Ольга Бруснигина
Не стриги золотые косы

Глава 1

Говорила мама – не стриги золотые косы,

Говорила мама – береги золотые косы,

Золотые, золотые, золотые косы…

(песня)

Безутешно рыдая, Лариса развернула пеленки и отвела взгляд. Горячая слезинка прожгла ее кожу и оставила на щеке мокрый след. Невероятно, но еще вчера в предвкушении счастливого материнства она благодарила высшие силы за посланную благодать. Сочетаясь в браке с любимым мужчиной, как никогда хотелось подарить ему малыша – частичку их взаимного чувства. Проходил год за годом, но чуда так и не наступало. Отчаявшись и испробовав массу способов, несчастная обратилась к помощи народной медицины: пила отвары горьких трав, натиралась утренней росой в канун полнолуния, читала заговоры и соблюдала приметы. Пусть не верила в колдовские таинства, с особым скепсисом относилась к всяческого рода суевериям, только другого не оставалось. А вдруг?

И вот, однажды, когда в сумеречном небе заметила падающую звезду, загадала желание, ее мечта наконец-то сбылась. Высшие силы смилостивились, посылая зародыш в ее чрево. Не проходило и минуты, как сердце будущей матери не согревалось волной искренней радости.

Девять месяцев ожидания, завершились появлением на свет долгожданной доченьки. Муж, едва увидев своего ребенка, собрал вещи и скрылся в неизвестном направлении. В оправдание себе, он бросил обидную фразу, чтобы навсегда разорвать отношения с женщиной, которая не оправдала ожиданий: «Это не мой ребенок!»

У него давно имелся запасной вариант на стороне, где по слухам, любовница тоже ждала ребенка. Отчасти, он был рад такому стечению обстоятельств и ему ни капельки не жаль ту, что произвела на свет такое Страшилище. Новорожденная малышка пугала своим видом всех, кто когда-либо приближался к ней: морщинистое личико, больше похожее на обезьянье, глаза навыкате, огромные уши, широкий, почти во все лицо, нос картошкой, огромная голова при удивительно маленьком тельце, коротких ручках и ножках.

Лариса надеялась, что, как только дочка подрастет, превратится из гадкого утенка в прекрасного лебедя, но, к сожалению, с каждым днем становилось все хуже, и все больше таяла надежда вернуть мужа обратно в семью.

Как-то раз, прогуливаясь в парке с коляской, она встретила странную-престранную старушку, кормящую хлебными крошками окрестных голубей. Старушка, будто специально поджидала ее там:

– Милочка, остановись! – поманила она пальцем.

– Это вы мне?

– Кому же еще? – в старушечьем голосе прозвучал укор.

– Но я не Милочка, вы ошиблись, – отозвалась Лариса. Круто повернула коляску в обратную сторону. С одной только целью – поскорее скрыться от неприятного разговора. Наверняка, нищенка начнет клянчить мелочь. Так случалось не в первый раз, а Лариса не умела отказывать. Жалость, знаете ли, сердце милостивое. Вынимала последнее из карманов и отдавала, зная наперед, что бродяги тратят милостыню на выпивку.

– Ты нуждаешься в помощи, – «прокаркала» старушка хриплым голосом, – а не я. Твои думы обо мне попахивают грязью. Не нужны мне твои деньги.

Отмахиваясь от назойливых птиц, копошащихся под ногами, старушка сама подошла вплотную к Ларисе.

– Ты в беде. Пропадаешь. Вот-вот и надорвешься, а вокруг некому даже в жилетку поплакаться. Бедняжка.

– Откуда вы знаете?

Лариса с недоверием поглядела на сгорбленную спину старушки, на ее неряшливые ногти, на поношенную одежду, более похожую на лохмотья. Запах старья и немытого тела неприятно щекотал в носу.

– Приходи ко мне, как стемнеет, – прошамкала беззубым ртом старушка и сунула в ладонь ошарашенной Ларисы бумажный обрывок с каракулями.

– Это адрес, куда надо идти. После прочтешь, когда стемнеет за окном.

– Зачем?

Вместо ответа старушка отвернула покрывало на коляске, где спала девочка.

– За этим!

Она вытянула в сторону лица малютки скрюченный указательный палец. Фыркнула:

– Исправлю! Как есть, верну, что другая украла.

– Какая другая?

– Я же сказала: после. О дитятке своем сердечном подумай. Не забудь постучать в мою дверь три раза, иначе не пущу.

«Не пойду!» – решила Лариса. Ее сердце разрывалось от боли, тревоги и еще чего-то непонятного, и вместе с тем имеющего реальные очертания. Ведь старушка, будто в самую точку попала. Без того больно, так, еще и надежда напрасная появилась.

Воротилась домой. А там: металась, будто раненый зверь, мерила шагами комнаты, но как только Луна взошла на небосклон, накинула на плечи теплую шаль и отправилась по указанному на листке адресу: «Темный переулок, дом тринадцать». Проживая с самого детства в городе, она ни разу не слышала, что существует такая улица. Все же ей что-то подсказывало – нужно непременно быть там. Может подсознание, а может быть надежда на чудо, двигали ею в ту самую минуту.

Дорога под ясной Луной была безлюдна: на небе ярко светили звезды, а полнолуние было кроваво-красным. Ни дать, ни взять – сценарий фильма ужасов.

– Не знаете, где находится улица Темная? – обратилась она к прохожему, случайно вышедшему навстречу.

Тот откинул капюшон с лысой головы, будто только и ждал этого вопроса:

– Вдоль по этой улице, дальше налево, потом опять налево. А который дом вас интересует?

– Тринадцатый.

– Последний. Идите долго, даже если покажется, что идете в пустоту. Пройдете мимо столетнего дуба, потом обойдете заброшенный дом, потом еще один.

– Вы пугаете меня.

– М-м-м-м! Извините, не хотел. У этого места слава дурная.

– Отчего же?

– Если идете по заданному адресу, сами знаете ответ на этот вопрос. Туда попадают только по приглашению.

Мужчина накинул капюшон обратно на голову:

– Доброго вам пути. И будьте осторожны.

– Осторожна? – переспросила Лариса. По коже пробежал озноб.

Ответа не последовало. Только Лариса моргнула – прохожий исчез, словно его и не бывало.

«Спешил, наверное» – догадалась Лариса. Не попрощался даже. Впрочем, ей тоже не до разговоров.

С каждым новым шагом уверенность в правильности поступка укреплялась, но когда оказалась в нужном месте, обуял страх. Избушка старушки выглядела зловеще. Мало того, что она находилась на отшибе, так он нее веяло духом потустороннего мира. Ветхие стены с поросшими мхом бревнами. Частокол вокруг, из острых кольев, давно порушенный, хорошо бы смотрелся с насаженными черепами. Сизой дымкой над крышей опускался седой туман. Тропинка к избушке, поросшая высокой травой давно не хожена, не вытоптана. В темных, плохо освещенных окнах избушки, плавали, тянулись длинные тени, мерцали неясные огни.

Лариса вздрагивала, оборачиваясь на каждый шорох. Вдруг из кустов выбежала черная кошка и села на дороге.

– Кис-кис-кис! – поманила она животное.

Кошка с горящими глазами громко мяукнула, после чего скрылась в темноте.

– Жуть! – промолвила вслух Лариса, подбирая края шали. Ночь опустилась холодная, несмотря на вполне теплый летний день. Или это внутренняя дрожь изводила своим трепетом.

Лариса подскочила от страха, когда откуда-то издали три раза проухал филин. Повернула в обратный путь, сделала несколько шагов, но после резко вернулась, передумав. На миг замерла, прислушиваясь, будто ожидала знака свыше. Так и не дождалась. Однако ее решимости можно было только позавидовать. Тот стальной стержень внутри, появившийся совсем недавно, толкал ее на авантюру. Прежде бы: она мягкая, нежная сердцем, расплакалась, или попыталась бы убежать, но не теперь. Да, да, да! Она была готова плакать от страха, собственной доверчивости и малой надежды на спасение, но не могла себе позволить, ведь только от нее зависела судьба единственной дочери.

Раздвигая высокую траву, Лариса твердо ступила на тропинку, ведущую к избушке. Мокрая зелень, тут же окропила росой ее длинную юбку, делая липкой и неприятно холодной.

Ступила на крыльцо и стукнула в дверь три раза, как условились.

– Входи. Ты заставила ждать себя! – отозвалась хозяйка избушки.

– Иду, – скрепя сердце, сделала шаг несчастная, освобождая ноги от прилипшей ткани юбки.

– Нерасторопная, неуклюжая. Ничего толком не можешь сделать! – проскрипел знакомый голос

Лариса огляделась вокруг, будто ей предстояло совершить что-то гадкое, преступное и ступила в темный проем двери.

Глава 2

Внутри избушки Лариса обнаружила, как и ожидала, мрачное убранство. От вещей, будто собранных с распродаж антиквариата, веяло стариной, скорее даже – тленом: пыльная скатерть, покрытые ржавчиной и помутневшие подсвечники, трухлявые свитки, разложенные повсюду. Поморщилась, наблюдая столь неприглядную картину.

– Садись! – приказала старушка, пододвигая ей стул, – опять ты за свое! Держи свои мысли при себе. Не нравятся они мне.

Ее глаза загорелись сумасшедшим огнем, выражая то ли гнев, то ли глубочайшее превосходство.

– Чего зря глаза таращишь? В чужом доме, будь любезна, уважай хозяйку! Или тебя что-то смущает?

– Ничего не смущает. Вечер добрый! – тихонечко вымолвила Лариса, холодея от ужаса. Откуда эта странная бабушка знает, что у нее на уме?

– Не лги! Вижу, что избушка моя тебе не по нраву. В этом и есть вся сущность людская. Привыкли к роскоши, к безделушкам пустяковым. За стремлением к обогащению души перестали замечать. Стоит услышать шуршание денег, готовы на любые непотребства. Или не так?

