушаете меня?

Я согласно кивнула.

– Да, просто отвлеклась немного на собственные мысли. Извините.

Доктор Райт внимательно смотрела на меня.

– Какого рода эти мысли? Есть что-то, что беспокоит вас?

– Нет, думаю это просто усталость.

Она понимающе произнесла:

– Хорошо, в таком случае, я задам вам последний вопрос, и на сегодня мы закончим. Идёт?

Я снова кивнула.

– Скажите, миссис Паунэлл, вам не кажется временами, будто вы начинаете вспоминать какие-то детали? Возможно, они переплетаются с чем-то что происходило ранее, наслаиваются друг на друга?

Задумавшись, я принялась анализировать все свои воспоминания и чувства с ними связанные. Всё, что интересовало меня, или просто внезапно приходило в голову. Что мешало уснуть. Но ничего такого, чем бы я могла помочь следствию так и не находила. Казалось, теперь, вся моя жизнь уложилась в эти злосчастные две недели, и всё что было «до», перестало существовать в один момент. Я стала человеком без прошлого, смутно воспринимала настоящее и до ужаса боялась будущего. Тень, нависающая в ту ночь в лесу надо мной, всё ещё преследовала меня в ночных кошмарах, и я то и дело просыпаясь в холодном поту, снова и снова шла осматривать дом. Не помогали ни таблетки, ни психотерапевт, ни современная система сигнализации- страх уже поселился в моей голове, и я не знала, как заставить его покинуть меня.

– Ничего нового, я к сожалению не помню, – тихо проговорила я, глядя прямо перед собой. – Но если что-то вдруг придёт на ум…

– У вас есть мой номер. Вы можете позвонить мне, в любое время.

И распрощавшись с доктором Райт, я поспешила покинуть этот кабинет, одним своим видом навевающий мысль о том, что от столь затянувшегося неведения зависит моя собственная жизнь.

*****

Я шла по улице, наслаждаясь видами городка Джим Торп, который со всех сторон обступили горы, поросшие лесом. Приехав сюда из Калифорнии, вслед за своим мужем, я сначала думала о том, как невыносимо буду тосковать здесь, в провинции. Но спустя полгода, моё сердце полностью оттаяло, и я абсолютно и бесповоротно влюбилась в это место. Раньше город носил название Мач-Чанк, был центром угледобычи, и в буквальном смысле слова – процветал. Но, со временем, потребление угля резко сократилось, и экономика города сильно пошатнулась. Однако, даже не смотря на это, Джим Торп всё равно остаётся невероятно уютным, красивым и атмосферным местом, которое подкупает всеми вышеперечисленными качествами не только туристов, но и местных жителей. Джим Торп—их гордость и наследие, перешедшее от предков. Теперь это и мой дом, поэтому, я вряд ли вернусь назад, в Калифорнию. Недавнее происшествие, словно волна прокатилось по нашему городку, где новости разлетаются моментально (оно и неудивительно, учитывая, что численность населения, слегка недотягивает до пяти тысяч человек). Надеюсь, после всего случившегося, я смогу остаться.

Больше всего на свете, я сейчас нуждаюсь в тишине и покое. Но, пока полиция не найдёт убийцу моего мужа Джейка, об этом можно забыть. Они и так, без стеснения наносили мне визиты чуть ли не каждый день, до тех пор, пока к делу не подключилась Габриэлла Райт. Теперь, все мои показания и записи бесед, она передавала детективу для обработки данных. Естественно, с моего письменного согласия.

Их настойчивость в расследовании этого дела, я понимала. В таком маленьком городке вроде этого, новость о внезапно появившемся маньяке-убийце, способна наделать много шума, а так же посеять никому не нужную панику. Всё чаще я стала замечать, как соседи запрещают своим детям выходить на улицу без спроса, а так же разговаривать с приезжими. В каждом туристе они уже видели потенциального преступника. Что может быть хуже этого?

Нога, раненая в лесу, всё ещё болела, отчего я до сих заметно прихрамывала. Погода начинала резко портиться, и с гор налетел прохладный ветер, принося с собой запах сырости и прелых листьев. На дворе стоял октябрь, та самая прекрасная пора, когда осень не скупится на яркие краски, а захватывающие дух виды из окон поездов, так и манят туристов. Именно в это время их съезжается как никогда, много. Каждый хочет увидеть своими глазами то, как город утопает в роскоши золотых и медных оттенков, как горы из изумрудно-зелёных, превращаются вдруг, в лавины жидкого золота. Отправляясь прямиком из города, поезд возит туристов вдоль реки, под названием Лихай, на север, по извилистым ущельям, давая возможность насладиться местными красотами.

Я плотнее закуталась в воротник своей куртки, когда в очередной раз налетел порыв прохладного ветра. Что ж, вот и осень пришла. Мне бы следовало получше следить за своим здоровьем в последнее время, так как я всё ещё не пришла в себя после той ночи. Когда меня нашли на обочине дороги, ведущей в город, на мне было лишь короткое вечернее платье и больше ничего. Полиции не удалось даже найти мою обувь- не удивительно, что я смогла поранить ногу. Я тогда сильно замёрзла, находилась в полубессознательном состоянии и постоянно повторяла лишь одну фразу: «Я видела её. Видела там… в лесу». Но, когда я немного пришла в себя, и первая волна потрясения схлынула, моя память напрочь отказывалась воспроизводить случившееся. Кого я увидела там в ту ночь? От кого убегала? И что, чёрт возьми, я вообще делала в лесу, в столь странном наряде? Может, мы с Джейком что-то праздновали накануне?

Мысль о погибшем муже больно полоснула по сердцу. Рана от его потери была ещё слишком свежа, и я не успела не то что смириться с ней, но даже полностью осознать то, что произошло, не получалось. Если в лесу была только я, что тогда делал там Джейк? Ведь его тело обнаружили неподалёку от того места, где до этого нашли меня. Может, он отправился искать меня? Но почему именно в это место?

От подобных мыслей у меня начала кружиться голова, и я поспешила как можно скорее добраться до дома, чтобы принять горячий душ и наконец, прилечь. Я всё ещё ощущала слабость и некую разбитость в последние дни. Такие события не проходят бесследно.

Едва переступив порог дома, я первым делом направилась в ванную. Мне хотелось, как можно скорее прогнать из своего тела, засевшую там сырость и холод. Казалось, он проник в меня ещё там, в лесу, и упорно не хотел покидать по сей день. От этой мысли мне стало не по себе, и включив горячую воду, я принялась наполнять ванну. Пара капель эфирного масла, немного морской соли, и вот, комната наполнилась запахом свежести и чистоты. Торопливо сбросив с себя одежду, я с нескрываемым наслаждением окунулась в благоухающую воду, которая нежно обволакивала всё тело, помогая мышцам расслабиться. Облокотившись на бортик ванной, и закрыв глаза, я попыталась очистить мысли, и больше ни о чём не думать. Напряжение постепенно покидало меня, и сама того не замечая, я начала засыпать, под убаюкивающий звук капающей из крана воды. Не знаю, сколько прошло времени, но из приятной неги меня выдернул шум, который доносился откуда-то снизу. Я прислушалась, пытаясь понять, что может быть его причиной. Тишина. Медленно поднявшись, и накинув на себя банный халат, я вылезла из ванной, и подойдя к двери, осторожно выглянула наружу. С этого места мне было хорошо видно лишь часть коридора, с прилегающими к нему комнатами и часть лестницы. Подойдя к перилам, я попыталась заглянуть вниз. Никого. «Ну вот, снова веду себя как параноик». Тяжело вздохнув, я повернулась, чтобы направиться в свою комнату, как вдруг, шум повторился. На этот раз, я не ошиблась. В доме кто-то есть. И звук, который я слышала- это шаги, приближающиеся к лестнице.