Старушка сузила глаза. Она испытывала эту бедняжку, и без того страдающую, не из замысла поиздеваться. Хотела преподать урок.

– Так, – согласно кивнула Лариса, опуская голову, – извините меня: привыкла к чистоте.

– Прощаю! – в голосе старушки вновь послышались зловещие нотки.

И тут до Ларисы дошло, что перед ней очутилась, как есть ведьма. В этот раз на ней не было тех лохмотьев, что в их первую встречу в парке. Увидела, не узнала бы. Старушка облачилась в черную длинную мантию с капюшоном, отороченную кроваво-красным кантом, все до единого пальцы украсила массивными перстнями с огромными камнями, на шею повесила цепь с пентаграммой.

– Удивлена? – усмехнулась старушка.

– Признаюсь честно, очень. Вряд ли узнала бы, встреться вы на улице.

– То-то! Внешность обманчива, как, впрочем, и помыслы людские.

Она быстро-быстро зыркнула на Ларису, пронзая глазищами.

– Не боись! Ты безгрешная, аж противно.

Очищая нагар с оплывших свечей, старушка готовилась к ритуалу. Перед ней на столе была раскрыта древняя толстая книга с заклинаниями, стояла чаша с водой, разложены горкой белые и черные камни, посредине – большой острый нож, накрест с ножницами.

– Я передумала, – вдруг опомнилась Лариса, поднимаясь со стула.

– Уже поздно, механизм запущен, – возразила старушка, вполне миролюбиво, – потом триста раз мне спасибо скажешь.

Лариса вернулась обратно на стул, полностью положившись на волю рока, приведшего ее к порогу этого дома. Ведь в конечном итоге, терять ей было нечего: хуже просто не могло быть. Расположилась удобно, откинулась на спинку стула и сложила руки на коленях, при этом внутренне успокаиваясь и собираясь с духом.

– Я в вашей власти, – смирно вымолвила она.

– Ты уже догадалась, кто я? – спросила старушка, и в ее глазах появился дьявольский огонек.

– Вы колдунья?

– Не угадала. Вторая попытка.

– Кто же вы? Боюсь ошибиться.

– Я – та, что приходит из иного мира, чтобы восстановить нарушенный баланс. В твоем случае, мое появление вполне закономерно. Я – ведьма. Силы природы питают меня, я рождена такой, в отличие от колдунов, таинствам которых можно обучиться. Дар у меня – людей насквозь видеть. Как только тебя в парке заметила, сразу черный шлейф за твоей спиной рассмотрела. Крепко он к тебе прирос.

– Я проклята, – догадалась Лариса.

– Так и есть. Соперница, что миловалась с твоим муженьком, сделала все возможное и невозможное, чтобы разрушить твою семью, но в одном она просчиталась…

– В чем же?

– За все нужно платить. А она схитрила: в положенный срок плату так и не внесла. Видишь ли, красавица, у всего есть цена, все зависит от откупа. Вот, она, например, за уродство твоей дочери, должна была своего ребеночка на заклание отдать.

– Кому? – испугалась Лариса. В мыслях не допускала, чтобы ребенка можно кому-то отдать. Не котенок ведь.

– С кем договор кровью подписывала. Только скрылась подлая, сразу же, как сын появился на свет, забыв о прежних обещаниях. За что и была наказана. От всевидящих глаз не скроешься даже под землей.

– Что с ней? Молю, скажите!

– Не твоего ума дело, – рассердилась ведьма, – ты лучше о себе подумай! Обратного действия с твоей проклятой дочерью не могу совершить, лишь поправку внести.

– Значит, я пришла напрасно?

Лариса всхлипнула, вытерла слезинку. В последнее время она не помнила дня, который провела в радости.

– Не горюй, дочке твоей еще можно помочь.

Ведьма чуть наклонилась вперед, захватывая с края стола круглое зеркальце. Посмотрев в него, она с отвращением отвернулась. На лице у нее отразилось недоумение, смешанное с жалостью.

– Дело обстоит куда хуже, – дала она заключение.

– Что вы видели?

– Ваша дочь – отравлена проклятием с головы до пят. Даже все внутренние органы, кровь и кости пропитались. До чего же люди, порой бывают жестоки! Особенно женщины, в своем желании своровать чужое счастье.

– Но она же невинное дитя! – заголосила Лариса, – ладно я, а она… За что?

– Самая изощренная месть выглядит именно так. Мне не впервой видеть материнскую боль. Куда страшнее испытание, когда ребенок страдает, а ты ничего не можешь исправить. Можешь биться головой об стену, пытаться вести счеты с жизнью, но горю это не поможет.

Лариса встала со стула, вытянулась в струну.

– Если требуется убить эту «Змею», я готова!

– Хвала твоей решимости. Уверена: ты пойдешь до конца. В какой-то мере, я бы посоветовала поступить именно так. Нет человека, нет проблемы. Но, увы…

– Это не сработает, – поняла Лариса.

– Правильно. Разлучница предусмотрела и это. Поверь, хоть я и повидала немало бесчинств за свои двести лет, но такой страшный поступок встретила впервые.

– Мой муж стоит того! Он самый замечательный мужчина на свете.

– Глупости. А ты – наивная дура: ни дать, ни взять – влюбленная.

Лариса поникла головой, принимая правду.

– Вы правы. Моя любовь так сильна, что лишает меня разума.

– Он всегда гулял налево и направо, а ты закрывала глаза, делала вид благополучия, лишь бы сохранить семью. Разве не так?

– Так. Но, я надеялась, что он успокоится, а ребенок скрепит наши узы.

– Еще одна басня. Ни одна глупая баба не смогла удержать мужика дитем.

Ведьма раздражалась, отчего между ее бровями все чаще образовывалась складка.

– Еще посмотрю. Погоди, авось, повезет.

Она вновь взяла зеркальце, подула на него, после обтерла рукавом.

– Твоя дочь родилась лысой?

– Абсолютно. Ни волосочка.

– Тогда тебе повезло.

– Она станет красавицей?

– Самой прекрасной на белом свете, но…

– Я должна заплатить, – перебила Лариса.

– Не встревай, когда я говорю! Не нужны мне твои слезы, да, и плату ты уже с лихвой внесла. Куда больше? Или считаешь, что сможешь вынести еще один удар?

– Что же тогда? Не томите!

– Ее краса будет заключена в волосах. Помни мой наказ! Навсегда запиши его в своей памяти, и исполняй со всей строгостью. Никогда, слышишь, никогда не стриги ей волосы.

– Всего-то? – облегченно выдохнула Лариса.

– Рано радоваться. Это будет непросто. Стоит ей взять в руки ножницы, и она опять превратится в дурнушку, от которой будут шарахаться даже животные, а люди закрывать глаза от отвращения.

– Я буду следить, – пообещала Лариса, – только помогите!

– Тогда бери в одну руку ножницы, а в другую нож. Не забудь засунуть за пазуху камни.

У Ларисы от удивления увеличились глаза:

– Куда засунуть?

– Черный камень – слева под руку, а белый – справа. Да, смотри не перепутай!

– Не перепутаю, только еще один вопрос. Последний.

– Можешь не утруждаться, по глазам вижу, что по мужу своему сохнешь.

– Скажите, он вернется?

– Вернется, – прищуривая глаза, ответила колдунья, – только ты его прогонишь со двора. Зачем тебе опустившийся бродяга с кучей долгов и неутолимой жаждой к спиртному?

– Он тоже проклят?

– Он сам себе проклятие. Худое дело, когда мужчина блудит, словно кот. Примешь обратно – весь век слезы лить будешь. Этот кобель никогда не исправится, так и будет от одной юбки к другой скакать, искать, которая слаще.

– Не приму, – отрицательно помотала головой Лариса.

– Вот, и умница! Думай о будущем своей дочери. Выбирать, конечно, тебе, но помни древнюю мудрость и не пытайся бежать за двумя зайцами. Тут все просто – либо дочь, либо муж.

Ведьма закрыла глаза, опустила руки в чашу с водой.

– Да, прибудет со мной Владыка, дарующий справедливость!

Вода, до этого кристально чистая, внезапно помутнела, а потом и вовсе сделалась черной. Ведьма захватила горсть мути и опрокинула ее обратно. Густым киселем, содержимое плюхнулось назад.

Лариса от неожиданности подскочила на стуле и вскрикнула.

– Что это? Гадость!

– Прекрати, – вскрикнула колдунья, – твоя излишняя чувствительность причина твоих же несчастий. Ты их притягиваешь магнитом, а после не отпускаешь, привыкши страдать по пустякам.

– Так и есть, – согласилась Лариса. Чего греха таить, она часто страдала из-за своей бесхарактерности. Не впервой слышать подобное. Все ее окружение твердило, что пора становиться сильной, учиться стойкости. Только она, как и прежде, нежная душой, ныла и мучилась.

– Пришла пора меняться. Может и не в лучшую сторону, – добавила ведьма.

– Я буду стараться.

– Напрасные слова. Чует мое сердце, что ты снова попадешь под чье-то дурное влияние.

– Обещаю: такого больше не случится.

– Нельзя изменить, то, что заложено кровью. А твои родители растили девочку-паиньку, вовсе не заботясь, что тебе придется жить по взрослым правилам.

– Они так рано оставили меня. К счастью, не увидев, что их внучка родилась такой.

– Ты не готова бороться с трудностями. Скажу больше, представь в мешке с картошкой персик.

– Он разомнется. А после сгниет.

– Именно. Пусть сравнение не идеальное, но в самую точку. Перестань быть персиком!

– Умом понимаю, но когда доходит до дела, пытаюсь найти виноватого, а еще лучше того, кто будет решать за меня. Муж появился, в то время, когда я была не в состоянии самостоятельно жить, заменил собой весь мир.

Ведьма улыбнулась.

– Дай руку!

Лариса послушно выполнила просьбу.

– Твоя душа кристально чиста. В ней нет и капли злобы. На всем белом свете подобных сложно отыскать, еще сложнее оценить. Вот и ты, не жди благодати свыше, не уповай на чудо. Рассчитывай лишь на себя.

– Это так сложно, почти невыполнимо. Боюсь, что в один «прекрасный» момент сломаюсь, и просто-напросто поплыву по течению, может быть, не по самому верному и в конечном итоге утону.

– Представь, что от этого зависит жизнь твоей дочери.

– Запомню ваши слова навсегда. Вы правы, я должна навсегда забыть о своих страданиях, закрыть сердце, чтобы не чувствовать боли и разочарования. Моя девочка – это главное, о чем нужно думать каждую минуту.

– Если бы еще твои слова были в согласии с разумом, тогда было бы все как надо. Есть у меня для тебя прощальный подарок. Странно, но впервые, я прониклась и готова идти против правил.

– Подарок? Но какой?

– Скоро узнаешь. Но прежде позаботимся о твоей дочке. Назови ее имя.

– Виктория.

– Да, свершится правосудие, во имя отца нашего.

Ведьма пошептала над сосудом с мутью, отчего содержимое вновь просветлело.

– Нож и ножницы положи на стол, вынь камни из-за пазухи. Теперь твой ребенок пойдет на поправку. С каждым днем становясь все краше.

Лариса поднялась на ноги и поклонилась в пояс:

– Спасибо большое. Никогда не забуду вашей доброты.

На ее глазах вновь навернулись слезы.

– Опять ты за старое. Хватит плакать, – возмутилась ведьма, – подойди-ка поближе и зажмурься покрепче.

Лариса сжала веки и почувствовала острую боль в области сердца.

– Больно! – пожаловалась она.

– Потерпи. Это твое сердце покрывается льдом. Не надеюсь, я на твое благоразумие, поэтому даю защиту.

Лариса восстановила дыхание, чувствуя, как ей на самом деле становится легче. Будто огромный камень свалился с души.

– Никогда не чувствовала себя лучше, – сообщила она ведьме.

– Рада за тебя. Будь счастлива и прощай! Надеюсь, больше не свидимся. Ступай!

Лариса вышла из избушки и оказалась спиной перед крепко запертой дверью.

– Стойте, подождите! – начала она стучаться обратно, – Вдруг Вика острижет волосы? Что тогда?

Но ей никто не открыл и не ответил.

Глава 3

Руслан проснулся, как только первые лучи солнца начали пробиваться сквозь ажурные занавески. Утро обещало быть добрым, в отличие от предыдущих, сплошь заполненных дождями. За окном вовсю царствовала весна, наряжая деревья в яркую зелень. Суета возрождения природы в каждом звуке, в изменении цвета, тревожили и почему-то заставляли сердце биться чаще. Эти обстоятельства творили с Русланом невероятные преображения. Как будто он видел все впервые. То, что ранее казалось обыденным, сейчас резко бросалось в глаза. Какой интерес, к примеру, глазеть на уток, плавающих в пруду или вдыхать аромат цветов сирени? Раньше бы он просто прошел мимо. Он не знал ответа на этот вопрос и от этого маялся еще больше. Ему и невдомек, что просто-напросто пришло время взросления.

Резко спрыгнул с кровати, так же быстро умылся, причесался. Еще пара минут и он в брюках и рубашке, готовый выскочить на улицу. Мельком посмотрел на настенные часы, сверяя их с наручными. Довольно улыбнулся: точно не опоздает!

– А завтрак? – забеспокоилась мама, только-только, вставшая с постели, – куда в такую рань?

– Дежурю в школе. Я же предупреждал вчера.

– Ах, точно! Забыла.

Мама, как всегда – заботливая, засуетилась на кухне.

– Возьми с собой, – протянула она бутерброды, приготовленные наспех.

– Ну, мам! Я уже не маленький!

– Не вредничай. Здоровье дороже. На голодный желудок мозг отключится, а у тебя важная контрольная.

Эх, мама, мама. Про контрольную Руслан думал меньше всего. Сегодня он непременно должен стоять на том самом месте, где каждое утро Вика проходит по пути в школу. Он учился на класс старше, в выпускном одиннадцатом. В школе они почти не виделись, единственный шанс увидеть ту, что запала глубоко в сердце – проводить ее до школьных ворот. Иногда удача была на его стороне, и ему дозволялось нести ее портфель, украдкой бросая взгляд на стройную фигурку, идущую впереди, а иногда его опережал кто-то другой, портя настроение на целую неделю, а то и на месяц.

Никогда прежде ему не приходилось встречать девушки прекраснее. Идеальное лицо, с огромными выразительными глазами небесного цвета, четко очерченные алые губки, длинные пшеничные волосы, всегда заплетенные в тугую косу. Для него она – королева, эталон, этакий недосягаемый ангел, только без крыльев.

Он любил без надежды на взаимность. Вика, с высоты своей красоты не замечала обыкновенного паренька, ничем особенным не отличавшегося от остальных. Руслан застенчивый, робеющий в ее присутствии, скорее даже раздражал. С ним было скучно. И да, он был отнюдь не фотомоделью: долговязый, лопоухий, с россыпью мелких веснушек на курносом лице. Непослушные лохмы, отрастающие со стремительной скоростью, постоянно топорщились на его голове в разные стороны. Среди одноклассников он слыл отличником, правильным, участвующим в общественной жизни школы, не раз учителя ставили его в пример, а то и просто приводили в сравнение. Не хулиган, в каких девчонки влюбляются.

Выглядывая из-за угла дома, Руслан пинал носом стоптанного кроссовка мелкие камушки, валяющиеся на дороге. На этот раз ему пришлось ждать более часа, пока вдалеке не появилась Вика.

Заливая алой краской щеки, он с видом побитого щенка, осмелился встать у нее на пути. Ладони предательски вспотели. И, как всегда, куда-то исчезла храбрость в голосе.

– А, привет! – звонко отчеканила Вика, передавая в его руки сумку.

Странно, но она никогда не называла его по имени. Всегда: «Эй, ты!». Он не жаловался, привык: где она, и где он?

Самые красивые парни во всей округе мечтали быть с нею рядом. Она копалась в женихах, так и не выделяя никого из них. Капризно морща симпатичный носик, она отмечала, что вокруг сплошь особи, наделенные тупостью и серостью, и ни одного стоящего варианта. Она, по ее словам, достойна большего, чем другие девочки ее возраста. В ее представлении, «Принц на белом коне» – это яркая личность, с достоинствами, неподвластными простому смертному, скорее супергерою, а она заслуживает стихов, серенад под окном, огромных охапок алых роз.

– Не отставай, – обернулась она на Руслана, задумчиво шагающего следом, – не хотелось бы опоздать к первому звонку.

Тот, молча, прибавил шагу, почти вплотную приближаясь к красавице, отчего смущение скрывать, было еще сложнее.

«Хвостик», как негласно Вика окрестила его, меньше всех досаждал. За все время, пока ходил рядом, она почти не слышала его голоса. Остальные же лезли с признаниями, поцелуями и прочей дребеденью. Этот простак в ее присутствии даже дышать боялся. Вике льстило подобострастие слуги перед ее высочайшим взором. Странный паренек возносил ее самомнение, и так росшее день ото дня.

И вовсе не интересно, что Руслан сильный и умный, что лучше всех играет в футбол и мечтает стать в будущем врачом-терапевтом. С его настойчивостью и терпением, обязательно настанет то время, когда его имя будет известно всем в городе, а на прием к нему будут записываться за месяц вперед.

Вика хотела быть просто красивой, любимой и чтобы ее носили на руках, при этом ничего не требуя взамен. Она, вся гламурная, возвышенная, в платье от кутюр, общается в высшем обществе, пробует изысканную еду, слушает разговоры о котировках валют, банковских процентах и росте прибыли от нефтяного бизнеса. Да, именно так она представляла свою будущую жизнь.

Как ни странно, мать не одобряла высокомерия дочери. Стоило Вике завести разговор о своем превосходстве перед одноклассницами, как та, ни с того, ни с сего, начинала ругаться и читать морали.

– Доченька, не в красоте счастье.

– А в чем же тогда?

– В доброте, в милом характере, а еще в поступках, по которым судят человека.

– Это все сказки, – огрызалась Вика, зная, что эти качества давно уже не в почете, – ты, мама, словно из прошлого века. Самое главное – это красивые глаза, губы и волосы.

Мама всегда при этом слове вздрагивала и бледнела.

– Помни, что я тебе говорила, и каждый день повторяю!

– Да, да, – скривив губки, соглашалась Вика, – я не должна стричь волосы, в них заключается моя красота. Если я отрежу даже самый маленький локон, мое лицо сморщится, потемнеет и покроется коричневыми пятнами.

– Все верно, – удовлетворенно выдыхала заботливая мать.

По этой причине она никогда не держала в доме ножницы. Единственные, которые украдкой использовались в хозяйстве для шитья, находились под замком в комоде.

К страшилке, придуманной строгой матерью, Вика относилась с юмором и, конечно же, не верила в эти басни. Она и сама никогда бы не рассталась ни с одним сантиметром своих роскошных волос, длинными волнистыми линиями доходившим до пояса. С раннего детства, именно за них ее прозвали Златовлаской. Волосы не просто ее украшение – это основной объект для зависти девчонок, и внимания мальчиков. Хотя именно за старомодную прическу ей и доставалось больше всего. Обзывали, пытались дернуть за косу. Сложно отличаться ото всех.

– У меня сегодня пять уроков, – сообщала она Руслану, оборачиваясь и забирая портфель.

Он сообразил, что Вика назначает ему свидание и обрадовался.

– Я буду ждать на крыльце.

Он лишь на мгновение нахмурился, от мысли, что придется пропустить тренировку. Сегодня, как назло сдача норм, к которым он так усердно готовился. Всегда рассуждая по-взрослому, Руслан расставлял приоритеты и всегда склонялся не в пользу разума, а действовал сердцем.

Вика, будто читая его мысли, хмыкнула:

– Домой я пойду не с тобой. Просто, решила предупредить, чтобы не ждал напрасно.