*****

Высокая, статная женщина с короткими тёмными волосами, которые с одной стороны были убраны за ухо, размеренным шагом прохаживалась по моей гостиной. На вид ей было чуть больше тридцати, но нетронутое косметикой лицо и какая-то юношеская хрупкость стройного тела, делали её похожей скорее на подростка, чем на взрослую женщину. Однако, её умение держаться и вести беседу, давали понять, что она- профессионал в своём деле. Такая себе «железная леди» с детским задором в глазах. На ней была полицейская форма, тёмного цвета полуботинки, на поясе в кобуре висел пистолет, а рядом жетон, на котором был изображён знак местного департамента полиции. Её звали Оливия Прескотт- женщина, которая никогда не сдаётся, и всегда доводит дело до конца, женщина-следователь. Именно ей я позвонила после того, как услышав в доме шаги, заперлась в ужасе в своей комнате, забаррикадировав дверь комодом. В своё время именно она помогла мне, после той ужасной ночи в лесу, и теперь случись что, я всегда знала, что могу на неё рассчитывать. Поэтому, стоя в паре метров от неё, я молча наблюдала за тем, как полицейские осматривают мой дом, обходя комнату за комнатой.

– Чисто! – произнёс один из них, показываясь в дверном проёме.

– Здесь тоже, – отозвался его напарник, разводя руки в стороны. – Если кто и был, то уже успел сбежать. Но удивительно, что мы не обнаружили ни следов взлома, ни каких-либо ещё признаков присутствия в доме посторонних.

Оливия молча кивнула, и посмотрев на меня, спросила:

– Миссис Паунэлл, вы абсолютно точно уверены в том, что дверь была заперта?

На пару секунд я задумалась, после чего произнесла:

– Да, я всегда закрываю её. После того случая, это вошло в привычку, которую нельзя нарушать.

Выдержав небольшую паузу, она спросила:

– Вы помните тот момент, когда провернули ключ в замке? Поймите, это действительно важно, ведь если это так, выходит, что у преступника имеются ключи от вашего дома. А это уже плохо.

– Преступника? – переспросила я, округлив глаза.

– Он или она вторглись на частную собственность, а это- преступление. Поэтому, да, именно так.

Я почему-то, живо представила сказанное Оливией: у этого человека имеются ключи от моего дома. Сама мысль о том, что кто-то может шпионить за мной в душе, или наблюдать из темноты за тем, как я сплю, заставляла меня поёжиться. Сердце, гулким эхом отдавало где-то в горле, и мне почему-то, стало трудно дышать. «Нет, только не сейчас! Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Сконцентрируйся на своём дыхании». Проделав эту нехитрую манипуляцию, я почувствовала, что мне стало легче. «Отлично. Мне нужно быть в форме, если я хочу разобраться в происходящем».

– Хорошо, допустим, что у него есть ключи, – произнесла я, глядя на Оливию. – Что мне тогда делать?

Проведя рукой по волосам, и заправив за ухо выбившуюся прядь, она произнесла:

– В таком случае, вам стоит сменить замки. И не ходите вечером одна по городу, пока вся эта история не закончится. Ради вашего же блага.

Я кивнула, соглашаясь.

– Понимаю.

– Надеюсь, вы не воспринимаете мою просьбу, как арест? Я просто пытаюсь вас защитить, как могу.

– Всё в порядке, детектив. Я благодарна вам за помощь.

В последний раз окинув моё жилище взглядом, они попрощались и уехали. Я осталась одна в большом доме, утыканном сигнализацией, которая однако, никак не помешает войти тому, кто желает завершить начатое ещё там, в лесу.

*****

Той ночью я долго не могла уснуть: сначала мне казалось, что из комнаты будто выкачали весь воздух и было трудно дышать, а после меня бил сильнейший озноб, да так, что зубы громко цокали друг о друга. Я знала, что всё это было последствием моих недавних волнений, но ничего не могла с собой поделать. Дыхательные упражнения, которые мне посоветовала доктор Райт не помогали, и с каждой секундой я всё больше поддавалась панике, ощущая, что лёгким катастрофически не хватает кислорода. В итоге, я отправилась на кухню, и сварив себе кофе, просидела так до первых солнечных лучей, упрямо пробирающихся сквозь занавески. Итак, у меня был чёткий план действий: сначала я пойду к мастеру, и закажу новые замки на все двери, включая межкомнатные (так мне будет спокойнее), после чего отправлюсь в охранное агентство, и попрошу ещё раз проверить сигнализацию, на предмет исправности. В городе, где никто не запирал двери, выходя в магазин или в гости друг к другу, я со своей паранойей казалась, более чем странной. И даже не смотря на то, что почти все знали, что произошло со мной той ночью, некоторые из них, смотрели на меня, как на ненормальную. Но мне было плевать, это не на них напали и пытались убить, поэтому, только я знала, как мне будет лучше. И безопаснее. Поэтому, быстро позавтракав и одевшись, я вышла из дома, проверив перед этим охранную систему, и направилась по узкой улочке в центр города.

Погода стояла прекрасная: ярко светило солнце, а с гор дул прохладный освежающий ветер, который помогал мне внести немного ясности в мысли. Людей на улицах в это время было мало, но даже те немногие, что встречались мне на пути, бросали вслед сочувствующие, почти жалостливые взгляды. Это жутко раздражало, ведь я всеми силами пыталась вернуться к нормальной жизни, и забыть случившееся, словно это был просто плохой сон. Но забыть не получалось, ведь на каждом шагу я натыкалась на это ненужное сочувствие, которое снова и снова возвращало меня в ту ночь, на окраине дороги. Люди смотрели на меня с неприкрытым любопытством, и я невольно улыбнулась. «Что ж, выходит я здесь своего рода знаменитость».

Скрипнула дверь, и над головой зазвенел колокольчик, оповещая хозяина о том, что у него посетитель. Из-за прилавка показался невысокий, пожилого возраста мужчина, в очках с толстыми линзами, которые, как я думала уже давно никто не носит. Он приветливо улыбнулся мне, и почесав затылок, шагнул навстречу.

– О, миссис Паунэлл! Рад видеть! Как ваши дела?

На нём был тёплый шерстяной костюм с широкими брюками, который к слову, сидел безупречно, подчёркивая его широкие плечи, и абсолютное отсутствие лишних килограммов. Нужно отдать должное- для своего возраста, мужчина выглядел замечательно, и находился в отличной форме.

– Благодарю, мистер Браун, я стараюсь держаться. Но, пока этого человека не задержат, мне не будет покоя.

Он понимающе кивнул, будто размышляя над сказанным мною, после чего вдруг, подмигнул мне, сказав:

– Ничего, ничего, пускай только попадётся, а там уж мы всем городом надерём ему зад!

Мистер Браун произнёс это с таким важным видом, что я не смогла сдержаться, и засмеялась.

– Я в этом не сомневаюсь!

– Итак, я полагаю, вы хотели что-то у меня спросить?

Я кивнула.

– Верно. Мне необходимы новые замки на парадные двери, и двери чёрного хода.

Удивлённо вскинув бровь, он посмотрел на меня.

– Замки? Вы уверены? А что не так со старыми?

– Да, уверена, так как вчера в мой дом проник посторонний, и я больше не могу чувствовать себя там в безопасности.

Нахмурившись, он подошёл к прилавку, и принялся искать что-то в своих записях, то и дело приговаривая:

– Куда же он подевался… Только что был здесь…

В итоге, потратив на поиски без малого минут десять, он, наконец, нашёл что искал, и принялся листать свой блокнот, в поисках нужной ему информации.