Ему хотелось спросить, с кем, но он вновь промолчал, проглатывая обиду. Наверняка с Ильей, тем самым, что отличался особым хулиганистым характером. Задира, с кошмарным агрессивным нравом держал в страхе всю школу, но на Вику он смотрел с обожанием. Пару раз Илья хвастался, что обязательно станет ее парнем. Даже что-то вроде пари заключил со своими друзьями-товарищами.

– Чего скис? – внезапно поинтересовалась Вика.

Руслан опустил голову, словно пытался рассмотреть носки своей обуви.

– Настроение не очень…

– Зато у меня – отличное! – весело похвасталась она.

У Руслана появился повод для волнения. Зная Вику, он всегда безошибочно определял, что у нее на личном фронте появился новый кавалер. Так было не раз, но всегда ее краткие романы заканчивались ничем серьезным. Нервов за это время он тратил немало, наблюдая отвратительную для себя картину, когда любовь всей его жизни прогуливалась с симпатичным парнем, смеялась на его шутки и вела себя, словно счастливая влюбленная, наконец-то встретившая «Того парня».

Как же ему хотелось хоть разочек признаться Вике, что он сходит по ней с ума, что готов мириться с ее скверным, заносчивым характером.

Всякий раз, проглатывая обиду, он надеялся, что в один прекрасный момент, она обратит внимание лишь на него. Не потому, что общественное мнение того требует, а потому что полюбит его всей душой и не сможет без него прожить и дня.

– Тогда до завтра, – тихонечко проговорил он.

– Не смей меня преследовать, – взвилась Вика, – не нужно встречать и провожать. Понял?

– Понял, – буркнул Руслан, в это время, взрываясь внутри от злости и жалости к самому себе.

Вика резко повернулась к нему спиной, выражая все свое безразличие, одним рывком открыла входную дверь, проходя внутрь школьного коридора.

Руслан будто статуя, замер на месте, не решаясь сделать шаг вслед за ней. Сегодня он получил еще один от ворот поворот. Впрочем, ему не привыкать. Его настойчивости может позавидовать самый упрямый осел.

Все одиннадцать классов Руслан боролся за отличные результаты в четвертях. Зубрил, писал никому не нужные рефераты, проекты. Его дневник никогда не видел отрицательной отметки или замечания учителя о плохом поведении. Будучи почти на рубеже, он твердо знал, как будет двигаться дальше, как в его будущем будет все по расписанию. До той самой поры, пока в его жизнь не ворвалась такое незапланированное, но такое важное чувство – любовь.

Глава 4

– Руслан, пойдем после уроков, погоняем мяч, – предложил друг по футбольной команде.

– Давай в следующий раз, – равнодушно отозвался тот, пребывая в скверном настроении.

Тренировка прошла так же под девизом: «Поскорее бы все закончилось!»

После неприятного диалога с Викой, все валилось из рук. Руслан чувствовал угрозу с неизвестной стороны. Он выстроил несколько версий, с кем бы она могла завести роман в этот раз. Но по неведомой причине снова оправдывал ее. Ведь она так красива, что имеет право выбора, а он… Что он сделал, чтобы соответствовать ее запросам? Много раз слушал ее рассказы об идеальном мужчине, наделенном достоинствами миллионера, властителя жизни, к тому же с модельной внешностью. Руслан же не шел ни в какое сравнение. Что он может ей предложить кроме верности, искренней любви? Да, ничего!

Лениво выставляя ноги, он брел по направлению к дому по короткой дороге мимо гаражей. В голове роились мысли, перебивая друг друга. В основном все сводилось к злости на самого себя, так и не осмелившегося признаться Вике в чувствах. Как вдруг:

– Лови его! – кто-то громко закричал неподалеку.

Потом еще крики, звуки топанья ног.

– Стой! Куда?

– Догоняй! Быстрей!

– Врешь! Не уйдешь!

Руслан сообразил, что где-то рядом заварушка. У этого места давно дурная слава: вся шпана с округи тусовалась на здешнем пятачке. Раньше бы постарался как можно быстрее смыться отсюда, не встревая, но не в этот раз. Виной – внезапное нервное состояние и желание выпустить пар.

На задворках ряда гаражей собралась компания хулиганов. Руслан, окинув взглядом сверстников, заметил знакомые лица. Мальчишки с разных школ сплотились в дружную криминальную банду. Егорка и Влад занимались мелкими кражами, парень постарше, вроде бы брат Егора, угонял велосипеды и мопеды, а рыжий Славка воровал продукты в супермаркетах, засовывая их себе за пазуху. Ребята, постоянно попадавшие в отдел полиции, между тем никак не могли остановиться, продолжая проказничать. Все, без исключения, боялись их. И было чего. Эта банда, отличающаяся особой жестокостью, особенно отличилась в стремлении отбирать ценные вещи у более слабых. Не брезговали ничем: телефоны, мелочь, наушники, флешки, все, что можно обменять или продать.

Руслан, выглядывая из-за угла, увидел, как эта банда окружила парня, по виду не местного.

– Выворачивай карманы! – орал Егорка.

Парень в ответ мотал головой.

– По-хорошему говорю!

– Не буду! – выкрикнул парень, пятясь к кирпичной стене гаража.

Руслан не успел моргнуть, как Егорка набросился на парня с кулаками. За ним поспешили его дружки. Четверо на одного. Такого он вынести не смог.

– А ну, разойдись! – заорал он, набрасываясь на них сзади.

– Это еще кто? – удивился Егорка.

– Я его знаю, – объявил Славка, – это Руслан из нашей школы. Из правильных.

– Слышь, ты, шел бы ты мимо. Не твоя разборка!

– Теперь моя! Раз я здесь стою.

– Я ору! Вали отсюда, тебя чего бомбит-то так? Или ты с этим чудиком знаком? Так он вроде не из местных?

– А вы чего вчетвером на этого? Это же зашквар. Расскажу всем, засмеют.

– Только попробуй!

Теперь гнев Егорки полностью перешел на Руслана. Все-таки авторитет главнее.

– Этот нуб делиться не хочет, – сообщил он, напирая на Руслана.

– А почему он должен с тобой делиться?

– Ну, как же! Сам посмотри: куртка у него фирма, кроссы не из ларька. Не бедствует. Нам, к тому же, много не надо: телефончик, наличные, ну и еще часики.

– Не подавишься? Жирновато!

Руслан внезапно почувствовал азарт. Ему сильно-сильно захотелось вмазать по Егоркиному лицу.

– Не подавлюсь. Я как раз на мели, да, и ребята тоже. Нам много не надо: может, пару тысяч, чтобы весело провести время. Не всем так везет, чтобы родители денег на расходы давали.

Егорка встал в позу. Тут же его верные друзья, сплотились возле него: сильные, высокие. Руслан, прежде имеющий опыт рукопашной борьбы, не сомневался в своих силах. И как только он взглянул на бледного паренька, прижавшегося спиной к кирпичной стене гаража, его силы удвоились. Выпрямил спину, расставил широко ноги.

– Только попробуй! – высоко поднимая подбородок, предупредил он.

Он еще раз посмотрел на незнакомца, скорее с одобрением, чем с жалостью, и встал с ним рядом.

– Двое против четырех, по два на человека делится, – шутливо сделал он вывод, сжимая кулаки.

– Ну их, Егор, проблем не оберешься, – прогнусавил Славка.

– Еще чего! – возразил вредный Егорка.

– У Руслана отец в полиции работает. С нами нянчиться не станет, если заметит, что сыночка отделали.

– Да, мне хоть папой римским! Встал на дороге, пусть отвечает по понятиям.

– Тогда я в стороне. Разбирайся сам. Мне скоро шестнадцать, засадят по-полной. Или ты забыл, что на мне еще три косяка висят? Менты только и ждут, когда я достигну нужного возраста. Уж, точно жалеть не станут: по последнему эпизоду два года светит без права УДО.

– А на мне и того больше, – согласился с ним Влад. Тот хмырь, чью тачку месяц назад разбили, никак не смирится, все компенсации требует.

– Пойдемте, лучше отсюда. После разберемся, – продолжал Славка, явно заинтересованный слить ситуацию.

– Ну, уж нет! Давайте драться – возразил Руслан, ударяя Егорку в щеку.

Он уже настроился, показать, свои способности, ведь не зря же он почти пять лет занимался боксом. Бурная кровь закипела его в венах, добавляя адреналина. Сделал широкий замах, намереваясь ввалить всем без разбору.

Испугавшись подобной прыти, банда поспешила оставить поле боя. Лишь Егорка, потирая щеку, кричал издали, что еще найдет способ поквитаться. Когда скрылись из вида, Руслан обернулся назад:

– Как ты? – поинтересовался он у паренька, все еще «прибитого» к гаражной стене, – не очень досталось?

– Я в порядке, – тихо ответил тот, выдыхая с облегчением.

– Руслан, – протянул он руку, – а ты?

– Арсений.

Парень ответил на рукопожатие.

– Зачем ты здесь? Видишь, ведь, что в одиночку бродить опасно для здоровья?

– Так я… Это… Случайно. Шел…

– Чужим здесь не место. Это хорошо, что я рядом оказался. Сейчас бы шел, в чем мать родила, да еще и с фингалами. Эти беспредельщики столько ребер переломали, не сосчитать. Привыкли они толпой.

Арсений рукавом вытер кровь с разбитой губы, после отряхнул пыль с брюк.

– Да, я уже понял, только поздно. Здесь же на заборах правила поведения не пишут. Знакомых в вашем районе у меня нет, вот и попался.

– Тогда я вообще ничего не понимаю! – удивился Руслан, – ехал бы на автобусе, как все «белые люди» делают.

– Я как раз к остановке и шел. Мне один парень короткую дорогу показал. Иди, говорит, прямо по тропинке, мимо гаражей, потом поверни направо, выйдешь к шоссе. Кстати, вполне себе вежливый, проводил меня даже.

– Первый раз такого лоха встречаю, – усмехнулся Руслан.

– Какого?

– Это же развод. Знакомая тема. Ты чего, с гор спустился?

– То есть это был один из этих!? – догадался Арсений.

– Так они здесь давно промышляют. Один наводку дает, остальные в засаде сидят, ну, а конечный результат тебе известен.

– Как слепого котенка! – сквозь зубы процедил Арсений.

– Ладно, проехали, – предложил Руслан, – в следующий раз умнее будешь. Наверное, так и должно было случиться, чтобы лучше выучить урок.

Руслан уже собирался уходить, когда его осенило:

– Все же ответь: зачем ты в нашем районе?

– С девушкой познакомился. Общались по интернету, фотографиями обменивались, а сегодня решили встретиться. Она захотела, чтобы я непременно пришел к ее дому. Я поначалу возражал, а потом согласился.

– Почему? – удивился Руслан.

– Очень уж она красивая. Таким, обычно, не отказывают.

– Ну, и как прошло свидание? Не зря сходил?

Арсений пожал плечами:

– Даже не знаю, что и сказать. На фото она конечно – отпад: фигурка, лицо, волосы до пояса, ресницы длинные, глаза синие, утонуть можно.

– А в реале – обманка…

– В том-то и дело, что в жизни она еще симпатичнее, но вот характер…

– Тупая? – пытался угадать Руслан.

– Строит из себя принцессу. Вся такая – разэтакая. Возражений не принимает, только приказы раздает: встань здесь, скажи – то, скажи – се, смотри сюда, возьми меня за руку. Я терпел, чисто из любопытства, но вот второй раз видеться с ней точно не хочу.

– А она?

– Откуда же мне знать? Твердила что-то вроде: что мы идеально подходим друг другу, что у нас большое будущее и прочую ерунду. Я половины не слышал, мечтал смыться поскорее.

Руслан уже и без упоминания имени догадался о ком идет речь, но решил удостовериться.

– Ее зовут Вика?

– Точно! Я же не называл ее имени, как ты догадался?

– Другой такой на нашем районе нет.

Руслан только, что понял, что помог своему сопернику. Отчего на душе заскребли кошки.

– Так ты не будешь больше с ней встречаться? – задал он прямой вопрос.

– Не буду, – отрицательно кивнул Арсений, – а что?

Руслан чуть помолчал, думая, стоит ли незнакомому парню выкладывать свою тайну. Но, тот будто прочитав его мысли, заговорил сам.

– Она тебе нравится, да?

– Очень, а толку! Ты сам видел, какая она, а я…

– Ты?

– Не подхожу я ей.

– Зря ты так. Будь я девушкой, обязательно влюбился бы в такого.

Руслана аж передернуло от подобной мысли. Слушать комплименты от сверстника ему еще никогда не приходилось.

– Не злись, – продолжил Арсений, – ты – умный, сильный, храбрый. Наверняка девчонки смотрят на тебя влюбленными глазами, а ты просто-напросто не замечаешь никого вокруг.

– Правильно. Мне никто, кроме Вики, не нужен.

– Не дрефь. Ты выручил меня, а я в долгу не останусь.

– Не понял? Ты что бросишь ее ради меня?

– Зачем? У нас и так ничего бы не получилось. Я помогу тебе стать ее парнем.

– Интересно, как? Я же столько раз пытался.

– Скоро узнаешь.

Арсений хитро улыбнулся. В его уме уже сложилась интересная комбинация, о которой никто не должен знать.

– Пойдем, я провожу тебя до остановки, – предложил Руслан.

– Хотел бы я иметь такого друга, как ты, – ответил Арсений, шагая с ним рядом.

– Я не против, – откликнулся Руслан. Он всегда был открыт для любых знакомств.

– Слишком ты правильный.

Руслан сплюнул на траву, почему-то раздражаясь. Он не верил в льстивые слова, тем более звучащие из уст незнакомца. Шпана с района правы: он был похож на мажора. Подобных в их среде недолюбливают, обходят стороной – понты на родительские денежки.

– Твоя выгода в чем? – поинтересовался он.

– Никакой выгоды. Просто я привык платить по счетам. Характер у меня такой.

– Но я ничего не требую взамен.

– Напрасно. Этот мир создан, чтобы совершать обмен. Как знать, может в будущем, мы еще не раз пересечемся.

– Я рассчитываю только на себя, – зло бросил Руслан, – чего и тебе советую.

– Не сердись. Если я обещал помочь – помогу.

– Помочь? Шутишь?

Руслан усмехнулся еще раз, всматриваясь в собеседника, который не отличался особенными физическими способностями.

– Не всегда силой можно добиться желаемого, – отреагировал Арсений на его ухмылку.

– Чем же еще?

– Смотри глубже. Зачем-то человеку даны мозги: есть хитрость, смекалка, а еще находчивость.

– Допустим.

– Вот, к примеру, чего особенного есть в твоей Вике?

– Она красивая.

– А еще?

– Не знаю, – отмахнулся Руслан, на самом деле понимая, что добавить нечего.

– Спрошу по-другому: без чего ты не представляешь ее?

– Ну… наверное… без…

Руслан не был готов и к такому вопросу. Оказывается, он никогда не задавал подобных вопросов самому себе. В его сердце жила любовь, бессознательное чувство, не подпитываемое ни с которой стороны.

– Она нужна мне, – огрызнулся он.

– Это я уже понял, – без доли обиды ответил Арсений, – и все же?

– Ее косы. Не представляю себе, как она будет выглядеть без них.

– Возьму на заметку. Обещаю, что скоро Вика будет бегать за тобой.

Руслан недоуменно пожал плечами.

– Она тебе не по зубам.

– Вопрос спорный. Забыл доложить тебе, что я перфекционист. Любое дело имеет начало, и такое же логичное завершение.

– Слишком ты самоуверенный, – с сарказмом ответил Руслан, – зачем такие сложности? Я живу чувствами. Если, к примеру, мне человек не нравится, это навсегда и наоборот. Все просто, и не стоит заморачиваться. Я точно знаю, кому хочу двинуть в зубы, а кого хочу поцеловать.

Арсений усмехнулся:

– Ты настоящий. В этом твоя слабость. Попробуй видеть жизнь, как бы со стороны и все станет гораздо проще. Абстрагируйся.

– Думаю, не стоит. Меня и так все устраивает. Вот и остановка. Пришли.

Арсений пожал Руслану руку на прощание.

– Последнее…

Руслана начал утомлять этот напыщенный собеседник.

– Чего еще?

– Дай мне сроку две недели, не вмешивайся и делай вид, что мы с тобой не знакомы. Договорились?

– Договорились.

Глава 5

Конечно, Вика мечтала быть счастливой. И понятие о счастье у нее, как и всех девчонок-сверстниц, трактовалось в пользу шикарной жизни. Чтобы как в популярных сериалах: сидеть модно одетой в уютном кафе, пить коктейль или горячий кофе, непременно с вишневыми бисквитными пирожными. После, вдоволь нагулявшись по магазинам, скупив все подряд, болтать с подружками по телефону. А устав и от этого, зависнуть в интернете, где под ее фото уже поставлены сотни лайков. Остальное представляла с трудом, но понимала, что осуществить мечту можно только с помощью мужчины. Нужен успешный и сильный, который мог бы позаботиться о ней, обеспечив ее всеми благами. От нее требуется одно – быть красивой, веселой. И точка! О роли самого мужчины при этом она рассуждала мало. У ее избранника была куча обязанностей и полное отсутствие прав, кроме права много зарабатывать. Этакий безмолвный исполнитель желаний.

Именно поэтому, наплевав на строгие наказы матери, Вика находилась в постоянном поиске. Ну, и пусть она пока молода, годы стремительно летят: скоро она окончит школу, а потом… Хотелось – здесь и сейчас, а не завтра, когда все дается с усилиями. Несмотря на юный возраст, Вика четко следовала ориентиру, изучила опыт победительниц конкурсов красоты, успешно устроивших свою жизнь. По этим правилам девушка все должна была успеть до тридцати лет, в противном случае – одиночество в окружении кошек и статус «старая дева».

Мама постоянно твердила, что она должна рассчитывать только на себя. Первое условие: наличие образования, второе – хорошая работа. Сама- то круглые сутки работала в больнице, пытаясь свести концы с концами, чтобы доченька ни в чем не нуждалась. Порой, и Вика это замечала, мама в ущерб своих интересов, покупала ей туфельки или платье, продолжая ходить в стареньком пальто. Прозябать в такой серости, когда бюджет семьи расписан вперед на месяц, Вика не желала.

Порой ей казалось, что мама родилась в прошлом веке, когда ценности устанавливались по принципу абсурда. Все находилось под строгим запретом, включая отношения с противоположным полом: «Порядочная девушка никогда не знакомится первой, первая близость только после свадьбы». Вика всякий раз слушала нравоучения с некой долей раздражения, ведь мама ничего толком не понимала в тенденциях современного времени, когда все рамки табу стерты.

Модель семьи в голове Вики не складывалась. Да, и какие понятия должны быть, если рядом никогда не было крепкого мужского плеча, в образе заботливого отца.

Хотя и тут – враки. Однажды, Вике «посчастливилось» познакомиться с биологическим родителем. В своих фантазиях, впрочем, она представляла его совсем иначе. Причиной тому – вечно хлопочущая рядом мама, защищающая ее от всех бед.

– Твой папа – великий человек, – обманывала она, всякий раз, когда заходил об этом разговор.

– Где же он? Почему никогда не приходит? – лепетала любопытная Вика.

В ее понимании папа – герой, чуть ли не летчик – испытатель, а то и капитан дальнего плавания, покоряющий глубокие воды океана. У всех знакомых девочек и мальчиков имелись папы, в отличие от нее.

– Скоро он вернется, – обещала мама, пряча глаза.

Все больше увязая в обмане, ей было сложнее придумывать новые версии отсутствия мужа.

– Когда? – Вика отличалась завидным упорством.