– Вот! Нашёл! Замок марки ЛаГард, сверхпрочный. Вы в прошлом месяце ещё ключи под него заказывали, дополнительные.

Эти слова будто ударили меня током, заставив на мгновение совершенно растеряться.

– Какие ключи?

– Дополнительные, – спокойным тоном ответил мистер Браун, перелистывая обратно страницу своего блокнота. – Вы ещё упоминали что-то, об утерянном или поломанном ключе, я уже не помню точно. Но что заказывали- это факт. Я имею привычку всегда всё записывать.

Нервная дрожь пробежала по всему телу.

– Но я ничего не заказывала, и не теряла. Может быть вы меня с кем-то перепутали? Наверняка, это какая-то ошибка.

На что он лишь отрицательно покачал головой.

– Ошибки быть не может. Я хорошо помню тот день, вы стояли передо мной, вот прямо как сейчас. К тому же, здесь ведь все повсеместно закрывают двери на обычные ручки-защёлки, либо на примитивный замок лёгкой серии, а ваш —чуть ли не единственный.

Я с усилием проглотила сдавивший горло комок.

– И когда именно это было?

Пробежавшись взглядом по записям, мистер Браун произнёс:

– Так в пятницу и приходили.

«Неужели я схожу с ума? Как такое может быть, и почему я снова ничего не помню? Неужели, я опять начала терять память по частям? Или дело вовсе не в этом, и тот кто проник в мой дом, действительно существует? Если это так, то выходит, что у него уже несколько недель как, есть ключи, и он может вернуться туда, когда пожелает. Всё это значило лишь одно: мне срочно нужно рассказать об этом доктору Райт. И чем быстрее, тем лучше».

*****

Я сидела в глубоком мягком кресле, в кабинете доктора Габриэллы Райт, согнувшись под гнётом собственных мыслей. Вот уже несколько минут, как мы погрузились в задумчивую тишину, а я всё ещё была не в силах подобрать нужные слова. Почему это всегда происходит? Случись что важное, и я вмиг теряю способность внятно мыслить и говорить.

– Я оставляю ключи в замке на ночь, – наконец, произнесла я, сама испугавшись своего голоса, таким глухим и незнакомым он мне показался в тот момент.

– Что? —Габриэлла вопросительно посмотрела на меня, явно сбитая с толку, моим неожиданным заявлением.

Только сейчас я обратила внимание, какими удивительно яркими были её глаза. Зелёными.

– Я оставляю их там, в надежде, что это может хоть немного усложнить возможность проникновения в мой дом, неизвестному.

Не смотря на всю абсурдность моего заявления, доктор Райт на удивление отнеслась к нему весьма спокойно, и даже кивнула.

– Лучше хоть какая-то защита, чем совсем никакой, верно?

Я сглотнула ком в горле, и произнесла:

– Пока на дверях не будет новых замков, я не смогу чувствовать себя в безопасности в собственном доме. Мне кажется, я так скоро сойду с ума!

Проклятый метроном действовал на меня подавляюще, и в какой-то момент, мне даже начало казаться, что очередной приступ паники не за горами. Дышать становилось труднее, будто мою грудь сдавливали невидимые тиски, из которых мне никак не выбраться.

– Скажите мне, я безумна? Что на самом деле со мной происходит?

Доктор Райт наклонилась ко мне, участливо положив свою ладонь на мои сложенные на коленях руки, и слегка сжав их, произнесла:

– Вы напуганы, Ева. Вот что происходит. Но я сделаю всё возможное, чтобы помочь вам с этим справиться. Так же, как и полиция. Поверьте мне, детектив Прескотт переживает за вас не меньше моего.

Я вспомнила её множественные визиты в мой дом, и то, с каким терпением и участием, эта женщина относилась к моей беде, из раза в раз. Сомнений нет – она действительно жаждала наказания моему обидчику.

– Миссис Паунэлл, я передам детективу наш сегодняшний разговор, возможно, это чем-то поможет. Информация никогда не бывает лишней. А вас я попрошу отправиться домой, и как следует отдохнуть. У вас на лицо, все симптомы бессонницы.

Мне ничего не оставалось, кроме как согласиться с ней. В конечном счёте Рейчел права, я действительно не помню, когда нормально спала. Поэтому, прихватив свою куртку и перевесив сумку через плечо, я поспешила распрощаться.

– Спасибо, что нашли время для разговора со мной.

Она приветливо улыбнулась.

– Эти двери всегда открыты для вас. Главное-берегите себя.

– Конечно. Как обычно.

*****

К вечеру погода резко испортилась. Даже не смотря на то, что город со всех сторон был окружён горной местностью, ветер то и дело, печально завывал в окнах, качал деревья, и срывал с них золотистые листья, кружа их в причудливом танце. Такая изменчивость погоды были редкостью в этих краях, но порой всё же удивляла местных жителей. Как объясняли синоптики, это было связано с изменением циркуляции, так как холодные воздушные массы будут перемещаться на северо-запад, и следовательно, скоро похолодает ещё сильнее.

Я сидела закутавшись в плед, на своём большом уютном диване в гостиной, и пила горячий чёрный чай с лимоном и имбирём, который всегда помогал мне не только согреться, но и успокоиться. В доме была абсолютная тишина, лишь изредка нарушаемая тиканьем настенных часов, и завыванием ветра за окном. Я перевела взгляд на стрелки, отмеряющие поспешно утекающие секунды. 19:33. Скоро совсем стемнеет, и я снова окажусь в царстве теней, звуков и шорохов. Когда этот день успел закончиться? Из этих мыслей меня вырвал резкий и довольно громкий звук, словно что-то ударилось в стекло. Поставив чашку на стеклянный кофейный столик, и плотнее укутавшись в плед, я встала, и медленно подошла к окну. Выглянув наружу, я не увидела ничего необычного, кроме листьев, которые вихрем носились по моему палисаднику. Продолжая стоять и вглядываться в темнеющий, с каждым мгновением горизонт, я вдруг, вздрогнула всем телом, громко вскрикнув, когда очередной удар пришёлся всё в то же окно. Однако, теперь, мне удалось разглядеть источник этого шума. Рядом с домом росла акация, и её ветви разрослись настолько, что летом, буквально лезли в открытые окна. Поэтому, я приняла решение подвязать их, с целью сформировать крону, и не дать им расти во все стороны. Когда-то, я прочитала в журнале, посвящённом ландшафтному дизайну о том, что находчивые садоводы, научились подвязывать кроны деревьев к каркасу, чтобы придать им плоскую форму. Совсем уж плоская мне была не нужна, а вот упорядочить всю эту буйную растительность, не помешает. Тогда, я и придумала, закрепить отдельные ветки на сетчатом каркасе. Однако, теперь, когда непогода разыгралась не на шутку, ветер высвободил одну из ветвей той самой акации, которая, и стучала в окно. Облегчённо вздохнув, я снова вернулась на диван. «Господи, когда же это всё закончится?» – думала я, допивая остатки своего ароматного чая. – «Если так пойдёт и дальше, я окончательно свихнусь». Мой взгляд упал на книгу, лежащую на столике, и внимание привлёк белый уголок какого-то листа, торчащего из неё. Раньше его здесь не было. Потянувшись, я взяла книгу, и достала из неё аккуратно сложенную записку, развернув которую, меня обдало волной ужаса. На чистой странице из блокнота, красивым женским почерком, было выведено следующее: «Ты не сумасшедшая, Ева. Не позволяй им так думать. Придёт время, и ты всё поймёшь».