– Через год. Как раз сейчас он занят исследованием ледников на Северном полюсе.

– Там же холодно! Он может простудиться.

– Он сильный и умный и не боится холода, – возражала мать, – скоро вернется, нужно еще подождать.

Вика ждала. Подружки зачастую дразнили ее, обвиняя во лжи. Между тем, она в старании приукрасить вымышленного отца, была готова броситься в драку.

– Никакого папы у тебя нет, – твердили девочки.

– Есть! Скоро я докажу вам!

В один момент Вика замолчала, а тяжелые воспоминания, навсегда запечатлелись в ее памяти. Тот проклятый день поминутно она прокручивала в голове, ощущая все большее разочарование.

Она в нарядном сарафанчике, в ярких розовых сандалиях в тон старалась поспевать за широкими мамиными шагами по пути домой из магазина, как на их пути возникла та злополучная игровая площадка: разноцветные качели, горка, песочница, разрисованная голубой краской.

– Мам! Ма-а-а-м! – тянула она за руку.

– Доча, давай завтра, я так устала.

– Я сейчас хочу, – начала хныкать капризная малышка.

Мама, как всегда сдалась. Ее девиз: «Лишь бы доченьке было хорошо» играл с ней плохую шутку.

– Разве на минутку. Иди, поиграй.

– Ура! – взвизгнула Вика, убегая навстречу к развлечениям.

Нисколечко не жалея платьице, Вика скатилась с горки прямиком в кучу песка, а после, натирая колени белоснежных колгот зеленой травой, свалилась с качелей. Потом с легкостью она взгромоздилась на самый верх лесенки.

Как вдруг она почувствовала волнение, не обнаружив рядом мамочку. Стало тревожно и по-настоящему страшно. Повертев головой, она увидела маму в обществе мужчины. Спрыгнув вниз, Вика помчалась к маме, которая громко спорила с незнакомцем. Мужчина с недельной щетиной, в помятом пиджаке, в стоптанных ботинках и рубашке с оторванным воротником, скорее походящий на бродягу, что-то отчаянно пытался внушить ей. В его голосе, манере поведения было слишком много от хищника, застигшего свою жертву в подходящем месте.

– Уходи! – кричала мама, отчего Вика испугалась до дрожи в коленках.

– Она должна знать! – спорил мужчина, нависая над мамой, уступающей ему в росте.

Вдруг они оба замолчали, заметив приближение Вики.

Злодей закашлялся, отбрасывая сигарету. Пусть Вика была слишком мала, но и уже тогда она заметила, насколько неприятен этот незнакомец. Еще сложнее понять, почему сердится мама, до этого всегда сдержанная и спокойная.

– Мама, что случилось? Мне страшно!

Вика подошла к ней близко-близко и спряталась за ее спиной.

– Не бойся!

В голосе мамы было столько тревоги и боли, что стало жутко. Отвратительное чувство холодком спустилось по спине и ушло в пятки.

Между тем, мужчина, преисполненный решимости, не отступал ни на шаг.

– Если ты не скажешь – я это сделаю.

– Ты же обещал, – почти плача, умоляла мама.

– Не припомню такого!

– Ты бросил нас. Что же произошло, что так настойчиво преследуешь? Отстань!

– Моя личная жизнь потерпела крах. Я вернулся, чтобы начать все сначала. А ты должна принять меня, ведь у нас есть дочь. И, если честно, мне некуда больше идти.

– Мама! – завизжала Вика, когда мужчина ухватил ее за руку.

– Дочка! – закричал незнакомец.

Вика заткнула уши, не желая мириться с действительностью. С первого взгляда на этого опустившегося субъекта она поняла, кто перед ней. Она была не так мала, чтобы не принимать реальность со всеми ее недостатками.

Между тем неприятный мужчина тянул к ней свои руки, стараясь прижать к себе.

– Обними меня, доченька, – умолял он.

– Нет! Пусти! Убери руки!

Вика затопала ножками, завертела головой. Из ее глаз брызнули слезы.

– Не трогай меня!

– Я твой папа.

– Нет! Нет! Нет! Мама, мама, мама! – У Вики началась истерика.

Лариса отреагировала, как и подобает заботливой родительнице. Оттолкнув бывшего мужа, она закрыла собой, трясущуюся в плаче дочку.

– Если ты сейчас не уберешься, я за себя не ручаюсь, – прошипела она сквозь зубы.

– Кишка тонка, – тотчас ответил тот, закидывая кулак над головой.

– Только попробуй!

В голосе бывшей жены и в ее взгляде было столько отваги, что злодей отступил, опуская руку.

– Ты еще пожалеешь об этом, – кричал он им вслед, – да, кому ты нужна разведенка с прицепом! Умолять будешь, на коленях ползать!

– Не перед тобой. Не дождешься!

Гордо подняв голову и стряхнув слезу, Лариса не обернулась ни разу на того, кто прежде являлся центром Вселенной. К своему стыду, первый порыв, когда его увидела – броситься на шею, принять со всеми недостатками, обласкать, отмыть, накормить и пустить в свою жизнь. Быть одинокой женщиной – тяжелое бремя. Все же она не успела забыть, насколько лживы его обещания. Столько раз надеялась, что может изменить его одной только своей беззаветной любовью, но с каждым новым днем иллюзии таяли, лишая последней капли веры. Постоянные измены, вранье она прощала, притворившись глухой и слепой, лишь бы сохранить видимость семьи, о которой мечтала больше всего на свете. Что же сейчас?

Лариса делала шаг за шагом, чувствуя пристальный взгляд, сверлящий спину. Понимала, что в ее силах вернуть все назад, стоит лишь смириться с условиями, полностью уничтожающими ее человеческое достоинство. Обернуться, тогда у дочери будет отец, а у нее какой-никакой муж. Она будет ублажать его, мирясь с его отвратительным настроением. Свежая рубашка, вкусный ужин, теплая постель. Ей не сложно быть заботливой женой, но нет никакой гарантии, что бывший муж изменился, и, пребывая в тихой гавани, не отправится на поиск приключений на чужой территории. Вокруг столько свободных одиноких женщин, целое море не выпитого вина.

Не обернулась. Тяжело вздохнула. Острой болью в груди зашлось сердечко, скованное ледяной коркой. Хорошо, что ведьма, заранее предчувствуя такой вариант развития событий, позаботилась о защите.

– Я ничего не чувствую, – зачем-то вслух сказала Лариса.

– Я тоже, – призналась Вика, – совсем. Вот здесь…

Малышка приложила руку к груди.

– Не может быть? Неужели заклятие наложило и на тебя отпечаток?

Лариса закрыла ладонями лицо. Так хоть гримасу боли скрыть можно.

– Какое заклятие, мам? – не поняла Вика.

– Ерунда, к слову пришлось – бред всякий, что в голову от страха лезет. Знаешь, я так испугалась.

– Этот дяденька нам чужой, – подвела итог Вика, беря маму за руку и увлекая за собой по направлению к дому.

– К сожалению, он твой отец, – возразила та.

В ее сердце вновь ожила острая боль. Такую же испытала лишь однажды, когда муж ушел, громко захлопнув за собой дверь. Тот раз она пережила не без последствий, выгорая изнутри.

– Неправда. Мой отец сейчас на Северном полюсе изучает ледники. Давай сделаем вид, что ничего не случилось, а злой дядька просто-напросто шел мимо.

– Прости дочка! Я не смогла уберечь тебя, как ни старалась.

– Наоборот, я рада, что так получилось, – по-взрослому ответила Вика.

– Ты пугаешь меня, – с тревогой в голосе заметила мать.

– Спасибо.

– За что?

– Обещаю, что никогда не допущу той же ошибки. И еще за кое-что.

Бедная женщина даже и не подозревала, что ее дочь выросла настолько разумной.

– Я старалась скрыть правду. Ты так ранима, – попыталась она оправдаться.

– Ну, и зря. Спасибо, что выгнала… Этого…

У Вики в лексиконе не нашлось слова, чтобы дать ему правильное имя. Она улыбнулась, поднимаясь на цыпочки, прикоснулась губами к щеке матери.

– Я так люблю тебя, мама!

С этого дня все темы на счет противоположного пола в голове Вики сводились к одному: все мужчины предатели, недостойные слез. В идеале – использовать их в своих целях, а затем бросить и двигаться дальше к следующему, поносящему больше выгоды. А чувства? Да, ну их к черту! От них одни проблемы и головная боль.

Глава 6

У Вики на горизонте замаячил вполне реальный объект для воплощения мечтаний – Арсений. Пусть он станет всего лишь первой ступенью на подъеме, ничего страшного. Именно так мыслила, представляя, что обретет новый круг знакомых, именуемых сливками общества.

Банальное знакомство в интернете, затем реальное свидание, полностью убедившее о правильности выбора парня. Арсений учился в престижной школе, родители его ездили на крутом внедорожнике, стоящем сумасшедших денег, имели огромный дом в пригороде и трешку в центре. Она была готова закрыть глаза на то, что абсолютно ничего не знает о нем. Такие пустяки незаметны, когда в голове включаются совсем иные перспективы.

Арсений удивил своей немногословностью, дополненной долей таинственности. Мало говорил о себе, все больше интересуясь ее персоной. С одной стороны лестно, когда ты – центр внимания, с другой – недостаток информации слегка напрягал, но Вика надеялась, что впоследствии сможет заслужить его доверие.

Хотя познакомились они всего пару недель, Арсений проявлял все больший интерес: водил в кино, дарил подарки – приятные мелочи, символизирующие искреннюю влюбленность. Вика была на седьмом небе от счастья. Ее новый молодой человек мог позволить себе массу развлечений, походы в кафе, игровые центры. Деньги у него были, и он не скрывал этого.

Вика много думала о своих чувствах, пытаясь прислушаться к велению сердца. Но как назло, оно молчало, равнодушно выбивая ровный такт. Порой казалось, что никакой любви не существует, а потом, наоборот, что она влюблена по уши. В него, в Арсения. А он…

С нею рядом находился настоящий красавец с обаятельной улыбкой, прекрасными манерами. Он мог смотреть на нее так, что мурашки бежали по спине, а голос предательски дрожал. И все же она, каким-то внутренним чутьем ощущала непреодолимый барьер, стоящий между ними. Не потому, что они были из разных миров, а оттого, что Арсений постоянно закрывался множеством недомолвок, будто держал ее на расстоянии. Или ей это казалось? Точного ответа она сама не знала.

В одно прекрасное утро Вика проснулась с ощущением вселенского счастья. «Его невозможно не любить, – подумала она, – он идеальный, самый лучший!»

С его именем на губах она застывала в задумчивости. Скучала, мысленно звала, едва дожидаясь вечера, когда они могли встретиться. Ежеминутно вспоминала, как впервые увидела его. С ухоженными блестящими волосами, в дорогой куртке, в белоснежной рубашке с расстегнутым воротником он появился перед ней и непринужденно произнес:

– Привет, я – Арсений.

Как в лучших традициях сериального кино, она ответила:

– Приятно познакомится, Виктория.

– Вика, Вика, Виктория, – певуче срифмовал он, – красивое имя.

– Спасибо, – чуточку стесняясь, поблагодарила она.

Сложно вести диалог с совершенно незнакомым человеком, пусть и таким симпатичным.

Их свидание, сумбурное, завершилось слишком быстро, оставив после себя массу вопросов. Основной из которых: «Понравилась ли я ему?» Обычно Вика не забивала голову подобной чушью, ведь она считала себя совершенством, способным очаровать любого.

Странный, на тот момент, Арсений не проявил и малой доли симпатии, к которой она обычно привыкла. Не пытался завалить ее кучей комплиментов, приятных фраз и прочих любезностей. Вика пришла в растерянность: «Все ли у него в порядке со зрением?»

Все же расставаясь, он как бы, между прочим, попросил:

– Продиктуй номер телефона, на всякий случай.

– На какой случай? – включилась она в игру.

– Если захотим встретиться.

Она не сдержалась и раздраженно спросила:

– Если? Шутишь?

Арсений в равнодушной манере, как подобает воспитанному человеку, ответил:

– Не могу планировать наперед. Обстоятельства, знаешь ли, вещь непредсказуемая. А время, иногда бежит так быстро, что не успеваешь разобраться со всеми делами. Свободных минут так мало.

– Согласна. Тогда до встречи, – не скрывая раздражения, бросила Вика.

Тяжело вздохнула, провожая взглядом удаляющуюся фигуру Арсения. Почему-то показалось, что он «отшил» ее. Впервые в жизни ей довелось побыть в шкуре отвергнутой. Скверное, унизительное чувство заставило сжаться в комок, а после и вовсе расплакаться. Впервые в жизни она лила слезы из-за парня. С красными, воспаленными глазами встретила маму после работы. Та, едва завидев печальное личико дочери, забеспокоилась, заохала:

– Доченька, кто тебя обидел?

– Что ты, мама, все хорошо. С чего ты взяла?

– У тебя глаза на мокром месте.

– Это от учебников. Читала много, четверть на носу. Надо физику вызубрить, по химии практическая, а еще математичка меня на олимпиаду записала. Жуть. Сама же знаешь.

– Меня не обманешь, – отмахнулась мама, тонко чувствуя перепады настроения единственного ребенка, – ты только скажи, я помогу, а если потребуется – вступлюсь.

Вика никогда прежде не скрывала ничего, таков уж уговор с детства. Но этот случай особенный, и она решила врать до конца, пренебрегая доверием. Она ловко поменяла тему, вновь возвращаясь к школьным проблемам.

– Не надо вступаться, взрослая сама справлюсь. Хорошо, что ты хоть за парту за меня не садишься. Я, кстати, на второй в первом ряду сижу.

Мама рассмеялась:

– Из меня получилась бы двоечница. Ваши заморочки уже не для моего понимания: в наше время не так учили, да, и учителя были другими. Пожалуй, я все же останусь на своем месте, а ты на своем.

Следующий день прошел в отвратительном настроении. Вика, не выспавшаяся, рассеянная, с трудом высидела шесть уроков. Еще хуже стало, когда она встретилась лицом к лицу со своим поклонником Русланом на крыльце школы. Этот чудик старался следовать за ней по пятам, всюду выслеживая ее.

– Чего тебе? – огрызнулась она.

– Я …это… тебя… проводить.

– Даже двух слов связать не можешь, – продолжила она злиться.

Руслан опустил голову, все еще надеясь, что Вика сменит гнев на милость.

– Не ходи за мной, пожалуйста. Слышишь?

– Как скажешь…

– Вот и замечательно, – обрадовалась она, спрыгивая со ступенек.

Ей было наплевать на то, что чувствует этот недотепа. Столько раз пыталась отшить его, но без толку – репей. Нисколечко не сожалела о каждом обидном слове, брошенном сгоряча ему прямо в лицо. Но всякий раз по какой-то неведомой причине, оборачивалась, вновь зовя за собой.

– Не отставай! – громко окликнула она Руслана, вытягивая руку с ранцем.

Тот, тотчас подхватив ношу, зашагал сзади. Впрочем, как и всегда: сопя и робея. От волнения его ладони опять вспотели. Все же у него имелся шанс, не зря же Вика позволяла ему быть рядом. За недолгий путь он зависал внутри себя, представляя приятные картины, Вика же витала в облаках в ином мире, отличном от него. Их мысли шли параллельно, даже случайно не соприкасаясь друг с другом.

«Неужели Арсений не позвонит?» – задавала она мысленный вопрос. «Неужели она наконец-то станет моей девушкой?» – фантазировал Руслан. У него дух захватывало от возможности любоваться красивым лицом, стройной фигуркой уже почти сформировавшейся девушки. Его девушки, как он сам себя заставлял думать.

Среди сверстников Руслан не значился в слабаках, и лишь Вика лишала его этой силы. Перед ее обаянием он терялся, покорялся всем существом, и защиты у него не имелось. Любил так пылко, что разум полностью отключался, превращая его в зомби.

– Вот и мой дом, – вернула его в реальность Вика.

– Ага. Вижу.

Руслан зачем-то взъерошил волосы и без того, торчащие в разные стороны.

– Ну, я пошла…

Она взялась за ручку ранца, и уже почти повернулась к Руслану спиной.

– Утром буду ждать на нашем месте, – внезапно подал он голос.

– На каком таком месте? Ты чего себе возомнил? У нас уже «наше место» появилось! С какого дуба ты рухнул?

Вика опешила. Ее раздражению не было предела. Высоко задрав нос, она со злостью посмотрела на Руслана.

– Если хочешь знать, у меня есть парень. Это он будет встречать, и провожать меня.

– А как же я? – Руслан дерзко ответил своим пронзительным взглядом в упор.

– Что-то ты сегодня чересчур разговорчивый. Какая муха тебя укусила? Раньше тебя все устраивало, что же такого случилось, что ты вдруг осмелел? У тебя, случайно, не температура, так я тебе аспирина дам?

Руслан нисколечко не смутился:

– А что мне терять? Если я сейчас уйду, больше, обещаю, ты никогда не увидишь меня. Надоело!

– Ну и проваливай! – перешла Вика на крик, – тоже мне принц выискался. Если хочешь знать…

Руслан не дал ей закончить фразу:

– Про твоего парня я уже слышал. Твердишь не в первый раз, только его никто не видел.

– Потому что он никогда не стал бы водиться с тебе подобными, – съязвила Вика, морща красивый носик.

Еще вчера этот милый жест умилял Руслана, а сегодня, все пошло наперекосяк. Сейчас перед ним стояла красивая, но абсолютно холодная гордячка. Она не умела любить и ценить настоящие чувства. И тут, вдруг наваждение: увидел себя со стороны жалким ничтожеством, молящем о капельке взаимности. Встрянул головой, отгоняя видение, и будто пелена сошла с глаз.

– Последний раз спрашиваю: я нужен тебе?

Вика закусила нижнюю губу, и отрицательно мотнула головой.

– Ты хороший друг и только. Не обижайся.

Руслан резко сорвался с места и убежал прочь. Поставил точку. В этот самый момент его сердце разбилось вдребезги на сотни маленьких острых кусочков. Огромная боль заполнила все внутри, а образовавшаяся пустота медленно заполнялась черным разочарованием, мерзким и холодным, лишенным света.

– Ну и Вали! Реветь не стану! Не велика потеря! – проводила его восклицаниями Вика.

Только в глубине души, где скрывалась частичка тепла, заныло.

– Этого мне только не хватало! – одернула Вика саму себя.

Глава 7

Вика провела еще одну бессонную ночь. Арсений еще раз доказал свое безразличие, тем самым доведя ее до истерики. Так и не позвонил, хотя, кажется, обещал. Или нет? Совсем запуталась.

Она залила слезами подушку, жалуясь на несчастную судьбу. Но сожаление не ограничивалось желанием любить и быть любимой, а имело под собой вполне реальную ценность. Вика так стремилась выбраться из своей серой, скучной жизни, что отметала всякое наличие чувств, лишь расчет и ничего прочего. Все летело в тартарары.

Уже почти отчаялась, придумывая всевозможные причины, почему Арсений забыл о ее существовании. Как вдруг, он позвонил на следующий день, пригласил на свидание. Пообещал, что ровно в шесть, будет ждать возле ее дома.

– Вика, ты так прекрасна сегодня, – восхитился он, едва завидев ее.

– Только сегодня? – прищурила она красивые глаза.

– Возможно завтра, ты станешь еще прекраснее, а у меня не найдется слов. Извини, что приперся без букета, не получилось купить по дороге.

– Ничего, переживу как-нибудь.

– В следующий раз, клянусь, не допущу подобного косяка. Ну же, улыбнись. Тебе так идет улыбка.

Вика рассмеялась. Вот она лучшая награда, и больше ничего не нужно.

– Где ты пропадал, я волновалась? – капризно сморщив носик, спросила она.