Записка задрожала в моих руках, и выскользнув из пальцев, упала на пол. В который раз за этот день, я почувствовала, что задыхаюсь. Казалось, я вся полыхала жаром, воздух теснил грудь, а горло сжимало, словно тисками. Я обхватила себя руками так сильно, как только могла, но не для того, чтобы согреться, а с целью контроля, не давая себе раскачиваться взад вперёд, словно умалишённая. Когда-то, я увидела подобный кадр, в передаче о психических расстройствах у людей, и с тех пор, именно это действие всегда ассоциировалась у меня, с целым рядом подобных заболеваний. И вот теперь, я боялась обнаружить их у себя самой. Кому могли понадобиться такие глупые шутки? И что если тот, кто написал это, всё ещё находится со мной под одной крышей? От этой мысли, я в очередной раз поёжилась. Мне даже думать не хотелось о том, что именно в эту минуту, по тёмным коридорам моего дома бродит тот, кто возможно, убил Джейка, и теперь, пытается свести с ума меня.

Где-то наверху скрипнула половица, и я в очередной раз вздрогнула. «Всё это мне лишь кажется. Нужно взять себя в руки, и успокоиться. Вдох. Выдох». Я принялась мысленно считать до десяти и обратно, как учила меня поступать в стрессовых ситуациях, доктор Райт. Едва дойдя до цифры семь, я снова услышала этот звук. Только теперь он был намного ближе, чем в прошлый раз. Он приближался к гостиной, где сейчас находилась я. «Восемь, девять, десять. Десять». Стук-стук-стук. Теперь я отчётливо слышала шаги, больше походившие на короткие перебежки. Послышался щелчок. Мгновение, и комната погрузилась во мрак. «Он погасил свет».

Я с трудом сдерживала, готовый вырваться из горла крик. Точнее даже не крик, а вопль ужаса и безысходности. Сейчас самым главным было, не поддаваться панике, но дикий, животный страх настолько овладел мной, что я была не в силах даже пошевелиться, не говоря уже о том, чтобы предпринять какие-то меры. Так я и сидела, вжавшись в спинку дивана, мечтая слиться с ним воедино, чтобы тот, кто сейчас бродил по моему дому, не смог заметить меня. С другой стороны, я отчётливо понимала, что надеяться на подобное везение глупо, ведь диван стоит в самом центре гостиной, и хорошо просматривается со стороны входных дверей. Так что именно меня, и заметит первой тот, кто войдёт сюда. Зажурив глаза, я сидела, словно ожидая своей неизбежной участи, когда шаги прозвучали совсем близко. Не знаю, сколько прошло времени после этого, минута или около получаса, но когда я снова решилась открыть глаза, в комнате ярко горел свет, и не было никаких следов пребывания в доме посторонних. Кроме одного. На кофейном столике, прямо передо мной, лежал сложенный пополам листок бумаги. Такой же, я нашла и в книге. Развернув его, я увидела очередное послание от моего анонимного преследователя: «Думаю, ты готова. Пришло время всё вспомнить, Ева».

Глава 2

Девятью месяцами ранее

Сан Диего, Калифорния

Сколько себя помню, я всегда отчаянно рвалась домой, в уютную безопасность родных четырёх стен, надёжно укрывающих меня от внешнего мира. Казалось, только там, я могу, наконец, сбросить все маски и обнажить своё «я», до бесстыдной наготы. Но так было не всегда, и я ещё помню то время, когда моя жизнь ничем не отличалась, от жизни обыкновенной студентки-журналистки, проходящей учебную практику на базе одного из независимых журналов, печатающем статьи на тему культуры, искусств и науки. Целыми днями, я проводила время за горами учебников и конспектов, а по вечерам развлекалась в клубах, со своей единственной подругой Делин Фрей. С ней мы познакомилась на дне рождения нашего общего знакомого, Джоша. Он был завсегдатаем всех ночных клубов в округе, и влился в нашу небольшую компанию практически незаметно, так что после нескольких случайных встреч и проведённых вместе вечеров, Джош уже больше не захотел уходить. В отличие от меня с подругой, он практически всегда много пил, поэтому, его поведение и манеры общения оставляли желать лучшего. Это был яркий пример того типа людей, у которых чрезмерное количество выпитого алкоголя, становилось своеобразным индикатором того, чего от них можно ожидать в дальнейшем. Иногда, глядя на него, я задумывалась о том, могут ли за таким его поведением, скрываться более глубокие причины? Что, если, он прячет свою истинную сущность, под маской отвязного подростка, просто, чтобы казаться увереннее в себе? Но, позже ответ стал очевидным, когда я по воле случая, заметила их с Делин на противоположной стороне улицы, в тот самый момент, когда Джош упорно пытался её обнять, а она лишь смеялась в ответ, шутливо шлёпая его по рукам. «Так вот значит, в чём было дело. Он влюбился в мою лучшую подругу». В душе я радовалась тому, что не столкнулась с ними с глазу на глаз, и нам всем не было неловко от этой ситуации. Однако, спустя некоторое время, я начала жалеть, что скрываю от Делин правду. Пожалуй, мне стоило рассказать ей о том, что я видела их с Джошем вместе, и проявить дружеский интерес и поддержку. Но поняла я это слишком поздно. Когда меня постепенно вытеснили из нашей небольшой компании, и больше не приглашали на субботние посиделки за коктейлями, я поняла, что дружбе пришёл конец. Вероятно, Делин расценила моё молчание, как зависть или безразличие, и посчитала, что ей будет лучше без меня. Я пробовала несколько раз писать и звонить ей, но наши разговоры, обычно ограничивались стандартным набором фраз, не выходящих за пределы формальностей. Что ж, по крайней мере я попыталась. Думаю, этот случай, послужит мне наглядным примером того, как легко люди отказываются от тех, кто не соответствует их запросам. Их просто вычеркивают из своей жизни, без объяснений и лишних слов. Где и когда, проявляется истинная сущность человека?

После того, как нашей с Делин дружбе пришёл конец, самым близким мне человеком стала моя сестра Эвелин. Она видела, как тяжело я переживала этот разрыв, и всеми силами пыталась поддерживать меня, заполняя своим присутствием пустоту, образовавшуюся, после ухода подруги. В один из таких дней, когда мы сидели на кухне, и пили крепкий чёрный чай, я в очередной раз, словила на себе её внимательный, пристальный взгляд.

– Что ты сейчас делаешь? – спросила я её, отставляя чашку в сторону.

– Просто смотрю.

Тяжело вздохнув, я положила руки перед собой на стол.

– Я слишком хорошо знаю этот взгляд. Снова твой психологический анализ? Мне и так плохо. Не хочу ещё и нравоучения по этому поводу слушать.

Наконец, она отвела взгляд, и посмотрела в окно.

– Я и не собиралась.

– Надеюсь. Иначе, мне придётся провести взаперти ближайшие выходные, и не общаться ни с кем, включая тебя.

Эвелин снова, со значением посмотрела на меня.

– А эта твоя Делин, стоит того, чтобы так себя истязать?

Я открыла было рот, чтобы возразить, но сестра остановила меня.

– Нет, послушай меня. Даже, если ты не хочешь знать моё мнение по этому поводу, я всё равно скажу, что думаю. Твоя подруга ужасная эгоистка, которая способна думать только о себе, и своём раздутом эго. Если бы она хоть немного ценила тебя, и дорожила вашей дружбой, то первым делом, поделилась бы с тобой тем, что между ней и Джошем что-то есть. Вы ведь были одной компанией! Но мало того, что она предпочла умолчать от тебя этот факт, так ещё и обиделась на то, что ты не догадалась об этом сама, и не прибежала к ней с поздравлениями. – Тяжело выдохнув, Эвелин продолжила. – Тебе не кажется, что ты не подругу потеряла, а змею с шеи сбросила?