– То там, то здесь. Учеба, курсы английского, а еще занятия с репетитором по игре на фортепьяно. Он такой зануда, не любит, когда я пропускаю занятия. Тут же звонит маме, а она у меня строгая.

– Понимаю. Но неужели не мог набрать мне?

– Виноват, согласен. Давай закроем эту тему, обещаю исправиться. Лучше объясни, как ты в таком опасном районе живешь?

– Опасном? Не замечала.

– Ты в курсе, что здесь беспредельщиков тьма? За гаражами меня подловили какие-то хулиганы, когда я возвращался от тебя к остановке.

– Так это Егорка с бандой. Они вполне безобидные, если обойти их стороной. Мы росли вместе.

– У меня не получилось мимо пройти, – признался Арсений.

– Надеюсь, обошлось?

– Этот Егорка, как и его дружки, оказались редкостными трусами. Сначала строили из себя крутых челов, пытались карманы у меня вывернуть, телефон отобрать, но когда поняли, что не с тем связались, тут же сбежали.

– Если хочешь, я поговорю с ними, скажу, что ты мой парень, и они отстанут.

– Это мужские разборки, справлюсь сам.

– Я и не сомневалась, – с удовольствием сказала Вика. Герой ее романа был идеальным даже в вопросе соперничества.

– Куда идем? – поинтересовалась она. Стоять посреди улицы надоело.

– А куда ты бы хотела?

Вика жеманно выпятила губки:

– Полагаюсь на твой выбор.

– Тогда план такой: сначала в кино, потом посидим в кафе. Или нет, сначала кафе – я жутко проголодался.

Вика активно закивала в знак согласия. Наконец-то Арсений проявил инициативу. О большем на этом этапе конфетно-букетного периода и мечтать не стоит.

В уютном и не самом дешевом кафе он заказал по чашечке горячего шоколада с взбитыми сливками и зефирками. Приторно сладко на вкус.

– Ты сластена? – заметила Вика, облизывая язычком ванильный сахар с губ.

– Точно подмечено. У меня даже настроение зависит от количества съеденных конфет. Иногда плитка шоколад творит чудеса, заряжая меня позитивом на целый день.

Вика включилась в игру. Пока она не обладала способностями взрослой девушки, имеющей опыт в любовных отношениях, но следуя интуиции, шаг за шагом заполняла пункты в вымышленном блокнотике: вслушивалась в тембр голоса Арсения, следила за жестами, поворотом головы, движением рук. Все это могло пригодиться, если она рассчитывала заполучить его себе в женихи. И вдруг такая удача с самого начала – он поделился пристрастием к сладкому.

– Может мне перед свиданиями заглядывать в кондитерскую? – спросила она.

– Неплохая мысль. Знаешь, я обожаю пирожные с кремом, заварные трубочки.

Арсений всем видом показывал, насколько он расположен к приятному общению. Улыбка не сходила с его лица.

– Ты когда-нибудь пробовала ангельский пирог? – внезапно задал он вопрос.

– Нет. А что это?

– Такой торт с карамельным соусом или ликером крем де мент. Пальчики оближешь.

Вика обиделась, вновь включая злючку, смотрящую сверху вниз на всех представителей противоположного пола.

– Умничаешь? Думаешь, я деревня неотесанная?

– Заметь, не я это сказал, – шутливо ответил Арсений, отправляя в рот зефирку.

В подтверждение слов, его настроение с каждой порцией сладкого заметно улучшалось. Он пропустил мимо ушей колкость Вики.

– Поспешим, а то опоздаем на сеанс, – опомнился он, поглядывая на наручные часы, показывающие половину восьмого.

Вика надеялась на романтическую атмосферу кинотеатра, когда усаживалась в мягкое уютное кресло рядом с Арсением, который постоянно касался ее руки. Она даже не поинтересовался, что за фильм, ведь обычно в это время парочки собирались на мелодрамы. В темноте полупустого зала молодые люди обменивались поцелуями, перешептывались.

– Боевик! – Вика чуть не подпрыгнула на месте, когда пошли титры.

– Давно хотел посмотреть этот фильм, – признался Арсений, поправляя три D очки.

– Почему не предупредил?

– Ты бы ни за что на свете не согласилась идти со мной на боевик. Разве не так?

Вика кипела праведным гневом, отражающимся в блеске ее глаз. Почему-то это лишь веселило Арсения, будто он специально затеял для нее испытание. В случае с другим претендентом на гордое звание: «Ее парня» она бы сорвалась с места и отправилась домой. Заодно бы послала его куда подальше, но только не сейчас. Ей позарез нужно было понравиться. Собрав волю в кулак, выдержала паузу, а после, как ни в чем, ни бывало, произнесла:

– Как ты догадался, что я в восторге от боевиков? Кстати, актер, играющий в этом фильме главную роль, нравится мне больше остальных. Злодеи в его исполнении такие милые, и совсем не страшные.

– Правда? – удивился Арсений.

– А ты что подумал?

– Обычно девочки любят другое кино. Сказать по правде, я плохо разбираюсь в этом вопросе: выбрал на свой вкус. Может было нужно согласовать с тобой и сеанс и фильм?

– Не парься. Я особенная и обожаю сюрпризы.

– Тогда мне повезло. Ожидал совсем другой реакции.

– Мне все равно, что мелькает на экране, лишь бы ты был рядом, – тихонечко произнесла Вика. И если бы в зале не было так темно, ей бы не удалось скрыть румянец.

Арсений, почему-то на мгновение нахмурился.

– Вика. Я должен признаться…

– Что-то не так?

– Боюсь, что ты начинаешь нравиться мне чуть больше, чем я рассчитывал.

Вика не поняла эту фразу. Арсений для нее все еще представлял загадку. А как иначе? До сих пор окружение не отличалось особенным воспитанием. Парни с района, сплошь без заморочек. Даже самые отъявленные хулиганы четко выражали позицию в ее отношении.

– Это хорошо или плохо? – спросила она, видя его замешательство.

Арсений крепко сжал ее пальцы.

– Доверься мне.

Глава 8

Вика пошарила рукой по стене, обнаруживая выключатель с самого детства, перемещающийся в зависимости от ее роста.

– Проходи. Будь как дома.

Сбросила с ног туфли у порога, повесила сумочку на вешалку. Арсений осторожно закрыл за собой дверь.

– А твои родители где?

– Мама на ночном дежурстве в больнице. Она медсестра.

– А папа?

– В длительной командировке. Не волнуйся, сюда сейчас никто не придет.

Арсений мигом окинул взглядом скромную обстановку двухкомнатной квартиры.

– Пойдем в мою комнату, – предложила Вика.

Арсений мучился угрызениями совести. С одной стороны – обещание, долг чести, с другой – девушка, возможно слишком сильно зацепившая его.

– Вик, мне пора домой, родители волнуются. Судя по пропущенным, влетит по-полной.

Вика с неудовольствием заявила:

– А я думала, что ты сам решаешь, когда возвращаться, а когда нет. Сколько можно вести себя, словно ребенок?

– Не все так просто. Не хотелось бы лишний раз нервировать их. У всего есть рамки приличия. Мои родители – добрейшие люди и так прощающие слишком много. Иногда удивляюсь их терпению. К тому же, я стараюсь вести себя по взрослому: детские шалости не для меня.

Арсений вынул из кармана мобильный, набрал номер.

– Мам, задерживаюсь у Илюхи. Помнишь, я тебе о нем рассказывал? Не волнуйся… Ага… Хорошо. Скоро буду.

– Пожалуй, я останусь на минутку, – выдал он, нажав кнопку отбоя, – надеюсь на теплую дружественную обстановку и чашечку горячего чая, можно с печеньками и конфетками.

– Ты обратился не по адресу.

– Жадничаешь?

– Конфеты для нашей семьи – большая редкость. Да, будет тебе известно, что одна-единственная конфета содержит пятьсот семьдесят калорий.

– Это плохо? – не понял Арсений.

– У девочек много запретов, в том числе по набиранию лишнего веса. Мама с детства воспитывает меня в строгости. Я вовсе не жалуюсь, не подумай ничего такого.

– Все мамы одинаковы, – согласился он.

– Она заботится обо мне, и я понимаю, что она просто-напросто старается оберегать меня от трудностей. Но иногда, ее опека начинает душить и единственное желание – сбежать.

– Куда?

– В свою собственную жизнь, где все решения буду принимать сама. Разве ты не мечтаешь об этом же?

– Согласен. Иногда накрывает. Но я знаю, что осталось потерпеть совсем немного.

Арсений обошел вокруг Вики, покачал головой.

– Мне кажется, что у вас все-таки имеются конфеты.

– Шутишь? Да, ну, тебя!

У Вики заметно улучшилось настроение:

– Я припрятала парочку, зная, что ты заглянешь в гости.

Пока Вика суетилась на кухне, у Арсения было еще несколько минут, чтобы передумать. Если честно, он уже пожалел, что обещал помочь безнадежно страдающему Руслану.

«Проклятие!» – ругался он про себя. Эта девушка влекла его со страшной силой. Совсем немного и он «забьет» на джентельменский договор и позволит себе отпустить чувства и влюбиться. Постоянной девушки у него никогда не было, так – увлечения, мимолетные и бестолковые. Обернувшись назад, он ни разу не пожалел, что расстался со своими бывшими пассиями.

Уникальная девушка Вика с первого дня поразила его внешней красотой, а второе свидание полностью убедило, что не все так просто: она начитанна, хорошо воспитана, к тому же умеет постоять за себя и на все вопросы имеет свое четкое мнение. Да, она не так покладиста, как прочие девушки, соглашающиеся с его словами, пусть даже сказанными невпопад. Замечая свои косяки и как-бы с издевкой, он ловко «вешал лапшу» на уши девчонкам. Ему за удовольствие посмеяться над их тупостью, а затем разочароваться раз и навсегда. На следующий раз без доли сомнения распрощаться, без объяснений причин. Но только не в этот раз.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.