Её слова больно хлестали меня по лицу, словно ледяные капли дождя, но вместе с тем, действовали отрезвляюще, и заставляли признать, что она права. Права во всём. Делин просто было удобно дружить со мной, но как только нашёлся кто-то, кто соответствовал её запросам больше чем я, она вытеснила меня из своего мирка, заменив Джошем. Всё как обычно, ничего нового. Розовые мечты, в очередной раз разбились о жестокую реальность этого мира. Пора бы мне уже привыкнуть к этому.

Я снова перевела взгляд на сестру. Она сидела неподвижно, подперев рукой голову, и смотрела в окно, на проплывающие мимо облака, на скейтбордиста, промелькнувшего по дороге, мимо нашего дома, на пожилую пару, медленно прогуливающуюся по противоположной стороне улицы, в направлении парка, и вероятно, думала о чём то своём. Я невольно засмотрелась на черты её лица: довольно пухлые губы, широкие брови, большие голубые глаза с поволокой, в обрамлении пышных светлых ресниц, россыпь маленьких родинок на левой щеке, волнистые, жёсткие словно проволока волосы, цвета спелой пшеницы. Мужчина, едва ли смог бы назвать её красавицей. Не такой тип женщин, зачастую привлекает их внимание, заставляя терять голову. Но именно такой была Эвелин- обычной девушкой, которая смешавшись с толпой, не сумеет выделиться из неё ярким пятном. Такой была и я. Моя сестра-зеркальное отражение меня самой. Мой двойник. Мой близнец.

*****

Я сидела на диване, и смотрела очередную бессмысленную телепередачу, пытаясь, хоть как-то развлечь себя. Сестра сегодня весь день должна была провести у своего парня, а родители, как обычно допоздна задерживались на работе. Я снова была предоставлена сама себе, поэтому, мне не оставалось ничего другого, кроме как валяться на диване, с ведёрком попкорна в обнимку. По телевизору как раз показывали эпизод из жизни какой-то семьи, которая, не смотря на все испытания судьбы, сумела не только достойно их пройти, но и добиться успеха в медийном мире. Почему то, в тот момент, я задумалась о людях, с которыми жила под одной крышей столько лет. Я едва ли могла назвать их своей семьёй. У каждого из них всегда была своя жизнь, в которую меня никто не приглашал, и всех заботило лишь то, чтобы я не связалась с дурной компанией, которая могла бы выставить нас в плохом свете. Мой отец был довольно известным дипломатом, а мать- судебным адвокатом по административным делам, поэтому, меня с малых лет готовили к тому, что я должна выйти замуж за высокопоставленного человека, чтобы не опозорить фамилию. Однако, всё то, чем занимались мои родители, хоть и приносило огромный доход нашей семье, было слишком далеко от того, чего я действительно хотела от жизни. Моей единственной и самой большой мечтой, была тихая жизнь на уединённой ферме где-то в горах, подальше от всей этой чопорности и глупых правил. Именно поэтому, я боялась даже представить, какой будет реакция родителей, узнай они о моих планах на будущее. Помню, как-то отец даже грозился лишить меня моей доли наследства, если я не стану делать так, как он считает нужным. Однако, характер я так же унаследовала от него, поэтому, любовь к свободе у меня нельзя было отнять. Я знала, что пока учусь, мне придётся мириться с его деспотичностью, но как только я получу диплом, смогу наконец, вырваться из этой золотой клетки, и начну жить по своим правилам.

Из этих невесёлых размышлений, меня выдернул голос нашей домработницы Риджины, которая стояла рядом с диваном, уперев руки в бока.

– Ева, вы снова едите эту гадость! – раздосадовано покачала головой она, указывая на ведёрко с попкорном, стоящее у меня на коленях.

Я улыбнулась, глядя на высокую, светловолосую женщину, в домашнем зелёном платье.

– Это всего лишь злаки, разорванные изнутри при нагревании. Только и всего.

– Конечно! А ещё уйма жира и прочей гадости. Ваш отец будет не в восторге, если узнает, чем вы питаетесь.

– А он узнает? – спросила я, с интересом глядя на Реджину.

Она лишь тяжело вздохнула, и всплеснув руками произнесла.

– Так и быть, я ему не скажу, но моё мнение вы знаете.

Я кивнула, соглашаясь.

– Приму к сведению.

Я смотрела вслед удаляющейся женщине, и думала о том, что в нашем доме, она нравилась всем, без исключения, кроме меня. Что-то инстинктивно подсказывало мне, держаться от неё подальше, не заводить откровенных бесед, как это делала моя сестра, и в целом, соблюдать дистанцию. Эта милая на вид женщина, лет пятидесяти, умела расположить к себе, поддержать любой разговор, и у неё это без проблем получалось со всеми. Кроме меня. Назвать наши с ней взаимоотношения сложными, я не могла, скорее они были никакими. Я всегда держалась особняком и совсем не нуждалась в её компании. Возможно она это чувствовала, поэтому старалась не обращать на меня особого внимания. Но были и такие дни, как сегодня. Интересно, что её взбесило больше: я или мой попкорн?

Эвелин вернулась поздно, и застала меня уже спящей, всё на том же диване. Передача давно закончилась, и телевизор был выключен. «Наверное, Реджина побеспокоилась», – пронеслось у меня в голове. Я резко села, оглядевшись вокруг.

– Эй, ты чего, это же я! – улыбнулась сестра, присаживаясь рядом. – Тебе что, сон плохой приснился?

– Похоже на то, -произнесла я, запустив пальцы в свои спутанные волосы, и откидывая их назад. – А ты чего так поздно? Снова была у Майкла?

Она кивнула, загадочно улыбаясь.

– Да, и завтра я бы попросила тебя побыть дома, потому что, он приедет знакомиться с родителями.

Я удивлённо посмотрела на неё.

– У вас действительно всё настолько серьёзно, что он не побоится узнать поближе семейство Тейлоров?

Эвелин рассмеялась, шутливо толкая меня локтем в бок.

– Наша семья не настолько ужасна, как ты считаешь. К тому же, у него действительно серьёзные намерения, думаю, в скором времени он хочет сделать мне предложение.

Я опустила взгляд на свои руки, теребившие край пледа, которым я была накрыта. Что ж, я рада за сестру. По крайней мере, хоть у кого-то в этом доме будет возможность начать новую жизнь, по собственным правилам. К тому же, с Майклом они знакомы уже почти четыре года, и подобный расклад в их отношениях, был лишь вопросом времени. Я слишком хорошо знала Эвелин, намного лучше, чем кто либо. Общими, у нас были лишь черты лица, во всём остальном, не было наверное, двух людей, более непохожих друг на друга, чем мы с ней. Тот, кто говорит, что близнецы идентичны во всём, абсолютно ничего не смыслит в этом. Мы разные, до невозможности. В то время, как сестра пользовалась немалой популярностью у противоположного пола, я оставалась в тени, потому что мало кому интересно приобретать в спутницы, клон чужой подружки. Когда дело дошло до поступления, Эвелин так же, с лёгкостью, заняла одно из бюджетных мест лучшего юридического университета, в то время как я, засыпала и просыпалась над учебниками, чтобы повторить её успех. В какой-то момент, отношения между нами стали напряжёнными, грозя перерасти в откровенное соперничество. Но я не хотела допускать этого, ведь ближе и роднее человека, который носит твоё лицо, просто не может быть. Отец всегда любил подшучивать надо мной, говоря о том, что в нашем близнецовом мире, Эвелин досталась позиция лидера, так как она родилась раньше меня на три минуты, потому что торопилась поскорее увидеть этот мир. Я же в его глазах была отсталой, бледной копией, моей успешной и умной сестры, которой они так гордились. Иногда, мне казалось, что одной Эвелин, им было бы вполне достаточно, но судьба распорядилась иначе, и так, в нашей семье, появился ещё один добавочный ребёнок, в лице меня. Мысль, конечно дикая, но она не раз посещала меня в те дни, когда я снова и снова оставалась незамеченной собственной семьёй. Смешно наверное, но мои самые близкие люди, никогда не были по настоящему близки мне. После этого, я всегда делала вывод, что жизнь всё-таки, весьма нелогичная штука.

Пару лет назад, я всерьёз углубилась в изучение «феномена близнецов», пытаясь оттуда, подчерпнуть необходимую мне информацию, для понимания сути своего положения. Это оказалось весьма увлекательным занятием, которое, значительно пополнило мои познания в этой области. Как оказалось, объяснить данное явление, учёные пытаются уже очень давно, но даже теперь, не всегда сходятся во мнениях. В наше время существует целая наука, занимающаяся изучением близнецов – гемеллология.

В лице нашего семейного врача, я и Эвелин были «нетипичными» близнецами: мы не ссорились друг с другом, не устраивали драки за любимые игрушки, не боролись за лидерство. Помню, однажды, когда мы сидели в своей комнате и читали, каждый свою книгу, Эвелин вдруг, оторвала взгляд от страницы, и спросила меня:

– А ты думала когда-то о том, кто из нас главнее?

Я отрицательно покачала головой.

– Нет. А ты?

На мгновение задумавшись, она произнесла:

– Нет, но думаю, что мы обе. Ведь мы одно целое.

На этом, вопросы о первенстве были исчерпаны. Больше мы ни разу не говорили о чём-то подобном. Но миссис Фармер (так звали нашего врача), пользуясь тем, что её советы дорого оплачивались, нашла в лице моей семьи «золотую жилу», то и дело проводя с нами всё новые тесты и беседы, до тех пор, пока я не выдержала, и не высказалась на этот счёт, о чём позже очень пожалела. Меня тут же окрестили проблемным ребёнком, имеющим определённые нарушения социальной адаптации, как она объяснила в тот день нашим родителям. Тогда то они и сделали свой, пускай и неосознанный выбор в пользу Эвелин. Само по себе появление в семье близнецов-это уже проблема. Двое детей одновременно требуют твоего внимания и заботы, но когда один из них имеет определённые сложности, это проблема вдвойне. Наверное, именно поэтому, самым лёгким способом для них, было отгородиться от меня стеной безразличия, отдавая себя полностью, только одному ребёнку. Тому, которого не отбраковало общество. Именно с тех пор, я и начала чувствовать себя в этой семье, если не лишней, то как минимум, запасной. В отличие от меня и Эвелин, родители никогда не воспринимали нас как единое в двух лицах, не одевали на нас одинаковую одежду, и не игнорировали наших различий. В их мире, Ева и Эвелин всегда существовали по отдельности. По правде сказать, мне это даже нравилось, так как этим поведением, они не провоцировали в нас болезненной зависимости, которая с годами, могла легко перерасти в ненависть. В их понимании, мы должны были быть индивидуальны, не отождествляя себя с близнецовым партнёром, в стремлении ничем от него не отличаться. И мы отличались. Порой настолько сильно, что это пугало нас своей абсурдностью. Мы-две половины одного целого, и в то же время не являемся ими.

Я часто задавалась вопросом, любили ли мы с сестрой друг друга? Или это была данность, которую мы должны были принять с рождения? Ответ я не знала до тех самых пор, пока не потеряла её.

*****

Если постоянно ждать, тебе сделают больно, однажды, это действительно случится. Я устала бояться очередного поворота судьбы или предательства, от близких мне людей. Мне это казалось глупым и бессмысленным занятием, поэтому, я решила, что сегодня, мне просто необходимо выбраться из своего заточения, и немного побыть вне дома. Иногда, он всерьёз начинал давить на меня, вместе со всеми его обитателями, вызывая устойчивое чувство тревоги.

Быстро одевшись, и собрав волосы в хвост, я уже на пороге посмотрела на себя в зеркало, и остановилась. «Нужно хотя бы губы накрасить, что ли. Глазу совсем не за что зацепиться». Я казалась себе серой мышью, которая, в отличие от своей сестры, совсем не умеет подчёркивать свои достоинства. Порывшись в косметичке, я нашла на дне флакончик с помадой, и чуть коснулась ею губ, распределяя остатки пальцем, чтобы цвет получился не слишком ярким. Закончив с собственным преображением, я тяжело вздохнула, осознавая, что даже очень дорогая помада, не всегда способна что-либо существенно изменить. Поэтому, прихватив свою сумку, в которой всегда были документы, деньги и ключи от машины, я поспешила покинуть дом.

Оказавшись на улице, я поняла две вещи: мне стало намного легче дышать, но вот тревога никуда не делась. Это паршивое чувство чего-то неминуемого, словно заноза заседало в голове, и изводило меня, как бы я не старалась его подавить. Кто бы там что ни говорил, но я остаюсь верна своим убеждениям на этот счёт. Монстры не прячутся в темноте, зачастую они намного ближе, чем мы думаем. Монстры внутри нас. Я не знаю, когда, и при каких обстоятельствах, я обзавелась собственными, но в том, что они стали частью моей жизни, была абсолютно уверена. Отец часто говорил, что именно так, люди начинают сходить с ума. Но я всегда лишь улыбалась, на подобные замечания в мой адрес. Кто как не он, был наиболее близок к сумасшествию, вытворяя все те ужасные вещи, которые никак не уходят из моей памяти. И скорее всего, не уйдут уже никогда.

Однажды, когда я была ещё маленькой, мой отец проклял меня. В тот вечер он впервые пришёл домой пьяным, ругая свою жизнь, и швыряя в стены всё, что попадалось ему под руки. Нам с Эвелин было всего по шесть лет, и всё, что происходило вокруг, ужасно пугало нас, заставляя вздрагивать, от каждого резкого звука. Он кричал, что ненавидит всех нас, что его брак-это сплошная пытка, а дети-бесполезная обуза. Я мало что могла понимать тогда, об истинном значении этих слов, но хорошо помню то, что мне стало не по себе. Тогда, я впервые осознала, что боюсь его, действительно боюсь, а не просто опасаюсь. Я хорошо помнила, что у нас в доме есть оружие, которое досталось нам от дедушки, и именно в тот момент, я молилась о том, чтобы он за него не схватился. И я и Эвелин понимали, что в таком состоянии, ему ничего не стоило избить нас, или отшвырнуть в сторону, как поломанную игрушку. Когда, на крики выбежала испуганная мама, он метнул в её сторону, одну из стоящих в гостиной ваз. После, она с Реджиной ещё долго оттирала кровь с нашего бежевого ковра. Именно в тот день, моё уважение к нему, разбилось вдребезги, и эти осколки остались во мне до сих пор. Впервые, я рассказала об этом на сеансе у своего психотерапевта. Ощущения были такие, словно я заново проживаю тот день. Мне было больно. Я вся была словно соткана из боли. В моей душе разверзся ад, и его пламя обжигало меня изнутри, испепеляя доверие и любовь к человеку, сотворившему подобное со мной. Со всеми нами. Сейчас боль прошла. Как говорит мой врач – принятие, возможно лишь после осознания и понимания. А поскольку одно, неразрывно сопряжено с другим, нужно лишь научиться извлекать уроки из прошлого, но при этом, никогда больше не допускать подобного в будущем. Я извлекла свой урок сполна. И конечно же, сделала для себя определённые выводы. Я ненавижу лицемерную любовь своего отца. Я ненавижу этого человека.

Погружённая в свои мысли, я не заметила, как вышла на проезжую часть, и вздрогнула, от резкого и неожиданного сигнала клаксона. Кто-то пытался въехать на парковку, и я ему мешала.

– Прошу прощения, – прошептала я про себя, и отошла на край тротуара, где было меньше людей, и никто толкался.

На дворе стояла середина февраля, та самая прекрасная пора, когда дождь мог застигнуть тебя врасплох в любой момент. Именно это, и случилось со мной. Одинокие капли, очень быстро сменились холодным серым дождём, разгоняя суетливых прохожих в ближайшие кофейни и бары. Лишь редкие пары, как ни в чём ни бывало остались стоять под пронизывающими потоками воды, льющимися с неба, дурачась и смеясь. Улыбнувшись про себя, я поспешила найти себе укрытие, так как моя куртка уже заметно намокла. «В отличие от этих счастливцев, меня некому будет греть, если я замёрзну». Войдя в один из небольших уютных ресторанчиков, я тут же заняла своё любимое место, у окна. Мне всегда нравилось наблюдать за тем, что происходит там, по ту сторону стекла, в то время, когда ты будто подглядываешь за чужой жизнью со стороны. Вот и теперь, сквозь потоки воды, я видела бегущих людей, разноцветные зонты, сливающиеся в размытый калейдоскоп, следы мокрых ног, и брызги от шин, въехавших в лужу. Но всё это было там, за окном. А здесь, царила атмосфера покоя и тепла. Мягкие диванчики, плетёные столики и цветы в больших горшках, напоминали о летних днях в загородном доме, далеко от суеты города. Плотные абажуры, давали приглушённый рассеянный свет, который расслаблял, принося с собой покой и некую отрешённость. Именно поэтому, когда ко мне подошёл официант, я не сразу заметила его.

– Мисс, вы уже определились с заказом? Может желаете чай или кофе? – произнёс он, с улыбкой глядя на меня. – Мисс?

– Прошу прощения, я немного задумалась. Думаю, для начала, я бы хотела поесть. В вашем меню есть японская кухня?

Он кивнул.

– В таком случае, я пожалуй, закажу рамен с говядиной.

– Какую лапшу предпочитаете: пшеничную или яичную?

– На ваше усмотрение.

Он улыбнулся.

– Думаю, вы останетесь довольны.

Как только он ушёл, и я снова осталась наедине со своими мыслями, мой взгляд скользнул по залу и людям, сидевшим в нём. Сплошные семейные пары или влюблённые. Лишь изредка я замечала одиноких посетителей, с чашкой кофе, уткнувшихся в свои смартфоны. Сегодня был выходной, и все, хотели провести его со своими половинками. На мгновение мне стало грустно, и невероятно жаль себя. Я подумала о том, что Эвелин, наверняка сейчас так же где-то ужинает с Майклом, они смеются, строят планы на будущее, любят друг друга. Но что есть у меня? Выходит, я всё-таки завидую своей сестре. Она родилась раньше меня на три минуты, а казалось, забрала треть моей жизни. Всё внимание, любовь и забота достались ей. А я, это просто я.

Тем временем, мой взгляд остановился на одном из посетителей ресторана. Он сидел у противоположной стены, рядом с большой пальмой в кадке, и тоже смотрел в мою сторону. Это был молодой мужчина лет тридцати пяти на вид, в белоснежной, идеально выглаженной рубашке и синих джинсах. Его плащ висел тут же, на спинке стула. Почему то, его лицо показалось мне знакомым, будто однажды, мы уже встречались с ним, но в меру каких-то обстоятельств, я успела забыть его. Он рассматривал меня так откровенно и беззастенчиво, совсем не пытаясь этого скрыть, что в какой-то момент мне стало не по себе, и я поспешила отвернуться. Однако, мой взгляд словно намагниченный, снова возвращался к его столику, желая понять, действительно ли он наблюдает за мной, или же всё это, лишь плод моего воображения. Каким же было моё удивление, когда наши взгляды в очередной раз встретились, и загадочный незнакомец подмигнул мне, лукаво улыбаясь при этом, своей белозубой улыбкой. Нервная дрожь пробежала по моему телу, заставив смотреть в окно до тех пор, пока я не услышала голос официанта, возвышавшегося надо мной, с подносом, уставленным тарелками.

– Ваш заказ, мисс. Приятного аппетита!

– Благодарю, – кивнула я, в тот же миг, мельком взглянув на столик, у стены напротив.

Он был пуст. Мой таинственный поклонник исчез, будто бы его и не было вовсе. Я быстро огляделась по сторонам, но нигде не заметила следов его присутствия. Он просто испарился.

Я доедала свой ужин с мыслями, одолевающими меня весь остаток вечера. Кем был этот человек? И почему у меня такое чувство, будто я знаю его?

Рамен оказался великолепным, и оставив чаевые, я покинула ресторан, оказавшись на мокрой, после недавнего дождя, сырой улице. Домой идти совершенно не хотелось, поэтому, я приняла решение, просто побродить по городу, подышать влажным свежим воздухом, и немного очистить свой разум от назойливых мыслей.

Темнота ночного города всегда успокаивала меня, укачивая в надвигающихся сумерках, словно в колыбели, застеленной мягким, иссиня-чёрным бархатом. Я растворялась в этом монотонном, постепенно стихающем гуле машин, шелесте колёс по влажному асфальту, ярких вспышках неоновых вывесок. Сегодня я-это я. Не близнец своей сестры, не генная шутка природы, а просто я, живая и настоящая.

*****

Весь следующий день лил дождь, и настроение у меня менялось от лёгкой меланхолии до вполне ощутимой депрессии. Я то и дело, часами засиживалась за учениками, в надежде на получение своих высоких баллов, по окончанию экзаменов. Но отчего-то, вся моя усидчивость и прилежность, не добавляли мне никакой уверенности в том, что в итоге я получу желаемое. В последнее время, любая, полученная мною информация, казалось, входила мне в одно ухо, и тут же покидала голову, через второе. Весь этот месяц начался паршиво, и мне даже предполагать не хотелось, как он может завершиться. Наверное, именно по этой причине, я сидела сейчас в слабо освещённой комнате, и не торопясь перелистывала страницы книги. Мне не хотелось покидать моё уютное убежище как можно дольше, и желание побыть в одиночестве, давно уже не было столь острой потребностью. Но не тут то было. Ещё издали я услышала лёгкие торопливые шаги, приближающиеся к моей двери, в которую, спустя всего пару секунд, негромко постучали.

– Ева, ты здесь? Мне можно войти? – услышала я голос сестры.

Я очень ценила её отношение к моему личному пространству, которое она, к слову, никогда не нарушала, бесцеремонно врываясь в мою комнату.

– Входи, – крикнула я, закрывая книгу, и откладывая её в сторону.

Щёлкнула ручка, и на пороге появилась Эвелин. Её светлые волосы были собраны в неряшливый хвост, из которого уже выбилось несколько непослушных прядей, обрамляя её лицо. На сестре были джинсы и грубо связанный свитер, красивого, нежно-розового цвета. Судя по всему, она куда-то собиралась, и наверняка, снова пришла для того, чтобы вытащить меня из дома. Сестра тихо вошла в комнату и осмотрелась.

– Я смотрю ты так ничего здесь и не изменила, хотя собиралась. И у тебя по прежнему, нездоровая любовь к темноте. Здесь же почти нет света!

Я лишь пожала плечами, вздохнув.

– Привычка. Мне так комфортно.

– Это называется не привычка, а депрессия. В последнее время, ты почти не выходишь отсюда. У тебя всё в порядке? Я волнуюсь, – произнесла она, присаживаясь рядом со мной на край кровати.

– Не стоит, Эви. У меня всё в порядке. Правда.

Я видела проскользнувшее в глазах сестры недоверие, но, к моему удивлению, разговор она продолжать не стала. Вместо этого, Эвелин кивнула, и произнесла:

– Хорошо, допустим. Тогда может быть, мы куда-то сходим? Я давно хотела побыть с тобой наедине.

– Я бы с удовольствием, но у меня ещё есть дела. Здесь конспектов не на один вечер хватит, – ответила я, в надежде, что мои мечты на вечер, проведённый в одиночестве, ещё не до конца разбиты. – Да и к тому же, почему, мы не можем поговорить здесь? Мы ведь одни.

Эвелин посмотрела на меня, слегка прищурив глаза.

– Ты ведь прекрасно знаешь, что это не так. Через наши стены слышно каждое слово, и если не мама, то Реджина, обязательно, что-то да подслушают. Ну неужели, ты не можешь сделать небольшой перерыв в своих занятиях? Ради меня.

– Ты всерьёз, хочешь подкупить меня своим щенячьим взглядом? – улыбнулась я, глядя на неё.

– Почему бы и нет. Мы ведь с тобой одно целое, верно? А у тебя это всегда срабатывало.

И я сдалась, удивляясь собственному бессилию, перед её талантом, так быстро получать желаемое.

– Верно.

– Вот и отлично! В таком случае, надеюсь, ты не станешь возражать, если я позову с собой Аманду? Она уже давно никуда не выбиралась, а тут ей посоветовали какой-то клуб на окраине города, обещали, что будет весело.

Аманда была одной из давних подруг моей сестры, с которой они познакомились в чате по интересам, и с тех пор, она стала намного ближе для неё, чем я. Признаю, по началу это огорчало меня, и даже порой злило, но со временем, я научилась спокойно относиться к личной жизни Эвелин. В конце концов, её мир не может всегда ограничиваться только мной. Близнецом-неудачником. Именно по этой причине, присутствие Аманды никак не напрягало меня, поэтому, я согласно кивнула.

– Конечно. Раз уж ты сумела вытащить меня из своей раковины, то почему она, будет сидеть дома одна? Думаю, втроём будет даже веселее.

Эвелин обняла меня за плечи, и я почувствовала резкий запах её парфюма. Лёгкий и ненавязчивый. Несомненно, дорогой. Иначе у неё просто не могло быть. Я в очередной раз подумала о том, какие же мы всё таки, до невозможного разные, не смотря на то, что являемся абсолютными копиями друг друга. Я редко пользовалась косметикой, и никогда – духами. Для меня, практически не имело значения то, во что я одета, и какая причёска, сегодня будет на моей голове. То, что было чуждо мне, играло важную роль в жизни Эвелин. Мы как чёрное и белое. Инь и ян. И в то же время, являемся двумя половинами единого целого.

*****

Аманда Грей

Когда, Эвелин позвонила мне, и предложила провести вечер с ней и её сестрой, я очень удивилась. В последнее время она была слишком занята учёбой и своим бойфрендом Майклом, поэтому предпочитала его общество моему. Но это не обижало меня, ведь я понимала, что однажды, этот день должен был настать. Всем нужно время для личной жизни. Я была благодарна судьбе уже за то, что она окружила меня прекрасными людьми, в число которых, входила и Эвелин.

Сегодня, мы собирались пойти с ней в клуб, о котором я узнала недавно от своих знакомых. Как выяснилось позже, её сестра Ева тоже там будет, и сказать по правде, меня это немного напрягло. Не то чтобы я недолюбливала, эту угрюмую и замкнутую в себе копию моей подруги, но, что то в ней заставляло меня напрягаться, каждый раз, когда она оказывалась рядом. Другими словами: Ева была странной, и мне хотелось максимально увеличить дистанцию между нами. Но, отказывать Эвелин в компании, из-за этого обстоятельства, я не решилась. Всё же, мы не так часто проводим время вместе, чтобы искать ненужные поводы.

В моём небольшом районе, в пригороде Сан- Диего, редко можно было найти приличные клубы, где проводили время нормальные люди. Обычно, это грязные кабаки, в которых тусуются не менее грязные (во всех смыслах) особи. Поэтому, я была крайне рада новости о том, что неподалёку от меня, находится небольшой клуб, в котором сегодня ночью намечается концерт. Более того, вход туда будет свободным.

Эвелин заехала за мной без четверти девять, и повела прямиком в свою комнату. Когда я вошла, на большой двуспальной кровати, уже лежала целая гора всевозможной одежды и обуви.

– Думаю, мы сможем выбрать что-то подходящее из всех этих вещей? – спросила она, закрывая за мной дверь.

Я с восхищением оглядела, предложенные мне наряды.

– Похоже на то. Я всегда удивлялась, как ты можешь покупать такое количество вещей и при этом даже не носить их. В чём смысл?

– Может быть в том, чтобы затем подарить их тебе? Как думаешь?

Эвелин с улыбкой смотрела на меня, опираясь спиной на дверь комнаты.

– Ты это серьёзно?

– Вполне. А ты что, не рада?

– Не в этом дело, Эви, – проговорила я, осознавая всю неловкость ситуации. – Просто, я не могу…

Она удивлённо вскинула бровь.

– Не можешь что? Принять подарок от подруги?

– Но это ведь, очень дорого.

Эвелин лишь рассмеялась, махнув рукой.

– Да ладно тебе! Сама ведь знаешь, мой шкаф ломится от этих тряпок. Я просто не успеваю всё это носить. Да и ни к чему мне такое количество одежды.

Я присела на край кровати, рассматривая одежду. Вся она была очень красивой, и очень дорогой. Я не могла позволить себе, купить даже одно из тех платьев, что вот так, запросто отдавала мне Эви. Доходы нашей семьи, просто не позволяли этого. Иногда, нам едва удавалось сводить концы с концами, до следующего месяца. Даже тех денег, что приносила я, подрабатывая официанткой в местной забегаловке, не всегда хватало. И хотя мама всегда выступала против того, что я работаю, мне было жаль её, и я не могла поступать по другому. Я радовалась каждому центу, полученному на чаевые, поэтому, даже мечтать не смела о таких вещах, как эти роскошные платья.

У Эвелин же всё было иначе. Её родители были очень обеспеченными людьми: мать работала юристом, отец был дипломатом. Денег у них всегда было в избытке, поэтому, дочь они баловали постоянно, и самыми дорогими подарками. Будучи моей ровесницей, она уже имела несколько автомобилей и собственный особняк, который, должен был окончательно перейти в её распоряжение после замужества. Таким было условие её отца, который переживал, что дочь может неразумно растратить доверенные ей сбережения. Теперь же, когда у неё появился Майкл, никто уже не сомневался, что их отношения закончатся свадьбой. Это был лишь вопрос времени. Совсем скоро у неё будет всё, о чём остальные девушки, могут лишь мечтать: красавец супруг, жизнь без нужды и забот, положение в обществе. Мне же это казалось недостижимой мечтой, даже в далёком будущем. Сказать по правде, я часто задавалась вопросом – что могло связывать нас, таких разных, и казалось, живущих в параллельных вселенных? Но, к моему удивлению и счастью, у Эвелин была одна отличительная черта, которую не часто можно встретить, среди людей её круга. Не смотря на свой статус, и довольно внушительный счёт в банке, она не растратила человечности и искренней простоты. Ей всё ещё не были чужды, обычные земные ценности, в виде дружбы, любви и сострадания. Казалось, она и вовсе не замечает той пропасти между нами, которую создало социальное неравенство. Вот и теперь, она сидела напротив меня в джинсах и самом обычном свитере.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.